Биг Босс и попадос

Андрей

— Привет, Кирюха, — выпаливаю радостно, едва секретарша открывает мне дверь директорского кабинета.

— Привет, Андрюха, — поморщившись, отражает брат мой посыл.

— Братец, не хмурься, а то морщины появятся, — без приглашения сваливаю свою тушу в ближайшее кресло и, закинув ноги на подлокотник, снимаю солнцезащитные очки. — Чего звал?

— Спасибо, что спросил. У меня всё хорошо, — ворчит брат, окинув мою позу осуждающим взглядом. — У тебя не спрашиваю, как…

— А чё так? — ухмыльнувшись, перебиваю Кирилла. — У меня всё зашибись и даже лучше. Не люблю повторяться, но... Чё звал-то?

— Андрей, — явно сдерживаясь, вкрадчиво начинает брат и, потерев переносицу пальцами, фокусирует на мне строгий взгляд. — Ты взрослеть собираешься?

— Зачем? — демонстративно скривившись, отзываюсь я. — Мне всего тридцать один. Ты к чему вообще это спросил?

— Надеюсь, ты помнишь, что являешься одним из ключевых акционеров? — встав с места, уклончиво стартует с явно подготовленной речью.

— Ну-у и-и? — вздёргиваю брови, следя за его перемещениями по кабинету.

— Так помнишь? — привычно давит авторитетом.

— Наравне с тобой, если мне память не изменяет, — усмехаюсь я, тут же добавив: — Хотя сам понимаешь, внимательность и вменяемость — это не мой конёк.

— То-то и оно, что наравне, — сдвинув брови, подтверждает Кирилл. — А в делах компании ты когда последний раз участвовал, напомни?

— Никогда, — пожав плечами, отвечаю я и, чуя серьёзность его посыла, сажусь прямо и опускаю ноги на пол. — Ты же у нас рулевой. Вот и рули.

— Пора руль передавать, — глядя в упор, задумчиво выдаёт брат.

— Кому? — выдыхаю, опешив.

— Тебе, брат, тебе, — скептически сообщает Кирилл. — Давно хотел приобщить тебя к семейному бизнесу, но пока тебя выловишь.

— Не-не-не, стоп, — приподнявшись, вскидываю руки. — Кирюх, ну сам посуди, какой с меня руководитель.

— Вот побудешь Биг боссом, тогда и посмотрим, — намекает он.

— Не хочу, — скорчив скорбную рожу, ною я. — Кир, ну правда… Какая муха тебя укусила?

— А у тебя выбора как бы нет, — качает он головой. — Мы с Милой уезжаем на год, может, больше.

— Куда? — ошарашенно блею я. — И с чего это вдруг?

— Проект Милы выкупил один итальянец.

— Какой проект?

— Отельный комплекс, — не без гордости сообщает брат.

— Ну и-и?

— У покупателя есть жёсткое условие, — разводит руками Кирилл. — Создатель проекта должен сопровождать все этапы строительства.

— Ну так пусть Милка и едет, — фыркнув предлагаю я. — Это же на год всего.

— Ага, щас прям, — набычившись, рявкает брат. — Мы семья, если ты не забыл. Хотя откуда тебе знать такие понятия.

— Вот чего ты жену дома не посадил? — продолжаю канючить и, добавив в голос ещё больше ноющих ноток, прошу: — Отмени или перенеси, пока преемника не найдёшь.

— У меня есть преемник, — жёстко припечатывает брат. — Это ты! И ты примешь управление или…

— Что? — перебиваю и провокационно намекаю: — Акции ты мои забрать не сможешь, а в остальном нечем тебе меня запугивать.

— Я же как лучше хочу, — устало выдыхает Кирилл. — Сколько можно бездельничать и мотаться по свету? Вот где ты был последний раз?

— В Мексике, — расплывшись в улыбке, хвастаюсь я и, задрав футболку, демонстрирую кубики пресса, покрытые ровным загаром.

— Ну-ну, — цокает брат и, нахмурившись, жалуется: — А вот мы с Милой и Матвейкой последний раз были в отпуске пару лет назад.

— А вдруг вы потом ещё куда рванёте? — с нескрываемым страхом выдавил я.

— Не рванём, — улыбнулся брат.

— Да кто вас знает?

— Я знаю, — расплылся Кир в улыбке ещё больше. — Второго ребёнка хотим, так что через несколько месяцев приступим к активному планированию.

— А мне, когда прикажешь планированием заняться, если я в бизнесе погрязну?

— А ты хочешь детей? — удивлённо поинтересовался брат.

— Нет конечно! Типун тебе на язык, — замахал я руками. — Я о процессе, а не о…

— Да понял я, — фыркнул Кирилл. — Дрюх, ты неисправим.

— Никто не жаловался, — оскалился я.

— Не пойму я, — нахмурился брат. — Как ты успеваешь жить на широкую ногу ещё и путешествовать только на дивиденды от акций?

— Я профи в инвестициях, — раздувшись от гордости, поделился я и, кайфанув от перекошенной в удивлении рожи брата, намекнул: — Приумножать полученные от акций деньги я научился ещё лет пять назад.

— Ну хоть что-то умеешь, — с явным облегчением выдохнул он и, обведя рукой кабинет, добавил: — Значит, и тут разберёшься.

— А чего делать-то надо? — закинув ногу на ногу, поинтересовался я. — Бумажки подписывать?

— Хм-м, не только, — загадочно улыбнулся Кирилл.

— Чую подставу, — поморщился я.

— Да брось, — фыркнул брат. — Зря ты, что ли, диплом получал? Времени у нас примерно неделя. Введу в курс дел и уеду.

— Уедешь? — опешил я.

— Да, — кивнул он. — Мила вчера улетела.

— А Матвей с кем останется? — равнодушно поинтересовался я судьбой племянника. — Сколько ему? Года три, наверное, уже?

— Вообще-то, почти семь, — натужно выдохнул Кир и, глянув исподлобья, огорошил: — И останется он с тобой.

— Не-не-не, мы так не договаривались, — подобрав сгрохотавшую челюсть, вою возмущённо. — Я не нянька, то есть не нянь.

— Пару недель всего, — вкрадчивым тоном просит брат. — Обустроимся и заберём.

— Не умею я, — развожу руками и навскидку перечисляю: — Памперсы менять, сказки читать, кормить, ухаживать и…

— Дрюх, какие памперсы, — манерно закатив глаза, возмущается Кирилл. — Матвею почти семь, горшком получше некоторых пользуется.

— Это ты на что намекаешь? — препарирую брата взглядом.

— Ни на что, — устало отмахивается он.

— У меня в квартире нет места ребёнку, — жёстко отрезаю я.

— И не надо, — парирует он. — Поживёшь в нашем доме. Еду вам будут готовить, уборкой тоже есть кому заняться и…

— Горничная есть? — урчу воодушевлённо. — Молоденькая надеюсь?

— Никаких горничных и случайных подружек! — нахмурившись, рявкает брат. — Твоя задача утром отвезти Матвея в школу, к девяти приехать в офис, попытаться изображать здесь бурную деятельность и вечером провести время с племянником.

— А-а?

— Со школы его будет забирать няня.

— А-а?

— Нет, она не молоденькая!

— Да я…

— И деятельность лучше изображать без ущерба компании!

— Так…

— А на инструктаж и остальное у нас всего неделя!

— Да понял я, не кипятись! — перебиваю уже порядком разъярённого брата. — А с Мотей-то чем заниматься?

— Не Мотя, а Матвей, — припечатывает Кирилл и, протяжно выдохнув, скулит: — Боже, зачем я это делаю? Зачем Милу послушался?

— Так эта гениальная идея принадлежит твоей жене? — выдавливаю шокировано и, не сдержавшись, начинаю хохотать. — За что она мне мстит?

— Не мстит, — отведя взгляд, бурчит брат. — Она как лучше хочет.

— Не надо делать мне как лучше, — рявкаю уже со злом.

— Андрей, — примирительно тянет Кирилл. — Ты взрослый мужик, пора за ум браться.

— Ладно, — остановив его блеяние жестом, рычу я. — Раз выбора у меня нет, значит, правила тоже могу менять?

— Смотря какие? — настороженно отзывается брат.

— Секретаршу могу заменить? — уточняю, кивнув на дверь. — Эта какая-то неповоротливая.

— Лена беременна, — прыснув от смеха, поясняет брат. — Через пару недель сама уйдёт. В декретный отпуск, если ты не понял.

— Не-не-не, — мотая головой, протестую я. — Не хватало, чтоб ещё тут родила. Пусть идёт в отпуск прямо сейчас.

— Через неделю и начнёшь искать, — ухмыльнувшись, намекает Кирилл. — А пока ищешь, рискуешь остаться без личной помощницы.

— Почему? — блею почти испуганно.

— Да кто с тобой работать будет? — ржёт брат. — У тебя же на роже написано «к работе не приспособлен».

— Найду модель с третьим размером, — мечтательно бормочу я.

— О-о-о, — скептически тянет Кирилл. — Чую через год бизнес с нуля поднимать придётся.

— Почему? — выпаливаю обиженно.

— Наворотишь тут дел со своими моделями, — обречённо разводит руками брат.

— Но-но, — вскидываю руки. — Не такой уж я и никчёмный.

— Вот и докажи, — дразнится Кирилл.

— Вот и докажу, — ведясь на его провокацию, обещаю я и, протянув руку, предлагаю: — Спорим, вернёшься, а бизнес процветает?

— Да хоть бы не в минус, — едва сдерживая улыбку, вздыхает он.

— Я добьюсь прироста минимум в двадцать пять процентов, — всё ещё протягивая руку, соблазняю брата на сделку.

— Ну посмотрим, — отзывается он и, шагнув ко мне, жмёт руку. — А что взамен?

— На желание спорим? — подытоживаю я, и он согласно кивает.

— Ну, тогда приступим, — довольно потирая руки, изрекает брат.

— Как прям щас? — выпучив глаза, блею я.

— А чего тянуть?

— Не-е-е, братец, — качаю головой. — Мне напоследок гульнуть надо. Сам понимаешь, потом трудовые будни начнутся, а я не привык. Надо морально подготовиться.

— Иди готовься, — ржёт Кирилл, но поймав мой многозначительный взгляд, осекается: — Что опять?

— Отрываться пойдём вместе, — поигрывая бровями, безапелляционно требую я.

