Будни королевского Кота. Юмор и хорошее настроение гарантированы!

  Позвольте представиться, меня зовут Гад. Да-да, вы не ослышались. Он самый. Гад Хвостатый, Гад Зломерзкий, и Гад Ползучий (что значительно реже), а так же Гад-Поди-Сюда и Гад-Проваливай. Еще между всеми этими «гадами» затерялся некий «Маркиз», но куда там. Гадом меня называют гораздо чаще. Я уж и имя свое почти что забыл.

  Итак, с чего спросите, все началось? Конечно же, с утра. Причем раннего. Не того, когда петухи поют – оно для людей. А того, когда служанка приносит примерно к полудню для меня блюдечко полное молока и второе со вкуснейшими деликатесами, они же излишки с кухни. Прошу не путать с так называемыми «объедками». Они достаются дворовым псам. Мне же отходит порция свежайших кусочков из никем еще не тронутых блюд. Не знал бы людей, решил бы, что это от большой любви. Но вообще-то прекрасно я их знаю. Наверняка проверяют еду на наличие яда таким вот образом. Дескать, сдохнет Гад на этот раз, али нет. Ну, обычно я-то нет. Но я ж травки всякие знаю, что за конюшней растут. Одна раз – и почистит желудок. А от другой хорошо так… Но это я отвлекся маленько.

  Значит, завтрак. Сразу после подъема, вестимо. Дождался, я свою служанку с яствами, потерся благодарно возле ее ног. Это ритуал такой, ничего личного. К тому же, исправную служанку следует поощрить. Отнюдь не все из них настолько исполнительны, что приносят еду горячей. Если и такие, что могут под самый вечер вспомнить! Обычно я гажу им в ботинки, а самым предусмотрительным, что не оставляют их где ни попадя, раздираю в клочья шляпы и чулки.

  Принцесса моя проснулась по обыкновению рано. Так что к моему завтраку она уже спустилась из смотровой башни, где у нее был урок не то географии, не то языков. Как по мне – язык у нее и так был отменный. Достаточно длинный и розовый, чтобы показывать его фрейлинам и дразнить окрестных мальчишек. Плюхнувшись на кровать, принцесса слегка нарушила мою трапезу. От ее заунывных стенаний у меня моментально испортился аппетит.

  -Нет, ну надо же! – жаловалась девчонка, уставившись в разрисованный ангелочками и премилыми пейзажами потолок. – Кто же знал, что столица Алсонии – Бреань, а?! Да кто вообще в курсе, где находится эта Алсония разнесчастная! Маркиз, она такая маленькая, что ее и на карте-то, почитай, нет!

  Я напрягся. «Маркиз» - это всегда не к добру. Когда называют Гадом, оно как-то привычней. Что до пейзажей, что в изобилии украшали комнату, так на мой вкус они были через чур слащавы. Где вы видели столь яркие лазурные небеса? Да чтобы ни облачка одного серого? Или деревья с ветвями ровными, как на подбор, не говоря о листьях – ни одного изъеденного насекомыми! А уж яблоки на натюрморте, что висел на сине-золотой стене напротив кровати принцессы! Ни одного червивого! Не существующий мир, в общем. Бедное дитя растет посреди этого сомнительного изобилия «красоты» и разучивает столицы государств, которые никогда не увидит. Жалкая участь.

  Я углубился в трапезу, зарывшись головой в свою миску. На завтрак сегодня была каша. Ячменная со сладким изюмом. Как по мне, так мясо или рыба не помешали бы. Но уж что принесли, жаловаться бесполезно. От девчонки можно дождаться разве что леденцов.

  -Гад, а давай сбежим, а? – предложила моя принцесса.

  Не успел я увернуться, как меня подхватили поперек туловища и потащили куда-то вниз по ступеням из королевских покоев. Я как мог извивался и шипел, пытаясь вырваться. Сбегать! Еще чего не хватало! Во дворе, между прочим, гончие псы! А за дворцом нашим лес! Дикий, дремучий! Да она медведя не на картинке хотя бы раз в жизни видела?! Я попытался расцарапать глупой девчонке лицо – исключительно с целью спасти ее жизнь. Ну и свою заодно! Увы, получилось лишь чуть задеть когтями ее подбородок.

  -Гад, немедленно прекрати! – взвыла принцесса. – Мы уже почти выбрались!

  Вот так вот! Ни вещей с собой для побега. Ни теплого плаща, чтобы меня завернуть на ночь! Ничего. «Сбежали», называется, с Ее Высочеством Беатрисой Седьмой. Да, девочкам в нашем чокнутом королевстве тоже дают номера. Так что она вот Седьмая, а брат ее то ли Пятый, то ли Шестой, я все время путаю.

  Выбравшись в сад, эта юная ассасинка проворно скрылась между деревьями в густых зарослях, что король держал исключительно по просьбе детей, обожавших играть в них в прятки. Лучше б уж в лабиринте спряталась! Он хоть и виден насквозь, если забраться повыше, там хоть места больше и колючих кустов нет. Принцесса присела на корточки и прижала меня к себе, как игрушечного зайца. Разумеется, я тут же дал ей понять, чем живое отличается от игрушки. Пролилась кровь, и принцесса обиженно зашипела.

  -Да хватит уже! – проворковала она, прижав к себе еще сильнее. – Не волнуйся, нас не найдут!

  Волновался я как раз об обратном. Именно о том, что нас не найдут. И в лучшем случае мы просидим здесь до самого вечера, слушая журчание садовых фонтанов на голодный желудок. В худшем же, девчонка дождется, пока выдастся подходящая возможность и рванет со мной в лес! Чего я категорически хотел избежать!

  -М-мяу! – завопил я, когда наконец-то показался ее нерадивый воспитатель, Мистер Эмрих.

  Он был еще не стар, хоть и носил очки на длинном носу и одевался в видавший виды темно-коричневый поношенный сюртук, вышедший из моды этак за тридцать лет до рождения принцессы. Сюртук, вероятно, принадлежал его деду. Мистеру Эмриху самому было от силы лет двадцать пять.

  -Принцесса! – жалобно позвал этот гений географии и картографии, уверенный, что Сульвианские острова находятся в Мадратическом океане. – Где вы? Хватит прятаться! Если королева заметит, что вы пропустили занятие, попадет нам обоим!

  Иногда я гадал, как столь жалкий тип умудрился оказаться среди наставников королевских детей. Объяснений тому было два. Протекция и дальнее родство с королевской семьей. К тому же, Мистер Эмрих, не взирая на некоторые вполне допустимые пробелы в знаниях и неопрятный вид, был верен, словно пес и довольно-таки умен. Для ученого.

  -М-мя! – мне определенно заткнули кот, так что договорить не удалось.

  Пришлось кусаться, но мою принцессу это не впечатлило. Я был приставлен к ней с пеленок, чтобы оберегать от мышей. В качестве кота был я изрядно ленив, так что девочка довольно рано научилась заботиться о себе и отбиваться от крыс. Что, должен сказать, пошло ей лишь на пользу.

  -Мы совсем недолго позанимаемся, а потом я угощу вас конфетой! – перешел тем временем Мистер Эмрих к технике подкупа.

  Я заинтересованно притих. Быть может, он все-таки выманит принцессу? Но юная Беатриса была непреклонна. Даже обещание двух конфет ее не соблазнило.

  -Хорошо! Давайте отправимся в лес! На занятие естествознанием! – в отчаянии предложил учитель.

  Принцесса разогнулась, словно пружина, тут же покинув свое укрытие. Нависавшие над нами ветки хлестнули по ее лицу, и, что гораздо важнее, по моей полосатой спине. Я коротко взвыл и вырвался наконец-то из ее рук, попытавшись удрать. И получилось бы, если бы не вмешательство не в меру сострадательного Мистера Эмриха.

  -Котик! – с сочувствием произнес учитель, подхватив меня на руки.

  Я уж понадеялся, было, что ученый человек отнесет меня обратно в мои покои к еще теплящейся миске с едой. Но вместо этого Мистер Эмрих посадил меня себе на плечо.

  -Отлично, отправляемся в лес! Только стражей предупрежу, чтобы нас сопроводили! – решил учитель.

  -Они нас не отпустят, - предусмотрительно заявила принцесса. – Нельзя их звать.

  Мистер Эмрих задумался. Как и все хорошие педагоги, он частенько оказывался в ловушке между тем, что считал благом для учеников и мнением их родителей. Все осложнял тот факт, что в случае с принцессой и ее братьями, то была королевская чета. А за неповиновение вполне могли конфисковать голову. Вдобавок ко всему, Мистер Эмрих был человеком слова. А он обещал принцессе.

  -Хорошо. Пойдем без них, - протянул он с некоторым сомнением. – Мы же недалеко. Буквально до подлеска дойдем.

  -Возьмем Маркиза! – предложила принцесса, снова взяв меня на руки. – С ним ведь можно!

  Ну, вот не успел я спрыгнуть с плеч этого доброхота и удрать обратно в свои покои! Теперь придется слушать урок естествознания, и занудный рассказ Мистера Эмриха про все попадавшиеся на нашем пути растения. Это от головной боли, то от поноса, а это от ничего. Просто красивое. Или еще неизученное до конца. На некоторые абсолютно бесполезные цветы Мистер Эмрих возлагал большие надежды в дальнейшем. Он все хотел совершить что-нибудь великое. Желательно открытие, но и подвиг бы подошел. Особенно такой, что впечатлил бы одну придворную фрейлину. Вздорную особу семнадцати лет, любительницу голубых платьев с желтыми оборками, пышных кринолинов и заливисто хохотать над несмешными шутками отпрысков знатных вельмож. На Мистера Эмриха она, понятное дело, внимания не обращала.

  Вскоре мы уже добрались до леса, и Мистер Эмрих присел на траву, чтобы показать принцессе жуков. Он нашел сразу троих, пузатых с загнутыми рогами. Жуки были определенно интереснее трав, так что Беатриса внимательно его слушала. Я же вырвался и принялся гоняться за бабочками от нечего делать. Они были красивы и легко ускользали в свою воздушную стихию. Не то, чтобы я и в самом деле хотел хоть одну поймать. При желании я смог бы испепелить их всех, что порхали над прилегавшим к подлеску полем. Сочный запах свежей травы, смешивавшийся с запахом белесых маленьких цветков, пьянил и дурманил ароматом свободы. Я и сам не заметил, как в моем рту оказался какой-то стебель, кисловатый на вкус, но до чего же приятный! Жевал и не был в силах остановиться, пока весь не сгрыз. Потом почему-то от стебля меня затошнило. Видимо, разновидность трав для очистки желудка. А я ж и каши той съел всего ничего! Неужели отравлена?

  -Маркиз! Посмотри, какие жуки! – радостно сказал принцесса.

  Я сунулся взглянуть поближе на ее жуков. Схватил одного из них, самого пузатого и блестящего и с треском раскусил. Рот наполнился вязкой гадостью. Определенно, эти жуки были не съедобны. О чем я и известил Мистера Эмриха, выплюнув остатки жука ему под ноги.

  -Похоже, они ему не нравятся! – глубокомысленно изрекла принцесса.

  Я прислушался к нараставшему гулу, похожему на рой насекомых. Вот только, это не были пчелы, они звучат по-другому. Гул приближался, а Мистер Эмлих и принцесса не обращали на него никакого внимания, поглощенные своим занятием. На этот раз, кажется, он нашел для нее муравьев. Эка невидаль! В отличие от смертоносного летевшего в Беатрису заклинания.

  Я подпрыгнул в самый последний момент и разорвал незримую угрозу надвое. Она упала на траву в виде снопа красно-черных дымящихся искр, и окутала окрестности своим смрадом. Мистер Эмлих вскрикнул, а принцесса не нашла ничего лучше, чем схватить меня за шкирятник.

  -Бедный котик мой, ты в порядке?! - всхлипнула девочка.

  -Похоже, Маркиз только что спас наши жизни! – растроганно сказал Мистер Эмлих, поднявшись с земли, куда его отбросило остатками заклинания.

  Вывернувшись из рук девчонки, я спрыгнул на землю, независимо подняв хвост. Человеком ученый был отнюдь не глупым, но чрезмерно чувствительным. Иначе понял бы, что не разорви я это заклинание, оно бы убило все живое в радиусе двадцати метров. Включая меня.

  Узнав о покушении, король и королева предсказуемо пришли в ярость. Я сидел у стены перед троном Его Величества и вылизывался, пока Мистер Эмлих сбивчиво повторял в десятый раз, что не рассмотрел источник заклинания. Как и прибывшие на место стражи. Они не обнаружили никого и ничего. Лишь слабый магический след и все.

  Я притворялся, что не слушаю, демонстративно вылизывая лапу. Не то, чтобы мне было дело до принцессы. Но те, кто надумал укокошить ее, вполне могут опять попытаться отправить ее на тот свет вместе с моей поджаренной шкурой. Так что я был кровно заинтересован в подробностях.

  -… на ребенка… Как они могли! – всплеснула руками королева после того, как все разумные аргументы у нее закончились.

  Внешне она была похожа на Беатрису. Только постарше и вместо тонкой блестящей диадемы, что изредка надевала на праздники принцесса, у Ее Величества была самая настоящая корона. С алмазами и рубинами, тонкой огранки, из чистого золота. У короля была точно такая же, только массивней.

  -Вероятно, это дело рук того, кто желает нам отомстить? – предположил король.

  -Либо отомстить на будущее, - вклинился Мистер Эмлих.

  -Это как? – подивилась королева.

  -Предвидя, что вы станете врагами, - предположил учитель.

  Я наступил ему на ногу, но намек человек не понял. Иногда Мистера Эмлиха в его умствованиях окончательно заносило.

  -Гм! – глубокомысленно отозвался Его Величество.

  С одной стороны король не желал признавать, что его мыслительных способностей не хватало осознать нечто подобное. А с другой выражал отношение к подобным заумствованиям, а заодно людям, которые склонны мстить наперед.

 -Гм-гм-гм! – добавил он и дворцовые стражники, охранявшие тронный зал подобрались.

  С такой интонацией наш распрекрасный правитель обычно приказывал рубить головы. Но, к счастью для мистера Эмлиха, его голова уцелела. Король ограничился лишь тем, что выразил недовольство прогулкой принцессы вне стен дворца да еще без охраны!

  -С нами был Маркиз, - смиренно напомнил учитель.

  -Этот кот стоит десятка охранников! – с восхищением подтвердил король.

  Он огляделся в поисках того, чем бы меня отблагодарить. Но ничего, помимо подноса с виноградом и вином, стоявшего на высоком эбонитовом столике рядом с ним не было. Так что Его Величество уселся обратно на свой трон, одарив меня бесполезной улыбкой.

  Еще раз поклонившись, Мистер Эмлих подхватил меня с пола, и, пятясь, выскользнул из тронного зала.

  -Кажется, наши неприятности на этом закончились! – с облегчением проговорил он.

  «Смотря чьи!» - подумал я флегматично.

  Оказавшись, наконец-то в родных покоях, я первым делом бросился к своим мискам. Еда в них давным-давно остыла и была уже не такой вкусной, как совсем свежая. Принявшись жевать без особого аппетита, я отметил, что на столике рядом с кроватью принцессы лежит чистый поднос. Похоже, на этот раз не я первым попробовал принесенную для нас еду с кухни, а сама принцесса выступила моим дегустатором. Тот факт, что девчонка при этом лежала на кровати, закрыв ладонью лицо, настораживал.

  -Ох, добрый Мистер Эмлих, подумать только! Нас попытались убить! – воскликнула принцесса писклявым голосом, неудачно подражая собственной матери.

  Той праведный гнев и удивление давались куда как лучше.

  -Это моя вина, - склонил голову ее наставник. – Не следовало нам покидать дворец без разрешения и охраны.

  -С нами ведь был Маркиз! – перестала изображать «принцессу в шоке», и даже приподнялась на постели Беатрис.

  Моя шерсть на загривке поднялась дыбом. Клянусь, если сейчас одна маленькая надоедливая девочка помешает мне завтракать… Неведомая противоестественная природной гравитации сила приподняла меня от земли и переместила в сторону от вожделенной миски. Вернее, на кровать.

  -Котик ты мой хороший! – заявила принцесса, принявшись меня гладить.

  Я прикинул про себя варианты. Потерпеть пять минут так уж и быть. Это довольно приятно, когда тебя чешут за ухом. Людям не понять. Врезать по ней когтями как следует и отправиться доедать и без того остывшую уже еду. Терпеть.

  Выбрал я естественно компромисс. То есть, средний вариант, от души полоснув тонкую девичью руку когтями. На запястье принцессы расцвели алые полосы, впрочем, с тыльной стороны, подальше от вен.

  -Ай! – взвыла Беатриса, а я проворно соскочил с ее кровати и, метнувшись к миске, загнал ее в угол.

  Забравшись в закуток между креслом и стеной вместе с миской, я принялся поглощать свою пищу, игнорируя настойчивый голосок, звавший меня поиграть.

  -Мне кажется, Маркизу надо восстановиться, - предложил Мистер Эмлих. – Думаю, у него ушла большая часть сил на то, чтобы остановить заклинание.

  -Ну, ладно. Пусть ест! – снизошла принцесса, обиженно надувшись и подтянув ноги на самую кровать. – Как думаете, Мистер Эмлих, покушение повторится?

  -Полагаю, сегодня же вечером! – предположил учитель.

  -Почему сегодня? – удивилась Беатриса, впрочем, совсом не выглядевшая напуганной.

  -Сегодня их больше не ожидают, - предположил мистер Эмлих.

  Но он ошибался. Я ждал. И был готов к этому.

  Поиск магического следа я начал с того места, где на нас напали. Если бы принцесса и Мистер Эмлих не надумали забрать меня оттуда, то смог бы попробовать выследить убийц сразу. Но учитель был слишком напуган, чтобы сообразить дать мне возможность найти виновников.

  -Погляди, как кот резвится, - проговорил один из стражников, посланных королевской четой проверить, не оставил ли нападавший улик.

  Я посмотрел на облаченного в кирасу со знаком короны дылду, который буквально стоял на этих самых уликах, хотя был уверен, что хитроумный убийца ничего не оставил. Ну да, помимо энергетического следа.

  -А чего б ему ни поиграть на солнышке-то, - поддержал второй стражник, чуть постарше первого. – Даже завидую! Вот это жизнь – самые лучшие кусочки с кухни. Да еще вхож в спальню принцессы!

  Оба заржали, а я демонстративно задрал хвост и отошел подальше от недоумков. Своими дурацкими «поисками» они лишь портили оставшиеся следы. Но я ничего не мог с этим поделать. Разве что пройтись когтями по ноге плосколицего стража, что пошутил про спальню принцессы. Он стоял ближе.

  -Ай! – взвыл парень и замахнулся на меня кулаком.

  Но второй тут же сделал предупредительный жест.

  -Ты чего! Это же королевский кот! Тебе на виселицу захотелось?! Не говоря уж о том, что он в одиночку отбил нападение на принцессу!

  Кулак стражника замер в воздухе. Я с интересом посмотрел на человека и издал победоносно неприличное «Мряу!». К сожалению, кошачьего языка они оба не знали, чтобы оценить по достоинству все оттенки и переливы, прозвучавшие в моем голосе, а так же понять, что я послал их в будку, вылизывать миски с дворовыми псами.

  Потоптавшись на месте еще немного, стражники, наконец, ушли, счев, что их миссия выполнена. Моя же только начиналась. Проводив их взглядом, я занялся следами, оставшимися от атакующего заклинания. Оно было разрушено, и информации остатки энергии на самом месте нападения несли немного. Но, покрутившись как следует вокруг, мне удалось найти место, с которого была произведена атака. Как я и думал, убийца скрывался за деревом неподалеку. Тут даже не надо быть дылдой-стражником, чтобы сообразить нечто столь элементарное. Однако, вместо того, чтобы проверить деревья, эти поленья в кирасах дружно решили, что принцессу попытался убить великий маг и был он при этом невидим. Так чего искать-то?

  Разумеется, невидимостью неудачливый убийца не обладал. Для этого, как я уже сказал, надо быть великим. А великие маги, как правило, не охотятся на детей. Даже королевских. Самый темный из них, что мне встречался, считал подобное ниже своего достоинства. Отыскав правильное дерево, возле которого поблескивали изумрудной россыпью остатки магической энергии, я принялся неторопливо ее исследовать. Вот так он готовился к заклинанию. Сначала хотел послать не Режущий Вихрь, а что-то другое. Вот виднеется пара золотых капель. Должно быть, подумывал о Драконьем Пламени. Вот сюда убийца отступил, когда ничего не вышло. Взобрался на дерево, вероятно, готовясь ко второй атаке. Жженая ветка, он почти было применил заклинание. Но передумал. Должно быть, понял, каким уровнем силы я обладаю. Не чета всяким голозадым убийцам-дармоедам. Ясно же, что наемник средней руки. Максимум, новичок из элитных. Надо бы его найти, пока он и впрямь не навестил ночью покои принцессы. Если ее кто прикончит, я же без работы останусь. И миски вкусностей!

  Всесторонне изучив выбранное наемником дерево, я не побрезговал использовать звериный нюх. Конечно же, я не собака, которая пригодилась бы тут куда лучше. Это им нравится тыкаться мордой в землю и по ноздри в грязи нестись по следу! У меня есть идеи получше. Типа полежать на оленьей шкуре возле камина, послушать ворчливую болтовню кухарок… Во всяком случае, я с ходу мог бы перечислить два десятка занятий поинтересней, чем нестись через лес в поисках вооруженного до зубов убийцы.

  Убежище наемника обнаружилось в чащобе. Той, где медведи любят поедать сладкие ягоды, а птицы поют с опаской, ибо там водится кое-что гораздо страшнее медведей. Я ступил на маленькую узкую полянку, скрытую от посторонних глаз колючими зарослями айровника. Посреди поляны сидел молодой длинноволосый парень, опираясь на воткнутый в землю меч. Голова его была опущена, а дыханье размерено. Убийца-маг отдыхал, восстанавливаясь после потери сил. Должно быть, он вложил в свое заклинание все, что смог. Потому и не решился применить второе. Понимал, что я, скорее всего, с легкостью отражу магию, сотканную из остатков.

  «Слишком молод. Не профессионал!» - вынес я про себя безжалостный вердикт.

  Я вышел на поляну, не слишком заботясь о том, чтобы скрываться. Почувствовав мое приближение, молодой наемник поднял голову.

  -Кот? – произнес он с нотками удивления.

  Я окинул наемника недружелюбным взглядом. Должно быть, смотрелось довольно зловеще, учитывая, что глаза у меня разные. Один желтый, а второй голубой. Мистер Эмлих поначалу, встречая меня ночью во дворце, даже пугался. Потом привык.

  -Труп? – сурово промурлыкал я, для верности применив телепатию. – Кто тебя послал?

  Убийца сглотнул. Он не мог не почувствовать мою силу, постепенно заполонявшую собой всю поляну. Птицы смолки. И не потому, что испугались его.

  -Так значит, это правда, у принцессы есть магический…

  Договорить он не успел. Я метнулся вперед и глубоко рассек кожу под его горлом, опрокинув человека на спину.

  -Поближе к делу! – посоветовал я, примеряясь на этот раз когтями к самому горлу.

  Бедняга сглотнул. Разум говорил ему, что кот не может обладать такой силой. Что мое тело слишком маленькое для того, чтобы его опрокинуть. Но, как наемник ни пытался, он не мог не то что подняться. Каждое даже самое крошечное движение давалось ему с огромным трудом из-за накинутого мной обездвиживающего заклинания.

  -Я… не могу сказать.., - прохрипел парень должно быть, завороженный абсурдностью ситуации.

  Его допрашивал кот. Я занес когти над его глазом. Подмигнул тем, что у меня самого был желтым. Наемник издал испуганный полузадушенный хрип.

  -Он… убьет меня! – пробормотал он, жалобно глядя на мои когти.

  Н-да, надо же! Не профессионал точно! Хорошего убийцу самого можно разрезать на мелкие кусочки, и он ничего не расскажет! А этот… недоразумение одно!

  -Какой милосердный у тебя наниматель! – хмыкнул я. – По сравнению со мной… Всего-навсего убьет… Да считай парень, тебе повезло, если так легко отделаешься… А как насчет тысячи лет, проведенной в Бездне? Могу отправить…

  Я помахал хвостом, активируя заклинания Молота. Раздался мерзкий хруст костей и наемник подавился собственный криком. Оборачиваться, чтобы увидеть, что осталось от его ног, не было нужды. Ходить он сможет не скоро.

  -Имя? – напомнил я, промурлыкав веселенький мотивчик из репертуара полудиких дворцовых котов.

  Тех, что ловят мышей и приносят мне самые свежие сплетни.

  -Б…барлендин! – закрыв глаза, в отчаянии проговорил наемник. – Он пользовался маской Отвода Глаз, когда пришел к нам в Академию, но, мне кажется, я узнал его!

  Я с интересом уставился на наемника. Похоже, он ожидал, что я убью его, едва он назовет имя младшего брата короля. Да неужели? Барлендин? Вот уж никогда бы не подумал! Этот злобный выродок надумал избавиться от старшей наследницы своего брата? Но зачем? У Беатрисы есть еще двое младших братьев. По традиции, в королевской семье трон наследует старший ребенок, какого бы он не был пола.

  Я ведь уже упоминал, что королевство у нас прогрессивное? Изначально эта традиция якобы связана с каким-то «великим даром», который переходит в королевском роду по старшей линии. В общем, корону унаследует Беатриса. А потом уже в очереди стоят ее малолетние братья, за ними дядя. Или он решил избавиться ото всех троих? И королевской четы в придачу? Вот ведь сварливый мерзавец! Такой план и столь бездарное исполнение! Нанять студента магической Академии! Даже не профессионального убийцу! Ну, кто так короны-то завоевывает?! Нет бы организовать полноценный заговор…

  -Он… он заставил меня! – жалобно заголосил юноша, пользуясь тем, что все еще жив. – Сказал, что если не выполню его условий, мои мать и сестра погибнут!

  Был бы я человеком, вопросительно бы изогнул бровь. Но на кошачьей физиономии подобные ужимки, конечно, смотрелись не очень.

  -Зачем ему заставлять тебя, если можно было кого-то нанять? – поинтересовался я в ответ на непонимающее моих ужимок молчание.

  -Я лучший на своем курсе! – опустил голову парень. – Мастера говорят, что со временем я превзойду даже Нэйтирена Великого… Превзошел бы… Я спрашивал… Он сказал, что ни одна организация наемников не захочет связываться с королевской семьей.

  Ну, еще бы! После того, как его жену отравили, прапрадед нашего короля чуть было не вывел наемников в королевстве совсем. Полагаю, они горько пожалели об отравленном вине, случайно выпитом королевой вместо короля. С тех пор в одном из залов дворца даже сохранилась настенная роспись, изображавшая убийц, развешанных на столбах. Жутковатенькая, как раз то, что надо для зала, где просители ожидают царственной аудиенции.

  Я спрыгнул с груди паренька, предоставив ему шикарную возможность вдоволь поплакать от боли.

  -Как Нэйтирен Великий тебе уже не стать, - пробормотал я. – В лучшем случае будешь как Хогвальд Хромой. Проваливай!

  Всхлипом, поблагодарив за мое милосердие, юный чародей принялся ткать дрожащими руками портал в Академию. На всякий случай Мастера снабжали учеников на весь период обучения специальными талисманами, которые позволяли им туда перенестись. Достаточно было активировать. Но сейчас у «лучшего на курсе» не получалось даже этого. Я взглянул на висевшую на его шее золотую звездочку и заставил ее разгореться, утягивая паренька в портал. Лишь когда он исчез, я сообразил, что куда разумнее было бы привести сюда стражей, чтобы паренька допросили. Дяде принцессы тогда было бы не сдобровать. Теперь же у меня нет никаких улик против него. Да, впрочем, и улики мне и не требовались. Все, что мне нужно, я разузнал.

  Наутро во дворце был торжественный прием по случаю прибытия двух архимастеров Академии. Их срочно вызывали, чтобы обезопасить принцессу. Оба прибыли так быстро, как только возможно. Видно, гнали лошадей порталами. Один маг был седой и достопочтенный, другой же помоложе, с лихо закрученными усиками и копной каштановых непослушных волос. Понятное дело, что все придворные фрейлины поголовно и даже моя принцесса не сводили глаз с младшего. Меня же заинтересовали оба. Юный – самим весьма сомнительным фактом своей молодости. Редко когда архимастерами становятся раньше пятидесяти. Зато вот заклинание, подправляющее внешность, оно не такое уж сложное. Что до второго – я его знал. Встречались когда-то очень давно. И едва ли был хоть один шанс, что архимастер Верес узнает меня в пушистой шкуре.

  Покончив с торжественными приветствиями и целованием королевской руки, что оба мага проделали с максимальным, в подобной ситуации достоинством, едва коснувшись губами перстней на королевской перчатке, все перешли к делу. Король поведал о нападении на наследницу, а стражи бодро отрапортовали о своих поисках, закончившихся ничем. Королева так же упомянула и мой «маленький подвиг» по спасению Ее Высочества. Услышав о моей роли в произошедшем, оба мага синхронно уставились на меня. Я же как раз в этот момент не сводил глаз с принцессиного дядюшки. Лицо у него было такое, словно по нему вытянули поленом. Поспорить готов был, что он вот-вот зашипит в мою сторону!

  Младшие принцы крутились чуть поодаль. Завидовали старшей сестре, оказавшейся вдруг в центре внимания всего королевства. Вон, даже два архимастера явились, чтобы ее защитить! Как по мне – поздновато. Маги выразили свое восхищение моим бесстрашием и тут же заявили, что отправятся осмотреть место преступления. Король пожелал сопроводить их лично. Я же остался, чтобы проводить дядюшку принцессы в его покои. Если надумает совершить новое покушение, лучше не оставлять его наедине со слугами. Отдаст приказ яду подлить и поминай, как девчонку звали! И что тогда? Магический кот, не справившийся со своими обязанностями? Изгнанный из дворца, куда подальше от уютной кухни и теплого камина?!

  Когда с торжественной церемонией было покончено, принц Барлендин отправился в свои покои. Меня, крадущегося следом он не заметил. Так что вдоволь поворчал о том, что Академия могла бы прислать с десяток архимастеров и вконец они там обленились, уже задниц не оторвут с тем, чтобы защитить королевское дитя. Я недоумевал. Ему-то какое дело, до того, сколько магов прислала Академия?! Можно подумать, что и впрямь за принцессу переживает!

  Впрочем, едва закрыв за собой плотно дверь своих покоев, дядюшка Барлендин подобрался. Лицо его неуловимо изменилось, став куда более жестким, чем прежде. И гораздо менее дружелюбным. Убедившись, что никто из слуг его больше не слышит, принц Барлендин сел за стол и принялся писать кому-то послание. Затем запечатал его, и отправил с магическим вороном. Мне оставалось с бессильной яростью наблюдать, как птица вылетает из замка через окно и скрывается в темно-синих недрах портала.

  Король и маги вернулись ближе к обеду. Как раз тогда, когда я покончил со своей трапезой. Мы с Беатрисой оказались приглашены на званое торжество. Так что, принцесса, недолго думая, ухватила меня поперек туловища и усадила за стол рядом с собой. Маги и король докладывали о результатах поисков Ее Величеству.

  -Ничего! – подвел итог король, разведя руками для пущей надежности. – Убийца почти не оставил следов. А те, что есть, слишком старые. Нам удалось проследить его до портала. Но дальше все, затык!

  Я задумался. По идее можно было бы подбросить какое-нибудь колечко из тех, что принадлежат Барлендину прямо на то место, где вчера был наемник. Наверняка на всякий случай король распорядился его обыскать еще с десяток раз! Пользуясь тем, что вся королевская семья занята торжественным обедом, который не лез мне в глотку, я занялся исполнением своего коварного плана.

  Самой простой его частью было украсть кольцо из кабинета дяди принцессы. Кольца и другие украшения он держал в большой серебряной шкатулке. Выудить оттуда один из его перстней мне не составило большого труда. Куда менее тривиальной задачей оказалось доставить перстень на место. Да так, чтобы не поймали и не разглядели ничего окрестные ребятишки! Пришлось нести перстень буквально в зубах. Что не пошло на пользу моей не слишком крупной челюсти. Да и странно должно быть выглядело со стороны. Большой полосато-серый кот, несущий во рту перстень с крупным рубином! Добравшись до уже знакомой поляны, я уронил кольцо на траву. Примял ее вокруг на всякий случай, чтобы кольцо заметили уж наверняка.

  -Интересно, кому оно принадлежит? - проговорил король, разглядывая кольцо, доставленное стражниками. – Слишком дорогое для наемника.

  Простая мысль, что кольцо могут и не узнать, мне в голову не приходила. Гораздо больше я опасался, что нашедшие его стражники захотят присвоить себе дорогущий перстень. Подумав об этом, я опрометью бросился обратно в лес, чтобы лично проследить за исполнением своего плана. Так что от самой поляны до дворца я неотступно следовал за стражниками, буравя их спины тяжелым взглядом. Как оказалось, напрасно. Нашедший кольцо дылда оказался достаточно честен, чтобы принести его королевской чете. Теперь он с надеждой взирал на Его Величество, ожидая, что тот оценит по достоинству верность своего подданного. И вознаградит, желательно вдвое от стоимости золотого кольца. Однако, голова короля была забита совсем иным и он милостиво кивнул стражнику, позволив идти. Выражение лица бедного дылды надо было видеть! Как и его напарника, на котором буквально было написано: «А я тебе говорил!!!»

  -Вы сможете определить владельца? – обратилась королева к архимастерам.

  Я с надеждой взглянул на магов. Определение владельца по остаточной энергии дело не простое. Но их задача будет облегчена тем, что он стоит в этом же тронном зале по правую руку от короля. Достаточно взглянуть и сравнить его ауру с энергетическом отпечатком. Ну, и хорошо бы еще, чтобы они не заметили на кольце кусочек моей энергии, я же его в зубах нес!

  -Нет нужды! – выступил вперед Барлендин с невозмутимым видом. – Это кольцо мое!

  У короля, королевы, принцессы, ее братьев, мистера Эмлиха, архимастеров, а так же кучу собравшихся в зале придворных зевак рангом повыше, читай вельмож и придворных зевак рангом пониже, то есть слуг, отвисли челюсти.

  -Я отправился в лес, чтобы убедиться, что стражники не пропустят какую-нибудь улику, - с улыбкой пояснил Барлендин. – Но, боюсь, лишь оставил там свою собственную. Ничего найти мне не удалось.

  Я ожидал, что Его Величество сурово нахмурит брови и прикажет бросить изменника в темницу. Хорош подарок ко грядущему дню рождению наследницы! Подосланный маг-убийца! Но вместо этого король заулыбался.

  -Барлендин! - с мягкой укоризной пожурил Его Величество. – Тебе не стоило ходить одному! Это опасно!

  Мне захотелось взвыть и вцепиться зубами в ногу мерзавца. Желательно, разорвав его изящные черные лосины и украшавшие их голубые банты. Королевский дядюшка скривил мину, «дескать, я все понимаю, но жизнь любимой племянницы была под угрозой!»

  Минут пятнадцать спустя этот фарс закончился, и все разошлись по своим покоям.

  -Барлендин всегда был ужасно смел и безрассуден! С самого детства постоянно приходилось выручать его из всяческих переделок! – пожаловался король супруге.

  Она молчала.

  Убедившись, что мой план по выведению королевского дядюшки на чистую воду провален, я отправился в сад отвести душу на мышах и всех, кто попадется. Попался один из дворовых псов, что любил облаивать меня, когда я ездил в экипажах с принцессой. Так что я погонял его немного, запуская вслед псу маленькие колючие молнии. Думалось мне плохо, хотя удирала эта зловредная псина, сверкая пятками со всех ног. Вместо того чтобы породить гениальный план, наша маленькая пробежка скорее порождала мысли: «До чего я дошел?! За шавкой гоняюсь! Да и мышей на вкус давным-давно распробовал…»

  Оставив собаку в покое, я подошел к пруду, скрытому среди ветвистых ив в глубине сада. Пруд зацвел, вода в нем позеленела. Пришлось тронуть ее лапой, чтобы отогнать водоросли в сторону. По водной глади пошли круги и она очистилась. Из отражения на меня взирал упитанный серый с темными полосками кот. Из тех подзаборных, что в изобилии водятся где угодно. Разве что глаза колдовские, разные. Я угрюмо вздохнул. Одно ухо драное, шерсть стоит дыбом от одной мысли о том, что младший брат короля вскоре расправится с семьей того бедолаги и затем повторит попытку. Спросите, с чего меня это волнует? Да сам не знаю. Ну, то есть, понятное дело, надумай он, к примеру, отравить покои принцессы ядовитым заклинанием ночью, так я тоже там сплю. Что до злоключений юного чародея, который, должно быть, наврал с три короба в Академии, чтобы объяснить свои переломы – так то уж вовсе не мое дело!

  «Он ученик. Сопляк еще, в общем», - сказал я себе, не сводя глаз с отражения.

  «С каких пор меня волнует участь каких-то сопляков?» - по водяной глади пробежала волна, и отражение кота сменилось на нечто совсем иное… Лицо того, кто был мертв вот уже три столетия. Лишь глаза остались практически прежними, разве что зрачки перестали быть узкими и вертикальными.

  «Едва ли Барлендин посмеет выполнить свою угрозу сейчас!» - сказал я сам себе. – «Это было бы глупо!»

  Быстро ему от семьи паренька и его самого не избавиться. Тронет мать и сестру незадачливого ученика – у того будет шанс доложить обо всем мастерам. Захочет самого пришить, так парню еще месяц минимум сидеть безвылазно в лазарете Академии. Которая, между прочим, располагается в хорошо охраняемой цитадели. Даже младшему брату короля туда не явиться запросто без причины. Нет, скорее всего, его-то как раз Барлендин оставит в покое. А вот меня, принцессу и остальных наследников вряд ли.

  «Нянька при королевских детях!» - прорычало отражение. – «Тьфу на тебя! Лучше бы утопился!»

  Я прыгнул в холодную воду и проплыл под ней пару метров. Прекрасно знаю, что коты не плавают, но пруд в этом месте был не глубокий, до берега по дну можно дойти преспокойно. Даже, если ты кот. Зато в воде мне на несколько мгновений показалось, что тело у меня другое. Словно оно вытянулось. Мускулистые сильные руки, никакого хвоста… Я выбрался, все еще ощущая давно забытое чувство – как мокрые волосы распадаются по плечам.

  «Просто этот щенок чем-то на меня похож!» - успокоил я самого себя. – «Не то, чтобы у меня вдруг завелись совесть и сострадание. Блохи в моем положении куда вероятней!»

  На следующий день дядюшке приспичило поиграть с принцессой и ее братишками в крикет. Игра на мой взгляд была дурацкая, а затея и того хуже. Принцесса весело щебетала, размахивая своей клюшкой, младшие принцы бестолково носились друг за другом, и пытались клюшками фехтовать. А Барлендин изо всех сил изображал отеческое дружелюбие. Я даже потерся у его ног, чтобы развеять лишние подозрения. Пусть уж лучше считает, что я не о чем не догадываюсь, и судорожно гадает, кто мог подбросить на злополучную поляну его кольцо.

  -Два - ноль! – радостно завопила принцесса, повернувшись к дяде.

  Мордашка принцессы сияла чистой незамутненной радостью. Барлендин с ненавистью посмотрел на меня. Он догадывался, почему моей подопечной так везет в крикет. Я считался «королевским талисманом» по совместительству с должностью главного телохранителя принцессы.

  Хотя, конечно же, мысль о том, что «безмозглый» кот мог выкрасть его кольцо и подкинуть на место преступления ему в голову прийти не могла. Слишком абсурдна. Скорее младший брат короля полагал, что девчонке везет, когда она рядом со мной. Толика правды в этом была. Кабы не мой присмотр, ее бы давным-давно ужалила ядовитая змея, подкинутая малышке в колыбель. Теперь я даже знаю кем. А тогда считалось, что заползла по недосмотру кормилицы. Вспомнив змею, я клацнул зубами, все еще ощущая вкус ее крови. В отличие от младенца, меня-то она покусала изрядно! Если бы дура кормилица не всполошилась, может, все и обошлось бы! Но женщина пронзительно заорала, змея, испугавшись, выскользнула из-под моего контроля, и пришлось принимать экстренные меры.

  Почему, спросите вы, я тогда вмешался? Ведь мог же подождать чуток и все мои проблемы в виде надоедливой принцессы были бы окончены, не начавшись? Сам не знаю. Пожалуй, это единственный бескорыстный поступок, что я совершил в своей жизни. Весьма, между прочим долгой. Да и то совершенно случайно. Спросонок, не осознав до конца, что вообще происходит. Потом от ядовитых укусов змеи меня лечил недоучка-придворный лекарь, а король уверился в правильности решения доверить мне наследницу.

  -У меня тоже получилось! – завопил младший принц, взмахнув клюшкой.

  Его мячик и вправду сбил пару кегель. Моргнув, я сделал так, чтобы мяч укатился в колючие кусты росшей неподалеку арзалии. Поняв, кому его доставать, малыш надулся и посмотрел в сторону Мистера Эмлиха, читавшего книжку неподалеку. Тот перевернул страницу с невозмутимым видом и притворился, что не понял намек.

  Королевская чета старалась не баловать отпрысков сверх меры и призывала к этому слуг. Раз в неделю все трое даже, неслыханное дело, сами заправляли свои постели! Король, впрочем, утверждал, что когда ему сравнялось одиннадцать, а Барлендину, соответственно восемь, отец дал ему коня, доспехи и отправил на войну. Где заправлять постель не приходилось, ибо очень скоро ее не стало вместо с сожженным горящими стрелами королевским шатром. Принцу пришлось спешно отступать вместе с войском, спать на голой земле, участвовать в ночных вылазках в лагерь противника и все такое прочее, что сделало из наследника «настоящего мужчину» тринадцати с половиной лет отроду. Война затянулось, и три года спустя в ней довелось поучаствовать Барлендину. Король с гордостью рассказывал, что прознав о том, что отряд младшего брата угодил в засаду, лично отправился его выручать с лучшими воинами. В том бою Его Величество уложил пятерых и отбил раненного брата.

  «Крямс!» - Барлендин от души вмазал клюшкой по своему мячу, целясь в несговорчивые кегли.

  Тех словно заколдовали. Их бы сейчас, пожалуй, не из всякой пушки сбить можно было. Я с интересом наблюдал, как его мяч отскакивает от кегель и укатывается в густую траву. Награжденные злобным взглядом королевского дядюшки, слуги тут же ринулись разыскивать мяч. Барлендина-то никто уже давно не воспитывал. И постель он, ясное дело, сам не застилал вот уже лет двадцать.

  -Это все твой проклятый кот виноват! – вырвалось у Барлендина.

 Принцесса изумленно воззрилась на своего «доброго дядюшку».

  -Что? – огорошено переспросила Беатриса.

  -Я хочу сказать, тебе очень везет рядом с ним, - пошел на попятную Барлендин. – Прямо-таки феноменально!

  Беатриса сузила глаза. Сама она, будучи помладше, таскала меня за хвост. Но любой, кто посягал на ее любимого «Маркиза» рисковал собственной жизнью!

  -Выражение есть такое, «везет, как проклятому!» - выкрутился Барлендин. – Везучий у тебя кот!

  -А! – окаменевшая было, спина моей принцессы расслабилась, и на лице девочки снова появилась улыбка. – Слышишь, Маркиз, нам с тобой везет, как проклятым!

  Моя шерсть на загривке приподнялась дыбом. Я зашипел, почти против воли. Не объяснишь же ей, что из нас двоих проклят лишь я один.

  У женщины были золотистые вьющиеся волосы, один изумрудный глаз, а второй голубой, и улыбка, способная затмить солнце. Хотя чаще всего мне приходилось сравнивать ее с луной. Днем мы виделись редко.

  -Мой маркиз! – говорила она с ироничной улыбкой, а я был таким дураком, что ей верил.

  Жизнь принцессы, а потом и королевы Аллирии никогда не была простой. Дитя, родившееся с разными глазами, подвергается одному и тому же, будь оно хоть высокого рода, хоть появись тринадцатым в крестьянской избе. Даже мать смотрела на меня с подозрением. Даже придворные слуги сторонились маленькой девочки с колдовскими глазами, хотя ее, конечно, никто ничему подобному не учил. Из поколения в поколение в королевской семье передавался некий «дар». Мифический, который никто давным-давно не видел и, в общем-то, родители Аллирии понятия не имели, что это на самом деле такое. Но когда родилась девочка с настоящим даром, от нее отвернулись. Безмолвно, не поворачиваясь при этом спиной.

  Наверное, это даже хуже, чем честно вышвырнуть из дома в тринадцать лет с криками в спину «Проклятый колдун!». Впрочем, я заслужил. Возможно, отчима убивать все же не стоило. Аллирию никто, понятное дело, никуда не выгонял. Она была наследницей трона. Самым одиноким ребенком во всем дворце. Девушкой, которую избегали молодые придворные. В том числе юноши, что наводило ее родителей на безрадостную мысль о том, что династия не будет продолжена. Как назло у Аллирии не было ни братьев, ни сестер. Иначе уж нашла бы королевская чета благовидный предлог сослать ее куда-нибудь подальше и отдать трон кому-то… Другому.

  -Я люблю тебя! – конечно же, я шептал эти благоглупости потому что так принято, а вовсе не из-за того, что и, правда, влюбился в коронованную девчонку.

  В конце концов, между нами была пропасть. Я был настоящим чародеем. Даже в Магической Академии учился, хоть и был отчислен с позором с предпоследнего курса. Потом об этом забудут, когда станут рассказывать мою историю. Моя первая часть жизни превратится в Нейтирена Великого, а вторая… в его полную противоположность. Но о том, что меня вышвырнули с порога Академии словно котенка ни одна часть моей легенды не содержит ни слова.

  -Нейт! – ласково шептала в ответ девушка, и я чувствовал себя так, словно был кем-то другим.

  Не мальчишкой-убийцей, которого вышвырнула из дома собственная мать. Не неудачником чародеем, который подрался с богатеньким отпрыском и по настоянию его отца мастера Академии предали меня, выдворив из ее стен. В такие минуты я чувствовал то, что никогда прежде. Я ощущал себя нужным.

  Ничто не длится вечно. Наша история любви закончилась едва начавшись. Сменившись историей о самой темной ненависти и вековечном пленении.

  -Котик, проснись!

  Дернувшись, я открыл глаза и обнаружил склонившуюся надо мной Беатрису.

  -Ты опять стонал во сне, - очень серьезно объяснила принцесса, промокнув зачем-то платочком уголки моих глаз.

  Не успел я когтями объяснить, что это все вовсе не ее дело, как руки Беатрисы подняли меня и потащили в постель. Знай Его Величество, кто я такой на самом деле, наверное, не относился бы к подобной привычке принцессы столь легкомысленно. Шлепая босыми пятками, так, что ее ночная рубашка развевалась, словно полковое знамя, Беатриса перенесла меня на кровать и уложила поверх своего одеяла. Забравшись в постель, она сонно зевнула, затянула балдахин над кроватью, и, погладив мою напряженную спину, завалилась спать.

  -Все будет хорошо, Маркиз! – сонно пообещала принцесса.

  «Не будет!» - подумал я, вытянув когти и глядя на ее личико с до боли знакомыми чертами, в обрамлении золотистых кудрей. Разве что глаза Беатрисы были обычными, а не разноцветными, как у Аллирии.

  Я мог бы перерезать девочке горло когтями – лишь за то, что ее лицо было так похоже на ту, другую. И в то же время, я ее оберегал. Именно поэтому.

  Утро не задалось с самого начала. Ровно с того момента, как в комнату принцессы ворвался младший принц Винсент и пронзительно завопил на одной ноте.

  -На дворец напали!

  Я буквально вылетел из постели и ринулся к окну, чтобы выяснить, о чем идет речь. Принцесса оделась со скоростью собственного визга. То есть, натянула платье для верховой езды, не прекращая визжать, и даже прихватила маленький дамский арбалет со стены. После этого она вцепилась побелевшей рукой в плечо младшего принца и, встряхнув мальчишку, потребовала, чтобы он объяснил толком, что случилось.

  Винсент описал ровно то, что я видел перед собой внизу. На дворец напали какие-то люди в черном. Мистер Эмлих остался защищать самого младшего принца внизу в покоях мальчиков, а Винсенту велел убежать, как только представилась возможность. По дороге Винс убедился, что нападающих было значительно больше, чем надеялся учитель. Люди в черном были повсюду. К счастью, мальчишке удалось проскользнуть к нам.

  «Дворцовый переворот!» - подумал я сумрачно. – «Вот ведь вляпался!»

  Обернувшись, я посмотрел на прижавшихся друг к другу перепуганных детей. Арбалет в руках принцессы дрожал и подпрыгивал так, что в лучшем случае она попадет в потолок, когда в комнату войдут убийцы.

  -М-маркиз! Дер-ржись позади! – прошептала принцесса, с глазищами полными ужаса обратив свой полуигрушечный арбалет к двери, из-за которой донеслись быстрые шаги.

  Я мысленно выругался. Ну, вот что ей стоило сейчас промолчать? И я бы ушел? Через окно, два карниза, сквозь покои королевы и по черному ходу прочь из дворца. Делов-то! Пока я мысленно претворял свой несостоявшийся побег в жизнь, дверь распахнулась, и в нее ввалился раненный Барлендин.

  -Вы здесь?! – охрипло произнес мужчина. – Хорошо!

  Я уже приготовился залепить фаерболом по его наглой небритой физиономии, как следом за королевским дядей в комнату ворвались трое. Одетые в черные облегающие одеяния, с лицами закрытыми тканью так, что видны лишь глаза. Хищные, нечеловеческие. Барлендин направил на одного из них свою шпагу. Король вечно посмеивался над любимым оружием младшего брата. Говорил, что тонкая шпага хороша разве что для дуэлей, а в бою нужен настоящий меч. Дуэли – же разлад между своими, и, по по-хорошему их давно следует запретить.

  Барлендин сделал выпад, ударив ближайшее существо шпагой. Похоже, он был не с ними. Второй попытался в ответ перерезать ему горло кривым ножом. Сам не веря, что я это делаю, я схватил канделябр при помощи телекинеза и врезал им по голове существа. Третье существо коротко взвыло, когда в его руку впилась арбалетная стрела. Беатриса тут же отступила вместе с братом вглубь покоев, на ходу перезаряжая оружие.

  Изящно увернувшись от выпада своего противника, Барлендин прикончил его быстрым ударом шпаги в грудь. Стоило отдать должное, искусством фехтования он владел хорошо. Раненный Беатрисой убийца метнулся было к принцессе и ее брату, но замер, вопя от боли и ужаса, когда я заставил его тело вспыхнуть. Дурацкое заклинание, отнимает кучу энергии. Обычно я предпочитаю действовать гораздо тоньше. Ужас в глазах королевского дядюшки, когда он увидел эту картину, от меня не укрылся. Дальше этот недоумок сделал самое глупое, что мог в подобной ситуации. Ну, ладно, самое глупое, после попытки убить королевских детей. Он проткнул насквозь существо, которое я оглушил канделябром. И чем, спрашивается, ему мешал потерявший сознание пленник?! Кого мы потом допрашивать будем?!

  Не знаю, что Барлендин сделал бы дальше. Попытался убить принцессу с братом у меня на глазах и расстался бы с жизнью. Или изображал бы заботливого дядюшку, отбиваясь от хищных тварей. Но минуту спустя в комнату, тяжело дыша, ворвался король, а следом за ним десяток стражников. Вся грудь и борода Его Величества были залиты кровью, в руках у него был огромный двуручный меч, испачканный ей не то, что по рукоять – я бы сказал по локти.

  -Все целы?! – рявкнул он, сверкнув изумрудными глазами.

  Удивительно похожими в этот миг на один из глаз его прабабки.

  -Почти! – Барлендин в ответ махнул раненной рукой.

  -Трис! – закричала принцесса, и мужчины ринулись вниз по ступеням в покои принцев.

  С детьми осталось трое стражников, и я с чистой совестью выглянул в коридор. Его Величество порезвился знатно. Повсюду валялись перерубленные надвое тела в черных одеждах. Из природного любопытства я пошел следом за королем и его братом. Вместо того чтобы воспользоваться ситуацией и прирезать короля, что мигом решило бы кучу его проблем, Барлендин, видимо, испугался стражей. Так что он изображал примерного братика, даже волнение, когда открывали комнату с младшим принцем, показал вполне правдоподобно. Королю, впрочем, было не до ужимок младшего брата. Он с ревом влетел в комнату, размахивая мечом наподобие мельничных крыльев.

  Мистера Эмлиха в этот миг я даже зауважал. Тот стоял перед колыбелькой младшего принца с мечом наголо, а на полу перед ним лежали три тела, хорошенько проткнутые насквозь. Оставшиеся две твари злобно скалились, но нападать не спешили. Видимо, ждали, покуда раненный человек устанет и совершит ошибку. Ошибкой было ждать. Одному мерзавцу Его Величество снес голову, второго я уложил на пол одним прыжком. Укусил, обездвиживая.

  -Молодец, Маркиз! – Его Величество то ли погладил меня по спине, то ли вытер перепачканную кровью руку.

  И то и другое было не слишком приятно. Я отстранился от короля, решив, что дальнейшее – уж точно не моих лап забота. Хотят – пусть зачищают замок от наколдованных каким-то магом тварей. Хотят – пусть сдаются на их милость. Быть съеденным – далеко не самая лучшая участь, что можно себе представить. Барлендин выжал из себя жалкую улыбочку.

  -Ты спас нас с детьми! Если бы не ты… Ты как всегда подоспел вовремя, Винсент!

  -Кто знает, застал бы я их живыми, если бы не ты? – тепло улыбнулся король, на мгновение сжав предплечье брата. – Пошли, их еще много осталось! Весь дворец заполонили!

  К вечеру последняя из атаковавших дворец тварей была выловлена в саду и убита. Ту, что я оглушил, король распорядился посадить в клетку. Черные одежды с нее сняли и теперь все смогли полюбоваться на истинную природу волака – магического создания с чешуйчатой кожей, раздвоенным языком и желтыми горящими ненавистью глазами с вертикальными зрачками. Волаки не разумные – не в нашем понимании. Это существа, созданные при помощи магии, вся их воля – лишь отражение воли владельца. И, тем не менее, если волак прожил в нашем мире достаточно долго, чем-то сродни разума он все же обзаводится. Эти нехитрые истины изложили нам архимастера, когда король, королева, Барлендин и их приближенные собрались в большом зале, служившем обыкновенно для пиршеств. В этот раз посреди зала была выставлена клетка, внутри которой бился, пытаясь выбраться наружу волак.

  Я отметил про себя, что королевской чете повезло. Если бы ни помощь архимастеров Академии, еще неизвестно, удалось бы отбить нападение или же нет. С другой стороны, эта парочка была сейчас главными подозреваемыми. Только вот у Его и Ее Величеств не хватило ума, чтобы об этом догадаться. Для того чтобы создать столько волаков и напустить на дворец надо были либо невероятно могущественным магом, или… быть во дворце. Создать их все равно трудно, но портал, чтобы отправить всю ораву сюда пожрал бы не меряно энергии. Я бы на месте их создателя точно подобрался поближе ко дворцу.

  -Кто послал тебя, тварь?! – вопросил Барлендин и ткнул для острастки своей шпагой между железных прутьев, слегка ранив существо.

  В ответ оно коротко взвыло, но отвечать не спешило.

  -Так он не поймет, - пояснил старший из архимастеров. – Позвольте мне!

  Подойдя к клетке, он произнес несколько фраз на Языке Заклинаний. Сводившихся в общем, к тому же самому. Имя того, кто тебя сотворил. Ибо каждое создание знает имя создателя. Даже, если он сам бы этого не хотел. Волак ответил что-то, обессилено осев на дно клетки. Мне было его почти жалко. В окружении глумящихся придворных, нагой, хотя бесполым волакам нечего было скрывать под одеждой, он едва ли понимал происходящее. Кое-какие зачатки разума у этого волака были. Но понимал ли он, что значит «покушение на убийство королевской особы»? Вряд ли.

  -Инсмандиил! – огласил архимастер, а затем вдруг осекся, осознав, чье имя назвал.

  Шерсть на моем загривке приподнялась дыбом, и я зарычал, не в силах совладать с собой. Маг, носивший это имя, был мертв так давно, что о нем позабыли почти все, кроме разве что библиотекаря Академии, любившего перечитать на ночь «Былые Сказания».

  -Не может быть! – произнесла королева, продемонстрировать исключительную осведомленность о делах магических.

  Ничего не понявший, Барлендин подошел к клетке и поднял шпагу, явно намереваясь прикончить тварь.

  -Оставь! Не надо! – резко сказал король. – Он еще может пригодиться.

  Пожав плечами, Барлендин опустил шпагу. Я с интересом посмотрел на волака. Словно поняв, что произошло, существо внимательно смотрело на короля своими желтыми светящимися глазами. Даже мне было не под силу определить, был ли то взгляд Инсмандиила, воспользовавшегося его глазами, или его собственный.

  Два мальчика лежали на полу между узкими деревянными кроватями, которые причитались ученикам в Академии, и читали одну книгу, склонив над ней непричесанные головы.

  -… каждый, кто применит это заклинание, продаст свое сердце Тьме…, - прочитал Инсм вслух, конец страницы повествовал о том, как один могущественный чародей надумал стать еще могущественнее и призвал силы Хаоса, справиться с которыми не сумел. – Почему про самые интересные заклинания всегда так пишут?!

  -Наверное, чтобы мы не повторяли ошибок, которые совершили до нас! – хмыкнул Нейт, перевернув страницу. – Мастер Рувин говорит, что мы должны совершить свои собственные!

  -Мастер Рувин только языком чесать горазд, а сам все еще даже не архимастер! – проворчал Инсм. – Давай уже спать, Нейт! Завтра же вставать спозаранку!

  -Еще одна история! – улыбнулся будущий чародей Нейтириен Великий. – А спать завтра с утра будет хотеться одинаково. Что мы сейчас ляжем, что через полчаса.

  -Ладно, но только одна, а не полкниги, как в прошлый раз! – пододвинув свечу поближе к древнему фолианту, отозвался тот, кого запомнят Инсмандиилом Черным, величайшим врагом Великого Нейтирена.

  Улыбнувшись, Нейт принялся читать вслух. Была его очередь.

  Когда наступила ночь, и бодрствовать осталась только охрана, да Мистер Эмлих со своей чудом выжившей фрейлиной, которую он успел защитить от чудовищ, после того, как спас Триса, я спустился в пиршественный зал, где осталась стоять клетка с тварью. Услышав шорох, стражники было напряглись. Но при виде меня тут же успокоились.

  -А, это ты, Маркиз! – зевнул один подозрительно знакомым голосом дылды.

  -Вездесущий кот! Не нравится мне его взгляд! – проговорил второй – его напарник, видимо, так и не смирившийся с тем, что они отдали кольцо, безо всякой награды.

  -Да ладно тебе! – проворчал дылда. – Он хороший котик! Вон, даже принцессу с ее братом спас! Снова.

  Оставив этих двоих препираться, я подошел поближе к клетке. Из всех свечей установленных в зале горела лишь парочка, чтобы часовые совсем уж не заснули. Остановившись возле клетки, посмотрел в глаза существу.

  «Инсмандиил!» - мысленно позвал я.

  Об этом мало кто знает из простых людей, и даже магов. Но при помощи созданного существа можно связаться с его создателем. На то, чтобы это выяснить, у меня когда-то ушли десятки лет и экспериментов. Желтые глаза дрогнули, и взгляд существа изменился на несколько мгновений. Он стал куда более осмысленным. К моему удивлению, зрачок волака то сужался, то расширялся, а по телу существо прошла судорога. Оно слабо застонало, так, словно сопротивлялось вторжению создателя в свой разум. Похоже, я недооценил это существо. Оно было значительно старше прочих, что ворвались во дворец. И уже успело обзавестись своей собственной, какой-никакой личностью. Мою задачу это не упрощало.

  Я попытался вызвать Инсмандиила еще несколько раз, но безуспешно. Не успевал рот существа округлиться в изумлении, когда древний маг видел перед собой чужими глазами кота, как волак тут же инстинктивно вышвыривал создателя из своего разума. Ничего сказать Инсмандиилу я так и не успел. Да я и не знал толком, что именно сказать собираюсь. Попросить о его помощи? Предложить перемирие? Сделку? Я ему на блюдечке отдают королевскую семью вместе со всем королевством, а он снимет с меня проклятую кошачью шкуру и вернет настоящее тело? Или же единственное, что я мог ему сказать: «Я иду! За тобой!»?

  Как бы то ни было, заупрямившийся волак не позволил мне это выяснить.

  -Бесполезное ты существо! – проворчал я на Языке Заклинаний.

  Как ни странно, он ответил мне.

  -Я лишь следовал приказам своего господина. Даже, когда он послал нас на смерть.

  Волака, осознавшего, что это такое, я увидел впервые.

  Новое утро принесло с собой новый переполох.

  -Кто выпустил эту тварь?! – орал король, совершенно позабывший о своем недавнем милосердии.

  -Кто выпустил эту тварь?! – еще громче него надрывался Барлендин и даже заехал по уху стражнику-дылде. – А вы чего разоспались тут, псы?! Вас разве за этим клетку сторожить приставили?!

  -Мы… Мэ…Э…, - жалобно отозвался стражник и уставился на меня.

  Не мог же он и в самом деле сказать Его Величеству, что единственным, кто побывал здесь вчерашней ночью, пока они не заснули – это королевский кот?! Всеобщий любимец и герой, дважды спасший жизнь наследницы за этот месяц!

  -Нам очень жаль! – упав на колени, выдавил второй стражник, меряя меня отнюдь не добрым и обожающим взглядом. – Должно быть, владелец явился за этим чудовищем и применил на нас сонные чары!

  -Определенно! – пришел на выручку незадачливым стражникам младший из архимейстеров. – Не уверен, что сам Инсмандиил побывал здесь лично, но на обоих юношах есть энергетические следы сонных чар!

  Я с интересом посмотрел на невозмутимое лицо архимейстера. Никаких сонных чар применять к стражникам не пришлось. Сами задремали, как миленькие, решив, видно, что тварь из клетки все равно не выберется. Похоже, маг попросту пожалел бедолаг, опасаясь, что за провал их казнят.

  -Ладно! – махнул рукой король. – Главное, что все живы. Волак – не велика потеря! Убедитесь, что он нигде не прячется, выжидая момента, чтобы напасть снова!

  Королева взяла его под руку. Приказав унести опустевшую клетку, царственная чета не спеша удалилась.

  -Чем мы могли прогневать столь древнего и могущественного мага? – проговорила она.

  -Понятия не имею! – признался король, прежде чем скрыться с супругой в своих покоях. - Я о нем только в детстве сказки слышал!

  Страшные, должно быть. Теперь об Инсмандииле только такие рассказывают. Как, впрочем, и обо мне. Нейтирена Великого не существовало уже так долго, что он и сам про себя забыл. Был лишь Нейтирен Предатель и Нейтирен Отступник. Да еще Нейтирен Мрачноокий для мечтательных девиц, он же Мрачный.

  Убедившись, что никто так и не понял, куда делся волак, и чьих лап это дело, я отправился в сад. Прошелся между фонтами по главной аллее и вышел к большому фонтану с бьющей в небо водяной струей, очень простому, безо всяких излишеств. Всего лишь чугунная труба и водяной столб. Когда-то на его месте был скалившийся дракон. Но потом его демонтировали, а назад так почему-то и не поставили. В общем, позорище для королевского сада, но инициатива поставить посреди фонтана новую композицию вечно забывалась и угасала. Зато в нем любили плескаться королевские дети, благо объем позволял, и глубина была небольшой. Летом вода прогревалась уже к полудню, зимой фонтан застывал, как и все остальные.

  Миновав его, я прошмыгнул к ногам каменной статуи годами наблюдавшей за малышней, резвящейся внутри фонтана. Аллирия. Скульптор изобразил ее в складчатом одеянии на старинный манер, с волосами убранными наверх, так, что лишь пара прядок выбивалась из-под тонкого обруча. Одна рука ее была немного приподнята, словно Аллирия пыталась что-то сказать, и взмахнула ей. Или протягивала руку в безмолвной просьбе к кому-то.

  Я любил приходить сюда. И ненавидел тоже. Она была той, что превратила мое существование в кошмар. Но вместе с тем той, без кого я долгое время не видел в нем смысла. Я привычно потерся спиной о каменный постамент – всего лишь потому, что спина зачесалась. Запрыгнул на него, оказавшись возле босых ног статуи. Аллирия любила пройтись по траве босиком и никогда не отказывала себе в этом маленьком удовольствии. Поначалу ее статуя стояла на траве на земле, это уж потом ее на каменный пьедестал взгромоздили. Ей бы не понравилось. Задрав голову, я взглянул на ее лицо. Все такое же спокойное и прекрасное, как и прежде. Она стала старше, с годами ее коснулись горечь и мудрость. Печальная складка залегла навечно у уголка рта, но в целом она была безмятежной. Совершенная красота, застывшая в камне.

  «Что ты со мной сделала?!» - хотел сказать я, но из горла вырвалось лишь сиплое мяуканье. – «Как ты могла?!»

  «А ты как мог?» - вопрошали в ответ пустые глаза статуи, единственное, что не было в ней совершенно. – «Ты же знаешь, что я любила его!»

  Таинственный скульптор не потрудился даже обозначить резцом ее зрачков. Он проработал каждую складку на ее одеянии. А глаза упустил. Впрочем, и так она была совершенней, чем любое мраморное изваяние в саду. Хоть и сделанное из простого серого камня, что в изобилии валяется вдоль дорог.

  Я улегся подле ног статуи, в очередной раз безотчетно гадая, кто же ее создал. Статуя Аллирии была одной из множества загадок в этом дворце. Заняв в свое время почетное место среди тайных ходов, древних масок, привезенных откуда-то с юга предками короля и таинственных завываний призраков. Правда, последние на мой взгляд, становились особенно громки в те ночи, когда юные отпрыски слуг не находили себе места от скуки. Или королевские дети. Они друг дружку стоили.

  Что до Аллирии, то однажды, около ста пятидесяти лет назад ее статуя попросту появилась в королевском саду. Вернее, возле главных ворот королевского сада. Понятное дело, что просто выбросить прародительницу короля, хоть и из слишком простого камня, не могли. Убедившись, что на статуе нет ужасных проклятий, ее поместили возле старого фонтана. Король даже высказал готовность вознаградить таинственного скульптора за столь великолепное мастерство, но никто так и не сознался в своем шедевре. Не в последнюю очередь потому, что король пожелал заказать такие же статуи для себя и супруги. Едва взглянув на каменную Аллирию, мастера сразу же понимали, что задача им не по плечу и с извинениями отбывали прочь. Парочка гордецов, правда взялась. Но, не удовлетворенный результатом, король вознаградил их за ложь плетьми. После этого фальшивые мастера более не являлись, а Аллирия в очередной раз превратилась в легенду.

  «Как ты могла умереть?» - вырвалось помимо воли из моих уст на Языке Заклинаний. – «Бросив меня таким?! Сделав меня таким?!»

  Пожалуй, не будь она каменной, я бы от души поточил когти об эту статую. А так оставалось лишь вопрошать, глядя в безмолвное каменное лицо.

  -Ишь ты, как размурлыкался! – проронил садовник, явившийся к фонтану, чтобы подстричь кусты. – Что, так и ластишься к старой хозяйке, Маркиз? Так она же давно умерла, глупый.

  Сдержавшись, я все же не испепелил его фаерболом. Садовник иногда подкармливал меня вкусностями, когда об этом забывали повара. К тому же, он был действительно хорош в своем деле. При нем дворцовый сад буквально расцвел.

 Закончив с очередным кустом, садовник извлек из своей тачки лопату и кулек с семенами. Четырежды в этом году он засеивал клумбы около статуи. И четырежды наутро я вырывал семена все до единого. Соскочив с постамента, я подошел к садовнику и убедился, что на этот раз он хочет посеять фиолетовые лониксы – ее любимые. Удовлетворенно мурклыкнув, я вернулся на свой наблюдательный пост. Аллирия продолжила невозмутимо держать надо мной приподнятую руку, будто тянулась, чтобы погладить.

  На месте короля я бы запер наследную принцессу дома и запасных принцев тоже на всякий случай. Вместо этого Его Величество надумал устроить семейный пикник, вернее охоту, на которую взяли с собой мелких. Так что все же пикник. Пока Его Величество с братом и свитой трубили в рога и носились по окрестностям, оглашая их азартными выкриками, Ее Величество и дети чинно вкушали еду на разложенных по траве белых скатертях в обществе придворных фрейлин и Мистера Эмлиха. Тот с особым изяществом и галантностью подавал одной из фрейлин свежие ягоды на серебряном блюде, а она премило улыбалась, как будто не могла протянуть руку и взять их сама. Меня от этой картинки тошнило. Но ничего не поделаешь, обязанность охранять королевских детей все еще была на мне.

  Убедившись, что моей подопечной грозит разве что переедание, я выбрался с чистых скатертей и отправился на охоту. В конце концов, азарт бурлит в жилах не только у короля! Скучная придворная жизнь, когда каждый день тебе подают на серебряном блюде самые свежие поджаренные кусочки, по-своему хороша. Но сейчас во мне возобладал инстинкт дикого зверя!

  «Поймаю куропатку!» - решил я.

  Мой рот наполнился слюной от предвкушения. С тех пор, как я сменил человеческий облик на то, что получилось, некоторые кулинарные привычки у меня изменились. Какие бы жуткие слухи обо мне ни ходили, но прежде я не ел сырого мяса и не пил свежей крови вопреки мнению некоторых хронистов.

  Куропатки, как назло вокруг словно вымерли. Не рискнув отойти слишком далеко в виду недавних событий, я наворачивал круги вокруг поляны, где отдыхала королева с детьми, постепенно их расширяя. Наконец мне удалось заприметить одну пичугу! Берегись, великий охотник идет! Я бил дичь еще до того, как родился дедушка нынешнего короля! Подкравшись к куропатке, я сделал прыжок и разочарованно клацнул челюстями буквально в сантиметре. Птица проворно взлетела, буквально с места. Мне оставалось лишь в бессильной ярости наблюдать, как она взмывает на ближайшее дерево. Погнаться за ней? Увы, лазаю по деревьям я не так быстро, как птица может его покинуть и перелететь на следующее!

