Больше не игрушка

САША.

Лёгкие уже жгло от нехватки воздуха, но я упрямо бежала вперёд, скользя шпильками по гладкому полу торгового центра и расталкивая попадавшихся на пути людей. Не обращая внимания на раздражённые, злые крики несогласных с таким обращением, я обернулась, проверяя удалось ли оторваться от преследователей.

Нет. Два здоровых амбала бежали метрах в десяти от меня и, судя по их суровым лицам, мне эта выходка так просто с рук не сойдёт. Пожалуй, в этот раз они даже нагоняя от Воеводина не испугаются, сдадут, лишь бы и мне по загривку досталось. Так что беги, Сашка, беги! Всё зависит только от тебя, выдержишь – наконец-то узнаешь, что такое свобода!

Но если объективно, сил уже не было, а приставленная следить за моей драгоценной персоной охрана никак не желала отставать.

Затравленно оглядевшись, заметила яркую вывеску магазина женского белья и, сделав рваный вдох, резко свернула, влетая в стеклянные двери. Пробежав мимо рядов вешалок и манекенов, скользнула в примерочную кабинку и прикрыла дверь, оставив лишь крошечную щель, тут же прильнув к ней глазом.

Вовремя. Бугаи как раз остановились возле входа в магазин и начали растерянно оглядываться, похоже, костеря меня на чём свет стоит. С этого ракурса благодаря стеклянной стене я отлично видела их метания и прижимала руку к груди, пытаясь успокоить заполошно бьющееся сердце.

Наконец телохранители отправились и дальше искать вверенное им тело, а я осторожно вышла из своего укрытия, сразу попадая в руки симпатичной продавщицы. Пройдясь по мне взглядом, оценивая наряд и украшения (клянусь, я даже перелистывающие купюры счётные машинки у неё в глазах видела!), девушка просияла в самой радужной улыбке на свете и защебетала:

– Что бы вы хотели приобрести? У нас самый большой выбор женского белья от ведущих мировых производителей, мы просто не сможете уйти из нашего бутика с пустыми руками!

Да ну? Уверена?

Осмотрев представленные трусики, бюстики, сорочки и пеньюары, я натянула на лицо самое высокомерное выражение, на которое только была способна, а в этом я, кстати, профи – с моим мужем по-другому нельзя, брезгливо поморщилась и холодно произнесла:

– Девушка, вы же прекрасно видите, что на мне только брендовые вещи, неужели и правда считаете, что я не смогу отличить оригинал от подделки? Так вот, в вашей забегаловке только ширпотреб.

Пока беспардонно поставленная на место продавщица хлопала ресницами, я гордо расправив плечи покинула гостеприимное место. Топчущихся поодаль бугаёв обнаружила мгновенно и, круто развернувшись, зацокала каблуками в противоположную от них сторону. Про себя молясь, чтобы они меня не заметили. Иначе мне не поздоровится.

Красавица-жена одного из самых успешных бизнесменов нашего города, решила взбунтоваться и ускользнуть из-под опеки своего супруга. Где это видано, чтобы Александра Юрьевича Воеводина кто-то посмел ослушаться? За такое наказание последует незамедлительно, так что домой мне до чёртиков не хочется. К слову, это моя вторая попытка сбежать, о первой телохранители предпочли промолчать, ибо наказывать-то в первую очередь будут их. Что ждало бы меня, я, честно говоря, не знаю. Александр за два года семейной жизни ни разу не поднимал на меня руку, и вряд ли будет, но мне и одного вымораживающего душу взгляда достаточно, чтобы я затряслась от ужаса и преисполнилась желания забиться в самый дальний угол.

Многие сочли бы меня дурой и захотели бы оказаться на моём месте. Алекс, как все его называют, красив той самой мужественной красотой, влиятелен, богат. Наши с ним фотографии, на которых мы счастливо улыбаемся и держимся за руки на очередном званом вечере, часто мелькают в разделах светской хроники. Самая красивая пара города. Это звание прилипло к нам сразу, как только в СМИ просочилась информация о внезапной женитьбе самого завидного холостяка. Только о том, что происходит за закрытыми дверьми трёхэтажного особняка, ставшего для меня золотой клеткой, никто и не подозревает.

Нет, ничего ужасного, ни побоев, ни насилия не было. Просто там я бесправная игрушка. На меня тратятся баснословные суммы. Салоны красоты, шмотки, украшения, подарки на всевозможные годовщины. Сколько мужчин забывают дату свадьбы? Судя по тому что я читала, очень многие. Александр помнил всё. Знакомство, свадьба, первый секс, мой день рождения – всё! И неизменно одаривал охапками цветов и драгоценностями.

Что же меня не устраивает? Моё мнение его абсолютно не интересует. Я бы с большей радостью получила в подарок мольберт и краски, но... кому это надо? Кукла живёт только пока ею играют, а в остальное время должна красиво сидеть на полке в ожидании, когда хозяин о ней вспомнит.

О том, что именно так всё и будет, я знала ещё в тот день, когда он меня купил, словно я вещь на витрине магазина. Должна признать, очень дорогая, но что это меняет?

Я так свыклась с отведённой мне ролью, что полтора года жила, старательно исполняя просьбы и приказы супруга, но в один прекрасный день вдруг осознала, что больше так не могу и выбор невелик: либо в петлю, либо бежать из-под тотального контроля. Первый вариант я отмела сразу, ибо себя я люблю, а второй осуществить оказалось очень сложно. Так как без охраны за ворота меня не выпускают.

Почти полгода я готовилась, продумывала план побега. Прекрасно осознавая, что без денег придётся худо, попросила у полной улыбчивой кухарки оформить на себя банковскую карту, на которую периодически переводила приличные суммы. Слава богу, в финансах меня Алекс не ограничивал и не особо интересовался, сколько и на что я трачу.

Что я там придумала, уже не важно: попытка побега провалилась. Выловив и затолкав на заднее сиденье «Audi», телохранители битый час объясняли, как нехорошо я поступила, но пообещали не рассказывать об инциденте Александру Юрьевичу. Разумеется, исключительно из сострадания ко мне. Ага, будто я не поняла, что они сами его до ужаса боятся. Правда пригрозили, что ещё одна такая выходка и жалеть меня больше не будут – сдадут со всеми потрохами! И я притихла. До сегодняшнего дня...

