Бракованная, или Подарок судьбы для беглянки

– Эмма, что за вид? ***

Моя мама впивается в меня гневным взглядом, а я растерянно осматриваю себя. Одета я весьма просто – в свободный и полностью закрытый комбинезон, который скрывает мою фигуру. Стандартная одежда для девушки моего возраста.

– А что не так? – растерянно спрашиваю, чувствуя дикое разочарование.

Сегодня мой день рождения. Мне исполняется ровно двадцать лет, и сегодня случится переломный момент в моей жизни. Уже завтра моя привычная жизнь останется позади и начнется новая.

Я готовилась к этому дню и одновременно с этим жутко боялась его. Представляла себе, каким он будет, но никак не могла подумать, что первое, что услышу от мамы в этот день – не сухие поздравления, которыми она награждала меня каждый год, а какие-то претензии. *Ей явно что-то не нравится, и это четко видно у нее во взгляде.

– Твои волосы, Эмма. Почему они не покрыты?

На нашей планете все незамужние молодые девушки до своего двадцатилетия должны прятать волосы под специальную повязку. Я всю жизнь ее носила, но сегодня мне исполнилось двадцать и я имею право, наконец, покинуть дом без нее. Ради этого я сделала себе укладку, и теперь мои вьющиеся светлые волосы выглядят просто потрясающе. Утром я долго крутилась возле зеркала, радуясь, что смогу покинуть дом в таком виде. *Мне нравилось, как я выгляжу (не считая этого отвратительного комбинезона, но увы, от него я смогу избавиться только после замужества) и мне хотелось, чтобы меня обновленную увидели другие.

– Но ведь сегодня мое двадцатилетие…

– И что? С непокрытой головой тебя первым должен увидеть твой муж. Иди и надень свою повязку.

Мне хотелось возразить, крикнуть, что я имею право навсегда забыть про эту повязку, но все это бессмысленно. Мою маму может переупрямить только один человек – мой отец. Мне с ними не соревноваться. Именно поэтому, послушно кивнув, я ушла в свою комнату, где надела ненавистную мне повязку, которая скрыла все мои волосы.

Когда вернулась за стол, там уже был отец. Он, как и каждое утро, сейчас просматривал новости на своем планшете. При моем появлении он даже не поднял на меня взгляд.

– Светлого утра, – поприветствовала я отца, на что он лишь кивнул.

Очередной разочарованный вздох вырвался из моей груди. Устроившись на своем месте, я с тоской посмотрела на несколько разных тюбиков желе, в которых были все питательные элементы. Большая часть из них на вкус оставляет желать лучшего, но на нашей планете мало кто может позволить себе нормальную еду.

– В честь твоего дня рождения мы решили устроить праздничный завтрак, – сказала мама, ставя на стол тарелку с темно-красными тюбиками. Там их всего три – по одному на каждого члена семьи.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я родителей, беря свой порционный тюбик, что размером был значительно меньше тех, что предназначались родителям.

Желе в темно-красных тюбиках я любила с детства, но видела их лишь по праздникам, так как они весьма дорогие. **Именно в них самое вкусное желе, какое я когда-либо ела в своей жизни.

– С днем рождения, Эмма, – поздравил меня отец, на секунду отрывая взгляд от своего планшета.

Я улыбнулась и, открыв тюбик, выдавила себе на тарелку все его содержимое. Взяв ложку, я принялась за еду, размышляя о сегодняшнем дне.

Сегодня мне предстоит пройти проверку, после которой все изменится.

Ничего уже не будет, как прежде.

Начнется совершенно иная жизнь. ***

Только вот какой же она будет?
***
Дорогие мои, добро пожаловать на страницы моей новой книги, которая стартует в рамках литмоба "". Впереди вас ждет много приключений, загадок и история любви. 

Еще больше увлекательных книг данного литмоба можно найти по тегу
ав

– Эмма, что ты здесь делаешь? Не ожидал тебя увидеть с утра! Проходи-проходи! Я тебе и подарок сейчас вручу.

Дарен – мой друг детства. Мы познакомились с ним, когда мне было шесть, а ему десять, и с тех пор мы не разлучались. Моим родителям не нравилось то, что я дружу с парнем. Считали, что совсем неприлично для молодой девушки общаться с парнем. Однако дружба с ним – это то немногое, что я все-таки смогла отстоять в своей жизни.

