Будни жены ректора

Здание Академии стихий стояло на краю обрыва, как будто сама тьма выточила его из базальта и печали. Его башни упирались в небо, а окна — вечно пустые и слепые — смотрели в никуда с видом обиженного аристократа.

Просто потому что тут учились все аристократы с магическим даром огня и воздуха. Говорили ещё что камень стен давно уже подпалили и просто сделали его черным, чтобы копать и гарь не так выделялась. А обрыв в глубокую пропасть служил отличной испытательной площадкой для воздушных магов.

Мы с Каем сидели в одной из комнат подвальной системы, где даже пыль боялась шевелиться без разрешения, потому что тут обитало много неподчиненных элементалей. Опасное местечко, где одно неловкое заклинание способно потревожить саму ткань реальности или хотя бы студентов в комнатах над нашими головами.

В центре комнаты, освещённой лишь дрожащим пламенем свечей и отблесками магического огня, на полу лежал огромный пергамент. На нём, вперемешку с символами рун и каракулями вроде «не забыть добавить порцию силы элементалю через шесть минут», была начерчена схема заклинания, способного поднять в воздух что угодно. Или, по крайней мере, привязать двух элементалей: огня и воздуха к одному предмету.

Кай — огненный маг с волосами цвета тлеющих углей и склонностью поджигать всё, включая собственные брови в особенно удачные дни — сидел на корточках, тыкая ручкой в центр схемы. В его волосах мелькали крошечные искорки, будто он не мог удержать энтузиазм внутри.

Кай мой любимый помощник, друг и авантюрист по жизни. И, как всегда, в ответственные моменты, на нём сгорела его рубашка, и теперь он красовался передо мной весьма внушительными мышцами. Потому что спорт все же Кай любил больше, чем составление схем заклинаний. Я уже к этому привыкла, и особо не реагировала, а других впечатлительных девиц на наши эксперименты мы не звали. Пару раз хватило, и мы поняли, что для нашей дипломной работы пока хватит нас двоих.

— Лира, ты уверена, что здесь нужно именно восходящее пламя? — спросил он, нахмурившись. — А если сделать его вихревым? Представь мини-торнадо в замкнутом пространстве.

— Кай, нам не нужно торнадо. Пламя должно лишь подогреть элементаля воздуха. Это должна быть стабилизация стихий. Если ты впихнёшь туда вихрь, мы не усилим элементаля. Мы его либо спалим, либо разорвем оболочку и отправим к первостихиям.

— Эх, жаль, — вздохнул Кай. — А я уже размечтался о том, как эффектно будут мерцать огненные всполохи.

Мы опять склонились над схемой, почти касаясь друг друга лбами. Пламя на свечах затрепетало, будто тоже заинтересовалось нашими научными изысканиями. Воздух в комнате стал плотнее не только от магии, но и от того самого… чужого присутствия.

Дверь в комнату скрипнув, открылась. Пред нами предстало облако из клубов дыма и искр, а затем из него вышел элементаль огня в высшей форме: крылатого льва. Его грива и глаза были цветом расплавленного золота, а когти оставляли на каменном полу следы, будто тот был воском. Лев был величествен, ужасен… и, судя по выражению его морды, крайне недоволен.

— Э-э… Привет, Феникс! — выдавила я, пытаясь незаметно прикрыть пергамент своим телом. — Мы тут… эээ… проводили научное исследование! В интересах магической науки!

— Феникс? — жалобно пискнул Кай, видать почувствовал всю ту огненную мощь, что держал в своей оболочке элементаль.

— Да, это элементаль моего супруга, — шикнула я на парня, чтобы не делал резких движений. Феникс отличная кошка, не принесет нам никаких бед, ну максимум чутка подпалит. А вот если следом придет хозяин элементаля… и я раздосадовано вздохнула. Пытаясь понять, что в академии забыл Феникс. Неужели меня обнаружили?

Кай глупо округлил глаза и прикрыл торс руками.

— У тебя есть муж? — волнение пронеслось мелкими огненными искорками по коже Кая. — Голову же мне оторвёт явно. С таким сильным элементалем ещё и поджарит заживо, — пытаясь глазами найти хоть какую-то тряпку, чтобы прикрыться.

— Не волнуйся, ничего тебе не будет, — отмахнулась от парня. — А у меня, кажется, закончились спокойные будни в академии.

