Бывшая жена. Верну твою любовь.

Потери боль не исцеляет время.

Не изобрели ещё таких лекарств.

И сердце матери в агонии пылает, когда

ребёнка душу в вечность провожает. 

= 1 =

- Мама, что мы здесь так долго делаем? Я устала и хочу домой. Смотри, дождь собирается. Уже капает! - девочка бросила беглый взгляд на, сидящую на корточках, мать.

Инга подняла полные слёз глаза, чтобы посмотреть на свою маленькую егозу. Малышка расставила руки, запрокинула голову, усмехнулась. А после принялась радостно ловить губами редкие капли дождя.

- Скоро пойдём домой, Ярослава. Мы же только пришли.

Девочка резко прокрутилась на месте, пачкая сапоги и посмотрела на мать.

- Мама, ты плачешь?

- Нет. Это капли дождя, милая, - молодая женщина опустила вниз голову, украдкой смахивая слёзы с щёк, устремляя взгляд к надгробной таблице, вбитой у основания небольшой могилы.

Сегодня четвертая годовщина со дня смерти её малышки. В этот день Инга всегда приходила на кладбище. Обязательно приносила новую мягкую игрушку и подолгу сидела возле могилы, не находя в себе сил сразу уйти.

Прошло уже четыре года, как Инга похоронила свою маленькую дочку. Но сердце болеть меньше не стало. В груди всё так же адски пекло, едва ли не сжигая её изнутри.

Вместе с дочерью она словно и часть себя похоронила.

Половина её сердца больше никогда не будет биться так, как прежде.

И дышать стала иначе.

Мир изменился.

Каждый вздох - это пытка.

Душа продолжала существовать и гореть в ярком пламени. А его жар едва ли не дотла выжигал изнутри всё лучшее и светлое, оставляя после себя лишь чёрное и уродливое пепелище. От грязного пепла Инга задыхалась.

И она непременно сгорела бы в этом пламени, если бы не её малышка Ярослава. Нельзя одного ребёнка заменить другим. Но Ярослава прибавляла сил для того, чтобы дальше жить и бороться. Наделила смыслом жизнь Инги. Заряжала энергией и не позволяла опускать руки.

Теперь только вокруг Ярославы сосредоточился весь мир Инги.

У Инги почти никого не осталось из тех, с которыми она могла бы поделиться собственной болью.

Родственники самоустранились, решив не общаться с той, которая посмела так опозорить семью. Инга же никому не стала доказывать, что её подставили и жестоко использовали. Всё равно ей не поверят. А знакомые просто перестали звонить, исчезли и окончательно отвалились.

Инга трепетно провела пальцами по фотографии трёхлетней малышки, изображенной на каменной плите. Ей несложно представить, как выглядела бы сейчас её дочка Диана. Диана и Ярослава были близнецами. Яра родилась на десять минут раньше Дианы.

Инга так радовалась рождению близняшек, не представляя ещё, с какими трудностями ей придётся столкнуться.

В гибели Дианы винила только себя. Никто не виноват. Лишь она одна. И от этого в сто крат больнее.

Если бы не Яра, Инга точно бы что-то с собой сделала. Но Ярослава стала именно тем тёплым, светлым солнышком, яркие лучи которого проникли в чёрный мрак материнской полуживой души, разгоняя темноту, указывая Инге на верный путь.

Её ребёнок ведь никому не нужен. Одну дочь уже потеряла, а вторая ведь здесь. Рядом. И она так сильно нуждается в маме.

- Мама, а я так плохо помню сестричку. Она сейчас в раю, да? - Ярослава подбежала к Инге, прижимая ладони к плечам матери, едва ли не запрыгивая той на спину. Под весом Яры Инга покачнулась и опустилась коленом на землю.

- Да. Конечно, в раю, - хрипло ответила, пытаясь обрести голос.

- Мне грустно, мама. Даже страшно становится. Здесь вокруг одни могилы. Давай уйдём уже.

Инга встала, а после сжала руку дочери. Ярославу лишь второй год подряд приводила на могилу сестрёнки. Прежде приходила сюда одна.

Диана погибла, когда Яре было три года. О сестре Ярослава мало что помнила. Но в семейном альбоме дочка нашла фотографии сестры и стала задавать вопросы. Инга рассказала ей о Диане то, что посчитала нужным, скрыв истинную причину гибели Дианы.

Сейчас Яре всего семь лет. Она недавно пошла в первый класс. И Инга не хотела делать акцент на прошлом. Это лишь её боль. Её вина. Её ошибка.

Инга достала из сумки зонтик и, раскрыв его, передала Ярославе. Сама же не чувствовала ни холода, ни того, что сапоги уже промокли. Нужно уйти отсюда. Потому что здесь от боли можно задохнуться.

- Мама, а дядя Артём за нами приедет?

- У него дела. Мы доедем на маршрутке, - Инга спустилась к остановке, спрятавшись с дочкой под плотный и широкий бетонный козырёк. Теперь дождь их не достанет.

- Сегодня суббота, ма. И я снова буду дома одна, да? - Ярослава недовольно поджала губы.

- Мне нужно на работу к трём часам, маленькая.

- А почему Артём не даст тебе выходной?

- Даст. Через три дня. А завтра я буду весь день дома. И мы с тобой пойдём погуляем в городе.

- А Артём тоже будет завтра дома?

- Не знаю.

- Я не хочу с ним никуда идти.

- Мы пойдём лишь вдвоём.

- Туда, куда я захочу? - глаза девочки засветились от предвкушения.

- Куда захочешь, Яра.

- Здорово! - малышка резво подпрыгнула, совершенно не обращая внимания на лужи и брызги от них.

- А вон и наша маршрутка. Нам повезло. Даже ждать не пришлось, - Инга показала дочери на подъезжающий автобус, а после завела дочку в сухой и тёплый салон, - скоро будем дома, маленькая. Обсохнем и пообедаем.

Ярослава сама выбрала место в автобусе, разместившись у окна.

- Мама, а я не хочу оставаться дома. Возьми меня с собой на работу.

- Доченька, в кафе так много работы. Тебе будет скучно.

- Но это ведь наше кафе. А Артём не будете меня ругать? - она улыбнулась.

- Конечно, ругать не будет. Я с ним поговорю. Хорошо, возьму тебя с собой. Посидишь в кабинете Артёма. Он даст тебе планшет. Или порисуешь? Кстати, у меня остался твой журнал с кроссвордами. Твои альбомы и карандаши всё ещё тебя ждут, Ярослава - Инга поцеловала дочь в щёку, улыбнувшись.

Мирослав Сафонов перевёл взгляд на дорогие наручные часы. Уже семь вечера. А он весь день провёл за рулём. Позавтракать удалось лишь рано утром. Устал и вымотался словно беспризорный пёс.

Зато успел заключить две деловые сделки с партнерами из Минска. Напряженный день того стоил. Сотрудничества с ними Мирослав добивался уже несколько месяцев. Наконец-то стороны пришли к условиям, удовлетворяющим обе стороны.

Мужчина притормозил свой автомобиль возле недорогого кафе, расположенного где-то на окраине города. Обычно такие забегаловки Сафонов не посещал, ведь привык к самому лучшему и дорогому. Но сейчас так сильно проголодался, что готов был поесть где угодно и что угодно.

Оставив машину на парковке, прошёл в заведение. Здесь всё выглядело скромно, но на удивление чисто и аккуратно. Не возникало желания тут же повернуться и бежать прочь, да подальше. Посетителей совсем немного. Тихо играла весьма приятная музыка.

Выбрав себе столик в самой отдалённой зоне от двери, Мирослав и голову поднять не успел, как увидел перед собой официантку. На стол легла тут же папка с меню.

Любопытный взгляд Мирослава заскользил по юной девушке в рабочей и весьма симпатичной форме, а после принялся изучать меню.

Здесь всё до примитива просто. Не те изысканные ресторанные блюда, к которым он привык. Словно какая-то домашнятина. Против домашних блюд мужчина ничего не имел против, но не верил, что в кафе их могут качественно приготовить.

Пришлось довольствоваться тем, что было. Заказал пюре с отбивной и салатом, а также фруктовый десерт.

- Как долго ждать заказ? - уточнил.

- Минут пятнадцать. Не больше, - ответила девушка, улыбнувшись, а после поспешила передать заказ на кухню.

Мирослав снова посмотрел на часы. Дольше пятнадцати минут он ждать не намерен. С этих забегаловок мало что можно взять. Вряд ли здесь ценят клиентов. А в его мире время - это бесценный ресурс.

