Брачный контракт по-драконьи

— Ну что, цыпочка? Раз твой благородный папенька сбежал, придется тебе со мной натурой расплачиваться, — скалится огромный бугай в кожаной жилетке, загородивший собой входную дверь нашего небольшого дома.

И даже если бы мне удалось прорваться, дальше двора я бы не ушла: бандиты кредитора повсюду. Они топчут и крыльцо, и старый прогнивший пол маленького холла, где меня и поймали. Вломились в дом на ночь глядя!

— Не подходите ко мне! — рычу я, вооружившись кочергой, и вздрагиваю, когда бородач, он же главный, хищно облизывается.

— Обнищавшая молодая леди еще смеет командовать? Придется тебя воспитать! Мужики! — кивает главный.

И двое бугаев кидаются в мою сторону.

Калечить кочергой никого не хочу, хотя стоило бы, только отмахиваюсь, и мое единственное оружие вырывают из рук, больно оцарапав кожу ладони, а в следующую секунду и вовсе хватают за плечи.

Молодой барышне, путь и обнищавшей, не пристало драться, но жить хочется больше, чем думать о подобной ерунде. Потому и бью одного толстяка локтем прямо в живот. Только вырвавшись, попадаю в руки другого высоченного и дурно пахнущего бандита.

— Не рыпайся, цыпа! А то не хозяйскую постель согревать будешь, а в дом удовольствий он тебя продаст! — пугает Длинный, пытаясь меня сцапать.

Отмахиваюсь как могу и потому срываю цепочку с его шеи с каким-то камнем.

Бандит свирепеет, а я бью коленом по запрещенному месту и спешу к окну, моля богов лишь об одном: безопасность.

В глаза бьет яркая вспышка, а тело будто подхватывает нежный теплый ветер. Противные пугающие голоса исчезают, я разлепляю веки и точно через мутное стекло смотрю на дорогой паркет под пальцами.

У нас дома пол вообще-то деревянный и гнилой. Тут еще и стеллажи с книгами. Библиотека?

Звук моего прибытия заглушает женский высокий голосок, кого-то радостно приветствующий.

— Что тебе нужно, Кларисс? — раздается усталый мужской голос.

Но, даже несмотря на холодный тон, звучит он весьма привлекательно. Особенно в сравнении с голосами тех, кто за мной охотился.

Смаргиваю, чтобы убедиться, что не схожу с ума, но картинка перед глазами не меняется. Это огромный кабинет, освещенный тусклым светом лампы, находящейся, скорее всего, на столе.

Самого стола я не вижу: обзор закрывает стеллаж, за которым я каким-то образом оказалась.

А Кларисс — это, видимо, та блондинка, которая застыла в эффектной и совсем нескромной позе в дверях. Скромностью не веет и от ее синего платья, декольте которого заканчивается чуть ли не под грудью.

— Ты больше не хочешь меня видеть? — Красотка дует губки и соблазнительно покачивает бедрами, проходя к столу, но мужчина, силуэт которого я начинаю различать, даже не смотрит в ее сторону. Не оценивает.

Ой-ой, кажется, я не только не в то место, но и не в то время угодила. Как я вообще тут оказалась?

Кидаю взгляд на свою руку, в которой до сих пор зажата цепочка одного из громил. Это перемещающий артефакт? Но почему сюда?

Гадать некогда. Нужно придумать, как выбраться, пока парочка меня не заметила и не приписала мне проникновение или шпионаж!

Сжимаю в пальцах подвеску, думая то об одном месте, то о другом, но ничего не происходит. Артефакт одноразовый? Придется выбираться самой.

А для этого нужно оценить перспективы, потому и выглядываю самую малость из-за стеллажа, за которым и очутилась.

— Я уже сказал тебе один раз: между нами ничего не будет. У меня другие планы на жизнь. — раздается бесцветный голос хозяина кабинета.

И я на секунду застываю.

Эти строгие черты, волосы цвета вороньего крыла, темные, будто бы въедающиеся в саму душу глаза… Как меня угораздило попасть именно к Нему?!

— У тебя кто-то есть? — не унимается блондинка.

Мужчина переводит на нее такой взгляд, что ее становится жалко. Видят боги, лучше бы гостья прикусила язык.

— Если это все, зачем ты пришла, то возвращайся. Прекращай ухищряться и сохрани достоинство, Кларисс, ты леди. Ночь сгущается. Не будем плодить слухи.

— Как будто тебе есть дело до того, что говорят люди, — фыркает красотка. — Ты жестокий! Тебе плевать, как сильно тебя кто-то любит!

— Разве я хоть раз давал тебе повод? — Мужчина взглядом указывает на дверь.

А тон такой, что лучше не спорить. Я бы точно не стала.

— Ты! Ты! Невыносим! — выпаливает девица, разворачивается, а затем как завизжит: — Боги, кто это?!

В панике слежу за ее взглядом и лишь сейчас замечаю на полу у стены зеркало, в котором отражаюсь я сама. Мамочки!

— Мышка, которая не умеет прятаться, — выдает лорд спокойным голосом, поднимаясь из-за стола.

Но его почти не слышно из-за визга блондинки. Она хватает в руки какую-то тяжелённую книгу и запускает прямо в меня, да так, что эта махина приплющить сможет.

Не успеваю зажмуриться, как талмуд исчезает, а вместе с ним исчезает и та, кого звали Кларисс. Этот лорд ведь не испепелил ее?

— Думал с тобой без свидетелей побеседовать о причинах незаконного перемещения в мой кабинет, но увы. 

Мужчина шагает ко мне.

А я на секунду забываю, как дышать.

Выходит, он сразу понял, что я здесь? Узнал меня? Вот это вряд ли! Он даже всех своих девиц не помнит, не то что меня. Надеюсь!

По крайней мере, проверять это я точно не буду! Не то такими темпами, благодаря ему, могу оказаться в очень плохой ситуации. Вздрагиваю, вспоминая прошлое.

Нет. Точно не хочу! И потому что есть силы толкаю чайный столик на колесиках, чтобы замедлить лорда, и кидаюсь к выходу.

К счастью дверь, которую я едва не выламываю на ходу, выводит в коридор. Дом совсем незнакомый и огромный. Запутаться проще простого, но я уже вижу лестницу!

— Лучше сама остановись, не вынуждай меня за тобой бегать, все равно ведь не уйдешь.

Я слышу самоуверенный тон с усмешкой, а этот страстный лорд, не знающий отказов женщин, решительно топает за мной.

Вот уж нет! Попадаться ему я точно не буду! А если он слуг позовет, и меня схватят? Предъявят за проникновение и шпионаж? А если узнает… только не это!

— Батюшки! Глазам не верю! — раздается взволнованный голос, едва я спрыгиваю с последней ступени и застываю, увидев перед собой в белом холле целую толпу господ с миниатюрной старушкой в сиреневом строгом платье во главе.

Она окидывает меня взглядом и так удивляется, что я начинаю переживать за сохранность ее глаз.

— Ах ты, мелкая шкодница! Заставила меня попотеть! — звучит позади голос самого лорда.

И стоит старушке заметить и его, как она хватается за сердце. Грозный мужчина, который, кажется, готов был меня отшлепать, едва поймав, тут же замедляет шаг.

— Мадам Соул, ты что тут делаешь? — Он хмурится.

— То, что должна, — собралась искать любимому внучку невесту! Но вижу, ты наконец-то решил остепениться, — выдает бабуля, странно поглядывая в мою сторону, а точнее на ночную сорочку в которой я сбежала из дома.

