Будь моим мужем, босс

— Босс, женись на мне, — на выдохе произнесла я и поставила перед Тимофеем чашку с кофе.

— Что? — ошарашенно уставился на меня мужчина. — Это ты пошутила так, Марго? Если да, то шутка удалась. Мне очень смешно, — серьезно произнес начальник, потянувшись к вожделенному напитку.

— Это не шутка, Тим. Пожалуйста, будь моим мужем, — повторила я, с надеждой посмотрев на любимого.

— Так, Маргарита, рассказывай, в чем дело. Что у тебя стряслось? — властно поинтересовался Ульянов, так и не притронувшись к кофе.

— Прости, что навалилась со своим суперпредложением, но у меня и правда нет выбора. Мне нужен муж. Причем в кратчайшие сроки.

— Ты объяснишь мне все или предлагаешь так и тянуть из тебя каждое слово? — сверлил меня Тимофей пристальным взглядом.

— Ты кофе-то выпей. Остывает… — сказала я, продолжая уходить от важной для меня темы. 

Страшно было. Конечно, Тим знал мою историю, вернее, только часть ее. Все рассказывать я не могла — мне было стыдно за свое прошлое. Как я могла полюбить такого никчемного человека? Хотя разве я могла знать, что в обыденной жизни Патрик Озбер — изверг и садист? 

Это был самый тяжелый момент в моей жизни, я оказалась в ловушке домашнего тирана, в которого превратился мой возлюбленный. Нет, он не ударил меня ни разу, не посмел поднять руку на внучку генерального директора и главного акционера холдинга. Патрик планомерно унижал меня, больно бил словами, фраза за фразой. За год жених так понизил мою самооценку, что я походила на бледную тень. 

— Маргоша, не спи! — привел меня в себя возглас Ульянова. — Рассказывай, я жду.

— Ты же знаешь, что мой дедушка умер три месяца назад? — с трудом начала я свой рассказ.

— Помню. И что? Тебя задели последствия перераспределения акций ФармКонст?

— Да. Я не сразу узнала, что и мне дедушка оставил пятнадцать процентов акций. Думаю, что по этой причине оживились мои родственники…

— Они настаивают, чтобы ты продала им свою часть?

— Все не так просто, Тим, — тяжело вздохнула я. — В завещании было условие. Я могу получить эти пятнадцать процентов, если выйду замуж в течение полугода со дня смерти дедушки.

— Дай догадаюсь, тебе об этом сообщили только недавно? — фыркнул Ульянов, откинувшись на спинку кресла.

— Верно. Да дело и не в дурацких акциях, не нужны они мне. Но это наследие деда, дело всей его жизни. Я не могу просто так отринуть его волю.

— И тебе даже настойчиво предложили кандидатуру будущего мужа?

— Да. Патрик своего не мог упустить, — тяжело проговорила я, отгоняя от себя мысли о бывшем возлюбленном. — Но и это еще не все. Родители приезжают в Москву через неделю. Они настаивают на том, чтобы я вернулась в Америку и стала женой Озбера. Мое желание их не волнует от слова совсем.

— Похоже, ты не рассказала родителям правду о своем побеге от Озбера, — неожиданно произнес Тимофей.

— Откуда ты знаешь? — дрожащим голосом спросила я.

— Догадался. Не знаю, что у вас там произошло, но вернулась ты в Москву бледной копией себя самой. Мне понадобилось больше полугода, чтобы вытащить тебя из той скорлупы, куда ты себя загнала.

— Прости… 

— Давай мы не будем возвращаться к прошлому. Ты сильная самодостаточная личность, умная и ответственная, лучший помощник, какой только у меня был. И это, поверь, не просто красивые слова, — Тимофей встал из-за стола, подошел ко мне, взял мои руки в свои. — Маргоша, я все сделаю для тебя…

— И даже женишься на мне? — осторожно спросила я.

— А почему нет? — с хитрой улыбкой произнес Ульянов. — К тому же и мне сейчас нужна жена. Так что мы поможем с тобой друг другу.

— Тебе нужна жена? — открыла я рот от изумления.

— Дело в том, что я недавно нашел сына и намерен подать на его усыновление. Так что статус женатого человека будет для меня не лишним.

— Ты не говорил ничего про сына.

— Прости, Марго, не до того было. Сначала Марине помогал, выдал ее замуж буквально за одну ночь. А потом, когда мы забирали Ксюшу из детского дома, в друге племяшки я обнаружил собственного сына.

— Сколько новостей сразу, — озадаченно посмотрела я на босса. — Что Марина вышла замуж, я слышала, но о том, что это случилось за одну ночь, нет. Как такое возможно?

— Разве для Алекса Чернова могут быть препятствия? — хмыкнул Ульянов. — Он же у нас владелец заводов, газет, пароходов, хоть и банкир, — рассмеялся Тимофей.