Откинулся спиной на спинку стула, принимая расслабленную позу. Отдыхая. Завертел головой, осматриваясь. Взгляд остановил на соседнем столике справа. Маленькая девочка сидела совершенно одна. Рисовала что-то ручкой в журнале. А через мгновение Мирослав понял, что она разгадывает кроссворды.

Забавная девчушка. Но почему одна? Где её родители?

- Ваш заказ! - услышал приятный женский голос. Всё та же официантка принесла ему тёплый ужин, начав выставлять тарелки на стол. После опустила вниз поднос и с интересом посмотрела на статного мужчину.

Мирослав смотрелся некой диковинкой в этом заведении. Да один его деловой костюм и часы стоят не меньше, чем всё это кафе.

- Благодарю, - сдержанно ответил Мирослав, отмечая про себя, что еда пахнет весьма аппетитно.

- Может вам чай или кофе принести?

- Не нужно.

Девушка отошла в сторону. Но далеко не ушла.

- Аля, помоги мне слово разгадать! - услышал Мирослав, а после увидел, как официантка подошла к девочке с соседнего столика.

- Что, Ярослава? Скучаешь?

- Нет. А мама скоро придёт?

- Сейчас её позову и пойдёте домой. Что у тебя не получается? - девушка посмотрела на раскрытую страницу журнала.

- Аль, а ты знаешь, какая планета имеет наибольшее число спутников? Это слово центральное. А я не могу его угадать, - девочка огорченно вздохнула, но тут же с надеждой посмотрела на Алю.

- Ярослава, я не знаю. Но мы можем посмотреть, - девушка начала доставать телефон, но ей пришлось отвлечься на нового посетителя, - извини, Яра, позже. Мне нужно работать.

Мирослав заметил, как расстроилась девочка, когда её взрослая “подружка” Аля упорхала, чтобы продолжить работать.

- Сатурн! - сказал Мирослав, слегка склоняясь к столику, за которым сидела девочка.

- Что? - малышка округлила свои большие синие глаза, посмотрев на него.

- Сатурн. Это и есть ответ на твой вопрос.

- Ой! Спасибо! - радостно ответила, начав вписывать слово, - подходит!

Мирослав улыбнулся. Девочке на вид лет шесть или семь. Мелкая. Но забавная. С длинными русыми косичками и смышленая.

- А родители твои где? - не удержался от вопроса.

- Мама здесь работает администратором. Вон она! - девочка показала пальцем куда-то вперёд, а после тихо засмеялась, вставая из-за стола.

Мирослав едва ли не подавился пюре, когда увидел молодую женщину, подошедшую к девочке. Таращился на неё как на видение и не мог вымолвить ни слова. Глазам своим верить отказывался.

- Мама, а я почти весь кроссворд разгадала! - с гордостью произнесла девочка, хватая женщину за руки.

- Умница моя. Я даже не сомневалась, что ты справишься. Мирослав ошалело наблюдал, как женщина заботливо погладила малышку по голове. Столько нежности и любви было в каждом её взгляде и прикосновении…

- Мне дядя помог самое главное слово разгадать, - Ярослава показала пальчиком на мужчину за соседним столиком.

Инга оторвала взгляд от любимого ребёнка, чтобы посмотреть на мужчину.

Но, встретившись с глубокими синими мужскими омутами, едва ли чувств не лишилась. Мужчина её определённо узнал. Колени мгновенно подогнулись, вынуждая Ингу присесть на стул.

Друзья! Приветствую Вас в остросюжетной новинке:история Мирослава Сафонова, которого мы с вами знаем из книг: "Бывшие. Хочу вас себе". и Бывшие. Сердце пополам"
Будет больно, горько, слёзно, на грани. И обязательно ХЭ.
Книга нуждается в вашей поддержке. Добавляйте в библиотеку, ставьте нравится, комментируйте.

Инге на миг показалось, что она сейчас чувств лишится. Видеть Мирослава Сафонова оказалось гораздо больнее, чем она могла себе представить. Когда-то так сильно любила этого мужчину. И точно знала, что была любима в ответ.

Мирослав сделал её по-настоящему счастливой. От него Инга родила дочерей, о существовании которых мужчина и понятия не имел.

Чувство вины Ингу убивало. Она виновата. Перед всеми: перед погибшей дочерью, перед Ярославой и перед Мирославом.

Сама разрушила своё счастье. Разбила собственную жизнь на мелкие осколки.

Потому что была слишком наивной.

Потому что было чересчур доверчивой.

Потому что очень любила сестру и отца.

И сама не поняла, как её подставили, как использовали, как вываляли в грязи, окончательно осквернив и опустошив. Не только тело запятнали, но и душу.

Инга видела глаза Мирослава и покрывалась мурашками от головы до пят.

Его взгляд словно насквозь пронизывал. Обвинял. Щедро поливал заслуженным презрением. В нём видны огоньки ненависти. Чего угодно, но только не былой любви.

Инга насильно заставила себя отвернуться. Но в голове так шумело и стучало, что соображать стало совсем невозможно. Нужно увести отсюда Ярославу.

- Инга Николаевна, можно я завтра возьму выходной? Лена выйдет вместо меня. Я закончила с уборкой в кабинете Артёма Семёновича. Пойду уже домой. Вы отпустите?

- Да, Зоя. Можешь идти, - отмахнулась от неё Инга. С Зоей всегда так. Уборщицу в кафе взяли из-за срочной насущной потребности. Но Инга уже подыскивала Зое замену. Но сейчас обо всём этом просто думать не могла. Обсуждать с Зоей её проблемы не в состоянии. Не сейчас. Пусть лучше уходит.

- Мама, пошли уже домой! - Ярослава закрутилась вокруг Инги.

- Идём, доченька, - Инга решила, что сейчас самым правильным будет - это просто взять и уйти прочь.

Перед глазами всё ещё стоял образ бывшего мужа. Мирослав почти не изменился. Всё такой же властный, состоятельный, гордый и… справедливый. Не умеющий прощать тех, которые его предали.

- Дорогая, я думал, что вы уже в машине меня ждёте! - Инга не успела и опомниться, как оказалась в крепкой хватке Артёма. Мужчина прижал её к себе и бегло поцеловал в губы.

Инга заметила, как посерело лицо Мирослава Сафонова, пристально наблюдающего за всей этой сценой.

Инге казалось, что ещё немного, и он просто спалит её своими глазищами.

Схватила дочь за руку и, не сказав ни слова Артёму, выскочила на улицу. Сразу же поспешила к машине, буквально таща дочь за собой.

- Мама, что случилось? - Ярослава заглянула в полные тревоги глаза матери, когда та подняла её и едва ли не затолкала в машину. После села рядом с ней, размещаясь на заднем сиденье авто.

- Инга, ты так побледнела? С тобой всё в порядке? - Артём раскрыл переднюю дверцу авто, усаживаясь за руль, но не спешил трогаться с места.

Инга лишь кивнула. В горле пересохло. С Артёмом вместе уже три с половиной года. После гибели Дианы Инге пришлось принять предложение Артёма. Вышла за него замуж. Артём остался единственным, кто протянул ей руку помощи в сложный период. Но небескорыстно.
.
.

Аппетит у Мирослава пропал мгновенно. Вытащил из кармана пару крупных купюр и швырнул их на столик. Совершенно не подумал о том, что для такого заведения он оставляет слишком крупную сумму, ведь привык рассчитываться по меркам дорогих ресторанов.

Но сейчас о деньгах совсем не думал. Перед глазами всё время была Инга. Только она одна. И её поцелуй с каким-то мужиком.

Время прошло. Мир понимал: не должно волновать его с кем там целуется или спит эта проклятущая женщина. Но старые шрамы мгновенно вскрылись и стали кровоточить, болью обжигая сердце, душу опаляя.

Инга - его первая и единственная жена. И Мирослав так сильно её любил. Словно ненормальный пытался добиться её. Хоть как-то обратить на себя внимание юной белокурой красавицы из состоятельной семьи. Добился.

Мирослав вышел на улицу, жадно втянул в себя воздух. Хотелось успокоить эмоции, кипящие внутри.

Подумать только… Инга создала семью с каким-то муда…мужиком. И дочка у них имеется. Красивая синеглазая малышка оказалась дочерью Инги.

Мирослав сел в машину, а после яростно сжал пальцами руль. Конечно…

Инга не была долго одна после того, как предала мужа.

После того, как испоганила ему жизнь.

После того, как в душу плюнула.