  Внезапно ощущение смутной тревоги заставило меня замереть. Новое покушение?! Обернувшись, я окинул Взором поляну, оставшуюся за спиной. Трисантис ползал по скатертям и тянул в рот что ни поподя, Винсент заливисто хохотал, а Беатриса беседовала о чем-то с матерью. Никому из них ничего пока не грозило. Ни тебе смертельных заклинаний, устремившихся к королевской семье, ни убийц, притаившихся среди древесных ветвей. Опасность определенно была ближе ко мне, чем к ним. Да и веяло от нее чем-то знакомым.

  Устремившись в кусты, якобы заметив там новую куропатку, я резко изогнулся в прыжке, и, усилив его магией, набросился на притаившегося за деревом волака.

  -Ты! – прорычал я на Языке Заклинаний. – Похоже, мое милосердие тебе впрок не пошло?!

  Волак дрожал, скорчившись в яме между древесных корней и в ответ лишь закрыл голову тощими покрытыми коричневой чешуей руками. Он был голым – одежду у него отняли еще во дворце, а я и не думал ее возвращать. Судя по всему, волак замерз и был изрядно напуган. При звуке охотничьего рога он сжался еще сильнее, чем при виде моих когтей.

  -Мне некуда идти! – прошептало в ответ существо. – Думал, что спрятался здесь.

  Да уж, нашел место! Я огляделся. Хуже и не придумаешь. Полный лес собак и охотников. Пожалуй, единственным безопасным местом для него будет…

  -Полезай на дерево! – распорядился я.

  Волак посмотрел на меня с явным сомнением.

  -Найдут! – определил он.

  В конце концов, магическое существо не такое уж маленькое, чтобы среди довольно-таки редкой листвы его и впрямь не заметили.

  -Полезай! – рявкнул я. – Еще не хватало, чтобы тебя допросил как следует какой-нибудь архимейстер, и ты выдал, кто открыл твою клетку!

  Обдираясь об острые сучки, существо проворно полезло на дерево. Когда он забрался повыше, я набросил на волака заклинание незаметности. Не такое сильное, как полная невидимость, но должно хватить, чтобы он пережил эту охоту.

  -Что люди говорят в таких случаях? – вдруг донеслось сверху, когда я уже намеревался уходить.

  -Спасибо! – подсказал я, весьма удивленный.

  Мне доводилось создавать волаков прежде. Конечно же, они гибли. Существа исполнительные, но безмозглые. Да и редкий маг способен вложить в свое творение столько энергии, чтобы оно продержалось долго. То, что волак все еще был жив и явно не собирался развеиваться, говорило о том, что Инсмандиил и впрямь стал великим магом. Быть может, величайшим после меня.

  -С…спасибо! – произнес волак на языке вполне человеческом, ибо на Языке Заклинаний этого слова не существовало.

  Никто не придумал его за ненадобностью.

  -Когда я вырасту большая, то выйду замуж.., - принцесса мечтательно прикрыла глаза. – За Мистера Эмлиха!

  -Ничего подобного! – категорично возразил Винсент, откинув со лба златокудрую прядь. – Он уже старый! И к тому же учитель, это тебе не по рангу! А вот я, когда вырасту, то женюсь… на какой-нибудь принцессе! С приданным!

  Я опасливо выглянул из-под принцессиной кровати, невольно подивившись прагматичному подходу семилетнего мальчика.

  Услышав, что ее матримонильным планам насчет Мистера Эмлиха не суждено сбыться, принцесса надулась. Впрочем, ненадолго. Вскоре она уже извлекала своих кукол из сундука, стоявшего подле кровати.

  -Вот, мне мама новенькую привезла! Из восточных земель! – с восторгом сообщила принцесса.

  Винсент критично оглядел наряженную в голубое с оборками платье куклу. У той даже закрывались глаза и сгибались руки в локтях.

  -Поиграй со мной! – потребовала принцесса, достав остальных кукол.

  -Я уже большой для этого! – попробовал выкрутиться от игры в дочки-матери юный принц.

  Вернее, в исполнении принцессы это была игра в королеву-мать и ее подданных. А так же мужа и многочисленных детей. Убедившись, что гроза в виде жаждавшего «приласкать котика» младшего принца миновала, я осторожно выбрался из-под кровати и молниеносно метнулся к двери. Выскользнул за нее, проигнорировав вопль Винсента: «Так нечестно! Ну почему ты всегда выбираешь игру?!»

  «Хватит с меня на сегодня!» - решил я, порадовавшись, что хотя бы Трисантис еще слишком мал, чтобы действовать на нервы древнему уставшему от мелюзги коту.

  Самое худшее, что мог сделать младший отпрыск королевской четы – добраться до моего хвоста. Но пока что его порывы познакомиться со мной поближе сдерживали кормилица и ее здравый смысл. На миг меня царапнула мысль, что покуда я прохлаждаюсь, Барлендин или Инсмандиил вполне могли бы устроить новое покушение. И останусь я без работы. Всех подвевшим королевским котом, которого в лучшем случае из дворца выпнут. А живется в нем не так уж и плохо, если сравнивать с дикими лесными котами или деревенскими обладателями облезлых шкур и хвостов. Можно, конечно, податься в город. Только там вот полно собак, голодных бродяг и прочей швали. Опять-таки, ни крыши над головой… Ни дворца, ставшего за столько времени мне почти домом.

  «Нейтирен Великий продался за миску похлебки и расческу от блох!» - констатировал я про себя.

  Вняв гласу совести, то есть разума и предосторожности, я наложил заклинание на свои покои, так, чтобы никакое зло не смогло добраться внутри до детей. Огненная печать вспыхнула на двери и тут же угасла, становясь незримой. Достаточно, чтобы я смог их оставить на пару часов.

  «Бам!» - раздалось из спальни принцессы.

  Видимо, Винсенту надоела «девчачья» игра и он запустил куклой об пол. Что ж, оберегать друг от друга я их не нанимался. Пускай привыкают, им еще трон делить. Многие, между прочим, недовольны тем, что у нас в королевстве престол наследует старший наследник независимо от пола. И получается так, что сыновьям короля приходится подыскивать себе «невест с приданным», лучше всего «хотя бы небольшим королевством в придачу, где нет сыновей-наследников». Если у дядюшки Барлендина в свое время шансов не было – Его Величество приходится ему старшим братом, наследник законнее некуда, с какой стороны ни глянь. То у Винсента они есть. Часть знати давно уже настаивала на пересмотре закона. Благо таинственный «особый дар» королевской семьи никто уже веками не видел. Да и передается он не только старшим, а «преимущественно старшим» детям короля. Но бывает и так, что в одном поколении есть сразу у двух. А один раз, Аллирия рассказывала как-то, что аж сразу трое наследников им обладали. Еще в те незапамятные времена, когда было известно точно, что это такое. Сама Аллирия лишь догадывалась. Но даже меня в семейную тайну посвящать не спешила.

  Выбравшись из дворца, я отправился в ближайшую деревню развлечься. Едва я появился там, среди грязных луж и конских копыт – увы, мир изрядно меняется, когда ты мал ростом, как вокруг раздалось призывное мяуканье кошек. Они ощущали мою силу и таившуюся внутри меня магию, каким-то своим особым кошачьим чутьем. Правда, их немного сбивал с толку мой запах – кошачий не до конца. И аура – вовсе не принадлежавшая коту. Мужская часть хвостатого населения деревни предпочитала обходить меня стороной. Разодранные уши и глотки – хороший способ завоевать репутацию среди полудиких котов.

  Меня, впрочем, ни те, ни другие не интересовали. Я проигнорировал обиженное мурлыканье кошек и настороженное шипение гипотетических «соперников» и направился прямиком в таверну. Проскользнул внутрь вместе с чьими-то ногами в широких кожаных сапогах и спрятался возле стены, созерцая человеческий мир. Разительно отличавшийся от дворца. Здесь были все. И зашедшие пропустить чарку другую крестьяне и головорезы, и даже чародеи в длиннополых пыльных плащах. Именно они-то меня и интересовали. Помимо запаха и суеты, столь знакомых, что сводило зубы. Я хотел вина, хотел пьяных шуток и дружеских похлопываний по плечу просто до одури! Согласился бы и на пьяную драку, такую, где лицо тебе разбивают в кровь, но, шатаясь потом под проливным дождем, ты можешь с гордостью заявить, что противнику досталось больше! Инсмандиил в свое время считал меня задирой и вечно ругался за эти пьяные драки. Как-то раз ему даже довелось вправлять мне сломанный нос. Справился он на отлично. Я остался обладателем породистых черт лица, невесть от кого унаследованных, учитывая отнюдь не благородное происхождение.

  Предавшись воспоминаниям, я прикрыл глаза, и некоторое время просто плыл мысленно по этому шуму, купался в запах, смешивая прошлое и настоящее в единый терпкий коктейль. С привкусом горечи и утрат. Наконец, когда мне надоело притворяться, что последних двух столетий не было, я открыл глаза и осмотрелся в поисках чародеев. Здесь как раз был один. Из тех, что странствуют по дорогам в компании своего посоха и широкополой шляпы, наводившей ужас на путников и неплохо защищавшей от солнца. Шляпа у него была синяя, на посохе вырезаны знаки отличий законченной Водной Академии. Редкий гость в наших краях, учитывая, что Академия нашего королевства именовалась Академией Ветра. Ее-то я и закончил в свое время. Ну, скажем, почти…

  -Здравствуй, путник! – сказал я на Языке Заклинаний, запрыгнув на свободный стул за столиком чародея.

  Тот уставился на меня, перегнувшись через край стола так, словно увидел привидение.

  -К-кот?! – спросил он совершенно по-человечески, начисто проигнорировав Язык Заклинаний.

  -А похож, что ли? – холодно осведомился я.

  По-хорошему, надо было бы запрыгнуть на стол. И ему так удобнее меня видеть будет. Да и вообще… Мне тоже снизу вверх на него пялиться не больно удобно. Но… люди сидят на стульях. Вернее, я-то сидел, где придется, частенько на голой земле. Все же, одно дело, когда по своей воле устраиваешься на краю стола, закинув нога на ногу, окидывая окружающих высокомерны взглядом. И совсем иное, когда ты мал ростом, и уши у тебя треугольные, которые каждый второй норовит погладить!

  -Не особо! – признал чародей, справившись с изумлением. – Кто ты такой?

  -Тот, кто тебя сильнее, - на моем лице не дрогнул ни один мускул, даже зрачки остались острыми и узкими, не взирая на игравшее передо мной на столе пламя свечи. – Мне кое-что нужно. Красные кристаллы из Далеких Гор. Не попадались?

  Как загипнотизированный, чародей принялся рыться в своих карманах. Извлек парочку.

  -Они не дешевы! – предупредил он. – Как ты будешь расплачиваться?

  Наверное, он ожидал, что я сейчас извлеку гору золотых из своей полосатой шкуры.

  -Заклинанием, - ответил я, как отвечал обычно в таких случаях.

  Губы человека дрогнули, выдавая улыбку.

  -Чему кот может меня научить? – насмешливо спросил он.

  -Как не стать таким же, как я? – ухмыльнулся я на Языке Заклинаний. – Или магии, которой тебя не научат ни в одной Академии… мальчик.

  С чародеем я щедро поделился Ледяными Чарами. Заклинание неплохо подходило к его изначальной водяной спецификации. Но было в разы мощнее того, чему его научили. И того, что познал он сам, странствуя. Попрактиковавшись с Ледяной Стеной, чародей признал наш обмен достойным и даже прибавил к двум красным кристаллам один зеленый, не такой редкий, но тоже неплохой. Сгодится. Спросите, почему я попросту не взял их в королевской казне? Или еще где-нибудь во дворце, где подобное лежит в изобилии? Да потому что они так посчитаны все! И за каждым следят!

  Даже у архимастеров мне удалось стащить всего лишь парочку рабочих синих кристаллов сомнительной чистоты! Увы, от королевского магического кота почему-то ожидается, что он будет работать безо всяких магических артефактов и возможности как следует подзарядиться. Словно магическую энергию я из воздуха черпаю большим ковшом! А уж о том, что мне могут понадобиться кристаллы для ритуалов, и речи не идет! Ведь мое предназначение – оберегать королевских детей! Что еще может пожелать кот?!

  Я попросил чародея привязать кристаллы к моей лапе, обернув их платком. Получилось нечто на манер повязки. Будь кристаллы чуть поменьше, просто спрятал бы за щеку. Но долго ходить так неудобно. Только и думай о том, чтобы не проглотить! Распрощавшись с чародеем, я отправился обратно во дворец. К моему приходу около принцессиных покоев стояла перепуганная служанка с огромной шишкой во весь лоб, Его и Ее Величества, Мистер Эмлих, а так же оба архимастера. Никто, судя по всему, не мог пойти внутрь.

  -Дети, мы здесь! Вам ничего не грозит! – повторял король время от времени, пока Мистер Эмлих пытался поддеть дверь ломом, а архимастера безуспешно пробовали содрать с нее мое заклинание.

  Я хотел было удрать и спрятаться где-нибудь, пока они отопрут дверь, чтобы никто не догадался, чьих лап это дело. По идее заклинание должно было оберегать детей лишь от зла. Но, кажется, я перестарался. Вполне возможно, что служанку, явившуюся, чтобы позвать на обед, где подавали нелюбимую детьми капусту, оба сочли максимально возможным злом. А потом уж и архимастеров с Мистером Эмлихом, явившихся, чтобы вызволить их, прервав игру и сопроводить на обед. Королева испуганно всплескивала руками, а архимастера потели и краснели от натуги, пытаясь сломить мое заклинание.

  Прикинув, через сколько времени им удастся избавиться от печати Нейтирена Великого, я задрал хвост и гордо прошествовал к двери. Открыл, подцепив ее лапой, и вошел, проигнорировав изумленные возгласы.

  -Маркизушка мой! Ты нас вызволил! – обрадовалась принцесса, подхватив меня с пола.

  Я выставил когти, красноречиво обозначив дистанцию. Через пару лет Беатрисе точно стоит пересмотреть свою привычку прижимать меня к груди.

  -Наверное, это опять было покушение? – тихо предположил король, когда дети отправились обедать в сопровождении служанки и обоих архимастеров.

