✔Брачная афера, или Целительница в бегах

«Не успею! Не успею!» — думала я, пока бежала вперед, шлепая по лужам.

Ноги болели, легкие горели огнем, сердце колотилось как сумасшедшее, а из-за мелкого противного дождя, который третий день лил, не переставая, я почти ничего не видела перед собой, но все равно упрямо неслась вперед.

Мне надо было успеть. Чего бы это ни стоило! А счет уже шел на секунды.

Впереди показалось мрачное двухэтажное здание из серого камня с небольшими округлыми окнами, которое возвышалось над небольшим городом.

«Еще немного. Я почти у цели!».

Забыв об усталости и холоде, я поспешила туда. Буквально взлетела по скользким ступенькам, распахнула дверь, стремясь как можно быстрее оказаться в теплом помещении, и тут же на кого-то налетела.

— Осторожнее!

«Ох! Это ж надо так попасть!» — мысленно простонала я, поскольку передо мной стояла Присцилла Норген-Таундон, местная сплетница и известная скандалистка.

— Простите, — выдохнула я, затормозив на мгновение.

— А, это вы! Отлично! У меня есть парочка жалоб…

— Позже! — перебила я и, подхватив мокрую юбку, бросилась к лестнице, которая вела наверх.

— Что? Нахалка! — возмущенно выкрикнула она мне в спину. — Я буду жаловаться!

— Как вам угодно!

Времени на оправдания у меня не было. Громко топая и оставляя после себя грязные следы и небольшие лужицы, я ворвалась на второй этаж и побежала по узкому темному коридору.

Заветная цель была так близка!

— У себя? — с трудом переводя дыхание, спросила я у Лимы, которая с неизменной пилочкой в руках сидела за секретарским столом.

— У себя, но не принимает. У него совещание.

— Отлично, — кивнула я и рванула к двери.

Удивленно вскрикнув, Лима вскочила на ноги, но остановить меня не успела. Я уже распахнула дверь и вбежала внутрь.

В кабинете оказалось темно и душно. А еще многолюдно. Похоже, тут собрался весь цвет нашего форта.

Стоило мне переступить порог, как все присутствующие тут же повернулись в мою сторону. Кто-то смотрел неодобрительно, кто-то скучающе, некоторые с жадным любопытством, предвкушая скандал.

Впрочем, меня абсолютно не волновало столь пристальное внимание присутствующих, ведь от них ничего не зависело. Единственный, кто мог решить мою проблему, сейчас сидел во главе стола.

— Хоуп? — Он медленно поднялся, не сводя с меня раздраженного взгляда. — В чем дело?

Высокий, мрачный, с темными каштановыми волосами и пронзительными глазами необычного орехового цвета, он выглядел гораздо моложе всех присутствующих. Но, тем не менее, именно этот маг-стихийник являлся здесь самым главным.

— Простите, я не успела ее остановить, она так быстро вошла, — виновато пробормотала Лима, которая забежала следом за мной.

— Вы свободны, Лима. Хоуп, что вам нужно? — процедил он, отлично понимая, что я просто так не уйду.

Я не впервые врывалась в его кабинет с требованиями, но только этот раз был для меня самым важным.

—  Мне надо срочно с вами поговорить, — быстро произнесла я, смахнув с лица мокрые пряди. — Прямо сейчас.

— Кто-то умер?

— Нет, что вы.

—  Ждите снаружи. Я занят, — равнодушно произнес мужчина, вновь присаживаясь на свое место.

— Боюсь, у меня нет времени ждать. Дело не терпит отлагательств.

С тяжелым вздохом он бросил на меня еще один раздраженный взгляд.

— Хорошо. Говорите, Хоуп, — ледяным тоном разрешил стихийник.

— Я бы хотела обсудить этот вопрос наедине.

Он посмотрел еще более пронзительно, кажется, всерьез раздумывая над тем, чтобы выставить меня прочь из кабинета. И желательно в окно!

— У меня нет времени слушать ваши очередные просьбы. Говорите здесь и сейчас или ждите снаружи.

«Вот же упрямый, вредный, просто невыносимый мужлан!» — в сердцах подумала я. Только вот проблема заключалась в том, что лишь он мог мне сейчас помочь.

— Хорошо, если вы настаиваете, — процедила я. А после глубоко вздохнула и выдала: — Женитесь на мне. Немедленно!

Месяцем ранее

— Миранда, нам надо поговорить.

Лучшая подруга стояла в дверях нашей комнаты на третьем этаже общежития. Взволнованная, бледная, со странным блеском в глубине дымчато-серых глаз. Один взгляд, и мое сердце сжалось от предчувствия неминуемой беды, но я тут же отмахнулась от этого ощущения.

«Какая беда? У меня все прекрасно и удивительно. А дальше будет еще лучше! Получу диплом, выйду замуж за Кирана и вместе мы поедем на престижную работу по специальности».

Оторвавшись от платья, в котором собиралась пойти на вручение диплома и потом танцевать в нем всю ночь, я выпрямилась и осторожно спросила:

— Что-то случилось?

— Да, случилось.

Астра закрыла дверь и неуверенно сделала два шага вперед. Однако до меня не дошла, застыла посреди комнаты. Она выглядела немного испуганной, но в то же время решительно настроенной.

Лучшая подруга нервно провела рукой по коротким волосам ярко-розового цвета и быстро поправила полы темно-синего пиджака Высшей Королевской Академии Магии и Волшебства, из которой мы сегодня выпускались. Она отучилась на факультете зельеваров, а я — целителей. Впрочем, разные факультеты, положение в обществе и интересы не мешали нам дружить все пять лет обучения.

— Я беременна.

Наверное, сообщи она, что передумала работать и уходит жить на острова Затерянного моря в священные храмы Создателей, чтобы вечно служить им, я бы удивилась меньше.

— Беременна?

— Да, — кивнула она, жадно наблюдая за моей реакцией.

Надо было что-то сказать. Но что? В голову лезла какая-то ерунда. И я ее озвучила.

— А как же работа в королевской лаборатории Ричморда? — осторожно поинтересовалась я, напоминая о планах, которыми мы делились все эти годы. — Ты же так мечтала…

— Мечтала. Но я не буду прерывать, — твердо и немного резко произнесла она. Ее голос неожиданно стал высоким и пронзительным. — Я хочу родить этого ребенка. Он… — Астра дрогнула и запнулась, не в силах совладать с эмоциями, но быстро взяла себя в руки, — он от мужчины, которого я очень люблю.

— Любишь? — переспросила я неуверенно, поскольку до этого самого момента понятия не имела, что у нее кто-то есть.

Астра всегда была одна, если не считать коротких, ни к чему не обязывающих отношений, которые заканчивались так же быстро, как и начинались. Конечно, следовало признать, что она всегда была скрытной. Но не настолько же!

Я неловко улыбнулась.

— Что ж, тогда поздравляю. Ребенок — это прекрасно. А Королевская лаборатория пару лет подождет. Родишь, окрепнешь, отработаешь долг перед академией и отправишься исполнять мечту. Так когда у вас свадьба? Пригласишь? Или она будет в узком кругу?

— Свадьба? — нервно хмыкнула Астра и отвела взгляд. Однако я успела заметить горечь в глубине ее серых дымчатых глаз. — Боюсь, это невозможно.

— Я не понимаю. Ты же сказала, что любишь…

— Именно! — с неожиданной резкостью воскликнула она. — Люблю. Давно люблю. Только это не взаимно. Он меня не любит. И никогда не полюбит.

Вот так новости!

— Как же тогда ты… то есть вы…

— Для этого не нужна любовь, — покачав головой, с горечью прошептала Астра. — Возможно, своим поступком я совершаю ошибку, но… ты должна знать. Скрывать такое бессердечно и неправильно!

И снова этот взгляд, от которого по телу пробежала дрожь и заныло сердце. Тревога внутри становилась все сильнее. Мне внезапно захотелось зажать уши руками и отвернуться. Закричать, попросить ничего не говорить. Я не хотела знать.

— Я беременна от Кирана.

Я медленно закрыла глаза, едва не задохнувшись от боли, которая мгновенно разорвала сердце на части, превратив его в кровавые ошметки. А я еще считала, что невозможно убить словом. Ничего подобного. Я как будто зависла на грани жизни и смерти — настолько сильную боль мне причинило ее признание.

— Понимаю… ты злишься, — торопливо продолжила Астра. Ее голос звучал приглушенно, словно сквозь магический туман, который мы столько раз создавали на уроках. — И имеешь на это полное право. Я не хотела тебе ничего говорить. И Киран не хотел. Мы не собирались говорить… Но я считаю, что это неправильно. Лгать о таком… скрывать.

Больно. Мне все еще было больно. Вместе с тем я уже могла дышать.

В попытке вырваться из этого странного тумана, я сосредоточилась на собственном дыхании. Вдох-выдох. И снова вдох-выдох. Глаза оставались закрытыми, и я видела пред собой бесконечную красную пелену.

— Я не смогу от него избавиться. Он же мой… наш. Да, я люблю Кирана, давно люблю. Но я не собираюсь становиться между вами, отнимать его у тебя… Просто у меня будет наш ребенок. А у вас потом обязательно будут свои дети… Вы будете жить долго и счастливо. А у меня останется его частичка… Я ведь о многом не прошу, Миранда… лишь о крохотном кусочке счастья. Знаешь, я сначала так испугалась, а потом обрадовалась. И знаю, что ты поймешь… ты же… поймешь меня, Миранда?

Астра еще что-то говорила, кажется, уговаривала ее простить, давила на жалость, на мои чувства, взывала к нашей многолетней дружбе. Пробовала объяснить, как она — моя лучшая подруга — забеременела от Кирана, моего жениха.

О, да, я прекрасно представляла, как! Самым что ни на есть естественным образом. И я уж точно не ждала подробностей. Только не их! Я не желала это знать.

— Что ты хочешь? — прохрипела я, поднимая глаза.

Красная пелена спала. Комната все еще слегка расплывалась, но лицо Астры я видела отлично. Подруга… вернее, уже бывшая подруга, застыла, захлебнувшись на полуслове, и замолчала, медленно сжимаясь под моим взглядом.

— Так что ты хочешь? — повторила я, выпрямляясь.

Странно, но боль я уже не испытывала. Внутри все будто заледенело и покрылось тонкой корочкой льда.

— Ничего, — едва слышно прошептала Астра. — Ты моя подруга. Я не могу тебе лгать.

«Подруга… и она еще смеет говорить мне такое?».

От моей кривой улыбки и ярости, вспыхнувшей в глубине глаз, Астра пошатнулась и отстранилась, рефлекторно прикрывая живот ладонью. Словно я… словно я какое-то чудовище, способное нанести вред ее… их ребенку.

— Миранда… пожалуйста, — прошептала она.

Ее глаза заполнились слезами, а нижняя губа задрожала. Вот только жалости к ней я больше не чувствовала.

— Мне надо выйти, — прохрипела я и резко зашагала в сторону двери.

