Босс бывает кусачим

Нет, они меня точно доведут. То ли до увольнения, то ли до ручки, то ли до всего вместе. 

Таиров, мой прекрасный начальник, сел на очередной больничный. Хотя, в принципе, даже если бы он был на работе – все равно закрылся бы в кабинете и спал на диванчике, а всю работу повесили на меня. Так что, Юля, что так, что так ты бы осталась наедине с ворохом задач. Так они еще и организацию праздника сотрудника энергетической промышленности повесили! Хотя я обычный пресс-секретарь! 

Вдох-выдох. Все, рабочий день закончен, нужно перестать думать о работе и быстрее бежать к моей Леди, которая там уже явно воет без меня. Черт, еще и весь подъезд захламили коробками. Кто-то съезжает, надеюсь, подальше из этой богом забытой дыры. Хоть за кого-нибудь порадуюсь. 

Я только из лифта вышла, уже услышала, как радостно гавкает моя малышка. Уже учуяла умница. 

– Да иду я, иду, – смеялась я, слушая ее ставший громче визг и проворачивая ключ в замке. Стоило открыть дверь, как пушистый комок счастья налетел на меня, пытаясь допрыгнуть до рук. Присела, взяла малышку на руки и прижала к себе. – И тебе привет, дорогая.

Пообнимавшись со своим извивающимся в руках антистрессом, одела шлейку и, закрепив поводок, пошла на прогулку. Уже как неделю началась календарная осень, и последние пару дней безостановочно лились дожди. Зато хоть под вечер вышло солнце.

– Леди, ты смотри, первые желтые листья, – улыбнулась я, заметив изменения в природе. Невольно залюбовалась. Солнышко подсветило желтые листики, делая их золотыми. Красота! Наконец, смогла выдохнуть и расслабиться. Аж закрыла глаза от удовольствия. Но тут ощутила, что поводок начал чересчур быстро ускользать из моих рук. 

Тут же открыла глаза. Леди бежала от меня так, что только задние лапы было видно! Неужто опять кошка?

– Леди! – заорала я и пустилась за своим когда-то воспитанным и покладистым кинг-чарльз спаниелем. Сердце бешено стучало внутри, страхом отдаваясь в ушах. Не дай бог она выбежит на дорогу. Не дай бог, я не смогу ее догнать. Мамочки, как же страшно! 

Я бегу без оглядки, и это играет со мной злую шутку: пытаясь срезать дорогу, сворачиваю с тротуара и почти сразу поскальзываюсь на грязи. Думаю, со стороны мое падение смотрелось крайне эпично: ноги взлетели ввысь, а попа моя вниз. Но мне было плевать. Пока я совершала кульбит, упустила свою малышку: не было ни шарахающихся прохожих от собаки, ни лая.

Я крутила головой во все стороны, ища хоть какую-нибудь зацепку, горло уже стискивала паника, как мой взгляд, наконец, сфокусировался на мужчине, который присел к моей малышке и что-то дал ей с руки, при этом держа за поводок, как не в чем не бывало. И из-за этого спокойствия я их и не заметила. Злость внутри меня начала клокотать, и я не заметила, как подлетела и начала наезжать:

– Мужчина, отойдите от собаки!

Мужчина встал с корточек, выпрямился во весь рост и посмотрел на меня, как слон на Моську, или же это я так себя рядом с ним ощутила. У нас разница полторы головы, не меньше! Даже мой отец, который по росту проходит не все проемы на станции, и тот будет пониже. Кто-то явно сметал всю Растишку с полок!

–  Она бежала, а поводок тянулся следом по земле, – ответил он мне спокойным баритоном с легкой вибрацией, которая, кажется, всколыхнула бабочек у меня в животе. А ну, спать, осень уже на дворе!

Мужчина же тем временем протянул мне поводок и продолжил:

– Мне показалось, что она сбежала, поэтому я поймал. Но если у вас это такие игры, – он взглядом смерил меня, с ног до головы перепачканную грязью, – то не смею мешать.

