Благословленные по неволе

- Соня, ну вставай, на бал нужно собираться, – послышался сквозь сон голос соседки по комнате.

– Мила, оставь меня в покое, я никуда не пойду, – пробормотала я, пытаясь укрыться от назойливого голоса, зарывшись глубже в мягкое одеяло.

– Но почему? – Мила, с упорством принялась стягивать с меня спасительную ткань.

– Я не хочу, чтобы этот вечер закончился браком, – проговорила я, сдаваясь и поднимаясь с постели. Осознание того, что Мила не оставит меня в покое, заставило меня двинуться в сторону ванной. – Ты же знаешь, сегодня бал Светлой богини, и она может связать судьбы пар по своему усмотрению. Именно поэтому всех адептов нашей академии сгоняют на это помпезное действо. Нет уж, увольте. Но если ты горишь желанием блистать, я могу помочь тебе с приготовлениями.

– Соня, ты не понимаешь!– воскликнула Мила, закидывая мне в руки платье, усыпанное блестками. – Все мечтают быть там! Ты просто боишься, что твои ожидания не оправдаются

Я лишь закатила глаза, устав от ее пыла. Мысль о браке, заключенном под давлением высших сил, казалась мне кощунственной.

 – Мила, я не боюсь. Я верю, что любовь – это свобода. Каждый из нас достоин сам выбирать свою судьбу.

— А, ну да, конечно: утопай в одиночестве, пока другие купаются в счастье, — пробурчала она, надув губки, словно обиженный ребенок. — Прическу мне сделаешь?

— Разумеется, сегодня ты затмишь своей красотой даже звезды, — ответила я. И, отложив расшитое платье на кровать,  тут же принялась за работу.

Мила, несмотря на саркастичные выпады, всегда доверяла моим рукам свои волосы. Я, лепила из них причудливые узоры, наделяя каждый локон особой грацией и блеском. Сегодня в ход пошли жемчужные нити. Они оплетали ее косу.

Погружаясь в работу, я уносилась мыслями далеко от этих божественных свадеб. Мой мир виделся иначе: чувства расцветают постепенно, из робкой симпатии. В любовь с первого взгляда я не верила, как не верила и в счастье, сотканное из божественного благословения между едва знакомыми людьми. Скорее, это заточение – магические узы, лишающие выбора, ведь дети возможны лишь с избранным богиней. Вот почему я так жаждала этой свободы выбора.

Мила же, напротив, грезила о судьбе, скрепленной печатью богини. Она жаждала признания, восхищения.

 Ее глаза загорелись предвкушением, когда она посмотрела на свое отражение в зеркале, усыпанное жемчугом и звездной пылью.

Закончив прическу, я отступила на шаг, любуясь своим творением. Мила действительно была прекрасна. Ее красота казалась неземной.. И хотя наши взгляды на жизнь расходились, я желала ей счастья, искреннего и настоящего, независимо от того, кто его даровал – богиня или случай.

– Ты чудо, Соня! – воскликнула Мила, поворачиваясь ко мне с сияющей улыбкой. Сегодня я покорю сердце самого прекрасного ковалера! И, возможно, тогда ты тоже поверишь в силу божественной любви. Ты точно не пойдешь? — Мила заглянула в глаза, словно пытаясь прочитать там ответ, которого не было.

 — Нет, — выдохнула я. Сама мысль о предстоящем брачном обряде вызывала не дрожь предвкушения, а ледяной ужас. — Иди одна. Повеселись за нас обеих.

Едва за Милой закрылась дверь, я облегченно выдохнула. день зимнего солнцестояния… Сам обряд, пропитанный древней символикой, вызывал во мне лишь отторжение. Как богиня, олицетворяющая свет и радость, могла скреплять узами чужих людей? Эта яркая, священная традиция внушала безотчетный страх — страх перед бездной неведомого.

Я погрузилась в мир учебников, пытаясь заглушить тревогу, а затем, с головой нырнув в древние свитки, читала о истоках колдовства, об алхимии. Незаметно для себя я уснула с книгой в руках, проснувшись лишь утром.

На соседней кровати, умиротворенно посапывая, спала Мила, вернувшаяся с празднества. Я тихо встала и направилась в ванную, смыть остатки сна.

Освежающая прохлада воды коснулась лица, и тут мой взгляд упал на руку. Там, словно выжженный клеймом, красовался странный узор.

 -Что?.. Этого не может быть! – вырвалось у меня, и я отчаянно принялась тереть кожу, словно пытаясь соскоблить саму реальность. Паника ледяными щупальцами сдавила горло. Схватив тональный крем, я маниакально принялась замазывать этот чуждый, загадочный символ. Я не была на балу, этот дьявольский орнамент не мог украшать мою кожу; это какая-то чудовищная ошибка, злая насмешка судьбы. Мои мысли вихрем носились в голове.

Когда проклятый рисунок исчез под слоем грима, ко мне постепенно вернулось подобие спокойствия. Мне нужно было покинуть эти стены, пойти что-нибудь съесть, хоть немного обуздать этот внутренний хаос. Как же жаль, что Мила еще спит… Она могла бы пролить свет на то, что творилось на этом злосчастном балу.

Бредя по коридору, я все не могла отделаться от навязчивой мысли: как же я умудрилась в это ввязаться? И почему этот проклятый узор все-таки проявился на моей коже? И кто, скажите на милость, достался мне в мужья?

– Только бы ни с кем не столкнуться, – прошептала я, приближаясь к дверям столовой. Хотя, если уж припрет, придется напустить на себя этакую наглую самоуверенность.