Наверное, попробуй Астра меня сейчас остановить, я бы ее ударила. Не сильно, но ударила. Однако бывшая подруга тут же отступила в сторону, решив не вставать на моем пути.

Не помню, как я миновала коридор, как стремительно сбежала по лестнице, лишь чудом не сломав себе шею, и оказалась на улице. И как вошла в мужское общежитие тоже не помню. Очнулась я уже у знакомой двери с небольшой вмятиной, облупившейся цифрой двадцать пять и обугленной ручкой — результатами экспериментов Кирана. Мне тогда сутки пришлось отпаивать его зельями.

«Как давно это случилось! Словно в другой жизни. В жизни, где мы были вместе».

Я решительно постучала в дверь, но ответом мне стала тишина. Только вот я знала, что Киран там, просто не желает никого видеть. И о причинах его нежелания я тоже знала.

Рука застыла на дверной ручке. Я так хорошо помнила ее шероховатость и холод металла.

Следовало сделать последний шаг. Просто распахнуть створку и войти. В какой-то момент пришла мысль: «А зачем я пришла? Что хотела услышать от Кирана? Что Астра все выдумала? Что это шутка? Что он никогда и ни с кем, и любит только меня?». Наверное, нет. Мне просто хотелось посмотреть ему в глаза. Этого, как я считала, будет достаточно.

Дверь оказалась не заперта. Как всегда.

Киран вздрогнул и резко обернулся. Очень резко и очень нервно.

Он был высокий, красивый, сильный, со светлыми волнистыми волосами до плеч, очень мягкими на ощупь, и глазами цвета расплавленного меда, светлой кожей и крохотными веснушками на носу и щеках, которые придавали ему еще больший шарм.

— Миранда, ты пришла, — широко улыбнулся Киран.

Очень широко и очень фальшиво. А в глазах разрастались страх и паника.

Киран прекрасно понимал, что просто так я бы не явилась. Все мы были заняты подготовкой к выпускному балу и вручению дипломов. Завтра утром нас всех ждала поездка домой на несколько дней. А уже потом мы должны будем отправиться по распределению на службу по всем королевствам Альянса, чтобы отработать там обязательные два года службы.

Как отличники, мы с Кираном получили распределение в столицу королевства Корадей — самого богатого королевства Альянса, где нам открывались прекрасные перспективы найти работу с хорошей оплатой и собственным жильем. Ох, какие грандиозные планы мы строили! Составляли список желаний и делились мечтами, которые становились общими. А сейчас он медленно бледнел, читая в моих глазах приговор.

Вот и все.

Я все увидела, все поняла. Даже спрашивать ничего не пришлось, все и так было предельно ясно.

Киран мгновенно догадался, что мне известно об его… небольшом приключении во время практики.

— Значит, рассказала, — тихо произнес он, медленно опускаясь на кровать, которая прогнулась под его весом и слегка скрипнула.

И этот скрип тоже был до боли… до крика знаком.

— А ты хотел скрыть? — с горечью прошептала я.

— Я бы сказал, — неуверенно пробормотал Киран. — Обязательно сказал, но потом. Когда… когда он родится.

«И когда у меня уже не будет возможности сбежать», — мысленно добавила я.

Как же хотелось рвануть к нему, размахнуться и бить, пока его боль хоть на каплю приблизится к той, что сейчас терзала мое сердце. Но я стояла, сжимала кулаки и просто молчала.

— Послушай, это все… все ошибка… случайность!

Киран вдруг вскочил, сделал шаг ко мне и попробовал схватить, но я отшатнулась от него как от проклятого и быстро спрятала руки за спину. Желание ударить становилось все сильнее.

— Ребенок — не ошибка, — процедила я чуть слышно.

— Я… я был пьян. И Астра… она тоже была пьяна. Середина практики. Я… я скучал без тебя. Мы не виделись полтора месяца, а впереди ждали еще полтора месяца разлуки. Короткое общение по магическим шкатулкам лишь усиливало тоску. Я так скучал по тебе, Миранда…

— Что переспал с моей лучшей подругой? — невесело хмыкнула я.

— Это вышло случайно. Мы сидели в каком-то кафе, пили, вспоминали тебя, а потом… танец… она была так близко, что я сам не понял, как все произошло. Астра сама меня поцеловала, а я… не оттолкнул. И дальше… в ее комнате…

— Не надо подробностей, — резко перебила я, сильнее сжимая кулаки.

Его слова не произвели на меня никакого впечатления. Просто стало еще больнее.

— Утром мы оба пожалели обо всем случившемся.

— Не оба, — припечатала я.

Киран запнулся и непонимающе уставился на меня. На его бледных щеках сияли алые пятна, как у нашкодившего ребенка, который сейчас пытался оправдаться перед грозной матерью.

— Что? — нахмурился он.

— Ты пожалел, — спокойно пояснила я. А внутри все покрывалось третьим слоем колючего льда. — Астра тебя любит. Давно любит. И уж точно не пожалела о том, что смогла затащить тебя в постель.

— Но я-то люблю тебя. Миранда, мы же не можем… — взмолился Киран, но я опять его перебила:

— Не можем.

— Обещаю, этот ребенок не причинит тебе неудобств, — затараторил он в стремлении достучаться до меня. — Я буду помогать им с Астрой. Буду давать денег. Разумеется, не в ущерб нашей семье. Сниму им жилье, найму няньку. Сама знаешь, с деньгами у нее туго. Придется, наверное, время от времени встречаться. Не часто... лишь иногда. Хотя если ты запретишь, то встреч не будет. Лишь бы ты меня простила.

«И этого человека я любила!».

Я смотрела на Кирана и не испытывала ничего, кроме отвращения и брезгливости.

А он, словно не замечая этого, увлеченно рассказывал, как замечательно мы будем жить вместе в столице королевства Корадей, как поженимся. Ведь к свадьбе все готово и наши родители так рады. А ребенок… ну подумаешь. Пусть Астра сама разбирается. Он же предлагал решить все быстро и качественно. И денег предлагал. Много денег. А она уперлась. Еще мне рассказала. Просто завидует. Нашему счастью завидует.

Ободренный моим молчанием, Киран подошел ближе и потянулся ко мне, чтобы обнять. От него так привычно и сладко пахло его любимой ароматной водой. Раньше я бы с удовольствием зарылась носом, вдохнула любимый аромат, который ему так шел. А сейчас… сейчас я внезапно осознала, что меня тошнит. От запаха, от голоса, от взгляда и прикосновений. От вранья, которое потоком лилось из его рта. Казалось, еще немного, и меня вырвет.

— Мне… мне не хватает воздуха, — сдавленно пробормотала я и выскочила из его удушающих объятий.

— Миранда, постой, мы не договорили! — донеслось мне в спину.

Одна мысль о том, что он решит меня догнать, вызвала новую волну тошноты.

— Потом! — через силу выдавила я, очень надеясь на то, что Киран поверит.

Потому что никакого потом у нас не будет. Никогда!

Я не вернулась в свою комнату к Астре, которая, несомненно, ждала меня, чтобы начать новый виток объяснений, страданий, уверений и слез. Спасибо, не надо!

Застыв на небольшой мощеной разноцветным булыжником площади, в центре которой располагались круглый фонтан и кованые лавочки, я задрала голову в стремлении отдышаться и унять тошноту. Мне никак не получалось избавиться от мысли, что все происходящее сейчас фарс, игра Создателей, которые решили подшутить надо мной.

«Считала себя самой счастливой и удачливой, Миранда Хоуп? А вот на тебе! По всем фронтам! Разберись, и тогда посмотрим, так ли ты хороша, как о тебе говорят».

Еще бы, лучшая ученица, любимица профессоров, дочь довольно состоятельных и успешных целителей, которые держали собственный салон восстанавливающей косметической медицины прямо на центральной площади дворца в Фермонии — столице небольшого королевства на юге, откуда они родом.

Меня иногда спрашивали, общалась ли я с самим королем. Глупые, им было невдомек, что короли не берут целителей со стороны, у них есть свои собственные. Мои родители занимались восстановлением других господ, мечтающих продлить молодость и красоту. Самое главное, чтобы у них водились деньги. Поэтому правителя королевства Анхорн я видела лишь пару раз на официальных парадах в честь годовщины заключения союзного соглашения. Он с королевой и тремя принцессами стоял на огромном балконе и махал оттуда всем пухлой рукой. Другая рука лежала на огромном животе.

Я родилась под счастливыми звездами, не знала голода, бедности и разрухи. У меня были няньки, гувернантки и самые лучшие учителя. Я всегда знала, что стану лучшим целителем и после окончания академии и прохождения обязательной двухлетней отработки по распределению вернусь домой и стану помогать родителям, как сделал в свое время старший брат.

Но сначала мы с Кираном собирались пожениться. Он был знаком с моей семьей. Я знала его родителей. Мы почти закончили приготовления к свадьбе: заказали шикарный ресторан на берегу озера в курортном городке Себ-Майер, где у родителей было небольшое поместье, составили меню, отправили приглашения всем родственникам, друзьям и разным важным лицам, купили свадебное платье…

Мы ведь с Астрой весной выбирали это платье! Вместе ходили по магазинам перед практикой. Смеялись, шутили, дурачились. И вот чем все обернулось.

Моргнув, я внезапно поняла, что плачу. Без единого звука. Подставила лицо приветливому летнему солнышку, а горючие слезы уже давно прочертили дорожки на моих щеках.

С силой вытерев слезы, так, что кожа болезненно защипала, я быстрым шагом отправилась к коменданту женского общежития. Именно госпожа Нордик могла мне сейчас помочь.

Для переписок на короткие расстояния мы использовали птички-листовички. Создавались они на специальной бумаге, которую можно купить практически в любом магазине. Различались они лишь по цене. Те, что выглядели красивее и летали быстрее, стоили дороже. Те, что пострашнее, потрепаннее, с проступающими чернилами и кляксами и часто задерживающиеся по пути, а иногда даже терявшиеся — дешевле. Каждый листик использовался только раз. Отправитель брал его, писал короткую записку и собирал птичку согласно инструкции. Стоило произнести заветные слова, как она оживала. Далее следовало назвать адрес, и птичка отправлялась искать. Впрочем, на дальние расстояния листовички не годились. У них не хватало сил и ориентира, чтобы найти адресата. Поэтому я и отправилась к госпоже Нордик.

— Хоуп? — нахмурилась она, посмотрев на меня поверх очков. — Ты чего здесь забыла?

Эта невысокая, стройная, как статуэтка, дама в симпатичном розовом костюме на первый взгляд казалась очаровательной старушкой, которая только и способна, что чай разливать да сплетнями обмениваться. Но это лишь на первый взгляд. Силами госпожа Нордик обладала более чем достаточными, иначе просто не справилась бы с целым общежитием немного сумасшедших магичек.

Все уже смирились с тем, что от ее светлых глаз невозможно укрыться. Она всегда все знала и всегда все видела. Следила за студентками. В пределах разумного, конечно. В личную жизнь не лезла, при этом парней легко выдворяла за пределы общежития сразу после одиннадцати.