— Я не…

— Ну уж нет! — встав, скрещиваю руки на груди. — Во-первых, мы с тобой сто лет не виделись.

— Столько не живут…

— А, во-вторых, — нагло перебиваю. — Тебе это тоже полезно.

— Но у меня ещё работы куча, — протестует Кирилл.

— Подождёт твоя куча, — отрезаю строго и, подумав, добавляю: — Я сейчас еду домой освежиться и переодеться.

— Ты свеж, как майская роза, — исказив голос, дразнится он.

— Так вот, — пропуская его издёвку мимо ушей, продолжаю напирать: — Заеду через час. Будь готов!

— Знать бы ещё к чему? — взъерошив волосы, ворчит Кир.

— Отрываться, братец, отрываться.

* * *
От автора: Добро пожаловать в новинку. Будем фулюганить и перевоспитывать заносчивого Биг Босса.

Ирина

— Ирка, брось каку, — едва зайдя в мой кабинет, больше напоминающий каморку, бросает коллега.

— Ты о чём? — приподняв одну бровь, но не взгляд, бурчу я.

— Бросай это грязное дело, — почти требует Света и, кивнув на стопку ещё не проверенных мной прописей, ворчит: — Это надо же так любить свою работу.

— У нас это взаимно, — улыбнувшись лишь уголками губ, усмехаюсь я.

— Да ладно-о-о? — тянет, закатив глаза. — Эти мелкие черти тебя через пару лет и не вспомнят.

— А мне и не надо, — закрыв очередную тетрадку, отклоняюсь на спинку стула и сладко потягиваюсь. — Важна мотивация. Сама знаешь, у меня непреодолимые жизненные обстоятельства.

— Чего-о-о? — хмурится и манерно сводит глаза в кучу. — Ирка, прекращай изъясняться на эльфийском.

— Ипотека у меня, если ты забыла, — ржу в голос и, кивнув на стопку прописей, вздыхаю: — Тут хочешь не хочешь, а начнёшь любить работу, приносящую стабильный доход.

— Ты же ей отдалась без остатка, — фыркает Света и, устроившись в кресле напротив, закидывает ноги на мой стол. — Не тому ты отдаешься, ох не тому... Ирка, а жить-то когда?

— Я живая, как никогда, — парирую, сложив руки на груди.

— Я не про состояние организма, — ворчит, смерив меня дотошным взглядом поверх очков, которые носит больше для поддержания стиля, и тоном эксперта добавляет: — Хотя и о нём тоже? Когда у тебя последний раз было?

— Что? — поддерживаю её игру, но не могу не удержаться от стёба: — Критические дни?

— У тебя они все критические, — сдаваясь, смеётся Света. — Я о другом. Об этом…

— Тебе правду или красиво соврать?

— Не, ну правда, — подавшись вперёд, хмурится подруга. — Ирин, так нельзя. Сколько тебе лет?

— Ты не помнишь свой возраст? — игриво подмигиваю, тут же напоминая: — Ну раз забыла, что мы ровесницы.

— Не напоминай, — кривится она и, закусив губу, выкатывает: — Короче, сегодня идём в клуб.

— Не могу я…

— Можешь, — тыкает в меня пальцем и, прищурившись, напоминает: — Ты мне желание должна.

— Когда? Не помню, чтобы обещала.

— Точно должна, — забегав глазами по моей каморке, урчит она. — Так что собирайся.

— Прямо сейчас? Я не могу. — теряюсь я.

— Время почти шесть, — глянув на наручные часы, бурчит, не замечая моих попыток съехать с темы. — Зайдём в салон, потом за платьем и…

— Постой-постой, — торможу её не в меру разгулявшиеся планы. — У меня планы на вечер.

— Знаю я твои планы, — скептически фыркает Светка и безапелляционно заявляет: — Не хочешь сама, помоги мне.

— В чём?

— Снять кого-нибудь, — потянувшись, томно мурлычет подруга.

— С транспарантом вокруг тебя побегать? — ржу и уворачиваюсь от кинутого в меня ластика.

— В клуб пойти, — поджимает губы, но не сдержавшись прыскает от смеха. — А транспаранты нам сейчас в салоне красоты наваяют.

— Ты меня пугаешь, — картинно закатываю глаза, приложив руки к груди.

— Тебя? Я? — продолжает ржать Светка и, поправив очки на переносице, официальным тоном заявляет: — Ты ж у нас психолог. Харе ломаться. Поднимай свою красивую задницу и пошли веселиться.

Не знаю, зачем я на это согласилась, но через полчаса уже сидела в кресле ближайшего салона красоты, а ещё через час Светка затащила меня в ближайший бутик. Как раз один из тех, что обычно я обхожу стороной. В основном из-за заоблачных цен и слишком откровенных, судя по манекенам в витрине, нарядов.

Пока я стою с неприлично открытым ртом посреди торгового зала, Светка со скоростью спринтера прочёсывает вешалки и стеллажи и, почти не глядя на цены и размеры, выбирает несколько невесомых полупрозрачных тряпочек. Суёт мне этот ворох в руки и решительно подпинывает в сторону примерочных.

— Так, Ирка не тормози, — подгоняет ещё и словесно. — Время почти восемь, опоздаем же.

— Куда? — выдавливаю растерянно.

— На раздачу недопринцев, — шикает на меня подруга и, запихнув в примерочную, заходит следом.

— Я и не стремлюсь, — оглядывая комнату, по виду и обстановке выглядящую круче моего кабинета, огрызаюсь я.

— Ир, — расстёгивая блузку, косится на меня подруга. — Напомни, ты уже сколько в разводе?

— Полтора года, — нахмурившись, отзываюсь я. — Так, стоп! А при чём здесь это?

— Во-о-от, — тянет неопределённо. — Ты там уже побывала, а я нет.

— Нашла чему завидовать, — сдавшись, начинаю снимать с себя серое строгое платье.

— Тоже хочу, — сдув упавшую на глаза прядь, ворчит она.

— Развестись? — усмехаюсь я, разворачивая одну из выбранных Светкой тряпочек.

— Замуж сходить, — облачаясь в нечто подобное, бурчит коллега.

— Так, ты не там мужа искать собралась, — пытаясь поймать на спине ускользающую застёжку платья, кряхчу я.

— Не умничай, — повернувшись к зеркалу, отражает подруга. — Я всё просчитала. Ищу объект побогаче, окручиваю, ну, а дальше, как пойдёт.

— Эх ты, стратег-математик, — смеюсь я и, постучав пальцем по лбу, продолжаю: — Богатые мужики в клуб ходят от жён отдохнуть, а не новую подыскать.

— А мы не хуже ихних, тьфу ты, егошних, тьфу… ну ты поняла, — выдаёт раздражённо и, обведя меня взглядом, протяжно вздыхает: — Да не на ту я подругу возложила надежды по пристройству себя любимой. Надо было Ленку звать.

— А что не так? — покрутившись вокруг своей оси, подмигиваю я.

— Да всё не так, — подходя ближе, хмурится Светка и, развернув меня к зеркалу, встаёт рядом. — Андреева, и вот чё ты такая красивая, а?

— Я и не навязываюсь, — накрутив светлый локон на палец, подмигиваю Светкиному озадаченному отражению и посылаю воздушный чмок.

— Ну уж нет, — решительно припечатывает подруга. — Приманкой будешь.

— А потом? — не сдержавшись, смеюсь.

— А потом веди себя, как обычно, и дело в шляпе, — закусив губу, инструктирует Светка.

— А как обычно?

— Просто будь занудным детским психологом, — просияв, поясняет она. — А я буду окручивать предполагаемый объект.

— Ну спасибо, подруга, — закатываю глаза к потолку и, вздохнув, добавляю: — Идём, пока я не передумала.

* * *

Передумала я уже на подходе к клубу, но Светка, взяв на буксир, поволокла меня мимо мнущейся на фейс-контроле толпы прямо к двум хмурым охранникам, пропускающим посетителей внутрь.

— Мы же тут не стояли, — пытаясь высвободить взятый в тиски локоть, ворчу еле слышно.

— И не постоим, — огрызается Светка и, сунув охраннику какую-то визитку, оголяет все свои тридцать два зуба в хищной улыбке.

— Проходите, — едва скользнув взглядом по серебристому пластику, кивает он и открывает перед нами отгораживающую вход цепь. — Приятного вечера девушки.

— Спасибо, — урчит Светка и, потянув меня внутрь, сразу направляется к барной стойке.

— А почему нас пустили, а их нет? — придя в себя, блею растерянно.

— Связи, детка, — загадочно отзывается подруга и, плюхнувшись на высокий барный стул, шлёпает ладонью по сиденью соседнего. — Приземляй свои вторые девяносто. Сейчас выпьем, а потом на охоту.

— Я не пью, — пытаюсь возразить, но Светка, поманив бармена, тыкает пальцем в баннер с напитками и показывает два пальца.

— Не пьёшь, — кивает согласно. — Но сегодня чуток можно.

— На что я подписалась, — скулю, закатив глаза.

— На весёлый вечер пятницы, — фыркает Светка и, указав на меня пальцем, припечатывает: — Тебе двадцать пять, а не сто пять. Так что не ной, а веселись.

— Подожди, — вздыхаю манерно. — Я ещё не прошла все стадии на пути к принятию ситуации.

— Не ломай мне мозг своими психологическими штучками, — потягивая поданный нам коктейль, урчит подруга и, оглядев зал, сообщает: — Я намерена повеселиться и сотворить что-то сильно стыдное.

— Только без подробностей, — вскинув руку, торможу полёт её рассуждений.

— И не собиралась, — фыркает она, продолжая сканировать взглядом толпу прибывающих посетителей.

— Ну прям, — потянувшись к коктейлю, ворчу я. — Набедокуришь, а через пару дней придёшь душу изливать.

— Это твоя работа.

— С детьми, а не с великовозрастной подругой, — усмехаюсь я.

— Не нуди, — огрызается Светка и, поперхнувшись коктейлем, восторженно выдаёт: — Вот это экземпляр! Идём к тому столику.

— Где? — оглядываюсь по направлению её горящего взгляда.

— Да не пялься ты, — одёргивает подруга и, заказав ещё два напитка, тянет меня в конец зала.

— Ты хоть предупреди, как мне себя вести, — склонившись, шепчу ей на ухо.