Утро в Академии Стихий началось не с колокольного звона и обычного распорядка: подъем, ванная, зарядка и завтрак, а с того, что по общему оповещению известили всем собраться на главной площади, перед центральной башней — той самой высокой, с которой по легенде когда-то давно скидывали нерадивых студентов.

В осенней промозглой дымке, на сырой, усыпанной опавшими листьями земле, столпились студенты. Огненные маги стояли слева, воздушные — справа, а между ними зияла нейтральная полоса шириной в три шага, которую никто не пересекал без веской причины. Причины обычно заканчивались дракой, пожаром и парой недель отработки по чистке котлов в алхимической лаборатории. А если бы с нами учились бы водные маги, то, наверное, между нами поставили бы противопожарный забор. Но по закону в одной академии не могут учится противоположные по знаку маги: огонь-вода, воздух-земля. Только несовместимые между собой.

Я стояла чуть в стороне, прижав к груди потрёпанный том «Основ синхронизации стихий», отчаянно зевала и косилась на Кая. Он, как всегда, заигрывал с девчонками из первого курса. Те хихикали и пускали задорные искорки в виде сердечек. Сегодня Кай был одет в форму, огнезащитную: черные рубашка и брюки, в вышитыми золотыми узорами.

— Что случилось? — прошептала Тина, моя одногруппница, когда заметила, наши гляделки с Каем. Воздушные маги носили форму голубого цвета, и тоже огнеупорную.

— Ой, потом все расскажу, — шепнула в ответ. — Небольшая неприятность с нашим экспериментом.

— А-а, — протянула подруга. — Опять что-то не получилось?

— Вроде того, — и я ещё сильнее прижала многострадальный учебник, вспоминая, как Феникс провожал меня до комнаты. Хорошо, что утром на пороге его не обнаружила.

Мы замолчали. В этот момент над площадью разнёсся звон, привлекающий наше внимание. Все головы повернулись к балкону центральной башни.

Там стоял мужчина. Высокий, в чёрном костюме с белой рубашкой. Его темные волосы были собраны в аккуратный хвост, а глаза мерцали потухшим углем. Он стоял спокойно, но воздух вокруг него дрожал, как будто боялся подойти ближе. Самый сильный и опасный архимаг огня. Я мучительно прикрыла глаза, боясь услышать то, что он скажет.

— Студенты Академии стихий, — произнёс он, и его голос прокатился по площади, как гром в закрытой комнате. — С сегодняшнего дня я — ваш новый ректор.

Нет!

— Меня зовут Ардан Вейлхарт.

Моё сердце пропустило удар. Вейлхарт. Тот самый род, что построил замок на краю пропасти. Тот самый род, чьи элементали до сих пор прячутся в стенах подвалов. И… тот самый муж, с котором я когда-то подписала контракт, чтобы спасти семью от банкротства. Контракт, который я считала формальным, магическим, и личным. И который, как оказалось, был… личным только для меня. А не для драгоценного супруга.

Кай смотрел на меня, широко раскрыв глаза, и губами прошептал: «Это он?»

Я обреченно кивнула, чувствуя, как щёки наливаются жаром.

Ардан тем временем продолжал:

— К сожалению ваш ректор, архимаг Арток по состоянию здоровья не может больше занимать должность, и в оставшиеся восемь месяцев до конца учебного года, я буду временно исполнять его обязанности. Я знаю, что многие из вас привыкли к хаосу и отсутствию дисциплины, — его взгляд скользнул по толпе, но мне все же показалось, что на мгновении он задержался на мне. — Но с сегодняшнего дня Академия будет следовать определенному распорядку. И если кто-то будет нарушать дисциплину, — он сделал паузу, и уголки его губ дрогнули, — …этот кто-то будет чистить зубы Фениксу. Вручную.

И прям перед нашими глазами огненный элементаль спрыгнул из дымчатого облака и эффектно и громко рыкнул, обдавая всех горячим воздухом от взмахов его гигантских крыльев. Прелесть…

Студенты застонали, завомущались, но открыто все же не решились протестовать. Зная, что с огненным магом на башне шутки плохи, как и с его элементалем.

Ардан развернулся и скрылся за дверью балкона. Но перед тем, как мы все разошлись, ко мне подлетел воздушный вестник. Я раскрыла записку: «Лира, зайди в кабинет ректора до завтрака. Ардан».