Киран, задержавшись, тоже несколько раз посреди разговора вылетал из окон и приземлялся прямо в колючие кусты, которые росли внизу.

— Простите за беспокойство, госпожа Нордик, — вежливо начала я, — но мне просто необходимо воспользоваться вашей шкатулкой для переговоров.

— С чего вдруг?

— Мне нужно поговорить с родными.

— Зачем? — продолжила допытываться старушка. — Завтра же с ними встретишься, наговоритесь сколько хотите.

— Завтра, — протянула я и грустно усмехнулась. — Завтра все может сильно измениться.

Госпожа Нордик нахмурилась сильнее и посмотрела на меня более внимательно. Не знаю, что именно она заметила в моих глазах, но больше вопросов не задавала. Молча повернула ключ и достала из ящика резную шкатулку-переговорник.

— Пойду в прачечную. Они так и не отыскали четыре потерянных комплекта постельного белья. А ты, Хоуп, можешь связаться со своими родными.

— Спасибо.

Старушка ушла, а я села на ее место и открыла шкатулку.

Вверх поднялось небольшое облачко розового дома.

— Анхорн, Фермония, Королевская площадь, тринадцать, — четко назвала я адрес родительского салона, где они обычно находились в это время суток. Однако для установления соединения этого было недостаточно. Следовало произнести шифр, который мог дать только хозяин шкатулки — своеобразная защита от нежелательных звонков. — Три, пятнадцать, сорок девять. Миранда Хоуп.

Дымок из розового превратился в светло-голубой, слегка запульсировал, а потом еще дважды сменил цвет. Сначала стал белым, а затем резко черным. В черном цвете он и остался. Заклубился, заворочался, а после показал знакомую картинку: кабинет отца и маму, которая удивленно взирала на меня. И пусть изображение передавалось, лишенное красок, но четкости вполне хватало.

— Миранда, что случилось? Почему ты звонишь? Да еще с какой-то непонятной шкатулки. Ты же знаешь, как нам не нравятся чужие шкатулки…

— Мама… — перебила я, — мама, Астра беременна… от Кирана.

Я очень хотела выглядеть сильной, смелой и решительной. Хотела скрыть свою боль, но не смогла. Голос дрогнул, а в горле застрял огромный ком, который не только мешал говорить, но и дышать удавалось с трудом.

— Та-а-а-ак, — мгновенно помрачнев, протянула мама. — Вот же гадина! Я так и знала!

— Мама…

— Что мама? Предупреждала же тебя, глупую, не доверяй ты этой девчонке. У нее же все на лице написано!

— Что написано? — прошептала я, кусая губы, чтобы не разреветься.

Да, мама пару раз советовала не сильно доверять Астре, но так и не объяснила причину такого отношения. А я слишком любила подругу и посчитала, что мама просто наговаривает. Астра, в отличие от меня и Кирана, была из небогатой семьи, жила на стипендию и вечерами подрабатывала в кафе, которое располагалось рядом с академией.

Впрочем, я никогда не кичилась своим положением, уверенная, что не деньги красят человека. Любой может стать богаче, надо лишь приложить усилия.

— Зависть. Она тебе завидовала. И вот решила отнять жениха. Как есть гадина. Подсуетилась, подлезла. И чего она хочет? Чтобы Киран на ней женился?

— Ничего она не хочет.

— А ты уверена, что этот ребенок вообще существует? Может, она обманула?

— Существует. Глупо лгать о таком.

— Так что ей нужно? — вновь спросила мама.

— Ничего, — повторила я. — Просто не хочет меня обманывать, утверждает, что это неправильно.

— Ясно, строит из себя жертву, — презрительно усмехнулась она. — Но ты, Миранда, не иди у нее на поводу. Не верь ей, слышишь? Вполне возможно, что ребенок вовсе и не от Кирана. Ты с ним поговорила?

— Да. Киран признался в измене.

Мама на мгновение замолчала, но довольно быстро взяла себя в руки.

— Он всего лишь мальчишка. Глупый мальчишка. Оступился, ошибся, с кем не бывает. А вы так любите друг друга!

— Я уже сомневаюсь в этом, — пробормотала я. От всего произошедшего у меня страшно разболелась голова. — Совсем запуталась и не знаю, что мне делать.

— Миранда, — с нажимом произнесла мама и ее изображение пошло легкой рябью, а голос слегка исказился. — Не делай глупостей, дочь. Даже если тот ребенок есть, то ничего страшного. Киран, как настоящий мужчина, позаботится о нем, даст денег, поможет в первое время. Не переживай, твоя подруга умеет устраиваться. Найдет себе новую жертву и отстанет от вас. Но ты тоже держи ситуацию под контролем, чтобы Киран много не тянул из семейного бюджета на этого бастарда. Мужчины слишком легко идут на поводу у красивых девушек. Особенно, если те в беде.

Я вздрогнула.

— Мам, что ты такое говоришь? Он же предал меня и нашу любовь. Какой бюджет, какая свадьба?

— Самая настоящая. Киран — хороший мальчик, очень тебя любит и наверняка раскаивается. Я сейчас свяжусь с госпожой Бельфор, пусть проведет с сыном беседу. А ты можешь пообижаться пару дней и даже недель, но особенно не затягивай. Выпроси подарки, но не глупи. Свадьбу можем перенести… ненадолго. Скажем, до осени. Там вы оба остынете и придете в себя. А девчонку с бастардом лучше отослать. Куда-нибудь в дальнее королевство. Можно даже на границу Мордака. Нечего ей крутиться рядом и жизнь вам портить.

— А если бы так поступил папа? Если бы он на стороне сделал ребенка, ты бы его простила?

Сама не знаю, почему я спросила об этом. Наверное, думала, что тогда мама меня наконец-то поймет. Однако этого не произошло. Я видела, как напряглось ее лицо, как поджались губы, а в глазах что-то мелькнуло. Или мне почудилось, а это просто дымок рябью пошел?

— У нас замечательная семья, — ледяным тоном припечатала мама. — Есть ты и твой брат. Если бы твой отец вдруг ошибся, и я его не простила, то вас бы не было. Да и всего этого тоже. Так что подумай. Ты теряешь намного больше, чем приобретешь в будущем. Жду тебя завтра, Миранда. Там и поговорим.

Изображение померкло, а дымок рассеялся, опять окрасившись в светло-розовый. Я захлопнула крышку и застыла, устремив взгляд в пространство.

Неужели мама права? Неужели мудрее будет все простить и забыть ради нашего будущего, ради нас и всех тех планов, которые мы строили, ради родных, которые так ждут нашей свадьбы? Неужели я действительно потеряю больше, чем получу, если разорву помолвку и откажусь от свадьбы?

Что сейчас стоит на кону? Если подумать, то ничего толком — всего лишь моя гордость, принципы и чувство собственного достоинства. Я ведь не смогу простить и не смогу забыть. Никогда. Астра всегда будет стоять между нами. В жизни, в постели, в настоящем и будущем. Как незримое напоминание о предательстве.

Пусть мама права, и Астра действительно все подстроила. Но разве это что-то меняет? Кирана никто силой не тянул в постель. И алкоголь — не оправдание. Не так уж сильно он напился, раз смог заделать ей ребеночка. Он явно осознавал, что делает.

А что дальше? Один раз ошибся, но что ему помешает ошибиться еще? Я ведь простила единожды, и второй раз тоже прощу. А потом третий, двадцать пятый… И уйти не смогу, и себя потеряю.

— Нет, — хрипло прошептала я и медленно поднялась. — Нет, не будет этого! Никогда не будет!

Теперь мой путь лежал в ректорат.

— Не понял, Миранда. Что вы хотите?

В кабинете ректора нашего университета, который располагался в самой высокой башне, что возвышалась над всей территорией и словно всевидящее око присматривала за всеми, было тепло, темно и душно. На массивных высоких шкафах, доверху заполненных какими-то книгами в кожаных переплетах с серебряным тиснением, бумагами, папками и свитками, собралось столько пыли, что не помогало даже заклинание уборки. У меня моментально защекотало в носу и слегка заслезились глаза.

— Получить свой диплом на руки, — повторила я, изо всех сил стараясь не чихнуть. — Сейчас. Это ведь не запрещено.

— Разумеется, нет, но я все равно не понимаю, зачем вам это. До торжественного вручения осталось всего… — ректор быстро покосился на часы, которые украшали огромный камин в его кабинете, — всего четыре часа. К чему такая спешка, Миранда?

Вместо ответа на его вопрос я выдвинула новое требование:

— И я хочу поменять место двухлетней отработки.

Если до этого ректор слушал меня невнимательно, то сейчас все изменилось. Отложив в сторону пачку бумаг, которые так и не успел подписать, этот высокий, худощавый маг неопределенного возраста с черными волосами, крючковатым носом и неожиданно ярко-голубыми глазами, выпрямился, смерил меня настороженным взглядом и только потом произнес:

— Насколько мне известно, вы, Миранда, входили в пятерку лучших студентов своего потока. Вам, как и остальным отличникам, предоставили возможность выбрать место отработки. И вы его выбрали одной из первых, благо список критериев, которые нам прислали, полностью соответствовал вашему уровню знаний и достижений. Выбрали вы столичную организацию. И теперь хотите все изменить?

— По правилам академии я имею право изменить выбор до вручения диплома. Вы сами сказали, что до этого момента осталось целых четыре часа. Так что у меня еще есть время, — настаивала я.

— Я помню, что сказал, и помню, что говорится в правилах. Но я совершенно не понимаю, для чего вам это. Больница в Корадей — замечательное место, где работают элитные профессионалы. Там прекрасное оборудование, как будто созданное, чтобы раскрыть ваш потенциал, помочь с будущими свершениями. О нем мечтает каждый выпускник целительского факультета.

— Я хочу другое место. И вы обязаны удовлетворить мою просьбу.

Мужчина тяжело вздохнул.

— Обязан. Но только в том случае, если есть варианты. А их нет, Миранда. Мне жаль, но все другие места давно заняты.

Уверенность моя изрядно поубавилась. О таком повороте я не думала и теперь совершенно не представляла, как быть.

— Но я могу с кем-то поменяться, — немного поразмыслив, выдала я новую идею. — Сомневаюсь, что кто-то откажется от столь заманчивого предложения: работа где-то в отдаленном уголке королевства или столичная больница.

— Конечно, не откажут. Вот только лишь вы подходите под все их требования. Больница не возьмет никого другого. И обмен будет недействительным.

Неужели ничего не получится, и мне все-таки придется ехать домой, потом в Корадей, встречаться каждый день с Кираном, с моими родными, его родными и слушать… все время слушать, как он несчастлив, как ему плохо, одиноко, как он сожалеет, страдает, мучается, а я… я такая гадина не могу его простить и рушу наше будущее?

Они же продавят меня, уничтожат остатки гордости и заставят простить. Уже это делают. Бесспорно, из лучших побуждений, но разве от этого легче? И свадьба обязательно состоится, но осенью. Все так обрадуются, лишь одной мне будет тошно от происходящего и от себя больше всего!

