Близнецы для бывшего

Пролог

Полина

Муж сообщил, что сегодня у нас будут гости. Я удивилась. Глеб редко принимает посторонних у себя дома. За год замужества я к этому успела привыкнуть.

Видимо, в мире большого бизнеса мало бывает  друзей и… близких.

- Знакомьтесь, Полина – моя жена, - представляет Глеб меня гостю.

Медленно разворачиваюсь назад и застываю, увидев…  своего бывшего.

 - Сын моего компаньона - Макар, -  продолжает чеканить Глеб, сдержанно улыбаясь.

Пол начинает уходить из-под ног. Звенит над головой люстра…

Я качнулась и задрожала всем телом. Глеб приобнял меня за талию. Я вздрогнула. Так он ведёт себя только при людях. Но на этот раз я сама прижалась к нему сильнее, словно ища защиты от того, кто стоял напротив, потрясённо взирая в  его пронзительные холодные  синие глаза.

Такие же, как у сыновей. Только у моих детей взгляд нежный и невинный. А этот голубоглазый персонаж смотрит на меня так, что сердце замирает, перехватывает дыхание…

Откуда он здесь взялся?

Макар сжал ладони в замок. Нервничает?

Скольжу по нему взглядом… Повзрослел. Возмужал. Раздался шире в плечах…  На нём футболка и тёмно-синие джинсы, плотно облепившие его накаченное тело. Его мужественная красота покорила не одно женское сердце.

Вот и я в своё время не устояла…

Огромная сверкающая гостиная, будто сжимается, в одно мгновение становится вдруг маленькой,  полностью заполняясь мощной энергетикой Макара.

- Поля, ты чего застыла? – недовольно спрашивает Глеб, испытующе глядя на меня.

По его лицу проходит тень.

- Что - то случилось? – тон Глеба становится требовательным. Я знаю, когда он так говорит, лучше ему не перечить.

Понимаю, надо что-то делать. Протягиваю руку Макару. Он слегка наклоняет голову, едва касаясь губами моей руки.

Не целует…

- Очень приятно, – произносит своим бархатным баритоном. На губах его появляется едва заметная улыбка и тут же исчезает.

Киваю ему в ответ. Не могу вымолвить ни слова. Я потеряна и безумно  напугана его появлением в моей жизни вновь…  спустя  четыре года.

Мужчины о чём -  то говорят. Я не слушаю. Судорожно думая о том, что предпринять?

Лицо Макара непроницаемо, будто не узнаёт меня. Может, действительно забыл? Не понимаю, чего ожидать от него.

Своей отрешённостью он заставляет меня снова трястись от злости на себя и страха за детей. Я знаю, что виновата перед ним. Что не сообщила ему о рождении близнецов. Но я честно пыталась это сделать. И не понимаю, кем  был тот человек, который тогда помешал этому.

Но кем бы он ни был, он был очень близким человеком для Макара…

Перевожу взгляд на малышей.

Мальчики, почувствовав, что взрослые заняты собой, балуются, болтают, размахивают руками. Глеб снова будет недоволен их поведением.

Надо срочно хватать детей в охапку и ретироваться отсюда!

- Паша, Миша, уходим! – строго произношу я, поднимая детей, недовольных  и бурчащих, что не дождались десерта, со своих  мест.

Я непреклонна. Взяв обоих за руки, веду к выходу. Держу крепко, словно боюсь, что кто- то сейчас начнёт отрывать их от меня.

Я немного не в себе.

Вскидываю глаза  на  Макара.

Куда делась его показная невозмутимость? Вцепился взглядом в детей. В шоке переводит взгляд с одного на другого…

Ещё пару минут назад он закрывался, словно от неожиданного вторжения в его жизнь. Ситуация меняется стремительно. Наблюдаю несколько секунд его замешательства…

Но вот он  быстро взял себя в руки…

Стоит весь из себя такой вальяжный, засунув руки в карманы. Провожает нас долгим пронзительным  взглядом. На мгновение мне даже показалось, лёд растаял в его глазах. Нет, только показалось…

В его глазах теперь штормит.

Что он задумал?

Едва закрывается дверь гостиной, чувствую себя так, будто сбежала с поля боя. Мне всё равно. Потому что мне нужна пауза. Передышка.

Макар отец моих сыновей. Но он не знает об этом. Точнее, не знал до этой роковой встречи. Теперь я уже ни  в чём не уверена.

За Глеба я вышла замуж год назад. Вынужденно. У нас с ним контракт. И мы оба строго соблюдаем его условия. Поэтому я и переехала в его особняк вместе с детьми.

Но если бы я знала тогда, что Макиевские и Глеб Дёмин партнёры по бизнесу, пошла бы я на эту сделку?

Теперь уже сомневаюсь.

Поднимаюсь с детьми по мраморной лестнице. У меня  кружится голова, от обиды на глаза наворачиваются слёзы. Я качаюсь.

- Мама, ты заболела? Тебе плохо? – волнуются за меня сыновья.

- Нет, милые, всё хорошо, - натужно улыбаюсь я, провожая их в детскую и передавая няне.

От волнения дрожат руки, подкашиваются ноги. Едва добираюсь до своей комнаты, проскальзываю в неё и  тут же сползаю по стенке.

Сижу на полу, подтянув к себе ноги. Проходит десять минут полной прострации.

Поднимаюсь с пола и медленно бреду к своей кровати.

Зачем ты вернулся, Макар? Зачем снова врываешься с мою жизнь?

***

Дорогие читатели, добро пожаловать!

! 

Новой истории  очень нужна Ваша поддержка!

Подписывайтесь  чтобы не пропустить Выкладки Новинок!

Читайте вместе с этой книгой  

Четыре года назад

Полина

Радость от того, что сдала летнюю сессию, и четвёртый курс остался позади, омрачил муж сестры.

Я купила торт и пришла к ним. Света старше меня на пять лет. И у неё уже трое детей. Я очень люблю племянников. Пришла отметить свой праздник с ними.

Но зять Вова в очередной раз напился…

Не успела я войти в дом, как он забузил:

- Полька, кто же отмечает такое важное событие тортом?!..  Бестолковая ты, как ваша покойная мать…

Не обращаю  внимания на его пьяную болтовню. Привыкла.

Дети очень обрадовались, и мы шумной толпой повалили на кухню. Светы дома не было. Чтобы прокормить такую ораву, она помимо основной работы, мыла полы ещё и на почте.

Племянники расселись вокруг стола. А я включила чайник и начала разрезать торт.

-  Гены у тебя, Поля, плохие…,- донёсся до меня голос Вовы.

Вскинула глаза на него.

Он стоял, упираясь руками в проём двери, и  сверлил меня своим мутным взглядом.

- У тебя в самый раз! – буркнула я себе под нос, накладывая куски торта на тарелки.

Отношения с зятем у меня были натянутые. Я не понимала, почему сестра продолжает с ним жить. С этим… недоразумением рода человеческого. Не работает, семью не содержит, пьёт…

- Нагуляла тебя мамаша от приезжего, вот ты такая и строптивая…

Рука дрогнула, и я полоснула ножом себе по пальцу. Кровь ручейком начала сбегать на белое платье. Я не ощущала физической боли. Мне казалось, нож вонзился  не в мой палец, в мою душу.

В одно мгновение в голове начали сходиться пазлы, все недомолвки, картины, когда все вдруг дружно замолкали с моим появлением. Вот оно что. Вот она та семейная тайна, которую от меня скрывали все эти годы. Родители считали, что унесли её с собой в могилу?

- Ты чего бледная такая? – Света грубо отстраняет своего Вову и проходит на кухню с двумя огромными пакетами в руках. - Полина! - восклицает она. – Господи, да у тебя же кровь!

Она бросает пакеты на пол, подаёт мне салфетки и начинает рыться в аптечке. Затем обрабатывает мою рану. Я стою отрешённая от всего. Сестра  заканчивает, и устало падает на стул.

-  Свет, это правда? – дрогнувшим голосом спрашиваю я.

- Что, правда? Чего там тебе опять Вовка спьяну наговорил? – недовольно отзывается она. – Ты тоже…  больше его слушай!

- Папа мне не родной? – спрашиваю  я, глядя на  неё в упор.

Если она сейчас солжёт, я почувствую это сразу.

- Забей, Поля! Никакого уже нет в живых. Родной…  неродной. Какая теперь разница!

- Значит, правда, - подвожу я черту упавшим голосом.

- Твою ж… этого Вову! И кто его только за язык тянул?! – нервно выдаёт она.

***

Выбегаю из дома. Слёзы текут по моим щекам. Безумно  больно и обидно. Столько лет обмана!  Все знали и молчали. Выходит, папа был вовсе не мой папа. Только Светин…

Я всегда чувствовала, что что – то не так. Вот и дом, в котором я живу, отец завещал только Свете. Но живу в нём я. Сестра с детьми живёт у мужа.

И пока никто не просит меня выметаться… Впрочем, наверное, это пока. Неспроста же Вова начал сегодня мою подготовку… Остался всего год учёбы. Может, сестра ждёт, когда я закончу? Пойду работать на полную ставку, и смогу снять себе жильё сама?

