Босс для Гадкого утёнка

Всё началось с очков.

Я ношу их всего ничего, а моя жизнь уже превратилась в эпизод из фильма про привидений. Меня попросту не замечают.

В облике заумно-непривлекательной ботанички женщины воспринимают меня как серый фон, а мужчины не реагируют от слова совсем. Хотя раньше иногда поглядывали с интересом, несмотря на отсутствие макияжа и дешёвую одежду.

На моей новой работе ощущение собственной невзрачности ещё сильней. Ведь я работаю простой ассистенткой в модельном агентстве со множеством эффектных длинноногих моделей. Помогаю штатному фотографу и костюмерше на уровне принеси-подай.

Настоящий гадкий утёнок среди лебедей.

- Эй, где эта... как ее там, забыл... Смирнова? - кричит из студии фотограф. - Пусть визажистам срочно напомнит про новые пробники! Будем делать фотосессию под тренды!

Я вскакиваю с неудобного стула за вешалками с одеждой и бегу по коридору искать визажистов. В комнате, где они обычно красят моделей, вижу только одного слащавого типа, который мне абсолютно незнаком. Это нормально. В нашем агентстве большая кадровая текучка, потому что обслуживать капризных красоток - серьезное испытание для нервов.

Слащавый уже увлеченно роется в новых пробниках. Заметив меня, подскакивает со словами:

- Ну наконец-то! Чего так долго? - и усаживает на стул, не слушая возражений. Очки с меня сдергивает и небрежно швыряет на столик.

- Я не...

- Цыц! Когда профи работает, модель молчит.

- Но я не...

- Цыц, я сказал! - рявкает слащавый. - Тимур Аркадьевич уже едет, а показать новый тренд в макияже не на ком!

Тимур Аркадьевич - это наш босс. Потрясающе симпатичный платиновый блондин, который со своей внешностью легко мог бы подменить любого из наших модельных красавцев. Я видела его на собеседовании, а вот он меня - нет. Как говорят, смотрел, но не видел. Наверное, потому что я уже тогда была в очках и чаще таращилась в пол, чем на него.

Растерявшись, я тупо сижу, позволяю раскрашивать себе лицо и слушаю его болтовню.

- М-м, да ты отличный материал, лапусик. Лицо с характером... Глаза и скулы хорошо получились... Невероятное преображение! Пожалуй, дам тебе совет. Если хочешь гарантированно пройти кастинг нового сезона, подмазывайся прямиком к Тимуру Аркадьевичу. У него слабость к таким интересным личикам, как у тебя.

Возле входа раздается низкий мужской смешок. На пороге стоит наш босс. Я узнаю с первого взгляда его точеное аристократическое лицо с прямым носом и насмешливым изгибом красивых губ.

- Не успел устроиться на работу, как своих протеже проталкиваешь? Завязывай с этим, Алекс, нет у меня никакой слабости к таким... - он неожиданно запинается. Я ловлю его пристальный немигающий взгляд, и он медленно заканчивает: - ...лицам.

Не понимаю, почему он так уставился. На собеседовании я была ему настолько неинтересна, что он взглянул всего один раз. А потом процедил пару-тройку стандартных вопросов, не отрывая взгляда от компьютера, и небрежно расписался на бланке для отдела кадров.

- Я же говорил, - удовлетворённо хмыкает слащавый визажист Алекс. - Глянь, какие изящные линии скул, форма глаз и бровей. Интересное лицо, да? С изюминкой. И макияж лег как надо. Рекомендую присмотреться к девочке.

Он обращается к боссу так по-свойски, что мне становится ясно - они хорошие знакомые. Возможно, даже приятели.

- Вижу... - взгляд босса останавливается на моих свеженакрашеных губах, и почему-то их начинает покалывать, словно горячими иголочками. - Алекс, пожалуй, я соглашусь. У твоей протеже есть перспективы.

Я наконец выхожу из ступора и делаю попытку встать.

- Сидеть! - мгновенно реагирует слащавый.

От возмущения меня буквально подбрасывает со стула, и у меня вырывается:

- Ну, знаете ли... я вам не собака!

- Видно, что не собака, - Тимур Аркадьевич кладет мне руку на плечо и каким-то вкрадчиво-мурлыкающим, как у мартовского кота, голосом говорит: - Ты девушка. Хотя нет... Ты просто огонь, а не девушка. Меня нелегко поразить симпатичной мордашкой, но тебе это удалось. Как насчет обсудить эту тему сегодня за ужином?