После того, как сердце разбила.

Мирослав никогда не забудет дня, когда после двух лет идеального брака, как ему казалось, Инга пришла домой от родителей и сообщила мужу о своём решении развестись.

Её слова стали не просто ударом ниже пояса. Они - убивали. Резали без ножа. Жену Мирослав очень любил. Поженились, когда ей было всего восемнадцать, а ему двадцать четыре.

Инга была дочерью одного из деловых партнёров Мирослава Сафонова. Николай Васильевич Лебедев неохотно отдал свою дочь Мирославу. Ведь у него на примете был более породистый и перспективный кандидат на руку Инги. Только вот сама Инга выбрала Мирослава. Отцу пришлось уступить настойчивому желанию дочери.

Два года Мирослав пребывал как в раю. Да он готов был поклясться, что физически чувствовал крылья за спиной, на которых и парил всё это время. Жена его любила. Он любил жену. С детьми не торопились. Хотели пожить немного для себя и насладиться друг другом. И наслаждались. Так остервенело и страстно.

И тут… развод.

Мирослав не стал спорить или унижаться перед женой. Попросил её подумать и ушёл. Надеялся, что Инга передумает. Не исключал варианта, что девушке что-то сказал отец, отношения с которым у Мирослава были не очень приятными. Они не были врагами, но и на друзей никак не смахивали.

А уже следующим утром Мирослав получил на почту шокирующее видео, с участием его жены в главной роли. Да он глазам собственным не поверил… Инга и Иван Силаев…

Тот самый Силаев, которого так усиленно пророчил Инге в мужья её отец. Которого Инга так боялась и даже презирала.

И было за что.

Силаев - ещё тот отборный ублюдок. И бизнес у него грязный, измазанный в криминале. Чтобы получить желаемое, этот мужик мог быть весьма беспринципным и даже жестоким.

Но видео было весьма красноречивым и не оставляло сомнений в том, что жена изменила с Силаевым.

Мирослав не поскупился. На всякий случай отправил видео на экспертизу. Хотел убедиться, что оно настоящее. Экспертиза подтвердила его подлинность.

Сомнений в неверности любимой супруги более не оставалось. Как и сам по себе отпал вопрос, связанный с её желанием развестись. Всё встало на свои места.

Мирославу было противно от себя самого.

Где он допустил ошибку?

Почему не заметил, что жена его больше не любит?

Как не доглядел, что она якшается с другим мужиком?

Вопросов много, а ответов… Да не было ответов. Лишь видео. Видео, которое Мирослав швырнул Инге в лицо.

Швырнул, потому что хотел поговорить с ней. Объясниться. Выслушать. Но не услышал правды.

Жена так сильно побледнела. Казалось, что ещё немного и её удар хватит.

- Мирослав, всё было не так. Он… шантажировал меня. Мстил за то, что выбрала тебя, а не его. И… это из-за моей сестры. Ксюне всего шестнадцать, Мир, - невнятно пролепетала, - он бы убил её. Он принудил меня…

- Ты спала с ним или нет? - заорал, а в ответ получил убивающую тишину.

- Инга, что значит шантажировал? И какое отношение ко всему этому имеет твоя сестра?

Ответа вновь не последовало. Инга всхлипнула. По её щекам потекли слёзы, а в красивых глазах предательницы Мирослав увидел гораздо больше, чем могли сказать любые слова. Там была вина: бесконечная, глубокая и неоспоримая. Губы девушки дрожали, словно от страха.

- Не молчи же ты! Говори! - рявкнул, выходя из себя.

Но ответа не было.

- Вон пошла, подстилка. На видео видно, что вся эта мерзость между вами происходила по обоюдному желанию. Убирайся. И больше никогда не попадайся мне на глаза. А иначе я размажу тебя. Просто уничтожу, Инга.

После того дня Мирослав ещё около месяца наблюдал за жизнью бывшей жены. Через неделю после развода, Инга исчезла из города. А Мирослав не стал выяснять куда она подевалась. Плевать! Предателей нельзя прощать. А он сильный. Будет идти лишь вперёд. И не свернёт с намеченного пути. А бабы… они были, есть и будут. Все они одним миром мазаны.

За эти годы Мирослав добился больших успехов в бизнесе. Его не просто уважали, но и боялась. Многим были известны его связи не только в деловой среде, но и в мире криминала.

С врагами Сафонов расправлялся безжалостно. Уничтожал и не оглядывался. Но при этом не утратил чувства справедливости. Ценил тех, которые были с ним рядом. Друзей у Мирослава было немного. Но те, которые были - были ему верны.
.

Инга всю дорогу к дому провела словно на иголках. Прижимала к себе дочку, постоянно поглаживая ладонью её спину. Близость дочери морально помогала, добавляла сил.

Яра расположила голову на коленях Инги и принялась тихо напевать песенку из мультика. Малышка не задавала вопросов. Это так кстати. Инга всё равно не смогла бы ответить ни на один из них. Мысли в голове путались. Всё время возвращались к Сафонову. Её бывшему мужу.

Похоже Артём не заметил Мирослава. И хорошо. Не нужно им пересекаться.

Подумав о прошлом, грудь Инги снова обдало кипучей болью. Никогда не простит себя за то, какой доверчивой дурой была. Любила всех своих близких и родных. Готова была даже себя принести в жертву ради них. А они…

Они ничего этого не стоили.

Они вообще ничего не стоили.

Особенно её разрушенной жизни и гибели дочки. Смерть Дианы стала таким ударом… контрольным выстрелом, от которого больше никогда не излечиться.

Инга поджала губы, чтобы те не дрожали.

Мирослав больше не её муж. У каждого теперь своя жизнь. Только Ингу её жизнь абсолютно не устраивала.

Она познакомилась с Мирославом, когда ей было семнадцать. Мужчину полюбила не сразу. Месяца три присматривалась. А после поняла, что он и есть тот самый: любимый и единственный. В восемнадцать лет вышла за него замуж.

Инга помнила, как её отец не хотел этого брака. Настаивал, чтобы дочь вышла замуж за более влиятельного и состоятельного Ивана Силаева.

.

- Инга, Иван Силаев богат. У нас с ним тесно завязан бизнес. Не дури. Выходи за него.

- Па, но ведь и Мирослав богат. Он бизнесмен. Кроме того, Мир тоже твой деловой партнёр. И бизнес у него не такой грязный, как у Силаева. Я слышала, что твой начальник безопасности называл Силаева криминальным авторитетом. Иван пугает меня, папа. Я не буду с ним. И Мира я так люблю.

- Я не смогу тебя переубедить, да?

- Даже не пытайся. Я никогда не буду с Силаевым.

- Но он так любит тебя, Инга. Буквально грезит тобой уже два года как. Я сказал ему, что как только моей старшей дочке исполнится восемнадцать, он её получит.

- Но я же не вещь, чтобы ты мог так мной распоряжаться, папа.

- Не вещь. Ты права. И я не могу тебя силой принуждать. Твоё счастье для меня превыше всего. Но Силаев опасен. Твой отказ его может сильно задеть.

- И что? Я ему никогда ничего не обещала. Да он сотню таких девочек как я надёт, па.

- Хорошо, Инга. Выходи за Сафонова. Но мне неспокойно.

- Папа, не волнуйся. Силаев уж точно убиваться из-за меня не станет, - завила Инга. А уже через два года поняла, какой легковерной и беспечной была, делая столь смелые заявления.

.

Инга никогда даже не сомневалась, что её муж Мирослав самый лучший мужчина на свете. Он умел слушать и всегда предпочитал решать любые разногласия в диалоге, приходя к истине.

У них всегда так и было. Но не в тот роковой день…

Мирослав требовал объяснений. Пытался понять, почему любимая жена решила с ним развестись. Даже о том гадком видео задавал вопросы. Но Инга не смогла найти нужных слов. Молчала. Словно признавала свою вину.

Но она ведь и была виновата. Перед мужем так точно.

Инга едва ли вновь не всхлипнула. Даже мысли о собственном идиотизме причиняют невыносимую боль.