— Просто будь собой, — сквозь зубы инструктирует Светка, тут же дополняя: — Тот, что в чёрной рубашке мой, а второй на твоё усмотрение.

— А если я не хочу?

— Хочу, не хочу, — пародирует, смешно исказив голос. — Может это судьба, ну… или просто незабываемый секс. Дай случится неизбежному.

— Ты чего прям так собралась подойти и?.. — пытаюсь затормозить тараном разогнавшуюся сквозь толпу подругу.

— Займём соседний столик, — отзывается, сосредоточенно пробиваясь к нужному месту. — А дальше я сама.

Скользнув взглядом в направлении финальной точки нашего движения, я заметила двух мужчин. Навскидку чуть старше тридцати лет. Один темноволосый в белой рубашке, а второй с торчащими во все стороны темно-русыми, чуть выгоревшими прядями и в чёрной рубахе с белым принтом. Похоже, как раз его и облюбовала Светка для своих далеко, ну или глубоко идущих планов.

Невольно залюбовалась красавцем судя по жестам и эмоциям, явно знающим себе цену. Помимо Армагеддона на голове, его красивое лицо с правильными чертами украшала заметная щетина. Лениво оглядывая зал, он потягивал из низкого бокала какой-то тёмный напиток.

Скользнув по нашей приближающейся парочке равнодушным взглядом, он вдруг нахмурился и снова посмотрел на нас. Вернее, прямо на меня… Вернее, прямо мне в глаза. От неожиданности не только не успела отвести взгляд и сделать вид, что не заметила, но ещё и споткнулась, чуть не расплескав содержимое бокала, который несла в руке.

— Светка, — одёрнув подругу, заворчала я. — Столик рядом с ними только что заняли. — Идём в другую часть зала.

— На это и был расчёт, — едва слышно буркнула она и, подойдя к заранее облюбованному столику, громче, чем нужно, запричитала: — Ну надо же не успели. Куда бы теперь сесть-то?

— Присоединяйтесь, красавицы, — не сводя с меня заинтересованного взгляда, позвал Светкин избранник, похлопав рукой по диванчику рядом с собой.

— Как-то неудобно, — помялась подруга, но тут же пихнув меня в сторону дивана, занятого вторым мужчиной, приземлилась рядом с пригласившим и, похлопав ресницами, добавила: — Ну, если мы, конечно, не помешаем?

— Ну что вы, — протянул притиснутый Светкой в угол мужчина и, отпив алкоголь, посмотрел на меня в упор. — Давайте знакомиться. Я Андрей.

Андрей

— Кир, вытащи лом? — отпив из бокала виски со льдом, бросаю брату.

— Какой лом? — выпучив глаза, блеет он.

— Тот, что у тебя вместо позвоночника вставлен, — пытаясь сдержать улыбку, поясняю я.

— Чего-о-о? — вскинув брови, тянет Кирилл.

— Расслабься, говорю, — не сдержавшись, ржу в голос и, обведя наполняющийся людьми зал, ворчу: — Лучше бы я Захара с собой позвал.

— А это вряд ли, — хмыкнув, выдаёт брат. — У него жена вот-вот родить должна. Ни на шаг от неё не отходит. Как наседка стал и…

— Чего-о-о? — чуть не поперхнувшись виски, выпаливаю ошеломлённо. — Ты сейчас употребил вместе несколько несовместимых слов. Захар, жена, родит…

— Давно тебя не было, — расплывается в довольной улыбке брат. — Так что…

— Вот блин, и этого окрутили, — ворчу, нахмурившись. — Как так-то? Ты меня разводишь, что ли?

— А вот и нет, — подмигнув ржёт брат и с нескрываемым сомнением тянется к своему, пока нетронутому бокалу. — И не его окрутили, а он.

— Не ври, — фыркаю, отпивая ещё пару глотков, чувствуя, как алкоголь начинает разгонять по телу тепло и расслаблять мышцы и мысли. — Сроду не поверю.

— Эх, ты такое пропустил, — закатывается брат и тоже отпивает коньяк. — Его как заклинило на этой девчонке. В три приёма окрутил и охомутал.

— Не звезди, — рычу уже со злом. — Мы сейчас явно о разных Захарах говорим. И что за три приёма?

— Навестим его вместе перед моим отъездом, — скалясь, как Чеширский кот, урчит он. — Сам увидишь. Он со своей Алинки сдувает пылинки.

— Мда-уж, — тяну расстроенно. — Любовь забирает лучших.

— Тебя что-то никак не заберёт, — ржёт брат, уже явно захмелевший от трёх капель коньяка.

— Ну раз я такой хреновый, могу и врезать тебе, — многозначительно скалюсь в ответ и, пожав плечами, поясняю: — Мне и так хорошо. Нет, даже отлично. Не родилась ещё та девчонка…

— Ну-ну, — хмыкает брат и, откинувшись на спинку диванчика, кивает на полный зал. — Не там ты свою судьбу ищешь.

— А я и не ищу, — фыркнув, огрызаюсь я. — И сегодня отдохну на полную катушку, а твоё занудство мне не помешает. Смотри сколько доступных девчонок. Не скучно с одной?

— Не-а, — лыбится Кирилл. — Я люблю Милу и сына.

— Ну и люби, — обвожу взглядом зал и выдаю в предвкушении: — А я открываю охоту.

— Охотник, блин, — ржёт брат и, облокотившись локтями на стол, напоминает: — Ты же собирался со мной пообщаться. Разве нет?

— Ты не в моём вкусе, — хохотнув, отрезаю я. — Так что не мешай. О, смотри какие цыпочки в нашу сторону идут. Чур, блондинка моя.

То, что блондинка моя, понимаю в тот момент, как, впервые скользнув по ней взглядом, возвращаюсь снова и маниакально ощупываю хрупкую фигурку, завлекательную ложбинку в слишком откровенном вырезе платья, светлые локоны, пухлые губы, обалденные глаза, глаза… глаза…

Глаза в глаза эта лань как раз смотрит на меня, но в следующий момент неловко оступается и, едва удержав в руке бокал, гордо вздёргивает подбородок и идёт дальше. Вернее, ближе к нам…

— Попадос, — бормочу я, успев поймать ускользающую челюсть и принять привычно невозмутимый вид.

— Что? — не расслышав, уточняет Кирилл и, проследив за моим взглядом, хмыкает: — Понравилась, что ли? Ты вроде брюнеток предпочитаешь?

— Брюнетки, рыжие, какая разница, — заметно хриплым голосом отзываюсь я. — Может, мне разнообразия захотелось, так что не лезь.

— И не собирался, — сканируя меня многозначительным взглядом, тянет брат и понимающе усмехается.

— Заткнись, — зло выпаливаю я, а он вскидывает руки в покорном жесте, но лыбу с довольной рожи стирать не торопится.

В это время «моя» вместе с рыжим недоразумением, которое я даже рассмотреть не удосужился, достигают нашего столика.

— Ну надо же, не успели, — громче, чем надо, запричитала рыжая подружка. — Куда бы теперь сесть?

— Присоединяйтесь, красавицы, — не сводя взгляда с явно не одобряющей этот спектакль лани, позвал я и похлопал рукой по диванчику рядом с собой.

— Как-то неудобно, — помялась рыжуля.

Но тут же деловито подпихнула блондинку в сторону дивана, занятого Кириллом, и приземлившись рядом со мной, подвинулась ближе, притискивая почти в угол.

— Ну, если мы, конечно, не помешаем? — добавила, похлопав ресницами, а «моя», едва заметно поморщившись, присела на край дивана рядом с братом.

— Ну что вы, — протянул я максимально радушно и, отпив алкоголь, посмотрел в упор на свой «попадос». — Давайте знакомиться. Я Андрей.

— Я Светлана, ну то есть Света, но можно и Лана, — затараторила рыжуля, повернувшись ко мне всем корпусом и выпятив грудь, томно заметила: — Андрей, какое красивое имя. Моё любимое.

— Ну надо же, — поддержал я корявый флирт. — Почти как у меня Светлана.

— Почти? — притворно надув губы, фыркнула Света. — А какое же имя любимое?

— Это секрет. А подругу как зовут? — якобы переводя тему, поинтересовался я, ловя взгляд смутившейся девушки.

— А это моя подруга Ирка, — не дав объекту и рта раскрыть, выпалила Света, тут же сдавая все явки и пароли: — Она у нас психолог. Скучно с ней, но что теперь. Вот даже сюда кое-как её вытащила. А то так бы и сидела над тетрадками и…

— Вот как? — вмешался в разговор брат и, обратившись к Ирине, пожаловался: — Андрей тоже меня силком сюда притащил. Я его брат Кирилл.

— Очень приятно, — сдержанно улыбнувшись, отозвалась Ира. — Просто не люблю тусовки и почти не пью.

— А у нас, оказывается, много общего, — зыркнув на меня с хитрым прищуром, продолжил наступление брат, а я почувствовал, что закипаю.

— А вы, значит, братья? — вмешавшись, восторженно выпалила Света. — Ну надо же, а так сразу и не скажешь. Вы абсолютно разные.

— Это точно, — усмехнувшись, поддержал брат и, кивнув на меня, подлил масла в огонь моего необъяснимого, но глобального пожара: — Вот Андрею, например, нравятся рыженькие, а мне…

— Правда? — похлопав ресницами, воодушевилась Света и, повернувшись ко мне, со знанием дела пояснила: — Рыжие девушки многим нравятся.

— Ну, не скажите, Света, — замечаю ехидно и, кивнув на брата, кидаю ответную шпильку: — У Кирилла, например, жена блондинка.

— Оу, так вы женаты? — глядя на брата, растерянно тянет Света, а Ирина почему-то краснеет.

— Давно и счастливо, — расплывшись в улыбке, отзывается Кирилл и, подмигнув, сдаёт меня с потрохами: — А вот Андрей свою единственную ещё не встретил.

— Правда? — сияет Света и переводит на меня заинтересованный взгляд, в котором за лёгкой дымкой я отчётливо вижу пульсирующие сердца.

— Не женат, — подтверждаю, громко сглотнув и, взяв себя в руки, припечатываю: — И не собираюсь.

— Вот как, — с трудом скрывая разочарование, протягивает рыжая и, стрельнув многозначительным взглядом в Ирину, выдаёт: — Ирка вон тоже с этим делом завязала. Развод за плечами. Сами понимаете…

— Света, — поджав губы, подаёт голос моя лань и тут же снова краснеет. — Никому это не интересно.