Какое благородство с её  стороны!

Теперь я уже злюсь на Светку. Она когда собиралась объявить мне такую шокирующую новость?

Слёзы снова навернулись на глаза и полились нескончаемым потоком.

Не замечаю, как оказываюсь на набережной. Усаживаюсь на берегу и, подтянув ноги, обхватываю руками колени. Мы живём в небольшом курортном городке. Со всеми вытекающими из этого плюсами и минусами. В моих ногах плещется море. Над головой  ярко светит солнце.

Позади четвёртый курс. Впереди долгожданное лето.

Конечно, предстоит ещё летняя практика. Но это меня не смущает. Для того, чтобы продолжать учёбу в университете мне и так приходится постоянно подрабатывать.

А как иначе?

Я вытираю слёзы и смотрю вдаль за линию горизонта. Пытаюсь успокоиться, собрать себя по кусочкам после шокирующего стресса.

Море всегда действует на меня умиротворяюще.

Правда, сегодня получается не очень.

- Девушка! –  слышу над головой бархатный мужской баритон.

Да пошёл он!

Ходят тут вечно всякие… приезжие, ищут себе девочку на одну ночь.

Вскидываю своё заплаканное лицо и… замираю. Передо мной собственной персоной стоит  бизнесмен Макиевский. Хлопаю ресницами и тупо взираю на его красивое мужественное лицо. В груди разливается жар, щёки заливает краской. Он вглядывается в моё лицо, будто узнаёт. Опускаю голову, украдкой продолжая пялиться на него.

- Привет, Полина! – слышу его низкий сексуальный голос, и вся съёживаюсь внутри. – Что неприятности? 

Я теряюсь. Не понимаю, что со мной творится. Ошеломлённо смотрю на молодого человека. Наши глаза встречаются. Я  тону в синеве его глаз, словно в море, что плещется  рядом.

И никак  не могу всплыть на поверхность.

***

Макар

Я оказался в этом городе по воле отца. Неожиданно он решил устроить мне проверку перед стартом…  

- Макар, необходимо модернизовать оборудование на комбинате…  Слетаешь туда. Хорошо и быстро выполнишь работу, это будет твой шанс въехать в большой бизнес. Доверю крупное предприятие  в Сибири, - гордо сообщил он.

Я даже задохнулся от возмущения.

Ничего себе честь! Он что вконец офигел? Брат Егор уже год за границей возглавляет представительство. А меня всё по стране шарашит. Но он не слушает мои доводы. Делает так, как считает нужным только он. У него одно правильное мнение - его собственное.

Считает, что приобретать бесценный опыт нужно исключительно с низов. Ну, типа как он сам начинал.

Стиснув зубы, молча киваю. Моё мнение его не интересует, это он уже чётко дал понять.

- К тому же, там какие – то тёмные дела мутит управляющий. Разберись на месте…, - сухо бросает отец.

С такими напутствиями отца я уже второй месяц корплю в этом небольшом городке.  Единственное утешение – море.

Каждый день после работы прихожу сюда. И даже забываю на время свою злость на отца за этот вояж…

Увидев на берегу одиноко сидящую фигурку девушки, подхожу ближе. Она  сидит на песке, обняв ноги и уткнувшись лицом в свои колени. Её худенькие плечи вздрагивают.

Девочка беззвучно плачет…  Доходит до меня.

- Девушка! – окликаю я.

Непреодолимое желание коснуться её плеча. Но боюсь спугнуть. Сидит такая вся тоненькая хрупкая, сжимает свои худенькие плечи.  Будто нахохлившийся  воробушек.

И чего пристаю к девчонке? Запоздало думаю я. Ну, сидит себе ревёт. Какое мне дело?

Иди мимо чувак!

И тут девушка вздрагивает, поднимает своё опухшее зарёванное лицо, смотрит на меня удивлённо своими огромными блестящими от слёз глазищами.

Я даже чуток ошалел, увидев её глаза. В них будто разлилось два зелёных озера с мерцающими в них звёздами.

- Привет, Полина! – быстро нашёлся я. – Что неприятности?

- Откуда… откуда вы знаете моё имя? – настороженно лепечет она, сдувая русую прядку волос, упавшую на лицо.

- На практику ты приходила оформляться на комбинат…  три дня назад.  Как не обратить внимание на такую...

«Красотку», - хотел сказать, но затормозился. Слишком шаблонно.

- Какую такую? – уточняет  она,  недоверчиво глядя на меня.

- Нормальную. Какую ещё?! – перешёл мигом  на деловой тон. - У меня просто память хорошая на лица и имена. Вот и запомнил.

Я лукавил. Эту девушку выцепил взглядом в толпе практиканток сразу же, как только они появились во дворе комбината. Я стоял с чашкой кофе у окна.

Смотрел вниз. А там она…

Стоит вся такая манящая тонкая в дерзком ярком коротком платье, оголяющем и подчёркивающем длину её сногсшибательных ног. Щебечет о чём - то с подругами. И так лучезарно  улыбается, будто весь мир лежит у её ног.

Я был потрясён.

- Сергей, - обратился  к своему  помощнику. – Как зовут вон ту девушку в  ярком пляжном сарафане?

- Полина, - коротко бросил он.

Я удовлетворённо цокнул языком, словно пробуя на вкус. Полина… красивое имя.

- Макар, что - то не так? – всполошился помощник.

- Всё так. Кроме того, что приходят на собеседование, как на пляж…, - ухмыльнулся я.

- Так температура за тридцать…

Сейчас, вспомнив тот день, я улыбнулся.

- Меня зовут Макар, - представился я Полине.

- Я уже слышала… твоё имя там, на комбинате, - робко проговорила девушка.

- Полина, ну так что? Пойдём  купаться! – предложил я, с замиранием ожидая её ответа.

Поля  поднялась  на ноги, стряхивая с себя песок.  

- Хорошо. Пойдём, - нерешительно отозвалась она.

Быстро скинул футболку, стянул с себя шорты. Смотрю на Полю. Она тоже уже сбросила платье. Я прищурился, скользя взглядом по её стройной фигуре в раздельном синем купальнике. Взял её за руку.

Руку она не выдернула.

Я выдохнул...

С разбега прыгнули в воду, так и не разжимая рук. Нырнули глубоко, там было метра четыре. Оттолкнувшись от дна, всплыли на поверхность воды.

Плавали, ныряли, резвились и дурачились, обдавая друг друга струями пенящейся и расходящейся кругами воды. Полина, лёжа на спине, на поверхности воды, старательно изображала из себя морскую звезду.

Я подплыл к ней под водой снизу, поднял её высоко над собой, угрожая бросить в море. Поля испугалась, издала пронзительный стон. Но я и не собирался этого делать. Бережно опустил вниз. И притянув  к себе, поцеловал её  в губы…

Конечно, эта была наглость с моей стороны. Но я не мог удержаться. Я хотел этого с того самого дня, когда впервые увидел её.

Её губы были солёными как море…  но мне это нравилось.

Полина

Я влюбилась. Впервые в жизни потеряла голову. Мне двадцать один год.  Ещё никогда у меня не было серьёзных отношений ни с кем.

Конечно, было два скоротечных романа на первых курсах университета. Но они ни в счёт. Поцелуи и объятия те, я вспоминаю теперь как детские шалости.

С каждым днём у меня остаётся всё меньше сил и доводов сдерживать собственное притяжение к Макару. 

Я полностью растворяюсь в нём. При виде него забываю, как дышать. Смотрю на него широко распахнутыми глазами, будто зависаю…

Мы едем на его серебристой спортивной машине класса люкс. Машина идёт легко. Окна открыты и нас обдувает приятный морской ветерок.

Макар умеет устраивать сюрпризы. 

Вот и сейчас приезжаем в коттеджный посёлок. Здесь он  арендовал  уютный домик на берегу моря на все выходные.

Я смущена. У меня начинает гулко биться сердце. Будто предчувствие какое – то...  

Что со мной творится?

С чего вдруг я так разволновалась?

- Это тебе, - неожиданно вручает он мне огромный букет красных роз. Обнимает и нежно целует, глядя на меня пронзительным синим взглядом. Наконец, выпускает из своих объятий. Я выдыхаю.

- Я приготовил ужин, - лукаво улыбается он. – Пойдём к столу, - тянет за руку внутрь.

Я ничего не понимаю. Мы только что с ним вместе ехали сюда на его машине, и это заняло приличное время.  

- Пошутил. Заказал в ресторане, - рассмеялся он, развеяв моё недоумение.

Вводит меня в небольшую уютную гостиную. Удивлённо перевожу взгляд с празднично накрытого стола  на него и обратно.

- У нас  сегодня праздник? –  удивлённо спрашиваю я.

- У нас  сегодня романтический ужин при свечах, -  мягко произносит он, обнимая меня за плечи.

Выключает свет и  зажигает свечи. Комната погружается в полумрак.

- Замечательно, - растерянно лепечу я   

Макар берёт меня за руку, подводит к столу. Выдвинув стул, усаживает. Сам садится напротив. На его лицо падает тень от свечи, делая причудливые изгибы.