История Анастасии и Виктора Брагина

https://litnet.com/ru/reader/byvshie-oskolki-chuvstv-b447901?c=5122492&p=1

История Анатолия Полякова (друга Виктора) а Анны (подруги Насти)

https://litnet.com/ru/reader/byvshie-vernut-svoe-b457234?c=5285682&p=1

История Руслана Полякова и Марии

https://litnet.com/ru/reader/byvshie-vtoroi-shans-b463198?c=5391663&p=1

https://litnet.com/ru/reader/byvshie-xochu-vas-sebe-b484844?c=5788891&p=1

История Арины и Петра

https://litnet.com/ru/reader/byvshie-serdce-popolam-b492272?c=5929670&p=1

История Гордея

История Мирослава Сафонова

https://litnet.com/ru/reader/byvshaya-zhena-vernu-tvoyu-lyubov-b503484?c=6150231&p=1

Как жаль, что прошлого не изменить. Сейчас бы она не молчала, а рассказала бы мужу всю правду.

Но тогда она боялась. Не за себя. О сестре думала. Ведь была уверена, что Ксении угрожает опасность.

Подумав о мужчине, который перевернул всю её жизнь с ног на голову, буквально изменив судьбу, душа молодой женщины вспыхнула от ярости и ненависти.

Иван Силаев - это единственный человек на планете, которого она могла бы убить. Придушить собственными руками. На части разорвать. Чёрное его сердце из груди вырвать. И после никогда не пожалеть о содеянном.

Всё из-за него…

Мысли Инги тут же метнулись к отцу и сестре. Эти двое тоже приложили свою руку к её несчастьям. Особенно сестра. Отец же виноват лишь в том, что поверил не той дочке.

Ксюша же буквально продала сестру. Малолетняя зараза даже не раскаивалась. А ведь Инга так сильно её любила…

Инга уже принялась кусать губы, стараясь дышать спокойно и не шуметь. Но от воспоминаний становилось так плохо и так горько. Сердце молотило очень громко, что Яра, кажется, слышала его грохот.

Инга до мельчайших подробностей помнила тот роковой день, когда ей позвонила сестра.

.

- Инга, - всхлипнула в трубку Ксения, - он схватил меня и привёз в какое-то ужасное место. Тут шумно. Много мужчин и полуобнажённых женщин.

Инга на заднем фоне действительно слышала шум.

- Ксюша, кто он? Ты где?

- Силаев. Он сказал, что если ты не встретишься с ним через час, он отдаст меня каким-то мужикам. Они страшные и здоровые как медведи. Я так боюсь, - девчонка уже буквально ревела в трубку, пугая Ингу. Ведь Ксении всего шестнадцать лет.

- Ксюша, нужно сказать папе. Он поможет, - тут же ответила Инга, дико волнуясь. Силаев периодически цеплял Ингу резкими словами. Но Инга и в страшном сне не могла представить, что Иван посмеет надавить на неё через Ксению.

- Нельзя. Он сказал, что вообще тогда убьёт меня. Всё, что ему нужно, так это встретиться с тобой. Поговорить. И тогда он меня отпустит. Не говори никому. Мне так страшно.

А дальше в трубке раздался голос Силаеве. Он назначил Инге встречу через час в центре города.

- Если любишь сестру, приедешь. Если узнаю, что хоть кому-то проболталась о нашем разговоре, малолетку свою больше никогда не увидишь. И доказать ничего не сможешь. Мне ничего не будет. А вот тебе с этим придётся жить, Инга.

- Что тебе от меня нужно?

- Просто поговорить!

- О чём?

- Узнаешь!

.

Инга сипло втянула в себя воздух, всё ещё ненавидя себя за то, что поверила. Что купилась на всю эту игру.

- Приехали! - заявил Артём, развернувшись к Инге. А Инга даже не заметила, когда именно машина остановилась. И давно ли! Как долго Артём так вот пристально сверлит её лицо своим дотошным взглядом?

- Как быстро доехали, - попыталась выдавить из себя улыбку. Нельзя, чтобы Артём заметил столь разительную перемену в её настроении. Будет задавать вопросы. А вот с ним Инга меньше всего желала бы сейчас общаться.

Инга помогла дочке выйти из машины, а после повела её в дом. Надо искупать Яру и уложить спать. Сегодня будет непросто настроиться на разговор даже с любимой малышкой.

- Мама, а мы завтра пойдём гулять? Ты ведь обещала.

- Пойдём, Ярослава. Я ведь всегда держу обещания, - Инга поцеловала малышку, снимая с неё верхнюю одежду.

- Мама, я сама могу раздеться.

- Я знаю, маленькая. Просто хотела тебе помочь. Ты поела в кафе?

- Да. Меня Аля покормила. Я сделала заказ как взрослая, - девочка довольно улыбнулась, а на её пухлых щёчках появились ямочки, которые так обожала Инга.

- Тогда давай будем купаться и отдыхать, да? Раньше ляжешь спать, а завтра в девять проснёшься и пойдём гулять!

- Да. Давай! - хлопнула в ладоши, - Артём ведь с нами не пойдёт? - надула губы, - ма, я не хочу, чтобы он был с нами на прогулке.

- Не пойдёт. Он завтра работает. Кафе ведь нельзя надолго оставлять без присмотра.

- Ладно, - Ярослава поспешила в свою комнату, чтобы готовиться к купанию.

Инге не нравились такие напряженные отношения между дочкой и Артёмом. Ярослава его не слушалась, могла даже дерзить. А Артём не шибко и церемонился с падчерицей. Да никогда и не стремился найти с ней контакт.

Инга хотела бы развестись с Артёмом, но попала в такую кабалу, из которой просто не видела выхода.

Если бы была одна, то развелась бы. Рискнула бы. Но у Инги есть дочь. Ради дочери, ради её благополучия Инга будет терпеть всё.

Всё-таки Артём не агрессивный, руки не распускает. И это очень важно. Жалит словами, но это можно перетерпеть. Хотя бы до тех пор, пока дочке не исполнится шестнадцать.

- Как день прошёл? - Артём словно подкрался сзади. Обнял, расположив ладони на груди Инги, а после притянул её спину к своей груди. Мужские губы властно прикоснулись к шее, но его поцелуи не были приятными.

- Нормально. Пусти, Тёма. Нужно приготовить что-то на завтрак, чтобы завтра освободить время с утра.

- Я распоряжусь, чтобы из нашего кафе нам что-то привезли. Чем торчать у плиты, милая, время вечером и особенно ночью можно провести с гораздо большей пользой для нашего с тобой обоюдного здоровья и удовольствия,.

- Не нужно. Да и тебе ведь завтра рано на работу идти, - попыталась отстраниться, но ей не позволили.

- Я не поеду. Наш администратор Наталья всё сама сделает и проконтролирует. А завтрашний день мы с тобой проведём вместе.

Инга ощутила, как дыхание перехватило. Нет. Пусть уходит!

- Прости, Артём, но на завтра я уже пообещала Ярославе прогулку в городе.

- Прекрасно. Отправимся все втроём.

- Артём, я бы хотела побыть с дочерью наедине.

- Глупости. Это мелкая поганка просила тебя, чтобы меня с вами не было? - грубо спросил, а после развернул женщину к себе лицом, едва ли не прожигая взглядом.

Инга не хотела подставлять дочь. Так и хотелось по физиономии дать за то, как он дочь назвал. Но... нельзя.

- Нет, не она. Просто я подумала, что тебе будут не особенно-то и интересны наши девичьи забавы.

Артём не обратил внимания на слова Инги. Как всегда. А это значит, что прогулки завтра не будет. Артём ни за что не пойдёт в зоопарк или в детский парк. Потащит всю семью в кинотеатр.

А Ярослава совсем не любила походы в кинотеатры. Но мужчину ведь не переубедить. Для него не существует никакого иного мнения, кроме его собственного.

Инга решила отложить неприятный разговор на завтра. Возможно, что утром Артём внезапно обнаружит, что у него появились срочные дела и уйдёт. Последние полгода мужчина часто уезжал из дома на выходных, а после работы порой задерживался. Было и такое, что иногда возвращался домой лишь под утро.

Жене говорил, что в кафе много работы. Инга кивала, делая вид, что верит мужу. Но парфюм другой женщины скрыть непросто. А им от Артёма за метры разило. Инга почти не сомневалась, что муж ей изменяет. Но нельзя заявлять такое, не имея доказательств.

В эту ночь Инге пришлось терпеть близость с мужем. Мужчина не был с ней груб. Но вся эта игра, лживость и притворство, которые длятся между ними уже четыре года, стали противны до тошноты.

Артём уснул практически сразу, как удовлетворил свою похоть, а Инга тихо встала и сразу же ушла в ванную. Опустилась в ванну, подтягивая колени к груди. Включила тёплую воду, направляя на себя струи. Но знала: никогда не отмоется. Невозможно. Да и сломанную жизнь уже не исправить.

