Бывшие. Казнить нельзя помиловать

Аннотация:

— Кто? — мой голос срывается. Я много лет жду одного человека и сейчас мне страшно посмотреть в глазок.
— Дед Мороз! Я подарки вам принёс, — театрально тянет слова пришелец, и я узнаю его голос.
— Мама! — восторженно взвизгивает Ариша.
— Мы не вызывали! — сердце проваливается куда-то под желудок.
— Ты что! — дёргает меня за подол платья Ариша.
Пять лет я была замужем за властным мужем. Лишь благодаря одному человеку мне удалось получить развод. Я влюбилась, но мой спаситель уехал на задание и пропал на три с лишним года. И вот однажды под Новый год в моей квартире раздался звонок. А потом ещё один. Два Деда Мороза сразу свалились на мою голову. Кого казнить, а кого миловать?

_______________________________________________________________________________________

Глава 1
Сархан

Мы с Ланой уже три с половиной года в разводе. Вылезаю из джипа прямо в сугроб. Снегу намело в Москве — не подъехать к обочине. Отряхнув брюки, иду мимо магазина детских колясок к агентству «Дед Мороз по вызову». Оказывается, перед новым годом не так просто разжиться приличным красным пальто на белом меху и накладной бородой.

Именно в таком костюме я собрался порадовать дочурку подарками и покорить сердце моей бывшей, но по-прежнему горячо любимой жены. Три с половиной года я дал ей на то, чтобы она смогла простить мне обиды. Пять лет мы с ней были вместе, но мне не хватило в своё время терпения дать Лане полюбить меня. Я познакомился с ней, когда она только-только попала в детский дом. Увидел и пропал. Взял в жёны, когда ей исполнилось восемнадцать и напорол такого, что до сих пор разгребаю.

Лана попросила развода, но решение далось мне очень тяжело. Тем более что на её горизонте промелькнул правильный, по её мнению, мужик. По мне, он странный и чересчур благородный. Михаил приложил максимум усилий, чтобы мы с Ланой помирились. А моя лапа влюбилась в него. Но он, действительно, промелькнул и пропал.

Я тоже исчез, но для того, чтобы однажды вернуться. Буду нарядным в этот день как никогда. Толкаю плечом дверь и едва не растягиваюсь на скользкой плитке. Влетаю в светлый холл агентства под брякание колокольчика. Сшибаю по пути ростовую фигуру Снегурочки.

— Да что же вы сегодня все как с цепи сорвались! — бросается поднимать картонную деву дама неопределённого возраста с фиолетовыми волосами. Надув ярко-розовые напомаженные губёхи, она окидывает взглядом мои плечи и задерживается на лице. Смягчается. — Колоритный мужчина, — резюмирует она. — За костюмом, что ль?

— За костюмом. Мой помощник звонил вам. Обещали оставить.

— Хорошо, что сами приехали. Без примерки не выдаём. И по цене вам сказали? Пятьдесят тысяч стоит наряд на сутки. — Дама, виляя задом, обтянутым зелёной юбкой в рюшах, похожих на водоросли, уходит к прилавку. Кикимора болотная! Ещё условия мне диктовать будет. Я что так хреново выгляжу? Приглаживаю растрепавшиеся волосы и поправляю воротник пальто. От мигающих новогодних огоньков, развешанных по стенам, рябит в глазах.

— Номер заказа шепните, — склоняется Кикимора над журналом. — Последние четыре цифры.

Хлопаю по карманам в поисках телефона. Весь на нервах из-за предстоящей встречи.

— Сорок пять, девяносто шесть.

Кикимора чёркает галочку в нужной строке и скрывается за дверью с надписью «Мужчины». Выносит пакет с шубой и посох. Стучит им по полу.

— Палка в комплект не идёт. Если хотите — десятка сверху. Есть ещё нос. Прилепите — как родной будет.

— За палку спасибо, а без носа я как-нибудь обойдусь.

— Держите. Примерочная там! — Кикимора снова присматривается ко мне и выпячивает грудь, обтянутую зелёной водолазкой. — Оденетесь или помочь?

— Справлюсь. — Забираю у неё наряд и скрываюсь за белоснежной занавеской. Шуба и правда хороша. Примострячиваю усы и бороду. Напяливаю парик с шапкой. Ну, Лана, держись! Праздник идёт в твой дом.

Прошло три с половиной года как наши герои расстались. За это время каждый смог переоценить отношения и осознать свои ошибки, да и Ариша подросла. Смотрим визуалы и идём читать новую главу>>>

Сархан 44 года

Сархан

Лана 24 года

Ариша 5 лет

Это, конечно же, ещё не все герои! Буду очень вам благодарна за комментарии.

Читаем дальше >>>>>>

Лана

Руки дрожат, когда я снимаю плёнку с книги. Веду пальцами по своей фамилии на обложке и шепчу:

— Лана Карелина…

Я написала за три с половиной года девять романов, но это моя первая книга на бумаге. Целую её и кружу по коридору.

— Мам, ну кто же с книгами танцует! — Ариша выходит из комнаты и ставит руки в боки. — Впрочем, танцуй! Я тебе кое-что на Новый год заказала. Сбудется и забудешь про свои сказочки.

Прижимаю книгу к груди. Малышка немного картавит, но мы уже почти справились с этой проблемой.

— Это, интересно, что?

— Нельзя говорить! А то не сбудется. — Ариша деловито подходит ко мне и протягивает руку: — Покажи.

Даю дочке книжку. Она смотрит на обложку и читает по слогам:

— Из-ме-на ле-дя-но-го дра-ко-на, — мой суровый критик поднимает на меня глаза и возвращает роман. — Не то пишешь. Но дядя красивый. На папу похож. Только он без хвоста.

Ариша общается с отцом. Он присылает за ней водителя, когда бывает в Москве. Я не видела Сархана с момента расставания. Прошло больше трёх лет. Увы, Михаила я не видела столько же. Не ищу встреч с ними, не встречаюсь и с другими мужчинами.

Моё сердце заледенело и оттаивает, только когда я ныряю в параллельную вселенную, где живут мои герои. Бывший муж регулярно присылает деньги, но я уже давно в состоянии прокормить нас сама — мои истории полюбились читателям.

— Может, ты подскажешь, про что писать?

— Про любовь, — моя шибко грамотная для своих лет дочь суёт мне книжку обратно. — А не это всё!

— Так здесь тоже про любовь, — пожимаю плечами.

— Ты же сама говорила, — дочь, быстро хлопая ресницами, очень похоже изображает меня, — где измена — там нет любви!

— Когда я такое говорила? — машу рукой.

— Когда видео снимала.

— Ах, это… — Вспоминаю день, когда мной овладела апатия. И всё из-за того, что я случайно увидела по телевизору Сархана. Он давал интервью на какой-то экономической выставке и рядом с ним стояла темноволосая девушка с бейджиком на груди. Может быть, она просто работала с моим бывшим мужем, но смотрела на него как на божество, — Настроение у меня было плохое. Вот и ляпнула в эфир. Ты кушать хочешь?

— Хочу! — Ариша, приплясывая, бежит на кухню. — Ты только морозилку не открывай. Там письмо Дедушке Морозу.

— Ты ему каждый день, что ли, пишешь? — Пять я уже точно вытащила. До сих пор просьбы были вполне безобидными, и про меня в них не было. Дочка обычно просит для себя какой-нибудь пустяк, типа куклы, пони или коньков, и приписывает нечто в мировом масштабе: чтобы никто не умирал, например.

— Ну он же их забирает, — Ариша карабкается на табуретку. — Что будем есть?

— Омлет из драконьих яиц хочешь? — Всегда придумываю сказочное меню.

— Сурово ты с ним?

— С кем? — холодею я. Надо же такое ляпнуть. И откуда Ариша знает, что у дракона есть яйца. Вроде все рукописи для взрослых у меня запаролены.

— С драконом, — Ариша подпирает румяные щёчки ладонями. — Он же их высиживал. Деток ждал.

— А, ты в этом смысле.

— Я сегодня про пингвинов смотрела. У них папы высиживают яйца. У драконов так же?

— Нет, — сочиняю на ходу. — Скорее, как у куриц. Драконихи откладывают яйца, они не всегда оплодотворённые.

— Оплотворё… Как ещё раз?

— Не бери в голову, — понимаю, что сейчас ещё больше увязну. — Давай просто поужинаем.

— Давай, — зевает Ариша. — А ёлку нарядим сегодня? Ты обещала.

— Может, завтра утром?

— Нет. Три дня уже коробка с игрушками стоит. Я снизу уже повесила. Хочу огоньки!

— У тебя вся комната в огоньках! — взбиваю миксером яйца.

— На ёлку нужно повесить. А то Дед Мороз не придёт.

Я же забыла Деда Мороза перезаказать. Позвонили из агентства, сказали, что заболел тот, что должен был к нам прийти. Просили перезвонить.