Мне захотелось заплакать. Неужели он хочет прям сразу меня отчислить и отправить в родовой замок? Так нечестно. Мне осталось ещё немного потерпеть, и я бы получила диплом и свободу… Точно, поднимусь к нему и потребую развод!
***Дорогие друзья! Книга пишется в рамках Литмоба ! Будем рады видеть вас в наших историях! (Все книги 16+)

Я понуро опустила голову, шла в замок, пиная неповинные листья. Мимо шли студенты и перешептывались:

— Арихимаг Вейлхарт наивный, когда это мы слушались кого-то!

— Допустим он прав, но он забыл из каких родовитых семейств мы.

— Фениксу скоро надоест ходить с начищенными до блеска зубами.

— Да, точно. Он скоро поймет, что никакая дисциплина нас не приструнит.

Да уж, в академии учились самые родовитые отпрыски королевства. Я среди них была серым мышонком и многие не понимали, как Кай Орлен, старший отпрыск левой королевской ветви вообще смотрел на меня, не считая того, что общался и часто находился в подвалах наедине.

Я их слушала до тех пор, пока ноги не ступили на каменный пол. Я страдальчески огляделась. Все студенты прошли влево, в боковой коридор — в столовую. Мне же предстояло подняться по правой лестнице, на второй этаж в кабинет ректора.

— Давай отнесу твой учебник в комнату, — обратилась ко мне Тина и я вздрогнула. Совсем забыла, что рядом со мной идет подруга. Я огляделась, но Кая не обнаружила, видать опять с девчонками ушел раньше.

— Как думаешь, — замялась я, хотела спросить про развод, но Тина ещё же не знала, что ректор мой супруг.

— Думаю, если ты будешь благоразумна, то все пройдет отлично. Я так понимаю вас вчера с Каем застали в подвале? — Тина всегда была проницательна. Даже странно для мага огня. Ей бы земную стихию.

— А, — протянула я.

— Подожду тебя у двери кабинета, — усмехнулась она. — Приду после того, как отнесу учебник.

Я поднялась по лестнице в коридор, прошла мимо портретов предыдущих ректоров, чьи глаза следили за мной с немым укором.

В кабинете все изменилось. Остался только стол, у правой стены, и небольшой стеллаж. Все остальное пространство занимала лежанка для Феникса. Элементаль лениво вылизывал лапу, теперь в виде обычного, но всё ещё огненного льва размером с крупного барана.

Ардан стоял у окна, спиной ко мне.

— Закройте дверь, — сказал он, не оборачиваясь.

Я послушно захлопнула дверь и тут же прижалась к ней, будто надеялась, что дерево меня спасёт... от огненного мага. Ха-ха.

— Проходи, — начал Ардан, наконец поворачиваясь, и указывая на стул для посетителей. Я мотнула головой и от двери не отступила.

Его взгляд скользнул по мне. Сердце мое бешено застучало. Это ему было без разницы, а мне он всегда нравился. И теперь, когда я думала, что годы стерли все легкомысленные чувства в моей голове, я все так же любуюсь им, и трепетно вздыхаю от его взгляда. Теплого и ласкового. Так стоп! Что происходит?!

 — Рад видеть тебя, милая женушка, — и вот честное слово его улыбка сейчас была не хуже радостного оскала Феникса, когда элементаль получал вкусняшку. В подтверждении моих слов элементаль рыкнул, и взмахнул крыльями. Я тоже была рада видеть льва, мне он больше нравился, чем его хозяин, определенно.

— Не взаимно, ваша светлость, — упрямо заявила я. И да, он его светлость. У него титул и много денег и связей, я же, кхм, лишь жена по контракту, тем более беглая. Мои личные чувства опустим.

— Ректор Вейлхарт тогда, раз хочешь более официальное общение.

Язык сломаешь, лучше, как прежде буду в мыслях по имени называть, а вслух, может уже никак и не потребуется.

— Отчисляете? — сразу перешла к делу, зачем Феникса за хвост тянуть.

— С чего бы это? Из-за вашей подвальной встречи с Каем? Так я знаю, что у вас эксперимент. И признаться весьма интригующий. Только ради этого тебя можно оставить до конца учебного года.

Я нахмурилась, вся моя оборонительная схема разрушилась.