Мне не до еды. Я сильно волнуюсь. По телу идёт мелкая дрожь. Сама не знаю почему.  Будто чувствую, что сегодня что- то произойдёт. Что - то такое, чего ещё никогда не было в моей  жизни.

- Поля, ты почему ничего не ешь? – озадаченно спрашивает Макар.

- Не хочется, - отвечаю я, отпивая маленькими глотками вино, чтобы хоть как – то расслабиться.

- Иди ко мне! –  приглушённо зовёт  он.

Поднимаюсь с места, обхожу стол и медленно  приближаюсь к нему. Он протягивает руку, обнимает меня за талию и сажает к себе на колени...  Страстно впивается поцелуем в мои губы.

Наверное, ещё не поздно встать и уйти. Ловлю мелькающие обрывки мыслей на краю сознания.

Ещё не поздно…

Почему я не ухожу?!

Ощущения настолько волнующие острые  яркие.  Никогда ещё в жизни я не испытывала  ничего подобного…

Всё уходит на второй план. Нет больше никого, кроме нас двоих.

- Я люблю тебя, -  слышу горячий шёпот Макара.

***

- Ты переедешь ко мне? – спрашивает Макар утром, окидывая меня пристальным взглядом.

Я смущённо пытаюсь закрыться. Поднимаюсь с постели, закутываясь в простыню. Макар смеётся и хватается за её конец.

- Ты теперь мой парень? – с волнением спрашиваю я.

- Поля, твою ж…! Это что такое?! -  перебивает он меня, тыча пальцем  на что- то...  на простыне.     

Я смотрю с ужасом, замираю на месте. Закусываю дрожащую губу. Я знаю, что это такое.

А он, выходит, не ожидал...

Резко отпускает конец простыни, и я едва удерживаюсь на ногах. Делаю машинально шаг назад, теряя равновесие. На глаза выступают слёзы.

Макар хватается за голову. Потом трёт руками  лицо, хмурится и, наконец, поднимает на меня глаза.

- Да, Поля. Я твой парень! – неожиданно бодро произносит он.

На его лице появляется подбадривающая улыбка.

Я отправляюсь в душ. Стоя под мощными струями воды, спрашиваю себя вновь и вновь.

Почему я не ушла? Почему? Ведь у меня была такая возможность. Наверное, надо было его остановить... Голова кругом. Я не уверена в том, правильно ли я поступила вообще.

Накинув банный халат, выхожу  из душа и иду на кухню.

Макар стоит у кофемашинки, готовит кофе. Почувствовав моё появление, разворачивается всем корпусом ко мне. В руках он держит две белые кофейные чашки.

Смотрит на меня таким долгим пронзительным синим взглядом, в одно мгновения все  сомнения улетучиваются прочь.

***

Я категорически отказалась переезжать в двухэтажный коттедж Макара. Недолго думая, он сам переехал ко мне.

Больше я не задаю себе вопросов о том, что происходит. Просто плыву по течению. Наверное, это неправильно, но я ничего не могу с собой поделать. Мне так хорошо  с ним…

Я люблю Макара. А он относится ко мне так трепетно и нежно, что я не сомневаюсь в том, что любима.

Сегодня пятница. Готовлю  ужин, жду возвращения Макара с работы. Открывается дверь. Удивляюсь, что он сегодня рано. Улыбаясь, разворачиваясь назад.

Но это  не он.

Сестра. 

Её хмурое лицо и   холодный колючий взгляд не сулят ничего хорошего.

- Полина, у тебя мозги есть?! – нервно восклицает  Светка прямо с порога.

Улыбка сползает с моего лица.

Сестра  делает шаг  на кухню. И устало падает на стул.

Я напрягаюсь и внутренне съёживаюсь. Упрямо поджимаю губы и молчу.

А что тут скажешь?

- Они! – резко кивает она на окно. - Промыли  кости всей  нашей семье!  Благодаря, тебе, дорогая моя сестрёнка!- язвительно шипит она и умолкает, словно ей нелегко дались эти слова.

Повисает напряжённая пауза. Она настолько наэлектризована, что кажется, чиркни спичкой - раздастся оглушительный взрыв. И  разнесёт всё здесь в клочья! Останется одна глубокая чёрная яма на месте нашего дома...

Я  краснею до мочки ушей. Загорается всё - щёки, уши. Упираюсь руками в столешницу. Ладони вспотели и будто намертво залипли к столу.

Я как онемевшая.

От стыда хочется провалиться под землю.

Сестра, казалось, передохнула. Вскидывает на меня глаза, горящие недобрым огнём.

- Вся наша «деревня» только об одном и судачит, что моя непутёвая сестрёнка закрутила с приезжим…  грёбанным богатым москвичом! – припечатывает она.

В висках стучит кровь. Я опозорила семью! Всё так ужасно! Но я не знаю, что говорить, как оправдываться.

- Эх, Полька, Полька! – неожиданно сбавляет обороты Светка. - Что же ты наделала?! Добром это точно не кончится. Где это видано, чтобы богатый москвич женился на простой девчонке из маленького городка? Что ты нафантазировала себе, глупая?! – заканчивает она свою тираду упавшим голосом.

В её глазах блестят слёзы.

Она меня жалеет? Я оступилась, подвела семью. А она меня жалеет.

Неужели всё так плохо?

- Поматросит он тебя и бросит, Полька! – с горечью вздыхает сестра. – Помяни моё слово. Не ты  первая, не ты последняя, - укоризненно мотает она головой.

***

Вечером Макар привозит меня  на причал.  Мы оба в предвкушении  предстоящей прогулки по морю.

- Вон, смотри! –  Макар показывает жестом на одну из яхт. - Эта наша с тобой на сегодня.

Белоснежная яхта соблазнительно качается на волнах.

Но  я на пределе. После разговора с сестрой на душе скребёт.

- Что- то случилось, Поля? – чувствуя, что со мной творится неладное, проникновенно спрашивает Макар.

- Всё нормально, - бурчу себе под нос я, пожимая  плечами.

Поднимаемся по трапу и оказываемся на палубе...  

Переходим на  корму. Белое судно идёт уверенно по курсу, разрезая мощные волны  и оставляя за собой белый пенящийся след.

Я ощущаю страх… дикий панический.  Зябко обнимаю себя за плечи. Заметив это, Макар ставит меня перед собой, и замыкает свои руки в замок.

Большой сильный надёжный… Я так чувствую. Я не хочу верить сестре. Хочу  верить ему.

Ведь если мы расстанемся, я просто не выживу. Не смогу без него. Потому что безумно его люблю.

- Да что с тобой такое? Почему ты сегодня такая притихшая  молчаливая? – допытывается  Макар.

Я чувствую свою вину перед ним. Вечно всё порчу…  Злюсь я на себя.

К чёрту все сомнения! Сейчас он рядом со мной. Зачем омрачать наше счастье обидами, подозрениями, неверием?

Встряхиваюсь.

- Давай купаться! – неожиданно для себя  предлагаю я.

- Давай! – быстро  соглашается Макар.

Отстраняет от себя, смотрит в мои глаза своим пронзительным синим взглядом. Как завороженная зависаю в его руках. Перестаю что – либо соображать.  А когда прихожу в себя, обнаруживаю, что мы стоим уже на борту яхты, готовые к прыжку.

Скашиваю взгляд на Макара. На его мускулистое вылепленное, словно скульптором, тело в тёмно - синих купальных шортах.

Прыгаем синхронно в море.

Наслаждаемся плаваньем, морем, друг другом. Блаженствуем… Но время ограничено. Макар подсаживает меня возле яхты. Я цепляюсь за борт,  подтягиваюсь наверх. Вслед за мной над бортом показывается  его голова. Мгновение и он  запрыгивает на яхту.

С восхищением смотрю на его накаченное загорелое тело. Макар встряхивается. В каскаде разлетающихся брызг отражается уходящее солнце.

Наши глаза сияют. Счастливые довольные прогулкой возвращаемся домой.

Мир вокруг кажется таким идеальным, что захватывает дух.

***

На следующий день Макар повёз меня в  модный  дорогой  ресторан. Заведение находится  в самом центре города, но я здесь впервые. Цены фантастические, мы с девчонками обходим его стороной.

Окидываю взглядом огромный зал с панорамными окнами, за которыми плещется море. Сверкают роскошные  люстры над головой.  Всё вокруг стильно дорого впечатляюще.

Макар одет в тёмные брюки и белую рубашку. Я в вечернее узкое тёмно- синее  платье. По такому случаю даже надела стервозные шпильки. Правда, чувствую себя в них не совсем комфортно. Но буду терпеть, и соответствовать моменту.

Ну, сколько смогу…

Мы сидим за столом, ужинаем и наслаждаемся томным вечером. В зале играет приятная негромкая музыка.

- Полина, закрой глаза!  - произносит таинственно Макар. Я послушно закрываю. – Дай мне свою правую руку.

- Ты что будешь гадать мне? – смеюсь я, протягивая вперёд руку.

Но что это?! Что он делает?