— Хорошо, солнышко. Всё сделаем сегодня.

Поужинав, убираем вместе посуду в посудомойку и идём наряжать ёлку. Вешаю огоньки и лезу в коробку. За три года мы собрали неплохую коллекцию игрушек. Ариша любит фигурки животных, а я — деревянные игрушки в виде санок, коньков и снежинок. Ёлка у нас выше двух метров — упаришься, пока нарядишь. Ариша, устав, вытягивается на пушистом ковре и даёт советы.

— Оленя с тюленем рядом повесь. Они дружат.

— Как скажешь, дорогая!

Наконец ёлка наряжена. Выключаю свет и подношу вилку гирлянды к розетке.

— Командуй, душа моя!

— Ёлочка, гори! — Ариша замирает в ожидании.

Ёлка вспыхивает всеми цветами радуги. Хлопаем в ладоши, и Ариша валится обратно на ковёр.

— Теперь можно и спать пойти!

— Только сначала нужно умыться…

— И почистить зубы, — продолжает за меня Ариша.

Звонок в домофон застаёт нас за надеванием пижамы.

— Кто это? — шепчет Ариша. К нам обычно приходят только курьеры, и то днём.

— Не знаю. Может, квартирой ошиблись.

Надоедливое треньканье стихает, и я усаживаюсь, читать Арише сказку. Но вскоре раздаётся звонок в дверь.

_______________

Дорогие читатели! Очень ждём ваших звёздочек и библиотек!

Михаил

Сегодня я увижу Лану. Три с половиной года назад я исчез из её жизни так же внезапно, как и появился. Моя командировка сначала растянулась на год. Вместе с Кирой, под видом супружеской пары, нас перебросили на новое задание. Да что кривить душой, мы и стали супругами. Наше спонтанное соитие после того, как я вытащил Киру с аукциона, возымело необратимые последствия. Я стал отцом. И совершенно неожиданно зятем своего босса.

Сына Костика обожаю, а вот с Кирой у нас беда полная. Как в песне «Агаты Кристи», которая теперь непрестанно крутится в голове: «Я на тебе, как на войне, а на войне, как на тебе». Лана по-прежнему для меня воплощение семейного уюта. Мой маленький солнечный лучик. Но она, оказывается, та ещё проказница. Заделалась в писательницы и такие бойкие фэнтези выкладывает, что в жар бросает. Повелительница драконов, блин!

Теперь она свободна, а я нет. Но терпению моему пришёл конец. Я больше не вывожу Кирины скандалы, да и наш ребёнок страдает из-за них. Кире тоже постыла семейная жизнь, и она подала на развод. Вчера я съехал в свою квартиру, и воспоминания о днях, проведённых с Ланой и Аришей, навалились с новой силой.

Мы с Ланой были вместе всего ничего, но для меня это был рай на земле. Пусть моё место в аду, после всего что я сделал с нами, я попробую всё вернуть. Моё благородство обернулось против меня. Сорвало с тормозов, когда Лана вернула мне деньги на счёт. Я решил, что у неё всё наладилось. Теперь остаётся лишь отгрызть себе руки по локоть. Впрочем, Лана свободна, я тоже вот-вот сниму кольцо. Если удастся забрать Костика у Киры и вернуть расположение Ланы, то я буду самым счастливым человеком на земле.

К прокату костюмов Деда Мороза я прилетаю к самому закрытию и паркую машину в ближайший сугроб. Жаль Деду Морозу не положены тёмные очки. Но хотя бы краснеть буду перед Ланой, прикрывшись бородой.

Дама с фиолетовыми волосами закрывает стеклянную дверь перед моим носом, но со мной этот номер не пройдёт. Нажав плечом и посильнее повернув ручку, открываю дверь едва не вдавив в стену даму. Она открывает рот, чтобы заорать. Я прикладываю палец к губам. Напомаженные розовым неоном пельмешки схлопываются. Хриплю, понизив голос:

— Тихо, девушка. Дышите глубже.

При слове «девушка» дама, явно разменявшая пятый десяток, расцветает.

— Что?.. Что вам угодно?

— Мне нужен костюм.

Дама расправляет плечи, и поводит своими дыньками, обтянутыми водолазкой ядовито-зелёного цвета.

— Вы знакомы с нашими расценками? У нас эксклюзивный товар. И… Боюсь, на вас я ничего не найду. Тут перед вами мужчина последний большой размер забрал.

— Такая роскошная дива не стала бы работать в забегаловке.

— Спасибо за комплимент.

— Это не комплимент. Это лютая правда.

— Оу… Ну, есть один костюм отложенный на завтра, — дама накручивает прядь волос на палец, — но могу дать его только на сутки.

— Ведите, богиня!

— Куда? — ещё немного и дама стечёт по стене.

Улыбаюсь с видом фокусника, достающего кролика из шляпы.

— На кассу! Плачу наличкой. Чек не нужен.

— Но вы точно вернёте?

— Слово офицера.

— Вы военный? — томно смотрит на меня дама.

— Так точно.

— Проказник! Так напугали меня, — грозит она пальцем. Её руки, как лапки птеродактиля — длинные чёрные ногти причудливо загибаются вперёд.

— Простите наглеца.

Она скребёт лапкой по моей куртке.

— Прошу за мной. У нас обязательная примерка. Мало ли что. При утере или порче костюма… Но вы, я вижу, мужчина аккуратный. Чай, кофе?

Усмехаюсь, мысленно проговаривая недосказанное ею «потанцуем».

— Спасибо. В другой раз.

— Идите в примерочную, я сейчас всё принесу.

Отдёргиваю белую шторку и разглядываю себя в зеркало. Как Лана примет меня? Вспоминает ли она обо мне хоть иногда? Ариша точно не узнает. Я купил ей красивую куклу и сунул в коробку пакет с её любимыми сушками. Ариша такая хорошенькая стала. А Лана расцвела. Благодаря соцсетям, я лишь вздыхаю, рассматривая фотографии госпожи Карелиной.

Дама выныривает из-за двери с надписью «мужчины» и спешит ко мне, путаясь в подоле длинной зелёной юбки.

— Давайте я вам помогу примерить.

Снимаю куртку и позволяю даме накинуть мне на плечи красную шубу.

— Вам нос нужен?

Шуба тесновата в плечах, но жить можно.

— Вам не нравится мой?

— Что вы! Ваш профиль хоть на монетах чекань, — дама, встав на цыпочки, крепит мне бороду.

— В таком случае обойдусь своим.

— Никто не берёт, — вздыхает она и отступает на два шага. — Ну просто карточный король. Вы черви или бубна?

— Если на то пошло — трефа, — холодно улыбаюсь и надеваю красную шапку.

— Ах, ну конечно же, мон женераль, — прикладывает дама чёрные когти к виску.

— Беру.

— Кого? — лепечет дама.

— Не кого, а что. Дивный наряд. Сколько с меня?

— Пятьдесят, — при разговоре о деньгах к даме возвращается разум.

— Ого!

— Я вам ещё посох дам. Он так-то у нас десятку стоит, но для вас…

— Договорились.

Расплачиваюсь и выхожу на улицу. Вдыхаю свежий морозный воздух. Лана, неужели я сегодня увижу тебя снова!

_______________

Дорогие мои! Вот и Михаил нарисовался. Поддержим автора звёздами)))
Михаил, 36 лет

Михаил

Лана

Иду открывать дверь. Сердце бешено шарашит по рёбрам. Интуиция или нечто свыше подсказывает, что вечер перестаёт быть томным. Ариша на цыпочках крадётся за мной.

— Кто? — мой голос срывается. Я много лет жду одного человека, и сейчас мне страшно посмотреть в глазок.

— Дед Мороз! Я подарки вам принёс! — театрально тянет слова пришелец, и я узнаю его голос.

— Мама! — восторженно взвизгивает Ариша.

— Мы не вызывали! — сердце проваливается ниже желудка.

— Ты что! — Ариша дёргает меня за подол платья.

Понимаю, что ляпнула ерунду и не открыть дверь бывшему мужу не получится. Отпираю замок.

— Входи, Дедушка Мороз.

Впервые мы с Сарханом оба в красном. Знакомый взгляд проникает аж под платье. То же платье, которое я надевала в наш последний день. Ариша прячется за меня, мы с Сарханом молчим. Прошло три с половиной года, но я узнала бы его даже в костюме хот-дога с подгоревшей сосиской.

— Здравствуйте, — шепчет Ариша, и Сархан опускает взгляд на дочь.

— Ты писала мне письмо? — Сархан включает актёра народного театра. Разменял сорокет и в клоуны подался? Или на ролевые игры потянуло?

— Д-да… — У Ариши это не первая встреча с Дедом Морозом, но прошлый предыдущий был не такой здоровенный кабан. Она вообще легко общается с аниматорами. Лишь бы не догадалась, кто прячется за белой бородой.

— А мамочка? — рокочет Сархан.