— Тогда зачем вызвали?

— Соскучился, — лаконично и неправда.

— А если серьезно? — мы уже как-то проходили такой этап. Тогда я была наивная и верила всем милым словам. Я резко вздохнула. Ладно оставим все это в прошлом.

Ардан вздохнул. Потом — неожиданно — улыбнулся. Всего на миг. Но этого хватило, чтобы в комнате стало теплее, как и в моем сердце. Надо валить отсюда подальше. Я беспомощно оглянулась на дверь.

— Леди Вейлхарт, — обратился он ко мне.

— Не смейте меня так называть, у нас всё фиктивное. Я — Лира Алира, младшая дочь полковника, без титула. Точка.

— Ладно, я понял, ты все ещё обижена, — он сел за свой стол и взял документы. — Поэтому просто прошу не влипай в неприятности. Можешь идти.

— Не поняла, а зачем вы меня звали? — вот это поворот.

— Не видел тебя несколько лет, вот решил взглянуть, — просто пожал плечами и просто углубился в документы.

— Вы даже меня не искали? Не будете требовать немедленного возвращения в родовое имение или ещё что-то? Я вашу гордость не ущемила? — внезапно вспомнила я, что вообще пришла требовать развод.

— Лира Алира, — прозвучало насмешливо, но я не поддалась, — я все это время знал где ты, и желаю, чтобы ты и дальше училась. Диплом очень важен для девушки, тем более с твоими талантами, жаль пропадать такому магическому резерву.

— Вы знали? — вот о чем я подумать даже не могла, что он будет знать и ничего не предпринимать. — А как же увезти меня в свое родовое имение после третьего курса?

— Ты забываешь одну маленькую деталь, леди Вейлхарт, — нарочно обратился так, чтобы меня позлить. — Академия стихий располагается в замке построенным моим предком. Это место и есть мое родовое имение.

Я на мгновение прикрыла глаза. Вот я бестолковый элементаль первого уровня. Поэтому Ардан меня и не искал. Я все это время была на его территории!
*****
Друзья, хочу познакомить вас с историей нашего моба: 

Я ещё несколько мучительно стыдных мгновений подпирала дверь, а потом все же решила спросить:

— Можно я уже пойду, — перевела дыхание, — на завтрак?

— Разумеется, леди Вейлхарт, — улыбнулся мне. — Не смею вас больше отвлекать от ваших студенческих будней. Просто будь осторожна.

— Не называйте меня так, мы с вами знаем, что у нас все не по-настоящему, — опять возмутилась я.

— Контракт оформлен магической подписью и печатью, а ты моя милая, даже прошла со мной свадебный обряд в часовне твоего города, — напомнил мне он этот печальный и унизительный факт из моего прошлого.

— Наивная была, — проворчала я и выскользнула из кабинета. Ему легко говорить. Он просто охмурил молоденькую дурочку, а потом…

— Ну как там? — спросила Тина. Подруга и правда, ждала меня у двери.

Я так обрадовалась её появлению, что крепко обняла и чуть не расплакалась.

— Я так испугалась, что все. Больше никакой академии, и вообще, — сбивчиво глотая слезы пересказала свои эмоции Тине.

— Главное остаешься, закончишь свой эксперимент и докажешь, что и девушки могут получить диплом Академии стихий, — веско заметила подруга. — И Кай мне шепнул о пикантной подробности.

Я от неё отстранилась и мысленно придушила Кая два раза за длинный язык.

— И сколько человек ещё знает об этой подробности?

— Честно только я. Иногда наш огненный мальчик умеет держать язык за зубами.

Я обернулась на дверь кабинета, и потянула подругу подальше от этого места. Мне не давала покоя одна мысль: Ардан специально стал ректором именно в этой академии? Ради меня? Или все же я слишком высокого о себе мнения. Может и правда, его светлость пришел к выводу, что нам нужен развод. И будет мне теперь палки в эксперименты ставить, чтобы я сама слезно попросила о расставании. Тьфу, ты пропасть элементальская! У меня столько дел и важный эксперимент, мне только мужа фиктивного не хватало на горизонте.

Мы спустились в холл, тут уже было довольно оживленно. Студенты выходили из столовой. Как это обычно бывает — меня игнорировали, а здоровались лишь с Тиной. Потому что у меня нет титула, а Тина хоть и приемная дочь, но дочь герцога, младшая сестра Кая.