Боги! Какой стыд!

— Это не то, что вы подумали! — хочу выкрикнуть я, едва сообразив, как же глупо все это выглядит.

Я, наверное, красная, как вареный рак, только вот и слова вымолвить не успеваю: яркая вспышка вновь бьет в глаза, тело подхватывает ветер, а рядом раздаются те страшные голоса, от которых я и пыталась спастись.

— Думала, я не смогу призвать свой артефакт обратно, цыпа?

— Думала, я не смогу призвать свой артефакт обратно, цыпа? — скалится тот Длинный, которому я заехала по причинному месту.

Вопросов, почему он так на меня зол, не возникает, в принципе. Того и гляди сейчас по стенке тонким слоем размажет.

Кстати, о стенах. Взгляд бегло скользит по помещению, в котором я оказалась, и это вовсе не мой дом. Какая-то старая и пыльная лачуга с деревянными стенами, в щели которых пробираются холодный ночной воздух и белый свет луны.

Он же светит в крохотное оконце на спины моих похитителей, которых тут трое. Рыжего бородача среди них я не вижу, и потому становиться еще тревожнее. Об этой банде кредиторов каждый на хуторе, куда мы с отцом, обанкротившись, переехали, знает каждый. И главный, хоть и тот еще гад, но держит псов на поводке. А поскольку его нет…

Содрогаюсь от ужасающих мыслей и ругаюсь про себя. Ну почему отец занял у них деньги? Почему ни слова не сказал мне, а сбежал, как чужой человек?

Где-то в глубине души хочется верить, что все не так, как выглядит. Что мой единственный близкий родственник (а все остальные отреклись от нас, едва отец оступился) не мог так поступить. Но если думать в этом ключе, то, значит, с папой что-то случилось. А это куда хуже, чем просто бросил меня и сбежал.

— Эй, рыжая, чего притихла? — гаркает Длинный, подцепляя меня длинным крючковатым пальцем за подбородок.

Цапнула бы, но боюсь, что стошнит.

— Главного зови. С тобой говорить не буду, — рычу я с вызовом, потому что знаю, что показывать страх перед гиеной вроде него — все равно, что проиграть.

— Ты тут еще командовать будешь?

— Он хочет вернуть свои деньги, а я знаю, где их достать. Но если хоть пальцем меня тронешь, слова не скажу. А с меня вы так много вы не заработаете, — заявляю я твердо, хотя внутри все трясется так, что без успокоительного я вряд ли смогу уснуть в течение трех дней.

— А ты знаешь, сколько стоят девицы в публичных домах? — скалится Длинный. — Да я сам всю свою выручку отдам за то, чтобы наказать тебя, как душе моей угодно.

От его слов внутренности связываются в узел. Только не реветь! Держись, Диана! Держись!

— Длинный, угомонись. Вдруг правда знает, где деньги? Сначала вытрясем все, что знает, а потом у хозяина разрешение на нее спрашивай, — шипит толстяк, даже не представляя, как мне сейчас помогает.

— Брось, Бухряк! Врет она все! Эта ледя больших денег и сама уже много лет не видела!

— Сам вспомни, карта показала, что твой артефакт был в богатых домах. Неспроста же деваха туда подалась? — размышляет толстяк, а потом смотрит на меня. — Ну, что ты там делала? Отвечай!

— Да что она могла? В прислугах, небось. Хозяин ей денег не даст, даже если костьми она ляжет, — фыркает Длинный.

— А может, она украдет?

— У лорда Соула? Разве что самоубийца. Помрет, а денег мы так и не увидим. Так что зря ты ей веришь, Бухряк. Я сам с ней разберусь и с Главой все улажу! — решает ослепленной злостью и жаждой наказания Длинный.

Он делает шаг ко мне, и лунный свет падает на его пугающее угловатое лицо с большим носом и кривой жуткой ухмылкой.

— А вот и даст! Я не прислуга! Я замуж собралась! Жених и заплатит! — выпаливаю я чушь, которая приходит на ум в панический момент.

А что? Я оттяну время, может даже сбежать смогу, а эти бандиты и близко к дому Соула не подойдут. Не самоубийцы!

— Ты? За лорда? Хорош брехать! Этой ночью ты будешь греть мою постель, — не верит Длинный, продолжая надвигаться на меня.

Сжимаюсь в ком, наспех оглядываю помещение, примечая ломаный стул и пару досок, и готовлю безумный план. Сжимаю в кулаке песок, который нащупывала все это время на полу, чтобы швырнуть в глаза бандитам. А потом будь что будет.

И только этот Длинный наклоняется, хватает меня за грудки, поднимая над полом, а я собираюсь замахнуться песком, как… грубияна будто ветром в сторону сносит! Мой песок тоже улетает из плотно зажатых пальцев прямо мне в нос. Затем вспышка. Еще одна! Еще!

И бандиты, все трое, лежат у моих ног.

Старая деревянная дверь лачуги со скрипом открывается, и я замираю, глядя на силуэт высокого широкоплечего мужчины в сиянии лунного света.

Это Он?

Дорогие читатели, рада привествовать вас в легкой и огненной истории! Здесь планируется максимум мурашек, огонька, классный мужик-дракон и девчонка с острым язычком. Посмотрим, как у них получится играть жениха и невесту и не потерять голову друг от друга, при том, что характеры ох какие разные!

Наши герои:

Диана Роувэлл (давайте выберем, какая картинка больше подходит)
1

2

3

Рэгард Соул

Обложечка:

Буду очень благодарна за лайки к этой истории и ваши комментарии! Они - мое вдохновение ❤️ А так же подписываейтесь на автора))

Не моргая смотрю на мужчину, который по-хозяйски входит в помещение. Лунный свет, проникающий в оконце, наконец-то, освещает его лицо, и я смаргиваю, не в силах поверить, что передо мной сам лорд Соул.

Нет! Ну, в самом деле, что ему тут делать?

— Миледи, вы в порядке? — осведомляется он у меня, переступая через одного из громил, точно через мешок картошки.

Не думает, что тот за ногу его цапнуть может? У таких гадов сотни подлых способов победить!

Однако рыпается вовсе не «мешок картошки», а Длинный, которого уложили у дальней стены. И в первую же секунду его тело, как и тела всех остальных, связывают светящиеся путы, появившиеся как по волшебству.

А волшебство взялось как раз по щелчку пальцев лорда.

— Не суетитесь, господа. Силы вам понадобятся для общения с жандармами, — холодно и спокойно выдает лорд.

Но в его интонациях звучит пренебрежение.

— Да хоть инквизицию сюда зови! Мы ничего дурного не сделали! — выплевывает Длинный.

Рычит, хрипит, однако страх в его поблескивающих глазах еще как присутствует. Конечно, это же не на меня нападать, а спорить с тем, кто уложил троих одной левой!

— В самом деле?

Темная бровь безупречно красивого мужчины изгибается, а его глаза вспыхиваю таким пламенем, что Длинный даже вздрагивает.

Бандиту не нравится то презрение, с которым лорд смотрит на него, точно на червяка. Нет, даже черви куда приятнее, чем настолько прогнившие люди. В этом я с лордом, пожалуй, согласна.

— Она наша должница! Деньги взяла, мошенница, а возвращать не хотела! Мы за своим пришли! Все по закону! И расписка имеется! — выкрикивает Длинный, видимо надеясь этой речью переманить лорда на свою сторону.

На секунду я пугаюсь, что Соул поверит, и хочу выкрикнуть на случай, если меня вдруг передумают спасать: «Неправда! Ничего я у вас не брала!», но не успеваю.