Бежать сегодня я не планировала, это всё нелепая случайность. Я просто хотела пройтись по магазинам и приобрести вечернее платье на приём в честь юбилея мэра. Безрезультатно прошлась по четырём бутикам, и тут один из моих охранников случайно толкнул какую-то женщину. Весьма скандальную женщину, тотчас же поднявшую крик, стремительно перешедший в ультразвук. Помимо того, что толпа зевак отрезала бугаёв от меня, укоризненно качая головами и тыча в них пальцами, так ещё и супруг обиженной дамы подоспел. Габаритами от моих амбалов он не отличался. Защищая честь жены, мужик кинулся в драку, а я поняла, что вот он – мой шанс! И бросилась наутёк.

Спустившись на эскалаторе на первый этаж, посмотрела наверх. Через прозрачные загородки мечущихся по третьему этажу телохранителей видно было прекрасно. Облегчённо выдохнуть не успела. В дверях показался водитель, разговаривающий по телефону и обшаривающий взглядом холл. Вот гады, окружили!

Недолго думая, я заскочила в ближайшую дверь и, очутившись в миленьком, уютном кафе села за столик, забившись в самый угол, как раз спиной к выходу. Стоящая рядом кадка с цветком, похожим на пальму, прекрасно скрыла меня от посторонних глаз.

Вот теперь выдохнула и посмотрела на изумлённую девушку, уже занимающую этот столик. Можно было бы подумать, что удивилась она моей бесцеремонности, если бы не одно «но»...

У меня у самой ошеломлённо приоткрылся рот, когда я её увидела. Напротив сидела моя точная копия!

САША.

Русые прямые волосы чуть ниже лопаток, изящный разлёт бровей, аккуратный носик. Большие миндалевидные глаза карего цвета, пухлые губы и острый подбородок. Красивая, уж я-то знаю, каждый день эту красоту в зеркале вижу. Разве что крошечной родинки на виске у меня нет.

От неожиданности и волнения я даже слова вымолвить не могла, только прикусила наманикюренный ноготок указательного пальца, пошкрябав его зубами. Вредная привычка. Стоит мне выйти из равновесия, как я тяну указательный палец в рот. Ладно хоть грызть отучилась и только слегка прикусываю.

Девушка оказалась более выносливой и от удара оклемалась быстрей. Прочистив горло, она нервно сжала чайную ложечку и хрипло спросила:

– Ты кто?

– Александра Воеводина, – а что ещё я могла сказать, когда в голове звенит от пустоты и непонимания, что происходит.

– Ирина Колчанова, – представилась собеседница. – Но я не об этом.

– Если ты по поводу внешности, для меня это такой же сюрприз, – ответила, наконец взяв себя в руки.

– Так я тебе и поверила. Почему тогда за мой столик села? – прищурилась девушка подозрительно.

– Случайность. Просто это единственное место, которое не просматривается из холла, а там меня ищут.

Чуть наклонившись вбок, она посмотрела в строну выхода и, сквозь стеклянную перегородку оценив, что происходит в холле, уточнила:

– Три здоровых мужика в костюмах и при галстуках?

– Мои телохранители, – кивнула я, сжимаясь, поняв, что личные охранники уже спустились с третьего этажа.

– Ого, да ты важная птица... – протянула новая знакомая уважительно и замерла, всё же сообразив: – Подожди, ты что, жена Алекса Воеводина?

Вот тут я пришла в замешательство. Если она знает Алекса, не лично, разумеется, по снимкам в журналах, не могла меня не видеть. Теперь настала моя очередь, подозрительно на неё коситься.

– Ну да, а ты не в курсе? Его уже два года печатают только со мной.

– Я не местная, – отмахнулась Ирина. – Из его родного города, там он у нас тоже личность известная, по крайней мере, в своё время был. Ну и о том, что он сюда переехал и неплохо поднялся, я слышала. Профессия, знаешь ли, обязывает.

– А ты кто? – ну как тут не спросить, где это таких осведомлённых держат.

– Журналист. А ты чего от мужичков-то сбежала?

– Правильно, я тебе сейчас выговорюсь, а завтра выйдет горячая статья: «Тёмная сторона семейной жизни железного Алекса». Нет уж, уволь, откровенничать с тобой я не собираюсь.

– Не бойся, я не занимаюсь сплетнями и светской хроникой. На расследованиях специализируюсь. А жёлтую прессу вообще считаю стервятниками. Рассказывай давай, может, помочь чем смогу, – хмыкнула собеседница, помешав явно уже остывший кофе.

– Просто устала. Свободы хочу, принимать собственные решения, жить в конце концов, а не существовать, – пожаловалась я со вздохом.

– Зачем тогда замуж вышла, если он такой тиран?

– А меня никто не спрашивал.

– Как это?

– Долгая история, – заметив, как Ирина скептически выгнула бровь, намекая, что никуда не спешит, тяжело вздохнув, сдалась: – Мама сбежала с любовником, когда мне чуть больше года было. Отец на этой почве помешался совсем, всё орал, что если мне дать волю я такой же шлюхой вырасту, вот и закрыл меня дома. Няньки, гувернантки, репетиторы, естественно, тоже женского пола – это все, с кем я общалась. В школу нельзя, училась на дому. Подруг нельзя, да и откуда бы им взяться? Покидать территорию парка перед домом запрещено. Педагогическое образование тоже заочно. Причём доучивалась, уже будучи замужем.

Мне исполнился двадцать один, когда в нашем доме появился Воеводин, без приглашения, конечно, о чём папенька ему напомнил и попытался выставить. Но Алекс не тот человек, которому можно указывать. Бесцеремонно отодвинув моего родителя со своего пути, он сообщил, что пришёл за долгом. Отец сразу задёргался и залебезил, а мне стало любопытно, как выглядит тот, который умудрился привести сурового властного папеньку в состояние ужаса.

Выскользнула из своей комнаты, где подслушивала и прокралась к гостиной, приложив ухо уже к той двери. Да только не рассчитала и надавила на дверь сильнее, тотчас вывалившись в комнату. До сих пор помню тот страх, что сковал душу под холодным, сверлящим взглядом. Я боялась его так, что пальцы на ногах немели, да что там, до сих пор боюсь!

А этот гад заявил, что пока папенька не выплатит долг, я поживу у него. Отец, разумеется, был против, орал, что я порядочная девушка и всё в таком духе, но кого это остановило? Уже через час меня вместе с вещичками загрузили во внедорожник, и одна клетка сменилась на другую.