- Так, - снова хмыкает слащавый, - вы тут обсуждайте, а я пойду первую партию косметики по этим пробникам закажу. Ты ведь их только что одобрил, как я понимаю..? Эй, Тимур! Ау!

Босс отрывает от меня взгляд с трудом, и это кажется мне совершенно невероятным. Серьезно, фантастика какая-то! Как будто я попала в другую реальность, где от моей неземной красоты мужчины готовы добровольно в штабеля у моих ног складываться.

- Да, - отмахивается он. - Считай, что одобрил.

Как только мы остаемся наедине, Тимур Аркадьевич с возмутительной самоуверенностью перекладывает руку с моего плеча на моё же колено... и властно сжимает его.

Его недвусмысленный мужской посыл понятен без слов.

Я медленно поднимаюсь наконец со стула, стискивая кулаки от злости и неконтролируемой дрожи где-то глубоко внутри.

Вот ведь блин! Несмотря на то, что босс известный бабник и обращается со мной, как с легкодоступной девицей, его прикосновение безумно волнует и будоражит мою женскую суть. Он что, парфюмом с убойной дозой феромонов пользуется?..

- Так как насчёт ужина, малышка? - в его тоне слышится непререкаемая убежденность, что его вопрос - риторический. И ответ будет на сто процентов лишь один: большое и громкое «да».

- Нет! - холодно объявляю я и делаю попытку обойти босса с левой стороны.

Он молниеносно преграждает мне путь.

- Что ты сказала?

- Я сказала, что меня это не интересует.

Я дергаюсь в правую сторону, но и там меня останавливает его рука. Поднимаю на него сердитый взгляд. Тимур Аркадьевич вдруг шумно выдыхает, словно ему жарко.

- Слушай, малышка, ну и глазки у тебя... такими пожар можно устроить. Как тебя зовут?

- Дайте пройти, - требую я, начиная слегка паниковать.

Проблемы на работе мне не нужны, а перспектива стать подстилкой для начальства - тем более.

- Да подожди уже, дерзкая ты моя, давай хоть поговорим... - горячие мужские ладони захватывают в плен мои плечи, не давая сбежать.

Мне начинает казаться, что ещё немного, и домогательства на рабочем месте перейдут в опасно активную фазу. Паническая атака накрывает меня одновременно с участившимся пульсом. Я резко вырываюсь из рук Тимура Аркадьевича, а когда он делает движение, чтобы удержать меня...

...бью его коленом между ног.

Ужас содеянного обрушивается на меня немедленно. Слышу сдавленно-болезненный звук, который вырвался у босса, а сама уже хватаю очки со столика и опрометью выбегаю из комнаты.

Пулей пролетаю по лестнице на два этажа ниже, где находится гардеробная с модельной одеждой прошлого сезона, и забегаю в туалет. Дышу шумно, как загнанная лошадь. В груди колет.

- Уф... ну ты и натворила дел, Диана... - шепчу я, глядя в раковину. Потом поднимаю глаза на зеркало и отшатываюсь.

Там отражаюсь не я. Не Смирнова Диана. Ну точно нет. Я простая девушка, которая уже привыкла быть незаметной. Без очков меня иногда с натяжкой называли миленькой, но не более.

А сейчас из зеркала на меня смотрит невероятная красавица с огромными прекрасно-испуганными глазищами, в которых можно утонуть.

- Ужас какой, - шепчу я, и красавица в зеркале послушно шевелит соблазнительными губами одновременно со мной. - Вот что с людьми штукатурка от профи делает!

Где-то в коридоре слышатся шаги, и я в бешеной спешке тру лицо, не жалея ни мыла, ни собственной кожи. Вода в раковине становится серо-буро-малиновой от смываемого макияжа.

- Дианка, ты чего тут потоп устроила? - спрашивает заглянувшая в туалет гардеробщица Ирочка.

- Да так, перепачкалась, - отмахиваюсь я.

Тщательно вытираю лицо салфетками, потом сразу же надеваю очки и с облегчением вижу в отражении себя прежнюю - обычную девушку, каких на улицах миллионы. Только лицо все в красных пятнах из-за нещадного трения.

- Слушай, там наверху какой-то переполох, - делится Ирочка. - Наш босс модель какую-то ищет. Все в непонятках. Ну вот скажи мне - какая нормальная модель будет убегать от владельца модельного агентства? Я бы скорее поверила, что это она за ним гоняется, чем наоборот.

- Да-а... - глубокомысленно киваю я. - Она просто идиотка.