Это невозможно! Распахиваю широко глаза. На моём безымянном пальце блестит ободок золотого кольца. На нём сверкает в лучах софитов... бриллиант.

-  Макар! – выдыхаю я. – Что это значит…

- Что это значит? – лукаво говорит он. – Это значит, что я тебя люблю.

Вечер проходит просто волшебно. Незабываемо. Мы танцуем, целуемся, наслаждаемся обществом друг друга.

Мне кажется,  я попала в сказку...

Живу вместе с любимым человеком. Засыпаем и просыпаемся с ним в одной постели. По утрам Макар подтягивается, соскакивает и устремляется в душ.

- Я первый!  -  кричит он, смеясь.

Я улыбаюсь, пялясь на его широкие плечи, спину, по которой перекатываются крепкие мышцы. Закрываю глаза, и ощущаю послевкусие: моё тело ещё хранит тепло его ласковых нежных рук, страстных жарких поцелуев…

После душа Макар спешит на кухню. Готовит в турке кофе. Я  иду туда же после водных процедур.

Садимся с ним напротив друг друга и пьём  кофе. Он смотрит на меня долгим пронзительным синим взглядом. А я смотрю на него так... будто хочу его запомнить.

Сама не знаю, почему. Не могу себе это объяснить.

Полина

А потом случилось это…

Сначала у меня произошла задержка…  Потом началась тошнота по утрам.  Я начала нервничать. И ото всех скрывать своё состояние. Хотела  убедиться в том, что это не случайность, не совпадение...

Купила два теста на беременность.

Плохие новости. На обоих проявились две полоски...  Наивно я ещё полагала, что возможна ошибка.

Сегодня я собираюсь на приём к доктору. Не могу думать ни о чём другом, кроме этого визита.

Иду в кабинет доктора по длинному коридору. Сердце ухает. Замирает, потом начинает колотиться с бешеной скоростью. В коридоре работает кондиционер, но мне всё равно тяжело дышать. Хватаю ртом ледяной воздух, он обжигает лёгкие. Но я не чувствую насыщения.

Наверное, мне страшно, услышать его вердикт. После осмотра он приветливо улыбается.

- Вы беременны, - доносится до меня голос  доктора. - Поздравляю!

Я ошеломлена. В голове мгновенно поселился туман. Горло перехватывает. Не могу произнести ни слова...

Покинув кабинет, падаю в кресло в каридоре. Встряхиваюсь. Неожиданно ощущаю такое безудержноое счастье, оно прямо захлестывает меня. 

У нас  будет малыш!

Я буду мама. А Макар папа!

На душе становится так радостно и светло, что я не могу сдержать улыбки.

Как сообщить такую феерическую новость Макару?!

Позвонить? Но новость настолько ошеломительная, не стоит.

Надо дождаться вечера. И объявить ему,  глядя прямо  в глаза.

Хочется видеть сияние его небесно-голубых глаз. Ощущать его радость, такую же как и мою. Разделять с ним  мгновения узнавания, что мы  с ним  будущие родители!

Еле терплю до вечера. 

Бегом добираюсь до дома. Открываю дверь. Макар уже дома.

Немного странно, обычно он приходит позже меня. Но сегодня такой особенный день…

Вбегаю в спальню. Окидываю взглядом комнату. Макар стоит посредине, держа в руках рубашку. Аккуратно складывает её, придерживая подбородком. Подхожу ближе, обнимаю его, прижимаясь всем телом.

Поднимаюсь на носки, тяну к нему губы, подставляя их для поцелуя.

- Что – то случилось? – неожиданно холодно спрашивает он.

- Случилось, - продолжаю улыбаться я, не успевая даже расстроиться, что он меня так и не поцеловал. Краем глаза вижу на кровати распахнутый чемодан, в который он нервно швыряет рубашку.

Что - то смущает  меня. Но я не понимаю, что происходит. Моя новость слишком большая и важная, она переполняет меня и мешает сосредоточиться.

Я снова перевожу взгляд на этот доставший меня чемодан, почти полностью заполненный вещами Макара, и теряюсь окончательно.

Что происходит?!

***

- Сколько? – доносится хрипловатый голос, от которого всё переворачивается внутри.

- Чего сколько? - бормочу от неловкости. Замираю на слове.

Хрипловатый низкий голос Макара такой родной и близкий. Он всегда вызывает во мне отклик. Я мгновенно настраиваюсь на его волну. Ещё ни с кем никогда мне не было так хорошо. Собственно и сравнивать  мне не с кем. Ведь Макар моя первая любовь, мой первый мужчина…

Дрожу от его близости. Тону в синей дымке его глаз, как в пучине, откуда не выбраться, не выплыть на поверхность...

Как нежно прикасается он ко мне…  Целует мочку уха…  Проводит по-хозяйски по моим плечам. Обвиваю его шею руками, прижимаясь к его крепкой груди. Хочется, чтобы он впился такими желанными губами в мои губы. Ощущение, словно во мне просыпается вулкан чувств, о которых я даже не подозревала.

Здравый смысл уступает место бурным чувствам, рвущимся наружу…

Неожиданно Макар отстраняет меня от себя. Практически отрывает, ставит на место.

Судорожно выдыхаю.

Встряхиваюсь.  

- Спрашиваю денег сколько? –  чеканит он.

Словно ледяным душем отрезвляют его слова. Возвращают в жуткую действительность.

 Что это было? Мы теперь  с ним по разные стороны?

- Зачем? – еле выдавливаю я, внутренне сжимаясь.

Перед  глазами всё плывёт. От накала напряжения между нами искрит. 

Не решаюсь поднять на него глаза. Боюсь даже подумать, - зачем он предлагает мне деньги. Ведь именно сегодня я должна была ему объявить радостную новость.

- Я сегодня уезжаю, – произносит торопливо он. – Ненадолго. Ты не волнуйся. Я скоро вернусь…  за тобой.

Качнулся пол. В голове повис тягучий туман.

Макар суёт мне в руки пачку купюр. Мои щёки полыхают.

- Бери, бери. Понадобится на первое время…, - говорит он таким обыденным тоном, что всё внутри обрывается.

Он откупается от меня?..

Мир рушится, погребая меня под своими обломками…

Как теперь ему сказать о том, что я беременна?!

Ведь тогда он решит, что я пытаюсь его удержать. Привязать к себе обязательствами.

Не выдерживаю внутреннего напряжения. Не так представляла я себе нашу жизнь. И появление в ней малыша. Во мне  растёт протест.

Я не беру в руки деньги. Они  планируют веером, рассыпаются по паркету, застилая пол вокруг нас.  С ужасом смотрю на зелёные бумажки. Кажется, не денежные купюры, а бесполезные глупые фантики.

Острая боль  разрывает изнутри на миллион частиц.

От нереальности происходящего вхожу в ступор. Меня бросает то в жар, то в холод. Разворачиваюсь,  чтобы уйти.

Качаюсь на каблуках.

- Тебе плохо? – его голос раздаётся эхом в моей голове.

Плохо мне? Да, очень!

И необходимо срочно уйти. Убежать. Находится рядом  с ним невыносимо! Расставаться с ним безумно больно.

- Поля, ну чего ты? – пытается он  примерить меня с реальностью.

Берёт нежно за руку…  совсем как раньше, как всегда. Но я больше не чувствую тепло его руки. Словно она чужая.

 - Я же вернусь, Поля! Обязательно вернусь за тобой. Меня отец срочно вызывает, -  его голос доносится, будто издалека.

Будто он уже не со мной.

Права была сестра, когда предрекала нам такой конец. Жестоко, но права.

Богатые не  женятся на бедных…

Не ты первая, не ты последняя! Звучат в голове её слова, как приговор.

Макар из богатой семьи. Он знает, что делает. Впрочем, как всегда.

Это я теперь не знаю, что делать…  Как жить мне дальше?

От обиды на глаза наворачиваются слёзы.

С силой вырываю руку. Круто развернувшись, цокаю каблуками, удаляясь от него.

- Хотел сказать, что у меня  закончилась командировка. Завершились пусконаладочные  работы. Теперь я с лёгким сердцем возвращаюсь домой, - догоняют его слова и колко бьют в спину.

Командировка? Закончилась?  Уезжает с лёгким сердцем...

Вот так теперь это называется. Выходит, я была лишь приятным бонусом к этой командировке.

Полина, что ты успела себе вообразить?

Выбрасывай вон из своей головы!  У тебя теперь есть проблемы покруче.

Макар преуспевающий бизнесмен. У него есть всё, - деньги, статус, положение в обществе.

И  главное, у него грандиозные планы на эту жизнь.

Зачем ему обуза в виде меня  и незапланированного ребёнка?..

Слёзы бегут по моему лицу. Мне никак их не унять.

Макар

- Макар, срочно возвращайся в Москву! - хриплый голос отца раздаётся в трубке, вызывая полное замешательство.

Это что ещё за новости?!

Раньше я бы обрадовался такому повороту дела. Без вопросов. Сорвался бы с места и полетел первым же рейсом.

Раньше…  до встречи с той, которая перевернула всю мою жизнь.