— Да ладно тебе, — примирительно отмахивается Света. — Что такого-то?..

— Пойду ещё напиток закажу, — хмурится Ирина и, отодвинув почти нетронутый бокал, встаёт из-за столика.

— Я провожу, — выпаливаю решительно и, жестом прошу опешившую рыжулю выпустить меня из заточения.

— Я с вами, — блеет растерянно, порываясь пойти за мной.

— Составь компанию Кириллу, — отрезаю жёстко и, рванув за Ириной, бросаю уже через плечо: — А то он что-то заскучал.

Продираясь сквозь толпу танцующих тел, нахожу взглядом спину моей ускользающей лани и, догнав её в два прыжка, хватаю за локоть.

— Потанцуем, — поспешно бросаю первое пришедшее на ум, а Ирина окатывает мою руку холодным взглядом.

— Андрей, правильно? — нарочно рассеянно уточняет она и тут же пытается съехать с темы: — Вообще-то, я не танц…

— Уже танцуешь, — перебив, притягиваю её к себе и, впечатав в грудь, оплетаю руками.

— Разве мы успели перейти на ты? — вздёрнув одну бровь, шипит Ирина, попутно пытаясь разжать тиски моих рук.

— Да, — отражаю невозмутимо, прижимая её ещё крепче и, любуясь ещё более соблазнительной с этого ракурса ложбинкой, урчу: — Вот только что перешли. Забыла?..

— Ну что вы, — тянет с издёвкой, стараясь отвернуться от меня. — Такой метод разве забудешь?

— Так почему всё ещё «выкаешь»? — интересуюсь заметно охрипшим голосом, помимо воли делая частые вдохи с её волос и, чувствуя, как пьянею.

Не мог же коньяк так поздно сработать? Или мог?.. Точно коньяк. Другого объяснения не ищу, стараясь отогнать тревожные звоночки излишней заинтересованности этой девушкой. Склонившись к её шее, уже не скрываясь провожу носом по моментально покрывающейся мурашками коже и довольно хмыкаю.

— Вы, то есть ты в курсе, что нарушаешь моё личное пространство? — дрожащим голосом с нотками профессорского тона уточняет она.

— Я бы ещё не так нарушил, — бурчу мечтательно и оставляю лёгкий поцелуй на изящной шейке.

Ирина вздрагивает, отпихнув меня в грудь, резко отшатывается и отвешивают до того смачную пощёчину, что моя голова дёргается, а я от неожиданности разжимаю капкан рук.

— Спасибо за танец, — шипит сквозь зубы моя лань и, вздёрнув подбородок, направляется к нашему столику.

Отмерев, возвращаю глаза из вытаращенного состояния в более или менее обычное, подбираю упавшую челюсть и с рыком бросаюсь за беглянкой. Бесит! Ни одна женщина себя со мной так не вела. Нет, конечно, были случаи, что меня посылали прямым или не совсем текстом, иногда даже в пешее эротическое. Но, чтобы так.

Ах ты заноза печени моей. Ну я тебе устрою. Уже нагнав Ирину у самого столика, понимаю, что ничего я ей кобелюка с раненым ЧСД* не устрою. Даже с ходу придумать ничего путного не успеваю, но ловлю её за локоть и начинаю нести полную чушь.

— Ну прости, Ирин, — блею почти виноватым тоном. — Зато ты прошла моё испытание.

— Ты совсем, что ли? — крутит пальцем у виска, имитируя губами свист. — Какое такое испытание?

— Понимаешь, какое дело, — оттащив её чуть в сторону, чтобы пялящиеся на нас брат и рыжуля ничего не услышали, продолжаю на ходу сочинять: — Я Биг босс в одной крутой строительной компании.

— И-и? — качая головой, хмыкает, давая понять, что почти поставила мне диагноз.

— Срочно ищу помощницу, — выпаливаю, недолго думая.

— А я-то тут при чём? — хмурится она.

— Да понимаешь ли, — пожевав губу, продолжаю ложь, постепенно обретающую очертания в воспалённом мозгу. — Все какие-то озабоченные, а мне надёжная нужна. Чтоб работала, а не шашни крутила.

— Ну-у, а я-то тут?..

— Ты мне идеально подходишь, — расплываясь в улыбке, осчастливливаю я.

— Спасибо, но нет, — резко обрубает полёт моей фантазии Ирина и, вернувшись к столику, берёт сумку.

— Света, я домой, — сообщает явно опешившей подружайке.

— Ир, ну ты чего? — зыркнув на меня и брата в поиске поддержки, ноет Света. — Рано же ещё.

— А я Барсика покормить забыла, — врёт на ходу Иринка и безапелляционно добавляет: — Ты со мной? Если нет, то пока.

— С тобой, конечно, — ворчит рыжик и, взяв сумочку, нехотя встаёт.

— Светик, — тормознув девушку, скалю все свои тридцать два и, взяв её под локоть, вкрадчиво шепчу на покрасневшее ушко: — Телефончик оставь, пожалуйста.

— Ага, сейчас, — расплывается в улыбке Светик. — Диктуй свой, а я тебе дозвон сделаю.

— Не твой, — продолжая лыбиться, обламываю я и, кивнув в сторону почти скрывшейся из вида Иринки, конкретизирую: — Её!

* * *
* ЧСД - чувство собственного достоинства.

Ирина

Наглец, хам, беспринципный нахал! Бесцеремонно тараня толпу, я прорываюсь к выходу, закипая всё сильней. Выскочив на улицу, оглядываюсь по сторонам и, завидев на парковке несколько машин с шашечками, решительно направляюсь к ним.

— Ну, Ирка, — запыхаясь шипит, догнавшая меня Света. — Этого я тебе никогда не прощу.

— Чего этого? — не оглядываясь, бурчу на ходу.

— Ни чего, а кого, — огрызается подруга и, тяжко протяжно вздохнув, скулит: — Какой мужик, какой самец. Надо было Ленку с собой брать, она бы роль некрасивой подруги отыграла на отлично и даже не…

— Свет, ты охренела? — предъявляю, резко затормозив, так что Светка по инерции впечатывается в меня и громко ойкает.

— Ты чего? — ошарашенно хлопает она ресницами. — Ты же никогда не ругалась, даже меня обычно одёргивала.

— А ты никогда с моим мнением не считалась, — повернувшись к ней, начинаю наступать и, тыкая пальцем ей в плечо, перечисляю сквозь зубы: — Ты сама меня сюда потащила — это раз. Я ему на шею, в отличие от некоторых не вешалась — это два.

— Но он же…

— И эту тряпку, больше напоминающую наряд путаны, — дёрнув за лямку своё платье, подытожила я. — Тоже навязала мне ты — это три!

— А он мог бы и…

— А этот гад обыкновенный, — перебив Светку, добавляю децибел в свою тираду и вываливаю основную причину своего праведного гнева и накала: — Он меня облапал, поцеловал, нагрубил и оскорбил!

— Ух ты! — чуть ли не визжит от восторга Светка. — И ты убежала? Дура, ты Ирка!

— Сама такая, — немного поостыв, огрызаюсь я и, повернувшись, подхожу к ближайшему такси.

— Ну прости-и-и, — ноет подруга и, не скрывая интереса, интересуется: — Ну и как он целуется? Понравилось?

— Не помню, — покраснев, бурчу, надеясь, что в темноте Светка не заметит моего необъяснимого смущения. — В шею клюнул и всё, а я ему пощёчину.

— Ты ему ещё и врезала? — довольно урчит подруга и, подмигнув восторженно добавляет: — Ну, поздравляю!

— С чем? — опешив, уточняю я.

— Он заинтересовался, — расплывается в хищной улыбке.

— С чего такие выводы? — выпаливаю резко, одновременно пытаясь скрыть свою растерянность.

— Он твой телефончик взял, — хихикнув, сообщает она.

— И ты дала? — выпучив глаза, охаю я.

— Дала, конечно, — кивает и, уже не сдерживаясь, ржёт. — Только не твой.

— А чей? — растерянно хмурюсь.

— Да фиг его знает, — хихикнув, пожимает плечами Светка. — Просто наугад цифры назвала и всё.

— Ну ты стратег, — ворчу, не понимая, разочарована я или рада.

— Поехали домой, — довольная, как слон, отзывается подруга и тянет меня к такси. — Раз вечер не удался…

— А его брат? — скептически уточняю я. — Неужели не повёлся? Тоже ведь симпатичный.

— Что значит тоже? — сканируя меня прищуренным взглядом, допытывается Светка. — Ты же вроде в бешенстве была от подкатов Андрея. А ну, колись — понравился?

— Ну вот ещё? — чувствуя непонятное раздражение, смущённо отвожу взгляд.

— Ир, я ведь и вернуться могу, — хитро подмигнув, намекает она и делает шажок к клубу. — Скажу, что нечаянно не тот телефон дала.

— Не надо, — блею я, бочком подходя к машине и открывая дверь. Резво юркаю на заднее сидение и бесцеремонно тяну подругу следом.

— Ты чего? — стукнувшись головой, ойкает Светка от неожиданности.

— Он уже понял, что телефон не мой, — кивнув на вход в клуб, поясняю я.

— Ой и правда, — прыскает от смеха подруга и, обратившись к шоферу, просит: — Можете выехать с парковки мимо главного входа?

Мужчина кивает и, усмехнувшись, заводит мотор. Хочется его поторопить, но машина, как нарочно, медленно и печально продвигается мимо главного входа в клуб. Выбежавший оттуда пару минут назад Андрей как раз хмуро оглядывает прилегающую к клубу территорию и парковку в поисках чего-то, а вернее, кого-то, а вероятнее всего меня.

Поймав волну нашей шалости и, видимо, решив развлечься, шофер тормозит перед самым входом и, приоткрыв окно, обращается прямо к Андрею.

— Извините, сигаретки не найдётся? — нарочно растягивая слова, вкрадчиво интересуется водила.

— Не курю, — раздражённо огрызается мужчина, бегая взглядом поверх машины, и более снисходительно добавляет: — Прости мужик, не до тебя сейчас.

— Не страшно, — усмехается шофер и, закрыв окно, сигналит.