— Марине повезло встретить такого мужчину, — произнесла я и задумчиво посмотрела на стоявшего рядом босса. 

— Чем я тебе плох? — наигранно обиделся Тим.

— Всем ты хорош, Ульянов. Поэтому и сделала тебе предложение, — мило улыбнулась я, склонив голову к правому плечу.

— Значит, решили. Сейчас позвоню Чернову, узнаю у него телефон начальницы ЗАГСа и буду договариваться о нашем скорейшем бракосочетании.

— Только давай не прямо сегодня ночью, — хмыкнула я.

— А это как получится, — загадочно выдал Тимофей и достал телефон из кармана брюк.

В этот момент на мой смартфон пришло сообщение. Нехорошее предчувствие пробралось в мое сердце. Может, не смотреть, что там прислали?

— Ты что застыла, Марго? — спросил Тимофей, прикоснувшись к моему плечу.

— Сообщение пришло. Не хочу его читать, — категорично произнесла я.

— Не хочешь, не читай, — пожал плечами Ульянов. — Но потом не говори, что пропустила что-то важное.

— Ты как всегда прав, — вздохнула я и открыла мессенджер.

Телефон выпал из моих рук и полетел в противоположную сторону.

— Что там было?

— Они прилетают уже завтра… — тяжело дыша, произнесла я. — И с ними Озбер… 

Мир поплыл у меня перед глазами. Я не осознавала, где нахожусь. Дышать было тяжело, в груди давило, а сердце опять пыталось выскочить наружу. Мне было страшно, неизвестность будущего пугала все сильнее… 

В себя пришла в крепких мужских объятиях. 

— Тихо, Маргоша, все будет хорошо, — прошептал Тимофей и мягко провел ладонями по моей спине. — Ты не одна, я не дам тебя в обиду, — пообещал он.

— Не хочу, чтобы он приезжал… Не хочу… — прохрипела я и уткнулась носом в плечо Ульянова.

— Малышка, с приездом твоих родственников мы ничего не можем поделать. Но мы не позволим им решать что-то за тебя. Ну же, выше нос, — сказал босс, поднял двумя пальцами мой подбородок и заглянул в мои заплаканные глаза. — Ты же у меня сильная.

— Спасибо, Тим, — тяжело вздохнула я. 

— Иди умойся, я пока позвоню Чернову. 

— Хорошо, — кивнула я и отступила на шаг, с сожалением покидая объятия Тимофея.

Небольшая ванная комната была прямо в кабинете Ульянова, она не раз выручала и его, и меня. В отражении зеркала я увидела свою бледную копию.

— Да, и страшна же ты, Маргарита, — сказала я отражению и печально улыбнулась.

Нужно взять себя в руки. Нельзя распускать нюни. Тимофей мне поможет, я верю в него.

Я умылась холодной водой, подправила макияж и вышла из ванной.

— Тебе лучше? — спросил Тим, окинув меня внимательным взглядом.

— Да, спасибо. Ты позвонил Чернову?

— Да. Но не все так радужно, как мы бы хотели, — нехотя сообщил босс.

— Что случилось? Нам придется подождать положенный месяц? — глухо произнесла я.

— Нет, всего лишь пару недель. Начальница того ЗАГСа в отпуске. 

— Пара недель… Это много, — покачала головой я.

Тревога опять набирала обороты. Как мне спастись от нашествия родственников? Я просто не выдержу очередных нападок Озбера.

— Слушай, а давай ты сегодня переедешь ко мне? — неожиданно предложил Тимофей.

— К тебе? Ты уверен? — осторожно спросила я, боясь, что Ульянов передумает.

— Уверен. Это самый подходящий выход для нас. Так что давай завершай дела, и через пару часов поедем к тебе, соберем вещи и перевезем их ко мне.

Тимофей явно был доволен этой идеей, да и для меня, казалось бы, это выход. Только как мне жить с ним бок о бок каждый день, видеть его, сталкиваться в кухне или при выходе из ванной? 

Хотя… О чем я думаю? Глупости все это. Мы же в любом случае съехались бы, сама же сделала предложение о браке. 

Только сердцу-то не прикажешь не реагировать на любимого мужчину.

Похоже, непростые времена меня ждут.

— Так что ты решила? — спросил Ульянов, дав мне подумать.

— Я согласна, Тим. Спасибо за помощь и поддержку. И прости, что навязываюсь тебе со своими проблемами.

— Да какие проблемы? Мы все решим вместе. К тому же ты не забыла, что мне и самому нужен официальный брак, чтобы оформить усыновление Марка.

— Помню. Надеюсь, мы с твоим сыном найдем общий язык, — улыбнулась я начальнику и направилась в свой кабинет, вернее, в приемную секретаря, которого временно заменяла. — Пошла работать, босс.