— Господин ректор, неужели ничего не осталось? — прохрипела я — Хоть какой-нибудь вакансии. Я… я готова на все, честно. Меня не страшит любая работа. Все равно какая. Я сильная, я способная, я… прошу вас.

— Мне очень жаль, Миранда, ничего не осталось, — развел он руками. — Не знаю, что у вас случилось, но послушайте мой совет. Не надо ломать свою жизнь и отказываться от перспективной работы из-за сиюминутного каприза.

— Это не каприз.

— Возможно. Но работу в больнице Корадей предлагают не каждому. Второго шанса не будет.

И неизвестно, чем бы все закончилось, если бы в этот момент дверь не распахнулась. Да так сильно, что с грохотом стукнулась о соседнюю стену, заставив меня вздрогнуть, а ректора подскочить на месте.

— Ректор Ханган! — рявкнул незнакомец, с ног до головы закутанный в черный плащ. Капюшон на его голове сидел так низко, что не рассмотреть лица. Но голос казался довольно молодым и приятным, хотя было заметно, как сильно зол его обладатель. — Это как понимать?!

— Господин Форест, я же просил не врываться ко мне подобным образом, — скривился ректор. — Вы не видите? Я занят. Будьте добры, подождите меня за дверью.

— Я не могу ждать, — процедил незнакомец, подойдя вплотную к столу.

Я же быстро отступила в сторону, решив не вставать на пути странного и грозного гостя. Далеко не каждому позволялось так себя вести с ректором. Говорят, во времена далекой юности Ханган служил на границе Мордака и слыл одним из самых храбрых героев, что стояли на страже нашего мира от злобных существ той стороны. Лишь серьезное ранение и долгая реабилитация заставили его уйти на покой. А потом ему предложили должность ректора.

— Не ожидал от вас такого, господин ректор. От кого угодно, но только не от вас. Вы же знаете, как нам не хватает магов.

— Я сделал все что мог, Форест, — устало отозвался тот. — И вам это хорошо известно. У нас в академии все добровольно. Я не могу заставить студентов выбирать Мордак и рисковать своей жизнью. Нам и так удалось собрать достаточно большую компанию. — Ректор завозился в бумажках в поисках нужной, которая по традиции лежала в самом низу. — Шесть боевиков, один зельевар, пять некромантов, два артефактора… — начал перечислять он.

— Этого мало, — нетерпеливо перебил его незнакомец.

— Получилось бы больше, не будь так высоки ваши требования.

— Будь они ниже, и часть студентов уже через месяц возвращались бы домой в погребальных урнах, — парировал незнакомец. — И вы это прекрасно знаете. Да, требования к магам высоки, но и оплата весьма щедра.

— Как и уровень опасности. А они все еще дети, Форест. Не закаленные в боях воины, а дети, которые только сегодня выпускаются из академии.

Незнакомец отступил и более спокойным тоном произнес:

— И опять ни одного целителя. Уже третий год подряд.

Я чуть не подпрыгнула на месте. Спасение от Кирана и родных замаячило так близко, что я забыла об опасности. Этот мужчина в плаще набирал выпускников не на прогулку, а в Мордак. На границу, где вот уже столетия шли бои за защиту нашего мира. И по-хорошему, следовало сначала подумать, все взвесить, а потом уже подавать голос, но…

— Целитель? Вам нужен целитель?

Незнакомец медленно повернулся в мою сторону.

— Хоуп, не смей! — рявкнул ректор.

Но куда там! Меня было уже не остановить.

— Миранда Хоуп, выпускница факультета целителей, — быстро представилась я. — Лучшая на курсе. Как раз в поисках места для двухгодичной отработки.

— Хоуп, выйди вон! Немедленно! — проревел ректор, покраснев.

— Обязательно. Но сначала мой диплом. Я не собираюсь ждать торжественного вручения и хочу уехать прямо сейчас.

На этот раз ректор не стал возражать. Видимо, очень хотел избавиться от меня и остаться наедине со своим таинственным господином Форестом.

— Держи, — процедил он, протягивая мне заветный свиток.

Вот только его по пути перехватил незнакомец. Молча открыл, молча изучил и только потом поинтересовался:

— Ты хоть осознаешь, во что хочешь ввязаться, Миранда Хоуп?

Ничего я не осознавала, но все равно кивнула.

— Мне нужен целитель в Мордак. На два года. Подпишешь контракт, и пути назад не будет.

— Она его не подпишет, — припечатал ректор. — Хоуп, я вам запрещаю! Форест, остановитесь немедленно!

— Я все подпишу! — тут же заверила я, хотя всего пару секунд назад еще сомневалась в правильности своего решения и даже хотела отказаться.

Тогда ректор решил прибегнуть к шантажу.

— Я немедленно сообщу твоим родителям!

— Не имеете права. Выбор каждого студента является тайной до тех пор, пока сам студент не решится ее открыть и сообщить родным, близким или друзьям, — быстро процитировала я устав академии, вызвав довольный смешок у незнакомца. — Вы ничего никому не скажете. Иначе… я буду жаловаться.

— Сумасшедшая, ты не представляешь, во что ввязываешься! — простонал ректор. — У тебя же такое место в Корадей, а ты… Что за дурь тебе пришла в голову?

Я не стала отвечать. Вместо этого повернулась к незнакомцу и спросила:

— Где мне надо подписать?

— В Мордаке подпишешь, — заявил он, пряча мой диплом в складках темного плаща. — Нам пора.

— Я только чемодан свой возьму.

Правда, я его еще не собрала, но это не имело значения. Время-то еще было. Я решила захватить с собой чемодан да немного денег. Оставалось надеяться, что на первых порах мне их хватит.

— Нет времени, — сообщил господин Форест, словно прочитав мои мысли. — Мы уходим. Прямо сейчас.

— Как сейчас? — растерялась я.

Без подготовки, без раздумий и осознания того, на что я подписалась, поддавшись импульсу, обиде, ревности и другим эмоциям? Без вещей и денег?

— Именно сейчас, — отрезал он. — Встретимся через год, господин ректор. Миранда Хоуп, вашу руку.

Я несколько секунд таращилась на его раскрытую ладонь, затянутую в черную кожаную перчатку и, наверное, только сейчас в полной мере осознавала, в какую ситуацию попала и что пути назад точно не будет. Впрочем, отступать я не собиралась.

Вложила свою ладонь и застыла на мгновение, ожидая сама не зная чего. Но этого «чего» так и не произошло. Никаких эмоций, страха, удивления, холода или наоборот жара я не почувствовала. Лишь пустоту.

Форест крепко взял меня за руку и повел к двери, которая почему-то вдруг оказалась закрыта. А я ведь помнила, как она громыхала, ударившись о стену. Распахнул ее и шагнул вперед, я за ним… и провалилась в портал.

«Нет, вы представляете, в самый настоящий портал! Прямиком из кабинета ректора академии! Если выживу и вернусь, всем расскажу. Вот только я не уверена, что мне поверят. Я сама в это не особо верю».

Вот так вот, всего за несколько минут я полностью изменила свою жизнь и вместо элитной лечебницы в Корадей отправилась на край мира в Мордак — место, где оживают самые жуткие кошмары.

Это был мой третий переход порталом, и пережила я его намного лучше, чем предыдущие два. Меня не стошнило! Голова, конечно, закружилась, перед глазами потемнело, в ушах зазвенело, а желудок сделал кульбит, подскочив к самому горлу, но я не опозорилась. Иначе представляю, что подумал бы обо мне господин Форест, продемонстрируй я ему содержимое своего желудка.

Но слава Создателям, мы этого никогда не узнаем.

Вообще заклинание портального перемещения считалось очень сложным и выматывающим. Не каждый маг обладал способностью прочитать его правильно, построить маршрут, выбрав точное место приземления и при этом не оторвать себе или другим чего-нибудь. В противном случае перемещаемые рисковали выйти в дерево, например. Или попасть под экипаж. Или оказаться прямо посередине Затерянного моря, которое кишело всякими тварями.

Но нам, точнее мне, повезло. Мы попали именно туда, куда и планировалось. При этом остались целы, невредимы и… без моих вещей. Но зато с дипломом и далеко от родственников и Кирана.

И пока я боролась с обедом и считала звездочки перед глазами, господин Форест уже собрался куда-то уходить.

— Жди здесь.

— Подождите! — Я вцепилась в его локоть. — А мои вещи? У меня же ничего нет, кроме того, что на мне.

А была на мне форма академии, которую я не успела сдать. Вот смеху будет, когда родителям придет счет за украденные вещи. Хотя, скорее всего, это будет не самая большая их проблема.

Итак, кроме белья на мне была белая блузка, юбка чуть ниже колен и синий пиджак с эмблемой академии, на ногах тонкие чулки и туфельки с симпатичными бантиками.

Да у меня даже… даже расчески не имелось! И носового платка.

— Купишь потом, — равнодушно бросил он.

Ну как тут было удержаться и не показать зубы?

— Замечательное предложение, — огрызнулась я. — Как же я сама о нем не подумала? Ах да, у меня же и денег нет!

В любой другой момент я бы ни за что не позволила себе так разговаривать с незнакомым мужчиной, который явно обладал властью и мог лишить меня будущего. Но я была расстроена, растеряна, напугана и очень зла. Будущее, которое еще пару часов назад казалось невероятным и безоблачным, теперь представлялось в мрачных красках. И чем больше я о нем — будущем — думала, тем мрачнее оно выглядело.

Впрочем, если ждала сочувствия от этого типа, то я его не дождалась. Ни сочувствия, ни помощи, ни денег. Последнее, кстати, хотелось больше всего.

— Первое жалованье ты получишь сразу после прибытия в Мордак, — равнодушно произнес господин Форест. — Там купишь все, что необходимо.

— В Мордаке? — с сомнением переспросила я.

К своему стыду, я никогда не интересовалась этим краем. И для меня стало настоящим открытием, что там можно что-то купить. Выходило, все не так страшно, как я себе нафантазировала?

— Именно. А теперь сядь и жди меня.

Мои пальцы обдало холодом. Не больно, но довольно неприятно. Я тут же отдернула руку, которой пыталась удержать Фореста, и помахала перед собой в попытке согреться и стряхнуть иней, который покрыл кончики пальцев. Столь короткого промежутка времени хватило, чтобы Форест скрылся, оставив меня одну.

«Интересно где?» — подумала я и осторожно осмотрелась.

Я находилась в большом помещении со стенами непонятного грязно-желтого цвета, на которых кое-где облупилась штукатурка, открывая кирпичную кладку. Высокий потолок на стыке со стенами оброс паутиной. Пол был обычный, деревянный и покрашенный коричневой краской. По всему периметру стояли неудобные деревянные лавки на кривых ножках. На одной из стен висела доска, на которой большими буквами значилось «Шайлонские дирижабельные перевозки».

Так вот где мы! Следовало догадаться, поскольку кроме как на дирижабле в Мордак было не попасть.