В этот момент Андрей переводит взгляд на машину и махнувшего ему рукой шофера, а потом мельком оглядывает салон и, опешив, открывает рот. Светка показывает ему жутко неприличный жест, а я, не удержавшись, начинаю хохотать.

— А ну, стой! — отмерев, вопит Андрей и начинает тарабанить по крыше машины, но водила даёт прощальный сигнал и уже резвее выруливает с территории клуба, сразу же прибавляя скорость.

Сложившись пополам, абсолютно неприлично ржём с подругой до слёз, а водила тихо посмеивается, глядя на нас в зеркало заднего вида.

— Обломали жеребца? — уточняет, едва сдерживая улыбку, и нарочно строго добавляет: — Непорядок девушки.

— Заслужил, — утирая слезящиеся глаза, отзывается Светка и, громко хрюкнув, закатывается в новом приступе веселья.

— Ну всё, Светка, — заикаясь от смеха, крякаю я. — Если он нас с тобой теперь найдёт, то точно отыграется. Ну или на работу возьмёт…

— В смысле? — резко перестав смеяться, интересуется подруга.

— Он мне работу предлагал, — утирая глаза, делюсь я.

— В смысле? — как заведённая, блеет уже хмурая Светка.

— Ну, он типа какой-то биг босс, — уже более спокойно, поясняю я. — А свой наглый подкат объяснил неформальной проверкой моей профпригодности.

— А что за фирма? — заметно посерьёзнев, допытывает Светка.

— Строительная, кажется, — пожав плечами, отвечаю я.

— И он тебя типа позвал, потому что не повелась на его подкаты? — недоверчиво уточняет подруга.

— Ну да, — киваю я и, скептически фыркнув, озвучиваю бредовый трёп Андрея, нарочно коверкая голос: — Надо, чтоб работала, а не шашни крутила.

— Вот я дура, — оглянувшись назад, сокрушается Светка. — Надо было включить неприступность, и эта работа была бы моей. Да мы бы с ним сейчас уже мои обязанности обсуждали.

— Зачем тебе? — непонимающе спрашиваю я и, усмехнувшись, напоминаю: — У тебя так-то есть работа, если ты вдруг забыла.

— Тю-ю, разве это работа, — скрестив руки на груди, придирчиво тянет она. — Тошнит уже от деток зажравшихся толстосумов. Надоело! — Зато по профилю, — неуверенно напоминаю о сомнительном плюсе и, закусив губу, интересуюсь: — И с чего ты взяла, что подошла бы ему в качестве помощницы?

— Научилась бы, — гордо вздёрнув подбородок, заявляет уверенно и, пожав плечами, предполагает: — Что там сложного-то? Бумажки таскать и кофе боссу варить?

— А как же твой план завоевания? — поиграв бровями, уточняю я, а водитель сдержанно хмыкает.

— Я бы его охмурила постепенно, — закусив губу, хмурится подруга, тут же мечтательно перечисляя: — Ну а дальше по сценарию: соблазнить, залететь и женить.

— Так, ему это не нужно, — хохотнув, намекаю я. — Он ведь сам дал это понять.

— Вот ты вроде психолог, — прищурившись, гундосит Светка. — А таких элементарных вещей и не понимаешь.

— Ты о чём вообще? — похлопав ресницами, выдавливаю неуверенно.

— Это он на словах скала неприступная, — цокает языком подруга. — А на самом деле мечтает о той единственной…

— Которой непременно должна стать ты? — перебив, скорее утверждаю, чем спрашиваю, завершив её коронную фразу.

— Да все они такие, — с умным видом выдаёт она, а таксист, уже не сдерживаясь, смеётся. — Счастье под собственным носом не замечают.

— Не тот экземпляр, — констатирую, поморщившись и расплывшись в улыбке, интересуюсь: — Почему тогда свой номер не дала?

— Хм-м, — растерянно тянет Светка. — Может, вернёмся?

— Ну вот ещё, — закатив глаза, решительно обрубаю её поползновения к сомнительным приключениям. — На сегодня с меня впечатлений достаточно.

— Фу, какая ты скучная и предсказуемая, — бузит подруга и, явно не подумав, выпаливает: — Понятно теперь, почему муж с тобой развёлся.

— Во-первых, не он со мной, — смерив Светку холодным взглядом, не менее холодно, поправляю я.

— Ой, прости Ир, — спохватывается она. — Я не специально, это всё алкоголь и…

— А, во-вторых, — перебиваю сухо. — На хрен мне муж, которого больше другие женщины интересовали.

— Бабник — это диагноз, — кивнув, примирительно вздыхает Светка. — Теперь понятно, почему ты подальше от таких, как Андрей держишься.

— Непонятно, почему ты не учишься на моих ошибках? — всё ещё обиженно ворчу я.

— Зато какая ошибка, — томно тянет подруга и, закатив глаза, протяжно вздыхает. — Я бы с ним ошиблась пару раз.

— А что потом? — спрашиваю напрямую, а она заметно теряется.

— Вот только не говори, что отказалась бы от такого мужчины? — не придумав ничего более умного, наезжает Светка.

— Я реалистка, — отвернувшись к окну, отвечаю вполголоса. — Такие как он и такие, как мы с тобой не пара.

— Говори за себя, — надув губы, бурчит подруга.

— Окей, — развожу руками и чётче повторяю: — С таким я не буду встречаться ни-ког-да!

— Ну-ну, — расплывается она в хищной улыбке. — Посмотрим…

— Ты что задумала? — напрягаюсь я.

— Я там сумочку забыла, — сообщает она и, подмигнув, добавляет: — С визитками и телефоном.

— А чего такая радостная? — охаю я. — Высаживайте меня у дома и возвращайся.

— Ну вот ещё, — оскалившись, фыркает Светка. — Пусть теперь сам ищет, как вернуть.

— Ну ты и стер… стратег, — усмехнувшись, качаю головой и, подавшись вперёд, прошу водителя: — Остановите здесь, пожалуйста, дальше я сама.

— Пока, — чмокнув меня в щеку, прощается подруга.

Прихватив сумочку, выскальзываю из машины.

Андрей

Вроде бы утро субботы, и вроде бы вчера я не так уж и перебрал. Хотя… Напиться мне так и не удалось, но голова гудит от другого. Вспоминая гордый побег моей лани, невольно улыбаюсь. Сбежала заноза печени моей. Или сердца?.. Не-е-е, не дай бог.

Весь масштаб подставы понял, только когда набрал оставленный её подружкой номер. Решив выпендриться перед братом и козырнуть своим талантом обольщения, включил звонок на громкую связь. Дебил!.. Готовился к перепалке, смачному посылу или хотя бы типичной женской провокации, а получил черте что.

— Але-е-е, — раздался в трубке хриплый голос, и я невольно вздрогнул, а брат заржал.

— Ирина? — спросил я неуверенно, понимая при этом, что это ни фига не Ирина.

— Елена Петровна, вообще-то, — обиженно прокрякала трубка, а брат начал сползать под стол, краснея и сотрясаясь от смеха.

— Хм-м, — протянул я, зверея от понимания, что меня провели. — Извините…

— А чё хотел-то, голубчик? — заинтересовалась трубка. — Кредит небось предложить, или пенсию куда-то перевести?

— Извините, — ещё раз проблеял я и, отключив звонок, отбросил телефон в сторону.

— Что так категорично-то? — прохрюкал брат, кивая на ни в чём не повинную трубку. — Может, Елена Петровна тебя всю жизнь ждала?

— Ещё подождёт, — огрызнулся я и, швырнув в брата скомканную салфетку, рванул на выход.

Оглядел парковку, надеясь, что подружки ещё не успели свинтить. А девчонки и не успели… Только перед отъездом поглумились, свалив в закат на такси. Проводив отъехавшую машину прожигающим взглядом, зарычал от бессилия и, махнув рукой, вернулся в клуб.

— Догнал? — поиграв бровями, промурлыкал брат.

— Не успел, — плюхаясь на диван, ответил я и тут же прорычал: — Ну Ир-р-рина, найду и отшлёпаю.

— За что? — всё ещё содрогаясь от истерического ржача, проскулил Кирилл. — Она ж тебе вроде ничего не обещала.

— Раздразнила и свалила, — выдвинув самую очевидную версию, отмахнулся я.

— Ну, сознавайся уже, — поиграв бровями, мурлыкнул брат. — Влюбился?

— Никогда не употребляй это слово по отношению ко мне, — скривившись, предупредил я, многозначительно комкая очередную салфетку.

— Хорошо, не буду, — подняв руки в примирительном жесте, кивнул брат и, не сдержавшись, снова рассмеялся, забавно хрюкнув.

— Чего? — пригвоздив его взглядом, буркнул я.

— Зуб даю, что эта Ира тебя заинтересовала, — выкатил он провокацию, глянув на меня исподлобья.

— Много лишних зубов у тебя, похоже, братишка, — подавшись вперёд, рявкнул я, чем ещё больше развеселил брата.

— А я ещё идти с тобой не хотел, — окинув веселящуюся толпу взглядом, проурчал он. — А теперь вот ни капли не жалею. Так какие планы, Дрюх?

— Либо нажраться и подраться, — демонстративно закатав рукава, протянул я и, кивнув на толпу танцующих девушек, дополнил: — Либо напиться и забыться.

— Скучна-а-а, — прогундосил Кирилл и, кивнув на стол, пояснил: — Я, вообще-то, о планах на Ирину спрашивал.

— А при чём тут Ирина и?.. — провожая его взгляд, заворчал я и, заметив предмет, привлёкший его внимание, опешил: — А это что ещё такое?

— Полагаю тонкий намёк, — подмигнув, загадочно протянул Кирилл, а я сцапал лежащую на диване сумочку, больше напоминающую большой кошель.

— А Светка-то с хитринкой, — выудив из сумочки телефон, пару визиток и помаду, хмыкнул я.

— Ага, с мудринкой, — хохотнул брат.

— Только чем мне всё это поможет? — вскинув брови, пробурчал я, оглядывая добычу.

— Что-то мне подсказывает, что телефон Ирины у неё точно есть, — предположил брат.

— Запаролен, — проворчал я после попытки активировать экран Светкиного смартфона.

— Хитра-а-а, лиса рыжая, — хохотнул Кирилл, сцапав одну из выпавших из сумочки визиток, на которые поначалу я даже не глянул.