Я старалась вообще не выходить из выделенной комнаты, чтобы не встречаться с пугающим меня мужчиной. Не помогло. Спустя неделю Алекс вручил мне мой же паспорт уже со штампом о браке и сказал, что за меня он не только долг простил, но ещё и доплатил. Вот так я и стала игрушкой. Без прав, без собственного мнения, просто красивым аксессуаром для выходов в свет, ну и как грелка в постели тоже сгодилась со временем.

– Как это со временем? – удивлённо переспросила Ирина.

– Ну... месяца три он меня не трогал, – прошептала смущённо.

– А потом изнасиловал?

– Нет, ему это без надобности, – моё лицо окончательно приобрело насыщенный красный цвет и, пока собеседница не задала ещё какой-нибудь провокационный вопрос, я сменила тему: – В общем, осознав, что сил так жить не осталось, я решила сбежать.

Задумчиво побарабанив ногтями по столешнице, Ирина прищурившись спросила:

– Я правильно поняла? К сексу муж тебя не принуждал? Бил?

– Нет!

– Как-то наказывал?

– Нет!

– Денег не давал? Из дома не выпускал?

– Да нет же! Карточка безлимитная, а из дома... Выпускал, но только с охраной.

– Что с его положением очень разумно. Знаешь что? Прости, но я пришла к выводу, что ты дура!

Ну вот, я же говорила, что никто меня не поймёт! С чего вдруг решила, что женщина с моим лицом поддержит моё мнение? Она не я, не знает, каково быть постоянно одной. Без друзей и подруг. Когда вместо любимого мужа у тебя лишь глыба льда, которую ты едва знаешь. Мне иногда казалось, что я скоро и говорить-то разучусь, ибо не с кем!

– Ладно, не дуйся, – улыбнулась девушка примирительно. – Давай так, я сейчас схожу в дамскую комнату, а потом мы вместе подумаем, как тебе помочь?

Не дожидаясь ответа, она удалилась, а я... Наверное, совсем нехороший человек. В своё оправдание скажу, что чувствовала себя загнанной в угол и другого выхода не видела.

Вскочив с места, сняла белоснежное демисезонное пальто, сдёрнула бежевую курточку, висевшую на спинке стула моей новой знакомой, и быстро надела её на себя. Достав из своей сумки оформленную на кухарку сберкарту, положила её в карман, застегнув на молнию, и схватила со столика сумочку Ирины.

Покинув кафе, с облегчением обнаружила, что телохранителей в холле нет и пошла ко второму выходу из торгового центра. Оказавшись на улице, глубоко втянула прохладный воздух, неожиданно показавшийся мне непривычно сладким. Так вот как пахнет свобода!

Обойдя здание, покосилась на центральный вход, с удивлением отметив странное оживление возле крыльца. Но непонятная паника, суета и крики не интересовали, надо убираться отсюда, пока меня никто не узнал. Развернувшись, я уверенно зашагала по тротуару, от переполнявшей эйфории неосознанно размахивая чужой сумочкой.

АЛЕКС.

Нервно расхаживая по моему кабинету, начальник охраны, всё сильнее прижимая телефон к уху, едва не срывался на крик:

– В каком смысле вы её потеряли? Как она могла от вас сбежать, вы совсем дебилы, что ли? Что ты мне мямлишь, какое мне дело до скандальной бабы? Если вы не найдёте Александру Валерьевну, можете даже на глаза мне не показываться, шкуру живьём сдеру!

Упоминание имени моей жены заставило напрячься и оторваться от документов. Подняв голову, посмотрел на Игоря. Под моим взглядом он мгновенно сжался и виновато доложил:

– Простите, шеф, эти идиоты потеряли Александру Валерьевну в торговом центре «Мечта».

– Как это «потеряли»? – заинтересованно приподнял я бровь.

– Они утверждают, что она сама от них сбежала, пока они из-за какой-то бабы в драку влезли. Почти час назад, – закончил он чуть слышно.

Точно идиоты. А жена – стерва! Вот куда она намылилась?

Следующий звонок раздался спустя минут двадцать и уже на мой телефон. Всё это время пребывая во взвинченном состоянии, увидев на экране смартфона ласковое «стервозина», принял вызов и рявкнул:

– Какого чёрта происходит?! Где тебя носит?!

– Александр Юрьевич? – раздался отстранённый мужской голос, от которого сердце ушло в пятки и спокойный тон я вернул с трудом.

– С кем имею честь?

– Майор полиции Шеповалов. Десять минут назад возле торгового центра «Мечта» была убита девушка, при ней обнаружилась сумка с паспортом на имя Воеводиной Александры Валерьевны и телефон, по которому я вам сейчас звоню. Ваша охрана личность жертвы подтвердила, но нам нужно, чтобы именно вы опознали свою супругу. Прошу вас через час подъехать в морг, расположенный по адресу улица Ким, строение двадцать шесть.

В трубке уже давно шли гудки, а я всё так и сидел застывшим изваянием, не в силах хотя бы моргнуть и чувствуя, как в груди разливается вымораживающий душу холод. Осознать, поверить в то, что моей стервозной Сашки больше нет, я не мог. Маленькая моя, глупая девочка, неужели я тебя потерял, не уберёг? Сердце то болезненно сжималось, а то и вовсе немело, прекращая свой бег. Правильно, жить с осознанием, что её нет... Я не смогу. Пусть останавливается.

– Шеф, шеф! Что случилось?

– Ничего. Знаешь морг на улице Ким? Поехали!

Пока мы добирались, Игорь встряхнул все свои связи и выяснил, что моя супруга была убита выстрелом в затылок, отчего лицо превратилось в месиво. От этой информации мне стало совсем дурно. Представить сложно, что мою Сашку даже лица лишили...

Ещё начальник службы безопасности выяснил, что стреляли в упор, и воспользовавшись паникой, преступник скрылся, как он выглядел никто сказать не может. Куда смотрели телохранители, я без понятия.

Выйдя из машины напротив одноэтажного облезлого здания, я бросил:

– Уволь охранников и водителя. Сделай всё, чтобы я не узнал, кто именно не уследил за Сашкой! Убью же.

Никогда не думал, что я на такое способен, но у двери в морг ноги подкосились. Подхватив меня под руку Игорь, обеспокоенно вглядываясь в моё лицо, спросил:

– Шеф, может, не пойдёте? Я вместо вас опознаю и дело с концом.