Ситуация складывалась непростая. С одной стороны Полина, с другой - Москва и прочие радости жизни…

Поймал себя на мысли, что выбор неоднозначен. По крайней мере, я не готов вот так спонтанно и просто расстаться с девушкой своей мечты.

Хуже другое.

Что - то настораживало в отцовском тоне.  Будто в нём был какой - то нерв, страх. Что было совсем не похоже на отца. Жёсткий властный самоуверенный. Он всегда шёл напролом. Я, конечно, злился на него за отношение к себе. Считал несправедливым. Но в глубине признавал его правоту. Это позволяло сохранять наши отношения на достойном доверительном уровне.

Впрочем, есть ещё брат Егор.

Его он не хочет выдернуть с тёплого местечка из-за бугра? Тем более, похоже, и повод нашёлся.

Обязательно надо дёргать меня?

Судорожно ищу доводы для отказа…

- Папа, что случилось? – нервно сглотнув, спрашиваю я.

- Приедешь, сам узнаешь, - неожиданно сипло произносит он.

Он волнуется? Переживает? Что – то не так.

- Но у меня здесь не всё ещё завершено…, - оправдываю нежелание ехать в Москву.

- Я говорил с техническим директором, - резко обрывает отец. - Всё у вас там поставлено на крыло. Без тебя доделают…

Во мне нарастает тревога. Не будет он размениваться на шантаж. Значит, действительно я должен ехать...  Действительно что - то случилось.

Судорожно выдыхаю. Не представляю, как расстанусь с Полиной. Это всё равно, что вырвать душу и оставить её здесь.

То, что происходит в моей жизни сейчас, для меня самого непостижимо. Мне двадцать три года. Я впервые живу вместе со своей девушкой.

Я сделал этот  шаг решительно. И ни разу не пожалел.

Наши отношения с Полиной были у всех на виду. Городок маленький. Местные практически все знают друг друга. Я понимал, на что пошла Поля ради меня. И не хотел, чтобы на неё косились  и злословили за спиной.

Но даже не это было главным. Я сам хотел быть с ней рядом. Днём и ночью… только с ней одной.

- Макар, - не выдержал отец, - Мама умирает…

Мама?! 

Я был ошеломлён...  

Неужели ничего нельзя сделать?..

Медицина так далеко шагнула вперёд! – Цеплялся я за  обрывки мыслей, всплывающих в моей голове, как за спасательный круг.

Зная своего отца, можно уверенно сказать, что он предпринял всё возможное. Всё. И больше ничего сделать невозможно…

-У неё обнаружили рак, - простонал отец. – На последней стадии…

Я почувствовал, как нелегко дались ему эти слова.

Повисла гнетущая пауза.

Отец сильный хладнокровный, словно выточенный из стали, рыдал… В трубке были слышны его сильные вдохи, всхлипы.

Больше вопросов не было.

- Папа, ты держись! Я вылетаю ближайшим рейсом.

***

На нервах я собирал свой чемодан.

В голове роились мысли. Одна чернее другой.

Мама. Самый близкий родной мой человек. Она уходит из этой жизни. И никак нельзя ей помочь…

Неужели больше никогда я её не обниму, не поцелую? Не могу в это поверить.

Она ещё жива!  Я должен спешить. Должен успеть сказать ей самые главные слова,  как сильно я её люблю!

Послышался стук двери. Полина вернулась с работы…

Как расстаться с ней, я не представляю. Что будет  с ней?  Со мной?

Чёрт! Какой – то сюр! Замкнутый круг, из которого нет выхода.

Повсюду разлука!..

Свою девочку заберу…  позже, когда всё утрясётся. Невозможно тащить её сейчас в эту беспощадную чёрную беду, которая навалилась на  нашу семью.

Её надо пережить мужественно стойко достойно. По-мужски.

Полине  надо оставить денег… на первое время, пока она будет здесь одна без меня.

Расставаться немыслимо тяжело. Невыносимо. Я пытаюсь закрыться, оградиться от Полины  бронёй, иначе я просто не смогу от неё уйти!

Но я должен! Должен уйти.

Там в далёкой Москве этот мир покидает другая женщина, такая же близкая родная и любимая…  моя мама.

Моё время и я сам сейчас принадлежим только  ей одной. Столько, сколько успеем…

Полина

Опустив голову, медленно иду по берегу моря. Туфли держу в руках. Бреду босая по самой кромке воды. Ноги утопают в мягком песке. Набегающие волны приятно омывают ступни. Лёгкий морской бриз развивает волосы и  ласкает моё лицо, словно пытается успокоить меня.

Он уехал... Уехал тогда, когда был нужен мне как воздух. Не объясняя причин внезапного отъезда, словно разрывая наши отношения. Обещал вернуться. Но звучало это неубедительно, ведь он не называл  сроков...  А так когда – нибудь.

Наверное, расставание это всегда больно. И, кажется, что эта боль не утихнет никогда.

Сегодня на море восхитительный багряный закат… Зачарованная провожаю солнце, которое садится прямо в пурпурное море.

Встряхиваюсь. Жизнь продолжается, несмотря ни на что.

Ребёнка я рожу! Твёрдо решаю я.

С ним или без него.  Это не имеет  значения.

Домой возвращаюсь поздно. Переступаю порог пустого дома. И весь мой морской аутотренинг мгновенно улетучивается. Пытаюсь сопротивляться изо-всех сил, но волна отчаяния, накрывающая меня с головой, сильнее меня...

Будто  захлопывает в свой жуткий капкан.

Хватаюсь за голову, запуская в волосы руки, и сползаю по стенке в прихожей.

Беззвучно плачу.

Ощущение, что я осталась совсем одна в огромном  бездушном мире.

Долго сижу отрешённая на полу в полумраке. Потом поднимаюсь с пола. Выпрямляюсь. Прохожу в комнату и включаю свет.

Никого нет. О Макаре  напоминает только  устланный деньгами пол в нашей спальне. Зачем он это сделал? Откупался от меня… Чтобы не чувствовать свою вину.

Почему он так поступил?

Тяжело вздыхаю.

***

Проходит  месяц. Я всё время жду от него звонка. Ловлю себя на этом постоянно. Стараюсь держать мобильник под рукой.

Боюсь пропустить его звонок.

Но он не звонит. Не присылает даже смк-ки...

Так не может быть! Ведь я не успела сказать ему самого главного!

Боль, обида, горечь не то, чтобы прошли, но спрятались  в самые дальние уголки.

Мы сидим с подругой в приморском кафе. Единственная моя близкая подруга Клава. Ветер с моря дует сегодня холодный, мы сидим на открытой веранде.

- Поля, - говорит Клава. – Давай переберёмся внутрь. - Я отрицательно мотаю головой. Я ничего не чувствую. – Ну, сколько можно себя изводить неизвестностью! – Возмущается она.  – Позвони ему сама.

Вскидываю удивлённо на нее глаза.

- Ой! Что тут такого? Двадцать первый век на дворе. Равенство между полами, между прочим, Полька!

Понимаю, что она права, надо что - то делать, иначе я вконец изведу себя. А нервничать  мне нельзя.

Но  как назло я нервничаю.

Надо отбросить свою гордость и позвонить. Другого варианта  нет. Дрожащими от волнения руками, набираю его номер.

Уехал он от меня. Значит,  разлюбил. С горечью признаю я, слушая в трубке длинный гудок.

Но он отец. И имеет право знать, что у него будет ребёнок!

- Алло, - раздаётся мягкий женский голос.

Вздрагиваю  от неожиданности.

- Макара, позовите, - решительно говорю я.

- Что  вам нужно? – неожиданно холодно спрашивает девушка.

- Мне нужно сообщить ему важную новость, - пытаюсь прорваться   сквозь её равнодушие.

-Какую? Говорите мне. Я ему передам, - раздражённо  говорит она, словно её уже достал наш разговор, и она тут же бросает трубку.

У него будет ребёнок! Готово сорваться с моих губ. И от того, что уже некому это озвучить я, словно захлёбываюсь в своих словах. Судорожно глотаю воздух. И ошеломлённо смотрю на свой мобильник.

Он больше никогда не свяжет меня с любимым…

До меня, наконец, доходит. Всё кончено.

Макар меня бросил. И у него теперь  есть другая.

На следующий день вечером после работы иду к сестре. Я скрывала от неё правду. На что я надеялась? Что Макар вернётся и заберёт меня с собой? На чудо? После вчерашнего звонка надеяться ни на Макара, ни на чудо больше не приходится.

И скрывать своё состояние тоже больше не получится. 

Навстречу мне бегут племянники. Я их очень люблю. Но сегодня я смотрю на них по - особенному. Обнимаю их. И вручаю пакет со сладостями.

- Поля, ты чего их балуешь? - ворчит сестра.

- Брось, Света! Пусть у них воспоминания о детстве будут сладкие.

Мы идём на кухню. Сестра готовит ужин на всю свою большую семью. Я молча  сижу за столом.

Отрешённо смотрю в проём двери на то, как играют дети в комнате.

- Свет, - наконец, решаюсь я, - У меня две новости. И обе шокирующие. Ты лучше сядь.

Она разворачивается ко мне всем корпусом, непонимающе смотрит на меня.

-  Первая – меня бросил Макар. Он уехал навсегда,  - глухо произношу я.

Её глаза расширяются.

- Вторая – я беременна! - выпаливаю на одном дыхании.

Сестра как подкошенная падает на стул.

Макар

Визг тормозов и вой клаксонов вырывает меня из оцепенения.

Походу я подрезал машину, перестраиваясь на соседнюю полосу.

- Купил себе дорогую тачку! – нервно орёт мужик из Ауди. – Думаешь, теперь тебе всё можно, козёл?!

Недоумённо жму плечами и развожу руки в стороны. Виноват.

Но водитель Ауди завёлся.  Захлёбывается грубой  непечатной бранью.

Начинаю вскипать.

Стремительно закрываю окно. Врубаю на всю катушку кондиционер. Разом решаю обе проблемы. Не слышу ругань мужика и даю себе возможность под ледяной струёй  воздуха прийти в себя.

Третья ночь без сна.

Ленд Крузер веду на автомате. Удивительно, что ещё не совершил аварию. Впрочем, благодаря таким водилам тоже. Провожаю долгим взглядом уезжающую Ауди.

Мама в хосписе. Это безумно удручает. Хуже того, её дни сочтены.

В первый же день прилета я кинулся туда. Был потрясён. Белое, будто восковое, лицо мамы практически сливалось с белым цветом простыней. Синие глаза поблекли, выцвели…

Сердце пропустило удар. Я замер.

- Макар, - послышался слабый голос мамы. – Иди ко мне, сынок!

Господи! Она меня узнала. Я бросился к ней.

- Мама, родная моя, любимая…

Самый близкий дорогой мой человек уходит из жизни…

И ничего нельзя с этим поделать!

Жестоко. Несправедливо.  Неправильно.

Как можно с таким смириться? И сколько для этого понадобиться времени?..

Покинув палату, я со всей злости втопил кулаком в стену рядом с дверью. Проходившая мимо медсестра вскрикнула от  неожиданности.

- Простите! – обронил я.

И быстро покинул клинику.

Отец при маме находится круглосуточно.  Мы с Егором дежурим по очереди. Но всё равно уезжая оттуда, на сердце так тяжело, что расслабиться не получается.

Но уезжать приходится. Кто-то должен заниматься бизнесом.

Своего отца я не узнаю. Ещё никогда в жизни я не видел его в столь растерянном подавленном убитом состоянии. Я не понимаю, спит ли он вообще? В какое бы время суток я не приехал в клинику, он бодрствует. Под глазами тёмные круги, морщины стали глубже резче.

Он сдал. И разом, словно постарел лет на десять.

- Не знаю, сыновья, как буду дальше  жить я без своей Наташи…

***

Мамы не стало через неделю. После её похорон прошло несколько дней. Сегодня намечен семейный совет.

Мы сидим в кабинете отца втроём.

Смотрю на Егора, как на собственное отражение в зеркале. Мы с ним близнецы. Он старше меня на пять минут. И всегда пытался включать «старшего» брата.

В детстве я  бесился. Дрался. Учился всему. Старался доказать и ему, и родителям, что я умнее, креативнее, спортивнее. Многого достиг. Но сейчас всё это казалось таким далёким неважным бессмысленным, всё наше соперничество с ним.

Сейчас мы все, словно осиротели. И дом наш опустел…

Я встряхнулся.

Перевёл взгляд на отца. Он, похоже, пришёл в себя. По-прежнему, выглядит отстранённо, но вернулся к делам.

- Егор, что там с твоей свадьбой? – хрипло спрашивает он.

- Отложили, - отзывается Егор. – На неопределённое время… пока всё утрясётся.

Егор женится. На дочери металлургического магната. Говорит, что по большой любви…  Раньше я бы непременно проехался по этому поводу, но не сейчас.

Может, во мне тоже произошёл перелом?

- Не стоит с этим тянуть, - неожиданно жёстко произносит отец. – Нам важно слияние наших компаний. Поэтому запускай свадебные приготовления,- он смотрит пристально на Егора. Тот с готовностью кивает.

Я не ослышался? Хотел думать по - другому, не вышло.

Всё как всегда.

- А как же сорок дней? – не выдерживаю я.

- Разумеется, - жёстко произносит отец. – Свадьба сразу же после этой даты.

Ошеломлённо  смотрю на него.

- Макар! Не надо на меня так смотреть, - цедит он. - Я не монстр! Пойми, вашу маму – мою Наташу уже не вернуть. А сделка эта готовилась целый год. Если мы будем тянуть со свадьбой, Зильберы нас не поймут. И могут разорвать контракт. У нас будут колоссальные неустойки.

Я больше не смотрю на отца. Мне не по себе.

- Когда я должен уезжать в Сибирь? – отстранённо спрашиваю я.

- Завтра. Билеты заказаны. Вернёшься потом на поминки…  и свадьбу Егора, - чеканит отец слова.

Всё решает за всех.

Он снова стал прежним. Только ещё более жёсткий замкнутый закрытый.

- Я уеду из своей  квартиры, - твёрдо  говорю я.

- Хорошо, - коротко бросает отец.

Сбегаю по лестнице с третьего этажа, пересекаю сверкающий холл и покидаю  роскошный особняк отца.

Падаю на водительское сиденье Ленд Крузера. Проворачиваю ключ в замке зажигания, обнимаю руль и топлю педаль газа.

Полина

Три месяца спустя.

Приучаю себя к мысли, что я будущая мать – одиночка. Странное словосочетание, но привыкать придётся.

В сказки я больше не верю. Это теперь не про меня.

А жизнь побрасывает всё новые поводы  для волнений…

- Необходимо сделать повторное обследование, - назидательно говорит доктор при осмотре. - Есть основания полагать, что у вас многоплодная беременность.

У меня? Многоплодная?..  Это какая – то ошибка! У нас никогда в роду не было близнецов.

Впрочем, в чьём именно роду?

Подумала я и прикусила губу, ведь я понятия не имею, что было в роду моего собственного отца и отца ребёнка…

Готовая преодолевать очередные трудности, топаю на очередное УЗИ.

Конечно, я не против ещё одного ребёнка, просто мне абсолютно некому помочь. Я много работаю. Учёбу тоже никто не отменял. Пятый курс, госэкзамены и всё такое. Не продохнуть. Ещё подработки. Пытаюсь заработать и отложить деньги к рождению ребёнка.

А тут понадобится в два раза больше! Финансовая перспектива сомнительная…

- У вас будут близнецы! - радостно улыбается доктор, глядя поверх очков.

У меня? Близнецы?

Выдыхаю... Круто!

Счастливо улыбаюсь. Вмиг из головы вылетают все тревоги и сомнения по поводу моего финансового благополучия.

В конце концов, ночью дети спят. Хотя это не точно. Но я очень на это рассчитываю.

Возьму  ещё одну подработку на компьютере.  Буду делать работу по ночам.

Выхожу из поликлиники, переполняемая  счастьем.

Пойду к сестре. С кем ещё делиться такой радостью?!

По пути забегаю в кондитерскую. Не с пустыми же руками идти! Надо купить шоколадный торт, чтобы было чем отметить такое ошеломительное  событие.

Ждали одного. А тут сразу двое! Просто замечательно.

Едва вхожу в зал, как замечаю семью…

Возле витрины с кондитерскими изделиями стоят молодые родители - мама с папой. С ними две девочки близняшки лет пяти в нарядных розовых платьях, с огромными розовыми бантами на голове. Девчушки бойко выбирают себе пирожные.

Это так умиляет…

Подбоченилась, наблюдаю семейную идиллию. Не могу отвести от них  взгляда. Полная счастливая семья…

На глаза выступают слёзы. Ох уж эти гормоны!

***

-Двое?! – округлив глаза до предела, Светка смотрит на меня как на умалишённую.

Можно подумать, это я сама сделала заказ небесам.

Невозмутимо продолжаю уплетать торт. Смотрю на племянников, перемазавшихся кремом, улыбаюсь.

- Так, дети! – взрывается вдруг сестра. – Берём свои тарелки  с тортом. И шагаем в свою комнату! – командует она.

Едва за последним закрывается дверь, как Светка начинает сверлить меня своими серыми глазищами.

- Полька! Ну, куда тебе двоих? Одного – то, не знаю, как потянешь. А тут сразу двое. С ума сойти!

- А ты, что предлагаешь? Одного оставить в роддоме?! – смеюсь я, не понимая, куда она клонит.

Что на неё нашло? Ведь в курсе, что я жду ребёнка. Точнее, уже двух. Какая теперь разница?

Это же мои дети.

- Не говори глупостей! – огрызается сестра, сверкая глазищами.

- Слава богу! Не предлагаешь, - выдыхаю я.

Светка так странно смотрит на меня… Знаю я этот озабоченный  взгляд!  

- Слушай, Поль! Нравится тебе это или нет, но придётся разыскивать блудного папашу, - припечатывает она меня.

Я дёрнулась. Что за бред?

- Это ещё зачем?! – недовольно бурчу я.