Только мне не суждено было дойти до двери — меня снесла яркая брюнетка в длинной шубе нараспашку. Я с трудом удержалась на ногах от ее напора.

— Милочка, почему вы не на месте? — припечатала она, окинув меня высокомерным взглядом. — Почему приемная пустая? А если бы кто-то зашел? — напирала она на меня, видимо, приняв за секретаря.

— Что-то случилось, уважаемая? К сожалению, секретарь Тимофея Петровича уволилась настолько внезапно, что наш босс вот уже месяц не может найти ей замену, — неожиданно для себя ответила я незнакомке.

— Черт… А я все думаю, о чем я забыл? — простонал Ульянов, бросив на стол ручку, которую до этого вертел в правой руке. 

— Так я и знала, что приехала вовремя, — довольно выдала женщина, прошла к стулу напротив стола Тимофея, грациозно села на него и обернулась ко мне. — Нельзя позволять помыкать собой, девочка, — улыбнулась она мне. 

Ульянов встал, обошел стол и присел на его край, как раз напротив своей гостьи.

— Она права, Марго. Нельзя позволять помыкать собой, — произнес мужчина, глядя на незнакомку. — Секретаршу мы обязательно найдем. А пока, если тебе не трудно, приготовь нам по чашке кофе. Все же утреннюю чашку я так и не выпил, — не глядя, махнул он на свой стол, где так и стояла чашка остывшего кофе.

Я молча взяла ее со стола и направилась в секретарскую, чтобы приготовить кофе. На этот раз три чашки кофе. Что-то и мне захотелось кофеина.

Кто эта незнакомка? И почему она ведет себя так фамильярно с Тимофеем? Кто она ему?

Сколько вопросов…

Как же не вовремя женщина появилась, надеюсь, она не спутает нам с Тимом карты. 

Неужели это любовница Ульянова? А что, выглядит эффектно, именно таких девиц босс и предпочитал. Было тяжело представлять эту шикарную женщину и Тимофея. Моего Тимофея… Сколько раз я видела около него таких сногсшибательных красоток? Не сосчитать. Почему же раньше я спокойно реагировала на их наличие в жизни Ульянова? 

Да, в прошлом мне было больно, но я быстро брала себя в руки. Я понимала, что он мой босс, мой друг… Не больше.

А сейчас… Боль была почти физической. Ревность въедалась в меня мерзкой ржавчиной. Для меня было просто невыносима мысль, что Тимофей может принадлежать другой.

==

Дорогие читатели! Это история Тимофея Ульянова – сводного брата Марины Черновой. 

==

Связанные романы:

Алекс и Марина Черновы "".

Иван и Таша Чаровские - “”

Роман Чаровский - ""

Катерина и Юрий Калинины - ""

Книги можно читать отдельно.

Ваша Анна.

— Милана, что ты тут делаешь? — спросил Ульянов, как только Маргарита вышла.

— Тимыч, ну что ты как неродной? — хмыкнула женщина.

— И все же? Твои внезапные визиты чаще всего не возникают без причины.

— И зачем ты сразу причину ищешь, дорогой?

— Милана, — недовольно выдал адвокат.

— А ты не рычи, Тимофей, не рычи, — мило улыбнулась гостья.

— И наградил же бог родственниками, — сквозь зубы протянул Ульянов.

— Ты что-то имеешь против отца?.. Нет? Тогда чем тебе мать не угодила? — с недоумением поинтересовалась женщина. — Нет? Тогда дело в Косте или Жене?.. Что, снова нет? Ну не Юлиана же тебя достала, дорогой племянник?! — с наигранным порицанием проговорила она.

— Как обычно, в зеркало мы не смотрим? — фыркнул Тимофей, подняв правую бровь.

— Почему же, конечно, смотрим. А как, ты думаешь, я крашусь каждый день? Ты совсем заработался, дорогой. Забыл уже все на свете. Так я и знала, что приехала как раз вовремя. Ты точно нуждаешься в совете умудренной опытом тетушки.

— Умудренной опытом, говоришь. Надеюсь, ты не рассталась в очередной раз с мужем?

Милана, казалось, на глазах превратилась в бледную усталую женщину, у нее словно заряд батареи закончился.

— Пока нет, — тихо сказала она. — Но я не уверена. Тимыч, и почему я всегда наступаю на одни и те же грабли? — спросила она дрожащим голосом.

— Лана, не хочешь же ты сказать, что?.. — протянул Ульянов, озадаченно смотря на тетку. — Да нет, я не верю… Адам же с тебя пылинки сдувал.

— Вчера сдувал, сегодня изменял, — с болью в голосе выдала женщина.

— Ты сама все видела? — негромко поинтересовался адвокат.