– Пошёл... сам знаешь куда! – рыкнул я, толкая проклятую дверь.

При моём появлении патологоанатом залебезил, отставляя заваренную вермишель в сторонку и треща что-то о том, что я долгожданный гость.

Нет уж, увольте, я к тебе в ближайшее время не собираюсь.

– Где моя жена? – рявкнул и самому стало плохо от осознания, что ищу её здесь, среди мёртвых тел.

Пришёл я в это заведение вовсе не напрасно. Нет, после того, как врач стянул простыню до самых бёдер, я хотел свернуть ему шею, но наткнувшись глазами на узкую ладонь, решил: пусть смотрят.

Осторожно, едва касаясь провёл пальцем по идеально наманикюренному ноготку указательного пальца правой руки и выдохнул:

– Сигарету дай!

– Шеф, вы же три года как бросили, – промямлил Игорь.

– Я тебя об этом не спрашивал. Просто дай!

– Это ваша супруга? – вопрос от мужика в белом халате.

– Да, – глухое и уверенное от меня. – Это Александра Воеводина.

Сигарета в моих дрожащих руках появилась мгновенно, и голубой огонёк зажигалки мелькнул перед глазами. Прикурив, глубоко втянул терпкий дым и едва не поперхнулся от прозвучавших с укором слов:

– Здесь нельзя курить.

Повернувшись к патологоанатому, держащему какое-то железное блюдо с хирургическими инструментами, выгнул бровь и, стряхнув пепел в его чашку, поинтересовался:

– А кто мне запретит?

При виде того как он побледнел и задрожал, я поморщился. Ненавижу трусов, моя Сашка и то посмелее будет. Кстати о ней!

– Игорь, я сейчас домой, а ты реши вопрос с похоронами. Оформи всё по высшему разряду.

– На каком кладбище, шеф?

– Мне всё равно.

– То есть? А как же...

– Я на них не приду, – сообщил равнодушно.

– Почему?

– Не заслужила! – ухмыльнувшись, пожал я плечами и вышел из морозилки.

Игорь не унимался и, догнав, спросил:

– Что вы собираетесь делать?

– Уйду в отпуск и не ищи меня. Впрочем... Запроси видео с камер торгового центра, и выясни, с кем Саша общалась перед смертью. И, Игорь, найди мне ту тварь, что это сделала!

– Думаете, копают под вас?

– Естественно, Сашка сидя дома никому насолить не могла.

Ну... разве только мне, но я свою стервозину точно не убивал, хоть иногда и очень хотелось. Вспомнив идеальный маникюр, усмехнулся. Вот же стерва мелкая! Никогда руку на неё не поднимал, а сейчас... Найду – точно выпорю паразитку!

САША.

Когда эйфория начала спадать, до меня дошёл весь смысл моей спонтанной выходки и в душе пробудился страх. Нет, о том что сбежала я вовсе не жалела, но... что же мне делать дальше?

На дворе стоял конец октября, курточка Ирины была тёплой, но вот я сама одета для поездки в машине, а никак не для прогулок по улице. Уши, как говорится, уже свернулись в трубочку, да и пальцы в лёгких ботиночках на шпильке поджались и онемели от холода. Это и позволило разработать план дальнейших действий на сегодня.

Проверила сумочку Иры на наличие паспорта и, облегчённо выдохнув, спросила у прохожих, где находится ближайшая гостиница. Уверенно направляясь в указанную сторону, я скользила взглядом по вывескам попадающихся по пути магазинов. Гардероб-то однозначно нужно обновлять, а то мой новомодный костюм и обувь точно не смотрятся с украденными дешёвыми вещами. Подходящего магазина не нашла, зато наткнулась на салон красоты. Идея сменить имидж вспыхнула в моём, похоже, уже напрочь отмороженном мозге, красными неоновыми буквами.

Не дав себе времени передумать, я потянула скрипнувшую дверь. В нос сразу ударил запах краски для волос и приятного парфюма. Помещение со стойкой администратора представляло собой комнатушку метра три на три. Оглядев знававший лучшие времена потёртый диванчик, я счастливо улыбнулась. Увидел бы меня сейчас Алекс, точно покрутил бы пальцем у виска. Он-то раскошеливался на дорогущий салон, в который очередь на месяц вперёд расписана, а я радуюсь дешёвой забегаловке как родной. Да и клиенты здесь, похоже, были редкостью, ибо совсем юная девчонка-администратор при моём появлении стремительно вскочила со своего места, встречая радушной улыбкой.

– Здравствуйте, чем могу быть полезна?

– Мне нужна покраска волос и бровей, – посмотрев на вновь ободранный зубами лак с ногтя правого указательного пальца, продолжила: – Ну и маникюр, пожалуй, не помешает.

В общем, вышла я из гостеприимного и уютно-тёплого места на морозный воздух жгучей брюнеткой с ярко-оранжевыми ноготками, чувствуя себя совершенно обновлённой и безумно счастливой. Пока мастер возился с моими волосами, я поинтересовалась, где поблизости можно купить брюки и тёплую кофту, на что меня отправили... на рынок, расположенный буквально в квартале от салона. Вот честно, я чуть не завизжала от восторга. Рынок – это же то место, где люди торгуются? В бутиках-то я такого удовольствия была лишена, так что сейчас преисполнилась желанием попробовать, каково это!

Заглянув в отделение банка, сняла с заветной карточки максимально разрешённые в день триста тысяч рублей, половину сразу же поменяла на доллары. Я же не в курсе, какая валюта приветствуется на рынке.

Выбрав самую неразговорчивую продавщицу, не навязывающую своего мнения, да и в принципе смотрящую на окружающую действительность усталым взглядом, я примерила понравившиеся джинсы. Покрутившись возле зеркала, деловито спросила:

– Сколько вы за них хотите?

– Полторы тысячи, – отозвалась она вяло.

Хм, недорого... Но я же хотела поторговаться...

– Ой, у меня столько нет, – состроила я жалобную мордашку. – Давайте за тысячу возьму? – и ресничками так хлоп-хлоп.

Окинув меня взглядом, женщина усмехнулась и пробормотала:

– Студентка, что ли?

– Да, – вздохнула я грустно.

– Ну бери, чего уж там. У самой дочь учится, знаю, как нелегко вам приходится.

– Спасибо, – просияла я в счастливой улыбке, невероятно гордясь собой.

Это ж надо, первый опыт в выбивании скидки и такой результат!

Достав из сумочки зелёные купюры, положила в протянутую ладонь тысячу долларов. Лицо у женщины почему-то вытянулось. Медленно переведя взгляд с купюр на меня, она состроила физиономию полную сострадания и пробубнила себе под нос:

– Такая молоденькая и дурочка. Бедные твои родители, наверное, грешили много, раз их бог так наказал... Это хорошо ещё, что я тебе попалась, а так ободрали бы, как липку! Вот забирай обратно!

Взяв протянутые мне девятьсот долларов, я наконец сообразила: она просила тысячу рублей!

– Но... Сто долларов это шесть тысяч, – усомнилась я в кристальной честности дамы, довольно-таки округлив сумму в меньшую сторону.

– А ну пошла отсюда! Скажи спасибо, что остальные вернула! – заголосила она, замахав на меня руками.

Испуганно отпрянув, я едва не заткнула уши, защищая их от оглушающего крика. Мгновенно став пунцовой, я поспешила уйти как можно дальше от озлобленной продавщицы. Вот странно, обманула и обругала она меня, а стыдно почему-то мне... И ещё, я совершенно не понимаю, за что она так, я ведь ничего плохого ей не сделала.

– Девочка, – окликнула меня другая женщина, когда я уже почти добежала до конца ряда. – Подойди-ка ко мне.

Когда я несмело приблизилась, она тепло улыбнулась, успокаивающе сообщив:

– Не обращай внимания на Оксанку, она всегда была жадной хабалкой, и уж точно не заслуживает твоих слёз.

– Спасибо, но я не реву, – шмыгнула я покрасневшим от холода носом.

– Что, поди-ка, обобрала она тебя совсем? Давай хоть шапку тебе подарю, замёрзла ж как суслик.

– Не надо, я в состоянии оплатить. А вы можете помочь мне подобрать необходимые вещи? – поинтересовалась я с надеждой.

– Залетай! Оденем тебя как принцессу!

– Как принцессу не стоит, околею ведь окончательно, давайте как...

– Герду? – рассмеялась она в ответ, на что я смущённо кивнула.

Откровенно говоря, я и не представляла, что на пятнадцать тысяч рублей можно купить столько вещей... Посмотрев на себя в зеркало, я едва не прослезилась от умиления, увидев не красотку Александру Воеводину, а обычную девушку. Простая вязаная шапка и шарф белого цвета, надёжно защищающие от холода и скрывающие половину лица. Бежевая курточка, простенькие джинсы поверх тёплых колготок и удобные берцы со шнуровкой до середины икры.

Оглядев внушительную подошву, я хихикнула и поделилась с улыбчивой продавщицей своим наблюдением:

– Таким если кого пнуть, можно и кости переломать.

– А ты не пинай, или делай это, если уж точно заслужили, – подмигнула она весело.

– Спасибо вам за всё!

Я подняла пакеты с парой тёплых кофт, брюк, футболок... в общем, со всем необходимым. Должна признать, без подсказки я бы даже нижнее бельё купить не догадалась. Похоже, я совершенно не приспособлена к самостоятельной жизни. Но вместо того чтобы испугаться, решила что обязательно ей научусь!

– Не за что. Носи на здоровье!

Слава богу, дальше всё прошло без эксцессов. Добравшись до весьма посредственной гостиницы, сняла... люкс. Да, вот тут я надумала шикануть, если так можно назвать весьма скромный одноместный номер. Приняла согревающую ванну и, забыв про ужин, забралась в кровать, вкусно пахнущую стиральным порошком, чуть ли не мгновенно отключаясь: всё-таки настолько насыщенного дня у меня ни разу в жизни не было.

А вот утро принесло ошеломительную новость. Спустившись на первый этаж в поисках пропитания, проходя мимо ресепшена, услышала щебетание администратора с горничной и невольно затормозила, прислушиваясь к разговору.

– Жалко их, красивая пара была.

– Ой, да ладно, он же её и заказал, скорее всего. Иначе непонятно, чего охрана мышей ловила.

– Не знаю... На фотографиях они выглядели такими счастливыми и влюблёнными. А это прозвище их парочки: два Сашки – так мило!

Почему меня так зацепила эта информация изначально, я и себе не смогу сказать, но на последнем предложении встрепенулась, осознав о ком речь. Натянув повыше шарф, я подошла к девушкам, и заглянула в рассматриваемую ими газету. Бросившийся в глаза заголовок заставил буквально вырвать печатное издание из рук горничной.

«Жестокое убийство жены железного Алекса!»

Как это? Я что, мертва?

САША.

Не обращая внимания на то, как смотрят на меня девушки, у которых я отняла газету, на негнущихся ногах шагнула к креслу и тяжело в него опустилась, вчитываясь в текст статьи. Журналист гаденькой газетёнки довольно-таки ехидно рассказывал, что вчера возле торгового центра выстрелом в затылок была убита Александра Воеводина. Ну и, конечно, намекал на причастность к преступлению Алекса. В этот бред я не верила. Вот скажите, зачем насильно жениться на девушке, а после заказывать её киллеру? Насторожило другое: как муж смог перепутать меня с другой? Да, разумеется, мы с Ириной до невозможного похожи, но не узнать женщину, с которой ты на протяжении двух лет делил постель... Как минимум, это странно.

Боже, до меня только сейчас дошло, что Ира мертва. А если бы не моя вчерашняя выходка, скорее всего, на её месте была бы я! От липкого ужаса по телу прокатилась дрожь. Получается, Алекс не напрасно окружил меня охраной, да вот только и она не помогла – несчастная девушка приняла смерть вместо неугомонной Сашки.

Что же мне теперь делать? Однозначно надо бежать из этого города, здесь слишком велика вероятность, что кто-нибудь узнает во мне супругу Воеводина. Вопрос: куда?

Отложив в сторону газету, я достала из сумочки паспорт Ирины и, задумчиво покрутив его в руках, открыла страницу с пропиской безвременно погибшей двойняшки. Хм, пожалуй, это выход! Раз уж Ирина заняла моё место, почему бы мне не стать ею?

Решено, Александра вчера умерла, осталась лишь Ира Колчанова и она возвращается в родной город!