Да и необходимости в этом, как выясняется, нет.

— Кто что должен, решит суд. А вот за нападение на… — Лорд останавливается на секунду, глядя на меня. Имени не знает? — …мою избранницу, будете отвечать по всей строгости.

Чего? Как он меня только что назвал?

Кажется, Длинный и его подельники тоже ЭТОГО не поняли. И, я уверена, они бы с удовольствием прочистили уши, если бы их руки не были связаны. А так лишь хлопают ресницами.

Лорд тем временем снимает с себя камзол, и темная грубая ткань опускается на мои плечи.

— Ты дрожишь. Пойдем отсюда. О них позаботятся и без нас, — произносит он.

А я, как дурочка, стою в оцепенении, хотя обычно мне палец в рот не клади.

Даже отец вечно сетовал на это, говоря, что мой язык однажды меня до беды доведет.

Что ж, в некоторых случаях он был прав. А в этой ситуации, может, лучше помолчать, пока мы отсюда не уйдем?

Потому и киваю, но лорд не спешит вести к двери, в которую вошел. Касается одной из пуговиц на том самом камзоле, которым меня укрыл, приобнимает за продрогшие плечи, и нас охватывает воронка. Портал?

Стены лачуги исчезают, и мы оказываемся в большом каминном зале, освещенным теплым светом торшеров и канделябров на бледных стенах.

— Господин, вы вернулись!

Появляется в дверях полноватая невысокая дама со странным чубчиком, торчащим вверх. Она спешит поклониться, а затем открывает рот, заметив меня.

Вижу, как дама хочет скрыть любопытство и удивление, однако все же проходится беглым взглядом от моих растрепанных волос до босых ног.

— Лема, принеси горячего чая и подготовь для нашей гостьи ванну с травами, — велит лорд Соул.

Я тут же перевожу на него удивленный взгляд.

У меня, наверное, сейчас глаза круглые как монеты. Что значит «ванну»? В доме холостого мужчины! Тем более лорда Соула! Ночью! Меня и быть тут не должно!

Но времени спрашивать, куда мы идем, не было. Я лишь хотела спастись от громил. А сейчас понимаю, что из огня попала в полымя.

Что, если Рэдгар меня вспомнил? Он поэтому пошел за мной? Как вообще нашел?

— Вижу, у тебя куча вопросов. Я на них отвечу, садись. — Мужчина указывает широкой ладонью на одно из кресел у камина.

Он щелкает пальцами, и в очаге разгорается пламя.

Вопросов правда много, а ноги дрожат не то от усталости, не то от пережитых потрясений.

— Ваш камзол. — Я хочу отдать одежду, прежде чем сесть, но лорд одним движением велит оставить ее себе.

Что ж, так лучше. И волосы с лица не стоит убирать. Меньше шансов, что узнает, если еще меня не узнал!

— Как вы оказались в той лачуге? — решаю я начать с самого простого вопроса.

Тихонько сажусь на край кресла поближе к огню и только сейчас понимаю, насколько же продрогла. Шок проходит, и зубы начинают стучать.

— Шел тебя спасать, разумеется. Мне ведь нужна живая невеста, — выдает дракон.

А я чуть ли не давлюсь воздухом.

Кто?

— Вы, кажется, меня с кем-то спутали. Я не могу быть вашей невестой, — сообщаю я ему в этот раз твердо. 

На это у меня есть все основания.

— Разве? 

В уголке темных, четко очерченных и (проклятие!) действительно привлекательных губ прорисовывается самодовольная ухмылка. Понимаю, на что женщины так падки в его случае. Только вот я уже ученая на этот счет, спасибо прошлому! 

— У меня к вам предложение, леди, от которого вы не сможете отказаться!

— Какое предложение? — Я хмурюсь, ибо с тех пор, как смотрю на жизнь без розовых линз, уже не верю в подарки судьбы.

Если кто-то предлагает что-то очень хорошее, то и цену запросит такую, что мама не горюй! Тем более если переговоры ведет сам лорд Соул!

Когда он еще был членом того, о чем я и знать не должна, слава о нем жуткая ходила. Говорят, что стоило ему только появиться на балу или в ресторации, как присутствующие тут же стихали. Было это всего каких-то пять лет назад, но люди словно все забыли и теперь чуть ли не в ноги кидаются. А уж невесты все от мала до велика желают заполучить жениха в расцвете сил. Кстати, сколько ему? Двадцать семь?

Это сейчас не важно. Важно, что он ответит.

А лорд в это самое время очень внимательно смотрит на меня, будто что-то оценивая. И от этого острого, пристального взгляда я невольно напрягаюсь. Даже по спине проходит холодок.

— Что-то не так? — спрашиваю я на всякий случай. 

А чего он так долго пялится и молчит? 

— Или вы передумали вести переговоры?

— И не надейтесь. Предложение простое. Вы выйдете за меня замуж, — заявляет лорд, чеканя каждое слово.

И эти самые слова влетают в меня, как стрелы.

— Что?! — охаю я и вскакиваю на ноги.

Камзол скатывается с плеч и падает на кресло, но холода я больше не ощущаю. Внутри жар от негодования.

Я даже дышать на пару секунд забываю. А ему хоть бы хны, сидит с таким видом, будто все идет как надо. Может быть, мне послышалось?

— Вы все услышали верно, леди… как вас зовут?

Выразительные глаза прищуриваются, в темных радужках отражаются язычки пламени из камина.

— Вы собираетесь жениться на той, чьего имени даже не знаете? Да и вообще как можно разбрасываться подобными шутками? — искренне негодую я. — Это вообще не смешно!

— Я не шучу. К тому же вы ведь первой назвались моей невестой.

— Я? Когда?

— Я слышал все, что вы говорили, пока вычислял точное место, где вы находитесь, — говорит мужчина, кидая взгляд куда-то в сторону стола, на котором стоит… что?

Прикладываю ладони к губам, чтобы не охнуть. Это что, куб отслеживания? Он же до безумия дорогущий. Даже не каждая академия себе такое может позволить этот сложнейший артефакт, способный не только отслеживать, но и прослушивать, а иногда даже «подглядывать» за объектом наблюдения.

Откуда такая вещь у лорда? Хотя глупый вопрос. У кого ей еще быть, если не у него?

Выходит, вот как он меня нашел? А разве я успела что-то обронить, пока бежала? Нельзя ведь отследить человека без его личной вещи.

— Волос. — Лорд показывает мне одну тонкую упругую пружину, лежащую поверх белоснежного платка.

Это мой? Как он вообще его заметил? Нет. Как понял, о чем я сейчас думаю?

— Я солгала, чтобы спастись! Они бы не пошли к вам и не доставили неудобств, — спешу я заверить мужчину, пока он не сделал каких-нибудь неверных выводов и не записал меня в сумасшедшие поклонницы с буйной фантазией.

Лорд лишь усмехается. Это что еще значит? Не верит мне?

— Это я знаю. Как и знаю нынче вашу ситуацию, леди… может, все-таки уже представитесь? Иначе в таком темпе сам придумаю вам имя, — подшучивает мужчина, сверля меня пристальным взглядом.

Боги, вот бывает же у мужчин подобная аура, что мурашки всего лишь от нахождения рядом случаются? Бр-р!

— Имя — это не просто пара слогов, это подарок от родителей ребенку, который останется с ним, даже когда родителей уже не станет. Не нужно с этим шутить.

— Тогда назовите его, — велит лорд.