Эта страна с северной стороны граничила с бескрайним Сумрачным морем, с восточной с непроходимыми Нариданскими топями, а с южной — жаркие Адуманские пески. Ну, а с запада были Темные земли. Те самые земли, откуда к нам постоянно что-то лезло.

Я крутнулась на каблуках и принялась медленно мерить шагами помещение. Итак, настала пора подвести предварительные итоги.

Во-первых, я влипла. Очень серьезно влипла, и назад пути нет.

Во-вторых, я понятия не имела, что делать в дальнейшем. Вот совсем. Впервые за всю жизнь я не представляла, что будет дальше. Все мои планы остались там, в академии. Да я даже не знала, что буду есть на ужин! Если этот ужин вообще состоится.

В-третьих, пути назад нет и не будет. Ни сейчас, ни потом. Пусть мой поступок был крайне импульсивным и немного безответственным, но я сделала все правильно. А значит, должна бороться до конца.

В-четвертых, было страшно. И дело не только в Мордаке и тех существах, которые обитали на границе. Я впервые действовала самостоятельно, без поддержки семьи, и испытывала невероятное ощущение свободы. Такое волнительное и опьяняющее.

Плюс в моей затее все-таки имелся: предательство Конрада и Астры отошло на второй план. Мне некогда будет об этом думать, ведь впереди ждали проблемы и испытания пострашнее.

Я почти дошла до противоположной стороны, когда дверь неожиданно распахнулась, и меня не окликнули:

— Эй ты!

Резко развернувшись, я взглянула на огромного бритоголового парня, который своей тушей занял практически весь проем. В нем было метра два, не меньше. Высокий, широкоплечий, накаченный — типичный боевик, у которого мускулатуры куда больше, чем мозгов.

— Вы это мне?

— Ты же в Мордак собралась? — оскалился он и подмигнул мне. — Я Бакс, а ты?

— Хоуп. Миранда Хоуп, — отозвалась я, подходя ближе.

— Пошли, Хоуп Миранда. Там всех собирают.

Я двинулась следом. От волнения немного дрожали ноги и вспотели ладони, которые я быстро вытерла о ткань пиджака, здраво рассудив, что паниковать уже поздно.

Мы покинули комнату и зашагали по длинному коридору, по которому туда-сюда сновали какие-то люди в фирменных коричневых пиджаках с эмблемой «Шайлонские дирижабельные перевозки». Все они дружно отступали в сторону, пропуская Бакса вперед. Сталкиваться с такой громадиной никто не желал.

— Ты откуда будешь? — обернувшись, поинтересовался он.

— Что? — растерялась я.

Погруженная в свои не слишком веселые мысли, я не сразу сообразила, о чем он меня спрашивает.

— Сама откуда будешь?

— Анхорн. Фермония.

— Южанка, значит. Там у вас красиво и тепло.

— Не жалуемся.

— А я из Дурманга.

— Ясно.

Зачем мне эта информация, я не понимала, но на всякий случай кивнула.

Дурманг — королевство на севере — славился своими морозами и сильными ледяными магами. А еще там добывались редкие светящиеся кристаллы оламунты, которые никогда не гасли и могли рассеять даже самую темную мглу.

Бакс провел меня дальше и первым шагнул в нужную дверь. О манерах и правилах этикета он явно не слышал. Вздохнув, я вошла следом. Осмотрелась и замерла.

Огромное помещение было полностью забито парнями и девушками. Их тут насчитывалось человек двести, не меньше. Они собирались отдельными группами и переговаривались между собой. Время от времени слышались взрывы смеха или громкие голоса, но большей частью все общались, не повышая голоса.

— Ищи своих, — велел Бакс, направляясь к группе боевиков, которые стояли у огромного окна. Все как один огромные, перекаченные и бритые.

«Своих? Кого своих, если я тут совсем одна?».

На меня совершенно никто не обращал внимания. Подумаешь, явилась очередная девушка. Тут таких было немало.

Я немного потопталась у двери, а потом начала медленно продвигаться вперед, маневрируя между людьми. Память услужливо напомнила о том, что из нашей академии ректор Ханган предоставил для службы в Мордаке боевиков, артефакторов, некромантов и даже зельеваров. Значит, они должны были находиться где-то здесь. В этой толпе. Понять бы еще где. На них таблички с названием академии не имелось.

Я рассчитывала найти их и постоять рядышком. Ну, чтобы не потеряться. Честно говоря, я была знакома не со всеми выпускниками академии, но надеялась, что смогу узнать хоть кого-то. Мы ведь наверняка пересекались на общих лекциях. Или не стоило? А то вдруг начались бы неудобные вопросы и все в таком духе. Несмотря на сложный выбор, но я все-таки решила пройтись и поискать знакомые лица.

Двигалась я медленно и смотрела по сторонам очень внимательно. И, как выяснилось, тут было, на что поглядеть. У меня даже создалось впечатление, что в одном помещении собрались практически все представители альянса.

Сначала я прошла мимо пятерки странных магов, облаченных в светло-желтые свободные одежды. Они обладали темной кожей, короткими кудрявыми волосами и темно-карими глазами. Такая внешность была характерна для пустынников из Адуманских песков.

Рядом с ними, сбившись в кучу, стояло шесть девушек в тонких нежно-голубых балахонах, которые полностью скрывали их от посторонних. Видны оставались только глаза. Послушницы их Запретного моря. Их я точно не ожидала здесь встретить. Всегда думала, что они не выходят из своих храмов. Оказалось, нет, они даже служили на границе.

Напротив них расположились десяток худощавых магов среднего роста с длинными белоснежными волосами и узкими глазами. Среди них были и парни, и девушки. На каждом доспехи из тонкого, но особо прочного белого металла. А еще они были с ног до головы увешаны всевозможным оружием. Наемники из восточной страны Ан-Хай, что располагалась в долине вулкана Рунари. Они считались великолепными воинами, которые в совершенстве владели всеми видами оружия, но обладали слабой магией, поэтому и носили доспехи. Тончайший белый металл являлся сплавом из химерского серебра и защищал от магии.

Нашлись в толпе и обычные, ничем не примечательные молодые мужчины и женщины, по которым сложно определить национальность и страну происхождения. Если честно, таких было большинство. И я все никак не могла найти знакомые лица.

Я так и протискивалась сквозь толпу, когда сбоку резко распахнулись двустворчатые двери и в комнату стремительно вошли трое. Впереди шагал высокий темноволосый маг с резкими чертами лица и крохотными черными глазами, облаченный во все черное и с развевающимся за спиной черным плащом. Он держал под мышкой толстую кожаную папку и двигался очень быстро. За ним следовали два светловолосых мага тоже в черном.

Стоило им появиться, как разговоры тут же смолкли, в комнате воцарилась тишина. По всей видимости, сейчас должно было произойти нечто важное. Если бы я еще знала что! Мне неприятно было оказаться настолько несведущей в правилах приема в Мордак. Похоже, прежде чем соглашаться на эту авантюру, сначала стоило хоть что-то узнать.

Чтобы не мешать, я отступила к окну и тоже замерла, ожидая дальнейшего развития событий.

Мужчина направился к стоявшему в углу столу, сел на единственный стул и с грохотом бросил папку на стол. Два светловолосых мага встали по обе стороны от него и застыли, убрав руки за спину.

— Без лишних предисловий, начнем. Времени и так мало, — заявил мужчина, раскрыв папку, и достал верхний листок. На нас он не смотрел, полностью сосредоточившись на написанном. — Анфор Дарриус.

Из толпы быстро шагнул молодой парень. Совершенно обычный, с абсолютно невыразительной внешностью.

— Форт номер десять. Дальше.

Листок парню вручил один из светловолосых сопровождающих. А маг, которого я мысленно назвала темным, уже называл следующее имя.

— Гвинет Олдай. Форт номер тринадцать.

К нему вышла рыжеволосая девушка в просторном сером платье, которая тут же получила свой лист назначения.

И так далее. Темный маг называл имена и номер форта. Каждый получал свой лист и уходил через боковую дверь. Куда-то туда. В неизвестность.

Переминаясь с ноги на ногу, я терпеливо ждала, когда назовут мое имя. К слову, ждать мне пришлось очень долго. Толпа постепенно редела, помещение очищалось.

И вот наступил момент, когда осталась лишь я, а в папке мага закончились распорядительные листы! Ни одного я не увидела!

— Все, — громко заявил он, захлопнув свою папку.

А потом быстро поднялся, собираясь так же стремительно покинуть помещение, как вошел. Но не тут-то было. Я что, зря все это затеяла и проторчала здесь полчаса?

— Подождите! — выкрикнула я, бросаясь наперерез. — А я? Меня забыли!

Темный маг затормозил и окинул меня раздраженным взглядом.

— Ты кто такая?

— Миранда Хоуп. Я из Высшей Королевской Академии Магии и Волшебства.

— На тебя документов нет, — равнодушно бросил мужчина и явно вознамерился идти дальше.

— Подождите. Как нет? Но я есть. И меня привез сюда… этот ваш… как его…

От волнения я совершенно забыла имя того мужчины в плаще.

«Как же его звали? Хворост? Холост? Нет… Фолост… Ах, Форест!».

— Господин Форест! — радостно воскликнула я. — Он перенес меня сюда из академии. И у него мой диплом.

Тут ожил один из блондинов. Тот, что стоял справа, с голубыми глазами и родинкой на щеке.

— Точно. Господин Рендел, Форест действительно что-то такое говорил. Про целительницу. Документы на нее оформить не успели. Вроде как она сама навязалась.

«Что? Я? Навязалась? Да это произвол!».

Разумеется, вслух я ничего такого не сказала. Но задышала очень даже выразительно.

— Форест? Опять? — Темноволосый мужчина скривился так, словно съел лимон. — Вечно от него проблемы! Никак не угомонится. Как там тебя зовут? — обратился он ко мне.

— Хоуп. Миранда Хоуп, — с готовностью ответила я, поправляя пиджак и широко улыбаясь в стремлении показать себя с лучшей стороны. — Высшая Королевская Академия Магии и Волшебства. Факультет целительства. Я лучшая…

— Запишите ее в тридцать третий форт, — равнодушно перебил меня темный, обращаясь к своим помощникам. — Раз Форест ее притащил сюда без надлежаще оформленных документов, то пусть сам с ней и разбирается.

— Есть.

В руках второго светловолосого мага — родинки у него не имелось, а глаза вместо голубых были красивого сине-зеленого цвета, — тут же появилась бумажка с печатью.

— Миранда Хоуп. Тридцать третий форт, — объявил он, вручая мне бумагу.

— Спасибо.

Пока я изучала документ, троица уже ушла, оставив меня совершенно одну в громадном помещении.

Спохватившись, я поспешила в боковую дверь, миновала длинный коридор и почти сразу попала на огромную открытую платформу, где стояло несколько десятков дирижаблей, которые готовились к взлету.

Зрелище мне открылось поистине великолепное. Такое, что дух захватывало. Вокруг рядами стояли огромные дирижабли разных цветов и оттенков. Люди и маги поднимались по небольшим трапам, спеша попасть внутрь. И бесконечно голубое небо, в котором уже плыли поднявшиеся машины.