Молодая женщина запрокинула голову, глотая слёзы. До сих пор в её сознании не укладывалось, как так вышло, что девушка из состоятельной семьи, выросшая среди достатка, стала жить Вот Так!

Некого винить. Подвели собственные жизненные ценности, недогадливость и излишняя доверчивость. Была бы поумнее, не потеряла бы Мирослава Сафонова.

Мыслями Инга вернулась к тому дню, когда её привычный мир впервые пошатнулся и дал огромную трещину.

Она пришла на встречу с Иваном Силаевым. Мужчина встретил её в условленном месте, как и договаривались.

.

- Я пришла, Иван. Что это за игры? Отпусти мою сестрёнку. Ксюше всего шестнадцать. Она несовершеннолетняя. У тебя будут проблемы.

- Я привык разруливать проблемы, милая, - его неприятный взгляд острыми кинжалами пронзал Ингу почти насквозь, - пугать меня не нужно. Если бы ты знала, Инга, как много дерьма я сожрал за свои годы, то и не пикала бы.

- Что тебе нужно?

- Скажу. Не здесь.

- Где?

- Поехали.

- Куда?

- К сестре. Ты же хочешь увидеть её?

- Отпусти Ксюшу, Иван.

- Отпущу. А сейчас прокатимся. К Ксюше…

Инга не доверяла мужчине. Но страх за малолетнюю сестру был намного сильнее, чем инстинкт самосохранения.

Приехали в какой-то клуб, больше напоминающий бордель или клуб для мужчин. Инга в таких прежде и не бывала.

Поднялись на второй этаж.

Иван завёл Ингу в комнату, в которой Инга увидела шестерых мужчин до пояса обнажённых. И до ужаса перепуганную и зареванную сестрёнку.

Ксюша сразу же бросилась к Инге, вцепилась в руки сестры.

- Инга, забери меня отсюда. Помоги мне. Или твой Иван отдаст меня им, - кивнула на шестёрку мужчин, которые буквально раздевали взглядом Ксению.

- Ксюша, я…

- Инга, ты просто обязана мне помочь. Ведь это ты виновата в том, что я здесь оказалась. Ивану ты нужна. Ты не ответила ему взаимностью. Это на тебя он затаил обиду. А я здесь совсем невиновна. Всё из-за тебя, - крикнула Ксения, а после Иван приказал увести девчонку. Решил, что Инга услышала и увидела достаточно.

Мужчины и Ксения удалились, оставляя Ингу и Ивана наедине.

- Они не тронут её, Инга, пока я не дам такую команду.

- Ты жалкий извращенец и шантажист, - крикнула Инга, злясь и на себя, и на Ивана. Слова сестры проникли в сознание и застряли там колючей занозой. Ксюня обвинила во всём её. И она права. Инга не могла избавиться от чувства вины. Её сестрёнка пострадала безвинно.

- Я какой угодно, Инга, но только не жалкий. А вот ты кое-что мне задолжала. А я всегда собираю долги со всех должников. Без исключения. Исключением не станешь и ты.

- Какой долг? О чём ты? Я ничего тебе не должна.

- Я ведь добивался тебя. Ухаживал. Твой отец обещал тебя мне. А ты взяла и выскочила замуж за другого. А со мной так нельзя.

- Я не люблю тебя, Иван. Я мужа люблю. И с тобой не буду.

- Отлично. А мне и не нужна шлюха, которая лежала под другим кобелём, но… - он схватил Ингу за руку, дёргая на себя. Не отводил въедливого взгляда от её перепуганных глаз, - я хотел тебя тогда, хочу и сейчас. За свободу своей сестры расплатишься своим телом. Ксению я больше никогда не трону. Обещаю тебе.

- Я не могу изменить мужу.

- Тогда твоя сестра сможет… обслужить всех тех мужланов, которых ты здесь видела.

- Ты не посмеешь!

- Посмею. Если считаешь иначе, то ты меня очень плохо знаешь. Но ты меня ещё узнаешь. Обещаю. Не сомневайся.

- Ты больной…

- Заткнись! А иначе твоя сестричка расплатится за каждое несдержанное словечко, вылетевшее из твоего пухлого ротика. Или делаешь то, что попрошу, Инга, или прочь убирайся. Я заставлять тебя не буду.

Инга полными слёз глазами смотрела на мерзавца. Молчала.

- Не понимаю тебя, Инга! Чего ты ломаешься словно девочка. Не целка уже. Не сотрёшься. Одним больше или меньше… Да какая тебе к чёрту разница!

Инга словно сквозь туман в голове слушала его слова. Не представляла что делать и как быть.

- Эти мужики так уделают твою сестру, что от неё и живого места не останется, - нагнетал эмоции Силаев, - впрочем, мы можем это проверить.

.

Инга с силой смежила веки, пытаясь не думать о том, что было после. Взгляд Ивана сверкал как у безумца. Пришлось принять условие мерзавца, чтобы тот отпустил сестру.

Силаев слово сдержал. Ксению отпустил. А Инге жить не хотелось после того, что совершила.

Увидеться с сестрой смогла лишь через три дня. И то, что сказала ей Ксюша, стало вторым ударом, пошатнувшим даже не мир, а вселенную Инги.

Большую половину дня Мирослав провёл, разъезжая по собственным ювелирным салонам. В его сети добавился новый магазин, с персоналом там нарисовался ряд проблем. Кого попало Сафонов к себе не брал. Девушек-консультантов выбирал дотошно, с безупречной репутацией и адекватными человеческими качествами. В течение недели придётся проводить личные собеседования. Иначе никак.

К вечеру Мирослав встретился с Михаилом. Михаил - совладелец юридической фирмы. Ему двадцать пять, но хватка у парня была воистину бульдожья. Пару лет назад Мирослав несколько раз обращался в фирму Михаила, так и сблизились.

Толковость и ум Михаила Мирослав оценил сразу же. Сафонов привык окружать себя лишь знающими и умными людьми. И Миша исключением не стал.

На встречу Михаил приехал пораньше. И уже ждал Мирослава с чашкой кофе. Встретившись, мужчины сразу же пожали друг другу руки.

- Сделка прошла успешно? - поинтересовался Михаил.

- Ди, Миш. Разве могло быть иначе? Целый день убил на всю эту муть, был в разъездах, но дело сделал. К тебе же у меня будет просьба. Личная.

- Какая? - Миша даже не удивился, что Сафонов сразу же перешёл к делу. В этом весь он.

- Завтра подъедь ко мне в центральную контору. Нужно юридически сопроводить две сделки. Мой зам тебе там всё покажет, объяснит, партнёров под белы ручки встретит, - Мирослав подозвал официантку, попросил принести коньяк.

- Вижу, Мир, ты уже отмечать раньше времени собрался?

- Мне всегда есть что отметить, Миша, - процедил, упираясь взглядом в стол. Перед глазами всё время стоял образ Инги. Бывшая жена оставила неизгладимый след в его жизни.

Странно, что Инга оказалась в кафе. Судя по её форме, то работала администратором или менеджером. Хотя бы не официантка, но… Как дочь бизнесмена Лебедева могла докатиться до такой жизни? Да и мужчина у неё явно из приземленных. В окружении её отца таких “самородков” не было.

Почему Инга так опустилась?

Что произошло?

Можно закрыть на всё глаза, как сделал это прежде, но…

- Мир, ты чего?

- Что?

- Ты совсем меня не слышишь.

- А ты что-то говорил?

- Мирослав, в чём дело? Я ещё таким тебя не видел. Может сходим завтра в клуб, а? Девочек подцепим. Тебе определённо нужно расслабиться.

- Девочек? А я думал, что у тебя есть женщина. Или ты с ней уже всё?

- Всё. Не стоило с такой и начинать. От дочки Евгения Молотова иного и ожидать не стоило, - он поморщился, словно кислоты в рот набрал.

- Да бабы они все такие, - фыркнул Мирослав, - Миш, я не хочу обращаться с такой просьбой к своим людям. Мог бы ты тихо накопать для меня информацию на кое-кого?

- На кого?

- На жену мою бывшую.

- На черта? - удивился, - вы же восемь лет уже как…

- Я в курсе. Встретил я её, Миша… недавно. Был уверен, что Инга живёт и сорит деньгами своего папаши или мужика, к которому от меня ушла.

- А на деле?

- А на деле, Миш, в кафе-шараге каком-то обслугой пашет, да с мужиком непонятным трётся. Таким, к которому прежде и в бреду бы близко не подошла.

- И что? Тебе какое дело до всего этого?