Мне было десять, когда мама впервые сказала о том, что пора прекращать эту странную дружбу с мальчишкой. До этого она думала, что наше с Дареном общение продлиться недолго, но ошиблась, и когда поняла это, то попыталась вмешаться. И тогда единственный раз в своей жизни я дала отпор. Отказалась слушаться, закатила скандал и даже угрожала, что если мне не позволят общаться с другом, то я сделаю все, чтобы стать позором семьи.

Сначала родители не приняли мои слова всерьез. Но когда моя успеваемость в школе начала резко падать, а учителя то и дело начали жаловаться на меня, родители сдались, ведь никакие разговоры со мной не помогали. Я твердила только одно – это не закончится, пока они не позволят мне общаться с Дареном.

И впервые в жизни родители отступили.

Только вот за то, что они позволят мне общаться с другом, я должна была стать лучшей во всем. И я стала: прилежно училась, став гордостью школы, делала все по дому, во всем слушалась родителей и делала все, чтобы быть для них идеальной дочерью. И лишь с Дареном я могла быть самой собой.

Дарен жил один. Он снимает небольшую студию. Работать ему приходится много, но он трудолюбивый и я уверена, что однажды он добьется многого. Я верю в него.

Я осматривала светлую студию, которая мне просто безумно нравилась. Я бы тоже хотела жить отдельно и строить свою жизнь так, как хочется мне, но увы, такая роскошь на этой планете предоставляется только мужчинам. У нас, девушек, права выбора просто нет. За нас все решают сначала родители, а после и муж.

Спустя пару минут появляется Дарен, вручая мне коробку размером чуть больше моей ладони. С горящими от любопытства глазами я тут же принялась ее распаковывать, и когда увидела, что там, то даже дышать перестала.

Это было небольшая коробочка с тремя конфетами.

С НАСТОЯЩИМИ конфетами.

– Боже, Дарен, ты с ума сошел? – воскликнула я, поднимая на друга взгляд. – Они же безумно дорого стоят!

Честно говоря, я про конфеты знаю лишь благодаря сети. Сама я их ни разу в жизни не ела. На нашей планете доступная еда – это желе в тюбиках с разными вкусами, а остальное – это роскошь, которую могут позволить себе лишь единицы.

– С днем рождения, Эмма.

На губах моего друга сияла улыбка. Он наслаждался моей реакцией на его подарок, и ему явно нравилось то, что он видел. Взвизгнув, я кинулась его обнимать.

– Спасибо большое! Это просто невероятный подарок! Но как ты их добыл? И где взял столько денег?

– Давай не будем сейчас об этом?

– Да-а-арен…

– Так, Эмма, пусть этот будет мой небольшой секрет. Я позже тебе обязательно все расскажу, но не сегодня. Ладно?

– Хорошо, – сдалась я, решив все выпытать у друга завтра, даже не подозревая, что моим планам не суждено будет сбыться. – Давай съедим эти конфеты вместе?

– Это же твой подарок, Эмма, – напомнил мне Дарен.

– Да, и я хочу разделить его с тобой!

Орлайда – это одна из самых отдаленных и бедных планет в нашей галактике. И мне не повезло родиться именно на ней. Основной заработок данной планеты – это продажа живого товара, а именно – молодых девушек.

Нас с детства воспитывают, готовя к будущему. Мы обязательно должны знать несколько языков, изучаем общие предметы и основные сведения о других планетах нашей галактики. И что не менее важно, нас учат быть послушными, тихими, готовыми принять все, что выпадет нам на долю.

А в день своего двадцатилетия мы должны прибыть на специальную базу для прохождения тестов. Именно их результаты покажут, какая судьба нас ждет. Кого-то ждет замужество, и они будут проданы на те планеты, представителям которых они лучше всего подходят. Есть те, кто останется здесь, если кто-то из местных предложит за них приличную сумму. Других ждет участь наложниц у представителей других планет. А вот остальных ожидает тяжелая работа у их хозяина. Именно последним нас пугают больше всего. Повезет, если работа будет не особо сложная, но как правило, рабынь направляют на те работы, на которые свободные люди просто не соглашаются. Например, на те, которые опасны для здоровья.