Мне за день здорово нервы потрепали, затем Леди устроила разминку моей панике, а теперь еще этот гражданин, со своим неприкрытым сарказмом, поэтому я не выдержала и вспыхнула словно спичка:

– И не мешайте! – я злобно перехватила поводок, на всякий случай обматывая его еще и вокруг кисти: да рискую остаться без нее, но второй такой пробежки мое сердце не выдержит. – И что вы ей дали? Это породистая собака, а не дворняга. Ей нельзя есть все подряд, она может отравиться.

– Знаю, – несмотря на мою агрессию мужчина отвечал совершенно спокойно, будто с ним по жизни все так разговаривают. – Это сушеные кусочки говяжьего легкого. Моему Персику тоже ничего вредного нельзя, хотя он и любит воображать себя пылесосом.

И только сейчас я заметила, что за ногой у моего собеседника прячется жирненький персиковый мопс. На мгновение я замерла: уж очень необычный выбор собаки для такого мужчины, как и кличка. Не зря говорят, что питомцы – это отражения своих хозяев. Про меня и Леди все говорили, что мы на «одно лицо» по характеру: мечтательные, себе на уме, но потом нам вдруг что-то стукнет и понеслась…

Мопс же выглядел трусливым пухлым зайкой, которого под дождем оставила хозяйка на скамейке, а этот гражданин просто нагло его оттуда приватизировал, как и пару минут назад Леди. А у такого мужчины я ожидала увидеть лабрадора, добермана или может даже питбуля, но никак не пучеглазую диванную собачку.

Плохое настроение требовали говорить колкости, и я молола языком, хотя и понимала, что вечером меня накроет откат.

– Вашему Персику не помешало бы сесть на диету, – поучительно бросила я. – Видно, как вы хорошо «следите» за его питанием.

– Его закормила предыдущая хозяйка, – мужчина оправдывался и неловко переминался с ноги на ногу. Я лишь дернула уголком губ – кажется, насчет появления мопса у этого увальня я оказалась права.

Персик же, видимо, порядком привыкнув ко мне и Леди, присел прямо на дорожку и сделал кучку.

– Извините, у нас важные дела, – мужчина развел руками в стороны и, присев на корточки, принялся убирать за нерадивым другом. Моя Леди бы такое себе никогда не позволила. Благо, что к этому нерадивому мопсу она не проявила никакого интереса, а тот слишком ее боялся, чтобы подойти.

– Удачи! – буркнула я под нос, не видя больше причины продолжать общение. – Пошли, Леди.

От промокшей в грязи одежды я уже начала подмерзать, и, возможно, я даже пахла – времени осмотреть, куда я упала, у меня не было, оттого на душе было мерзостно. Ничего, сейчас приду домой, приму душ и почувствую себя человеком. Но оказавшись у подъезда, я готова была взвыть: ключей в кармане не было. Ну что за ужасный день!

 от лица Антона

Я вообще не хотел переезжать в этот маленький городок под названием Осиновая роща, где, по факту, ни осин, ни рощи. Но на работе не спрашивали, оформляя перевод в другой филиал. Типа, хочешь в Петербург – вытащи сначала весь ад в филиале. Да и что греха таить, мне хотелось сбежать из дома. Куда угодно. Правда, не сюда. Но свои желания нужно формулировать правильнее, будет мне уроком. 

Осиновая роща встретила меня дождем. Сколько раз приезжал сюда в командировки, столько же раз видел серость, унылость и грязь. Забыл еще глупость и неорганизованность: грузчики, которым было заплачено за подъем моих вещей, тупо бросили их на лестничной клетке, хотя квартира была открыта. Так еще и Персику приспичило на прогулку! Плюнув на загромождение коробок (пусть крадут, было бы что ценное), пошел с четвероногим на улицу месить грязь. 

– Не понимаю, я тебя не кормлю, что ли? – запричитал я, увидев, как Персик что-то жует. Сразу полез в его пасть. – Окурок? Ты что, в подростковый возраст вступил, надо еще и сигареты попробовать? 

Персик фыркнул и смотрел на меня своими большими круглыми глазами, изображая святую невинность. Громко выдохнув, потащил его гулять дальше. 