- Просто любопытно, Миша. Бумеранг в этом мире определенно есть.

- Надеюсь, Мир, мстить ты ей не будешь?

- Миш, ты просто выясни как она и что. Кем и чем дышит. Лады?

- Хорошо. Я сделаю. Но ты не перегибай.

.

Утром Инга проснулась совершенно разбитой. Спать хотелось ужасно, но только не рядом с Артёмом.

Как долго ей ещё его терпеть?

Как сегодня выполнить обещание, данное дочке?

Девушка надела халат, вышла в коридор. Артём как раз находился на кухне. Пил кофе и с кем-то разговаривал по телефону.

- У меня сегодня не получится, - услышала Инга его слова…. Я не могу каждые выходные уезжать к тебе… Чёрт возьми… Ладно, я буду через полтора часа.

Инга замерла перед дверью, подслушивая.

И к кому это муженёк на встречу собрался?

- Ты уезжаешь? - она прошла на кухню, замечая, каким внимательным взглядом Артём впился в её лицо. Точно пытается понять, что именно жена успела услышать из его разговора.

- Да. Мне нужно на… на работу, - ответил с небольшой заминкой, - придётся тебе и Яре самим погулять. Но я подвезу вас в город.

- Мы сами доедем. Ярослава ещё спит.

- Так разбуди её. Пусть привыкает к дисциплине.

- Я не буду её будить. Ещё рано.

- Я сам.

- Нет, - перегородила ему дорогу, - я не позволю. Ты собирался уходить, Тёма, вот и иди. Созвонимся днём.

- Ты даже не спросишь, Инга, когда я вернусь домой? - в его голосе звучали нотки разочарования, - тебе совсем на меня плевать?

Инге так и хотелось ответить, что ей гораздо больше, чем просто всё равно. В идеале, так лучше бы он и вовсе не возвращался никогда.

- Разве мой вопрос что-то изменит, Артём?

- Ты меня ни капельки не любишь! Тебе и дела нет до меня, да? И это после всего того, что я сделал для тебя.

Инга запрокинула голову, сложила руки на груди. Молчала.

- Ты работала официанткой, Инга, а я сделал тебя женой и администратором в кафе. И это твоя благодарность? Да благодаря мне, твоя дочь всё ещё с тобой. Это я хлопотал, нанял адвоката, чтобы тебя на закрыли за причинение смерти по неосторожности собственному ребёнку.

Инга закрыла глаза. Сильно смежила веки. Но снова не удержала слёз. Больно. Как же больно. Гад знал куда и как морально бить, чтобы причинить муку.

- Моему адвокату пришлось доказывать, что ты не неадекватка, сидящая на наркоте или психотропных препаратах. Я подкупил врача. Всё сделал я. Для тебя.

- Уходи туда, куда собирался, - всхлипнула Инга, не в силах думать. Слова Артёма так жестоки. Бередят рану, которая и так постоянно кровоточит.

Непонимание всех событий прошлого - убивает. Хочется умереть. Дышать больно.

Да и умерла бы уже. Сама себя живьём бы закопала. Такие глупые, наивные и доверчивые женщины не должны размножаться… Но ради Ярославы нужно как-то дышать и жить. Только для дочки и ради дочки.

Артём отпихнул в сторону Ингу, а после быстро собрался и убрался прочь.

Инга опустилась на пол ягодицами, прикрывая руками лицо. Слёзы текли из глаз, но Инга отчаянно старалась взять себя в руки. Нужно быть сильной. Несмотря ни на что.

Звонок в двери привёл кое-как в чувство. Девушка помчалась в ванную комнату, умылась. После пошла открывать.

На пороге увидела гостью, которую в гости не приглашала.

- Ксения? - взгляд Инги упал на чемодан в руках сестры, - что ты здесь делаешь?

- Инга, впусти меня. Нужно поговорить, - Ксюша выглядела расстроенной.

- О чём? - Инга всматривалась в холеное лицо Ксении. Ксюше двадцать четыре. Она замужем за богатым мужчиной. Сестра всегда любила красивую жизнь. Такой жизнью жила и сейчас. И зачем же пришла к той, которую называла убогой и нищей?

- Инга, мы же не за порогом будем общаться?

- Я не впущу тебя в дом, Ксюша. Один раз я уже сделала такую ошибку. Ошибка стоила жизни моей дочери. Я не могу ничего доказать. Но это ты… Ты мне что-то подсунула, змея, - Инга чаще задышала, пытаясь не позволить эмоциям взять верх.

- Ты зря обвиняешь меня, - всхлипнула Ксюша, - Инга, муж выгнал меня из дома. Заблокировал все счета. Даже ценности отнял. У меня почти не осталось денег. Ничего не осталось. Можно я у тебя поживу, а?

- Муж выгнал? Он же боготворил тебя. Просто так Боря не…

- Он застал меня с любовником. Ещё и в супружеской кровати, - едва ли не ревела Ксения, - а папа и на порог не пустил.

- Ты совсем с головой не дружишь? Как можно было притащить любовника в свой же дом? Да как вообще можно изменять такому мужчине, как Борис? - Инга смотрела на сестру огромными глазами, не понимая, как так низко можно пасть! Казалось бы, что мнению о сестре падать ниже уже некуда, но бездна эта точно бездонная.

Ксения сделала шаг к Инге, но та буквально врезалась своей грудью в её, отталкивая обратно.

- Уходи, Ксюша. И больше не приходи. Никогда. Видеть тебя не желаю, - резко произнесла Инга. Смотрела на сестру и не чувствовала к ней никаких иных чувств, кроме презрения и ненависти.

- Инга, мы же сёстры. Ты не можешь…

- Мы не сёстры. После всего того, что ты сделала мне, Ксюша, ты мне не сестра, а самый настоящий враг. Убирайся прочь. Я не хочу с тобой разговаривать.

- Инга, ты же никогда не была злопамятной. То, что я сделала много лет назад… Так я была молодой и доверчивой, я…

- Ты была жадной, лживой и циничной. Впрочем, годы прошли, а ничего с тех пор не изменилось, - Инга сжала губы, чувствуя, как её захлестывает эмоциями.

Память безжалостно вернула её на восемь лет назад. В тот день, когда она узнала правду о двуличности и продажности сестры.

.

- Инга, тебе же ничего не стоило переспать с Иваном, а для меня открылись такие перспективы, - бессовестно заявила малолетняя поганка.

- Как ты могла принять от него деньги, чтобы разыграть весь этот спектакль? Ксюша, я же твоя сестра. Я ради тебя пошла на всё. Думала, что твоей жизни угрожает опасность. А ты меня подставила, продала. Ты разрушила мой брак.

-Никто ничего не узнает, Инга. И твоему мужу вовсе не нужно знать, что ты кувыркалась с Иваном. А я теперь смогу уехать за границу. Иван обещал устроить меня в колледж в Испании. Папа ведь такой строгий. Он даже карманные деньги мне не давал. А я…

- А ты, сучка, Ксюша. Ради красивой жизни и тех благ, которые наобещал тебе мерзавец Силаев, ты предала меня. Только, Ксения, Силаев вряд ли сдержит слово, данное тебе. Не стоит ждать честности от низменных людей.

- Он мне уже дал денег, Инга. Много. Это того стоило.

Циничность, с которой Ксюша всё это говорила, едва ли не убила Ингу. В сестре нет ни капли раскаяния. Напротив. Она уверена в своей правоте.

- Вот и подавись ты этими деньгами. Испании тебе не увидеть. Никуда ты не поедешь. Силаев не будет так заморачиваться. Да и восемнадцати лет тебе ещё нет, интриганка. Ты вообще ничего не соображаешь? Или думаешь, что Силаве всесилен и обойдет разрешение отца на твой отъезд?

Инге тогда так противно было разговаривать с сестрой.

Не могла смотреть в глаза и Мирославу.

От отвращения к самой себе нутро наизнанку выворачивало.

А вскоре появилось то проклятое видео… Силаев сделал то, чего обещал не делать: снял на видео всё то, что вытворял с Ингой. И после сделал эту порнуху достоянием общественности. Выставил Ингу шлюхой в глазах не только мужа, но и отца. Отомстил за попранное самолюбие.

Папа краснел и бледнел перед деловыми партнёрами, когда видео утех замужней дочки с любовником Силаевым, передавалось из рук в руки.

Муж и знать не захотел такую жену, опозорившую его. Да и отец дал понять Инге, что она ему больше не дочь.