А сама внутри трясусь от страха. Что, если босс найдет меня? Я ж его ударила... по самому больному... блин...

В коридор мы с Иркой выходим вместе. Поднимаемся по лестнице... и на следующем этаже натыкаемся на мрачного, как грозовая туча, Тимура Аркадьевича.

Он медленно спускается по лестнице, окидывая нас тяжёлым внимательным взглядом.

Я аж в плечи голову вжимаю в ожидании нагоняя. Спина мокрая от холодного пота и кожа прям гусиная-гусиная. Страшно до жути.

- Здрасте, Тимур Аркадьевич! - кокетливо щебечет Ирка.

- Привет, - хмуро бросает он и проходит мимо. Его неторопливые гулкие шаги ещё долго звучат у меня в ушах, пока босс не скрывается на каком-то из нижних этажей нашего модельного агентства.

Облегчение так велико, что колени подламываются, как отсыревший картон. Я прислоняюсь к стене, а затем и вовсе сажусь на ступеньку.

- Ты чего, Диан? - оборачивается Ирка.

- Да так, в глазах потемнело.

- Ты посиди, я сейчас водички принесу!

Она убегает, а я длинно выдыхаю. Затем прикрываю глаза и слышу собственный глухой смешок.

Босс меня не узнал.

И я сделаю всё, чтобы так оставалось и впредь. Ведь он так и не услышал моего имени.

❤

Добро пожаловать в историю о втором Боссе из корпорации «Seven»! Каждая из любовных историй читается отдельно, но герои везде так или иначе пересекаются.

История о первом боссе называется «Босс для Золушки». Если вы до сих пор ещё не знакомы ни с одним из семерых боссов, то рекомендую начать с неё. 

Несколько дней назад

- Диана! Диа-а-ана!

Голос моей матери иногда напоминает мне звук электродрели. Пронзительный настолько, что впивается в уши до острого болезненного ощущения. И вызывает желание срочно найти хорошие качественные затычки-беруши.

- Чего? - бурчу я, уныло нанизывая очередную крошечную бусинку на леску для фенечки... или для этно-серёжки, не помню. И промахиваюсь в который раз.

У меня уже глаза болят и чешутся от перенапряжения. Ненавижу заниматься поделками для материнского «бизнеса» на сайте каких-то-там-мастеров ручной работы.

- Ты снова в неправильном порядке всё расположила, Диана! - мать тычет мне в лицо предыдущим браслетиком, который я закончила делать вчера уже поздней ночью со слипающимися глазами. - Теперь мне все придется за тобой переделывать!

На самом деле она мне не родная. Я детдомовская. И почти до двенадцати лет росла сама по себе в толпе таких же брошенных родителями детей. Максимум обобщенности, минимум обособленности. Индивидуальность у нас в детдоме давили на корню.

Мать я называю матерью только потому, что она с самого начала, скажем так, кнутом и пряником приучила меня к этому. А из детдома она меня взяла по самой прагматичной причине - статус многодетной семьи, льготы и пособия. Плюс возможность заиметь «помощницу» в доме и бесплатную рабочую силу в нудном деле изготовления ручных украшений. Она продает их через интернет в качестве дополнительного заработка, помимо пособий.

Так-то женщина она неплохая. Просто очень экономная, резковатая и несентиментальная. Слава Богу, хоть ее муженька - странноватого типа, тихого, как огурец на грядке, - не заставляют звать папой. Я б не смогла, наверное, привыкнуть.

Родных детей у нее целых две штуки - хамоватые и давно уже взрослые сыновья, живущие за ее счёт тут же, в родном доме. Венька и Славка. Они постоянно проматывают свои крошечные зарплаты рабочих на стройке и не приносят родителям никакой пользы. А меня регулярно обзывают кикиморой из-за непослушных вьющихся волос. Те вечно путаются и придают мне слегка взлохмаченный вид.

Все соседи с нашей улицы из частного сектора города - в самой бедной его части, - знают, что я в этой семье чужая. Это бросается в глаза. Венька со Славкой очень похожи на мать, смазливые такие парни. Да и отец семейства с матерью хорошо сохранились. Все темноглазые, темноволосые и смуглые... словом, яркие, как цыгане. И такие же пронырливые.

А я - неуклюжая белокожая шатенка с длинными вьющимися волосами. Словно бледная моль среди них.

- Диана! - раздражённо повторяет мать.

- Ну не специально же, - вздыхаю я и тоскливо смотрю на допотопные часы со стрелками, застывшими на половине двенадцатого ночи. - У меня все расплывается перед глазами, когда я допоздна сижу с твоими штучками.