А мне совсем не хочется. Хотя вряд ли он меня вспомнит. А если вспомнит, ни за что не поймёт, что в том зале в тот день была именно я.

— Диана Роуэлл.

— Роуэлл? — Темные брови лорда хмурятся, а я напрягаюсь до кончиков пальцев. — Кажется, имя вашего отца мелькало в газетах, когда я заканчивал в академию.

Ага, я как раз не доучилась. Хотя могла закончить с отличием. Но судьба сложилась иначе.

— Да, точно. Помню. И мне есть что вам предложить, Диана. Я закрою ваш долг перед кредиторами, если он легальный, если нет… Просто избавлю вас от этих недолюдей. Хотя нет. Я в любом случае вас от них избавлю. Плюс мы договоримся о приемлемой для вас сумме, — начинает лорд с таким спокойным, равнодушным видом, будто он по пять подобных сделок в день проводит.

— С какой стати вам это делать для меня? — искренне не понимаю я, а поскольку жизнь побила так, что в доброту душевную я больше не верю, то решаю спросить прямо в лоб: — Что вы хотите взамен?

— Как я и сказал, вы станете моей женой. Точнее, сыграете на публику мою невесту.

— И зачем вам это?

В уголке выразительных губ опять проскальзывает опасная, но невероятно притягательная улыбка, а во взгляде мелькает что-то демоническое.

Он точно дракон, каким его все считают? Мало ли, кто в родословной затесался.

— Скажем так, вы пробрались в мой дом в самый неудачный момент. Кстати, о том, как вы обошли защиту, вы мне тоже расскажете. Но сначала подпишите контракт. Время — ценный ресурс.

Он щелкает пальцами, и ко мне летит не лист, не свиток, а целая книга. Боги! Он это серьезно?! Судя по непоколебимой уверенности в глазах лорда — да.

— Читайте, читайте, — поторапливает мужчина, пока я в негодовании рассматриваю «книгу».

Затем листаю плотные шероховатые страницы одну за другой и уже чувствую, что вот-вот пар повалит из ушей от нарастающей злости, как вижу… это!

Пару раз смаргиваю в надежде, что от усталости почудилось, но нет.

Мне и предыдущих пунктов хватало про разгуливание по вечерам в одиночестве, про одежду, про прическу, чтобы внутри все начало кипеть, но это! Вы только послушайте:

«Пункт 128. Никаких хождений по публичным домам»!

Он кем меня вообще считает?

Об этом и спрашиваю лорда, который в ту же секунду сначала удивляется, затем хмурится. Забыл, что написал? Или сильнейший мира сего моего гнева испугался?

Да он из тех, кто не вздрогнет, даже если небеса на землю рухнут. Интересно, как он объяснит необходимость подобного пункта.

Хотя лорд и не собирается, попросту задает мне вопрос:

— А вы туда намеревались пойти?

В темных глазах еще и такой опасный прищур, будто он играет со мной, как кот с мышкой.

— Нет, разумеется! — с трудом сдерживая эмоции, отвечаю я.

— Ну тогда все в порядке. Незачем заострять на этом внимание.

Вот же… Даже не знаю, что ему ответить, хотя язык чешется. Кажется, вот-вот у меня из ушей пар повалит.

Закрываю на несколько секунд глаза, чтобы успокоиться, делаю глубокий вдох, а после продолжаю изучать перечень безумных правил.

«Проживание в доме жениха с момента подписания договора». «Никаких связей с посторонними мужчинами». Ну, тут логично. «Посещение клуба гончарного искусства по четвергам. Посещение с лордом Соулом всех мероприятий, выбранных им. Исключение — ухудшение состояния здоровья, подтвержденное лекарями». Он даже это предусмотрел!

«Осведомление о круге знакомых, если с ними планируется встреча».

Да он рабыню ищет, а не невесту!

Не зря он еще с академии мне не нравился! Я тогда только первокурсницей была, даже ляпнула кое-что, а он услышал. Благо уже был выпускником, а то не спустил бы мне с рук «порчу» своей драгоценной репутации.

Ну а что не так, если я его собственными глазами с тремя разными девушками за два дня увидела. И… эм… они вовсе не были друзьями. А моя подружка по курсу — и она же подруга детства по совместительству — решила носить лорду шоколадные кексы по утрам, потому что где-то услышала, что он их любит.

В общем, в кондитерши у нас каждая вторая тогда записалась, ну я и попыталась привести подругу в чувство, чтобы она не стала очередной игрушкой сердцееда. А она на меня разозлилась и закричала:

— Просто скажи, что он тебе тоже нравится! Ты выделиться хочешь, вот и делаешь вид, что он тебе не интересен!

— Райла, ты в своем уме? Что там может нравиться? Груда мышц, красивое лицо? Мне душа важна. А души у него нет. — В тот момент, между прочим, я не с потолка эту мысль взяла. — Так что не нужно мне приписывать то, чего нет! Хочешь носить по утрам эти кексики — носи! А я никогда не буду!

Кто ж знал в этот момент, что первый красавец академии стоит у меня за спиной?

И кто знал, что очередным пунктом в этом бесконечном списке будет: «Готовить шоколадные кексы по утрам». Да он издевается! Нет… он помнит?

Тут же перевожу ошарашенный взгляд на лорда, а он будто бы и ждал этого момента. Неужели узнал? Тогда зачем мое имя спрашивал? Нет, скорее это совпадение. А даже если и помнит, что одна рыжая макушка бегала по академии в другую сторону от него, это ничего не меняет.

Пока он не вспомнил другую нашу самую опасную встречу — все хорошо. А лорд не должен вспомнить. Я тогда хорошо замаскировалась.

— Дочитали, леди Роувелл?

— Скорее день сменит ночь, чем этот список закончится, — вполне честно говорю я. — К чему столько правил и сложностей, господин Соул? И еще я так и не нашла здесь ответа, почему именно меня вы решили выбрать в качестве своей фиктивной невесты? — задаю вопрос я, хотя слово «рабыня» подошло бы лучше.

— Ну как же. Пункт шестьдесят восемь, — преспокойненько так сообщает он.

Перелистываю кучу страниц назад и читаю: «Ни в коем случае не позволить Мадам Соул догадаться, что все это фикция».

— Мадам Соул? — Я хмурюсь. — Это ваша мама?

Стоп. Насколько я помню, мама его давно скончалась. Тогда…

— Это моя бабушка. Вы как раз налетели на нее у лестницы, когда хотели выбежать из моего дома почти в неглиже.

Боги! Точно! А этот лорд еще и подался следом за мной со словами «Ты заставила меня попотеть!». Боги, какой стыд! Какая нелепая ситуация!

— Хотите сказать, что затеяли всю эту аферу ради вашей бабушки? — уточняю я.

— А вы сомневаетесь, леди пока еще Роувелл? — уточняет мужчина, делая акцент на словах «пока еще».

А в уголках выразительных губ эта его дьявольская полу улыбка.

В такие моменты он особенно похож на опасного хищника, загнавшего жертву в ловушку изощренными методами. И этой самой жертвой, кажется, могу стать я.

Нет уж!

— Вы не тот, кто пойдет на поводу у других. Даже если это ваша бабушка.

— Так хорошо меня знаете? — еще шире усмехается лорд.

 Его все это забавляет?

— О вас достаточно много говорят, так что я наслышана. Даже король не смог заставить вас согласиться на Отбор невест, и тут вы вдруг решаетесь на аферу ради бабушки? Где логика? — спрашиваю я.

Но помалкиваю про то, что старушка, хвала богам, выглядела здоровой.