- Папа, я ведь ради Ксении…

- Я разговаривал с Ксенией. Она всё отрицает. Не стоит оправдывать свою распущенность, Инга. Ещё и сестрой прикрываться. Да как тебе только не стыдно? Ты прославила меня на весь город. Теперь на меня и Мирослава все пальцем показывают и смеются за спинами. Ты мне больше не дочь. Стыдно, что вырастил такую шалаву. Видеть не желаю тебя. Никогда. Убирайся. И не смей появляться на пороге этого дома.

Инга ушла. Папа ведь никогда не шутил. И сейчас был серьёзен. А Ксения в Испанию так и не уехала. Силаев её обманул. Но Инге уже было не до этого. Никого так сильно не презирала и не ненавидела в этом мире, как саму себя. Собственными руками разрушила свою жизнь. Убиваться не имело смысла. Нужно как-то жить дальше. Существовать.

Инге пришлось уехать из города. Почти два года прожила в чужих местах. А после не выдержала. Вернулась. Сняла жилье на окраине. Устроилась на работу в кафе, в котором и познакомилась с Артёмом Коржавиным.

Если бы только знала как всё обернётся, то и на пушечный выстрел бы не приблизилась к тому кафе. Да и в город бы не вернулась.

Первые полгода на новом месте в родном городе были непростыми. Дочки пошли в садик. Работа хоть и не приносила Инге большой доход, но на жизнь хватало.

Артём оказывал знаки внимания, но Инга на него и внимания не обращала. Не могла думать о мужчинах. Только не после всего того, что было в её жизни. До сих пор мерзко от прикосновений Силаева. От них ей не отмыться никогда.

О том, что родила близняшек, Инга не стала сообщать бывшему мужу. Была уверена, что он не поверит. Решит, что дети от Ивана.

Но Инга точно знала, что именно Мирослав отец её девочек. Когда всё произошло с Иваном, она уже была беременна, хоть и не знала об этом.

Инге казалось, что Мирослав всё равно узнает о её беременности, потому что ему сообщат. Ведь она родила детей в срок, когда не прошло и десяти месяцев после их развода. Но Мирослав не позвонил и никак не объявился. С этой болью Инге пришлось жить.

Отцу так и не смогла простить, что отрёкся, что выгнал и не поверил.

И себя не смогла простить за то, что разрушила свой брак, лишив малышек отца. Но в душе молодой женщины всё ещё жила надежда на лучшее.

А после на пороге её дома внезапно появилась сестра. Ксения просила прощение за то, как поступила. А Инга поверила. Сестре ведь было всего шестнадцать. Юная и глупая. Вот и совершила ошибку. А сейчас Ксюша совершеннолетняя девушка.

Инга впустила сестру в дом, а после сама же и прокляла этот день, который вписался в её жизнь чёрной, агонизирующей бездной. Зияющая рана, которая до сих пор кровоточила. И Инга точно знала, что рана эта не затянется никогда..

.

- Инга. Мне и правда негде жить. Понимаешь, я…

- Плевать мне на тебя и что ты там! И понимать не желаю, - повысила голос, - прочь пошла, змея. Не смей и приближаться ко мне. Я не верю ни одному твоему слову.

- Инга!

Инга толкнула сестру ладонями в грудь и захлопнула двери. После прислонилась лбом к стенке и всхлипнула. Слёзы полились из глаз. Как же это сложно…

- Мамочка, а ты почему плачешь? Кто тебя обидел? - внезапно услышал голос дочки. Обернулась. Ярослава стояла в пижаме у входа в коридор и обеспокоенно смотрела на мать.

- Всё хорошо, милая. Я просто… Я палец дверью прищемила. Так больно. Вот и расстроилась.

- Дай посмотреть, - Ярослава подбежала к маме, хватая её за руки, выискивая раненый палец.

- Дорогая, всё нормально. Мне уже не больно, - Инга прижалась губами к щеке дочки, целуя любимую малышку.

- Мама, а Артём дома?

- Ушёл… на работу, - добавила, взяв небольшую паузу.

На лице Ярославы тут же засияла улыбка.

- Это значит, что мы с тобой вдвоём гулять пойдём?

- Конечно пойдём. Давай позавтракаем и проведём вместе весь день.

- Ура! - Ярослава подпрыгнула и побежала в комнату одеваться.

В обед в офис к Мирославу заехал Михаил. Небрежно бросил на стол перед Сафоновым папку с бумагами.

- Что это, Миш?

- Распечатка с информацией на жену твою бывшую, Мир.

- Спасибо, Миш. Там есть что интересное? Или всё пресно и безлико?

- Много чего интересного, Мирослав. Если честно, то я слегка в ауте.

-Хм…

- Знаешь, а хорошо, что ты попросил меня заняться этим делом. Потому что твои люди, хоть и надёжные, но непременно кому-то и где–то что-то сболтнули бы, а тебе…

- Нет, Миша, - перебил его Мирослав, - дело вовсе не в этом. Со мной работают лучшие и самые надёжные. Да только вот, - сделал большой вдох, - их каждая собака в городе знает. Если мои люди будут интересоваться бывшей, то этот факт дойдёт до ушей тех, которым вовсе не нужно об этом знать. А ты, Миша… Пока что ты лишь перспективный юрист. Да и со мной тебя не связывают. Мы вместе мало где светимся.

- Мирослав, к чему это вообще нужно скрывать?

- Просто не хочу, чтобы слухи дошли до отца Инги или её любовничка, пусть и бывшего. Не нужно, чтобы они знали, что я интересуюсь Ингой.

Михаил отлично понял Мирослава. Просто гордый Сафонов не желал, чтобы в его окружении выяснили, что он внезапно стал интересоваться женщиной, которая в прошлом его предала. И не хотел, чтобы этот интерес восприняли за его слабость. Что же, Мирославу виднее.

- Мир, мне нужно бежать. Меня Гордей к трём ждёт.

- Но сейчас только час дня. Присаживайся, Миша. Я попрошу секретаря принести нам по чашке кофе. Заодно посмотрю то, что ты мне притащил. Если будут вопросы, сразу же их и решим.

- Мир, если ты решишь копаться в этом глубже, то тебе проще нанять детектива. Вот правда. Со своей стороны я притащил тебе всё, что смог нарыть. Свыше этого - это сверх моей компетенции.

- Разберёмся, Миша, - Мирослав распорядился, чтобы им с Мишей принесли кофе, а после вытащил файл из папки.

По мере изучения информации, мужчина хмурился всё сильнее. Мирославу было известно, что Инга уехала в другой город после их развода. Он и сам свалил за границу почти на год. Нужно было прийти в себя.

По данным в этих бумажках, Инга проживала одна.

До родов работала в магазине, торгуя молочной продукцией. После родов три месяца пробыла в декрете, а после подрабатывала на дому, проводя занятия с учениками.

У Мирослава в голове не укладывалось такое. Инга родила близнецов. Работала непонятно кем и как. А ведь и предположить не мог, что богатая наследница состояния Николая Лебедева, белоручка могла опуститься так низко - до работы продавца в каком-то молочном магазине.

Да, Лебедев был взбешён, когда выяснил, что дочь его оказалась ещё той прошмандовкой. Лебедев прогнал Ингу прочь. Но Мирослав не сомневался, что Инга сможет пристроиться в жизни. С её эффектной внешностью проблем ведь быть не должно. Мужчины таких любят.

Да и образование у Инги имелось. Девушка получила педагогическое образование по специальности “Логопедия”. Инга любила детей, хотела работать с ними. Похоже, что после родов успела попрактиковаться по специальности.

Мирослав буквально впился взглядом в то, что было в бумагах. Инга вернулась в родной город через пару лет. А после в её жизни случилась трагедия. Одна из близняшек погибла. И по вине самой Инги.

- Миш, ты в медицинский центр совался? - Мирослав ткнул пальцем в бумагу, - что это за бред? Инга никогда не употребляла наркотики, не курила, не пила, и… да она вообще подобной дурью не баловалась.

- Я сунулся в тот центр, Мир, но меня там мягко послали. Всё, что узнал, я тебе распечатал. На Ингу завели дело. Хотели лишить её опеки и над второй дочкой. Но после дело замяли. Инга вышла замуж за такого себе Артёма Семёновича Коржавина. Собственно, с ним она сейчас и проживает.

- Это какая-то бредятина, Миш. Да Инга всегда любила детей. Она даже в институт поступила педагогический, чтобы работать с ними. И не могла она накачаться какой-то дурью и после такого отправиться на прогулку со своими дочками.