— Вы, может, войдёте или соседей тоже порадуем? — отступаю в сторону, скрестив руки на груди.

— Я за неё писала, — насупливается Ариша.

— Вот я и пришёл, — Сархан переступает порог, прислоняет посох к стене и спускает мешок с плеч. — А где ёлка нарядная?

— Там! — Ариша тычет пальцем в сторону гостиной.

— Так веди меня!

Ариша убегает в комнату.

— Не вздумай спалиться! — цежу сквозь зубы, вдыхая знакомый аромат мужа.

Сархан привлекает меня к себе и срывает с губ поцелуй.

— И тебя с наступающим! — Он проходит в гостиную, а я стою, прижав руку ко рту. Смешанные чувства обуревают мою душу. Мне кажется или я правда рада его видеть? Иду следом за нежданным гостем.

Ариша выглядывает из-за кресла и кивает в сторону ёлки:

— Вот она!

— Красивая. Что ты приготовила для меня? — Сархан по-хозяйски усаживается в кресло.

— Сейчас уши надену. — Ариша убегает в свою комнату.

— Какая ты стала! — Сархан пробегает взглядом по моему телу снизу вверх и залипает на лице.

— Какая? — беру свою книгу и усаживаюсь напротив бывшего мужа на диван.

— Охренительная! — Сархан, склонив голову набок, заглядывает под короткий подол моего платья, и я поспешно закидываю ногу на ногу. Сархан, кашлянув, возвращается к разговору. — В жизни ты ещё круче, чем на фото. Писательница Лана Карелина. Кто бы мог подумать!

— Книжку подписать? — усмехаюсь я.

— Это твоя? — подаётся вперёд Сархан.

— Моя.

Ариша прибегает в белоснежном плюшевом костюме зайца.

— Дедушка… Ой, Мам, он не будет такое читать!

— Почему? — удивляется Сархан.

— Там такое! — закатывает глаза Ариша.

— Какое? — с подозрением смотрю на дочь.

— Про измену, — потрясает кулаками Ариша.

С облегчением выдыхаю и довольно улыбаюсь — Сархан стушевался.

— Дракон на обложке похож на моего папу, — Ариша добивает отца и подливает мёда: — Он у меня красивый… А что у тебя в мешке?

— Подарки, конечно. Что зайчик Ариша мне расскажет?

Напрягаюсь — дочка удивится что Дед Мороз знает её имя. Но она и ухом не ведёт. Конечно! Ведь в конце каждого письма она тщательно выводила разноцветными буквами: «Ариша».

Дочка встаёт возле ёлки и тараторит стихотворение о брошенном хозяйкой зайце.

— Бедный зайчик! — восклицает Сархан. — Как же хозяйка так поступила с ним? А песни знаешь?

— Знаю, — кивает Ариша и, заложив руки за спину, затягивает песню, которую я ей часто пою перед сном. Мне пела её мама. Я не ожидала, что Ариша выберет наш семейный хит. Тоненький голосок жалобно выводит:

Утомлённое солнце

Нежно с морем прощалось,

В этот час ты призналась,

Что нет любви.

У Сархана вытягивается лицо, а я едва сдерживаю смех. Дочка, пропев куплет, смолкает и снова поглядывает на мешок.

— Ну и репертуарчик у вас, — бросает мне Сархан.

— К следующему разу выучим "Сулико".

Сархан, испепелив меня взглядом, поворачивается к Арише.

— У тебя отличный голос. Вырастешь, певицей будешь?

— Писательницей. Как мама. Только я про любовь писать буду.

— Про любовь — это хорошо. Давай посмотрим, что тут у меня, — Сархан развязывает мешок и достаёт коробку с интерактивным пони.

— Поняшка. Спасибо… Спасибо-спасибо! — Ариша прижимает подарок к груди.

Раздаётся звонок домофона.

— Ты ждёшь гостей? — хмурится Сархан.

— Нет, — растерянно шепчу я.

Домофон замолкает. Но я на сто процентов уверена, что скоро позвонят в дверь. У меня перехватывает дыхание. Ариша садится на пол и пытается открыть коробку. Сархан не сводит с меня глаз.

— У тебя есть кто-то?

— Помоги доче… Арише с игрушкой, дедуля! — поднимаюсь с дивана и выхожу в коридор. Слышу, как на этаже открывается лифт. Упираюсь лбом в холодную дверь. Господи, дай мне сил!

Михаил

Тыкаю пальцем в звонок, и дверь тут же распахивается. Оказываюсь с Ланой нос к носу. Она делает глубокий вдох и отшатывается к стене. Переступаю порог.

— Ветер! — В огромных бирюзовых глазах Ланы слёзы, а я оглох от собственного пульса, в горле — ком. Дыхание сбивается от её близости.

Белый зайчик выскакивает из комнаты и удивлённо замирает. Оглядывается и снова смотрит на меня.

— Дедушка Мороз?

Аришка! Куклёныш! Ветер, соберись! Включаюсь в игру.

— Здравствуй, зайчик! А ты не знаешь, Ариша здесь живёт?

— Так это же я? — Ариша сдёргивает капюшон.

Из гостиной выходит мужик точно в таком же костюме, как у меня. Чёрные глаза гневно сверкают из-под шапки. Вот это здорово землю тряхануло. Опять вся компания в сборе. И это меня трындец как не радует. Сархан же носа сюда не казал.

— Мама! Разве может быть два Деда Мороза? — смешно разводит руками Ариша.

Лана отрывается от стены и натягивает на лицо улыбку:

— Так к тебе ещё трое придут. Ты же пять писем писала.

— Один тогда к тебе! — пятится Ариша и упирается спиной в отца. Он подхватывает её на руки.

— Ну эти двое вроде по твою душу. Проходи, дедушка Мороз! Мы тебе тоже споем. Да, Ариша? — разряжает обстановку Лана.

Малышка кивает. Сархан не двигается с места. Опираясь на посох, ставлю мешок и собираюсь снять ботинок, но Лана останавливает меня, касаясь пальцами моего запястья. Незаметно для Сархана перехватываю её руку, хрупкую, нежную, такую, какой я её помню.

— Проходи так, — Лана краснеет.

Под пристальным взглядом Сархана подхватываю мешок и тащу его на плече в гостиную. Лана за спиной бормочет:

— Дракон против дитя луны. Диво дивное.

Ого! Так Лана с нас срисовала своих героев. Под своей фамилией Лана пишет про попаданок и драконов. Там всё прилично. Но у неё есть и второй аккаунт. Вот там она выкладывает довольно горячие истории про оборотней. Такое можно писать только от лютого одиночества. Я прочитал все, гадая, какие демоны завелись в этой светлой головушке. И, если честно, возникали некоторые ассоциации. Так что сейчас мне совершенно ясно, кто дракон, а кто упырь. Других мужчин у Ланы нет. Она не зарегистрирована ни на одном сайте знакомств. В соцсетях я тоже не нашёл у неё даже намёка на какие бы то ни было отношения. Только картинки с отрывками из книг, нарисованные нейронными сетями, да фотографии с дочкой. Интересно, бывший муж в курсе всех художеств Ланы? Вряд ли.

Увы, во всех романах моей звёздочки героиня остаётся с героем. Что с драконом, что с оборотнем. Поэтому непонятно, к кому из чудовищ автор благоволит больше. Но читать про драконов мне было скучно. Чисто бабские истории. А после нашей встречи, о чём Лана напишет? В голове возникает совсем неприличная картина. Чёрт, о чём я думаю?

Сархан ставит Аришу на пол, и та бежит мимо раскуроченной коробки к ёлке. Папаня приволок пони. Уф, мы хотя бы подарки разные купили. Располагаемся с Сарханом в креслах. Обстановка не изменилась. Та же белая кожаная мебель. Электрокамин, плазма и затейливая акварель на стене, длинный белый комод. Но стало уютнее. Появились рамочки с фотографиями Ланы и Ариши, свечи, безделушки. С боковины дивана свисает вязаный плед. На журнальном столике пиала с сушёными цветочками, женские журналы. Взгляд падает на книгу со знакомой обложкой.

У меня такая же лежит в машине, из-за неё Кира, обшарив джип без моего ведома, устроила жуткий скандал. Я женился на Кире, как на женщине, забеременевшей от меня, и это оказалось фатальной ошибкой. Как выяснилось, нам было хорошо вместе, только когда мы на адреналине. Но очень скоро и это перестало работать. Да и два разведчика в семье — жесть. Профдеформация у обоих. И, конечно, жена в курсе, кто такая Лана Карелина.

С трудом фокусируюсь на Арише, хотя я по ней очень соскучился.

— Что ты мне споёшь, малышка?

— Мам, динь-динь-динь? — Ариша смотрит на Лану.

— Отличный выбор, — Лана садится, утопая в мягкой спинке дивана и смотрит то на меня, то на Сархана.