Будь она больна и немощна, эту схему можно было бы понять. Даже самый суровый мужчина может поступиться своим комфортом, чтобы позволить дорогому человеку уйти с легким сердцем без переживаний. Это благородно. Но та мадам, как называет бабулю сам лорд, выглядела, хвала богам, здоровой. Я это точно помню.

— Так в чем настоящая причина, лорд Соул? — Я смотрю на мужчину пристально и серьезно.

А тот прищуривается, будто изучает меня вновь и вновь. И всякий раз под разным углом. Даже наклоняется вперед, ближе ко мне, отчего я отодвигался до тех пор, пока не упираюсь всем телом в спинку мягкого кресла.

— Вы чего?! — Я хмурюсь.

Но, вместо того чтобы отстраниться, он напирает дальше и не останавливается, даже когда между нашими лицами остается лишь пара сантиметров.

Мои легкие наполняются соблазняющим ароматом его парфюма, а горячее дыхание лорда обжигает губы…

— А как вы думаете, леди Роувэлл? — шепчет мне лорд почти в губы.

А его низкий, завораживающий голос пробирается прямо под кожу, заставляя все внутри вспыхнуть.

Дьявольский соблазнитель, который нашел себе очередную игрушку — вот что я о нем думаю! Но беру свои эмоции под контроль и говорю иное:

— Надеюсь, в этом списке есть пункт о границах, иначе дальнейшее обсуждение сделки бессмысленно.

Я тычу указательным пальчиком в его твердую грудь, намекая, что от меня лучше отстраниться. Немедленно.

А нечего принимать меня за одну из своих чокнутых поклонниц. Я не планирую млеть и соглашаться на все, лишь бы заполучить его внимание.

И лорд, кажется, считывает все мои мысли по взгляду. Вот и славно. Честность и прозрачность — залог успешной сделки.

— Я вас смутил? — Мужчина прищуривается, но, хвала богам, все же отстраняется, возвращая мне возможность спокойно дышать. 

Хотя пульс в ушах все еще тарабанит.

— Вас это удивляет? Или в вашем кругу общения подобное считается нормой?

Лорд усмехается, причем довольно.

— Это проверка, леди Роувелл. Я должен быть уверен, что выбранная мной невеста будет способна с достоинством выйти из любой неловкой ситуации.

Он что, к войне меня готовит?

— И каков ваш вердикт? — теперь прищуриваюсь я, и точно так же хищно, как и он. 

Хочет играть — поиграем. С этой минуты пусть не расслабляется.

— Продолжим обсуждение контракта, — кивает мужчина, не отводя от меня глаз. 

Теперь на «гляделки» переключились? Что ж, в этот раз я не сдам позиций.

— Мы остановились на причине, которую вы отказались мне назвать, — напоминаю я ему.

— Ах да, — кивает лорд, только и сейчас не спешит быть со мной честным. 

По блеску в его хищных карих глазах я это вижу. 

— Искренне хотел бы сказать, что вы проявили небывалую проницательность в этом вопросе, но увы. Дело действительно в мадам Соул. Ее здоровье сейчас крайне шатко. Нет, она не на смертном одре, не пугайтесь. Но новость о том, что из моего дома сбежала полуголая девушка на ночь глядя, разобьет ей сердце, и лечение даст сбой. Потому, леди, вам придется взять на себя роль моей невесты.

На удивление говорит, складно, но я все равно ему не верю. Совсем. Нутро так и вопит, что он водит меня за нос.

— А если я откажусь? Вы ведь можете и другую девушку взять на эту роль. Вряд ли бабу… мадам Соул меня разглядела.

— Разглядела. Не сомневайтесь, — отрезает лорд.

Он, будто чувствуя, что у меня нарастает шквал вопросов, резко встает с места. 

— На сегодня достаточно, вы устали, леди Роувэлл. Остальное можете дочитать в своей комнате.

— Тут сказано, что я должна оставаться в вашем доме после подписания контракта.

— Так подпишите его. До утра. И считай, что все условия выполнены. Или вы хотите вернуться в ваш дом, где, скорее всего, не так безопасно, как здесь?

В его словах больше логики, чем мне хочется признавать. Звучит как элементарная человеческая забота. Тогда почему я злюсь? Потому что, в принципе, не хочу быть у него в долгу?

— Значит, до утра, леди Роувелл, — довольно кивает хозяин дома.

Затем уверенным шагом направляется к высоким двустворчатым дверям, где как раз появляется прислуга со словами, что ванная уже ждет гостью.

Этой самой женщине со странным торчащим чубчиком и поручают меня на эту ночь. Теплая вода, чистая постель, даже аромамасла для тела. Казалось бы, что еще нужно, чтобы почувствовать себя снова живой? Или чтобы вспомнить, какой была моя жизнь, прежде чем мы обанкротились…

Отгоняю мысли о прошлом и тем более не хочу думать о маме. Слишком уж это больно.

Забираюсь в огромную мягкую постель гостевой комнаты, но сон не идет. Тревожные мысли не дают успокоиться. И сколько бы ни разглядывала бежевые плотные шторы на окнах или резную мебель в свете тусклого желтого ночника, раз за разом задаю себе вопрос: «Все ли действительно так, как сказал лорд, и дело только в бабушке?»

Но если нет, то других причин я не вижу. Если бы он узнал меня, то скорее бы прибил на месте.

А я, видимо, чокнулась, если решила ходить у него под носом, после всего что было в прошлом. Что ж, если быть честной с самой с собой и отложить гордость в дальний ящик, а еще не думать о судьбе брошенки, ведь помолвку или брак рано или поздно расторгнут, то эта сделка мне сейчас очень нужна.

Дочитываю последние страницы контракта, и в глазах уже начинает двоиться. Темнота окутывает зрение, я наконец-то проваливаюсь в сон и, наверное, впервые за долгие годы сплю спокойно.

Чувствую, как яркий солнечный свет пытается пробиться ко мне сквозь веки, а где-то за окном щебечут птицы. Морщусь, не желая просыпаться, закапываюсь в одеяла и подушки, которые так приятно пахнут терпким ветивером, смешивающегося с нотками благородного кипариса и темпераментного мускуса. Погодите, откуда тут этот запах? Точно такой же аромат, который исходил от самого лорда.
***
Дорогие читатели, на досуге загляните в одну из моих любимых историй (завершена):

— Невеста порченая! — заявляет во всеуслышание мой нареченный и этой ложью рушит все.

Я, девочка из старой касты, — теперь позор своего рода. Но я не приму такой судьбы. Я отправлюсь в опаснейшую академию, чтобы восстановить свою честь и добыть кубок почета, а заодно и покажу, что Тихони тоже имеют характер. И ох какой огненный!

Так, погодите, а что тут делает мой "благородный" жених? Какие еще исчезновения адептов? И при чем тут моя магия?

‍❤️‍ Восстановление справедливости и ХЭ

В испуге подскакиваю и застываю, обнаружив прямо возле кровати одну персону.

И эта персона испугана не меньше меня. Прислуга, которую зовут Лема, как выяснилось вчера, даже подпрыгивает, и ее темный чубчик тоже. А потом он плашмя ложится на белый плоский лоб.

— Простите, миледи, я не хотела вас напугать, но Его Светлость просил посмотреть, проснулись ли вы, — тут же отчитывается она, нервно приглаживая темно-серое строгое платье с белым фартуком. — Позвольте, я помогу вам умыться и подготовиться к новому дню.