– Какой же ты все-таки избалованный, – буркнул я. В ответ мне недовольно фыркнули. – И не выступай.

 Как бы я ни ругался на это безносое существо, все равно его безумно любил. Скажи мне пару лет назад, что обзаведусь собакой, не поверил бы. В целом не любил домашних питомцев, считал их лишь дополнительной заботой и источником грязи. Но по итогу это оказался самый преданный и любящий друг. 

Вдруг заметил какой-то несущийся в нашу сторону пушистый комок. Натренированную годами тенниса в школьные годы реакцию не пропьешь, поэтому я быстро перехватил это ушастое облачко за шлейку.  

– Персик, у нас первые друзья, – улыбнулся я, смотря на очаровательную мордашку. Не помню породу, но, кажется, видел в каком-то фильме про королевских особ. У меня с породами в целом все плохо: покупая Персика, я был уверен, что он еще не подросший французский бульдог. Прошло уже почти два года – бульдогом он так и не стал. – И что с тобой делать, красотка?

Рыскал в карманах в поисках вкусняшек. Малышка явно нервничала сама. Интересно, где хозяин?

Долго ждать не пришлось: хозяйка сама нашла нас, будто восстала из соседней лужи грязи. И буквально налетела на нас с обвинениями, хотя я, как мне казалось, сделал хорошее дело, перехватив ее собаку. Но ладно, герои не носят плащи и не требуют народной любви. 

– Даже спасибо не сказали, – сказал своему псу, смотря, как девушка, к слову очень миловидная, удалялась от нас, виляя попой. – Представь, Персик, интересные у нас соседи будут. 

Персик лишь фыркнул. 

Мы прогулялись еще минут пятнадцать. Хотел прийти в себя после налета той фурии. И каким же было мое удивление, когда, подойдя к подъезду, я увидел сидящую там леди со своей собачкой. Пригляделся и увидел, что та горько глотает слезы. 

– Вам помочь? – нахмурился я. 

Темноволосая подняла голову и проморгалась. Видимо, чтобы разглядеть меня сквозь свои слезы. Эх, не люблю я плачущих женщин. 

– Нет.

– Ну, ладно, – пожал плечами я и пошел к двери. Навязываться не буду.

– Служба по взлому дверей должна приехать только через два часа, – услышал я за своей спиной, когда уже прикладывал ключ-карту к домофону. – Я вся в грязи. Еще и на улице не май-месяц. На работе полный треш. Ну что за день такой отвратительный!

И разревелась в голос. 

Выдохнул. Посмотрел на Персика. Тот посмотрел на меня, будто говоря: «Ну а что еще остается нам делать? Помогать девушкам».

– Давайте вы подождете эту службу у меня? 

от лица Юли

  – Давайте вы подождете эту службу у меня? – вдруг предложил мужчина.

– Что? – совсем выпала из реальности я. Он что, слышал мои жалостливые мысли об отвратительной участи меня сегодня? 

– Чтобы не замерзнуть. Да и душ тоже можете у меня принять, – совершенно спокойно говорил мужчина. И, не дождавшись моего ответа (потому что я была чересчур поражена), просто открыл дверь парадной и стал ждать, когда я зайду первой. В этот же момент пискнула Леди, тоже уже продрогшая от ледяного ветра. – Я вас не покусаю.

– А ваш пес? – нахмурила брови я, опуская взгляд на колобок.

– Серьезно? – басом спросил мужчина. 

– Я за Леди переживаю!

– Не волнуйтесь, ни одна леди не пострадает. 

Меня вновь чуть не снес с лавочки поток ледяного ветра, так что я быстро встала и почти что побежала в парадную, молча принимая предложение нового знакомого. 

Лифт мы ждали молча, так же тихо зашли внутрь. И только в процессе подъема мужчина решил прервать молчание.

– Как хоть вас зовут, леди? 

– Леди, – без задней мысли ответила я. 

– Нет, я про имя, – усмехнулся он.

– Ну так и я про то же, – раздраженно бросила я. 

– То есть вас зовут Леди? – вопросительно поднял бровь мужчина. 