Она с ворчанием начинает исправлять мою работу. Потом, подостыв, косится на меня и говорит:

- Сходи-ка завтра к окулисту в районную поликлинику. Пусть очки тебе выпишет.

- Ладно. Можно, я спать пойду? Хочу лечь пораньше.

- Иди уже, бездарность!

Молча бреду в свой закуток под высокой скрипучей лестницей.

Наш хлипкий деревянный дом тесноват для пятерых и больше похож на скромную старенькую дачу. Родители занимают спальню на втором этаже, Венька и Славка спят в большом зале на двух диванах, а я - в этой импровизированной каморке. Как тот самый знаменитый мальчик в очках из книжки про волшебника. Он, кстати, тоже рос без настоящих родителей. Только в моей подлестничной комнатушке, в отличие от его каморки, есть окно, которое выходит на задний двор с видом на уличную помойку.

Падаю спиной на кровать и неудержимо зеваю. Глаза слипаются, жутко хочется спать... но перед сном надо ещё глянуть распечатку вакансии, которую мне сегодня скинула детдомовская подруга Ира. Точнее, Ирочка. Она любит, чтобы ее так называли. Ирочка сейчас работает в каком-то агентстве в качестве обслуживающего персонала и обещала маякнуть при случае насчёт работы.

Вот и маякнула.

А работа мне нужна позарез, потому что ближайший продуктовый магазин, где я стояла за прилавком, закрылся. Обанкротился внезапно. И всех сотрудников разогнали, так и не выплатив задолженности.

На Иркиной распечатке текста немного. Требуется ассистентка для мелких поручений... бла-бла-бла... ну понятно. Должностные обязанности а-ля «принеси-подай» знакомы мне лучше всего. Потому что я только школу окончила, а на бесплатное поступление в местный педагогический институт в прошлом году не хватило ни бюджетных мест, ни баллов.

Смотрю на логотип в уголке распечатки. Модельное агентство «Лебеда». Хм, странное название. Зачем называть компанию в честь горькой сорной травы? Непонятно.

Но вакансия мне подходит.

Продолжая зевать, тащу свое тело к старенькому, на последнем издыхании, жутко тормозному ноутбуку и открываю электронную переписку с подругой.

«Адрес дай, как к вам доехать на собеседование», - набиваю сообщение Ирке.

«Щас, погодь», - пишет она в ответ и тут же сбрасывает ссылку на сайт агентства.

Вылезает страница с контактами. Сверху, в самой шапке сайта висят данные генерального директора с телефоном и официальной электронкой. И фотка рядом.

Лицо у этого генерального до того самоуверенное и наглое, что долго смотреть невозможно - раздражает. И сам так хорош собой, будто с обложки стильного журнала сошел. И масть у него запоминающаяся - кареглазый блондин.

- Тимур Аркадьевич Лебеда... - читаю я вслух и хмыкаю.

Так вот ты какая, травушка-муравушка! Теперь ясно, почему агентство так обозвали. Кажется, у кого-то офигенно раздутое эго.

Сама не знаю зачем, набираю в поисковике имя директора и листаю кучу выпавших ссылок из жёлтой прессы. Похождения, тусовки, какие-то любовные скандалы с моделями...

Ну понятно.

- Бабник ты, а не лебеда, - говорю я ноутбуку, взирающему на меня красивыми темно-карими глазами Тимура Аркадьевича. - Но на собеседование все равно надо идти. Не хочу больше фенечки плести.

Ноутбук в ответ молча вырубается.

Утром мать снова пытается привлечь меня к своему бизнесу-на-диване, но я начеку. Едва она открывает рот, я быстро сообщаю:

- Окулист принимает с утра. Пойду в поликлинику.

И сбегаю из дома прежде, чем она соберётся с мыслями.

На самом деле проверять зрение я не собиралась, но раз уж сказала матери, то теперь сделаю. У меня ещё с детдома осталась привычка отвечать за свои слова. Воспитательница в моей группе попалась настолько идейная, что почти все там выросли в итоге с особым пунктиком насчёт пословицы «Дал слово - держи, а бьют - беги». Ирка, кстати, тоже такая.

Окулист в нашей поликлинике - сильно пожилой дядька с пышными усами. Он сразу узнает меня, потому что живёт через дорогу от нас.

- Ну что, Диана, близорукость не дремлет! - сообщает он после проверки. - Беречь надо зрение-то, даже в молодом возрасте. Не читать при плохом освещении.