Ариша затягивает тонким высоким голоском:

В лунном сиянье снег серебрится,

Вдоль по дороге троечка мчится.

Динь-динь-динь, динь-динь-динь —

Колокольчик звенит,

Этот звон, этот звук о любви говорит.

В лунном сиянье ранней весною

Помнишь ли встречи, друг мой, с тобою…[1]

Внутри меня всё переворачивается. Слушаю Аришу, а слышу, как плачет душа Ланы. И я знаю этот романс. Сархан, похоже, не знает. Слушает дочь, развалившись в кресле и подперев голову рукой. Когда звучат слова «с молодою женой мой соперник стоит», достаёт из кармана чётки. Мне бы тоже что-нибудь успокаивающее. Хотя бы сынишкин поп-ит[2].

Лана хмурится и делает Сархану знак глазами, тот, медленно выдувая воздух из щёк, убирает чётки обратно в карман. Ариша заканчивает и выжидающе смотрит на меня.

— Как ты задушевно поёшь. Кто тебя такой песне хорошей научил?

— Мама! — Взгляд Ариши уже сфокусирован на мешке.

Достаю коробку с куклой. Пупс с горшком, памперсами, нарядами. Он, как обещают производители, может даже пить и писать. Сейчас мне кажется, что пакет с сушками смотрится нелепо рядом с ним.

Ариша подбегает ко мне и замирает.

— Откроем вместе? — предлагаю ей.

— Давай! — Ариша быстро поправляется. — Ой, то есть давайте.

Открываю коробку и достаю сушки.

— Это тоже тебе.

— Это же мои любимые! — Ариша хватает пачку. — С маком! Мама как раз забыла купить.

— Так давай открою. — В груди разливается тепло, когда я вижу, с каким довольным видом Ариша засовывает сушку в рот. Её первую сушку я нашёл на заброшенной даче, где мы провели с Ланой нашу единственную ночь. Моя звезда вырубилась замертво в моих объятиях, а на утро проснулась в лихорадке. Я не знал, за что хвататься. Спасло то, что когда-то я нянчился с младшим братом. Ариша хотела есть, и я сунул ей сушку, пока варил кашу. Ариша её обсасывала с таким аппетитом, что мне даже стало интересно, чем кормили ребёнка до этого. А спустя несколько дней она назвала меня папой, и я чуть не упал.

Но я не мог с ними остаться. Не мог! Бесполезно оправдываться перед собой, всё равно не оправдаюсь.

Освобождаю пупса из картонной тюрьмы и вручаю его Арише.

— Я хотела такого. Его купать можно… — Ариша поворачивается к Лане. — Мам, а можно я с ним в ванную пойду?

— Конечно, я тебя провожу, — поднимается Лана.

— Сейчас? А дедушки? — Ариша растерянно смотрит на нас с Сарханом.

— А дедушек я напою чаем и провожу. Они же к тебе по лесам, по полям шли. Не иначе как по три пары обуви стоптали, — Лана берёт дочку за руку. — Скажи спасибо и помаши дядям ручкой.

— Какие они дяди? — тянет Ариша последнее слово.

— А кто? Тёти? — парирует Лана.

— Старички.

— Ну вот поблагодари старичков и пойдём.

— Спасибо! — Ариша делает реверанс и уходит, унося с собой моего пупса. Глупо, конечно, но я сижу и довольно улыбаюсь.

— Какого чёрта ты тут делаешь? — рычит Сархан, стоит хлопнуть двери в ванную.

— Тот же вопрос, — барабаню пальцами по кожаной обивке.

— Ариша — моя дочь, а Лана — жена.

— Бывшая жена, —уточняю я не без удовольствия.

— А ты её бросил!

— О! Думаю, ты, как никто, был рад моему отъезду.

Сархан вскакивает с кресла, и я тут же подрываюсь с места. Он хватает меня за грудки, а я — его.

— Давай не будем драть шубы. Тебе ведь тоже её завтра сдавать? — усмехаюсь я.

— Да мне плевать… Ты свой костюм, случайно, не у кикиморы с фиолетовой башкой брал? — неожиданно спрашивает Сархан.

— У неё! — усмехаюсь, вспоминая забавную фемину.

— Сможешь завтра закинуть ей мой костюм?

Ох ты ж! Нагнуть меня решил. Цокаю языком.

— Извини, старина. Не знаю, успею ли сам туда завтра.

За спиной раздаётся голос Ланы.

— Ну что, Братья Гримм. Какого ляда вы на мою голову свалились?

[1] «Колокольчик», романс, слова и музыка Е. Д. Юрьева.

[2] Кнопочная антистресс-игрушка с полусферами для нажатия для детей.

____________

Дорогие читатели! Мы с героями очень радуемся вашим комментариям, звёздам и библиотекам!

Ариша в костюме зайчика и её мамочка

Лана

Мужчины отступают друг от друга. Сархан расстёгивает шубу, а Михаил стягивает шапку.

— Это что за стриптиз? Ариша такого точно не заказывала, — прислоняюсь плечом к дверному косяку. — Что-нибудь ещё есть в программе?

— Ты не рада меня видеть? — Сархан скидывает шубу и бросает её на подлокотник кресла. Снимает шапку и отцепляет бороду. В его волосах серебрится седина.

— Трусики не намокли, — сажусь на диван. Неожиданно во мне проснулась обида на обоих. Один общался со мной исключительно через своих людей, второй вообще неизвестно где пропадал.

У Сархана вытягивается лицо, но он тут же берёт себя в руки. Михаил, хмыкнув, тоже разоблачается и усаживается в кресло.

— Как ты? — Михаил явно почувствовал превосходство перед моим бывшим.

— Исповедуюсь по субботам. А как ты? — отфутболиваю вопрос.

Михаил отводит взгляд.

— Ты нас вздрючить, что ли, решила? — Сархан подходит к комоду и берёт рамку с моей фотографией.

— Нет. Хочу понять, чем обязана таким вниманием. У вас есть пятнадцать минут.

— Может, увидимся завтра? — идёт на абордаж Михаил.

— У меня завтра выставка.

— Скажи где — я подъеду.

— А я собираюсь пожелать дочери спокойной ночи, — выкладывает козырь Сархан.

— И убьёшь в ребёнке веру в Деда Мороза? — вскидываюсь я, проигнорировав очередной вопрос Михаила.

Сархан молча выходит из гостиной, и я сжимаю кулаки. Знаю, что дочка любит его и появлению отца обрадуется больше, чем подарку Деда Мороза. Но Сархан идёт не в ванную. Слышу, как тихонько открывается входная дверь и раздаётся звонок.

Вскакиваю с дивана, но Михаил перехватывает меня на полпути. Удерживает за плечи.

— Лана, прости меня!

— За что, Ветер? — Мне больно от его взгляда. Хочется разреветься, но, похоже, я уже выплакала по нему все слёзы. Михаил ведёт тёплыми ладонями по моим рукам.

— Мне слишком много нужно тебе объяснить. Не при Сархане.

Хлопает дверь ванной, и слышится восторженный голосок Ариши:

— Папа!

— Солнце моё!

— Живо за ёлку! — командую я и, открыв диван, запихиваю туда оба костюма. Михаил застывает посреди комнаты. Проношусь вихрем мимо него и в коридоре развожу руками:

— Какие люди!

Ариша в банном халате сидит с довольным видом на руках у Сархана.

— Я думала, ещё один дедушка пришёл.

— Здравствуй, Лана! — Сархан улыбается как сытый кот.

— Здравствуй. Заскочил по пути в аэропорт? — Мысленно отправляю бывшего мужа в Зимбабве.

— Ты сейчас уйдёшь? — Ариша обвивает ручонками его шею.

У Сархана аж вены вздуваются на висках, но он не намерен отступать.

— Отменилась поездка. Совсем! Напоишь чаем?

— А у нас Дедушки Морозы чай пьют, — шепчет отцу Ариша. — Я сейчас тебя познакомлю с ними!

— Дедушки ушли, — вздыхаю я. — Проходи, Сархан.

Вхожу в гостиную. Михаил сидит в кресле и увлечённо листает мою книгу. Сархан с видом победителя входит с Аришей на руках.

— Здравствуйте, — она удивлённо смотрит на Михаила, потом переводит взгляд на меня: — Так тебе тоже Дед Мороз принёс подарок?

— В смысле? — хмурюсь я.

— Я тебе хорошего мужчину загадала, — Ариша убивает всех троих наповал и целует отца. — Пойдём в мою комнату.

— Нет, Ариша, — кровь приливает к моим щекам, — это мой старый друг.

— Да вроде не старый. Правда, пап?

— Мама имеет в виду, что давно знает его. И он не подарок, — желваки гуляют на скулах Сархана. — Пойдём, я тебя положу в кроватку.

Снова остаёмся вдвоём с Михаилом.

— Поставлю чайник. — Мне нужно хотя бы ненадолго остаться одной.