— Что там? — воодушевился я, вырывая из загребущих ручонок брата цветную карточку.

— Я так понял, они вместе работают? — намекнул он.

— Ну-у?

— Баранки гну, — огрызнулся он, кивая на визитку.

— «Частное учебное заведение дошкольного образования», — задумчиво прочитал я и, хлопнув себя по лбу, выпалил: — Ну точно! Ира же вроде как школьный психолог.

— Ну, — кивнул Кир.

— Антилопа-гну, — отзеркалил я.

— Повторюсь. Какие планы?

— Подловлю после работы, — довольно заурчал я, — И…

— И она тебя снова пошлёт, — расплывшись в улыбке, завершил мою фразу брат.

— А как тогда? — опешил я, не желая повторять провальный опыт.

— Ну-ка, дай, — потянулся он за визитной карточкой и, прочитав, нахмурился, а потом радостно выпалил: — То-то думаю, знакомое название. В эту школу наш Матвей ходит.

— Матвей? Так это многое упрощает! — возликовал я, но тут же осёкся под строгим взглядом Кирилла.

— Не вмешивай моего сына в свои наполеоновские платы, — медленно разрывая визитку на кучу мелких кусочков, прорычал он и для пущей верности высыпал их в свой стакан с недопитым коньяком.

— Не буду, конечно, — состроив самый невинный взгляд, пообещал я, незаметно пряча точно такую же карточку под салфетку, обиженно при этом бурча: — За кого ты меня принимаешь?

— А это… — перехватив Светкину сумочку и телефон, дополнил брат. — Я сам верну.

— Да пожалуйста-а-а, — равнодушно протянул я, сгребая добытую визитку вместе с салфеткой и пряча в карман, а потом, допив остатки коньяка, уточнил: — Чем займёмся?

— Едем домой, — подзывая официанта, отрезал Кирилл.

— Зачем? — опешил я. — Завтра же суббота.

— А у нас всего неделя на твою подготовку, — рассчитываясь за напитки, нахмурился брат и, решительно встав из-за стола, подытожил. — И ты мне нужен вменяемым.

— Скучна-а-а, — передразнил я Кира, но послушно поднялся следом.

Странно, но, как мы добирались до дома, почти не помню. Продолжаю анализировать вчерашние события, абсолютно не желая открывать глаза. Сладко потягиваюсь, подминаю под себя подушку и переворачиваюсь на живот. Пытаюсь снова отключиться и хоть немного поспать, но в жестокую реальность меня настойчиво выдёргивают странные звуки.

Сопение, кряхтение и тактичное покашливание. Учитывая, что домой мы уехали без девушек, шанс, что я с кем-то переспал минимален, а тот факт, что поехали мы домой к Кириллу и вовсе сводит эту возможность к нулю.

Приоткрыв один глаз, наблюдаю задумчивую детскую мордашку, не без интереса сканирующую моё лицо. Трясу головой и снова зажмуриваюсь. Звуки не исчезают, дополняясь протяжным вздохом и многозначительным прицокиванием. Приподнявшись на локтях, открываю оба глаза, не без труда фиксируя их на мальце.

— Мотя? — изрекаю охрипшим голосом после длительного скрипа шестерёнок в воспалённом мозгу.

— Вообще-то, Матвей, — гордо вздёрнув конопатый носик, отзывается племяш и, окинув меня скептическим взглядом, уточняет: — Ну или я тоже буду звать тебя Дроном. Можно?

— Дроном? — приподняв одну бровь, удивляюсь я и, приняв более или менее устойчивое положение, спрашиваю: — Почему Дроном?

— Так папа вчера тебя называл, — пожав плечами, напоминает Матвей.

— Когда? Не помню? — хмурюсь, потирая виски.

— Ну как же, я сам слышал, — разводит руками мальчик и, исказив голос, пародирует: — «Дрон, тащи свою пьяную задницу в гостевую спальню, или оставлю тебя дрыхнуть у порога на коврике».

— А-а, это возможно, — усмехаюсь и, перекатившись набок, подпираю голову рукой. — А где твой отец, кстати?

— На работе, — с нескрываемым удивлением, отвечает племяш.

— Вот дурак, — непреднамеренно кривлюсь, но спохватившись, меняю тему: — А ты, почему не в?.. ну где ты там должен быть? О, вспомнил! Почему не в школе?

— Ну так суббота же, — поцокав, закатывает глаза.

— Ну, так иди и поиграй, — предлагаю навскидку, надеясь ещё хоть немного подремать.

— Не могу, — насупившись тянет мальчик и, кивнув на меня, поясняет: — У меня ответственное задание.

— Какое? — уточняю, едва сдерживая улыбку.

— Разбудить, накормить и отправить в офис, — перечисляет Матвей, демонстративно загибая пальчики.

— Кого?

— Ну так тебя, дядя Дрон, — подытоживает мальчик и, склонив голову набок, делится таинственным полушёпотом: — Если успею до двенадцати, папа разрешил поехать с тобой.

— Разрешил? — уточняю удивлённо. — А тебе хочется?

— Конечно, — ещё более удивлённо выдыхает Матвей и, пародируя Кирилла, выдаёт: — Так что, дядя Дрон, тащи свою хм-м… попу в душ и на кухню.

— А что мне за это будет? — хохотнув в голос, подначиваю я.

— А что ты хочешь? — чуя слабину, воодушевляется племяш и, немного подумав, предлагает: — Хочешь, я тебе своим вертолётом дам поуправлять?

— О-о-очень заманчиво, — задумчиво киваю я, но тут же нахожу более важный для себя козырь: — Хотя, давай лучше на сговор?

— Это как? — хмурит бровки, всем видом напоминая, что яблочко от яблоньки, ну, или как там говорят.

— Поможешь мне в одном вопросе, — размыто поясняю я.

— В каком? — не сдаётся Матвей, а мне приходится срочно запускать мыслительный процесс.

— В очень важном, — шепчу многозначительно и тут же спрашиваю: — У вас в школе есть учительница Ира?

— Нет, — даже не подумав, мотает головой племяш.

— А Света? — слегка опешив, накидываю следующий вопрос.

— Нет, — также быстро и уверенно отзывается Матвей.

— Уверен? — хмурюсь я и ещё раз повторяю: — Ни учителя Иры, ни учителя Светы? Точно?

— Точно, — уже нервничает мальчик и, подумав, подтверждает: — Ни Иры, ни Светы. Только Ирина Борисовна и Светлана Петровна.

— Вот как? — изобразив разочарование, мысленно ликую я и, вздохнув, грустно выдавливаю: — Ну хоть такие есть.

— А зачем тебе? — подозрительно прищуривается Матвей.

— Потом расскажу, — встав с кровати, обещаю я и, присев перед племянником на корточки, строго добавляю: — Но это тайна. Никому… Договорились?

— Даже папе? — глядя на протянутую руку, уточняет мальчик и, получив в подтверждение кивок, расплывается в улыбке.

— Особенно папе, — подтверждаю я, пожимая узкую ладошку и, прищурившись, добавляю таинственности: — А то сюрприз не получится.

— Замётано, — серьёзным тоном закрепляет нашу сделку племяш и, направившись к двери, бросает через плечо: — Поторопись, дядя Дрон. Жду внизу.

— Вот чертяка, — хмыкаю, едва за мелким захлопывается дверь и направляюсь в душ.

Ирина

Выходные прошли на удивление скучно и лениво. Даже Светка ни разу не позвонила, хотя я ждала, предполагая, что она в очередной раз пристанет с новыми наполеоновскими планами, спокойно дожить до понедельника в которых точно не предполагается.

Либо часами будет жаловаться на жизнь и вселенскую несправедливость по неравномерному распределению грузовиков со счастьем, один из которых, по её убеждению, рано или поздно должен перевернуться на её улице.

Вчерашние события отошли на второй план, но думая о наглеце Андрее, я надолго зависала, а потом морщилась, как от горького лекарства и, фыркнув, возвращалась к запланированным делам. А какие самые важные запланированные дела могут быть у молодой и разведённой девушки? Правильно!.. Интересная книга, и желательно по психологии.

Всё ещё лелея надежду продолжить образование и получить второе высшее, каждую свободную минуту я посвящала самообучению и чтению профильной литературы. Быть детским психологом не являлось пределом моих мечтаний, а если бы не развод, то я давно бы уже доучилась на факультете мечты. Но увы…

В какой момент книга в моих руках превратилась в любовный роман, так и не поняла. В очередной раз припомнив Светку, подсадившую меня на подобное чтиво, не самым добрым и приличным словом, я тяжко вздохнула и вновь погрузилась в историю, где всё так влажно, сладко и греховно, полагая, что в работе с реальными психами мне это точно пригодится.

Понедельник решил расставить все несправедливости по местам, явив с самого утра в мою каморку неугомонную подругу. Сейчас шебутная натура была старательно упакована в обёртку скорбной печали, а выражение Светкиного лица обещало мне полноценный вынос мозга со всеми втекающими и вытекающими.

— Привет, хорошо выглядишь, — сделала я пробный заход по поднятию настроения навестившего меня объекта.

— Угу, — не повелась Светка и, устроившись в кресле напротив, стекла несчастной массой по спинке, закатив глаза к потолку.

— Как выходные прошли? — в тщетной попытке предотвратить СветАрмагездец, улыбнулась я.

— Жизнь — боль, — прогундосила подруга и, показательно всхлипнув, воззрилась на меня двумя озёрами скорби.

— А боль — это жизнь, — отзеркалила я и, словив взгляд, обвиняющий меня во всех грехах, сдалась: — Рассказывай уже.

— Всё плохо, — в своей любимой манере расширить границы случившегося до максимума, простонала Светка.

— Значит, скоро будет всё хорошо, — напомнила я и, разведя руками, предположила: — Чёрная полоса же не бесконечна.

— Не хочу чёрную, — поморщилась подруга.

— Ну так белая скоро…

— И белую не хочу, — завредничала Светка и, закатив глаза, заканючила: — Хочу серую.

— Зачем? — не поняла я.

— Как в оттенках серого, — мечтательно вздохнула она и, слабо улыбнувшись, намекнула: — Ну помнишь, как…

— Помню, — вскинув руки, тормознула полёт её фантазии и, нахмурившись, намекнула: — Свет, ты слишком много читаешь, но не совсем то, что надо.

— Не нуди, — простонала Светка.