Идеальным вариантом считается все-таки стать женой. Данный статус подарит девушке хоть немного свободы. Именно поэтому практически все девушки именно об этой судьбе и мечтает. В крайнем случае, стать наложницей.

Не сказать, что мне нравится такая вот жизнь. Если бы я могла, то бежала бы отсюда без оглядки. Только вот как это сделать? Чтобы покинуть планету, нужно либо родиться мужчиной, либо иметь просто невероятные связи и деньги. Увы, ни один из этих вариантов мне не подходит. Однако я не теряю надежды, что однажды мне все-таки выпадет шанс стать свободной и самой строить свою жизнь.

Сегодня мое двадцатилетие.

Переломный момент, который полностью изменит мой мир.

Я нервно топчусь возле трехэтажного новенького здания, где меня ожидают тесты. Страшно. Просто безумно страшно.

– Все будет хорошо, Эмма.

Дарен крепко сжимает мою ладонь, стараясь всем своим видом меня подбодрить. Я безумно благодарна ему за поддержку, что он мне оказывает. И я точно знаю, что если бы в его силах было мне как-то помочь, то он непременно сделал бы это. Однако увы, хоть Дарен и свободный гражданин, но у него просто не хватит средств, чтобы выкупить меня. Чтобы ему накопить денег себе на жену, Дарену надо, как минимум, лет десять проработать, большую часть суммы откладывая на выкуп будущей жены.

Некоторые родители заранее заботятся о будущем своих сыновей, и как только те рождаются, сразу начинают откладывать деньги на их счет. В итоге, благодаря этому, их сыновья могут обзавестись женой в более юном возрасте.

– Спасибо, что ты сейчас со мной. Даже не представляю, как бы справилась без тебя, Дарен.

– Если бы я только мог сделать больше…

– Я знаю, – кивнула, благодарно улыбаясь.

Вытащив свою кисть из захвата крепкой мужской руки, я направилась в сторону входа.

Проверка проходит в нескольких этапов. Первый – это самые обычные тесты, которые призваны проверить наши знания. Я с легкостью их прошла. Учеба мне всегда давалась легко и не вызывала никаких трудностей. Следующая часть – медицинское обследование. Мне пришлось пролежать в медицинской капсуле почти час, чтобы была проведена полная диагностика. И заключительной частью является проверка на психическую устойчивость. Честно говоря, я очень смутно понимаю, как это все работает. Все, что нужно было от меня, это сесть в кресло, после чего к моей голове подключили множество разных датчиков. После этого мне ввели снотворное, и когда я проснулась, то мне сообщили, что я могу быть свободна.

Кстати, все эти тесты проводились и контролировались не живыми людьми, а роботами. Поэтому как-то подтасовать результаты практически невозможно.

Результаты будут известны лишь завтра. Поэтому покидала я это место в неизвестности, что мне совершенно не нравилось.

Я же с ума сойду от беспокойства!

Какая меня судьба ждет? Жизнь замужней женщины? А может, буду чьей-то наложницей? Или пойду работать, гробя свое здоровье, пока моя жизнь не оборвется?

– Эмма, а о чем ты мечтаешь? – спросил Дарен, пока мы неспешно прогуливались по городу.

Во время прогулки я старалась запомнить все, понимая, что возможно уже завтра меня не будет на родной планете.

– О свободе. Я бы хотела получить свой шанс строить свою жизнь.

– И какой ты ее видишь, эту свободную жизнь?

– Уверена, в ней было бы немало трудностей. Однако я сама могла бы решать, какое образование получить, где работать, кого любить и с кем создавать семью. Я была бы сама собой. Говорила то, что хотела, а не то, что можно, носила то, что нравится, а не то, что положено мне по правилам, написанными теми, кого уже и в живых давно нет. Я бы жила, Дарен. По-настоящему жила, дыша полной грудью, – тихо ответила я, представляя себе, каково это – жить той жизнью, о которой я мечтаю. А ведь эта мечта вполне могла бы стать реальностью, родись я на другой планете, ведь на многих из них женщины совершенно свободны. Но увы, мне не повезло родиться именно на Орлайде. – А о чем мечтаешь ты, Дарен?