Ретируюсь на кухню. Наливаю в чайник воду. Руки дрожат. Михаил входит следом и, поставив руки на столешницу, утыкается носом в мою макушку.

— Так сильно нагрешил? — я боюсь ответа Михаила.

Помолчав, он роняет:

— Да.

Звучит выстрелом в спину. Не думала, что это может быть больнее мыслей о моём шальном Ветре. Они мучали меня бессонными ночами.

— Зачем ты пришёл?

— Я пришёл за тобой.

— Все эти годы ты прекрасно обходился без меня.

— Я читал твои книги… — Михаил разворачивает меня к себе.

— Я выкладываю в день по главе, — упираюсь руками в стальные мышцы груди. — Прочитать одну — это пять минут. В сутках двадцать четыре часа.

— Лана, о ком ты думала, когда писала сагу о волках?

Заливаюсь краской стыда до кончиков ушей.

— Все герои вымышлены, совпадения случайны.

— Ланка, а ты проказница.

— Отвали!

Слышатся тяжёлые шаги, и Михаил отступает. Я поворачиваюсь к чайнику, вода брызжет из носика.

— Лана, подойди к Арише.

Сейчас я даже благодарна Сархану. Срываюсь с места и сбегаю в детскую. Ариша сидит на кровати. Достаю из комода пижаму.

— Мам.

— Да, Ариша. — Прислушиваюсь к голосам на кухне. Мужчины разговаривают на повышенных тонах.

— Папа тебя любит.

— Мы живём порознь уже много лет … Снимай халатик.

— Ну и что, — Ариша натягивает штаны.

— Всё сложно.

— Он тоже так говорил. У него было много работы. Сейчас…

— Дело не в работе… — Не могу попасть пуговицей в петельку. Мыслями я сейчас на кухне. Наконец застёгиваю пижамку и командую: — Живо под одеяло, миротворец. Руки ледяные. Простудишься.

— Мама!

— Ариша, хватит.

Она забирается под одеяло. Смотрю, как у дочки задрожали губки. Вытягиваюсь на кровати рядом с ней. Обнимаю.

— Прости, солнышко. Принести тебя поняшку или пупса?

— Я другое письмо напишу, — ворчит Ариша, — Дед Мороз быстро их забирает.

— Звучит как угроза, — пытаюсь обратить разговор в шутку.

— Принеси поняшку и Маркуса.

Улыбаюсь. Так зовут дракона в одном из моих романов. Он смешной, и я рассказываю Арише детский вариант этой истории. Вроде удалось сменить тему.

— Сейчас, душа моя. Закрывай пока глазки. Ты сегодня блестяще выступила. Вся в бабушку.

— Она же моделью была.

— А ей бы в артистки.

Вставляю ноги в тапки и уже хочу встать, но Ариша выбирается из-под одеяла и обнимает меня.

— Я хочу братика. — Она и раньше говорила об этом, но теперь я понимаю, откуда ноги растут. — Я с ним играть буду.

— Вот и напиши об этом Деду Морозу.

Из кухни доносятся крики. Выбегаю из детской, плотно притворив за собой дверь. Влетаю на кухню и рычу на вновь сцепившихся мужчин:

— На лестницу оба! Там хоть перестреляйте друг друга.

— Извини, Лана, — всклоченный Михаил отпускает Сархана.

Тот отталкивает его:

— Чтобы близко не подходил к Лане.

— Оба! Вышли! На лестницу!

Дожидаюсь, пока они уберутся из квартиры. Вытаскиваю из дивана красные шубы и выкидываю следом.

Сархан

Ворох красной одежды на полу будоражит кровь. Сейчас быком протараню хлопнувшую дверь. Ассоциация с рогатым травоядным коробит и отрезвляет. Так ещё никто не выгонял меня, а тут родная жена, пусть и бывшая. Михаил рядом ржёт как конь. Фыркает, отсмеявшись, прислоняется плечом к стене и выдыхает:

— Лана — она такая. Всё ещё горишь желанием набить мне морду?

Разворачиваюсь к нему.

— Хлеборезку закрой! Сунешься ещё раз в мою семью — пожалеешь.

— Я люблю Лану. Теперь вас связывает только ребёнок, это не семья.

— Всё это время я помогал Лане. И да — у нас дочь.

— Ты благородный человек — исправно платишь алименты. Респект. Но ты не сделал Лану счастливой.

— А увидев тебя, она просто описалась от счастья. — Надеваю шубу и подхватываю шапку с бородой. Надо было давно навести справки про этого говнюка. Я полагал он уже и думать забыл про Лану. — Я тебе всё сказал. И не вставай больше у меня на пути. Надевай своё барахло и вали.

— Только после вас, — шаркает ногой Михаил.

Вдарил бы ему, но не хочется разборок с полицией. У Ланы рука не дрогнет сдать нас в участок. Отрастила зубы. Да и соседи наверняка уже прилипли к глазкам.

— Уйдём вместе, — выжидательно смотрю на облажавшегося соперника. Может, что и всколыхнулось в сердце Ланы при виде этого перца, но бортанула она нас обоих от души. И я же видел, что она рада мне. Сейчас позвоню, и поговорим с ней спокойно.

— Не ночевать же под дверью. — Михаил поднимает шубу с бородой и нахлобучивает шапку на голову.

В лифте едем молча, у подъезда спохватываюсь.

— Посох забыл! — Звоню в домофон. Вот и повод вернуться.

— Чёрт, я тоже! Мне его бесплатно дали. Сговорчивая дама попалась.

— Здесь тебе и за деньги не дадут, — ворчу я, вспоминая, что с меня кикимора содрала за него десятку.

— Это ты привык платить за любовь…

Хватаю наглеца за лацкан пиджака, выронив шапку и бороду. Михаил насмешливо смотрит на меня.

— Ты серьёзно думаешь, что сможешь мне навалять?

— Я тебе иначе… Наваляю, — убираю руку.

Михаил сбрасывает звонок домофона.

— Выключила звук, походу. — Лезет в карман за телефоном и, выбрав контакт «Лана Карелина», нажимает вызов. У него и номер её есть. В голове мелькает подозрение. У меня Лана до сих пор значится как «Любимая». Если Михаил по ней сохнет, то почему так официально записал? Шифруется разведчик хренов? От кого? На пальце кольца, конечно же, нет. Но почему тогда он носа не казал сюда три с лишним года?

Михаил сбрасывает звонок. В глазах досада.

— И трубку не берёт. Холодно. — Надевает шубу, отходит от подъезда и высматривает окна Ланы на четвёртом этаже. — На кухне горит свет.

Встаю рядом с Михаилом и отправляю Лане сообщение: «Солнце, мне бы посох забрать». Жду. Её ответ — уже будет бальзамом на сердце. Распахивается кухонное окно, и в сугроб копьями летят наши палки. Красные мешки медленно планируют следом и приземляются на снег.

— Огонь девка. Спасибо не в голову метнула, — выдёргивает Михаил свой посох и лезет в глубокий снег за мешком.

— Мой захвати!

— Ага, сейчас, — Михаил выбирается назад и отряхивает штаны.

Расходимся по машинам не прощаясь. Мы припарковались неподалёку друг от друга. Закидываю красную хламиду на заднее сиденье и, сев за руль, отъезжаю от тротуара. Теперь я на сто процентов уверен, что сегодня Михаил тоже не ворвётся в эту крепость. Еду домой, поглядывая по сторонам. На дороге голосует молоденькая шалашовка в распахнутой шубе. Платье едва прикрывает трусы. Увидев мой джип, едва не выпрыгивает из них. Прибавляю газу и набираю номер Ланы. В ответ идут бесконечные гудки. Набираю ещё и ещё. Интересно, она сейчас сидит и смотрит на мой настойчиво возникающий на экране номер или просто кинула его в чёрный список?

Все эти годы ни я не звонил Лане, ни она мне. А я ждал. Высылал по сотне в месяц. В день её рождения отправил полмиллиона, но деньги сразу вернулись. Нанял специального человека следить за бывшей женой, но даже если бы захотел придраться, то не смог бы. Лана оказалась идеальной матерью. Выходила из дома только с Аришей и ни с кем не встречалась.

Когда Аришу привозили ко мне, я понимал, как много Лана вкладывает в неё. Дочка росла весёлой, говорливой и умной не по годам. В эти дни я откладывал все дела и посвящал Арише всё время.

Но больше я благодарен Лане за другое — она не настраивает дочь против меня, даже наоборот. Я для Ариши — лучший мужчина в мире. Только благодаря дочке я впервые ощутил, что такое безоглядная любовь женщины. Пусть и совсем крохи.

Я долго тянул с примирением. Лана вела себя достойно, и моя душа успокоилась. Ушёл в работу и нехило приумножил состояние. Думаю, сегодня всё бы сложилось хорошо, не нарисуйся следом за мной демон недавних Ланиных грёз. Кстати, о демонах! Набираю своего безопасника. Тот откликается моментально:

— Добрый вечер, Сархан Муратович!