– Нет, – разозлилась я, но потом до меня дошло. – А-а, вы про мое имя… я думала, что про кличку Леди. Не все верят, что ее так зовут. А меня же зовут Юлия.

– Юлия, – проговорил, будто распробовал, – очень приятно. 

– А вы? – теперь изогнула бровь я. 

– Антон. 

Захотелось ответить в рифму, но выдавила краткое:

– Приятно. 

К счастью, мы приехали на нужный этаж. Увидев свою светло-деревянную дверь, повернула к ней, но потом поняла: Антон-то открывает дверь напротив. Квартиры, где как раз давно уже не было соседей, что меня несказанно радовало: на этаже было тихо и спокойно. А как будет сейчас – в уме не приложу…

– Прошу, леди, чувствуйте себя как дома, – открыл передо мной дверь Антон. Даже его Груша сел и по-джентльменски пропускал дам вперед. Ой, ну то есть Персик. 

Обычная однушка, ремонта, типичного для Осиновой рощи. Не богато, но и не обшарпанно, на том спасибо. Хотя, наверное, этот Антон еще и не успел обжиться и что-то сделать под себя, раз коробки все еще стояли на лестничной площадке. 

– Можно я Леди лапы помою? – обернулась на мужчину я. 

– Конечно, сейчас найду полотенце.

– Если ваш Персик брыкаться не будет, тоже могу ему лапы помыть. 

Антон завис, и в глазах его я видела надпись «ошибка 404». 

– А, да, буду признателен. 

Персик оказался даже менее капризным, чем Леди. Моя красавица терпеть не могла воду, всегда устраивая мне кардебалеты. Того же ожидала от ворчливого мопса, но нет, это чудо вселенной стойко перенес весь процесс экзекуции. 

– Юля, вы вся дрожите. – Когда я позволила называть себя Юлей? – Примите тоже душ, как и хотели. Я сейчас найду в коробках какую-нибудь сменную одежду. 

– Правда? – на всякий случай еще раз уточнила я. Мужчина кивнул. – Только смотрите за своим Персиком. Чтобы он и на метр близко к Леди не подошел. Я видела, как он похотливо смотрел на мою красавицу, когда я ему лапы мыла!

Антон вопросительно поднял бровь и сжал губы, будто намеревался мне что-то сказать.

– Хорошо. 

И ушел, закрыв за собой дверь. Пару минут я стояла и нерешительно поднимала-опускала свою испачканную толстовку. Думала, в чем же может быть подвох. Но потом плюнула: что, я ему в пах зарядить не смогу в случае чего?

Горячая вода была сродни блаженству. Не думала, что так сильно могу радоваться простой мелочи. В ванной даже нашелся какой-то гель для душа, правда, с явным мужским ароматом елки и чего-то горького, но мне было все равно: я несколько раз покрыла себя им, чтобы наверняка отмыть всю грязь. И когда я натирала гелем свою правую икру, поставив ногу на бортик ванной, услышала звук открывающейся двери. 

Он все-таки решил меня изнасиловать!!!

Я быстро завернулась в шторку. Сердце норовило выпрыгнуть из груди из-за страха. И зачем я во все это ввязалась!

– Не смотрите даже в мою сторону! – завизжала я. 

– Господи, – четко услышала я громкий выдох. – Даже и не собирался. Чистая футболка и брюки с завязками лежат на стиралке. Полотенце там же. Прекратите паясничать. 

И ушел. Я досчитала до десяти и открыла один глаз. Точно ушел и точно оставил мне одежду. 

Домываюсь я уже быстро, лишь бы побыстрее свалить из этой проклятой квартиры. К тому же, очень переживаю за Леди: моей породистой красавице не сдались такие ухажеры, как этот фрукт! Господи, дай бог служба скоро приедет…

– С-спасибо за одежду и душ, – выхожу я из ванны и благодарю мужчину, боясь посмотреть в его глаза. Все-таки, возможно, я перегнула со своей истерикой. 

– Не за что, – хмыкает он. Поднимаю глаза и вижу, что Персик спокойно сидит у мужчины на руках. Сказала бы, что милое зрелище, но тут же пугаюсь.