— Спасибо, Лема, я лучше сама, — несколько растерянно отвечаю я девушке, потому что сонный мозг все еще пытается понять, откуда в комнате запах, если лорда тут нет. 

Может, заходил?

Нет, ну он, может, и тот еще искуситель, но точно не маньяк, насколько я помню. Хотя все ведь могло измениться.

От этой мысли пробирает дрожь, но четкий анализ вчерашнего убеждает меня, что подобные выводы делать на пустом месте не стоит. Да и мало ли, может тут весь дом пахнет как лорд. Это ведь его дом, вообще-то.

Окончательно передумав паниковать, иду в ванную, дверь которой находится прямо в гостевой спальне. Холодная вода быстро приводит в чувство, а предметы гигиены, которых вчера еще не было, а сегодня их хоть отбавляй, приятно радуют.

Что ни говори, а люди у лорда Соула — профессионалы в своем деле.

Вон какую ночнушку мне еще перед сном принесли. Чистый шелк, жаль, конечно, что немного просвечивает, но никто ведь меня не увидит.

Довольная, я выхожу из ванной, потягиваясь, как ленивая кошка, и тут же застываю прямо с вытянутыми вверх руками, когда обнаруживаю вместо Лемы самого лорда!

Стоит тут во всем великолепии в белоснежной выглаженной рубашке и черном камзоле с золотыми пуговицами, будто так и надо, и даже не думает смутиться!

— Боги! — Я подскакиваю, тут же спешу принять подобающую для леди позу.

А лорд, кажется, посмеивается надо мной. Но ровно до того момента, пока его взгляд не падает куда-то в сторону моего плеча, а затем его карие глаза и вовсе вспыхивают, остановившись на холмиках моей груди.

Тут же осматриваю себя и краснею так, что вот-вот воспламеняюсь. Ночная сорочка сползла с плеча, оголив белую кожу, а тонкая ткань облегает и просвечивает так, будто я тут полуголая стою.

— Умеете вы… кхм... встречать гостей, леди Роувэлл!

— Вас не учили стучать? Отвернитесь! — рычу я.

Но мужчина и не думает слушаться. 

Приходится отвернуться самой, но понимаю, что раз ткань просвечивает спереди, то и сзади все видно. 

— Лорд Соул, немедленно покиньте комнату!

— Еще никто… кхм… не командовал мной в моем же доме, — выдает он вроде как в шутку.

Только вот голос его звучит не так, как всегда, а с хрипотцой, будто в горле пересохло.

И все же лорд топает к выходу, судя по размеренным тяжелым шагам. Интересно, все еще пялится или поимел совесть отвернуться?

Ага, с него станется! Вот теперь еще и остановился. Зачем?!

— Вы покраснели, мисс Роувэлл, а вчера казались смелее, — раздается прямо за ухом. 

Я вздрагиваю.

Вот же гад! Я думала, он остановился где-то у двери. Никаких манер!

Разворачиваюсь в гневе, несколько не рассчитав расстояние, и чуть ли не влепляюсь в него грудью, тут же складываю руки крестом, ибо нечего пялиться. Задрав голову так, что смотрю ему прямо в лицо, заявляю:

— Моя смелость никуда не делась, лорд Соул, просто не хочу вас прибить до подписания контракта.

— Кстати об этом… — Темные глаза лорда щурятся, в левом уголке губ опасная полулыбка, а сам он наклоняется самую малость, будто намеренно продолжая вчерашнюю игру и виртуозно играя на моих нервах.

— Может, сначала дадите мне одеться, а потом договорим?! Там, кстати, есть пункт о рамках дозволенного, я его трижды перечитала, — напоминаю я лорду, а то он кажется живьем меня сейчас слопать готов или, что куда более вероятнее, попросту издевается!

— Лема поможет вам собраться, а я подожду внизу. Не задерживайтесь, не то опоздаем, — щедро разрешает лорд.

Затем выходит, плотно закрывая за собой дверь.

Напряжение потихоньку спадает, и лишь сейчас я понимаю, что почти не дышала все это время.

Боги! И кто так вламывается в комнату незамужней девушки? Пусть даже это его дом, но приличия! Не зря он мне не нравился, не зря!

И вообще, что это за повадки такие? Он со всеми симпатичными девушками так себя ведет или ему нравится надо мной издеваться?

Может, все-таки не стоит подписывать этот контракт? Но пункт о рамках же есть, а его шуточки я как-нибудь переживу… наверное…

— Леди Роувелл, вы там не забыли собраться? — доносится из-за двери голос лорда с усмешкой.

Гоблины! Точно!

А все-таки куда он решил меня тащить с утра пораньше?! Я что-то упустила в контракте?!

— Забудешь с вами! Десять минут, лорд Соул, и я буду готова, — отзываюсь я, а затем думаю, хватит ли мне, в самом деле, десяти минут.

Это когда я жила простой жизнью, мне было достаточно умыться, собрать волосы в косу и натянуть одно из двух несчастных платьев, а сейчас… А что мне надеть?

— Леди Роувэлл, позволите войти? — Лема стучит в дверь, и, убедившись, что девушка там одна, я впускаю ее.

Только вот вместо торчащего чубчика в комнату «входит» первым огромный сверток.

— Наряд от господина, — сообщает Лема, разворачивая до безумия красивое платье.

Если бы оно было белым, то я точно решила бы, что меня уже сегодня поведут к венцу. Но оно изумрудно-зеленое. Однако слишком вычурное для простой прогулки или для завтрака.

А зная лорда Соула, могу быть уверена в одном: он точно затеял что-то такое, что мне не понравится. Не зря мне бабка-гадалка еще месяц назад сказала всеми путями избегать зеленый цвет в одежде…

За десять минут, ясное дело, собраться я не успеваю. Лема не отпускает, пока мой внешний вид не достигает ее восхищенного «Идеально!». Интересно, она свои старания так оценивает или все же конечный результат в виде моего нового образа?

Что ж, мне очень нравится высокая прическа, открывающая тонкую белую шею, и сережки, которые Лема тоже откуда-то достала. Они с изумрудами в цвет платья, а зеленый, как сказала бабка-гадака… Так, не будем о суевериях, ничего сегодня страшного не произойдет. Так ведь?

С такой мыслью и спускаюсь по белоснежной мраморной лестнице в холл, откуда открывается вид на распахнутые двери столовой. Лорд Соул в одиночестве за огромным столом на дюжину персон неспешно доедает свой завтрак, пока не замечает меня.

Кусочек яйца на вилке так и застывает в нескольких сантиметрах от его рта. А затем мужчина опускает обе руки на белую скатерть стола и, немного склонив голову, будто бы так удобнее меня рассматривать, проходится взглядом по мне — с головы до ног и обратно.

— Хм… неплохо, — констатирует он, а выражение лица такое, будто он только что очень выгодно купил какой-нибудь завод. — Садитесь, позавтракаем, и пойдем. День нас ждет долгий.

— Есть не хочется, — отвечаю я ему и в этот момент вовсе не лукавлю. 

От волнения аппетита совсем нет. 

— Лучше скажите, куда мы идем.

— А вы уже поставили подпись на контракте?

Вот зачем он меня нервирует?! Будто эта подпись изменит наши планы.

— Поставила, — признаю я, ибо при всем желании не нашла ни одного обстоятельства, которое отговорило бы меня от этих действий. — Но внесла от руки один пункт.

— Даже так? — кивает лорд, щелкает пальцами. 

И книга тотчас появляется в его руках. Взгляд карих глаз скользит по приписке, оставленной моим не самым ровным почерком в самом конце перечня.