- Ага. И не плести фенечки после полуночи.

- И это тоже. Кстати, у тебя ещё и склонность к астигматизму, пока ещё неразвитому... Лечиться будем?

- Лечиться! - безрадостно хмыкаю я. - На какие шиши? У меня работы нет. Вот, на собеседование собираюсь...

- Близорукость с астигматизмом лучше не запускать. Очки хотя бы носи. Или линзы... Сейчас выпишу, - окулист начинает строчить в бланке, потом вдруг поднимает голову и усмехается, смешно шевеля усами:

- А ты знаешь, что очки повышают шансы соискателя в несколько раз?

- Это почему же?

- А потому что человек в очках кажется нам умнее, чем есть на самом деле. Обычно. Психология у нас всех такая, понимаешь...

Еду глянуть, где расположено модельное агентство «Лебеда», и попутно продолжаю думать об этих словах. Купить очки. Повысить шансы.

Хм... почему бы и не попробовать?

Быстренько инспектирую содержимое своего баланса на электронной карте. Денег мало, прям впритык, ну да ладно. Забегаю в первый же попавшийся салон и выбираю очки в самой дешёвой оправе из имеющихся. Мне обещают выполнить заказ на линзы к оправе максимально быстро.

Дома Венька и Славка мгновенно берут на вооружение против меня новость о походе к окулисту и торжественно нарекают очколобом. Ну и ладно.

Зато на следующий день я иду на собеседование уже другим человеком. Пусть невзрачным, но внешне «умным».

В больших очках, которые делают меня неузнаваемой.

Модельное агентство «Лебеда» похоже на гигантский муравейник. То ли мне так везёт, то ли это у них обычная практика, но на всех пяти этажах беспредельная суета. Все люди деловито носятся туда-сюда с одеждой в руках, орут или прихорашиваются.

В отделе кадров тоже безумный бардак. Там толпятся искусно накрашенные модели в ожидании оформления на кастинг, и сотрудникам не до меня. Они вообще меня игнорируют.

Устав от толкотни, достаю мобильник и набираю Ирочку.

- Ир, привет! Слушай, тут у вас в кадровом отделе черт знает что творится...

- О, ты уже на месте? - оживляется она. - Топай сразу наверх, в приемную генерального. Я тут пошушукалась насчёт тебя с секретаршей... мировая девка, кстати... и она сказала, что тебя возьмут, не глядя. От нас, оказывается, сегодня очередная ассистентка сбежала, и теперь ты будешь пахать за двоих. Пока ещё одну не найдут.

- Шикарная перспектива, - фыркаю я. - А зарплату тоже за двоих будут выдавать?

- Можешь смеяться, но да. У нас с этим делом не обижают. Работа нервная слишком - постоянно капризы и проблемы моделей разруливать.

Наверх я поднимаюсь в компании двух фотомоделей и мужика, который зачем-то непрерывно снимает их фотоаппаратом прямо в лифте. Они выходят этажом ниже, а я еду на пятый.

Секретарша встречает меня уже в дверях приемной и сует в руку бланки.

- Отдашь это Тимуру Аркадьевичу на подпись, чтобы побыстрей оформиться. Я его предупредила. Давай быстренько, пока он в настроении.

От последней фразы мне становится не по себе. У них тут что, босс с прибабахом, который любит срываться на сотрудниках, если у него вдруг мигрень в голову ударила?

Стучу в тяжёлую дорогую дверь из темно-золотистого кедра и вхожу в просторный светлый кабинет.

Лебеда сидит за компьютером и быстро щелкает мышкой. Выглядит он при этом точь-в-точь как мои названные «братья», когда они увлечены какой-нибудь активной компьютерной игрой, вроде гонок.

Светлые волосы зачесаны назад, взгляд прикипел к монитору и горит азартом. При моем появлении он на секунду поднимает голову и небрежно кивает:

- Присаживайся.

Голос у него очень приятный. Какой-то вкрадчиво-низкий, мурлыкающий с ленцой. Ну прямо как у довольного жизнью кота. Если бы коты умели разговаривать.

Хоть он и взглянул на меня всего лишь мельком, я успеваю заметить потрясающую изюминку его внешности - манящие, по-настоящему шоколадно-карие глаза. И это при том, что он блондин. Эффектный до изумления.

- Новая ассистентка? - без интереса спрашивает он, продолжая щёлкать мышкой.

- Да.

- Как фамилия?

- Смирнова.

- Раньше где-нибудь работала? Кем?