— Камиль, мне нужно оперативно собрать данные об одном человечке. Говорю сразу, большинство сведений о нём будет закрыто. Меня интересует его личная жизнь.

— Сейчас сделаю, вводные пришлите.

— Не вопрос. — Сбрасываю звонок и лезу в архивные документы на смартфоне. Отправляю Камилю файл с информацией, которую собрали в своё время мои ребята.

Заезжаю поужинать в ресторан и с тоской поглядываю на воркующие парочки. Я готов на что угодно, только бы влюбить в себя Лану. Ни за кем не ухаживал никогда, а за ней хочется. Звонит Камиль, и я коршуном бросаюсь на телефон.

— Ну что?

— Михаил Смирнов женат на Кире Барковской. Сыну Константину скоро исполнится три. Судимостей нет…

— Стоп! — Я готов выскочить на улицу и станцевать на капоте. — Про эту Барковскую узнай подробнее.

Лана

Читаю Арише «Волшебника Изумрудного города», а саму трясёт как в лихорадке. На экране телефона высвечиваются звонки Сархана и вызовы с неизвестного номера. Он, скорее всего, принадлежит Михаилу.

Ариша сегодня слушает рассеянно и перебивает меня неожиданными вопросами.

— А как Дед Мороз узнал, что я сушек хочу?

Как ответить? Фантазия попрощалась и улетела в окно вместе с посохами.

— Может, он тоже их любит?

— А я как их люблю! Принеси пакетик.

— Нет. Ты уже почистила зубы. «Дорога из жёлтого кирпича уходила в даль…»

— Мам, а зачем старый друг приходил?

— Проезжал мимо.

— А почему раньше не проезжал?

У меня тот же вопрос, и я почти уверена, что знаю на него ответ. На экране снова высвечивается звонок с неизвестного номера. Хватаю телефон и блокирую назойливого абонента. Следом в чёрный список отправляется номер Сархана.

— Старые друзья имеют привычку возникать внезапно. Солнышко, завтра едем на выставку, мне нужно подготовиться. Давай завтра дочитаем эту главу?

— А что бы ты попросила у Гудвина?

Мозгов тому и другому!

— Не знаю, Ариша. С годами перестаёшь верить в чудеса.

— А я бы загадала папу.

— В смысле?

— Ну ты как маленькая, мам! Чтобы — как в рекламе про колбасу. Все вместе сидят за столом и улыбаются. Я, ты, папа и братик.

— Ты какого-то конкретного папу имеешь в виду? — я скорее озвучиваю свои мысли и окончательно теряю репутацию умной женщины в глазах собственной дочери.

Ариша смотрит на меня с недоумением.

— А у меня их много?

— Нет. Конечно же нет. Просто… — запинаюсь на полуслове, чтобы не наговорить лишнего. — Просто я очень устала сегодня, — откладываю книгу и ложусь, обнимая дочку. — Я очень люблю тебя.

Ариша сильнее прижимается ко мне.

— И я тебя. Почеши спинку.

Я готова сейчас даже покачать Аришу на ручках, лишь бы она больше не спрашивала меня ни о чём. Чешу ей спинку, прикрыв глаза. Ариша умиротворённо шепчет:

— Пой.

Затягиваю тихонько:

Опустела без тебя земля…

Как мне несколько часов прожить?

Так же падает листва в садах,

И куда-то всё спешат такси...

Только пусто на Земле одной

Без тебя, а ты, всё летишь, и тебе

Дарят звёзды свою нежность…[1]

Ариша вскоре засыпает. Иду на кухню и включаю в ноутбуке песни Анны Герман. Недавно мне попался сериал про неё, и я влюбилась в эту женщину, в её голос и песни. Но сегодня у меня нет сил их слушать. Ветер расковырял с таким трудом залатанную рану в сердце, и она кровит.

Открываю рукопись про оборотня. Буквы плывут перед глазами. У оборотней есть истинные подруги на века. Я не смогла стать такой для Ветра. В моих книгах волк верен своей волчице, несмотря на расстояния и время.

Сархан — прототип героя одной из моих книг на втором аккаунте. Он оборотень-лев, и с ним всё понятно. Спариваться он может, когда заблагорассудится. У него прайд, множество покорных львиц, среди которых затесалась одна бунтарка и кидала. У этой книги открытый финал.

Сегодня хочется отомстить обоим зверям. Сворачиваю недописанный роман про оборотня. Иначе такого понапишу про этого гада Ветра! Нагрешил он, видите ли! Читатели проклянут меня. Но зато тайному почитателю моего таланта мало не покажется.

Я отомщу тебе иначе, дружок. Открываю новый файл. Оторвусь на всю катушку. Пущу в постель героини сразу двух волков. У меня в загашнике даже обложка есть подходящая. Не собиралась такое писать, купила из-за красоты ребяток на картинке. К четырём утра готовы три горячих главы, и я стартую с новой книгой. Неспокойной тебе ночи, Ветер! Читай, не подавись.

В постель ложусь в ещё большем смятении. Краснею, вспоминая написанное. Лихорадка переходит в пиковую стадию, и вскоре я засыпаю.

***

На выставку приезжаем с Аришей к двенадцати. У меня час обязательной работы на стенде — подписывать книги и общаться с читателями. Выходной день, и народу в зале — не протолкнуться. Тешу себя надеждой, что Михаил приезжал раньше и не нашёл меня. К полудню новая книга набрала полторы тысячи библиотек, и я уверена, что он тоже не оставил её без внимания. Вполне имеет право послать меня на все четыре стороны.

Может, взять путёвку и сбежать с Аришей из Москвы недельки на две? Погреться на берегу океана, вдохновиться на новые истории. И не только на книги… Время от времени задаюсь вопросом — хочу ли я новых отношений? До сей поры ответ был однозначным — нет. Сегодня всё иначе. Не задумала ли вселенная, раз я не открываю новые двери, развернуть меня и ткнуть носом в старые?

Два гада! Я так долго мечтала услышать хруст страниц своей новой книги. Сейчас передо мной стопка экземпляров первого тиража, и я на автомате подмахиваю размашистой подписью один за другим. Вдруг на стол ложится книга, и обладатель руки с массивными часами произносит бархатным голосом:

— Вы подарите мне автограф?

[1] «Нежность». Музыка А. Пахмутовой, стихи С. Гребенникова и Николая Добронравова, 1965 г.

_________________

Мои дорогие! Поддержите книгу звёздочкой и библиотеками. Ваше внимание - моё вдохновение!

Михаил

Лана поднимает на меня искусно подведённые глаза. Макияж скрыл на её хорошеньком личике следы бессонной ночи. Я тоже не спал. Лана, похоже, кинула меня в блок. Отрывался, осыпая ударами боксёрскую грушу. Потом зашёл на авторские странички моей любимой писательницы, а там шок-контент! Не ожидал, что наш с Сарханом визит так всколыхнёт её фантазию. Ночью взбодрила меня не по-детски девочка с бирюзовыми глазами. Я привык представлять Лану на месте героинь её романов и сегодня чуть не сдох от ревности.

— Вам просто подписать или с пожеланием? — Ручка дрожит в пальцах Ланы.

— Казнить нельзя помиловать, — выдыхаю я.

— Интересная просьба. Где поставить запятую?

— На ваше усмотрение. — Опираюсь на стол и наклоняюсь ближе к Лане. — Ты тут надолго? Может, посидим где-нибудь? Поговорим за жизнь?

Лана просто ставит подпись на титульном листе и возвращает мне книгу.

— А есть о чём говорить?

— Мы не виделись три с лишним года.

— У меня к тебе один вопрос…

— Лана, дорогая! — Голос Сархана за моей спиной действует как электрошокер. Разворачиваюсь к сопернику.

Сархана сопровождает целая свита. За его спиной пара телохранителей, люди с фотоаппаратурой, две девушки, деловито оглядывающие стенд. Лана встаёт, и Сархан вручает ей увесистый букет красных роз.

— С первой печатной книгой, дорогая! А где Ариша?

— На мастер-классе. — Лана поднимается и переводит насмешливый взгляд на меня. — Что же вы сегодня оба такие не нарядные?

Сархан пропускает колкость мимо ушей и сосредотачивается на мне.

— Опять ты? А где жена, сын? Выходные надо с семьёй проводить, старина. Я тебе, кстати, что-то должен за поздравление дочери?

Каждое его слово, как удар под дых. Я сам собирался сегодня рассказать обо всём Лане. Она падает на стул и, отложив букет, принимается с остервенением подписывать свои книги, не обращая на нас никакого внимания. Стопка быстро уменьшается.

— Лана, я об этом хотел поговорить с тобой. — Понимаю, что в её глазах я выгляжу идиотом и обманщиком.