Только вот лорд уточняющих вопросов решает не задавать, прикладывает большой палец рядом с отпечатком моего пальца. Страницы контракта светятся, а после вырываются из книги золотыми нитями и охватывают нас в волшебный кокон.

Завораживающее зрелище заканчивается лишь тогда, когда на запястье лорда Соула и на моем запястье вспыхивают печати в виде круга в квадрате, но затем они бесследно исчезают, оставляя после себя лишь легкое покалывание.

— В таком случае прошу.

Лорд Соул подает мне локоть, а его карие глаза в этот момент опасно поблескивают.

Почему каждое движение этого мужчины кажется опаснее и соблазнительнее, чем даже откровенный танец в приватном зале таверны, о котором приличным леди, кхм, и знать не положено? Так, сделаем вид, что не знаем.

Карета прибывает к большому особняку, который ничуть не уступает в размерах дому самого лорда Соула. Что это за место и кто тут хозяин, я не знаю, потому и решаю уточнить, вдруг тут живет та самая бабушка, из-за которой, как говорит лорд, началось наше представление.

— Нет, это поместье моего… друга, — делится он, ведя меня под руку по белокаменной дорожке.

— Разве нам не нужно сначала к бабушке?

— Поверьте, перед встречей с мадам Соул вам лучше потренироваться… раз двадцать, — сообщает лорд.

А мне становится как-то не по себе. Разве та милая старушка не одуванчик? Или одуванчик с зубками?

Кажется, Соулы все до одного не такие простые, как кажутся. Вон внучек чего только стоит. Одни гоблины знают, что у него на уме. Идет с такой уверенностью вперед, а вот у меня ноги подкашиваются. Давно я в свет не выходила, но решаю не жаловаться, контракт заключила, значит надо отрабатывать. Да и что мне до их слов или осуждений, я все это уже пережила, так что во второй раз сокрушаться не буду, еще и отвечу так, что пожалеют, если начнут.

Чем глубже в сад мы заходим, тем больше гостей нам встречается. Несмотря на то что сейчас примерно полдень, народа столько, будто тут намечается бал. А может быть, чья-то помолвка?

— Ваша Светлость! 

От громкого визга едва не подпрыгиваю, рефлекторно оборачиваюсь и вижу кучку молоденьких девиц, которые едва ли не выпрыгивают из платьев, глядя на… моего фальшивого жениха.

М-да… чувство, будто не со служителем министерства иду, а с каким-нибудь актером главных ролей в театрах. Хотя что там, эти актеры даже капельки славы лорда Соула не имеют.

Он же делает вид, что совершенно не замечает девиц, хотя, кажется, я заметила, как с его губ сорвался едва слышный уставший выдох. Или показалось?

— Не отвлекайтесь, будущая леди Соул, на вас все смотрят, — говорит он мне.

— Свою роль я помню, лорд Соул, и для этого необязательно прикидываться ходячей надменной статуей, так ведь? — цежу я  лорду сквозь улыбку.

И со стороны кажется, будто мы мило воркуем. Мог бы и предупредить о подобных нюансах.

— Лорд Соул, вы все-таки решили почтить нас своим присутствием? Я думал, вы в последнее время наотрез отказались посещать какие-либо мероприятия.

Возле нас вырисовывается высокий и очень грузный господин в светло-сером, почти белом камзоле.

Ведет он себя вальяжно и уверенно. Может быть, он хозяин этого дома?

— Лорд Пэттиш, и вам доброго дня, — не изменяя манерам, но очень сдержанно и даже холодно приветствует его Соул.

А следом наше внимание всецело захватывает блондинка.

— Попочка! Вы?!.. ВЫ?! — Первое эта леди в нежно-розовом платье адресовывает господину в светлом камзоле, второе — лорду Соулу, которого не ожидала увидеть, а третье — мне.

При последнем «Вы» ее глаза так округляются, что мне становится боязно за их сохранность.

Точно! Я вспомнила, где видела эту девушку. Это она устраивала сцену, когда артефакт закинул меня в дом лорда. И она же меня там застукала. О боги, надеюсь, она не из тех, кто распускает слухи и завтра в свете не будут говорить каким «местом» я заполучила звание невесты.

Может быть, это и есть та беда, которую пророчила мне бабка, говоря про зеленый цвет в одежде?

— Друг мой, ты все-таки пришел! — раздается новый голос. Сильный, молодой, мужской.

Перевожу взгляд с блондинки, которая мысленно меня на ремешки разделывает, на внушительную фигуру. Шаг, один, второй, и мое сердце сначала застывает, будто покрывшись коркой льда, а затем и вовсе падает в пятки…

Вот почему не стоило надевать зеленое!

Он!

***
Дорогие друзья у моего соавтора новинка -
Меня предали, унизили и растоптали! Я погибну!
Так бы подумала прежняя хозяйка моего тела – Эймилин Реед, когда муж-дракон отверг бедняжку сразу после свадьбы, обвинив в страшном преступлении.
И вот я, Екатерина Смельцова, в теле супруги генерала драконов, выдворена на край империи, в захудалый городок, где должна погибнуть от голодной смерти.
Может, бедняжка Эймилин и погибла бы, но не я! Я открою травяную лавку и спасу горожан от неизлечимой болезни. Вот только что делает предатель муж в моей лавке?

Сложно спутать этого мужчину с кем-то другим: светлые, будто бы седые волосы и при этом очень молодое строгое лицо. Я не знаю ни его имени, ни кто он такой на самом деле, но точно помню, что он был в той комнате, когда я едва не попалась.

О том, как я вообще оказалась в этом странном месте, даже говорить пока что не хочу, в общем… я была вынуждена спрятаться, и в тот зал вошли трое, включая седовласого и Соула.

До сих пор задаюсь вопросом, как так вышло, что они меня не сразу заметили, ведь едва войдя, мужчины применили проверочные заклинания, накинули печати и полог тишины.

Уже от этого мое сердце упало в пятки. Обычные мужчины, пришедшие в игорный дом, чтобы повеселиться, так не стали бы делать. Тут что-то не чисто, и лучше бы уйти, только вот путей к отступлению нет.

И пока они говорили, тело покрывалось уже не мурашками, а самой настоящей коркой мурашек. Сердце билось как бешеное, ведь если меня тут поймают, после всего что я услышала, мне не жить… Точно не жить!

Сомнений не оставалось, эти трое — самые настоящие королевские шпионы или что-то вроде того! А это очень-очень плохо! Намного хуже, чем инквизиция или любые другие представители власти в нашем королевстве. Потому я молилась всем богам, чтобы они поскорее ушли, даже не дышала, вся взмокла…

— Гарей, ты нашел? — кажется, так обратился к седовласому молодому мужчине лорд Соул.

Тот отворил коробку с кучей магических печатей.

Лорд зажег собственные пальцы лиловым пламенем, прежде чем нырнуть в шкатулку, достал оттуда какой-то черный булыжник, и едва вынул, как тот выскользнул из его рук и полетел прямо… ко мне, будто намагниченный.

Диван, за которым я пряталась, в секунду отлетел в сторону, и этот самый мужчина с седыми волосами оказался так близко, что четко видел мое, пусть и загримированное лицо.

— Кай! — это последнее, что я успела услышать в тот момент, когда Соул кинулся в нашу сторону.

А потом этот дурацкий камень, который угодил в меня, шарахнул такими молниями, что все вокруг заискрилось. Вспышка и…

— Познакомьтесь, Кай Гарей. Леди Диана Роувэлл — моя невеста, — вырывает из страшных воспоминаний приятный тон Соула.