— Так, скоро начинаются уроки, — глянув на часы, напомнила я и, собрав тетрадки, поднялась из-за стола, размыто сообщив: — Но если ты уже хочешь поговорить, то…

— Курьер привёз мою сумочку на работу, — прохныкала подруга.

— И-и? — сложив руки на груди, подтолкнула я. — Она порвана, испачкана или телефон исчез?

— Не-е-ет, — проскулила Светка. — Всё на месте, кроме…

— Кроме? — надавила я.

— Даже записку не положил, гад такой, — возмущённо выпалила она.

— А должен был? — подсказала логичный ход рассуждений.

— Ну, я надеялась, что да, — прикусив губу, созналась подруга. — А теперь даже не знаю, как быть.

— Я подскажу, — смилостивилась я и, загибая пальцы, перечислила: — Забить, забыть и жить дальше.

— Какая ты всё-таки, — ткнув в меня наманикюренным пальцем, фыркнула Светка.

— Реалистка? — хмыкнув, подсказала я.

— Скучная реалистка, — согласно кивнула она. — Какой мужик, м-м-м. А я, как дура все выходные готовилась. Маникюр, педикюр, масочки и вообще…

— Это называется ложные иллюзии, — улыбнулась я и, почти растворившись под испепеляющим взглядом подруги, подкинула вишенку на пьедестал её страданий. — Но зато ты теперь красивая, ухоженная, и заметь, свободная женщина.

— Не помнишь, в какой фирме он работает? — жалобно поинтересовалась Светка.

— В строительной.

— Название помнишь? — окатив меня концентратом презрения, фыркнула она.

— Нет, — покачала я головой.

— Жаль, — надув губы, выдохнула она и, просияв, сообщила: — Кстати, тебя шефиня звала.

— Зачем? — напряглась я, понимая, что без особой надобности хозяйка школы к себе не вызвала бы.

— Не знаю, — пожала плечами Светка и, поиграв бровями, дополнила: — Но она явно сегодня не в духе.

— Это её обычное состояние, — вздохнула я и, не желая откладывать явно неприятный разговор, направилась к двери.

Пройдя в административное крыло здания, зашла в приёмную шефини и получив кивок от хмурой секретарши, постучалась к Маргарите Игоревне.

— О, Ирочка, здравствуй, — проворковала хозяйка школы, одарив меня снисходительным взглядом и в довесок улыбкой из разряда «вот кого я съем сегодня на завтрак».

— Доброе утро, Маргарита Игоревна, — отозвалась я и, пройдя ближе, села на предложенное место, с ходу уточняя: — Вызывали?

— Да-да, Ирочка, — закивала шефиня и, смерив меня оценивающим взглядом, поморщилась: — Слышала, у тебя материальные сложности?

— Не то чтобы, — помялась я и, пожав плечами, пояснила: — Как у всех, собственно.

— Не скромничай, — заулыбалась она и, подавшись вперёд, уточнила: — Ипотека, правильно?

— Она родимая, — киваю, криво улыбнувшись.

— Во-о-от, — почему-то радостно выпаливает шефиня и, вздёрнув подбородок, сообщает: — Поэтому я решила тебе помочь.

— Премия, повышение оклада? — интересуюсь воодушевлённо, старательно отгоняя нехорошие предчувствия.

— Ну почти, — уклончиво тянет она и, постучав пальцами по столешнице, намекает: — Возьмёшь вторую группу дошколят на пару месяцев, и будет тебе счастье.

— У меня и так двойная нагрузка, — пытаясь сдержать дёргающийся глаз и раздражение, напоминаю я. — Психолог и…

— Ну психолог ты пока без диплома, — поцокав языком, поправляет Маргарита Игоревна. — А в штате числишься, так что я почти нарушаю.

— Я доучусь, — опускаю глаза на сцепленные руки. — Просто так вышло, вы же понимаете…

— Понимаю, — бесцеремонно перебивает шефиня. — Но и ты меня пойми.

— А как же Татьяна? — уточняю без особой надежды.

— Там у неё всё сложно, — разведя руками, уклончиво обрисовывает ситуацию. — Замуж собралась, а жених против.

— Но мы же не в каменном веке.

— То-то и оно, — вздыхает шефиня и задумчиво перечисляет: — Сначала замуж, потом декрет. Зачем мне эти заморочки посреди года?

— Когда приступать? — смирившись с неизбежным, уточняю я.

— Ещё вчера Ирочка, ещё вчера, — приподняв брови, серьёзно добавляет она. — Так что правки в расписание уже внесли. Иди готовься.

— Спасибо, — едва сдержав тяжёлый вздох, благодарю я и, встав с кресла, направляюсь к двери.

— Не благодари дорогая, — хищно улыбнувшись, кивает шефиня, тут же погружаясь в какие-то документы.

Вернувшись в свой кабинет, открываю электронный ежедневник и, ознакомившись с новым расписанием, даю волю гневу, психу и паре отборных матов, которые, к слову, практически не употребляю в повседневной жизни.

— Оу! — захватив самый смачный кусочек моей тирады, выпаливает зашедшая в кабинет Светка. — Так понимаю, шефиня тебя осчастливила с утра.

— А ты своё расписание проверь, — раздувая ноздри, намекаю я и, ехидно усмехнувшись, добавляю: — Уверена, тебе тоже подкинули работёнки.

— Типун тебе на язык, — отмахивается подруга, но достав свой смартфон, послушно заходит в рабочее приложение и, округлив глаза, выдаёт: — Страшню-ю-ючий случай! Она моей смерти хочет?

— Нашей, Света, нашей, — издав злорадный смешок, поправляю я и, сложив ладони лодочкой, тяну: — Ом-м-м, я люблю свою работу, я люблю свою работу, я…

— Ты идиотка, Ира, — перебивает подруга и, шлёпнувшись в кресло, предъявляет: — Тебе судьба послала Андрея, а ты его веником и под коврик.

— Да, уж, подарочек, — скептически фыркаю я и, разведя руками, скулю: — Кто же знал-то? Да и не готова я менять работу.

— А я тебе говорила, — огрызается Светка, продолжая метать молнии.

— Это моя фраза, — опешив, возражаю я.

— Идём вечером в клуб, — сведя бровки на переносице, выдвигает подруга и, ткнув в меня пальцем, припечатывает: — И не спорь!

— С чего ты взяла, что он снова там будет?

— Вот и проверим, — продолжая хмуриться, бурчит Света.

— И что? — встав с места, начинаю мерить каморку шагами. — Мне к нему самой на шею кинуться с воплями «возьми меня на работу»?

— По ходу разберёмся.

— А тебе-то какая выгода? — торможу перед подругой.

— А ты ему условие выдвинешь, — расплывшись в улыбке, изрекает Светка.

— Какое?

— Чтобы брал нас двоих, — делится гениальным планом, а я закатываю глаза.

— С чего ты решила, что он согласится? — нахмурившись, уточняю я.

— Запал он на тебя, Ира, — постучав себя пальцем по лбу, усмехается она и, потирая руки, ворчит: — Ты с него верёвки вить будешь, гарантию даю.

— Не нужны мне с него верёвки, — невольно краснею.

— Ну и дура, — показывает язык Светка и, глянув на часы, вздыхает: — Так, детали позже обсудим, а сейчас пойдём вдалбливать знания в эти клумбы с цветами жизни.

Ирина

— Света, нет, — закатываю глаза, едва подруга заходит в мой кабинет.

— Что сразу нет-то? — фыркает она, приземляя на мой стол объёмный пакет, а свою тушку на соседнее кресло.

— Никаких клубов, — предупреждаю и, ткнув в неё пальцем, жалуюсь: — Сегодня только четверг, а у меня состояние близкое к истерике.

— Я, вообще-то, суши заказала, — невозмутимо отзывается Светка и, развернув пакет, выставляет на стол пару контейнеров и маленькие баночки с соусом и имбирём.

— Суши? — тяну носом и расплываюсь в улыбке. — А в честь чего?

— В честь завтрашней пятницы, — урчит подруга, пододвигая ко мне порцию и палочки. — Угощайся.

— Это же не замануха? — запихнув любимое лакомство в рот, бурчу неразборчиво.

— Какое там, — вздыхает Светка.

— В клуб не пойду, — предупреждаю строго и, ткнув в её сторону палочками, припечатываю: — Всё равно Андрей там больше не появился.

— Ну неплохо же отдохнули? — интересуется подруга, смакуя еду.

— Это как посмотреть, — фыркаю скептически и, закатив глаза, перечисляю: — Помимо новых знакомых я ещё и бывшего умудрилась встретить.

— Ну и что? — вздёрнув бровь, фыркает Светка. — По-моему, Дениска остался под впечатлением от твоего нового образа.

— Настолько под впечатление, что теперь заваливает меня сообщениями и звонками, — кивнув на жужжащий на столике телефон, жалуюсь я.

— И-и? — не донеся роллину до рта, замирает подруга. — Что думаешь?

— О чём?

— Не о чём, а о ком? — напирает она. — Простишь?

— Зачем?

— Не вздумай, — кивает она. — Такое не прощают, а он хорошо устроился. Жена — красавица, умница и…

— Бывшая жена, — поправляю поморщившись. — Только есть одна проблема.

— Ну? — хмурится Светка.

— Денис упёртый, как баран, — откинувшись на спинку кресла, тяжко вздыхаю. — Если решит что-то, хрен остановится.

— Вот так он тебя и завоевал, — поморщилась подруга. — Измором взял гадёныш. А ты дева доверчивая, добрая, размазня короче.

— Ну спасибо, подружка, — выкатываю с издёвкой.

— Всегда пожалуйста, — невозмутимо фыркает Светка и со знанием дела добавляет: — Тебе подальше надо держаться от таких экземпляров.

— А Андрей разве не такой? — интересуюсь удивлённо. — Что же ты меня так усиленно с ним свести стремишься?

— Андрей? — урча, как кошка, мечтательно тянет подруга. — Самец. Таким сдаются без боя и…

— Много чести, — перебиваю возмущённо.

— Сдаются, но не в твоём случае, — уверенно продолжает Светка.

— Ты о чём?

— Да он же втюрился в тебя, — посмотрев на меня как на недалёкую, фыркнула она.

— Свет, он самец, как ты выразилась, к тому же богатый самец.

— Ну и что?..

— Переживай потом, — неопределённо отозвалась я.