– Стой! Руки покажи! – резкий, незнакомый голос прозвучал у меня за спиной.

– С какой стати? – я с вызовом вскинула голову. – Ищешь незамужнюю девицу?

– Как раз наоборот, – ответил адепт, судя по нашивке, старшего курса. – Или ты вчера не была на балу и не знаешь, что случилось?

– На балу я была, но даров богини не дождалась. Стало дурно, – проговорила я, театрально закатывая рукава платья. – Руки мои чисты, как помыслы новорожденного.

– Значит, не ты… – он попытался пройти мимо, но я, повинуясь внезапному порыву, схватила его за локоть.

– Кто-то остался без пары? Разве богиня не соединяет тех, кто рядом? – спросила я, и тут же почувствовала, как моя ладонь, сжимающая его руку,  пронзает рой крошечных иголок.

— "Рядом" — понятие растяжимое, это может быть в стенах одного здания или даже на одной территории. Но для удобства нас собрали в бальном зале, — он резко высвободил свой локоть из моей хватки. — Ты что, пытаешься приворожить меня?

— Вовсе  нет, — выпалила я, стараясь скрыть замешательство. — Так кто остался без пары? Ты так и не ответил.

— Странно, — он пожал плечами, словно отмахиваясь от наваждения. — Локоть покалывало… я остался без пары. Ты завтракать?

— Да, — машинально откликнулась я.

— Тогда составишь мне компанию. Я умираю с голоду, — проговорил он, перехватывая мою руку и впиваясь взглядом в сплетение наших ладоней, пока мы шли в столовую.

— Может, отпустишь? — прошептала я, пытаясь высвободить свою ладонь из его горячего плена. — Я даже имени твоего не знаю.

— Отличный повод для знакомства. Ты мне нравишься, — ответил он с обезоруживающей улыбкой.

— С чего вдруг? — пробормотала я, когда нас накрыла волна аппетитных ароматов от стойки раздачи. — Не навязываешься, и говоришь то, что думаешь, — уже огромное достоинство. — Да и потом, ты понятия не имеешь, кто я такой. Если бы вчера кто-то сказал мне, что я встречу девушку, не узнающую принца южного королевства в лицо, я бы сам упросил богиню соткать наши судьбы воедино.

 — А если бы мне вчера донесли, что я буду завтракать с женатым принцем, сегодня бы осталась в четырех стенах. Его смех рассыпался хрустальными переливами.+

 — А если бы не с женатым? — с плутоватой усмешкой спросил он, усаживаясь за ближайший столик

 — Да какая, в сущности, разница, — отозвалась я, чувствуя, как в душе поднимается легкая буря.

— Может, уже скажешь, как тебя зовут?— с любопытством в голосе спросил

 он.

— Неужели нельзя сохранить тайну? Принц, отбросим условности. Разделим трапезу, и вы поведаете мне о количестве пар, осененных благословением богини, — предложила я, погружая ложку в кашу, полную сочных ягод.

— Неожиданно, — удивленно выдохнул он, не скрывая изумления. — Неужели не поспешишь поделиться сенсацией с подругами?

— Постараюсь изгнать это воспоминание, словно ночной кошмар, — с иронией в голосе парировала я. — Знакомство с принцем — не то, к чему стремится моя душа. Если мое общество тяготит вас, я удалюсь в тень.

— Я очарован. Покажи же мне руки еще раз, — промурлыкал он, протягивая ко мне свою ладонь.

— Снова? Неужели одного взгляда было недостаточно? — с легким раздражением отозвалась я, небрежно закатав рукава платья.

— Можно потрогать? Вдруг ты укрыла их какой-то магией? — от его слов кровь бросилась к лицу, опаляя щеки румянцем. Он угадал. Только не магией.

— Не прикасайся. Отчего-то, от вашего прикосновения, кожу словно иглами колет. Лучше магически проверьте, Ваше высочество.

- У меня тоже странная реакция на тебя, и что это  ты тут про величество вспомнила, я такой же адепт как и ты — пробормотал он, не отрываясь от завтрака, но тайком бросая на меня короткие взгляды.

— Стараюсь держать дистанцию. Сколько пар благословила богиня? – я вложила в вопрос всю надежду на откровение.

— Вместе с мной — три, — в его голосе проскользнула тень сожаления. — Но свою суженую я не встретил на балу. Она не явилась. Теперь мне предстоит ее искать.

— Удачи не желаю,— отрезала я, закончив завтрак, поднялась и направилась к выходу из столовой.

— Почему? — он не отставал.

— Сочувствую твоей супруге. Если она решилась скрыться, на то были веские причины. Прощайте. Благодарю за завтрак.

— Может, прогуляемся? – он неотступно следовал за мной.

— Нет. Не хочу, чтобы кто-либо знал о нашей трапезе. Оставьте меня. Идите своей дорогой.

— Не могу, — ответил он с упрямством.

— В каком смысле – не можете? Ищите свою супругу! – выпалила я, не замедляя шаг.

— Ты вонзилась в самое сердце, — он схватил мою руку и прикоснулся к ней губами. Мгновение застыло. Его тепло словно просочилось сквозь кожу.

Не в силах совладать с собой, я оттолкнула его и, как молния, метнулась в свою комнату. Сердце колотилось, словно птица в клетке, стремясь вырваться на свободу.

— Черт, принц, — прошептала я, прислонившись к двери и пытаясь унять бешеное сердцебиение.