— Что там с твоей «пикантной новостью?» Отчислил? Требует вернуться в родовое гнездо? — Тина хоть и говорила с легкостью, но я все же чувствовала волнение в её голосе.

— Остаюсь пока, да и не понятно ничего, — пожаловалась ей, а про родовое гнездо и вовсе не хотелось говорить, как оказалось, я из него и не сбегала. — Свалился как снег на голову. Хорошо же жили… отдельно друг от друга.

— А если все узнают? Ты же знаешь, — Тина крепче схватила меня за локоть.

Если все узнают будет скандал, сплетни и прочие неприятности. Я и так как бельмо на глазу у всех. Мало того, что я без титула. Ладно, с этим смирились, скрипя зубами. Но я — женщина маг, и обычно, после третьего курса всех аристократок забирают из академии. Потому что: «ну зачем ей диплом с профессией, когда есть титул и супруг по договору между семьями». Но был ещё один нюанс. Воздушные маги, если они не занимались потом делами семьи, то обычно становились капитанами кораблей. А непреложное правило гласит, что на корабле работать женщинам не положено! Плохой знак и тогда море покарает судно и экипаж. Мне как-то проверять на практике это не слишком хотелось. Я все же воду не очень признавала.

И казалось бы, зачем я пошла на четвертый курс и пытаюсь получить диплом, когда работы мне не видать? Всё очень просто! Просто мы с Каем кое-что придумали! Кое-что поистине грандиозное! И в этом нам помогла Тина.

****

Друзья, хочу познакомить вас с историей нашего моба: 

Можно было бесконечно долго размышлять над тем, что задумал мой фиктивный супруг — Ардан Вейлхарт, новый ректор Академии стихий, человек, чьё имя раньше вызывало у меня трепет и чувство счастья, а теперь — странную, непонятную тревогу. Но желудок, как всегда, оказался практичнее разума: он жалобно заурчал, напоминая, что, если я не позавтракаю сейчас, весь день превратится в череду дурного настроения, дрожащих рук и неудачных заклинаний.

— Пора, — сказала я Тине, и взглянул на окно, за которым пропасть тонула в утреннем тумане. — Иначе я начну злиться на всех подряд, а это плохо кончится для кого-нибудь. Или ещё хуже меня опять вызовут в кабинет ректора.

Мы направились в столовую. По пути я невольно оглядывала коридоры — те самые, по которым столько раз бегала с Каем, прячась от преподавателей после очередного «эксперимента». Но теперь всё выглядело иначе. Не потому, что замок изменился — нет, он оставался таким же мрачным, величественным и слегка обожжённым. Просто теперь я знала. Замок Вейлхарт — не просто учебное заведение. Это родовое гнездо. Место, где когда-то решались судьбы королевств. И где, по иронии судьбы, я оказалась замужем по контракту за его наследником. И как я могла вообще об этом не подумать?

Бывший бальный зал, а теперь столовая, всё ещё хранил отголоски былого величия. Высокие сводчатые потолки украшали фрески — слегка потемневшие от времени, пара и неудачных взрывов студентов-магов. Но даже сквозь потрескавшуюся позолоту чувствовалась мощь: здесь когда-то танцевали не просто аристократы, а повелители стихий. Теперь же вместо вальсов звучал смех, лязг тарелок и шипение котлов, из которых то и дело вырывались клубы дыма или лёгкий ветерок.

Витражи на окнах — когда-то просто украшение — теперь были живыми. Каждый реагировал на присутствие определённой стихии: красный трепетал, как живое пламя, зелёный — вихрился.

Паркет, некогда отполированный до зеркального блеска, давно заменили на плиты из закалённого базальта — практично, учитывая, сколько раз его прожигали, сдували и вообще использовали как мишень. Люстры тоже исчезли. Вместо них висели четыре огромные сферы — огненные элементали первого уровня, спокойно парящие под потолком. Их мягкое сияние освещало зал вечером, а ночью включались магические светильники — скромные, но надёжные.

На месте оркестровой галереи теперь располагалась кухня. Оттуда доносился гул — звон посуды, перекличка поваров, ароматы жареного, трав и чего-то сладкого.

Над стойкой раздачи висела знакомая вывеска — послание от главного повара, написанное жёлтыми буквами на чёрной доске:

«Ешьте с умом, ешьте с балансом.