– А где Леди?! – в страхе вздыхаю я и озаряюсь. Моя девочка уже точно бы прибежала ко мне. 

– В прихожей мусолит косточку, – спокойно отвечает Антон. 

– Что?! – загораюсь я. – Вы опять дали ей свое лакомство-убийцу кишечника?!

Не дожидаясь ответа, бегу в прихожую. Сразу же выхватываю из пасти Леди косточку, уже думая ругать собаку, как понимаю – кость-то силиконовая. 

– На лестничной клетке какой-то мужчина стоит, видимо, к вам, – идет за мной Антон с мопсом на руках. Один фырчит, второй за ним повторяет. 

– Да? – сразу радуюсь я. – Отлично. Спасибо за гостеприимство, – кладу на пол косточку, потрепанную Леди (надо будет им купить игрушку взамен, а то не дело…), забираю свои грязные вещи, – но мы пойдем. Я вещи все верну.

– Ага, не забудьте. 

Нет уж, Антоша, не забуду!

Плотник провозился битых полчаса вместо обещанных пятнадцати минут. Но я очень хотела, чтобы замки остались по-прежнему функциональными, поэтому не то что не торопила – старалась держаться поодаль, чтобы не висеть над душой. В квартиру я в итоге зашла с долгожданным стоном и медленно сползла по стенке.

 Вечер был пересыщенным на эмоции и, увы, слишком много негативных. Одна Леди, кажется, ничуть не переживала.

– Ну ты и предательница, – буркнула я вслед ее уходящей попы. Она лишь обернулась, с укоризной посмотрела на меня, мол, хозяйка, хандра хандрой, а ужин по расписанию. Противопоставить этому аргументу мне было нечего. Я соскребла себя с пола и последовала вслед за собакой на кухню.

Насыпав Леди долгожданный корм, я, под ее одобрительный фырк, разделась и положила одежду соседа в стирку. Чем раньше я ее ему верну, тем менее буду должна. Сколько тут живу, практически ни с кем вокруг лично не знакома, да и не больно хотелось. 

Я посмотрела, как размеренно вращается одежда в барабане, и горько вздохнула. Антон внешне был весьма в моем вкусе: ухожен, гармонично сложен и вроде бы неглупый, но интуиция шептала, что он мне еще устроит сюрприз. Да и наверняка у такого мужчины девушка имеется, или жена. Я не моя коллега Ксюша Шольц, которая первым делом при знакомстве с противоположным полом смотрит на наличие кольца на пальце, да и это последнее, что волновало меня сегодня на прогулке.

Антон напоминал мне героев из написанных мною в стол любовных романов. Мне нравилась представлять мужчин такими, пусть вживую меня окружали совершенно другие. Творчество – это то место, где никто мне не говорил, на кого нужно учиться, как одеваться, как вести себя, как снизить планку и не быть такой заносчивой, чтобы найти мужа – никто не мог запретить мне мечтать. 

И мне бы растекаться безвольной лужицей и строить ему глазки, но нет, я за один вечер успела показать себя полной дурой раза два или три. Ну как так можно? Надеюсь, мы будем пересекаться не так часто, чтобы меня не накрывало воспоминаниями стыда каждый раз.

Без сил, физических и моральных, я легла спать. Леди довольно быстро успокоилась и, вытянувшись на своей лежанке, засопела. А я считала овечек, белочек, кенгуру – весь зоопарк, что подкидывал мне растревоженный мозг. Я с тоской посмотрела на часы – они безжалостно показывали, что до будильника оставалось всего шесть часов. Да уж, кто-то определенно завтра будет выспавшийся.

 Я ворочалась, наверное, еще где-то час, пытаясь найти удобную позу и успокоить мозг, прежде чем, наконец, вырубилась, но остаток ночи решил взбодрить меня кошмаром.