- Ну, я работала продавщицей в продуктовом, но магазин обанкротился и...

- Давай бумагу для кадровиков, - перебивает он, даже не дослушав.

Я протягиваю бланк, чувствуя лёгкую обиду. Не, ну конечно, он босс и все такое, но мог бы и чуть больше вежливости проявить.

Лебеда размашисто расписывается и молча утыкается обратно в монитор. Щелчки возобновляются, и в тишине кабинета они кажутся раздражающе громкими.

- Спасибо. До свидания, - бурчу я и направляюсь к двери.

А уже в приемной понимаю, что он даже не заметил ни моего ухода, ни моих слов. М-да... Хоть бы «мяу» сказал на прощание.

- Ну как тебе наш босс? - интересуется поджидавшая меня Ирочка. - Красавчик, да? В него тут половина агентства влюблена.

- Красивый, - честно отвечаю я. - Этого у него не отнимешь. Но отношение у него к людям наплевательское, мне кажется. Избалованный самовлюблённый эгоист.

- Ой, да кого волнует, эгоист он или нет? Он красивый, богатый и очень влиятельный. Ты даже не представляешь - насколько. Наше агентство - это всего лишь одна из его любимых мужских игрушек, понимаешь? Он вообще в корпорации «Сэвэн» состоит, ты в курсе?

- Не слышала о такой, - отмахиваюсь я. - Да и откуда? Новости мира больших шишек меня не интересуют.

- У них активов в бизнесе до фига, - просвещает меня Ирка. - Рестораны, банки, шоу-бизнес, туризм, издательства... всего и не перечислить. Я специально смотрела, когда инфу по Тимуру Аркадьевичу решила в интернете глянуть. И знаешь что узнала?

- Что?

- Он не женат!

- Рада за него, - киваю я. - Слушай, мне теперь куда вообще? Кадровичку не дозовешься, ее модели атакуют. Она у меня бланк взяла, а инструкций никаких не выдала.

- Так, - Ирка барабанит пальцами по своему острому подбородку и принимается командовать: - Идёшь сейчас в гардеробную на третьем этаже, находишь заведующую, представляешься и ждёшь распоряжений.

- А как я ее узнаю?

- Так я тебе ее покажу. Я ж там гардеробщица младшая.

Мы вместе спускаемся на третий этаж. Я не устаю удивляться, как много вокруг красивых девушек - стройных, высоких, длинноногих. Некоторых можно назвать по-настоящему прекрасными, без шуток. На них без восхищения смотреть просто невозможно!

- Обалдеть! - бормочу я, провожая взглядом блондинку изумительной красоты с очень светлыми, почти серебристыми волосами. - Такое впечатление, будто мы в сказке, Ир! С феями, богинями и принцессами.

- Ага, - хихикает Ирка. - Вот только эти феи тебе горло перегрызут и без скальпа оставят, если ты им дорогу перебежишь. Видишь ту рыжую, с высоким хвостом на башке?

- Вижу, - я украдкой изучаю элегантную рыжевласку в облегающем зелёном платье-коктейль. У нее невероятно тонкая талия, высокая пышная грудь и раскосые томные глаза в веере длинных накладных ресниц.

- Это Инесса. Последняя пассия Тимура Аркадьевича и стерва, каких поискать. Совет на будущее - не связывайся с ней. Со свету тебя сживет. Последней ассистентке, которая крутилась вокруг нашего босса, она огромный клок волос выдрала. Чуть ли не с мясом, прикинь? Та, бывало, то чаёк ему предложит, то в коридорах подстережет глазками похлопать... Вот Инесса и прессанула ее, когда Тимур Аркадьевич в отъезде был.

- И что, ей за это ничего не было? - ужасаюсь я.

- Да конечно, нет! Ассистентки у нас здесь все равно что рабыни, все ими помыкают. А Инесса - звезда каждого сезона.

- Кошмар какой. Это ж беспредел, Ир! А та ассистентка даже в полицию не заявила на нее?

- Ну, сор выносить из избы никому не выгодно. Босс у нас как вернулся, поговорил с каждой отдельно, а потом бедняжка сама с щедрой материальной компенсацией уволилась...

- Ирочка! - окликает подругу растрёпанная полная женщина, как только мы входим в огромное помещение гардеробной с бесконечными рядами вешалок, как в магазине одежды. - Ради Бога, скажи мне, что это новая ассистентка! Я тут зашиваюсь уже одна! Нам новую летнюю коллекцию подвезли, блин... прям как специально! Ну не гады ли? Так и человека живьём замучить можно непосильным трудом!