- Но это так. Мирослав. Она просто потеряла сознание на улице от передоза. Одна из дочек выскочила на дорогу и угодила прямо под колёса машины. Даже мимо проходящие прохожие не успели среагировать и как-то помочь. У меня в ментовке есть знакомый следак. По моей просьбе он поднял это дело. Но, Мир, у тебя связей больше, чем у меня. Если пожелаешь, то можешь копнуть гораздо больше.

Мирослав напряженно сглотнул, пытаясь укомплектовать в голове всю эту информацию. У Инги были дочки. Две. Близнецы. Теперь осталась лишь одна. Ярослава. А Дианы больше нет.

От кого она родила дочерей?

Мирослав посмотрел на дату рождения дочерей Инги. По срокам девочки вполне могли бы быть и его дочками. 

Инга родила от любовника или от мужа?

Мирослав попросил Михаила удалиться, а сам сжал в руке бумаги, понимая, что сегодня на рабочий лад настроиться будет проблематично. Его уже давно так не крыло, как сейчас. Годами он загонял вглубь себя всё, что связано с бывшей женой. А сейчас не получится, потому что у Инги есть дочь. 

Плохо становилось от одной лишь мысли, что его дочь могла погибнуть. Именно его. 

И как с таким грузом жить? 

В этом ведь есть и его вина… наверное! 

Как теперь работать, когда голову атакуют такие мысли? 

Он любил Ингу. Они планировали завести детей. Но внезапное решение жены развестись с мужем, видео с доказательством измены и полное нежелание Инги объясняться перед Мирославом, вывело последнего на эмоции и заставило поставить жирную точку в их отношениях.

Мирослав всегда презирал лицемерие и лживость в людях. Инга казалась ему всегда такой искренней, милой, нежной и безобидной. Красивое и очаровательное создание, которое он полюбил всей душой.

Мирослав всегда говорил жене, как важны для него честность и открытость. Но на поверку жёстко ошибся в Инге. Девушка оказалась лживой. Изменницей.

Мирослав не привык рубить с плеча. Предпочитал искать истину в диалоге, пусть и не очень приятном. 

Увидев видео измены, Мирослав не послал Ингу к чёрту, а решил во всём разобраться. Вызвал жену на разговор. Потребовал объяснений. Готов был выслушать её, даже попытаться понять. 

Но Инга молчала. Отказалась хоть что-то объяснять. 

А о чём говорить с той, которая не желает и слова проронить в ответ? 

Мирослав смежил веки, вспоминая день, когда словно целый мир обрушился на его голову. Жену отпустил. Насильно мил не будешь. Инга пожелала развода. Мирослав ей его дал. Какое-то время наблюдал за бывшей, а после не справился с внутренней болью, уехал за границу. 

Научился жить в новых реалиях. С головой ушёл в бизнес. И бизнес действительно процветал, чего никак нельзя было сказать о его личной жизни.

К женщинам Мирослав относился весьма придирчиво и переборчиво. За эти годы было не более двух девушек, которые так сильно запали Мирославу в душу, на которых он, возможно, даже готов бы был жениться. 

Но эти девушки выбрали не его, предпочли других мужчин. А третьим лишним Мирослав быть не привык. 

Рушить чужую жизнь из-за того, что ему сильно понравился женщина - это не по-мужски. Женщина сама должна быть с ним, а не потому, что боится его угроз. А он вполне мог запугать и заставить быть с собой насильно. Только не нужны ему такие отношения. Уж лучше короткие и  временные встречи без обязательств. 

Мирослав вызвал к себе секретаря. 

- Да. Мирослав Викторович! - высокая блондинка мило улыбнулась боссу, только вот Мирослав имел стойкий иммунитет к подобным женским улыбкам. На работе интрижек не заводил. 

-Ира, отмени на сегодня все мои запланированные встречи.

- Н-но, как же? - у девушки расширились глаза. Впервые за те три года, которые она работает с Сафоновым, Мирослав отменил деловые встречи. И без видимых на то причин. Мирослав - мужчина принципиальный и очень целеустремлённый. Да даже лихорадка не заставила бы его перенести встречи. А тут…

- Посмотри по записям, когда у меня на неделе свободные окна и воткни встречи туда. 

- Но сегодня у вас две сделки, Мирослав Викторович. С кор-рейскими компаниями, - выдавила из себя Ирина, не понимая, как она будет выкручиваться.

Мирослав мотнул головой. Дал рукой знак Ирине, чтобы присела напротив него, а после достал мобильник и набрал номер.

- Гордей, это Сафонов… Узнал… Хорошо… Да, я виделся сегодня с Михаилом, но он уже уехал… И что? Миша там у вас сам всё разрулит, а ты приезжай ко мне… А ты найди время, Гордей… Деньгами не обижу. Заработаешь прилично… Да. Через час будь здесь. Мой секретарь введёт тебя в курс дел. 

Мирослав убрал телефон, после бросил внимательный взгляд на секретаря. Гордей - напарник Михаила. И этому мужчине Сафонов относительно доверял. 

- А теперь, Ирина, ты послушаешь меня. И послушаешь внимательно. И вместе с Гордеем Нечаевым примите наших корейских партнёров. 

- Но они могут потребовать вашего личного присутствия.

- Никто и ничего не имеет права у меня что-то там требовать! - повысил голос, вставая из-за стола. 

.

Через полтора часа, Мирослав был в кафе, в котором видел Ингу. Как понял, то Инга и её муженёк работают в семейном кафе. Муж Инги - владелец. Инга - администратор. Кафе приносило не очень большой доход, но хоть была некая стабильность. 

В кафе сразу же заметил официантов. Один охранник, сидел на входе и “резвился” в интернете. Охранники подобного рода Мирославу больше напоминали некий атрибут мебели и уж никак не ассоциировались с реальной охраной.

Мирославу хватило и минуты, чтобы разобраться, где здесь находится кабинет владельца. Только, толкнув двери, увидел не Ингу с мужем. А её мужа с какой-то молодой девкой. Похоже, что Артём Коржавин так увлёкся изучением гланд своей любовницы, разложив ту на письменном столе, что даже не заметил стороннего зрителя.

Мирослав скривился от отвращения. Сделала пару шагов назад, а после нарвался на обеспокоенную официантку. Девушке определённо не понравилось, что по рабочей зоне шатается незнакомец.

- Мне Инга нужна, - обратился к девушке Мирослав.

- Нужно было сразу спросить. Инги Николаевны нет. Сегодня у неё выходной, - девушка заскользила по мужчине заинтересованным взглядом, - может быть я могу вам помочь?

Мирослав ничего ей не ответил. Тратить слова впустую не станет. Убрался прочь. После отправился по адресу проживания Инги. С женщиной нужно увидеться и поговорить. Хотя бы на счёт ребёнка. Надо бы разобраться с этим. Поставить жирную точку. А после стереть из памяти. Забыть и никогда не вспоминать.

Какой же он идиот… У Инги это в норме. В порядке вещей изменять. И нового мужика себе такого же нашла… 

Муж изменяет ей, а Инге плевать? 

Или она не знает?

Мирослав скривил губы. 

Да как это не знает? Знает. 

В этом кафе все всё друг про друга знают. И уж точно нашлась хоть одна доброжелательная сорока, донёсшая до Инги эту новость.  Ингу всё устраивает. 

Противно…

.

Через двадцать минут Мирослав остановил машину напротив ворот дома, в котором теперь жила Инга. Домик средненький. Явно не такой роскошный и богатый, как семейный особняк Лебедевых. Артём явно не бизнесмен. 

Мирослав сжал пальцами дверцу авто, намереваясь открыть её, как увидел Ингу. Она вышла на улицу, придерживая калитку. Следом за Ингой показалась малышка, которую Мирослав уже видел в кафе.

Девочка крутилась вокруг Инги и явно пребывала в приподнятом настроении. Инга присела на корточки перед дочкой. Обняла её, а после крепко сжала руку малышки.

Похоже, что эти двое куда-то собрались. Мирослав поджал губы. Проследил взглядом за парочкой. Мать и дочь прошли буквально метров двести и завернули на автобусную остановку, находящуюся рядом с их домом.

Мирослав впивался взглядом в стан бывшей жены. Она всё такая же красивая, стройная, до боли родная. Смотреть на неё невыносимо. Только душу себе бередить.

В глазах Инги нет больше было огня. Да и улыбка редкий гость на лице молодой женщины. 

Мирослав увидел, как Инга с дочкой сели в автобус. Нецензурно выразившись себе под нос, двинулся следом за маршруткой.