Я бежала за Леди и не могла ее догнать, она петляла между деревьями, врывалась в ворохи листьев, играла с ними, но едва я достигала поводка, снова ускользала у меня из рук. И я в отчаянии бежала дальше, спотыкалась, падала и, даже не отряхиваясь, снова пыталась догнать мою малышку. И едва я снова приблизилась к ней достаточно близко, как из-за одного из деревьев на меня резко выпрыгнул  Антон и укусил меня в шею. Я начала кричать и открыла глаза. 

Сердце стучало как бешеное, а мозг так и не мог до сих пор понять, что это был всего лишь сон. Спустя пару минут упражнений с дыханием, я, наконец, смогла успокоиться. Кинула взгляд на часы – оставалось всего полчаса на сон, но, увы, Леди заметила, что я открыла глаза и уже начала грустно поскуливать, просясь на улицу. И не отстанет же, пока не сходим!

Я простонала и одним резким движением встала с кровати. Леди ободряюще начала подтявкивать рядом, подбадривая меня.

– Ну, пойдем, пойдем гулять, моя малышка.

Волшебное слово было сказано, и я, едва успев нацепить хоть что-то из одежды, уже вовсю летела на улицу на поводке. У ранней прогулки был очевидный плюс – навряд ли Антон встанет также рано. Я не знаю, где он работает, но в Осиновой роще из крупных предприятий только Бленская атомная станция – туда на смену он уже опоздал, а в оставшийся город, за исключением пожарной и службы скорой помощи, просыпался только к одиннадцати.  Учебный центр, где я работала, ориентировался на станцию, поэтому наш рабочий график начинался лишь на пару часов позднее утренней смены.

Так как вышла я рано, то решила дать большой круг по парку. Если есть шанс подольше выгулять мою девочку, то почему бы этого не сделать? Она целый день потом будет сидеть взаперти однушки и грустить. И я уже порядком расслабилась, как, уже возвращаясь к дому, вздрогнула от резкого крика:

– Персик, ко мне!

Я едва успела спрятаться за деревом и утащить за собой Леди – после вчерашнего инцидента я боялась отпускать ее с поводка. Впрочем, Антону было явно не до нас, он пытался воззвать к совести Персика, чтобы тот вылез из канавы и вернулся к нему. Счастливый же мопс беззаботно топал по грязи и, кажется, был абсолютно доволен жизнью. Они вели переговоры, наверное, минут десять, а я нервно переминалась с ноги на ногу. Менее всего мне сейчас хотелось попадаться Антону на глаза, а он отрезал мне путь к дому. А я еще как назло не взяла с собой телефон и понятия не имела, сколько сейчас времени.

Наконец, Персику надоело играть в бегемота, и он вернулся к своему хозяину, а я облегченно выдохнула – они сразу пошли в сторону подъезда. Выждав пять минут, я мигом полетела домой. Времени, оказалось, прошло прилично – я рисовала опоздать. Быстро мыла лапы Леди и приводила себя в порядок – завтраком, увы, пришлось пренебречь. Но едва я подошла к двери, намереваясь выйти, как услышала шум на лестничной площадке.

– Черт, ну и выбрал же ты время для выхода! – сетовала я, нервно поглядывая на часы. И да, конечно же, я, промаявшись со своим стыдом, не успела на развозку и теперь стояла в пробке в городском автобусе. На работу я безбожно опаздывала.

«Ты где? К нам приехал новый директор, про которого говорили на прошлой неделе», – поделилась мне Ксюша свежей сплетней, а я готова была взвыть. 

«Прикрой, пожалуйста!» – взмолилась я. Мы не были прям подругами-подругами, но отношения поддерживали неплохие, пускай у нас были кардинально разные взгляды на жизнь.

«Попытаюсь».

Если в обычное время мое опоздание бы никто и не заметил, то сейчас все стояли на ушах – немного, что у этого товарища из большого города на уме, и кого он может схватить за жопу. А хватать можно было каждого второго, и еще давать пинка под это же место. И я себя явно покажу не в лучшем свете.

«Поторопись. Его сейчас водят по всем отделам и знакомят» – пришло мне предупредительно, но, благо, я уже подъезжала. На работу я залетела вся взмыленная после забега от остановки, и, конечно же, едва я добежала до своего кабинета, как за моей спиной раздалось:

– А это Юлия Лебедева. Она пресс-секретарь, – представила меня Михаил Абрамович, уже, наверное, бывший директор нашего филиала.