- Да, Лизавета Сергеевна, это новая ассистентка.

- Диана, - добавляю я. - Очень приятно.

- А мне-то как приятно, - выдыхает женщина. - Ну пойдем-пойдем, я тебя сразу к работе подключу...

Весь день мы с заведующей носимся по третьему этажу. Распределяем летнюю коллекцию и переносим старую в другую гардеробную, откуда одежда должна поступить в сеть фирменных магазинов по баснословным ценам.

А ближе к вечеру, когда я уже без сил тащусь по коридору с горячим растворимым кофе в пластиковом стаканчике, случается неприятное.

На лестничном пролете второго этажа, где находится кухня для сотрудников, я врезаюсь в спускающуюся сверху фотомодель.

И самое ужасное в том, что это - та самая стерва Инесса.

Столкновение получается не очень сильное, но несколько капель слегка расплескавшегося кофе попадают прекрасной рыжевласке на подол зелёного платья.

Она недовольно смотрит на пятна, потом поднимает на меня горящий злостью взгляд.

- Очки у тебя есть, - ядовито произносит она. - Значит, делаю вывод, что ты слепая. Куда ты прешь по лестнице, не глядя, дура?

- Извините, - тихо бормочу я с неприятным холодком плохого предчувствия.

- Извинения не принимаются!

Инесса перехватывает из моих дрогнувших пальцев пластиковый стаканчик и медленно, с явным наслаждением на красивом лице, выливает горячий черный кофе мне на голову.

Тонкая струйка обжигает макушку, растекается по щекам и шее. Я отшатываюсь задом наперед, на пару ступенек вниз, но злобная рыжевласка с маниакальной мстительностью спускается за мной и продолжает лить на голову напиток, пока стаканчик не пустеет окончательно.

- Вот так, пожалуй, сгодится! - хмыкает она удовлетворённо и в качестве последнего штриха водружает пластиковый стаканчик мне на мокрую макушку. После чего с ехидным смешком сообщает: - В самый раз для такой уродины, как ты!

Я шокированно моргаю.

Горячие струйки растеклись уже по всему лицу, на губах застыл горьковатый кофейный привкус. Дар речи у меня просто пропал напрочь. Даже в детдоме в самые худшие дни со мной никто не обращался так... отвратительно.

Инесса изучает моё грязно-кофейное лицо с жадным любопытством. Ё-маё... да эта дамочка, похоже, ненормальная! Невооружённым глазом видно, как ей нравится смотреть на чужое унижение... И в особенности - принимать в этом деле непосредственное участие! Именно такие люди ещё в школьном детстве устраивают своим не-таким-как-все сверстникам ужасы буллинга, всеобщей травли и издевательств.

Кажется, кому-то не помешает настоящий психиатр.

- Ты кто такая, кстати? - вдруг спрашивает она, сощурившись. - Что-то я тебя раньше тут не видела.

- Новая ассистентка, - угрюмо отвечаю я и вытираю мокрый лоб рукавом собственной одежды. Все равно её теперь придется стирать целиком.

- А! - Инесса пренебрежительно поводит изящными плечами. - Ну, тогда даже не буду спрашивать твоё имя. Все равно ты здесь надолго не задержишься.

Она небрежно отпихивает меня в сторону и исчезает за лестничным поворотом нижнего этажа. Звонкое цоканье её высоких каблуков неприятно бьёт по моим нервам. Будто разрядом электрического тока.

Стою, прижавшись к стене, и чувствую себя оплёванной. Полным ничтожеством. Да что уж там... мусором из какого-то вонючего помойного ведра. Мне хреново настолько, что даже зареветь не получается. Такое ощущение, что меня охватил нервный паралич... но при этом тело почему-то трясёт от противной мелкой дрожи.

Слышу, как сверху меня зовёт заведующая Лизавета Сергеевна.

- Диана! Ты где там застряла?

Я вздрагиваю и словно просыпаюсь.

Уронив с головы стаканчик, бегу в туалет и наспех смываю с лица кофейные потёки. Когда возвращаюсь в гардеробную, Лизавета Сергеевна с удивлением спрашивает:

- Ты чего такая мокрая?

- Да там на лестнице... - я запинаюсь и скомканно заканчиваю: - ...у меня просто кофе выплеснулся. Случайно.

Втягивать заведующую в свои проблемы я не хочу. Всё равно она ничего со звёздами модельного бизнеса сделать не может. Ни повлиять, ни отштрафовать... Да и вопрос с расстановкой приоритетов у начальства везде одинаково решается - что в детдоме, что в магазине, что тут. Как говорится, кто выше, тот и рулит.

Хотя, если бы эта чокнутая Инесса выдрала мне клок волос, то такое вредительство я бы спускать не стала. Заявление бы на нее накатала, и плевать на последствия.

Блин, и надо же было мне вот так в первый же день со склочной моделькой столкнуться! Надеюсь, она меня не запомнила...

К сожалению, мои надежды не оправдываются.

На следующее же утро, когда я забегаю в главную комнату фотосессий с охапкой разноцветных летних парео для купального сезона, Инесса замечает меня сразу.

Она позирует перед фотографом в одном откровенном бикини телесного цвета. И кажется в нем абсолютно голой из-за того, что ткань сливается по тону с кожей. Вокруг нее вертится худощавый сутулый стилист с томными манерами и бормочет:

- Так, волосы вперёд надо... вот эти три локона хорошо смотрятся, ага... О, ты восхитительна! Впрочем, как и всегда.

- Глянь, Вадик, - насмешливо кивает на меня рыжевласка, - какая новая ассистентка у нас! Красотка, да?

Она издает звонкий издевательский смешок.

Стилист равнодушно оглядывается через плечо. Я вижу, что ему плевать и на меня, и на мою внешность, но пассаж капризной «звезды» пропустить мимо ушей он не может. И поддакивает ей, в притворном ужасе закатывая глаза:

- Какое убожество! Очки такой безвкусной формы нужно запрещать на законодательном уровне.

- Вот именно... - капризно тянет Инесса. - Кстати, насчёт очков! Тимур говорил о том, что в следующем сезоне выстрелит новый тренд. Солнечные очки в форме капель. Ты в курсе?

- Всё-то наш Тимур Аркадьевич знает! - угодливо хихикает стилист.

- Ну да, он такой... Обожает разгадывать тенденции раньше, чем о них становится известно другим, - рыжевласка вздыхает с подчеркнуто томной усталостью. - Вадик, включи вентилятор. Добавим в образ побольше морского бриза... и можно ещё усилить его капельками воды на плечах. Эй, принеси-ка воды! Очкастая! Ау! Я к тебе обращаюсь!

Я как раз заканчиваю развешивать парео на вешалках и вопросительно оглядываюсь. Инесса требовательно щелкает пальцами.

- Ну наконец-то! Я уж боялась, что ты не только уродливая и слепая, так ещё и глухая до кучи. Сгоняй быстро на кухню и воды минеральной из холодильника мне принеси. Если там закрыто, то достань ключ у заведующей. Давай-давай, чё моргалами хлопаешь? Живо!

Раздражение от ее унизительного обращения переполняет меня до такой степени, что кажется - сейчас взорвусь. Но жеманный стилист за ее спиной делает мне большие глаза - мол, не перечь, идиотка! - и быстро-быстро кивает.

Стискиваю зубы и бегу за водой вниз. Если и дальше так пойдет, то мне каждое утро перед выходом на работу надо будет успокоительным закидываться. Иначе и сама озверею.

На кухне с первого взгляда кажется, что никого нет. Распахиваю дверцу холодильника, быстро изучаю ряды запотевших от холода стеклянных бутылок - газировка, соки... а вот и минералка!

Хватаю первую попавшуюся ёмкость, делаю шаг в сторону выхода и слышу в соседней комнате, где обычно обедает старший персонал, какой-то шум. Как будто кто-то пыхтит и копошится.

Вот чувствую ведь, что не надо мне смотреть. Но дурацкое любопытство так и подстегивает. А ноги сами несут в ту сторону. Входить не вхожу, но осторожно заглядываю.

Там сидят двое. Мужчина - блондин с очень знакомым платиновым оттенком волос, - развалился, откинувшись назад и небрежно раскинув на спинке дивана полусогнутые руки. А на его коленях ёрзает туда-сюда какая-то брюнетка в алом модельном платье и постоянно лезет к нему целоваться. От поцелуев он уворачивается, но прыгать на себе очень даже позволяет.

- Тимур Аркадьевич... - шепчет брюнетка, не переставая извиваться. - Я вас обожаю! Может, ну ее, эту Инессу? Вы самый...

Я поспешно пячусь назад. Рот прикрываю ладонью, чтобы случайно не выдать своего присутствия каким-нибудь звуком.

Ай-яй-яй, Тимур Аркадьевич. Ну вы и... бабник!