— Да. Они были в одной постели… — начала Милана, но тут же оборвала себя: — Нет. Не хочу говорить об этом! Не хочу! 

— Лана, ну что ты, — произнес Ульянов, поднял на ноги тетушку и заключил ее в объятия. — Ты правильно сделала, что приехала ко мне. Я всегда тебе помогу.

— Приютишь меня? — осторожно спросила гостья.

— Конечно, — выпалил Тимофей и осекся. — Черт. Я же женюсь, и сегодня ко мне должна приехать Марго.

— Ты о той девушке, с которой обнимался, когда я зашла?

— Верно. Это Маргарита Дивишина, мой личный помощник.

— И точно, та самая Маргоша, о которой ты столько говорил! — воодушевилась женщина, отошла от племянника и снова уселась на стул. — Расскажи-ка мне, Тимыч, все, что произошло в последнее время. И о каком браке ты говоришь? Что-то я между вами не увидела большой и чистой любви.

— Это будет фиктивный брак, так что не придумывай лишнего, — остановил ее Ульянов. — Хотя… 

— Ты будешь последним идиотом, если упустишь свой шанс, — неожиданно завершила его речь Милана.

Их разговор прервался, в кабинет зашла Маргарита с подносом в руках.

— Дорогая, почему только две чашки? Не говори мне, что ты не сделала и себе кофе, — улыбнулась гостья, вновь вставая на ноги. — Тимыч, где мы можем спокойно выпить кофе? И я жду твой рассказ.

— Лана, у меня встреча через десять минут. Давай поговорим позже? — покачал головой Ульянов.

— Господин Костальгин позвонил и попросил перенести встречу на среду, — сообщила Маргарита, сканируя взглядом начальника и его гостью.

— Ну вот видишь, Тим, все складывается в мою пользу, — хмыкнула женщина. — И представь уже меня своей невесте, не стоит заставлять девушку ревновать на пустом месте.

— Марго, это моя тетя, в девичестве Людмила Леонидовна Кортнева, сестра моей матери, — задумчиво произнес Ульянов, размышляя о чем-то своем.

— Ну ты и вспомнил, Тимыч. Забудь уже это дурацкое имя. Я — Милана Уильямс, — представилась гостья сама.

— Очень приятно, — с облегчением выдохнула девушка и произнесла в ответ: — Я Маргарита Ивановна Дивишина, личный помощник господина Ульянова.

— Ага, и еще она же мисс Дэвис, если переиначить ее фамилию на американский манер, как это сделали ее родственники, — добавил Тимофей. — Маргоша, ну что ты так и стоишь с этим подносом как неродная? Поставь его куда-нибудь. А еще лучше пойдемте в комнату отдыха, нам и правда есть о чем поговорить.

— В общей комнате сейчас Смирневский принимает кого-то, — сказала Рита, вопросительно смотря на босса.

— Тогда идем в мою личную комнату. Там нас никто не побеспокоит. Только оставь в приемной сменную секретаршу. Попроси Василису, из этих девочек я доверяю лишь ей.

— Хорошо.

— Давай мне поднос, — добавил Ульянов. — И ждем тебя в комнате отдыха.

Маргарита кивнула и вышла.

— Чудесная девушка. Я одобряю твой выбор, — выдала Милана, смотря ей вслед.

— Идем, тетушка, — хмыкнул мужчина.

Ульянов был одним из известных адвокатов столицы, владел частью акций адвокатского бюро “ЮристАссист”. Поэтому выделенные ему помещения были несколько больше, чем у рядовых адвокатов. Кроме самого кабинета Ульянова, тут были приемная, кабинет личного помощника. Также имелась ванная с душевой кабиной, умывальником и туалетом. Скрытая от всех небольшая комната отдыха с кожаным диваном, висящим на стене телевизором и маленьким круглым столиком с креслами.

— Рассказывай, — попросила Милана, усевшись в кресло.

— Не знаю, с чего и начать, — задумчиво произнес Ульянов.

— Давай с причин, почему вам понадобился фиктивный брак.

— Марго он нужен, чтобы исполнить завещание деда и получить часть акций ФармКонст. Хотя они и не нужны ей, но при помощи брака со мной она избавится от настойчивого внимания к себе одного неприятного типа.

— ФармКонст? Что-то знакомое, — задумчиво сказала тетушка, потягивая кофе.

— Завод фармацевтического оборудования, которым владел ее дед, Майкл Дэвис. Предприятие находится в Америке, — пояснил Ульянов и последовал примеру родственницы, пригубив любимый напиток.

— Точно. Дэвисы, — оживилась Милана, — слышала я про них. Крайне неприятные личности. И как Марго умудрилась в такой семье вырасти адекватным человеком? 

— Маргоша росла в России с бабушкой, — с улыбкой отметил Тимофей.

Женщина внимательно посмотрела на племянника. И это он хочет жениться ради выгоды? Какой уж тут фиктивный брак? Что-то не верится, что брак будет таким… 

— А что с тобой? Зачем тебе нужен этот брак? — спросила тетка, не сводя пристального взгляда с молодого мужчины.

В это момент с чашкой в руках в комнату зашла Маргарита, она тихо села в кресло и сделала пару глотков кофе.

— Не знаю, поверишь ли ты в эту удивительную историю, но несколько недель назад я узнал, что у меня есть сын. Поэтому мне нужна жена, чтобы оформить усыновление, — спокойно произнес Ульянов, глядя на удивленное лицо тетки.

— Сын? — не сразу смогла переспросить она.

— Да. Я и сам был в шоке, когда увидел его. Он почти моя точная копия. Это невероятно, — воодушевился мужчина, вспоминая первую встречу с сыном.

— Прости, Тимыч, но ты уверен, что отец именно ты? — осторожно спросила Милана.

— Да, я сделала генетический анализ. Марк мой.

— Но, черт возьми, как так вышло, что ты о нем не знал? Никогда бы не подумала, что мои племянники настолько безрассудны, что у них есть дети, о которых они не знают, — гневно сверкнула глазами женщина.

Тимофей побледнел, бросил на Маргариту извиняющийся взгляд и попытался остановить тетку:

— Милана, постой. Не кричи. Все не так просто. Ты же помнишь Светлану Валиш? — спросил Ульянов.

Услышав имя этой девушки, Милана тут же успокоилась, она поняла, откуда дует ветер.

— Это из-за нее вы поссорились с Женей? — спросила женщина, качая головой.

— Да. Света тогда заявила, что Женька пытался соблазнить ее.

— И ты, дурак, поверил…

— Было дело. Поверил. Пока в один из дней не увидел, как Светка сама вешается на шею брату. После она наплела, что перепутала нас. Но я уже не верил ей. 

— Может, зря? Не все способны отличить вас с Женей. Вы как копии друг друга, — осторожно проговорила Милана.

— Они не настолько одинаковые, — покачала головой Марго. — По крайней мере, для меня. Почему-то я сразу видела двух разных мужчин. У вас отличается мимика, жесты, говоришь ты, Тим, немного иначе.

— Это ты просто особенная, Маргоша, — улыбнулся невесте Ульянов.

— Да какая я особенная, — махнула рукой девушка. — Хотя меня тогда не понимали в офисе, как я вижу то, чего нет?

— А вы уже сколько знакомы?

— Лет восемь, кажется, или девять? — перевел взгляд Ульянов на свою личную помощницу.

— Девять. Я пришла работать к вам в бюро, когда мне было двадцать, — улыбнулась Марго своим мыслям. — Сейчас думаю, и как доверили работу администратора на ресепшене девчонке без опыта?

— Ага, эта девчонка так тогда строила клиентов. Они у тебя и пикнуть не могли. Самые отъявленные смутьяны заискивающе смотрели на тебя, — усмехнулся Ульянов.

— Да ну тебя, Тим, придумаешь тоже, — покраснела девушка и опустила взгляд.

— И что с Женей, ты прямо так сразу и поняла, что это не Тимофей? 

— Ну да. Евгений тогда заявился в бюро весь такой мачо-бой и сделал вид, что он Тимофей Ульянов. Секретарша Тима стояла рядом со мной и сразу приняла незнакомого мужчину за собственного босса, даже повела его в кабинет Ульянова.

— И дальше? — смеясь, произнесла Милана.

— Я приказала охраннику остановить похожего на Ульянова мужчину. Все на меня посмотрели как на дуру. Евгений тогда удивленно застыл, но быстро взял себя в руки. “Я Ульянов, тут без вопросов”, — с ухмылкой сказал он. Не знаю, что бы я дальше делала, если бы в тот момент не пришел Тимофей. Он спас меня.

— Не скажи, ты стойко стояла на своем, — довольно улыбался мужчина.

— А поджилки-то тряслись. Что мне было делать? Я же поняла, что пришел чужак, но мне никто не верил.

— Тогда Маргоша ему приказала показать паспорт, — продолжил наш рассказ Ульянов. — И высокомерно выдала: “Евгений Петрович, как не стыдно в вашем возрасте играть в детские игры”. Вот тут Женька не выдержал и заржал в голос. Правда, он долго извинялся потом перед Маргошей. Кажется, даже на свидание тебя приглашал?

— Было дело. Но оно так и не состоялось. У меня же тогда был настолько плотный график, что на личную жизнь времени просто не было, — покачала головой девушка. — Только работа и универ.

— Да уж, любил в свое время твой брат прикидываться тобой, — улыбнулась Милана. — Да и ты не отставал от него.

— Да, повеселились мы с Женькой в детстве. Отец был далеко, ему было наплевать на нас. А мама с нами справлялась с трудом. Хорошо ты ей помогала, — посмотрел на тетку Тимофей.

— Да, пороть вас было некому, — согласилась с племянником женщина. — Повеселили вы меня, дети. Спасибо. А сейчас расскажи все же про сына, Тимыч. Как я понимаю, Светлана не сказала тебе, что беременна.

— Не сказала. Решила сама воспитать мальчика. И все бы у нее получилось, если бы по глупой случайности она не погибла. Ее сбила машина. Марк в тот момент был с ней, Света оттолкнула его, так что малыш не пострадал, — глухо произнес Ульянов. 

— Бедный ребенок, и как он все пережил? — тяжело вздохнула Милана. — Хочу поскорее познакомиться с ним. Наверняка еще одна бабушка не будет лишней для ребенка.

К моему дому мы подъехали уже около шести часов. Тимофей подвез меня, а сам поехал искать место, чтобы припарковаться. 

В голове крутились слова Миланы: “Нельзя позволять помыкать собой”. 

Как же она была права. Только где мне найти сил, чтобы завтра встретить того, от кого я когда-то сбежала? Была бы моя воля, я бы никогда не видела Патрика. 

Я настолько задумалась, что не сразу услышала ненавистный для меня голос.

— Ты где была, мышь? Почему мне приходится торчать у твоего подъезда в такой холод? — донеслась до меня английская речь.

Нет, пусть это будет неправдой… Пусть мне только кажется, что он рядом…

— Ты что застыла, мелкая? Я с тобой разговариваю, — выдал очередную тираду стоящий напротив меня мужчина. 

Это и правда был Патрик. Мой ночной кошмар. 

Я инстинктивно сделала пару шагов назад. Хотелось создать какую-нибудь преграду между нами. Только что я сделаю?

Нет. Нужно взять себя в руки. Нельзя позволять помыкать собой!

— Открывай скорее подъезд, я замерз как черт, — опять прилетело в меня. — И как вы живете при таком морозе? Хорошо, что хоть медведей на улице не увидел. Дикая страна… — продолжал ворчать мужчина.

Холодно ему? А кто заставлял одеваться не по погоде? Сегодня было на десять градусов меньше, чем в предыдущие дни, зима набирала обороты. А мой бывший был без шапки и в легком черном пальто. Всегда выглядел стильно, но явно не для русских морозов. Да и ботиночки на тонкой подошве. Неудивительно, что Патрик замерз. 

— А тебя, Озбер, никто и не звал в Россию. Сидел бы в своей Америке, — неожиданно для себя выдала я.

Патрик запыхтел, как чайник, и тут же взорвался в крике:

— Ты совсем офигела, мышь? Как ты разговариваешь с будущим мужем? 

— Извини, но твои планы не осуществятся. У меня есть жених… — начала я, но меня тут же прервал очередной рык Озбера:

— Какой еще жених? Ты совсем с ума сошла? Под кого успела лечь, фригидная дрянь? Как посмела изменить мне? Да я тебя… — напирал на меня бывший.

Только я не успела даже испугаться. Рядом со мной появился Ульянов, босс аккуратно задвинул меня к себе за спину и по-английски произнес:

— Не пробовал выбирать себе соперника соответственно силе? Как по-мужски нападать на слабую девушку. Нашел грушу для битья?

— Проваливай, чертов мужик, тебе заняться нечем? Иди отсюда, — попытался Озбер отмахнуться от Ульянова, но тот лишь рассмеялся.

— Извини, недорогой американец, но это тебе следует проваливать от моей невесты. Еще раз услышу подобную пакость в адрес Маргариты, заставлю рот с мылом вымыть.

— Да ты… Да я… — потерял нить разговора Патрик, ошарашенно глядя на Ульянова, а мой босс также всегда одевался стильно. 

Сегодня на нем была теплая дубленка длиной до бедра, плотные черные брюки, ботинки на толстой подошве, кожаные перчатки и черная вязаная шапка. Все явно брендовые вещи.

Босс развернулся ко мне, не обращая внимания на застывшего американца, и спросил, переходя на русский язык:

— Марго, ты в порядке? 

— Да. Спасибо, Тимофей, — грустно улыбнулась я начальнику.

— Тогда идем собирать вещи, — сказал он и обнял меня за талию.

Мы спокойно обошли Озбера, который внезапно отмер и прорычал нам в спину:

— Я так это не оставлю. Ты не получишь акции Дэвисов. 

— А они кому-то нужны? — развернулся Ульянов, вновь говоря по-английски.

— Не лги мне, русский. Я не поверю. От денег никто никогда не откажется. Так что Маргарита будет моей. Это не обсуждается, — почти выплюнул Патрик, окидывая нас презрительным взглядом. — Тебе не сбежать от меня, мышь.

— Я предупреждал тебя, Озбер, — мрачно произнес, Тимофей, мягко отстранил меня от себя, сделал пару шагов к Патрику и двинул ему в челюсть.

— Ты как посмел? Ты хоть знаешь, кто я? — кричал американец, сплевывая кровь.

— Знаю, ты сын вдовы Майкла Дэвиса. У тебя десять процентов акций ФармКонст, когда у Маргариты пятнадцать. В делах холдинга ты не участвуешь, живешь на проценты от акций компании и то, что перепадает от матери. Ведешь образ жизни тюленя: отдых, отдых и отдых. Ты в своей жизни и дня не работал. Я все правильно сказал?

— И что? Я имею на это право. 

— Думаешь?

— Мышке еще нужно потрудиться, чтобы получить эти самые пятнадцать процентов, — фыркнул Патрик, разворачиваясь к нам спиной. — Посмотрим, чья возьмет.

Озбер быстрым шагом дошел до припаркованной недалеко машины, сел на пассажирское сиденье, автомобиль тронулся и  уехал. 

— Прости, я не думала, что он появится сегодня, — тихо произнесла я, развернулась и все же открыла подъездную дверь.

— Не говори глупостей, Маргоша. Я твой жених и обязан защищать тебя, — отмахнулся от моих слов босс.

Мы поднялись на третий этаж, и я открыла дверь квартиры, которую оставила мне бабушка. Двушка в старом сталинском доме, наверное, такие сейчас стоят немало. Но я никогда не продам эту квартиру — для меня она дорога как память о бабуле, о чудесной женщине, что вырастила меня.

— А у тебя тут уютно, — сказал Тимофей и прошел вслед за мной в комнату.

— Тут все почти так, как было при бабушке. Когда я делала ремонт, то большую часть мебели отдала на реставрацию. Этот старинный стиль мне очень нравится. По крайней мере, именно для этой квартиры.

Я понимала, что пришла пора двигаться дальше. Мне необходимо было переехать к Тимофею, но и оставлять эту квартиру было жаль.

— Не переживай, мы иногда будем приезжать сюда, проводить в этой квартире выходные, — неожиданно произнес Ульянов. — Хочу показать Марку эту обстановку. 

— Тебе правда нравится? — осторожно спросила я.

— Да, я всегда ценил раритет, — улыбнулся мне босс.

Я быстро собрала самое необходимое, решив, что за остальными вещами заеду позже. Когда я вышла на кухню, то увидела, что Тимофей выложил часть продуктов из холодильника.

— Что-то можно и отставить, но молоко и сметана испортятся. Посмотри сама, может, что еще заберем?

— Какой хозяйственный мне попался жених, — хихикнула я, подходя к Ульянову.

— Это да, — гордо выдал мужчина и тут же с хитрой улыбкой подмигнул мне. — Ты еще не знаешь меня, Маргоша. Все открытия у тебя впереди.

Сегодня я впервые увидела Тимофея не в рабочей обстановке. Конечно, Ульянов со мной и раньше шутил, общался по-дружески, но сейчас все было немного иначе. Словно передо мной и правда был близкий человек. От этого в сердце появилась надежда: а что, если у меня есть шанс на взаимность?

Но я тут же одернула себя. Не стоит пока думать об этом. Пусть время само все расставит по местам.

Через час мы уже подъехали к дому Тимофея, оказывается, он жил не так и далеко от меня. Босс забрал мою сумку, пакет с продуктами, и мы направились к подъезду. Ульянов представил меня консьержу, сказал, что я его будущая жена и с этого дня буду жить у него.

— Все понял, Тимофей Петрович, сменщику информацию передам, — заверил мужчина.

— Да и закажите, пожалуйста, еще один ключ от моей квартиры. Запасной я отдам Маргарите.

— Все сделаю. 

Мы поднялись на лифте на восьмой этаж, на площадке было всего две квартиры. Тут явно жили непростые люди. Тимофей направился к одной из дверей, открыл ее и пропустил меня вперед.

— Проходи, располагайся, с этого дня моя квартира в твоем распоряжении, — неожиданно сказал Ульянов.

Я удивленно посмотрела на мужчину, но промолчала. Я просто боялась нарушить ту доверительную атмосферу, которая сложилась между нами. Тимофей если и заметил мою заминку, то ничем это не выдал. 

Квартира оказалась большой, даже огромной. Дверь в кухню была открыта и позволяла увидеть сверкающий чистотой светло-салатовый кухонный гарнитур, стол по центру и несколько табуретов. 

Дальше по коридору, как объяснил Тимофей, находились гостевые комнаты, его кабинет и тренажерный зал. Теперь мне было понятно, как босс умудрялся сохранять подтянутую фигуру, ведь на походы в тренажерку времени у него не было.

Слева находилась гостиная с панорамными окнами, через которые была видна вечерняя Москва. Пара кресел, диван и телевизор на стене. Лестница из светлого дерева вела на второй этаж, туда мы и направились.

— Здесь находятся моя спальня, комната Марка и, думаю, твоя комната, — сказал Ульянов, поднимаясь по лестнице. — Хотя я не уверен, что правильным будет поселиться тебе в отдельной комнате, — неожиданно добавил он.

— Ты о чем? — удивилась я.

— Тут и твои вездесущие родственники могут проверить, живем ли мы вместе, и работники опеки также будут осматривать жилищные условия при оформлении усыновления, — объяснил мужчина, развернулся и вопросительно посмотрел на меня. — Что будем делать?

— Жить в одной комнате? — осторожно произнесла я.

Я не рассчитывала на близкое проживание с боссом. Не продумала я такие тонкости в тот момент, когда предложила Ульянову пожениться.

— Прости, я, наверное, навязываюсь тебе, — прошептала я и опустила взгляд.

— Маргоша, перестань говорить чушь. Если бы ты была мне неприятна как женщина, я бы не согласился на твое предложение, — еще больше смутил меня Тим.

— Я тебе интересна как женщина? — тихо выдохнула я.

— А почему нет, Марго? Ты красивая, сексапильная девушка. Ты просто не замечаешь мужские взгляды, которые с восхищением бросают на тебя.

— Что ты выдумываешь…

— Взять хотя бы Ромова, он же из штанов выпрыгивает, а ты на него смотришь, как на всех остальных других клиентов, совершенно равнодушно. Самое большое, что ты ему даришь, — профессиональную улыбку.

— Да Ромову просто нужно было передвинуть консультацию на более раннее время, — отмахнулась я, не веря боссу.

— В этом месяце. А в октябре и сентябре он сколько дней обивал порог нашей приемной? — хмыкнул Ульянов.

— О! Я нашла выход, — с хитрой улыбкой выдала я начальнику. — Тебе срочно нужна секретарша. И тогда я со спокойной душой перееду в свою комнатушку. И никаких Ромовых, Сомовых и Васечкиных не будет около меня.

— Знаешь, я понял, что мало начистил морду твоему бывшему, — покачал головой Тимофей, пристально смотря на меня.

— Ты о чем?

— Нужно донести до этого индивидуума, насколько он не прав в отношении тебя. За каждое пакостное слово, сказанное им в твой адрес, выставить счет. Наверняка он будет немаленький.

— Тим, ну зачем ты? Я не хочу поднимать этот вопрос, — пролепетала я.

Боже, как же стыдно. Похоже, Ульянов слышал наш разговор с Патриком. Как бы я хотела это исправить, но сделанного не вернешь, сейчас нужно думать, как сделать так, чтобы босс все забыл. 

Хотя он, конечно же, прав. Хотела бы я избавиться от назойливого внимания бывшего жениха. Озбер явно не просто так прилетел в Россию, и он не намерен упустить шанс вновь сделать меня своей. Только я не хочу возвращаться к прежнему словесному садизму.

Как же я ненавижу Патрика Озбера.

— Забудь его и то, что он тебе когда-то говорил, — довольно резко произнес Тимофей. — Этот убл… не достоин и рядом с тобой находиться. Такие, как он, могут лишь измываться над беззащитными женщинами. Они чувствуют свою значимость, видя затравленный взгляд жертвы. Поверь, я прекрасно помню, какой ты вернулась из Америки. Я даже хотел обратиться к психологу, но ты постепенно начала приходить в норму. Спокойная жизнь дала свой результат. Сейчас ты совершенно другая. И только такой идиот, как Озбер, может назвать тебя мышью.

После резкой тирады Ульянов взял меня за руку и поволок в одну из комнат, кажется, это была его спальня. Мы зашли в ванную и остановились напротив большого зеркала в пол.

— Посмотри на себя хорошо, Маргоша. Неужели в этой яркой красивой девушке можно увидеть мышь? Нет, дорогая, этого нет, не было и не будет. Этот мерзавец больше не властен над тобой, — убеждал меня Ульянов, стоя за моей спиной. — Ты меня поняла, дорогая моя невеста?

— Да, Тим. Спасибо тебе за все, — посмотрела я на мужчину через отражение в зеркале.

Его руки мягко обнимали меня за талию, слегка прижимая к себе. Его чисто мужской взгляд скользил по моему телу. Я физически ощущала его на себе.

Неужели это правда и Тимофей Ульянов хотел меня как женщину? Меня — ту, на кого он всегда смотрел как на подругу. 

Мне это снится? Если это так, то я не хочу просыпаться.