  -Сомневаюсь, - глубокомысленно отозвался Мистер Эмлих, бросив взгляд внутрь покоев, где я уединился со своей миской.

  Кристаллы я предусмотрительно спрятал в саду. Принести их в покои принцессы означало немалую вероятность их лишиться.

  -Полагаю, это скорее было недоразумением, - произнес учитель, подмигнув мне.

  Я притворился, что поглощен обедом. Король счел за лучшее не вдаваться в подробности. В конце концов, я спас его отпрысков столько раз, что скажи он хоть слово, то была бы черная неблагодарность.

  Дождавшись ночи, я отнес свои кристаллы, спрятав по одному за щекой в подземелье дворца. О глубоком колодце на самом дне его мало кто знал. Во времена, когда это место строили, короли отдавали предпочтение вовсе не роскошным покоям с золочеными шкафами в резных завитках. В те времена, когда «королевский дар» был не просто легендой, они предпочитали глухие стены из камня, в три фута толщиной. Тяжелые цели, свисающие с этих стен и грубо вырезанную пентаграммы в полу, которую когда-то наполняли кровью. С тех пор даже слуги давным-давно позабыли об этом месте, спрятанном под дворцом. О существовании потайного хода, ведущего сюда из королевской опочивальни, знала лишь Аллирия, нашедшая его еще девчонкой, чисто случайно. А она привела сюда однажды меня.

  Я уложил один из кристаллов на то самое место, где мы когда-то целовались.

  «Разве это не потрясающее место?!» - спросила Аллирия, а я не знал, что ей сказать, ибо мог прочесть символы, вырезанные в полу и на стенах.

  Никто не говорил, что «королевский дар» можно использовать лишь во имя добра. Или что способ его использования так же чист и светел, как ее улыбка. Я положил следующий кристалл в пятнадцати сантиметрах от первого, установив в небольшом углублении в полу. Один за другим я укладывал новые кристаллы, присоединив к узору из кристаллов, который выкладывал в этом месте веками.

  Синие и красно-алые, изумрудно-зеленые и искрящиеся золотые, камни переливались, подмигивая мне разноцветными огоньками. Спросите, как коту удалось создать заклинание, которое не под силу большинству магов, а может и всем из ныне живущих? Долго. Очень долго. Это потребовало много терпения, учитывая, что не так легко найти чародея, готового продать вот такой вот «камень» коту. И тот факт, что для моей задумки потребовались сотни кристаллов.

  Я выложил свой узор прямо поверх пентаграммы. Без «королевского дара» она бесполезна. Зато место уединенное. Глубокий каменный «колодец», чей потолок считается полом и самым нижним ярусом подземелья. Иногда я зажигал здесь свет, бросая файерболы в закрепленные на стенах факелы, чтобы полюбоваться своим творением. Каждый камешек – маленький шаг к победе. Моему освобождению.

  «Ты не заставишь меня провести вечность в этой шкуре, Аллирия!» - свирепо пообещал я в воздух на Языке Заклинаний.

  И уж точно я не намеревался до конца дней своих служить ее потомкам!

  -Маркиз, что-то ты сегодня загадочный! – проговорил Мистер Эмлих, после того, как принцесса показала свою полную бездарность относительно математики и киренийского языка.

  Я принялся демонстративно вылизывать лапу. Привычка Мистера Эмлиха иногда со мной разговаривать была странной. С одной стороны я прекрасно осознавал, что обращается он не ко мне. На самом деле большую часть реплик, обращенных к «Маркизу» можно было назвать риторическими. Люди разговаривали сами с собой. А чтобы это не казалось им же самим сумасшествием, они «как бы обращали» их в мою сторону. Типа, «привет, Маркиз, как дела?». Представляю, как громко они бы заорали, надумай я и, правда, ответить.

  Но Мистер Эмлих немного отличался от остальных. Он был умнее и его монологи, заменявшие нам разговор, были значительно интереснее прочих. От него я порой узнавал новости и изредка, даже, казалось, что он и правда говорит именно со мной, а не собственной головой.

  -М-мур! – все же сказал я, решив не обижать наставника принцессы.

  Мистер Эмлих подошел ко мне и протянул руку, застыв в нерешительности. Признаюсь, порой я позволял ему чесать себя за ухом. Кошачья натура, которой меня одарила Аллирия, изредка одерживала верх над моим несгибаемым разумом. К тому же, дружески пожать руку я бы ему все равно не смог. Если бы вдруг захотел! Убедившись, что я не намереваюсь испепелить его прямо на месте, Мистер Эмилих осторожно провел пальцами по моей шерсти – едва касаясь.

  -Хотел бы я понять, что у тебя на уме, - пробормотал мужчина. – Слышал, тебе больше полусотни лет, а, Маркиз?

  Беатриса тут же оторвалась от своих уроков. Подняв голову от стола, девочка уставилась на нас с интересом куда более неподдельным, чем у нее вызывали математические упражнения.

  -Он и правда такой старый?! – изумилась принцесса.

  -Говорят, Маркиз служил еще дедушке Вашего Высочества, - с достоинством пояснил Мистер Эмлих. – К тому же, он есть на некоторых старых портретах, если приглядеться внимательнее.

  Живописцы почему-то обожали меня добавлять на картины. То выглядывающим из-за портьеры, то смиренно сидящего у ног очередного надутого правителя. Видимо, они считали, что я оживляю собой пейзаж. Разумеется, для дурацких картин я никогда не позировал. Но они все равно умудрялись меня туда пририсовать.

  -Я думала, это был дедушка Маркиза! – удивилась девочка. – Папа говорил как-то, что он очень старый, но я думала, что ему лет двадцать…

  Мы с Мистером Эмлихом переглянулись. В глазах двадцати пятилетнего учителя заплясали смешинки.

  -Да, должно быть, он ужасно старый! – давясь смешком, согласился Мистер Эмлих. – Как и я, видимо!

  Принцесса подозрительно посмотрела на своего обожаемого учителя. Бьюсь об заклад, она хотела спросить его о возрасте, но постеснялась! Так что Беатриса вернулась к своим упражнениям, а я к лежанию на подоконнике и принятию солнечных ванн. Перевернувшись на бок, я подставил живот теплым солнечным лучам. Если закрыть глаза и не обращать внимание на бормотание Мистера Эмлиха, то может на миг показаться, будто я слышу голос Аллирии…

  «Не получается, Нейтирен. Почему у меня никогда не выходит?!»

  «Вас просто не учили, Ваше Высочество!» - очаровательно улыбнулся я, поймав ее за руку. – «Расслабьте пальцы, так вы никогда не наколдуете пламя. Оно рождается из души, а не телесного напряжения. Сосредоточьтесь лучше на своих чувствах. На том, что такое огонь для вас…»

  Мы танцевали – безо всякой музыки. Я взял ее за руку и медленно вел по комнате, иногда кружась. До тех пор, пока в ладонях моей прекрасной повелительницы вспыхнуло пламя.

  «Вы очень талантливы, Ваше Высочество! Обучайся вы в Академии, вам бы не было равных!» - заверил я.

  У многих уходят месяцы на то, чтобы освоить подобный трюк. А она справилась за минуты. Я действительно ей восхищался.

  «Ну и кто тогда будет править?» - рассмеялась Аллирия.

 В конце концов, она выучилась магии сама. Безо всякой Академии превзойдя величайших из живших в те времена архимастеров. Мне всего-то понадобилось умереть для этого.

  -Мистер Эмлих, а почему Маркизу иногда без причины становится грустно? - вырвал меня голос Беатрисы из воспоминаний.

  -Думаю, мы просто не знаем этих причин, - серьезно ответил ее наставник.

  Инсмандиил объявился через неделю. Лично. Он просто подошел к воротам дворца, облаченный в темно-синее длиннополое одеяние своего излюбленного покроя. На голове Инсма был капюшон, скрывавший тенью его лицо. Но узнать чародея было не трудно. Когда он приблизился к воротам, замерзла земля, а на розовых кустах в саду выпал иней. Едва увидев это непотребство, я тут же бросился туда, где было холоднее всего – к воротам. Принцесса, с которой мы якобы «играли» в саду, то есть, она пыталась повязать на меня бантик, а я уворачивался, возмущенно меня окликнула. Но я и не думал оставаться нянчить королевское дитя, когда во дворец пришла сама смерть. Теперь у меня были дела поважнее! Договориться с ней.

  -Что тебе нужно, чародей? – спросил король, вышедший навстречу древнему магу.

  Надо отдать должное Его Величеству Винсенту Первому, скованные льдом тела стражников подле дворцовых ворот, его не смутили. Он лишь бросил на них печальный взгляд, да и только. О судьбе всей остальной стражи, что была за воротами королевской резиденции, догадаться было нетрудно. Тем воинам, кто хотел было подойти вместе с королем к воротам, Его Величество щедро сделал жест рукой оставаться на месте.

  Пронесясь мимо стражи и королевы, я кинул взгляд на Барлендина. Его мечта сбывалась прямо на глазах – он вот-вот рисковал остаться самым старшим в роду наследником трона. Это против закона о престолонаследии, конечно. Но, немного интриг, яда и всего остального и Барлендин водрузит корону на свою голову. Если от короны и королевства к тому моменту еще что-то останется.

  Я выскочил к витым чугунным воротам и замер подле ног короля. По идее надо было выступить вперед и предложить Инсмандиилу нечто стоящее. Но почему-то мне захотелось послушать их разговор с Его Величеством для начала.

  -Что тебе нужно? – повторил король, когда мой старый друг и злейший на свете враг не соизволил ответить ему в первый раз.

  Инсмандиил поднял голову так, что капюшон частично открыл его лицо. Уже слишком давно не человеческое. Одна щека его была покрыта чешуей. Неестественно светлые глаза горели ледяным огнем. Когда-то они были серо-голубые. Смешливые. Теперь в них застыла холодная злоба и ярость.

  -Твоя смерть! – улыбнулся древний чародей, подняв руки.

  Не успел Его Величество ничего на это ответить, как я сбил его с ног. Взвившееся в воздух тело действовало буквально само. Я швырнул короля на обледеневшую землю и закрыл собственным телом. Смешно, пожалуй, выглядело со стороны. Хотя меня частенько зовут обжорой, но даже крупным котом я не являюсь. Обычный облезлый Гад, которых полным-полно в любом придорожном трактире.

  Ледяное заклинание ударилось о мой хребет и стекло с нас с королем, разлившись по моей отнюдь не кошачьих размеров ауре. Я нарочно растянул ее так, чтобы полностью закрыть короля. Златогривый, как и младший Винсент, Его Величество внешне был почти копией старшего сына Аллирии. Не моего сына.

  Инсмандиил удивленно присвистнул, а я слез с пораженного короля. Ледяные пики, торчащие из земли вокруг нас, сказали ему достаточно, чтобы позеленеть. Спрыгнув с Его Величества, я бесстрашно выступил вперед и уставился на Инсма своими разноцветными глазами. Узнает? Нет? Хотя, конечно, кому придет в голову искать в кошке черты мертвеца?

  -Здравствуй, друг мой! – произнес я на Языке Заклинаний.

  Хотя «друг» на этом языке звучало скорей, как союзник. Но он понял. Вот уж союзниками мы никогда с ним не были! Врагами – да. Зрачки Инсмандиила, слишком вертикальные для человека изумленно расширились. Став почти нормальными.

  -Ты! – произнес он, шагнув к закрытым воротам.

  Даже взялся рукой, облаченной в серебристо-синюю перчатку, за чугунный прут, оставив на нем расползающееся пятно инея. «Похоже, силы свои он не слишком-то контролирует!» - подумал я, глядя на Инсма. Это всегда было его проблемой. Вначале он шел следом за мной, пытаясь повторить мои «подвиги» и эксперименты. Но потом захотел перегнать. Стать не просто великим, величайшим. Могущественнее самого Нейтирена, а заодно и всех архимастеров Академий скопом, сколько бы их ни было.

  Инсмандиил перестал оглядываться на предупреждения в старинных книгах. Для него больше не существовало запретной магии, как впрочем, и для меня. Но меня, порой, от некоторых вещей что-то сдерживало. Скажем, брезгливость, когда требовалось принести в жертву десятки разумных существ. А его – нет. Уже нет.

  Я искал черты своего друга в нечеловеческом лице этого существа и не находил. Разве что скулы по-прежнему высокие и выделяются. А так даже темные волосы сменились на холодное серебро.

  -Но как?! – пораженно спросил Инсмандиил. - Ты же мертвый?!

  -Аллирия меня не убила, - вкратце подвел я итог своих любовных перепетий.

  Не смогла. Даже после того, как я убил ее мужа. Предка Его Величества и всей это шумной надоедливой династии, что охраняю веками.

  -Вот, как, значит… Ясно, - проговорил Инсм, опустившись на корточки, чтобы поравняться со мной.

  Он даже протянул руку, чтобы коснуться моей головы. Вполне знакомым жестом, почти таким же, что и Мистер Эмлих. Но я счел за лучшее увернуться. Еще превратит в ледяную статую!

  -Что тебе нужно? – настал мой черед это спрашивать.

  Поднявшийся с земли король хотел было вмешаться в наш разговор, который со стороны звучал, как смесь мурлыканья и незнакомых ему слов на древнем языке. Но Инсмандиил взмахнул небрежно рукой и Его Величество оборвался на полуслове, схватившись за горло. Он хрипел, побелев, но все же дышал, так что я решил пока что не вмешиваться.

  -Дворец. Королевство. Власть, - отчеканил Инсмандиил, меряя меня холодным взглядом нечеловеческих глаз.

  Он был сейчас похож на волака. И внешне… и изнутри. Словно забыл о том, что значит «милосердие» и все остальные слова, которые из меня так до конца и не выветрились. Как бездушная тварь, оцепеневшая посреди собственного льда. Он сковывал им все вокруг, но я видел, чувствовал, что холод сковал и его самого. Приглядевшись, я даже заметил иней у него на груди. На шее Инмандиила висел талисман. Темно-синий граненый кристалл, покрытый корочкой льда. К нему крепилась знакомая цепь со львами.