Вскочив с кресла, я поднялась в номер и быстро собрала свои вещи. Вновь спустившись к ресепшену, выписалась из гостиницы и направилась в сторону автовокзала. Добравшись до места назначения, купила билет до соседнего городка и покосилась на часы. До отправки нужного мне автобуса ещё больше часа, а я со вчерашнего дня ничего не ела. Покупать пирожки на вокзале я поостереглась, оценив в каких антисанитарных условиях они готовятся, поэтому вышла на улицу и заглянула в ближайшее к вокзалу кафе.

Заказав лёгкий овощной салат и стакан чая, села за столик. Ожидая свой заказ, я осмотрела на удивление чистое заведение и обнаружила банкомат. Интересно, сколько денег у меня осталось? По моим примерным подсчётам не больше четырёхсот тысяч. Ясно, что надо начинать экономить, ведь когда я найду работу – неизвестно, только смогу ли? Как ни крути, обращаться с деньгами я не умею, всегда покупала всё что мне вздумается, не взирая на стоимость: Алекс никогда меня ни в чём не ограничивал. Кроме свободы, разумеется.

Поднявшись, подошла к железному ящику и вставила в него карту, намереваясь проверить баланс... Это ещё что за чёрт?! Словно громом поражённая, я смотрела на цифры и никак не могла осознать увиденное. Два миллиона четыреста тысяч! Откуда на моём счету такая сумма?! Если бы я столько туда положила, то точно об этом бы знала...

Быстро выдернув карту из банкомата, пока кто-нибудь не заметил, что в дешёвой забегаловке решил отобедать миллионер, убрала кусок пластика во внутренний карман курточки и вернулась за уже накрытый стол. Вяло ковыряясь вилкой в салате, я все пыталась понять, откуда свалилось на меня неожиданное богатство. В голову приходила только одна мысль: Алекс! Но... он же не знает об этой карте, да и вообще уверен, что я погибла. Сам ведь меня опознал!

А если он в курсе, что я жива? Тогда я вообще ничего не понимаю! Зачем ему обеспечивать мне безбедное существование, ведь с такими деньгами я могу убежать хоть на край света? Как бы там ни было, отказываться от такого подарка я не собираюсь. Конечно, если я буду пользоваться картой, муж сможет вычислить город, в котором я прячусь, но что это ему даст? Нужно снимать деньги в другом районе, подальше от того места где буду жить, вот пусть там и рыскает.

Бросив взгляд на часы, я молниеносно вскочила из-за стола, а то с этими раздумьями едва на свой рейс не опоздала. Выбежав на улицу, я устремилась к уже стоящему перед посадочной площадкой автобусу, да так спешила, что споткнулась и полетела вперёд. От поцелуя с асфальтом уберёг неожиданно подхвативший моё тельце мужчина. Крепко сжав меня в объятиях, он весело заметил:

– Осторожне, девушка. Не думаю, что вам так уж хочется получить пару фингалов или разбить нос.

Вскинув голову, я посмотрела на своего спасителя и растерянно зависла, изучая, не побоюсь этого слова, красавчика. Светлые пряди волос слегка топорщились на макушке и небрежно падали на высокий лоб. Ровный нос, высокие скулы, полноватые губы, изогнутые в улыбке. Чуть раскосые зелёные глаза в обрамлении длинных, чёрных ресниц смотрели на меня с немым изумлением.

– Что-то не так? – спросила, приподняв бровь.

Очнувшись, он моргнул и улыбнулся ещё шире, немного охрипшим голосом, сообщив:

– Нет, просто никогда не видел, столь обворожительной девушки. Меня Константин зовут, а вас, прекрасная незнакомка?

– А... Ирина, – буркнула, разозлившись из-за того, что чуть не назвала своё настоящее имя. – И незнакомка очень опаздывает.

Наконец освободившись от затянувшихся объятий, я побежала к автобусу, где меня ждал сюрприз. Сверившись с номером места, указанным в билете, я села, запихнув сумку с вещами под сиденье, и уставилась в окно.

– Ирина? Похоже, судьба хочет нам о чём-то сказать, – заставил меня обернуться голос нового знакомого, садящегося рядом.

То, что мы окажемся попутчиками, действительно стало неожиданностью.

– О чём, к примеру? – поинтересовалась подозрительно прищурившись.

– О том, что встретились мы не случайно и нам просто необходимо познакомиться поближе, – просиял Костя в обескураживающей голливудской улыбке, демонстрирующей ямочки на щеках.

Заметив мой сверлящий прищур, мужчина показал мне свой билет, доказывающий, что это действительно его место и он меня не преследует.

– Не смотрите так грозно, Ирочка. Поверьте, я хороший собеседник и вам ещё пригожусь.

– Чем это?

– Скоротать два часа поездки за весёлым разговором, – проинформировал он меня, состроив жалобное выражение лица.

Глядя в по-щенячьи преданные глаза, невинно хлопающие длинными ресницами, я всё-таки улыбнулась, благосклонно кивнув.

САША.

Собеседником блондин и правда оказался отличным, и всю дорогу я старалась не хохотать над его рассказами и шутками. Вроде как неприлично при посторонних. Но всё же был один смущающий меня момент...

Отчего-то я постоянно сравнивала его с Воеводиным. Высокий, но Алекс выше; широкоплечий, но мой муж помощнее будет и тело у него более накачанное. Зачем я это делаю? Может, потому что это вообще второй мужчина в моей жизни, с которым я разговариваю. Охрана не в счёт, разумеется. И что я чувствую? Не знаю. С Костей легко, непринуждённо, с Алексом всё иначе. От него исходит аура опасного хищника, и взгляд пугающий, непроницаемый, сверлящий, будто проникающий в самую душу. Мне иногда казалось, что супруг читает мои глупые мысли, и не сказать, что они ему нравятся.

От этого я зажималась, старалась абстрагироваться, спрятаться и как можно реже показываться ему на глаза. А он следя за моей реакцией злился, серебристые радужки начинали сверкать, напоминая расплавленную сталь. Железный Алекс. Своё прозвище он получил совершенно заслуженно, ибо под этим взглядом ломались даже мужики, что уж говорить о маленькой неприспособленной к жизни Сашке?

Забавно, но о муже я знаю только то, что смогла найти в интернете: хоть раз поговорить по душам мы и не пытались. Точнее, это я уходила от разговоров, сбегая в комнату, скрываясь, засовывая голову в песок. Потому что боялась его до дрожи.

В курсе, что бизнес Воеводин получил в наследство от дяди, и никто не может сказать откуда этот племянник взялся. В то время ему было двадцать пять и унаследовал он лишь небольшую строительную фирму, за прошедшие семь лет разросшуюся до небывалых размеров, даже за границей пара филиалов имеется. Как утверждают СМИ, Алекс – игрок, не боящийся риска, это и помогло ему так раскрутиться. Правда, идя по головам и врагов нажил немало. Но в Москву он перебираться почему-то не стал, осев в нашем городке. Может, потому что тут он звезда, а там будет лишь одним из многих, таких же успешных бизнесменов.

А вот я в супруге авантюризма и тяги к риску не заметила, разве что странную любовь к жёлтой «Chevrolet Camaro». Он не доверял её ни водителю, ни механикам и сам ковырялся в тачке, когда был не в духе. При этом я ни разу не видела, чтобы он на ней ездил.

– Ирочка, ты меня совсем не слушаешь, – укоризненно произнёс Костя, наконец-то заметивший мою задумчивость.

– Тебе показалась, – натянула я на лицо искреннюю улыбку. – Мы уже подъезжаем? – спросила, посмотрев в пыльное окно.

Вопрос для местной жительницы, конечно, странный, но собеседник, кажется, не обратил на это внимания, так что отругать себя за бестолковость я не успела.

– Да. Ещё пятнадцать минут и будем на месте, – вздохнул грустно мужчина.

– Что не так? – проявила я любопытство.

– Не хочу расставаться. Дашь свой номер телефона? – и опять взгляд кота из «Шрека».

В этот раз он ему не помог. Усмехнувшись и нисколько не солгав, сообщила:

– У меня его нет.

– Как это? Разве в наше время существуют люди, у которых нет смартфона?

Нет. И я обязательно его приобрету, но не говорить же малознакомому мужчине, что я в бегах и у меня даже документы посторонней девушки. Кстати, телефона Ирины в сумочке не было, и в куртке он тоже не обнаружился, а вот это действительно необычно.

– Я его потеряла, а новый купить времени не нашлось.

– Это несправедливо, неужели ты бросишь меня вот так, не оставив надежды на новую встречу? Может, сходим завтра в ресторан, ночной клуб, парк, что ты предпочитаешь?

Не ответила, автобус подъехал к автовокзалу, люди засуетились, и я не стала от них отставать. Извлекла сумку из-под сиденья и, выгнув бровь, посмотрела на соседа, намекая, что не помешало бы меня выпустить.

Раздражённо поморщившись, он отнял у меня багаж и направился на выход. Выбравшись на улицу, я огляделась и протянула руку мужчине, требуя вернуть мои вещи. Он не сопротивлялся, но стоило мне взяться за ручку, удержал сумку и, заглянув в удивлённое лицо, повторил вопрос:

– Так как насчёт свидания?

В этот момент мне показалось, что я ощущаю чей-то взгляд: давящий, прожигающий в моей тушке огромную дыру. Растерянно повертев головой, не заметила, чтобы кто-нибудь проявлял ко мне пристальное внимание, и передёрнула плечами. Наверное, это нервы, всё-таки меня не каждый день убивают и это не могло не оставить след в моей душе.

– Прости, но нет! Я сейчас не готова заводить отношения. Серьёзные или мимолётный роман – без разницы. Других проблем хватает.

А ещё у меня такое чувство, что я мужу изменяю. Знаю, глупо сбежать от мужчины, а потом хранить ему верность, но пока я не могу представить себя... с другим. И вообще, почему меня накрывает противное чувство вины? Я с этим Костей лишь поболтала, это и флиртом-то не назвать. Это всё отец с чуть ли не ежедневными напоминаниями, что я шлюха. А я не такая! Но комплексов он мне добавил, я даже за влечение к собственному мужу себя корила и убеждала, что желать мужчину, которого ты боишься до чёртиков, не правильно. Только... с ним не получалось иначе, и мысль что папенька, вероятно, был прав, нет-нет да и посещала мою дурную голову.

– Может, подумаешь? – попросил блондин.

– Нет. Хотя... Если мы ещё раз случайно встретимся, возможно, я поверю, что это судьба!

Сказала лишь для того, чтобы отделаться от навязчивого молодого человека. Надеюсь, мы больше не увидимся.

С силой дёрнула на себя сумку, от неожиданности Костя разжал пальцы, и я, перепрыгивая через выбоины в асфальте, побежала к стоянке такси. Скользнув в первую попавшуюся машину с шашечками, назвала адрес Ирины и всё же обернулась, сквозь заляпанное грязью окно посмотрев на застывшего столбом блондина, провожавшего отъезжающее такси растерянным взглядом.

Ни раскаяния, ни жалости во мне не шевельнулось, а значит, я всё правильно сделала. Да и о чём я? Жалость – это последнее, что должен вызывать мужчина.

САША.

Выйдя из машины возле облезлой пятиэтажки, я растерялась. Я таких убогих домов и в глаза-то не видела. Сколотые от времени белые кирпичи, деревянные покосившиеся двери подъезда. Да уж, прогресс с железными дверьми, оснащёнными домофонами, сюда не дошёл. Хотя, вряд ли грабители решат, что здесь есть чем поживиться.

Всё же зайдя в нужный подъезд, поморщилась от ударившего в нос запаха и осознала шокирующую мою нежную психику вещь: оказывается, домофоны нужны не только для защиты от воров, но и от людей, страдающих недержанием. Господи, как же так можно, неужели потерпеть до дома нельзя?

Усердно зажимая нос рукавом, я поднялась на третий этаж и уже открыла сумочку в поисках ключей, как дверь распахнулась и из неё выплыла эффектная блондинка. Изумлённо проходясь взглядом по длинным волосам, убранным в высокий хвост, изящному лицу с агрессивным макияжем, виднеющемуся в распахнутой шубке короткому розовому платью, едва прикрывающему самую интимную часть женского организма, и высоким – до колен – сапогам, я пыталась понять, что эта девушка делала в моей квартире. Точнее, в квартире Ирины, но не суть.

– Ой, а ты, наверное, Ира? – радостно воскликнула незнакомка. – А я Марина. Хозяйка второй комнаты мне её сдала, пока тебя не было.

– Второй комнаты? – переспросила совсем растерявшись.

– Она говорила, что ты хочешь её выкупить. Ясно же, что надоело жить в коммуналке. Но у тебя же сейчас нет таких денег, не беспокойся, я надолго не задержусь, максимум на два месяца, а ты, глядишь, за это время накопишь нужную сумму.