— Пусть он переживает, — утирая губы салфеткой, выпалила Светка. — Надо из тебя конфетку сделать, чтоб у него совсем крышу снесло.

— Зачем мне это? — возражаю, покраснев.

— А ты правда собралась всю жизнь тут работать? — кривится подруга, обводя рукой мою каморку.

— Но и у него я работать не хочу, — качаю головой.

— Ирка-а-а, — цокает головой Светка. — Какая ты всё-таки… С таким тебе вообще работать не пришлось бы.

— В клуб я больше не пойду, — отрезаю жёстко, прерывая полёт её фантазии.

— И не надо, — отмахивается она и, сгрузив пустые контейнеры в пакет, встаёт. — Ладно, я работать пошла, а то шефиня решит, что пора добавить нагрузки.

Но стоит подруге подойти к двери, как та распахивается, и на пороге материализуется мой бывший, причём с букетом роз и довольной ухмылкой на лице. Пропустив нахмурившуюся Свету, заходит в мой кабинет и, закрыв дверь, окидывает меня оценивающим взглядом.

— Зачем ты здесь? — уточняю, придя в себя от первого шока.

— И тебе привет, Ирина, — урчит Денис и, подойдя ближе, кладёт передо мной цветы.

— Как тебя вообще пустили в здание? — хмурюсь, разглядывая цветы, которые раньше мне бывший дарил только по особым случаям, обычно связанным с его косяками.

— Я умею договариваться, — разводит руками и, устроившись в кресле, упрекает: — Почему трубку не берёшь?

— А должна? — огрызаюсь, скрестив руки на груди.

— Ирин, ну чего ты, как ёжик в самом деле? — вздыхает бывший и, подавшись вперёд, расплывается в улыбке. — Выглядишь потрясающе.

— Спасибо, — отзываюсь сухо и, встав, достаю из шкафа с документами, пылящуюся там без дела вазу.

— Как дела вообще? — продолжает лыбиться Денис.

— А давай мы сэкономим время и нервы друг друга, — предлагаю почти ласковым голосом и, устроив вазу на столе, поправляю цветы. — Ты говоришь, зачем пришёл, а я делаю вид, что мне интересно. Идёт?

— Какая ты всё-таки колючка, Ирина, — качает головой Денис. — Я тебя на ужин хотел позвать, а ты…

— Спасибо, сыта по горло, — усмехаюсь в ответ и, кивнув на дверь, намекаю: — Тебе пора, пожалуй, а мне работать надо.

— Ирин, ну хватит, — насупившись, ворчит бывший. — Я оступился, ты не простила, но как же второй шанс и…

— Вот я и дала второй шанс, — перебиваю, тут же уточняя: — Себе в первую очередь.

— Вот это? — скептически хмыкает бывший и, обведя взглядом мою каморку, ехидно добавляет: — Об этом ты мечтала или?..

— Или, — снова перебиваю и, отвернувшись к окну, начинаю врать: — Меня на работу пригласили в крупную фирму.

— Кем? — усмехается Денис.

— Помощницей руководителя, — смерив его взглядом, изрекаю хвастливо.

— Кто? — недоверчиво уточняет он.

— Мой молодой человек, — сочиняю, не краснея.

— Да ладно, Ирин, хорош заливать, — заметно злится бывший и, нахмурившись, рычит: — На эмоции меня вывести хочешь?

— А смысл? — пожимаю плечами и, кивнув на оживший входящим звонком телефон, развиваю легенду дальше: — О, кстати, как раз Андрей звонит. А он у меня такой ревнивый.

— Ир-р-ра, — не веря урчит Денис, но телефон прожигает недобрым взглядом.

— Да, любимый, — ответив на звонок, начинаю ворковать с вовремя позвонившей Светкой.

— Помочь? — едва сдерживая смех, интересуется подруга.

— Конечно, милый, и я скучаю, — продолжаю ласково и, прикрыв трубку рукой, киваю бывшему на дверь и шепчу. — Пока, Денис.

— Я сейчас к тебе приведу ученика, — помявшись продолжает Светка. — На консультацию…

— Уже не надо, — хихикнула я. — Объект ушёл.

— Ты не поняла, — понизив голос, промычала она в трубку. — Тут правда нужна беседа с психологом.

— А, ну окей, веди, — растерянно отозвалась я и, убрав злополучный букет в сторону, приняла максимально серьёзный вид.

Через несколько минут в дверь кабинета постучали и, получив моё приглашение, в каморку зашла Светка, а следом за ней Матвей. По моим ощущениям очень скромный, воспитанный и положительный мальчик. Даже сейчас он пропустил учительницу вперёд, вежливо поздоровался и, тихо прикрыв входную дверь, остался на месте, ожидая моего приглашения.

— Привет, Матвей, — поздоровалась я и, указав на кресло, позвала: — Проходи.

— Ну я пойду, — попятилась к двери Светка и, кивнув на мальчика, приподняла брови, давая понять, что всё очень серьёзно.

— Светлана Петровна, а вы не поясните суть проблемы? — осторожно уточнила у подруги.

— Я сам, Ирина Борисовна, — вмешался мальчик и, оглянувшись на опешившую коллегу, тактично кашлянул: — Вы не оставите нас одних?

— Конечно-конечно, — закивала Светка и, подмигнув мне, поспешила слинять.

— Ну, так что тебя беспокоит? — доставая цветные карточки с психологическими тестами, поинтересовалась я.

— Жизнь — боль, — тяжко вздохнув, выдавил Матвей и, кивнув на раскладываемые мной карточки, попросил: — Давайте без этого вот всего.

— Почему? — по-детски подыграла я и, улыбнувшись, добавила: — Мы просто поиграем и всё.

— Ну не смешите меня, — фыркнул мальчик и, покраснев, потупил взгляд. — Знаю я все эти ваши игры.

— Тогда давай поговорим, как взрослые, — опешила я.

— Ну если вы сможете, как взрослая, — оперев голову о спинку кресла, намекнул Матвей, а я нервно хихикнула, чувствуя себя первоклашкой.

— Так что тебя беспокоит? — незаметно включая диктофон, предприняла попытку наладить контакт.

— Скорее не меня, а вас, — глянув исподлобья, заметил мальчик и, скрестив ручки на груди, предъявил: — Зачем вы просите детей быть хорошими?

— Ну, так это… — вконец растерявшись, промычала я, судорожно забегав взглядом по кабинету, и выдала очевидное: — Чтобы вы выросли хорошими и добились успеха во всём, что хоти…

— А зачем? — скептически поинтересовался Матвей.

— Ну так надо, — заикаясь пролепетала я и, прищурившись, заметила: — Вот ты хороший мальчик, и все тебя любят. Разве нет?

— Все-то все, — вздохнул мальчик и, покраснев, поделился: — А вот одна особенная девочка даже не замечает.

— Ах вот оно что, — протянула я, выдохнув с облегчением. — Может, она тебя просто плохо знает.

— Ну прям, — фыркнул Матвей. — Прекрасно она меня знает, а дружить предпочла с Егором, а он не хороший, а даже наоборот.

— Это не повод становиться нехорошим, — предположила я.

— Ну вы сами себе-то не врите, — выпалил мальчик и, ойкнув, покраснел: — Простите, Ирина Борисовна, но это правда жизни.

— Какая? — нервно хихикнула я.

— Девочкам нравятся плохие парни.

— Но замуж девочки идут за хороших, — возразила я, тут же прикусив язык.

— Значит, папа хороший, а дядя Дрон плохой, — скорей констатируя, пробормотал мальчик.

— Чего? — опешила я.

— Да так, просто анализирую, — отмахнулся Матвей и, тяжко вздохнув, прикрыл ладошкой глаза. — Я так и знал.

— Что?

— Неправильно вы нас воспитываете, — буркнул он и, глянув сквозь растопыренные пальчики, спросил: — А быть плохим, оказывается, не так уж и плохо, да ещё и весело.

— Но как же тогда?.. — начала я и тут же осеклась.

— Ну, вот вы Ирина Борисовна тоже хорошая, а вам весело? — пригвоздил меня внимательным взглядом мальчик.

— Ну, иногда, — растерянно отозвалась я.

— А ему всегда весело, — буркнул Матвей и, надув губы, пробубнил: — Я тоже так хочу.

— А родители часто с тобой общаются? — пытаясь сменить тему в привычное русло, неуверенно начала я.

— Более чем, — неопределённо ответил мальчик.

— А папа?

Вскинув на меня задумчивый взгляд, Матвей пожал плечами, вздохнул и опустил взгляд на сложенные на коленях ручки.

— Так, давай ты позовёшь сюда папу и мы вместе поговорим, — предложила я, и лицо Матвейки озарила хитрая улыбка.

— Ну давно бы так, — с облегчением выдохнул мальчик и, кивнув на дверь, выпалил: — Ну я пойду?

— Постой, — чувствуя, что меня развели, позвала я. — Так ты хотел, чтобы я поговорила с папой?

— Наверное, — пожал плечами Матвей и, глянув на настенные часы, поцокал языком: — Что-то засиделся я. Ну, в общем, я скажу ему, что вы позвали, да?

— Да, — кивнула я и, нахмурившись, открыла ежедневник. — Когда папа сможет прийти?

— В понедельник в восемь тридцать, — кивнув на блокнот в моих руках, подсказал мальчик и, проследив, как я делаю пометку, удовлетворённо улыбнулся: — Ну я пошёл. Хорошего дня вам, Ирина Борисовна.

Проводив взглядом мальчика до двери, нахмурилась и, пытаясь проанализировать наш разговор, тряхнула головой. Что-то явно не складывалось, а впечатление, что меня развели, только усилилось.

— Ну? — зайдя в кабинет после ухода мальчика, поинтересовалась Светка. — Что это сейчас было?

— Знаешь, — промямлила, рассеянно глядя в одну точку и, переведя взгляд на подругу, хмыкнула: — Если честно, я и сама не поняла. На Матвея совсем не похоже.

— Вот и я удивилась, — обернувшись на дверь, понизила голос подруга. — Подошёл и сам к тебе напросился.

— Странно…

— Так, о чём вы говорили? Что решили?

— В понедельник жду его папу на беседу, тогда и посмотрим, — пожала плечами и, отложив ежедневник, хмыкнула: — Похоже, мальчик просто влюбился.

— Ну-ну…