Сархан же полон сил и энтузиазма. Сегодня он на коне, а я под конём. Бывший муж Ланы рвётся в бой.

— Лана, я пригласил фотографа и пару книжных блогеров. Давай всё сделаем красиво.

Ай, красавчик! Мне даже нечем крыть. Я летел сюда, горя желанием объясниться с Ланой, а цветов не догадался взять.

Лана отрывается от своего занятия, и я вижу, с каким трудом она дарит улыбку бывшему мужу.

— Если ты считаешь, что сейчас открыл для меня Америку, то ошибаешься.

— Ты про пиар? — приподнимает бровь Сархан.

Я тоже настораживаюсь. Лана кивает в мою сторону.

— Я про Михаила.

— Ты знала, что он женат, и пустила его на порог?

— Он к Арише пришёл, не ко мне. А за пиар спасибо. — Лана обращается к свите Сархана: — Всем привет!

— Пошёл вон отсюда! — цедит сквозь зубы Сархан, испепеляя меня чёрными как угли глазами. А я не могу отвести взгляда от Ланы. Что она хотела сказать? Что всё это время знала, что я женат? Мы с Кирой по известным причинам свои фото в соцсети не выкладываем. Видела на улице? Вряд ли. Мы живём за городом. А может, просто приземлила бывшего мужа, чтобы не распускал свой павлиний хвост?

— Я подойду позже, — касаюсь Ланиного локтя.

— Не забудьте книжку, — роняет она.

Приходится признать, один-ноль в пользу Сархана. Ухожу на второй этаж и оттуда наблюдаю за Ланой. Сархан вьётся вокруг неё ласковым ужом. Звонок от Киры лишь ухудшает и без того паршивое настроение. Хотя куда уж хуже!

***

Лана

Интервью проходит как в тумане, но я отрабатываю старания Сархана на все сто. Не ожидала от него такой поддержки. С облегчением вздыхаю, когда фотограф и блогеры уходят. Присаживаюсь на стул, чтобы закончить с книгами. Меня уже поджидают три покупательницы. Ещё несколько человек стоят на кассе с моими книгами.

— Мы читаем ваши романы в интернете, — заводит разговор одна из девушек.

— Простите, дамы, — вклинивается в разговор Сархан и склоняется к моему уху: — Ты через сколько освободишься?

Смотрю на часы.

— Десять минут осталось.

— Чудесно. — Сархан негромко отдаёт приказание одному из парней, а со вторым телохранителем скрывается в толпе. Глазами тщетно ищу Михаила. Значит, женой и сыном обзавёлся. Просто прекрасно. И какого лешего ему тогда надо? На память приходит, как он понукал меня выйти из прежних отношений, прежде чем окунаться в новые. Бросил жену с ребёнком? Трындец, счастье мне привалило.

— Простите, девочки, давайте продолжим, — обращаюсь к читательницам.

Фотографируемся, дарю им открытки с визуалами своих героев. И всё под пристальным взглядом телохранителя Сархана. Бывший муж снова решил поставить мою жизнь на контроль?

Звонят со стенда мастер-класса:

— Тут пришёл отец вашей дочери. Сархан Муратович. Мы можем с ним отпустить Арину?

— Да, спасибо, что позвонили.

Сияющая Ариша возвращается с отцом и вручает мне раскрашенные витражи в деревянных рамках.

— Смотри, какая красота.

— Супер! Это ты сама раскрасила? — восхищаюсь я.

— Да! А папа приглашает нас в аквапарк!

— Ты же знаешь, что я не люблю эти горки!

Сархан кивает на телохранителей.

— Ариша будет под присмотром. А мы с тобой в спа расслабимся. Полежим на массаже, в банях разных попаримся. В качестве извинения за вчерашнее.

— Ты? Извиняешься?

— Да, — улыбается Сархан.

— Я, вообще-то, собиралась пообедать.

— То есть идейно ты не против?

— Мамочка, мамусечка! — Ариша прыгает зайцем вокруг меня. — Мамимупусичка.

— А купальники? — понимаю, что меня обложили со всех сторон.

— Лежат в машине. Надеюсь, угадал с размером. — Сархан подхватывает Аришу на руки и подбрасывает ее. — Едем?

— Да! — кричит она.

В аквапарке в выходной народа много. Мы с Сарханом будем у всех на виду, и он вряд ли позволит себе лишнего. А объясниться нам нужно.

Сархан подводит дочку к телохранителям.

— Прекрасная принцесса, позволь представить твою стражу. Это Бахтияр и Джамиль. Они будут сопровождать тебя и охранять твой покой.

— Красивые, — отпускает им комплимент Ариша. — Как из маминых романов.

Парням лет по тридцать, не меньше. Смуглые, крепкие, белозубые. Улыбаются Арише. Бахтияр, прислонив руку к груди, склоняет голову перед Аришей.

— Готов служить вам, принцесса.

Она вскидывает горделиво подбородок и смотрит на Джамиля.

— А ты?

Тот поддерживает игру и повторяет всё в точности за коллегой.

Ариша кивает с достоинством особы королевских кровей:

— За мной, мои драконы.

Сархан ошалело смотрит на меня, я пожимаю плечами и подхватываю букет.

Сархан

Бахтияр распахивает заднюю дверь внедорожника, и я усаживаю Аришу в автокресло.

— И давно у тебя детское кресло в машине? — Как бы Лана не хорохорилась, выглядит она подавленно. И, полагаю, дело не во мне, а в Михаиле. Не знала она, что он женат. Просто пыталась стереть улыбку с моего довольного лица.

— Я забочусь о безопасности нашей дочери. Что не так?

— Всё так, — вздыхает Лана.

Я приехал на выставку к открытию, узнал, когда Лана нарисуется на стенде издательства и зарулил к организаторам. Они мне нашли и фотографа, и блогеров. Я дал задание парням маякнуть, когда Михаил появится возле моей девочки. Одним ходом поставил ему мат. Пёс паршивый! Как он вообще посмел сунуться к Лане с таким багажом? Хочется обнять её, утешить, но она может снова закрыться, расценив это как домогательство. Бедная девочка! Уверен, в душе Лана всё тот же хрупкий цветок. И этот чудак прошёлся по ней в грязных ботинках.

Обходим машину. Лана садится рядом с Аришей, я залезаю следом и оказываюсь в преступной близости от жены. Я никогда не считал её бывшей. Чуть повернув к Лане голову, вдыхаю тонкий аромат. Он стал ещё вкуснее. Букет роз, лежащий на коленях Ланы не в силах с ним сравниться. Предвкушаю скорый миг уединения. Тело моей девочки будет скрыто от меня лишь тонкой простынёй. Для меня сейчас и это радость. Я тосковал по Лане и сейчас остро ощущаю её близость.

Охрана занимает свои места, и мы выезжаем с парковки. Ариша болтает ногами и поёт, Лана притихла как мышонок. Кажется, чтобы я сейчас ни сказал, прозвучит фальшиво, потому что меня волнуют только — мои нерастраченные чувства.

— Лана… — замолкаю, увидев в её глазах застывшие слёзы.

Молча обнимаю Лану, и придвигаю её к себе. О, небо! Она не сопротивляется. Обмякает, чуть привалясь ко мне. К чёрту слова. Они не нужны.

— Папа, а мы потом поедем к тебе? — Ариша вторгается на слоне в хрупкий шалаш нашего сиюминутного единения.

Лана напрягается всем телом, а мне стоит больших усилий непринуждённо ответить.

— Как мама захочет.

С плотно стиснутых губ Ланы срывается вздох облегчения. Но Ариша не привыкла отступать. Тянет к Лане руку.

— Мама захоти! Папа сказал, что купил мне настоящего пони, — выкладывает Ариша ещё один мой козырь.

Лана поднимает на меня бирюзовые глаза. Хочется утонуть в них.

— Со всех сторон обложил, да?

— Нет. Ты вольна в своём выборе. Но мне будет приятно, если ты заедешь ко мне.

Лана отводит взгляд.

— Не знаю, хочу ли я снова войти в твой дом. Даже твоя прислуга относилась ко мне… С предубеждением.

— Что мне сделать? Уволить людей? Перекрасить дом, сжечь старую мебель? Только намекни.

— Нельзя войти в одну реку дважды, — вздыхает Лана.

— Гераклит[1] говорил о другом, — улыбаюсь я. — В жизни человека и общества происходят постоянные и неизбежные перемены. Между первым и вторым разом проходит время. В реке уже новая вода, а значит, и река другая. Я изменился Лана. Ради тебя. Скажи, что изменить ещё?

— Поживём увидим, — Лана отодвигается от меня. Минутная слабость отпустила мою свободолюбивую жену, но я счастлив, что она пережила её в моих объятиях.

— Я скоро поеду в детский дом, где ты жила. Повезу подарки к Новому году. Не хочешь составить мне компанию?

Ланины щёки наливаются румянцем.

— Даже не знаю. Малена всё ещё там?