Пока девушка оживлённо щебетала, не прекращая приветливо скалиться, я задумалась о том, что слово «коммуналка» мне ни о чём не говорит. Похоже, надо гуглить, а телефона нет...

– Хотела прогуляться, но раз уж ты вернулась, я лучше дома останусь, пообщаемся, познакомимся поближе, нам ведь всё-таки вместе жить, – произнесла Марина и, ухватив меня за руку, втащила в прихожую.

Шок продолжается! Тёмный узкий коридор со старыми потёртыми обоями в виде кирпичной кладки, увитой плющом. Хоть и чистая, но совсем мизерная кухня. Совмещённый санузел с ванной, радующей глаз чёрными сколами эмали, правда, унитаз новый, сияющий белизной. И две комнаты. В одну скользнула соседка, сообщив, что переоденется и придёт, значит, вторая моя.

Настороженно приблизившись, обнаружила, что дверь в мои «апартаменты» не закрыта на ключ, хоть замок и имеется. Неужели Ирина была настолько беспечной, что забыла запереть комнату, зная, что в квартиру в любой момент могут подселить незнакомого человека? Мне она такой не показалась.

Сделав шаг вперёд, я остановилась, придирчиво изучая обстановку. Удивительно, но мебель вся новая, современная, да и ремонт явно делали совсем недавно. За своим жильём девушка следила и сейчас ощущался диссонанс, словно я из коридора попала в другое измерение. Ага, такой перепад эпох в одной квартире. Сериал был «Гости из прошлого», вот один в один такой же эффект!

Присела на мягкий диванчик, также выполняющий функцию кровати, посмотрела на письменный стол, заваленный какими-то бумагами. Светлый шкаф-купе с зеркальными створками, сиреневые шторы в пол на узком окне и бежевый однотонный ковёр с длинным ворсом – вот, пожалуй, и вся обстановка крошечной комнатушки. Непривычно, конечно, но жить можно. Пыль бы только протереть, лежащую толстым слоем на всех горизонтальных поверхностях. Интересно, это ж сколько Ирина отсутствовала? И почему горничные не прибирались?

Чуть по лбу себя не стукнула! Какие горничные? Сашка, завязывай со своими барскими замашками, сейчас тебе придётся обслуживать себя самой. Самой? Божечки мои, а я справлюсь?

– Так! Отставить панику, ты что, пыль протереть и полы помыть не в состоянии? Справишься, должна! – тихо, чтобы не услышала соседка, дала я себе установку. – Но не сегодня, слишком устала, – дополнила тут же.

Ну вот, взаперти как-то держалась, а вырвавшись на свободу сама с собой разговаривать начала. Вся жизнь впереди, а я с катушек слетать начинаю.

Хмыкнув, встала и, прихватив сумочку, направилась на выход. Тщательно заперев дверь в святая святых, развернулась, и завизжала. Тихо стоящая во тьме коридора Марина на меня шикнула:

– Замолчи, ты чего орёшь?

– Фух, напугала, зачем так подкрадываться? – накинулась я на неё с обвинениями.

– Случайно получилось, позвать тебя на кухню хотела. А ты куда собралась?

– В магазин за продуктами, есть хочу, аж желудок сводит, – буркнула я сердито.

В подтверждение моих слов из живота раздалось утробное рычание, вынудившее меня смутиться.

– Ух ты, у тебя там тигр завёлся! – весело прокомментировала девушка, подмигнув. – Ну иди, а я пока чайник поставлю, будем знакомиться.

Вернулась я быстро, таща два пакета. Соседка, встретив в прихожей, выхватила их из моих рук и виляя бёдрами прошествовала на кухню, при этом даже не поморщившись от нехилого веса. Так вот о чём говорилось в стихах «Есть женщины в русских селениях... их бабами нежно зовут…» Ну или как там дальше?

Пока я раздевалась, девушка уже растормошила покупки и при моём появлении на кухне спросила:

– Ты что готовить будешь? Прости, но судя по рыку твоего кишечника, ты скончаешься, прежде чем доваришь.

– Варить?! – выдохнула я с ужасом.

– Не умеешь? Знаешь, это не удивительно, в наше время женщины вообще на этом не заморачиваются. Смущает другое... Ты зачем тогда все эти крупы и мясо покупала? Готовую еду не могла приобрести?

Не могла! Я вообще впервые за продуктами ходила и понятия не имею, что брать надо.

– Ладно, садись за стол, соображу что-нибудь на скорую руку, – сжалилась Марина, оценив мою несчастную мордашку.

Уже через пятнадцать минут она плюхнула передо мной сковороду с жареными яйцами, не соизволив переложить содержимое в тарелку. Подозрительно оглядев предложенное блюдо, ковырнула его вилкой и, отправив в рот маленький кусочек, восхищённо заметила:

– Вкусно!

– А то! Итальянское блюдо, называется «Яйциани с колбасони и помидорианами», единственное, что я умею готовить, – хохотнула соседка. – Хочешь, научу?

– Если тебе несложно... – пробормотала смущённо.

– Да нет, всё нормально. Только странно, как ты до этого возраста дожила, если яйца и то жарить не умеешь. Детдомовская ведь, а они, как правило, самостоятельные.

– С чего ты взяла, что я из детдома? – спросила, пытаясь скрыть, что для меня самой это новость.

– Так хозяйка комнаты сказала, когда её мне сдавала. Мол, соседка сиротка, свою жилплощадь от государства получила, – пожала Марина плечами. – Да ладно, это всё мелочи. Скажи, ты не против, если ко мне брат сегодня в гости зайдёт? Приехал ненадолго, хотелось бы встретиться.

– Во сколько? – покосилась я на часы, подумав, что устала и безумно хочу прилечь.

– Минут через десять, – сообщила девушка невозмутимо. – А может и раньше.

Ясно, меня спросили только ради приличия, так-то уже всё решено без нас. Честно сказать, это разозлило. Уже было хотела сказать: «Сидите, я не буду вам мешать» и по-быстрому смыться, как во входную дверь позвонили. Марина упорхнула открывать, практически сразу радостно завизжав, а я обомлела, услышав знакомый мужской голос:

– Привет, систер, скучала?

Вот только его для полного счастья мне и не хватало, сейчас ведь действительно поверит, что это судьба! Да только я не такая верующая и эти совпадения начинают напрягать.