– Мои мечты просты: карьера и дом, где меня будет ждать любимая женщина и наши с ней дети.

– Уверена, твои мечты обязательно сбудутся.

***

За ужином родители поинтересовались у меня, как прошла проверка, а после в тишине продолжили есть свою еду. Мне кажется, им даже не особо интересно было слышать от меня ответы. Это было сделано больше для галочки. Все равно о результатах они узнают только завтра. Интересно, хотя бы это им будет любопытно? Или им совершенно плевать на будущее, которое меня ждет?

Как таковой любви со стороны родителей я никогда не ощущала. Вот у Дарена все иначе. Родители просто обожают его, и это видно даже со стороны. Я всегда завидовала ему немного. Мне тоже хотелось таких же любящих родителей. Интересно, мои родители просто любить не умеют или все дело в том, что я девочка? Зачем привыкать ко мне, если я после двадцатилетия, вероятнее всего, исчезну из их жизни и мы никогда не увидимся. Возможно, если бы у них был сын, они любили его также, как Дарена любят его родители…

Ночью я никак не могла уснуть. Постоянно крутилась на постели, терзаемая чувством тревоги. Я боялась грядущего дня. И вот, когда все-таки, выбившись из сил, у меня получилось уснуть, кто-то резко выдернул меня из сна.

– Эмма, проснись. Давай же, просыпайся!

Распахнув глаза, я готова была уже закричать, но мне тут же закрыли рот. Испугавшись, я начала вырываться. Паника стала застилать разум.

Да что происходит-то?

– Тихо, Эмма. Тихо. Это я.
Узнав знакомый голос, я замерла, перестав вырываться. А после с помощью слабого освещения, что падало из окна, я смогла окончательно убедиться, что сейчас меня прижимает к постели мой друг.

– Дарен! Какого черта ты творишь? – шепотом воскликнула я, сталкивая его с себя. В этот раз друг спокойно поддался мне и действительно слез с меня.

– Прости. Не хотел тебя напугать, – выдохнул Дарен. Я поднялась вслед за ним и уже хотела включить свет в комнате, но друг неожиданно сказал: – Не нужно включать свет. Никто не должен ничего заподозрить.

Я остановилась на полпути к включателю и развернулась обратно, чтобы впиться требовательным взглядом в мужчину.

– Что происходит, Дарен? Ты куда-то вляпался? Деньги ведь не просто так у тебя появились. Да?

– Нет, Эмма. К сожалению, вляпался не я, а ты.

– О чем ты вообще говоришь? Я ни черта не понимаю!

От всего происходящего начала болеть голова. А может, все дело в том, что меня резко выдернули из сна. Помассировала немного виски, стараясь хоть немного понять происходящее, но идей совершенно не было. Как я могла во что-то там вляпаться, если для всех была примерной девочкой?

– Эмма, у нас просто катастрофически мало времени! Тебе срочно нужно бежать! Это твой шкаф с вещами? – спросил Дарен, подходя к шкафу и распахивая его. – Где сумка? – я на автомате кивнула в нужном направлении, и друг тут же достал оттуда сумку, начиная в нее скидывать подряд все мои вещи. Боги, да что происходит-то? – Документы твои у тебя или у родителей?

– У меня в ящике стола.

Дарен шустро добрался до стола и достал из его ящика папку со всеми моими документами, которая тут же полетела в сумку.

– Есть еще что-то, что тебе необходимо взять с собой?

– Так, стоп! – сказала я, хватаясь за ручки своей сумки. – Объясни немедленно, что происходит! Зачем ты собираешь мои вещи?

– Эмма, я собираю их, потому что тебе нужно бежать, пока за тобой не пришли.

– Кто должен за мной прийти?

– Все дело в тестах, которые ты прошла. Они… – Дарен прервался и поспешил к окну. Не знаю, что он там увидел, но тут же начал чертыхаться. – Они уже здесь. У нас еще меньше времени, чем я думал! Эмма, нам немедленно нужно уходить! Пойдем!

Вырвав из моих рук сумку и схватив меня за руку, Дарен буквально потащил меня в сторону распахнутого окна, и судя по его решительному настроению, квартиру мы должны покинуть как раз через это окно!

– Дарен, я в пижаме и босиком!