– И у нее другой график работы или у вас нормально, что сотрудники так опаздывают? – с нескрываемой усмешкой ответил ему собеседник. А я готова была провалиться под землю, потому что моментально узнала этот голос. Это же где я так накосячила, что судьба подкинула мне Антона в начальники?

от лица Антона

Если вчера Персик вовсю собирал окурки, то сегодня он просто решил дать мне прикурить – забрался на утренней прогулке в канаву и делал вид, что он меня абсолютно не слышал. Наверное, это его месть за то, что я додумался его подарить Олесе. Моя бывшая невеста настолько хотела собаку, насколько не подозревала, что она сродни маленькому ребенку: ей нужно много внимания, времени, дисциплины.

Для Олеси же Персик был игрушкой и детской мечтой, которую я, как истинный рыцарь решил исполнить. Бедной девочке всю жизнь запрещали завести собаку, вот только я, ослепленный влюбленностью, не подумал, что родители Олеси достаточно умные люди и знают свою дочь слишком хорошо: той нужно было лишь развлечение, а ответственность ее мало волновала. А зачем, когда есть другие?

После счастливого получения щенка в руки все, что делала Олеся – это фото в инстаграме да забавные видео, как она кормит его чипсами или поит вином. И ей было абсолютно плевать, что малышу из-за этого плохо, и он может даже умереть. Иногда мне казалось более гуманным сдать его в приют, но мы с Персиком, как бедные родственники, нашли друг в друге отдушину.

И когда, наконец, мне уже под нос сунули доказательства неверности Олеси, я плюнул на все и, забрав Персика, разорвал помолвку. Ощущения были странные. Я должен был бы быть расстроенным из-за измены, но чувствовал лишь опустошение от предательства и собственной недальновидности. Оказалось, что одними подарками отношения не построишь, особенно если в паре только один строитель, а второй – прораб на десять строек.

Одновременно с этим пихнули это назначение в Осиновую рощу. Но несмотря на мою нелюбовь к этому городу, хотелось сбежать подальше от Северска, Олеси, воспоминаний, и перезагрузиться. Персик на удивление хорошо перенесся ко всем моим метаниям, так что хотя бы насчет него я мог не переживать.

А вот в Осиновой роще меня ждал сюрприз. Если сначала мне показалось, что на меня намеренно спихнули никому не угодное дело, то теперь я был в этом абсолютно уверенным. Где я и кому перешел дорогу – непонятно, но меня что-либо уже было поздно. Нужно просто победить это дерьмо: иначе никакого перевода в головной офис в Питер мне не светит. Вот только забытый богом филиал оказался явно в юрисдикции ада, иначе, почему тут столько лентяев скопилось, я объяснить не могу.

Не найдя никого на посту охраны, я без проблем преодолел турникет, на котором работал только световой индикатор, явно лишь ради фикции. А все-таки хорошей идеей было прийти на день раньше, чем я обещал – сразу видно все косяки, от «гостей» они их явно прячут.

Из минусов – меня никто не встречал, и, кажется, совсем не знал в лицо. Щебечущая толпа у автомата с явно отвратительным дешевым кофе в маленьких стаканчиках не обратила на незнакомого человека никакого внимания. Странно, если бы я узнал, что к нам направляется новое руководящее лицо, то попытался бы разведать о нем как можно больше. У компании общая база данных сотрудников с фото и общей информацией – найти раз плюнуть, но тут, кажется, всем плевать в другом смысле.

Я был здесь всего пару раз, поэтому лишь ориентировочно помнил, куда идти, из-за этого мне пришлось немного поплутать. Бродя по коридорам, я в конце одного из них, в закутке, скрытом от камер, я нашел безмятежно дремлящую на диване девицу.

– Подъем! – резко гаркнул я, едва сдерживаясь от злости, и она мгновенно вскочила. – Почему спим на рабочем месте?