И только сейчас я понимаю, что напряглась так, что ногтями впилась в свои же ладони и даже боли не почувствовала.

Кай... значит, я не ошиблась. Это тот самый мужчина. Узнает ли он меня? Боги, да я таким поведением сама себя с потрохами сдам!

Тут же спешу сделать вдох и улыбнуться седовласому молодому мужчине, а взгляд у него такой же цепкий, как у моего фиктивного будущего мужа. Будто в саму душу пробраться хочет, однако Кай все же выдавливает из себя вполне искренние поздравления, а затем просит Соула отойти «по важному делу».

Надеюсь, это дело не я? Он ведь не заподозрил меня?

— Сейчас? — Лорд косится на него, в планы которого подобное явно не входит.

— Лучше было бы вчера, но ты был сильно занят нов… невестой, — точно так же шипит сквозь улыбку, предназначенную для всех окружающих Гарей, а сам глазами сигналы пугающие подает.

С облегчением выдыхаю, потому как кажется, что разговор у Гарея вовсе не обо мне. Какие-то другие шпионские тайны?

— Обо мне не беспокойтесь, я как раз хотела прогуляться, — заявляю я мужчинам, хотя не уверена, что они вообще стали бы меня спрашивать.

— Я ненадолго, не скучай. А если кто-то обидит — кричи, — назидательно объявляет мне будущий муж и, несмотря на тяжелую атмосферу, созданную мрачным Гареем, умудряется мне подмигнуть.

Эти двое уходят, а я оглядываю толпу, которая в свою очередь внимательно изучает меня, точно я диковинка из дальних стран. Слышу, как перешептываются: «Невеста?! Самого лорда Соула?! Правда?!», и тихонько грустно усмехаюсь самой себе.

Я знала, с кем заключила сделку, и даже думать о том, что мое появление с ним пройдет тихо, было бы огромной глупостью. Один только взгляд той блондинки, как ее там… Кларисс, чего стоит. Если бы не та бабуля, что присела ей на уши, эта девица уже бы сделала все, чтобы заставить меня нервничать, и ведь явится, как только появится возможность. Нужно быть готовой…

— Диана? — раздается за спиной мягкий баритон.

И я надеюсь, что мне показалось, ибо в мои планы эта встреча точно не входит!

Оборачиваюсь, хотя тот, кто меня звал, мог бы и сам потрудиться и выйти вперед, но нет… Ник себе не изменяет.

Да, это точно он. Жгучий загорелый шатен в темно-синем камзоле с иголочки. С последней нашей встречи он не сильно изменился, разве что щетиной обзавелся и… помолвочным кольцом.

— Николас, — киваю я ему, натягивая холодную улыбку.

А внутри вскипает обида.

Хотя, по сути, злиться мне не на что, как он тогда сказал. Подумаешь, бросил меня, свою невесту, как только мы обанкротились. Кто бы на его месте поступил иначе, да?

«Логика, Диана, логика!» Его слова.

— Мне ведь не показалось, только что рядом с тобой был лорд Соул? — Ник разговаривает так, будто мы друзьями расстались, будто у него осталось право ко мне вообще подходить, после всего что было.

Но даже сейчас в нем нет ни капли стыда за свое поведение, разве что нервничает немного, переминается с ноги на ногу. Однако нос задрал выше обычного, еще и все время вертит на пальце помолвочное кольцо. Хочет, чтобы я это заметила и поздравила его?

Боги, да зачем он вообще ко мне подошел? Стоял бы в толпе, я бы и не заметила его, наверное.

— А что? — только и говорю я, намеренно делая тон холодным, чтобы бывший знал, что ему тут не рады. А еще, что я давно уже не плачу по нему в подушку.

— Все только и говорят о том, что он привел невесту. А он, возможно, мой будущий начальник, вот и хотел разузнать. Может, ты знаешь, кто она такая?

Ах, вот в чем тут дело. В подчинение к Соулу метит. Разнюхивает.

— Попробуй угадать с одного раза, — выдаю я ему.

Ну, в самом деле, он считает нормальным — вот так вот подойти спустя три года, как ни в чем не бывало, и беседовать со мной?

— Не знаю. Какая-то из твоих подруг? — Ник, действительно, начинает гадать.

А я задумываюсь, неужели я когда-то считала его сообразительным и неотразимым? Ну не дурой ли была?

— Новых? Нет наверное, старых, да? Новые-то у тебя откуда? — произносит он еще более интересные вещи.

И я уже с трудом сдерживаю невозмутимость на лице.

— Думаю, будет лучше, если ты позже сам все узнаешь, — произношу я и решаю уже отойти подальше, как Ник начинает говорить.

— Ну, брось ты. Ну что, тебе сложно сказать? 

Он еще и за локоть меня хватает. Совсем что ли?!

— Руку, Ник! — рычу я на товарища и сверкаю таким взглядом, что бывший быстро вспоминает, что я не из томных барышень, которые тают от одного взгляда или прикосновения.

Со мной так не надо.

— Прости, Диана, прости! Ну, чего ты упрямишься? Такую тайну делаешь, будто сама за него замуж собралась, — проговаривает он и заливается смехом, считая свою шутку воистину смешной.

Но тут же останавливается и даже умудряется побледнеть за секунду. 

— П-погоди… Ты что, серьезно?! Да ну… Он же не… 

Слепой?! Ник хотел сказать «слепой»? 

— Не может быть!

Боги, как нас перекосило. Хотя чему я удивляюсь? От меня же даже середнячок Ник Батл отказался, так что лорд Соул никак не мог на меня посмотреть. Так Ник думает? Судя по его загорелому холеному лицу — в точку.

— Всего доброго, господин Батл, за мной ходить не нужно, — только и говорю я, вздернув нос вверх и даже не скрываю улыбку в этот момент, ибо выглядит Ник так, будто его камнем пришибло.

Шикарно! Давно я не получала подобного удовлетворения. Заставил меня плакать, вытер об меня ноги, никого и ничего не стесняясь, вот теперь пусть подавится шоком. Искренне сочувствую его будущей жене, ведь любить это гад не умеет: только расчет во благо своего живота и карманов.

Так что его не жаль. Совсем.

А вот меня жаль, ибо, судя по взглядам самых разных господ, они догадались, кто я такая, и теперь моя фамилия Роувелл звучит то тут, то там, а значит, скоро пойдут «знакомиться», узнавать, что я невеста Соула, затем причитать с фальшивыми слезами о том, как им было жаль, когда моя семья пошла по миру…

Честно, я не жду от мира исключительной справедливости, но таких лицемеров видела лишь в высшем обществе, потому и не хочу лишний раз пересекаться с ними, ныряю в распахнутые двери одного из залов особняка.

Поскольку внутри духота, почти все гости гуляют снаружи. В идеале можно еще пройтись до дамской комнаты и там провести минут десять, а потом и жених явится.

Только хочу спросить у слуг, в какую сторону мне идти, как путь преграждает миниатюрная дамочка с забавными русыми кудряшками, торчащими во все стороны, несмотря на сложную прическу.

— Это ведь ты Диана Роувэлл? — выпаливает она так, будто я у нее что-то украла.

— А кто спрашивает? — спокойно отвечаю я, осматривая ее.

Девушка при всей своей «упаковке» под леди, выглядит девицей с базарной площади: того и гляди сейчас кулаки в бока поставит и пойдет на меня своей пышной грудью в атаку.

— А я невеста капитана Ника Батла, к которому ты только что ластилась, прошмандовка!