- Этот московский пижон заделал нам детишек и в кусты! Пусть помогает финансово поднимать их на ноги. Не захочет по – хорошему, подадим на алименты! - воинственно заканчивает она свою тираду.

- Брось, Свет. Не буду я его разыскивать. И деньги мне его не нужны, - категорично заявляю я.

- Скажи ещё, сама справлюсь, – с сарказмом  выпаливает сестра.

- Сама справлюсь, - фыркаю я ей в тон.

- Поля, ты даже не представляешь то, о чём говоришь. Знаешь, сколько надо, чтобы поднять детей? - констатирует она. Машет рукой в сторону комнаты, куда скрылись дети.

- Но ты же поднимаешь своих…  троих.  И ничего. Вроде не голодные, не босые…

- Тоже мне сравнила, – обрывает сестра.  - У меня муж есть!

Муж? Серьёзно?

Который нигде не работает? Нахватал кредитов, как блох! А Светка пашет на двух работах, чтобы прокормить семью и отдавать его долги.

Может, она забыла об этом? И стоит ей  напомнить?

Впрочем, вряд ли такое можно забыть.

Думаю, идея раскрутить богатого «папашу» принадлежит её драгоценному Вове. Это у него так мозг заточен. А сестра лишь повод нашла преподнести мне идею фикс.

- Поль, ну ты всё – таки подумай…

- Нет, Свет! – резко обрываю я. – Так своему Вове и передай! - чеканю я.

- Вова – то тут при чём? – лепечет она, отводя глаза в сторону.

- Замечательно, - холодно говорю я. – А что касается Макара, - голос мой дрожит. – Он никогда не узнает, что у него есть сыновья. Я так решила.

Макар

Расставив широко ноги и откинувшись на спинку кресла, я расслабил узел галстука. Прикрыл глаза.

В этом небольшом сибирском городе я чуть больше месяца. И каждый мой день похож на предыдущий как день сурка. По утрам встаю в шесть – ноль, ноль. Сразу в спортзал тягать железо. Затем душ, лёгкий завтрак, кофе. Подают машину и я  еду на металлургический комбинат.

Ровно в восемь – ноль, ноль я на месте.

И начинается…

Полный комплекс от выплавки стали до рудников…

Административная и производственная работа топят меня с головой. Совещания, сводки, отчёты. Поездки. Модернизация безнадёжно устаревшего оборудования.

Домой возвращаюсь глубоко за полночь. Падаю на кровать и лечу в чёрный бездонный провал…

Понимаю, что не даю себе  передышки не только потому, что нужно поставить работу комбината  на рельсы, но и потому, что если вдруг расслаблюсь, остановлюсь, меня тут же затопит другая волна…  депрессии. Слишком неожиданным оказался уход мамы из жизни. Ей было всего пятьдесят лет. Казалось бы, живи и живи. Радуйся жизни. Но судьба распорядилась по- своему…

Мобильник завибрировал, и я принял вызов.

- Макар, - услышал я голос отца в трубке. Мы тебя ждём…

Я вылетел в Москву.

Поминки…  прошли очень скромно. В узком кругу. Все в чёрном. На столе фотография мамы в траурной рамке с чёрной лентой наперевес. За столом  только самые близкие люди…

А ещё через день, который я провёл в своей московской квартире, тупо отсыпаясь, уже гуляла свадьба моего брата с большой помпой и энтузиазмом.

Смена декораций происходит стремительно. Подъезжает вереница лимузинов, украшенных композициями из живых цветов на бамперах и капотах. Без сомнения весь антураж создаёт особую атмосферу праздника, аж до скрежета зубов... Похоже, только моих.

Жених Егор Макиевский  в строгом безупречном костюме, подтянут, чисто выбрит, горд собой. Невеста София Зильбер в белоснежном гипюровом платье, в белых туфлях на шпильках и белой фате.

Пара на первый взгляд идеальная…

По такому случаю арендован дорогой элитный ресторан в самом центре Москвы. Здесь собрались воротилы крупного бизнеса с жёнами и подругами, упакованные с ног до головы в новомодные брендовые наряды.

Парад тщеславия! Ухмыльнулся я, отпивая шампанское из бокала.

У меня не было настроения веселиться, что предполагалось на подобном мероприятии. От слова – абсолютно. Мне претила вся обстановка. Я ловил себя на непреодолимом и единственном желании свалить отсюда побыстрее.

Стойко выдержал часа три. Для приличия.

- Папа, - бросил я, с трудом пробравшись через толпу людей, к отцу, мирно беседующему с Борисом Зильбером. – Я поехал! Мне надо срочно вылетать.

Он быстро кивнул и отвернулся. Понял, что я не могу находиться здесь…

Остаётся только догадываться, что творится у него самого на душе. И поражаться его выдержке.

***

Я на металлургическом комбинате. В приёмной сидит моя помощница Анжела двадцати двух лет. Досталась мне от бывшего директора. Я скептически окинул её взглядом.

Смазливое личико, тёмно - карие большие глаза, платиновые пряди волос.

Неожиданное сочетание! Хмыкнул я.

Скользнул взглядом по её глубокому декольте, задержался на короткой юбке и глубокомысленно изрёк:

- Анжела, чтобы всего этого, - махнул неопределённым жестом рукой в её сторону.  –  Завтра здесь не видел. Строгий дресс – код! – припечатал я.

Развернулся и направился в свой кабинет.

Переодеться – то она переоделась. Но вела себя нахально.

Дисциплину и субординацию помощница нарушала нещадно. Через неделю я застал её в своём кабинете. Она рылась в бумагах на моём столе. И явно говорила по моему мобильнику, который я случайно оставил.

Меня аж пот прошиб. Я сжал кулаки и двинулся на неё. Это даже для такой беспардонной девицы, как Анжела, был явный перебор!

- Простите, Макар… Александрович, - пролепетала она. В её глазах метнулся испуг. – Я договор искала на поставку оборудования из Германии…

Она начала бочком обходить стол, отводя глаза в сторону. Врёт!

- Могла бы спросить. У меня его нет! - сказал, словно выплюнул я.

Анжела вела себя дерзко. Я даже подумывал уволить её. Но  с другой стороны, учитывая наш ненормированный рабочий день, работу допоздна, практически отсутствие выходных дней, Анжела была незаменимым работником. Главным её преимуществом было отсутствие мужа и детей. Ей можно было звонить на мобильник в любое время дня и ночи. Она была толковым работником. Выполняла всё чётко и оперативно.

Скрепя зубами, я мирился  с некоторыми её недостатками…

Разлука с Полей сказывалась на мне не самым лучшим образом. Я боролся. Пытался держаться. Загружал себя работой. До предела занимался в тренажёрке. Загонял себя до упора.

И всё равно я так сильно скучал по ней, что несколько раз рвался набрать её номер.

Резко тормозил себя. Девочка учится на пятом курсе универа.

Что  я могу предложить ей сейчас?

Ничего. Но хуже всего даже не моё постоянное отсутствие дома, но моё паршивое состояние, пустота внутри, когда я хоть чуть - чуть давал себе слабину. Когда я дома. Один. Поэтому любые поползновения в сторону Полины я жёстко пресекал.

Я сам должен выбраться из этого ада. Не взваливать на её хрупкие плечи свои душевные переживания.

***

Прошло три месяца.

Три месяца сплошных нервов, сумасшедшей гонки и беспрерывной пахоты. И меня, наконец, начало отпускать...

Я практически смирился с обстоятельствами, событиями, жизнью. Ранний уход мамы, нестандартное поведение отца, женитьба брата Егора, - всё отодвинулось на задний план. Работа начала входить в нормальное русло. Она, по-прежнему, оставалась бурной и насыщенной. Но уже не вызывала постоянных стрессов и авралов.

Но, главное, закончился чёрный период моей жизни, в который я свалился из-за потери родного самого близкого мне человека… мамы.

И вытащила меня из этой затяжной депрессии моя убойная работа.

Конечно, не проходило и дня, чтобы я не вспоминал Полину. Стоило лечь в постель и закрыть глаза, как её образ всплывал передо мной. Её лёгкий воздушный виртуальный силуэт прочно обосновался в моей голове. Я скользил взглядом по её соблазнительному  телу, длинным стройным ногам, залипал на груди, смотрел в её зелёные глаза, в которых вспыхивали золотистые искорки. Когда она смеялась. Когда спорила со мной. Когда просто любила меня… Я пил внутренним зрением её манящий образ. Он был настолько реалистичен, казалось, можно протянуть руку, дотронуться до неё.  Ощутить под подушечкой пальцев её мягкую нежную кожу…

Теперь я был готов к встречи  с Полиной.

Серьёзно начал задумываться над тем, чтобы пригласить её к себе в гости. Конечно, я мог слетать к ней и сам.

Но это ничего не решит.

Я понимал, что мне, по-прежнему, нечего ей предложить. Это не Москва. И даже не тот курортный город на море, в котором она живёт.

Это суровый промышленный сибирский центр!

Редко с  хорошей погодой. Часто с плохой  экологией.

Полина должна сама решить, готова ли перебраться сюда ко мне?