  Я подарил его Инсму в день выпуска из Академии. Самому пройти церемонию признания меня состоявшимся чародеем, мне так и не довелось. Инсм думал, что я буду злиться и обижаться на весь мир в этот день. Но я все же пришел, чтобы его поздравить. Уже немножечко легендарный, пока он только заканчивал учиться. И подарил ему цепь с кристаллом, стоимостью больше, чем дом, где я вырос и вся деревня в придачу.

  После того, как мы впервые сразились всерьез, Инсмандиил перестал его носить. Я думал, что он давным-давно избавился от моего подарка, разбив кристалл и переплавив цепь.

  -Дворец… Королевство… Власть, - задумчиво проговорил я. – Именно в таком порядке, Инсмандиил? В первую очередь тебе нужен именно дворец, да?

  Очнувшиеся стражники тем временем сообразили, что Его Величеству нужна помощь. Я с сожалением смотрел, как Инсм взмахивает рукой и бросившийся к королю дылда падает вместе с товарищами на покрытую невесть откуда взявшимися сугробами землю. Странно, над нами-то снег не шел… Должно быть, заклинание Инсмандиила. А вот дворец уже сверкал белыми крышами башен.

  -Именно в таком, - подтвердил Инсм. – Пустишь? Или мне тебя убить?

  Я посмотрел этому чудовищу в глаза. Он был еще хуже Нейтирена Падшего и зловещее Нейтирена Мрачноокого.

  -Все в этом дворце под моей охраной! – отчеканил я, не узнавая свой собственный голос. – Не убивай никого, и я пущу тебя согреться.

  -Я не могу этого пообещать! – усмехнулся Инсмандиил.

  Я свирепо оскалился, посмотрев в глаза чародея.

  -Как только ты кого-то убьешь, я нападу.

  Тонкие губы Инсма, перечеркнутые шрамом еще с прошлой нашей битвы, растянулись в усмешке.

  -Теперь ты всего лишь кот!

  -А кто сказал, что я утратил свою силу вместе с телом? – ехидно осведомился я. – Аллирия заколдовала меня так, чтобы я служил ее роду. К чему ей слабый страж?

  Инсмандиил с легкость отпер ворота. Вернее, сорвал их с петель, заставив металл обратиться льдом и сломав их. Прошел мимо хрипящего на земле короля, едва заметно шевельнув пальцами. Его Величество перестал сипеть и синеть и принялся жадно хватать ртом воздух, ворвавшийся в легкие.

  -Мы все равно сразимся после того, как я согреюсь, - равнодушно предупредил Инсм.

  -Я на это рассчитываю! – заверил я, гордо задрав хвост и шествуя впереди мага, чтобы показать ему дорогу к королевскому подземелью. – Стражи! – бросил я, когда мы поравнялись с лежащим на земле обледенелым дылдой и его приятелями.

  Кристалл на груди Инсмандиила нехотя засветился, теряя остатки тепла. Лица лежащих на земле стражников порозовели. Похоже, мой старый недруг надел подарок не от хорошей жизни. Своей собственной магии на то, чтобы справиться со своей же вышедшей из-под контроля силой ему уже не хватало. Сам того не желая, я спас ему жизнь.

  -Нам сюда! – открыв лапой потайную дверь за королевским троном в стене, объявил я.

  -Паутина! – недовольно проговорил Инсмандиил, оглушительно и совершенно по-человечески чихнув.

  -Ты все еще боишься пауков?! – изумился я, глядя на это создание, которое само кого угодно напугает, повстречавшись в темном переулке или приснившись в кошмаре.

  -Если бы тебе довелось повстречаться с ними в Арнодильском лесу, ты бы тоже боялся! –сумрачно отрезал маг. – Все чего-то боятся, Нейтирен!

  -Нам с тобой поздно бояться, - тихо ответил я. – Мы и так уже все потеряли!

  Я привел его вниз, туда, где был выложен разноцветными кристаллами узор моего освобождения. Начертаны символы – моей кровью. В кошачьем теле ее не так много. Так что большинство из этих символов были стары и не стерлись лишь благодаря заклинанию. Увидев все это, Инсмандиил присвистнул. Затем обратил свой взор на каменный потолок, на котором все еще виднелись остатки старинной росписи. Голубое небо, усеянное звездами и чудовищами.

  -Вижу, ты здесь не скучал! – лукаво улыбнулся маг.

  Если не смотреть на его жуткую физиономию, можно было бы на секунду поверить, что это Инсм. Впрочем, он тоже избегал смотреть на меня, должно быть, по тем же самым причинам.

  -Становись в центр! – скомандовал я.

  Инсмандиил послушно подчинился. Талисман на его груди все еще теплился, но я видел, как лед сковывает его все сильнее. То, что Инсмандиил явился во дворец в одиночку, отнюдь не было актом силы и храбрости. Это был жест отчаяния.

  -Что ж ты армию волаков-то с собой не привел? – ухмыльнулся я, не удержавшись о того, чтобы поддеть старого недруга.

  -Она замерзла, - холодно ответил Инсмандиил.

  Шерсть на моей спине стала дыбом, но я постарался не концентрироваться на том, что будет с кошачьим телом, если Инсм не справится с выбросом энергии. А они у него, похоже, бывают. Повезло тому волаку, что я освободил. Останься он вместе с хозяином, разделил бы участь остальных.

  -Что надо делать? – Инсмандиил стал в середину пентаграммы и прикрыл глаза.

  -Ничего. Я сам все сделаю, - заверил я, прикинув, что его попытка использовать любое заклинание вполне может закончиться тем, что мы превратимся в две ледышки.

  А дворец, соответственно, в одну, но большую.

  Я занял свое место в пентаграмме напротив него. Вся моя сущность сопротивлялась тому, что я планировал сделать. «Да убей ты его и все!» - нашептывал разум. В конце концов, я ведь когда-то пытался. Даже отдал ради этого свою жизнь. А заодно и любовь Аллирии, так уж вышло.

  Инсмандиил стоял посреди моего поблескивающего разноцветными гранями узора и покорно ждал. Он прекрасно знал, что сил его уничтожить у меня хватит. По крайней мере, если и дальше будет доверчиво стоять, как болван.

  Его спасало лишь одно. Между нами было так много ненависти, что убить его мне было мало. Я активировал свое неготовое заклинание, воззвал к своей собственной крови, втертой в пол. Крови Нейтирена Великого. Этим-то мы и отличались. Когда Ритуал требовал крови, я почти всегда отдавал свою. А Инсм с самого начала норовил кого-нибудь прирезать. Поначалу после Академии, где в жертву приносили лишь зверей, то были разбойники. Всякая шваль и мразь, которую и мне не было особенно жалко. Просто для ритуала… Ну что, каждый раз бегать в поисках подходящего мерзавца, что ли? А если ритуал надо провести немедленно? Я всегда объяснял это своей ленью. Инсмандиил посмеивался и постепенно становился сильнее меня.

  О его подвигах заговорили громче. Прекрасные девушки начали обращать больше внимания на тощего заучку, чем Нейтирена Великого, который и с мечом упражнялся немало, в отличие от некоторых любителей просидеть урок фехтования в библиотеке… Да и не нужны они мне были особенно. У меня была Аллирия. А потом… Потом Инсмандиил однажды перешагнул грань. Я не знаю, почему. Он никогда не говорил мне, почему впервые пролил невинную кровь. В обмен на что. Я стал великим. Он величайшим. Увы, и этого Инсмандиилу уже было мало. Он стал меняться. Постепенно превращаясь в ту замерзавшую от собственного холода тварь, что я видел теперь перед собой. Однажды я попытался остановить его – безуспешно. Теперь мог бы. Вот только он оставался единственным, кто был мне дорог.

  Я заставил лед его сердца треснуть. Кристаллы засветились от моей магии и поднялись в воздух блестящей россыпью драгоценностей и моих несбывшихся надежд. Освободиться. Начать новую жизнь, подальше от потомков Аллирии, ее дворца и всего, что мне напоминало о ней. Особенно статуи, к которой я прихожу каждый месяц в полнолуние, словно загипнотизированный и ничего с собой не могу поделать.

  Кристаллы стали раскалываться, прямо в воздухе, превратившись сначала в сияющую разноцветную пыль, а затем яркий слепящий свет. Инсмандиил закричал, когда созданное мной заклинание обрушилось на него, вместе с силой, высвобожденной из кристаллов и стен старинного зала, служившего королям. Я использовал все. Каждую капельку магии, которую мог выжать из себя, кристаллов и королевского дара. Каждый крошечный след энергии того, что называлось «королевским даром». Каждую капельку, которая мне самому нужна была как воздух, чтобы вернуть себе человеческий облик.

  Я все отдал мальчишке, с которым мы вместе по очереди читали вслух магические книги и болтали, засыпая на соседних кроватях до глубокой ночи. Ему одному я рассказал о том дне, когда убил своего отчима. Даже Аллирии не смог. А Инсм слушал тогда, не перебивая. Он был единственным, кто не осудил меня. По крайней мере, мне всегда казалось прежде, что весь мир осудил бы, узнав. Так же, как и моя мать.

  Ледяное чудовище, которым стал этот мальчик, корчилось на полу, умоляя меня прекратить. Но я уже не мог остановиться, даже, если бы захотел внять его крикам. Силу, что я пробудил, надо было куда-то девать. Так что я направлял ее в измененное тело Инсмандиила, меняя его обратно. Сдирая с него чешую. Разбивая лед. Возвращая теплый серо-синий цвет выцветшим глазам… Лишь его волосы остались прежними, серебристо-седыми, когда я закончил. Теперь передо мной лежал мужчина, лет тридцати-сорока, с породистым благородным лицом. Тот, кем он должен был стать когда-то давным-давно. Чародей Инсмандиил из благородного рода Арденов. Ощупав свое лицо дрожащими пальцами, он перевернулся на живот, так, чтобы я не видел и заплакал.

  Я же, обессилев, свалился на пол. Если мой друг надумает разделаться, наконец, с Нейтиреном Великим, помешать я ему уже не смогу. «Значит, отправлюсь к Аллирии», - подумал я, закрывая глаза. – «Тоже неплохо!»

  Очнулся я на холодном каменном полу. Сверху надо мной нависал Инсмандиил.

  -Вставай, чего разлегся! – приветливо сказал древний маг.

  Если честно, я ожидал, что он сейчас подцепит мое тело мыском сапога, и пнет хорошенько. Но он не стал столь позорно пользоваться своим преимуществом. Я с трудом встал, оторвавшись от такого мягкого и удобного каменного пола. Посмотрел на Инсмандиила. Облик мага разительно изменился. Теперь он был совсем не похож на волака. Человек.

  Я замер напротив своего старого врага, готовый ко всему. Продолжить нашу застарелую дуэль, или просто препираться полночи. Инсмандиил с печалью взглянул на меня. Готов поклясться, что не видел этого выражения в его заледеневших глазах уже очень давно! С тех самых пор, как он стал таким. Инсмандиилом Темным, или Инсмандиилом Бездушным. Хотя душа у него, конечно, была. Черная, как сама ночь. Еще темнее моей.

  Внезапно маг поднял руки, и мое тело словно сковало незримыми путами. Я попытался шевельнуться, но тщетно. Какая-то сила оторвала меня от пола и подняла над древней пентаграммой, заставив ее едва заметно светиться. Забавно, Инсм никогда не упоминал, что в его жилах течет кровь королевского рода. Хотя, конечно, Арденны… Должно быть, был у них с Аллирией когда-то давным давно общий предок. Вот только печать на полу светилась так тускло, что даже я, пожалуй, смог бы повторить этот трюк, вовсе не обладая даже намеком на «королевский дар».

  Я попытался выставить магический щит, но не сумел. Губы Инсмандиила беззвучно шевелились, пока он ткал заклинание. «Неужели я так и умру здесь, в этом затхлом подземелье?!» - пронеслось в моей голове. Да еще от рук того, кого только что спас! Слишком черная неблагодарность даже для Инсмандиила Темного!

  «А потом он перебьет их всех!» - кисло подумал я. – «Беатрису… Мистера Эмлиха, короля, его жену, этих двух сопляков…»

  Вцепившись в его заклинание, я попытался разорвать незримые путы изо всех сил. Шарахнуть по нему хотя бы чем-нибудь! Тщетно. Слишком много сил я потратил на то, чтобы его спасти. Будто издеваясь, подаренный когда-то мной талисман на его груди сиял все ярче. Теперь, когда его мощь не была постоянно направлена на то, чтобы спасти Инсма от него самого, кристалл дарил ему свою силу, подпитывал. Мои же кристаллы каменной крошкой валялись на полу. Все, что я собрал за без малого две сотни лет!

  -Не могу! – вдруг произнес Инсмандиил и опустил руки вместе со мной.

  Я плавно соскользнул на пол и незримые пути исчезли.

  -Прости Нейт! Я не могу расколдовать тебя! – очень серьезно сказал этот гад и мерзавец.

  Я молча бросился и располосовал его ноги одним прыжком, а затем и физиономию, ото лба до самого подбородка.

  -А ты сказать не мог, что ты делаешь?! – прошипел я, когда Инсм наконец сумел отодрать мои когти от своего лица.

  -Э-э… А что ты подумал? – ошарашено уточнил чародей.

  Я выругался. Для Инсма это, должно быть, прозвучало жалобным мяуканьем. Конечно, он сковал меня, чтобы в процессе трансформации, который, между прочим, весьма болезнен, я не прикончил его ненароком, швырнув защитное заклинание! Вот ведь! Зараза…

  -Ни королевство, ни смерть королевской семьи ты не получишь! – сообщил я, спрыгнув с его рук на пол.

  На этот раз я был готов к тому, чтобы сразиться с ним. Сил одолеть Инсмандиила с магическим кристаллом мне не хватит. Но я знаю все секреты этого места. В том числе, где у поддерживающих свод колонн есть слабина. Тот, кто его строил, догадывался, что однажды сюда может явиться тот, кому оно не предназначено.

  Инсмандиил задумчиво провел рукой по израненному лицу. Посмотрел на оставшуюся на пальцах кровь так, словно он был рад ей. Должно быть, уже очень давно никто не мог его ранить. Ни в прямом смысле, ни переносном.

  -Хорошо! – просто сказал Инсм и ушел.

  В этот миг, глядя ему в спину, я мог бы поклясться, что все еще вижу мальчика. «Ладно, еще пять страниц, Нейт! А потом идем спать!»

=========
от автора:
Ставьте лайки, они нравятся Нейту! И радуют автора))