Что удивительно, ветер здесь не дул. Скорее всего, стояли какие-то защитные заклинания. Иначе на такой высоте, а я примерно представляла, где нахожусь, меня бы уже давно снесло.

«Ох, что же я стою, мне спешить надо!» — спохватилась я и направилась к первому попавшемуся дирижаблю. Там у трапа стоял служащий, к нему я и обратилась.

— Вы не подскажите… — начала я и вновь была перебита.

— Цифра. На каждом дирижабле есть цифра с нужным номером форта, — равнодушно уронил рыжий парень, даже не взглянув в мою сторону. — Смотрим на цифру, находим нужный.

Видимо, не я первая приставала к нему с таким вопросом. Впрочем, сами виноваты, могли бы дать инструкции.

Подняв голову, я рассмотрела сбоку большую цифру шесть.

«Так, это явно не мой».

И я заторопилась к следующему. Там красовалась яркая цифра восемнадцать.

«Тоже не мой. Тогда ищем дальше».

Конечно, поиски бы значительно облегчились, если бы дирижабли стояли в правильном порядке, а не как им заблагорассудится.

Следующие минут десять я бегала по огромной площадке и пыталась отыскать злосчастный дирижабль с номером тридцать три. Все нашла! Даже тридцать первый и тридцать второй. А тридцать третьего не было!

Некоторые дирижабли уже начали подниматься в воздух, а я свой до сих пор не обнаружила. От злости и отчаяния мне хотелось кричать и топать ногами.

— Потеряла что-то? — раздался сбоку голос.

Резко развернувшись, я увидела рядом старичка, который занимался развозкой и погрузкой багажа, катаясь на длинной самоходной телеге.

— Да, ищу дирижабль с номером тридцать три.

— Так нет такого, — ответил он.

У меня мгновенно сердце рухнуло в пятки.

— Как нет? Он что… улетел уже? — несчастным голосом спросила я, сжимая в руках, по всей видимости, уже бесполезную бумажку.

«Вот и кончилась моя свобода, так и не успев начаться, — сокрушенно подумала я. — Молодец, Миранда, так ты еще не позорилась!».

— Так в тридцать третий форт дирижабли не ходят, — пояснил старичок. — Туда только на птичке добраться можно.

— На чем?

Может, я ослышалась?

— На птичке, — повторил он и кивнул куда-то в сторону. — Вон она стоит. Ремонтируется. Опять сломалась, сердешная. Как еще летает, лишь богам известно.

Я повернула голову в указанном направлении и замерла.

«Птичкой» оказалось странное металлическое сооружение с крыльями, вентиляторами и разноцветными металлическими заплатками. С виду совершенно непонятное, даже немного жуткое.

«И вот на этом мне предстоит лететь? Серьезно?».

— Слушайте, это какая-то ошибка, — пробормотала я.

— Никакой ошибки. В тридцать третий дирижаблей нет. Туда только на птичке добираются, — снова повторил старичок.

Я уже хотела возразить, как заметила знакомое лицо. Точнее, плащ.

«Господин Форест собственной персоной! Он-то мне и нужен!».

Мужчина в черном плаще, ничего не замечая вокруг, быстро шагал вперед.

«Ну что у них тут за любовь к быстрым передвижениям! Никак не угнаться! Просто наказание какое-то! Еще и на крик не реагирует».

— Господин Форест! Господин Форест!

В какой-то момент я даже подумала, что ошиблась. Мало ли тут ходило магов, с ног до головы укутанных в плащи. Но он внезапно застыл и медленно повернулся ко мне.

— Господин Форест! — снова крикнула я, подбегая к нему и с трудом переводя дыхание. — Вы-то мне и нужны!

— Хоуп? — мрачно поинтересовался он. — И что ты здесь делаешь? Тебе давно пора на свой дирижабль.

— Я бы с радостью, но вышла небольшая заминка. Точнее, недопонимание, — выпалила я и протянула листок с назначением. — Я никак не могу найти нужный.

Форест его изучал секунды три.

— Это какая-то ошибка, — наконец выдал он, после чего схватил меня за руку и потащил куда-то в сторону.

И опять очень быстро. Так, что я с трудом поспевала за ним.

Мы опять вошли в здание, миновали длинный коридор и очутились у деревянных дверей.

— Жди здесь, — скомандовал он.

«Опять. Уже второй раз за час!» — с досадой подумала я и хотела возразить, но Форест уже шагнул внутрь.

Дверь он толкнул слабо, и та приоткрылась, позволяя мне немного подслушать творившееся в кабинете. Правда, для этого пришлось подкрасться ближе и слегка наклониться. Радовало, что коридор тупиковый и шансы быть пойманной на месте преступления, были крайне малы.

— Форест, опять ты. Мы же все выяснили.

Я узнала голос того самого темного мага, который раздавал всем назначения.

— Это как понимать, господин Рендел? — ледяным тоном произнес Форест.

Далее послышался хлопок и легкое шуршание. Похоже, мой лист назначения очень громко лег на чей-то стол.

— Как есть. Ты же столько раз жаловался на отсутствие у тебя в форте нормального целителя. Вот будет. Сам выбрал, сам привез, сам и будешь воспитывать в свое удовольствие.

— У меня в форте даже больницы нормальной нет. И вам это хорошо известно из рапортов, которые я передаю каждый месяц, — буквально прорычал он

— Форест, ты же знаешь обстановку на границе. Все обеспечение уходит на первые форты. Именно они попадают под удар монстров с запада. Мы не можем тратить драгоценные средства только потому, что тебя что-то не устраивает.

— Так переведите меня в первые форты с понижением должности.

— Ты же знаешь, что не могу. Приказ свыше. Ты кому-то там очень сильно насолил, Форест. Так что мой тебе совет: посиди ты в своем тридцать третьем, помолчи и не высовывайся. Как гроза минует, лично переведу тебя поближе к монстрам. Так что возвращайся к себе в форт. И девчонку забери. Все-таки целительница. И довольно толковая.

Мне показалось или в голосе темного Рендела проскользнула насмешка.

— Спасибо… за совет, — процедил Форест и стремительно покинул кабинет.

Я лишь чудом успела отскочить от двери и застыть в сторонке со скорбным выражением лица.

— Ну так что? Куда мне идти? — осторожно поинтересовалась я, делая вид, будто абсолютно ничего не знаю.

— За мной, — отрывисто велел Форест.

На этот раз за руку он меня брать не стал. Поэтому бежала за ним я сама, по собственной воле.

— Господин Форест, подождите, — выпалила я, отчаянно стараясь не отстать.

Но тот даже не обернулся.

«Мерзкий тип! Просто нахал и грубиян! А ведь я считала его спасителем, доверилась, а он… все мужчины одинаковы!».

— Господин Форест, вы можете мне… объяснить, что происходит? Куда мне идти? На какой дирижабль бежать? Господин Форест?

Мы снова оказались на огромной открытой платформе. Только дирижаблей на ней почти не осталось. Всего три штуки стояли, остальные уже взмыли в небо и плыли вперед.

— Ого, — уважительно протянула я, застыв на мгновение, и снова рванула догонять своего нанимателя.

Форест тем временем приближался к металлической «птичке». Кажется, он всерьез собрался на ней лететь.

— Забирайся, — коротко скомандовал он, подходя к низенькому трапу.

Я посмотрела на него, потом на жуткую металлическую конструкцию, потом снова на него и выдохнула:

— Не полезу.

Форест застыл на второй ступеньке с поднятой ногой. Медленно повернулся ко мне. Жаль, что я не видела его лица. Наверное, он сейчас пребывал в глубочайшем шоке.

— Что? — тихим зловещим тоном переспросил он.

Пришлось слегка прокашляться, чтобы ответить:

— Я туда не полезу. И точно не полечу. Это же чистое самоубийство. Эта штука ведь развалится на части в воздухе.

— Хоуп. Сюда. Быстро.

Такое впечатление, будто вокруг нас даже воздух зазвенел от напряжения.

Любой здравомыслящий человек обязательно бы исполнил приказ, который дали таким тоном.

Но это здравомыслящий, а я… я только сегодня утром была счастливой невестой, верила в любовь и дружбу, собиралась выйти замуж за любимого парня и уехать на практику в Корадей. А вместо этого я теперь стояла тут, подписав (или еще нет?) контракт на два года отработки в Мордаке. О каком здравомыслии вообще могла идти речь?

— Давайте на дирижабле, а? — тихонько попросила я и даже улыбнулась.

— Дирижабли в тридцать третий форт не летают.

— Почему?

— Потому что тридцать третий форт находится на восточной границе Мордака и до него никому совершенно нет дела! — потеряв остатки терпения, рявкнул Форест, а потом взмахнул рукой, и я буквально подлетела вверх.

Вскрикнув, я попробовала поймать юбку, которая так и норовила подняться вверх, обнажая ноги. И не заметила, как подплыла прямо к несносному магу, который легким движением руки закинул меня внутрь этой железной развалюхи, не забыв ехидно добавить:

— Добро пожаловать в кошмар, Миранда Хоуп!

Форест опустил меня прямо на кресло, которое громко и протяжно скрипнуло подо мной, вызвав опасения, что оно развалится прямо сейчас. Как и вся эта металлическая конструкция.

Вскочив, я отряхнула юбку и возмущенно воскликнула:

— Да что вы себе позволяете?! Вы вообще кто такой, чтобы так себя вести?

— Твой работодатель, без которого ты мне сможешь засчитать двухгодичную отработку в Мордаке, — любезно отозвался Форест, продемонстрировав мне бумажку с печатью, которую я получила от темного мага.

— Я ее не подписывала, — буркнула я.

Он повернул документ к себе, изучил текст и хмыкнул.

— Действительно. Не подписано. Поздравляю, Хоуп, у тебя появился шанс сбежать отсюда. Мой тебе совет: воспользуйся этой возможностью. Прости, доставить назад в кабинет Хангана не смогу, у меня дела. Сама доберешься как-нибудь.

Интересно, как он себе это представлял? Головной офис Шайлонских дирижабельных перевозок — а я не сомневалась, что это именно он, поскольку только отсюда могло разом выйти столько дирижаблей в сторону Мордака, — располагался на вершине Старбурской горы. Которая, между прочим, находилась в королевстве Орденберг. А то, в свою очередь, находилось в пятистах километрах от академии! И как, позвольте спросить, я должна была туда попасть без денег, одежды и прочего?

Впрочем, остановило меня не только это. Вернуться назад означало сдаться и согласиться с планом родителей. То есть смириться с изменой и сделать вид, будто все прекрасно. Ну уж нет, лучше я полечу на этом металлоломе в Мордак!

— Ну так что? — любезно спросил Форест и в его руках кроме бумаги появился еще и мой диплом. — Тебя проводить или сама спустишься?

— Спасибо за заботу, но я остаюсь, — не очень уверенно заявила я.

Форест замер, а потом, все еще надеясь избавиться от меня, произнес:

— Хоуп, ты, кажется, не поняла, что тебя ждет. Тридцать третий форт расположен на самом отшибе. Если ты хочешь найти славу и богатство, то это не тот случай. Прорывы никогда не добираются до тридцать третьего форта. Совсем. Абсолютно. Совершенно. Ни разу за все сотни лет!

Не скажу, что я расстроилась такому повороту. Славы я не искала, богатства тоже, да и с монстрами встречаться не имела абсолютно никакого желания.

— А платить будут? — поинтересовалась я.

— Да, но на этом жаловании не разбогатеешь.

— Но вы же помните, как говорили мне, что деньги мне выдадут сразу после приезда в Мордак? — напомнила я.

— Помню и не отказываюсь. Каждый по прибытию получает фиксированную денежную сумму для обустройства.

— Отлично. И жилье выделят? — задала я следующий вопрос.

— Разумеется.

— Отлично! Тогда я согласна. Давайте я подпишу вашу бумагу, и мы можем отправляться в путь.

Я ждала возражений, но их не последовало. Форест молча протянул мне бумагу.

— Приложи указательный палец к печати, — устало велел он.

Что я и сделала. Бумага была абсолютно гладкой, но стоило мне приложить палец, как подушечку что-то кольнуло, и выступила кровь. Не больно, но довольно неприятно.

— Все.

Форест принял бумагу и только потом поинтересовался:

— Чего же ты добиваешься? Деньги и слава тебя не интересуют. Так что же могло заставить молодую девушку потратить два года жизни на работу в этой дыре?

Я лишь пожала плечами.

— Свобода. Как бы странно это ни звучало, но поездка в эту самую дыру, как вы ее называете, даст мне свободу.

— Это обманчивое ощущение, — заметил он.

— Возможно.

И тут снаружи раздался приглушенный возглас:

— Все по местам! Пристегнитесь! Мы взлетаем через пять минут!

Я послушно опустилась в ближайшее кресло, которое вновь заскрипело подо мной, и схватилась за ремни. Первая попытка пристегнуть их провалилась. За ней последовала вторая. Но ремни отказывались соединяться между собой.

— Не так.

Форест схватился за ремни, наклонился ко мне и быстро застегнул их.

Он оказался так близко, что я уловила тонкие нотки его туалетной воды. Между прочим, Форест пользовался весьма дорогим парфюмом под названием «Элегия» с пикантным цветочно-травянистым ароматом с тонкими терпкими нотками.

Киран мечтал купить такие, но цена слишком кусалась, и он откладывал столь дорогую покупку. А этот… странный маг не мечтал, а просто взял и купил. И после этого он будет рассказывать мне о том, что на жалованье нельзя разбогатеть?

— Будет трясти, — устраиваясь в соседнем кресле, предупредил он.

Я бросила на Фореста осторожный взгляд и застыла. Он снял капюшон, чары сокрытия рассеялись, и я смогла наконец рассмотреть лицо своего начальника.

Честно говоря, я думала, что он старше. Но на вид Форесту исполнилось чуть больше двадцати пяти. То есть он был старше меня всего на пару-тройку лет.

«И уже начальник? Интересно, за какие такие заслуги?».

А еще он оказался довольно симпатичным: с темно-каштановыми волосами, которые слегка вились на макушке, правильными чертами лица, прямым носом с легкой горбинкой и глазами необычного орехового цвета. То есть светло-карими с зелеными вкраплениями.

— Проблемы, Хоуп? — насмешливо спросил Форест, заметив, что я его разглядываю.

— Никаких, — поспешно отозвалась я, отворачиваясь. — Только хотела узнать, как долго нам лететь.

— Долго. Можешь поспать.

«Ага, поспишь тут, как же!».

Когда наша так называемая «птичка» завелась, она начала тарахтеть так, что я едва не оглохла. Кабинка, в которой мы сидели, заходила ходуном и затряслась как припадочная. У меня даже закрались опасения, что скоро вывалятся все винты, а заодно и мы с ними.

«Может, я поспешила, и следовало дать Кирану второй шанс?».

Гул становился все громче, треск все ужаснее, к нему добавился какой-то страшный вой. А потом нас снова затрясло. На этот раз сильнее. Судя по ощущениям, мы принялись подпрыгивать. Вжавшись в кресло, я изо всех сил вцепилась в подлокотники, крепко зажмурилась и мысленно начала молиться всем богам сразу.

В таких условиях уже не только брак с Кираном показался мне соблазнительным. Я даже начала подумывать о том, чтобы сбежать на острова в Затерянном море и стать послушницей. Что угодно, лишь бы живой добраться до Мордака.

А потом мы взлетели. Качка немного стихла, пропал и треск. А вот жуткий шум остался, в нему добавилось легкое завывание ветра. Но вскоре и к этому удалось привыкнуть.

Открыв глаза, я осторожно повернула голову. Форест спокойно дремал в соседнем кресле, словно происходящее его совершенно не интересовало.

Вот это выдержка! Я же вздрагивала от любого лишнего шума и нового скрежета. Подпрыгивала, когда кабинку в очередной раз встряхивало и начинало мотать из стороны в сторону. В общем, эти часы, — не знаю сколько их было, — стали самыми долгими в моей жизни.

— Заходим на посадку, — раздался вдруг хриплый голос из небольшого динамика вверху. — Держитесь.

«Держитесь? Держитесь!?».

И я держалась, как могла.

Честно признаться, самым худшим испытанием в своей жизни я считала взлет. Но он не шел ни в какое сравнение с приземлением. Вот где был настоящий кошмар.

Мы провалились вниз с такой силой, что у меня заложило уши, а после сразу же поднялись вверх, затем снова вниз и вверх. И так несколько раз. Все это время меня мотало из стороны в сторону, как игрушку в зубах хищной виверны. Как я зубов не лишилась, не знаю. Пару раз они клацнули так, что я не сомневалась — вывалятся.

Мы опустились в последний раз, и наконец-то наступила тишина. Полная. Мне даже почудилось, будто я оглохла. Никакого скрежета, грохота и гула. Просто тишина.

— Добро пожаловать в тридцать третий форт, Миранда Хоуп, — издевательски протянул Форест, отстегивая ремни и поднимаясь. — На следующие два года это твой дом.

Или больше. Потому что возвращаться на этой «птичке» я не собиралась. Лучше всю жизнь прожить здесь, но ноги моей не будет на этом металлическом ужасе!

Однако пока об этом рано было думать.

Свершилось! Я оказалась в Мордаке. На целых два года. И теперь настало время осматриваться и обустраиваться.

Эффектно покинуть салон не получилось. Да что там говорить, если мне и с кресла удалость встать только с третьей попытки. Ноги дрожали, руки не слушались, а сердце еще долго колотилось как сумасшедшее. С трудом верилось, что мы добрались до Мордака целые и невредимые. В какой-то момент даже появилось желание упасть на колени и прижаться к земле губами.

Однако к тому моменту, когда я, пошатываясь и стуча зубами от холода, спустилась по скрипучему трапу, это желание как-то поутихло. Зато возникло новое, куда более острое — придушить своего работодателя.

Но тот, словно предчувствуя опасность, куда-то испарился. Нет, я серьезно. Когда я наконец-то спустилась с трапа и застыла неизвестно где, то оказалось, что рядом никого нет. Вокруг царили темнота и холод, лишь где-то вдалеке виднелись темные сооружения. Никаких огней или указателей поблизости я не заметила, а потому не имела ни малейшего понятия, куда идти, что искать и как теперь быть. Меня попросту бросили.

— Эй, — неуверенно позвала я и покрутилась на месте. — Эй! Здесь есть кто-нибудь? Господин Форест? Вы здесь?

Сначала ответом мне стала тишина, а потом вдруг незнакомый голос поинтересовался:

— Ты чего кричишь?

Из-за самолета вышел странный парень в потертой кожаной куртке, большой кепке с козырьком, огромных, сдвинутых на лоб, очках и с сигаретой в зубах. По внешности сложно было определить возраст, но я предположила, что ему не больше тридцати.

— Здравствуйте, — слегка подрагивающим голосом произнесла я, сжимаясь от очередного порыва ветра.

— Здрасте, — усмехнулся он. — Ты что ли наша новая целительница?

— Я. Простите, не знаю, как вас зовут.

— Ларс. И мое имя ты лучше запомни, пригодится, — самодовольно заявил он, вытирая руки о какую-то грязную тряпку, которую потом засунул в карман своих широких штанов.

— Неужели? — недоверчиво хмыкнула я.

— Ага. Я твоя единственная путевка на большую землю.

Я промолчала, ожидая продолжения и стараясь сильно не дрожать от холода.

— В форте я бываю два раза в неделю: в понедельник и в пятницу. Заказы принимаю на листе. Пиши лучше в двух экземплярах. Один себе оставь, другой мне принеси. А то вы, девушки, вечно забываете, теряетесь, а мне потом разбирайся. Пиши разборчиво и максимально точно. И подробно, чтобы я не ошибся. Процент беру небольшой. Всего десять процентов.

— Процент? Какой процент?

— За доставку. Или ты думаешь, я по магазинам на большой земле должен просто так ходить? Особенно за этими вашими… женскими штучками. Но ты не бойся. Чеки я привожу, все честно. Вещи и товары доставляю качественные. Отзывы только хорошие. Так что обращайся, не стесняйся.

— Спасибо, — отозвалась я.

Кажется, до меня начало доходить.

Большой землей Ларс называл все, что находилось за пределами Мордака. За небольшой процент он закупал необходимые вещи и привозил сюда.

«Ничего так, хороший бизнес. А кое-кто утверждал, что здесь, в Мордаке, можно приобрести все необходимое».

— Хоуп! — раздался злой окрик, который заставил меня вздрогнуть и резко обернуться.

Стоило вспомнить о нем, и вот он, господин Форест собственной персоной.

— Ну и где ты пропадаешь?

— Здесь.

— Долго тебя ждать? — задал он следующий вопрос.

— Меня?

— А кого еще? Давай быстрее.

«Да он издевается? Сам пропал, а теперь выпрыгнул, как черт из табакерки, и отчитывает».

— Я же ясно сказал: следуй за мной.

«Серьезно? И когда это произошло? В какой момент? И почему я его пропустила?».

— Иду, — буркнула я и поспешила за Форестом, который уже развернулся, намереваясь снова исчезнуть.

— До понедельника, целительница! — крикнул мне вслед Ларс.

Он явно не сомневался, что в понедельник я явлюсь сюда со списком покупок. И что-то внутри меня говорило о том, что так все и будет.

— Уже нашла себе поклонника, Хоуп, — фыркнул Форест, когда я подошла ближе.

Я как воспитанная девушка промолчала, лишь наградила его убийственно-холодным взглядом. Настолько же холодным, как и окружающее нас пространство.

Либо взгляд получился не сильно красноречивый, либо броню этого типа ничем не пробьешь, но он никак не отреагировал.

— Из-за вас Лима задержалась в офисе дольше обычного. Может, стоит вычесть ее переработку из вашего жалования?

— Как хотите, — процедила я, ни капли не сомневаясь, что именно так он и поступит.

Миновав огромную арку, мы оказались у двухэтажного здания из серого камня с небольшими округлыми окнами. Оно находилось на небольшом пригорке, а потому немного возвышалось над всеми остальными низкими строениями.

— По лестнице на второй этаж, далее прямо по коридору. Там найдете Лиму.

— А вы?

— А у меня имеются и другие заботы, — отозвался он. — Лима введет в вас в курс дела, выплатит жалование и покажет вашу квартиру.

— У меня будет собственная квартира? — встрепенулась я.

Хорошо хоть не общежитие. Ведь мысленно я уже готовилась к худшему.

— Да. Но не обольщайтесь. Это имущество форта, и оно… полностью соответствует всему, что здесь есть.

Мне даже думать не хотелось о том, что это значит. Кивнув, я поспешила в здание. Внутри явно было теплее, чем на улице.

Я поднялась по лестнице, прошла по коридору, как было сказано, и попала в просторную комнату, которая явно служила секретарской. За столом сидела миловидная блондинка лет двадцати пяти с короткими пышными кудряшками, с белоснежной, словно фарфоровой кожей, легким румянцем, ярко накрашенными голубыми глазами и красными губами. Она что-то тихо напевала себе под нос и пилочкой точила алые ноготки.

— Добрый… вечер? — поздоровалась я, застыв в проеме.

Встрепенувшись, девушка подняла на меня взгляд, а потом широко улыбнулась и отложила пилочку в сторону.

— Привет. Так это правда, что нам выделили целительницу?

— Да, — отозвалась я, гадая, почему всех так удивляет данный факт.

Лима вскочила с места и вышла из-за стола. На ней была полупрозрачная белая блузка, сквозь которую прекрасно просвечивался кружевной лиф, узкая серая юбка чуть ниже колен и туфли на высоченном каблуке. Надев столь провокационный наряд, девушка не просто демонстрировала желание поскорее выйти замуж, но и явно делала для этого все возможное и невозможное.

— Я Лима. Лима Стэнфорд.

«Странно. Почему мне знакома эта фамилия? Или, может, мне почудилось?» — подумала я, а вслух представилась:

— Миранда Хоуп.

— Очень приятно, Миранда. Ты же не против, что я к тебе на «ты»?

— Нет. Так даже лучше.

— Вот и ладненько. Ну что ты стоишь в дверях? Заходи скорее.

Я послушно вошла, а Лима тут же принялась меня рассматривать.

— Какой на тебе симпатичный костюмчик. Такой пиджачок интересный. Это что, возврат к стилю академии? Он был в моде лет пятнадцать назад и, видимо, опять вернулся.

— Не совсем. Это действительно форма. Я прибыла прямо из академии, — призналась я.

— О-о-о, — удивленно протянула она. — А остальные вещи где? Тебе не мешало бы переодеться во что-нибудь более теплое.

— Вещей нет.

— Ох! — всплеснула Лима руками. — Что же ты такого натворила, что тебя отправили к нам, да еще без вещей?

Такого вопроса я точно не ожидала и понятия не имела, как на него отвечать.

— Брось. Все знают, что в тридцать третий форт попадают лишь по великой немилости, — беспечно продолжила она, беря меня за руку и усаживая на скрипучий стул. — Ты такая холодная! Продрогла совсем. Не хватало, чтобы ты заболела. Хотя… ты же целительница. Целительницы могут сами себя лечить?

— Да, — хмыкнула я, расслабляясь.

Лима мало походила на высокомерную стерву и вела себя довольно мило. Ну а то, что мечтала стать следующей госпожой Форест — так это ее проблемы.

— Отлично. Потому что мой тебе совет: не доверяй госпоже Уилбон и ее настойкам. Она там такое мешает, что даже представить страшно. Сейчас сделаю тебе чай.

— Но господин Форест сказал, что рабочее время уже закончилось. Мне бы не хотелось тебя задерживать, — произнесла я.

— Слушай, ты первая новенькая за последние полтора года. Думаешь, что я отпущу тебя просто так? — хихикнула Лима. — Мне же жутко интересно, что там делается на большой земле. Ты сама откуда?

— Фермония. Анхорн.

Лима поспешила к столику и принялась заваривать горячий чай. Честно говоря, это пришлось очень кстати, поскольку я действительно сильно замерзла.

— Южанка, значит. Я так и поняла. У тебя такая смуглая кожа и такие красивые темные глаза, сразу понятно, что ты с юга.

Небольшой чайник нагрелся довольно быстро. Лима аккуратно разлила чай по изящным кружкам и поставила их на серебряный поднос. Из шкафчика она достала вазочку с печеньем и водрузила ее рядом. Подкатив специальную тележку, Лима села рядом, протянула мне чай и прощебетала:

— Угощайся и согревайся. А я пока расскажу тебе все, что нужно знать о тридцать третьем форте и его жителях. Во-первых, забудь все, что тебе рассказывали о тридцать третьем форте. Врут.

— Да мне вообще никто ничего не рассказывал, — призналась я.

Лиму мои слова по-настоящему удивили.

— Правда? — переспросила она и тут же широко улыбнулась: — Так даже лучше. Мне лично такое рассказывали, что я в обморок рухнула. Целых три раза. — Она принялась загибать пальцы на левой руке: — В первый раз, когда услышала. Второй раз, когда летела с Ларсом. Честное слово, я думала, что умру. А в третий раз, когда ступила на эту землю. Это был просто шок.

— Хм, — пробормотала я и сделала глоток горячего чая.

Сразу стало теплее.

— Итак, ты не переживай, монстры сюда не добираются. Даже во времена самых страшных прорывов их успевали перехватить на тридцать первом форте. У нас здесь тихо, спокойно и скучно. И это, я хочу тебе сказать, огромный плюс. Денег и славы, конечно, мы не получаем, но все не так плохо.

— Угу.

— Кроме того, у нас есть господин Форест, — пропела Лима.

И я еще больше убедилась в том, что она влюблена в начальника. Впрочем, Лиму можно было понять. Не будь Форест такой вредной заразой, я бы даже назвала его симпатичным.

— И что в этом хорошего? — хмыкнула я.

— Ты просто не знаешь, что тут творилось, когда фортом руководил другой. Господин Тунс. Я его не застала, но последствия его работы до сих пор приходится разгребать. Хотя прошло уже четыре года.

— Четыре года? — нахмурилась я. — Мне казалось, что отработка всего два года. Или господин Форест здесь по собственной воле?

— Сомневаюсь, — хмыкнула Лима, подавая мне вазочку с печеньем. — Я, конечно, точно не знаю, но ходят слухи, что ему не оставили выбора.

— Хм, — снова пробормотала я, кусая печенье и запивая чаем.

Сейчас был тот самый случай, когда лучше помолчать и послушать.

— Так вот, этот Тунс — настоящий вор и мошенник. За время его руководства, которое длилось более десяти лет, тридцать третий форт превратился в просто… просто кошмар! Разбежались все специалисты, коренные жители разъехались в соседние форты, жилье обветшало, закрылись почти все лавки и учреждения, — продолжила беззаботно перечислять Лима. А потом, видимо, спохватившись, охнула и нервно захихикала: — Ой, ты не думай, все не так плохо. Теперь-то намного лучше. Да-да. Уверяю тебя. Господин Форест столько всего хорошего делает для всех нас. Ремонт начал, финансирование пытается выбить, специалистов ищет. С Ларсом вот договорился, и он теперь два раза в неделю к нам приезжает. А раньше два раза в месяц. И разрешил списки ему писать. Форт постепенно возрождается.

— Ты же сама сказала, что я первая новенькая за полтора года, — напомнила я.

В стремлении скрыть неловкость Лима захихикала еще громче.

— Ну да… из-за Тунса нам мало кого дают. Зато ты теперь тут. Ты же не собираешься уезжать?

— У меня два года отработки.

— Подумаешь! Вот до тебя была Офелла. Хорошенькая такая, умная девушка. Талантливый артефактор. Родители хотели выдать ее за своего партнера. Их даже не волновало, что тот уже трижды вдовец и в два раза старше. Главное, богатый. Офелла отказалась, и ее сослали сюда. Вся такая хрупкая, нежная и воздушная. Не выдержала. Связалась с родными. Те выплатили штраф, забрали ее с собой и выдали за того человека.

— А ты? Тебе много осталось?

— Пара месяцев, но я думаю остаться на более длительный срок. Все равно дома меня никто не ждет, — отозвалась Лима. — А тут интересная работа, собственное жилье, стабильный заработок. Я ведь довольно посредственный маг. Академий и училищ не заканчивала. Все мои знания — это школьное обучение. Так что идти-то мне некуда. Родители умерли, а жених… я ведь из-за него сюда попала. Влюбилась не в того, — с грустной улыбкой поделилась она. — Он талантливый маг, сильный, успешный, из богатой семьи, а я… так. Его родным не понравились наши отношения, и меня отправили сюда. Первое время мы переписывались, клялись в любви. Он обещал приехать после получения диплома, но не вышло. В последнем письме он просил прощения, сообщал, что встретил другую, и желал мне всего хорошего.

— Мерзавец, — совершенно искренне проговорила я, мысленно отметив, что в последние сутки все сильнее разочаровываюсь в парнях.

— Именно. Ты как? Согрелась?

— Да, спасибо большое, — кивнула я и отставила в сторону пустую кружку.

— Тогда займемся твоим обустройством.

Лима вернулась к столу, села в свое кресло, открыла скрипучий сейф и достала оттуда деньги.

— Твоя первая выплата. Тридцать девять анариев. Их дают на обустройство. Оплата у нас каждый месяц пятнадцатого числа. Так что много не трать.

Лима отсчитала купюры и закрыла сейф. Потом выдвинула ящик стола и достала тяжелую тетрадь. Пролистав до нужной страницы, быстро внесла запись и протянула мне.

— Распишись.

Я послушно подошла ближе и подставила подпись в указанной графе.

А Лима тем временем достала из другого ящика тяжелую коробку с ключами. На каждом висела бирка с номером.

— Это ключи от квартиры. Будем соседями. У тебя двенадцатая квартира, а у меня тринадцатая. Прямо напротив твоей.

Я кивнула.

Это даже хорошо. Будет к кому сходить в гости и задать все интересующие вопросы.

— Не могу отпустить тебя в таком виде, — продолжила Лима. — Ты же замерзнешь. Тут хоть недалеко, но все-таки. У меня где-то должна быть кофта. Осталась еще от прошлой секретарши. Ты не думай, она чистая… вроде.

Она достала из шкафа серую вязаную кофту, бесформенную, с растянутыми рукавами и заштопанными локтями. Но несмотря на внешнее уродство, та оказалась очень теплой и мягкой.

Положив деньги в карман пиджака, я взяла ключи, шагнула к выходу и принялась ждать, когда Лима возьмет теплый жакет и сумочку.

Выключив свет, мы вместе спустились на улицу.