– Так я это… – замялась девушка, бегая глазами туда-сюда в поисках оправдания. – Ручку поднимала. Она под диван закатилась!

И после такой наглой лжи она мне попыталась еще построить глазки! Я готов был рычать от такой бестактности и непрофессионализма.

 – А вы, случайно, не Антон Ангельский? – неожиданно спросила она, и только это спасло ее от мгновенной казни. Надо же, кто-то все-таки меня ждал, правда, кажется, совсем по другой причине.

– Антон Павлович Ангельский! – поправил я, сделав акцент на отчестве. Флиртовать – последнее, что я собирался делать на работе. Олеся хотя бы прятала свою наглость и глупость за таинственным очарованием, тут же все было вывалено напоказ и вызывало только тошноту.

– Ксения Шольц, – представилась она и расплылась в нее менее мерзкой улыбке. Так, надеюсь, эта особь не окажется в роли моего секретаря, иначе я взвою. – Вас проводить до Михаила Абрамовича?

– Да, спасибо, – сухо согласился я. Помощь мне бы действительно не помешала, я уже боюсь представить, какие скелеты еще могу найти по пути.

Ксения проводила меня до нужного места, и там я уже настойчиво с ней распрощался. Девушка обиженно поджала губы и, развернувшись круглом на шпильках, ушла в сторону лифта, показательно виляя бедрами. Я лишь закатил глаза от такого фарса.

Кабинет директора ожидаемо оказался на самом отремонтированном этаже. И едва я в него зашел, то понял, насколько меня «сегодня» не ждали. Секретарь истерично что-то кромсала в шредере, а сам Михаил Абрамович, толстенький приземистый мужчина, вальяжно попыхивал электронной курилкой, невзирая на пожарную безопасность. Они оба повернулись ко мне на звук открываемой двери и застыли с полными глазами ужаса.

– Ну здравствуйте! – широко улыбнулся я, раз уж пришел в цирк.

– Доброе утро, Антон Павлович, – залебезил Михаил Абрамович, пытаясь скрыть следы своего преступления в карман. Про документы, кажется, он и вовсе забыл, а секретарь была бела как мел, чтобы что-то с ними делать. – А мы вас завтра ждали.

– А я вот он, сегодня. Решил, раз приехал раньше, то почему бы сразу не приступить к работе!

– Отдохнули бы, посмотрели город…

– Я его исходил вдоль и поперек еще в прошлые разы – уж больно маленький.

– Это да, это вам не Питер. Зато все компактно и воздух свежий!

– Я рад за вас, но меня другое интересует. Что за бедлам в офисе? – меня слишком нагло пытались заговорить, чего я не понимал. Будто они за пять минут, что я буду слушать, успеют устранить все косяки. 

– Так мы закрыли важный проект, все работали на пределе сил, вот и немного расслабились, – расплылся директор во лживой улыбке. – Не серчайте. Все сотрудники у нас хорошие, с радостью помогут вам во всем разобраться. Я же, как понял, временно буду вашим замом, чтобы вы побыстрее освоились.

– Не помню, чтобы было такое назначение, – сухо подметил я, отчего улыбка тотчас спала с лица директора. В ложь про усердную работу мне слабо верилось, иначе не было бы такой просадки в бюджете, а, значит, этот товарищ хочет находиться поблизости, чтобы держать руку на пульсе и вовремя прятать крупные косяки либо подменять информацию. – Я пока попрошу провести мне экскурсию по отделам, представить сотрудникам, а после предоставить всю текущую информацию по проектам, что мы должны закрыть до конца этого года. Осталось мало времени, так что сначала разберемся с самым горящим.

– Хорошо, я сейчас отправлю всем электронные письма…

– Не надо никому ничего слать, пусть наш приход будет сюрпризом, – я понимал, что меня ждет очередной кошмар, но этот день не мог стать еще хуже. По крайней мере, я так думал до того, как у очередной двери столкнулся с новой соседкой, которая дико опоздала на работу. Я лишь усмехнулся пощечине от судьбы: девушка мне понравилась, но что-то видно явно рано я расслабился после прошлых отношений.