– Нет времени, Эмма! Они уже здесь! Понимаешь? – остановившись и посмотрев мне в глаза, сказал Дарен. – Просто доверься мне так, как делала всегда. Я ведь никогда тебя не подводил.

И это было правдой.

Дарену я верила, как самой себе, а значит, нам действительно по какой-то причине надо убираться отсюда.

Ну что же, придется сбегать из дома в пижаме и домашних тапочках.

Дарен побег продумал. Прямо к окну моей комнаты подлетел аэролет, в который мы с ним и сели. Всего шаг – и вот, я уже не в родительской квартире, а лечу в неизвестном направлении.

– Теперь-то ты мне расскажешь все? – спросила я у Дарена, безуспешно пытаясь поправить свои взлохмаченные после сна волосы. Уверена, выглядела я сейчас просто ужасно. Даже не отказалась бы от того, чтобы покрыть волосы, но увы, этого мы с собой не захватили. – Что не так с моими тестами? Почему нам пришлось бежать?

– Даже не знаю, с чего начать, – тяжело вздохнул Дарен, взлохмачивая свои темные волосы. – Понимаешь, результаты твоих тестов, они… отличаются от остальных.

– Что значит отличаются? Почему это плохо? И откуда ты вообще знаешь результаты моих тестов?

– Эмма, они показали, что ты бракованная, – ответил друг, подняв-таки взгляд на меня.

– Что значит бракованная? – возмутилась я. Мне такая характеристика меня как-то совсем не понравилась.

– Скажи, ты никогда не задумывалась, почему именно девушки с нашей планеты столь ценный товар? Почему их покупают за огромные деньги? Можно ведь найти и подешевле. Есть еще более отсталые планеты, где…

– Все дело в начинке. Нас с детства воспитывают быть во всем идеальными и подчиняться тому, кому мы будем принадлежать. Это стоит денег. И не малых.

– Да, это стоит денег, но не тех, за которые продают наших девушек. Есть то, о чем никто не говорит. Именно этот факт и влияет на вашу… цену.

– О чем ты?

– Лишь чистокровных жительниц Орлайды можно запрограммировать нужным для покупателя образом.

– Запрограммировать? О чем ты вообще? Мы что, роботы какие-то?

– Это что-то вроде гипноза, который действует лишь на представительниц наших планет. Тесты, которые все девушки проходят в свое двадцатилетие, показывают, в каком направлении ее будет проще запрограммировать. После этих тестов девушек делят на группы: те, кто подходят для замужества, те, кто годятся в качестве наложниц, и те, кто будет работать на благо своего хозяина. Как только находится покупатель, то у него подробно узнают о том, какой должна быть девушка рядом с ним. И после они программируют выбранную покупателем девушку, подгоняя под его идеал. Допустим, кому-то нужна идеальная жена. Он рассказывает, какой видит себе эту идеальную жену. Выбирает подходящую ему по вкусу оболочку – и вуаля, вскоре он получит ту самую идеальную жену, о которой мечтал.

– Тогда к чему вся эта учеба? Если достаточно просто нас запрограммировать, то к чему все эти заморочки?

– Я не знаю всех нюансов, но как я понимаю, все не так просто. К программированию надо заранее подготовить «почву». В этом и помогает учеба. И лишь к двадцати годам мозг уже полностью готов к «программированию».

Мне кажется, что от всей полученной информации у меня самой сейчас мозг просто закипит. То, что говорил Дарен, кажется чем-то нереальным. Какое, блин, программирование? Мы же живые люди! У нас есть свои чувства, мысли, желания. Мы не роботы!

– Ты сказал, что я бракованная. Что это значит?

– Бракованными на нашей планете называют тех, кто не поддается программированию. Такие рождаются здесь лишь в единичных случаях, и наше правительство делает все, чтобы не узнали о таких вот «сбоях».

– Почему?

– Эмма, наше правительство получает просто нереальные деньги за создание идеальных женщин для каждого, кто готов заплатить. И такие как ты представляют угрозу как их репутации, так и вообще бизнесу в целом.

– Чем мы так опасны?

Ответить Дарен не успел, так как наш аэролет запиликал, оповещая нас о предстоящем приземлении, а значит, мы прибыли в пункт назначения.