— А где же ей быть?

Взгляд Ланы становится непроницаемым, плечи расправляются.

— Подумаю.

— Ты успешная женщина. Детям будет полезен такой пример для подражания.

— Красиво поёшь, — усмехается Лана.

— Папа, ты тоже поёшь? — округляет глаза Ариша.

— Не так хорошо, как ты, моя прелесть!

— Спой!

— Вон пусть лучше парни споют! Бахтияр, — тормошу за плечо телохранителя. — изобразите что-нибудь приличное.

— Драконы, пойте! — командует Ариша.

Джамиль затягивает песню, Бахтияр подхватывает. Я даже не догадывался, что у моих телохранителей такой хороший тенор. Ариша размахивает руками, изображая дирижёра. Лана расслабляется, и я, довольный, прикрываю глаза. Пока всё замечательно. Посмотрим, как получится у нас с женой поговорить наедине и не поссориться.

[1] Гераклит Эфесский (544 – 483 гг. до н. э.) — древнегреческий философ.

Лана

В турецкой парной вытягиваюсь на мозаичной лавке. Положив руку под голову, наблюдаю за бывшим мужем из-под прикрытых век. Помимо нас здесь ещё пятеро. Сархан сидит напротив и пожирает взглядом моё тело, пробираясь даже под купальник. Но меня это больше не пугает. Всё-таки мы с ним прожили не один год. Да и его наготу я теперь воспринимаю спокойно. Насмотрелась на торсы, сгенерированные нейросетями для обложек и визуалов. Надо признать — у мужа красивое тело. Интересно, давно он избавился от волос на плечах? Был ведь шерстяной, как оборотень. А сейчас всё в меру. Оцениваю его мощную грудь, спускаюсь взглядом на прорисованный кубиками живот. Под простыней угадываются мускулистые ноги. Не забывает парень про спортзал. Парень! Разница в двадцать лет уже не кажется катастрофой. Я столько писала про властных говнюков и пропасть в возрасте, что сейчас даже нахожу в этом некоторую прелесть.

Сархан снова манипулирует мной, и вот от этого на душе тревожно. Мыслями я всё время возвращаюсь к Михаилу, а потому не могу сосредоточиться на том важном, что сейчас происходит в нашей с Сарханом бывшей семье. Дочка счастлива. Казалось бы, что может быть важнее для матери? Но ведь мне-то тоже хочется женского счастья.

Да, я стала другой. Теперь многое вижу иначе. Вздыхаю, переворачиваюсь на живот и утыкаюсь щекой в простыню, изучая затейливый рисунок на стене. Сархан тоже вздыхает. Думаю, он полагает — не появись Михаил вчера, всё могло бы сложиться иначе.

Ветер, ветер, ты могуч, ты гоняешь стаи туч[1]… Горько усмехаюсь. Что такое должно было случиться, чтобы ты променял меня на другую? Обиделся, что я вернула тебе деньги? Но мне неловко было пользоваться твоей добротой. Сархан исправно платил алименты, и я сама стала зарабатывать. Пусть немного, но мне хватало. Но ты даже не захотел поговорить. Что-то не складывается. Ты же не девушка, чтобы жениться по принуждению. Ребёнок! Сколько ему? Женился по залёту? Дичь какая-то. Я не надеялась, но подспудно ждала, что он будет хранить мне верность. Как там у Анны Герман поётся? Мы вечное эхо друг друга[2]. Сколько раз я плакала под её песни.

Наверняка Сархан знает сколько лет ребёнку Михаила. Вопрос вертится у меня на языке, но я не хочу у него спрашивать. Стало бы мне легче, узнай я всё от Михаила? Вряд ли. Быть может даже лучше, что это случилось среди толчеи на выставке. Мне с трудом удалось сохранить лицо и хорошо, что рядом оказался стул. Да и есть время поразмыслить.

В своё время Михаил помог мне. Вдруг сейчас помощь нужна ему? Простить нельзя помиловать. Задал ты мне задачку, Ветер.

— О чём задумалась? — Сархан выдёргивает меня из водоворота мыслей.

— О новой главе. — Сажусь на лавку и добавляю про себя: «Своей жизни».

— Над чем работаешь сейчас?

«Сказала бы я тебе, да боюсь твоё мужское "я" треснет пополам. Надо удалить эту книгу, что ли. Вот меня ночью понесло!»

— Тебе правда это интересно?

— Да. Не думал, что ты такая фантазёрка, — Сархан пересаживается поближе и слегка толкает плечом. — Хочешь твоя книга будет лежать на самых горячих полках книжных магазинов? Возле касс, при входе. Организую, раз плюнуть.

— И что ты попросишь за это? Мои душу и тело? Так я не продаюсь, — отодвигаюсь от пышущего жаром крепкого тела бывшего мужа.

— Это я усвоил уже очень давно, дорогая.

Интересно, а ведь у него тоже были женщины. Не жил ведь он монахом все эти годы. На родине ему сватали какую-то девицу.

— Ты так и не женился больше? — меняю тему.

— Нет, Лана. Даже в мыслях такого не было.

— У тебя было много женщин?

— Женщина у меня одна — это ты.

Нервный смех вырывается из моей груди.

— Сар, не смеши меня. Ты думаешь, я снова это проглочу? — Поднимаюсь с полки. — Жарко. Пойду ополоснусь.

Сархан встаёт следом и преграждает мне путь.

— Не нужно ничего глотать, Лана, — он ведёт большим пальцем по моим губам. — Как же я люблю твой упрямый рот. Пойдём в джакузи.

Хватает меня за руку и выводит из парной. Ступаю в круглую ванну, и Сархан нажимает ногой на кнопку запуска. Сажусь в бурлящую воду, муж вешает простыню на перила, садится напротив и берёт мою стопу. Разминает её, не сводя чёрных глаз с моего лица. Приятная нега растекается по телу, и я, как ни странно, расслабляюсь. Вопрос Сархана застаёт меня врасплох.

— Что ты думаешь по поводу нас?

Выдёргиваю ногу из сильных пальцев.

— А я должна что-то думать? Ты свалился вчера как снег на голову и тут же обложил флажками. Только в этот раз у тебя ничего не выйдет.

Сархан подбирается ко мне крокодилом.

— Я не ищу лёгких путей, любовь моя. И мне приятно слышать, что у меня есть шанс вернуть тебя. — Сархан перетягивает меня к себе на колени.

— Я этого не сказала… Что ты делаешь? Люди же кругом? — Как назло поблизости никого нет.

— А я не делаю ничего предосудительного. — Он щекочет моё плечо бородой, и знакомая судорога сводит живот. Моё тело в огне. Его уже столько лет никто не касался. Невольно вспоминаю наше с Сарханом прощальное единение.

Он улыбается и довольно мурлычет мне в ухо:

— Ты хорошая девочка, моя девочка.

— Откуда тебе знать?

— А я знаю.

— Следил за мной?

— А как ты думала?

— Сар… Меня всё устраивает в моей жизни. Пусти меня!

— А по ночам не хочется выть от одиночества?

— Я по ночам пишу.

— А я вою.

— С твоей любвеобильностью тебе, Сархан Муратович, далеко до волка. — Мне становится совсем неудобно сидеть на нём, и я снова пытаюсь соскочить. Сархан больше не удерживает. Перебирая руками в воде, пересаживаюсь подальше. — Ариша любит тебя. Тут ничего не могу сказать. Но я-то не Ариша!

— А я и не тороплю, как видишь. Дал тебе время прийти в себя. Теперь предлагаю познакомиться поближе.

— Ты считаешь, что мы недостаточно знакомы?

— Да, тогда ты совсем девчонкой была. Мне не хватило терпения научить тебя любви. Один твой запах пьянил похлеще бутылки коньяка.

— Сейчас уже не так пахну?

— Я бы сказал иначе. Ты стала женщиной, Лана. Роскошной женщиной. Всё в тебе манит меня. Ты не представляешь, как тяжело сдерживаться рядом с тобой.

— Вот это меня и пугает.

— Не бойся. Я не повторю прежних ошибок. И… тебе всё понравится. Обещаю.

— Сильно сомневаюсь.

Слышится весёлый Аришин смех, и вскоре она сама появляется в сопровождении внушительной стражи.

— Папа! — дочка прыгает в джакузи и обезьянкой забирается на отца. — Я с такой горки сейчас летела. Дракон Бахтияр меня еле поймал.

— А где в это время был дракон Джамиль? — улыбается Сархан.

— Он прилетел следом.

— Не работа у них, а малина сегодня.

— У меня не забалуешь, — оглядывается на довольно улыбающихся парней Ариша и кивает мне: — Так мы поедем сегодня к папе?

[1] «Сказка о мёртвой царевне и о семи богатырях» Александра Пушкина.

[2] «Эхо любви» песня на стихи Роберта Рождественского, композитор – Евгений Птичкин.

Визуал Сархана, как видит его автор.