Здесь нет моря, здесь даже солнца практически нет…

Но кто знает, вдруг она ещё не передумала быть со мной?

Набрал её номер…  Короткие губки. Меня переклинило.

Что за фигня?

Она что меня заблокировала?!

Сделал вторую попытку. Потом на психе ещё и ещё…

Со злостью швырнул мобильник на кровать.

Неожиданно. Короткая у Полины оказалась любовь. Нервно ухмыльнулся я. Это не укладывалось в голове. Я сделал попытку навести о ней справки. Позвонил своему помощнику на комбинат, где Полина проходила практику.

- Сергей, привет! – поприветствовал я.

- Привет, Макар! Какими судьбами? – удивился он.

Не стал ходить кругами, врать, что меня интересуют дела на комбинате. Сейчас я не мог думать ни о чём другом, кроме Поли.

- Меня интересует Полина… ну, та с которой я был тогда, - решительно закончил я свою фразу.

- Не знаю даже как тебе это сказать…, - замялся вдруг Серёга.

- Говори как есть,-  надавил я.

- Похоже, у неё кто- то появился, - нерешительно выдавил он.

- Ты уверен в этом? – взвыл я.

Меня топила ярость. Он почувствовал это по моему тону.

- Прости, Макар. Я сам не видел… Одни лишь слухи.

- Какие, твою ж…, слухи! Ты что несёшь? – орал я в трубку.

- Прости.  Я не должен был тебе этого говорить…

Я нажал отбой, прервав разговор.

Это конец? Похоже на то. Сжал кулаки до побелевших костяшек пальцев.

Выходит, она больше не любит меня.

Интересно, любила ли вообще? Хотя, какая теперь разница!..

Склоняюсь к тому, что пора найти  ей замену. Это умозаключение меня взбодрило. И я отважно ринулся на поиски.

Правда, ограничились они тем, что я пару раз снял себе девочек в ночном клубе.

Но это был явный суррогат!

Обмануть себя не получалось. И попытка забыться с другой  не увенчалась успехом.

Я буквально подыхал от тоски по Полине.  

Если днём я ещё пресекал все её поползновения проникнуть в моё сознание, то ночью  не мог это контролировать. Она нагло врывалась в мой сон.  Взирая  своими зелёными, как лесные озёра глазами на меня, вскидывала голову. Пряди светло – русых волос рассыпались по её плечам. Я склоняюсь над ней, утыкаясь в её волосы. Обалденный запах! Вдыхаю его…

Просыпался  в холодном поту. Нервный. Дёрганный. Злой.

Полина

Спустя три года

- Полина! – истошно кричит сестра с порога. – Дом надо срочно продавать! Вова сегодня дома не ночевал…

Дом продавать? Вова… При чём здесь Вова?!

Моим сыновьям Паше и Мише по два с половиной года. Я разрываюсь между ними и работой. Но вспоминая первый год, когда они только родились, жизнь моя сейчас, можно сказать, только наладилась.

Позади учёба, кормление смесями (грудного молока на обоих не хватало), бесконечная смена подгузников. И сумасшедшие бессонные ночи. Если температурил один, второй непременно подхватывал. Ещё  резались зубки… А, если вдруг выпадало такое счастье, что малыши мирно спали, я бегом бежала к компьютеру делать курсовые работы и…  эскизы проектов заказчиков. Крутилась, как белка в колесе.

Сама не понимаю, как выжила вообще. Сейчас, оглядываясь назад, улыбаюсь.

Такой бешеный темп жизни и бурную деятельность я могла выдержать только благодаря своим мальчикам. Ведь у меня два сыночка. Два солнышка. Я люблю своих малышей так сильно, что не представляю свою жизнь без них!

Сейчас я уже дипломированный специалист – маркетолог. Нашла работу по специальности. Смогла даже позволить себе пригласить няню детям - соседку Ларису Ивановну, бывшую воспитательницу детского сада. Ныне пенсионерку.

Она замечательно ладит с детьми. Мне просто с ней повезло.

Всё только начало налаживаться в моей жизни. А тут такое…

Светка не может отдышаться. Бежала что ли всю дорогу, чтобы сообщить мне свою новость?

Она прошла к раковине на кухне. Налила себе воды в стакан прямо из-под крана. И выпила залпом, запрокинув голову.

Не знаю, что случилось. Но, похоже, аукнется это на мне и моих детях. Ведь дом принадлежит ей. Наследство, оставленное её отцом...

Она и так долго мирилась с тем, что здесь жила я. Сначала училась, потом дети. Не могла же она выставить меня на улицу с малышами.

А теперь, похоже, настало время, когда может.

Сердце моё сжалось от боли. В висках застучала кровь. Ведь я не одна, с детьми! Мои сыновья – Паша и Миша сейчас гуляют с няней по побережью.

Хорошо, что их нет дома. Вздохнула я.

И они не видят свою подавленную растерянную грустную маму.

Куда мы теперь?!  Судорожно думаю я. Но в голове сплошной сумбур. Руки потеют. По спине ползёт липкий холодок.

Меня охватывает паника.

Что теперь делать?..

Съёмное жильё  я точно не потяну. Надо платить ещё няне. Чуть - чуть не дотянули до садика. Я уже и в очереди стою как…  мать – одиночка. Обещали дать к трём годам малышей. Я так радовалась.

- Они деньги большие требуют! - нервно говорит сестра, развернувшись  ко мне всем корпусом.  – А где их взять?! – выплёскивает, глядя на меня в упор.

Я не понимаю, зачем ей большие деньги, но чувствую свою вину. Ведь дом – её наследство. А я, выходит, «оккупировала» его.

И никак не выметаюсь.

- Кто требует? – решаюсь, наконец, уточнить я.

- Известно кто! Кредиторы долбанные. Коллекторов натравили…

Мир качнулся. Перед глазами плывёт. Я падаю на стул возле окна. Хватаюсь руками за голову. Провожу по лицу и тру глаза, отворачиваюсь. С грустью  смотрю в окно.

В который раз жизнь моя даёт трещину. Только, кажется, всё налаживается. И бац! Снова летит под откос…

Даже если возьму ссуду в банке, чтобы хватило хоть на первое время, кто пустит меня на квартиру с двумя детьми? Сыновья ещё маленькие. Будут мешать соседям...

Не отрываю глаз от моря. Дом стоит практически на первой линии. До моря рукой падать. Там лазурная вода, в которой отражается солнце. Мне так больно на это смотреть, будто я уже прощаюсь с морем…

Понимаю, дом за последние годы сильно взлетел в цене. И сестре с зятем не терпится его продать. А мне даже возразить нечего.

Я в полном раздрае чувств.

- Поля! Ты что не слушаешь меня? – недовольный голос сестры вырывает меня из раздумий.

С трудом отрываю взгляд от моря, медленно поворачиваю голову.

- Вовку в подвале держат бандюганы. Требуют долг отдать!  - с надрывом стонет Светка. – Только и позволили, что мне позвонить. Полина, сама подумай. Если бы не такая беда, разве прибежала бы я к тебе с таким…?!

- Хорошо, - отрешённо говорю я. – Продавай. Только деньги поделим поровну. Я квартиру куплю. Долг тебе отдам  позже.

Вскидываю глаза на сестру. Она смотрит на меня, округлив свои глазища. В них прямо буря назревает.

- Ты не поняла, Поля, – ожесточённо выдаёт она. -  Мне все деньги нужны!

Все?!  Я не слышалась?

А мы с детьми куда пойдём?..

На кухню шумно вбегают Паша и Миша. Мои сыновья. Паша на десять минут старше Миши. Мальчики настолько идентичные, что посторонние их не различают. Только свои. И то Вова - тот даже не пытается вникнуть в различия. А они есть. И внешне и в характере. Паша пошёл в Макара. Сильнее брата крепче  увереннее.  Миша – в меня. Шустрый быстрый и очень ласковый.

Безумно люблю своих мальчиков! С их появлением, кажется, даже в комнате становится светлее. И мрачные мысли, которые только что назойливо сверлили мой мозг, уходят куда - то на задний план.

- Паша, Миша, в ванную! – слышится голос няни, а затем вслед за ними появляется  и  она сама. – Мыть руки!

- Мама! – кричит Миша. – Я ракушку нашёл! Она шумит как море. Хочешь послушать? – Бежит ко мне, подняв руку с ракушкой над головой.

Вслед за ним бежит и Паша.

Я широко раскидываю руки. И в моих объятиях уже оба сына.

- Мама, мамочка, посмотри! – Запрокинул голову Паша. Смотрит на меня своим синим  взглядом, точно таким же, как море за окном.– Какая у меня большая и круглая галька, как шарик!

Я наклоняюсь, целую обоих в светлые стриженые макушки.

- Так, детки! Идите мойте руки. Сейчас ужинать будем.

Светлана молча наблюдает за нашей идиллией. Провожает мальчишек долгим взглядом.

Едва дети выбежали из кухни, поворачивается ко мне.

- Давно спросить тебя  хотела. Ты как… насчёт предложения  своего отца?

От неожиданности я вздрогнула.

***