Не ругайтесь за столом — иначе суп станет солёным от слёз.

И да — если увидите, как пирожное уплывает в окно…

Это не галлюцинация. Это просто магия.»

Меню, как всегда, делилось: для огненных и для воздушных. Мы с Тиной пришли последними — зал уже почти опустел. Я взяла поднос, столовые приборы и медленно двинулась вдоль стойки.

«Воздушная каша. Облако-омлет. Ветренный чай. Булочка-торнадо».

Всё лёгкое. Всё недостаточное. Я бросила взгляд на огненную сторону: яйца с беконом, сэндвичи с курицей, свежевыжатый сок и травяной напиток с дымком корицы. Желудок застонал ещё громче.

— Почему такая несправедливость? — проворчала я, чувствуя, как внутри разгорается знакомое раздражение. — Я таким набором даже до обеда не дотяну.

Тина фыркнула, уже набивая тарелку огненной едой:

— Потому что воздушные маги должны быть лёгкими. Иначе под весом собственного тела упадут в пропасть, и воздух их не удержит.

— По твоей логике, вас кормят на убой, потому что огненных магов должно быть много, чтобы не сгореть дотла при первом же заклинании, — парировала я, грустно глядя на яйца.

— Я с тобой поделюсь, — мягко сказала она, уже откладывая половину своей порции на мой поднос.

Мы устроились за дальним столиком, у окна, откуда открывался вид на обрыв, где под робкими осенними лучами исчезал туман. Я молча перемешивала кашу, чувствуя, как внутри всё ещё кипит смесь обиды, тревоги и чего-то, что я не хотела называть.

— Знаешь, — тихо сказала Тина, осторожно, будто боясь спугнуть, — как жена ректора ты могла бы повлиять на меню в столовой.

Я чуть не выронила ложку. Если бы я была огненным магом, то, наверное, и правда прожгла бы в ней дыру от одного только упоминания этого слова — жена.

— Ты издеваешься? — резко спросила я, но тут же смягчилась, увидев её искреннее выражение лица.

— Нет, — она пожала плечами. — Просто… в моём мире, ну… из того места, откуда я приехала, такие вещи вполне возможны. Если ты кому-то важна — ты можешь менять правила. Даже в столовой.

Опять. Опять она чуть не проболталась. Тина — или, как её звали дома, Антонина — была из другого мира. Мы с Каем сначала просто смеялись над её странными словами, потом — помогли ей скрыться, а потом семья Кая и вовсе удочерила её, увидев силу её огненного резерва. Он был необъятным. Такой, что за него можно было продать королевство. И если бы об этом узнали, на неё бы сразу начали охоту — не за сердцем, а за генами.

Я глубоко вздохнула, проглотила ложку каши — безвкусной, лёгкой, как обещание, которое никто не собирался исполнять — и спросила, стараясь говорить спокойно:

— И… помогало? В твоём мире? Когда жёны просили изменить что-то подобное?

— Если отношения хорошие и это идёт во благо — да, — уклончиво ответила она, но в её глазах мелькнуло что-то тёплое. — Знаешь, я тоже люблю кашу по утрам. Но эту — нет. А вот яйца с беконом… их бы к обеду. Так что я тоже хотела бы изменений.

Я помолчала. Потом тихо, почти шёпотом:

— У нас с мужем никаких отношений нет.

И не добавила: и налаживать их я не собираюсь. Потому что это было бы признанием, что я могу их наладить. А это значило бы — признать, что он важен. А он не должен быть важен. Он — просто подпись на контракте. Просто имя в документах. Просто…

— А что у вас произошло? — не скрывая любопытства, спросила Тина.

Я посмотрела в окно. Где-то там, внизу, в пропасти, кружили воздушные элементали.

— Расскажу вечером, на нашем месте, — сказала я. — Чтобы два раза не повторять. Чувствую, у Кая тоже любопытство уже подгорает.

Тина улыбнулась и кивнула. Мы обе знали: скрывать хоть что-то от друзей теперь бессмысленно. Нас и так связывало столько тайн — сокрытие попаданки, подпольные эксперименты, побеги в запретные подвальные комнаты. Тайна моей личной жизни не испортит картину.

****

Друзья, хочу познакомить вас с историей нашего моба: