Бывшие. Верни мою душу

Просыпаюсь, как и все последнее время, резко выныривая из сна. И потом еще несколько минут прихожу в себя, осознавая реальность. Там, во сне, снова была она. Мое личное Солнце, Алена… Солнце, которое больше для меня не светит, потому что считает предателем. 

Та, кто мне мучительно снится ночами, пришла в наш холдинг стажером два года назад. Я сразу обратил на нее внимание. Вовсе не потому, что новенькая пыталась демонстрировать себя и флиртовала с начальством. Как раз наоборот, Алена со всеми была подчеркнуто вежлива и держала дистанцию. Но зато полностью оправдывала свою фамилию: Солнцева.

У нового стажера оказался легкий и неконфликтный характер. Не легкомысленный, а именно легкий, открытый и жизнерадостный. А почти постоянная улыбка на губах заряжала всех вокруг позитивом. Когда Алена заходила в комнату, казалось, в ней сразу становится светлее. Будто, и правда, все освещают солнечные лучи.

Мне нравилось на нее смотреть. Не так уж часто мы пересекались, еще реже разговаривали, но незаметно для себя я стал больше бывать в отделе, где работала Алена. Сначала говорил себе, что ее улыбка просто поднимает мне настроение, а потом понял, что все серьезнее. Я грелся в ее тепле, и хотел получить это Солнце себе в единоличное пользование. 

Я придумал себе срочное дело, для которого нужна была временная помощница. И попросил выделить мне стажера, причем конкретного. Теперь мы работали бок о бок, засиживались в офисе допоздна, и я, как заботливый начальник, довозил Алену до дома. Но сначала кормил ужином в ресторане. Ну и естественно не молчал. 

Уже скоро я знал, что девушка родом из областного центра. Там остались ее родители: мать — преподаватель в вузе, и отец — врач, хирург. А еще младший брат. В столице у нее жила тетка. Она же приютила племянницу на время учебы в институте. Алена как раз писала диплом и стажировалась в нашем холдинге. Мы регулярно набирали студентов, чтобы потом оставить себе самых перспективных. 

Вскоре у нас предсказуемо закрутился роман. Молоденькой, и в чем-то наивной девушке оказалось легко вскружить голову. А я не смог удержаться и стал ее первым мужчиной. Хотя понимал, что поступаю неправильно. Ведь жениться на ней не собирался. Но все равно присвоил ее себе. Рядом с  Аленой было непривычно тепло. Я физически чувствовал, как отогревается моя душа, впервые за многие годы.

Я рос в полной семье, но теплоты в ней не было никогда. Моему отцу вообще противопоказано иметь семью и детей. А он плодил их и в браке, и на стороне, не задумываясь. Никаких родительских чувств к нам с братом не испытывал. И всегда казался мне холодной, равнодушной глыбой. Хуже всего, он и из матери, как вампир, высасывал все чувства, оставляя пустую оболочку. Мать ухаживала за нами, делала по дому все, что нужно. Но душевного тепла для нас у нее не оставалось.  

С Аленой я впервые почувствовал то, что дети обычно получают в семье. Безусловное принятие, заботу и любовь. Это было так приятно. Ощущать, что тебя ценят, просто потому что ты есть. Я тоже старался давать ей то, что мог. Но дорогие подарки она не принимала. Цветами и так была заставлена вся квартира. А больше всего Алене нравилось просто сидеть в моих объятиях и болтать обо всем подряд. 

Я никогда не обманывал ее. Ничего не обещал и про будущее не говорил. А она не спрашивала и, казалось, принимала правила игры. Я снял нам квартиру для встреч. Мы часто оставались там ночевать, проводили вместе много времени. Нам было хорошо друг с другом и отлично в постели. Я постепенно пробуждал в Алене чувственность и подстраивал под себя. 

У нас был красивый роман. Я считал, что каждый в нем получает то, что хочет. А когда придет время, мы мирно разойдемся. Но расстались мы некрасиво. В город вернулась Полина и без звонка заявилась в офис. В тот день с утра я отсутствовал, а когда приехал и увидел ее, оказалось, она уже успела пообщаться с моей помощницей и представилась моей невестой.

До сих пор помню бледное лицо Алены, напряженный, лихорадочный взгляд. И глухой голос, когда она спросила:

— Эта женщина не соврала? Она, действительно, твоя невеста?

— В какой-то мере, да, — не стал врать я, хотя понимал, как это звучит. 

— И ты все это время был с нами обеими… — голос Алены дрогнул, а солнце в глазах погасло.  

— Нет! Конечно, нет. Полина живет в Италии. Мы давно не виделись. Она скоро опять туда уедет. 

— Но вы поженитесь?

— Ален, я сейчас отвезу Полину домой, а потом мы поговорим. Я объясню. Ты поймешь, все не совсем так, как выглядит.

— Мне достаточно просто «да» или «нет», Ярослав.

— Да, — вздохнул я. — Собираемся, в будущем. Алена, но ведь мы… ничего друг другу не обещали. Ты знала, что рано или поздно мы расстанемся.

— Знала, да, — сказала она очень тихо. И добавила, уже не глядя на меня: — Ты езжай, Яр, вези невесту домой. 

— Хорошо. Но как освобожусь, сразу позвоню, и мы обязательно поговорим, — поморщился я. Алена лишь кивнула и отвернулась. 

Вот только поговорить нам не удалось. На следующий день Алена уволилась и уехала из города. Вернулась к родителям. Диплом она к этому времени уже защитила. Буквально неделю назад мы отмечали ее успех в ресторане. Так что в городе ее больше ничего не держало. 

Сначала я пытался ей позвонить, но она добавила меня в черный список. Даже думал поехать к ней, в другой город, и объясниться, уговорить вернуться. А потом решил, что будет лучше Алену отпустить. Мы оба уже начали привязываться друг к другу, и дальше пришлось бы рвать по живому. 

_____________

Дорогие, с удовольствием приветствую вас в новой книге! Как видите, братья у нас умееют косячить по полной)) А потом разгребать! 

Самое главное, Алене я не врал. Когда встречался с ней, считал себя свободным. И в то же время невеста у меня была. Вот такой парадокс. Полина — дочь старого знакомого моего отца. Почти все, с кем он в свое время поднимался, давно на том свете, а Губарев жив. Пока родители не развелись, жена Губарева дружила с моей матерью. Всей семьей они иногда приезжали к нам в гости. 

Мы с Полиной знаем друг друга с детства. Познакомились, когда ей было три года, а мне — восемь. И уже в самый первый визит смешная девчонка с короткими косичками заявила, что выйдет за меня замуж. Я не возражал, это было прикольно. А родители с тех пор так и называли нас женихом и невестой. Сначала в шутку, а потом эта шутка переросла в правду.

Мы росли с мыслью, что когда-нибудь поженимся. При этом оба спокойно относились к тому, что это будет договорной брак. И что еще интереснее, такое понимание никак не мешало нам встречаться с другими. Полина — вообще редкая девушка. Прямая, честная и свободолюбивая. У нее была теория, что до брака надо попробовать все и перебеситься. А уже потом строить семью с тем, в ком ты уверен. 

Мы даже переспали несколько раз, хотели убедиться, что совместимы в сексе. Причем, по ее инициативе. В постели нам было хорошо. Крышу не сносило, но кайф получили оба. А потом Полина уехала учиться заграницу и застряла там надолго. Окончила колледж искусств и открыла в Риме свою арт-галерею. Раз в несколько месяцев она ненадолго приезжает сюда. В остальное время мы регулярно переписываемся.

Полина не хотела возвращаться на родину и предлагала мне после свадьбы обосноваться в Италии. Я обдумывал эту идею, хотя переезд в другую страну не прельщал. К тому же, ни я, ни моя «невеста» не торопили события. Нам обоим нравилась свобода и определенное будущее где-то в перспективе. Но все же в семейном холдинге я возглавил отдел, отвечающий за филиалы в других городах, в том числе, за границей. Если решу перебраться, буду продвигать наш бизнес там.

Я всегда знал, что у Полины есть другие мужчины. Она сама рассказывала мне о них. И спокойно относилась к моим временным связям. А меня наличие пусть даже номинальной невесты хорошо защищало от посягательств охотниц за богатыми мужьями. Все мои любовницы были в курсе, что у нас с невестой свободные отношения. Вот только Алене я в этом не признался. Собирался, но все тянул.

Ощущая досаду и вину, я не сразу понял, что происходит. Сначала объяснял тоску и постоянное раздражение нашим разрывом, что так и сидел занозой в груди. Но постепенно пришло осознание, что все гораздо хуже. Мое Солнце больше не светило мне, и вокруг воцарился мрак. Я злился, сам не понимая, на кого. Срывался на подчиненных и плохо спал ночами.

А потом не выдержал и потребовал у службы безопасности собрать сведения на Алену. В конце концов мы активно занимались сексом. Я обязан убедиться, что у нашего романа не осталось последствий. Даже резинки иногда дают сбой. Я узнал, что Алена снова живет с родителями и братом. Никаких последствий нет. А работает она в фирме, занимающейся похожим с нашим родом деятельности.

Убедившись, что с девушкой все в порядке, я пытался ее забыть. Старательно заглушал скребущий голод по ней другими женщинами. Но довольно быстро бросил эту затею. Надоело просыпаться с неизвестными бабами в одной постели. Все они ощущались лишь суррогатами, силиконовыми куклами с такими же силиконовыми чувствами. 

И вот, спустя полтора года, меня так до конца и не отпустило. Я все также вижу Алену во сне и постоянно вспоминаю, как нам было хорошо. Полина все еще сидит в своей Италии и настойчиво зовет меня в гости. Но я даже на ее сообщения не отвечаю. В последнее время все бесит, и она в том числе. Я не смог простить ей разрушенные отношения с Солнцем. Хотя прекрасно понимаю, что винить во всем стоит лишь себя. 

В очередной раз вынырнув из мучительного сна, в котором я опять был с Аленой, принимаю холодный душ, остужая возбужденное горячими картинками тело. Надо все-таки кого-то себе найти, чисто чтобы сбрасывать напряжение. Иначе точно скоро начну бросаться на людей. 

Приезжаю в офис и иду сразу в кабинет Матвея, старшего брата. Он сейчас рулит бизнесом вместо борющегося с болезнью отца. Спрашиваю, есть ли новости от врачей. Матвей регулярно бывает в больнице и держит все на контроле. А я так и не смог заставить себя поехать к отцу. Казалось бы, столько лет прошло, но до сих пор не могу простить ему холодный, эмоциональный вакуум, в котором я рос. 

Матвей делится отчетами врачей. Ничего обнадеживающего в них нет, а меня это вообще не трогает. Будто о чужом человеке речь. Потом ругается на Руса, нашего среднего брата. После развода с женой тот капитально слетел с катушек.

— А ты чего хандришь? — вдруг уточняет Матвей, приглядываясь ко мне. 

— Да как-то достало все, — пожимаю плечами. Мы редко говорим по душам, у нас это не принято. И все же добавляю: — Слушай, тебе не надоели все эти одноразовые бабы? Вроде бы и нужно, но меня от них уже тошнит.

— Так найди себе не одноразовую. Делов-то, — усмехается Матвей. 

— Если все так просто, чего ж сам не нашел? — отзываюсь я. 

— Может, и нашел, — произносит он задумчиво. — Столкнулся тут с одной ведьмочкой… 

Услышав мечтательные нотки в обычно холодном, равнодушном голосе брата, настораживаюсь. Что еще за ведьмочка растопила ледяную глыбу в его груди? Я думал, этот невозможно. (*) 

Немного помолчав, Матвей добавляет: 

— Судя по всему, в нашей семье проблема не найти, а удержать. Вон, на Руслана посмотри. Натворил дел, а теперь сходит с ума. (**) И нам же еще за ним подтирать приходится, искать новых поставщиков. Кстати, об этом я и хотел поговорить. Мы с Русом займемся столицей и областью. А ты посмотри по стране. Я тебе на почту скинул самых перспективных. Глянь, кого можно перекупить. Если надо, смотайся, изучи на месте.

После разговора с братом иду к себе, включаю комп и загружаю на экран то, что он прислал. Равнодушно пробегаю глазами названия предприятий, опять ощущая раздражение. Да что за черт, даже работа не вдохновляет! И вдруг глаз цепляется за знакомое название — фирму, в которую устроилась Алена.

Быстро изучаю информацию. Звучит неплохо и может нам подойти. По-хорошему, надо все смотреть на месте, но… Я уже принял решение. И, конечно же, поеду туда. Пришло время взглянуть в глаза прошлому и окончательно разобраться с ним. Мне был нужен лишь повод, и я его получил. 

Возможно, увидев Алену, я пойму, что у нас не осталось ничего общего. Она могла давно выйти замуж. Впрочем вру, я знаю, что моя бывшая все еще одна. Но парень-то у нее может быть. Настолько подробно я ее жизнью не интересовался. Вот теперь получу информацию из первых рук.

Но сначала приходится решать юридические вопросы и один личный. Я хочу задержаться там подольше, и не просто как сторонний человек. Несколько дней уходят на формальности. А потом даю задание секретарше заказать билеты на самолет. И ощущаю, как меня охватывает азарт. Даже хандра проходит. При этом я не понятия не имею, чем все закончится.

(*)

(**)  

Какая визуализация Ярослава вам больше нравится?
 

Падать на землю с высоты всегда больно. Даже если знаешь, что рано или поздно это случится. Даже если готовишься заранее. А я и приготовиться не успела. Вот только что летала в эйфории чувств, а через минуту меня уже скинули вниз. Равнодушно и жестоко. 

Почему-то я всегда думала, что меня эта тема обойдет стороной. Хотя меня всю жизнь считали слишком романтичной, на самом деле я такой не была. Просто старалась изначально не думать об окружающих плохо, пусть и понимала, что могу обманываться. Но считала, что лучше изредка ошибиться, чем везде видеть подвох. Оказалось, такая точка зрения — прямой путь к жестокому разочарованию.

В «ТехноГрупп» я пришла на стажировку на последнем курсе института и думала, что мне крупно повезло. Известная компания охотно брала на работу перспективных студентов. Если я хорошо себя проявлю, получу прекрасный шанс развиваться и расти. 

Ярослава Балашова, сына гендиректора холдинга, как и двоих его братьев, первый месяц работы я видела только на фотографиях. Кабинеты руководства располагались на верхних этажах, куда я попадала крайне редко. Только если нужно было что-нибудь отнести. И то дальше стола старшего секретаря не заглядывала. 

Однажды я случайно столкнулась с Ярославом в лифте. А потом стала регулярно замечать его и на нашем этаже. И не только его самого, но еще его очень выразительный взгляд. Первое время думала, что мне показалось. Но потом убедилась, что права. Смотрел он с однозначным мужским интересом. 

Вопреки мнению окружающих наивной я не была и понимала, что это значит. О братьях Балашовых я знала только то, что никто из них не был женат. Конечно же сыновья основателя холдинга были излюбленной темой обсуждения сотрудниц. Вот только сплетен я сознательно избегала. И зря, возможно, тогда была бы готова к тому, что произошло.

На самом деле у меня не было ни шанса устоять. Особенно когда меня прикрепили в Ярославу в качестве временной помощницы, и все рабочее, и не только, время мы проводили вместе. Уже тогда было ясно, к чему все придет. Пусть в жизни я была скорее прагматичной, чем наивной, но в отношениях с противоположным полом опыта почти не имела. 

Хотя я, правда, пыталась держаться. Старательно не замечала его ухаживаний. Твердила себе, что роман с начальством — это пошлость. Что обязательно пойдут сплетни, меня сразу запишут в ряд ушлых девиц, делающих карьеру через постель. А когда мы разбежимся, что неизбежно, мне придется уйти. Работать в одной компании с бывшим будет морально тяжело.

Но все эти разумные доводы разбивались об обаяние Ярослава. Рядом с этим мужчиной я чувствовала себя слишком хорошо. Возникало странное ощущение, что он нуждается во мне. Пусть всего лишь на время, с этим я была готова смириться. Мне казалось, мы понимали друг друга на уровне душ и сердец. 

Когда Ярослав прямо предложил мне отношения, я все же выбрала его, отказавшись от перспективы работать в холдинге. И нет, я не мечтала о сказке, не представляла себя золушкой, в которую обязательно влюбится принц. Во-первых, у меня далеко не бедная семья, пусть и по меркам моего родного города. Отец — известный хирург и всегда зарабатывал очень прилично. А во-вторых, Ярослав ни разу не признавался мне в любви и не говорил о будущем.

Я приняла эти правила и погрузилась в наш роман, не замечая скептические, иногда завистливые, а иногда презрительные взгляды сослуживиц. Зато очень быстро осознала, что выбрала отличную кандидатуру на роль первого мужчины. Хотя с парнями я и раньше встречалась, ни с кем не захотелось перейти на новый уровень отношений.

Ярослав оказался отличным любовником. Внимательным, искусным и терпеливым. Лучшего для первого раза не пожелать. Он не торопил меня, не заставлял делать то, к чему я не была готова, и в то же время мягко расширял мои границы в сексе. С ним мне нравилось пробовать все. Даже то, на что я думала, никогда не решусь. А еще он учил меня не только разным граням близости, но и бизнесу. Потому что руководителем тоже был отличным.

В последний месяц перед расставанием мы почти все время жили вместе в квартире, которую он для нас снимал. И вот тогда, просыпаясь по утрам в руках своего мужчины, занимаясь неспешным сексом, готовя завтрак вдвоем, я ловила себя на том, что начинаю строить планы на будущее. И сама одергивала себя, возвращая в реальность. Но ударила она все равно больно. 

Моим палачом, столкнувшим меня вниз, стала эффектная, ухоженная женщина в дизайнерском платье. Она по-хозяйски зашла в кабинет Ярослава, где я доделывала его задание, пока он отсутствовал. Доброжелательно улыбнувшись, поздоровалась со мной. И мило осведомилась, не будет ли мне мешать, если подождет своего жениха тут. А у меня от ее слов земля ушла из-под ног.

Я все же дождалась Ярослава, хотела услышать правду от него. Так называемая невеста могла принимать желаемое за действительное или вообще солгать. Еще в начале наших отношений я уточнила, есть ли у Яра кто-нибудь. Он ответил, что постоянной женщины у него нет. 

Мне еще тогда показалось, что он странно замялся, будто хотел что-то сказать. Но вместо этого просто поцеловал меня, и дальше задавать вопросы я не стала. А потом ни разу не усомнилась в его словах. Не было повода. До внезапного появления «невесты» он вел себя безукоризненно. Но еще до того, как прозвучал его ответ, я уже поняла, что услышу. Как только заметила досаду и смущение на его лице, все стало ясно. 

Ярослав просил дождаться его и поговорить, обещал все объяснить. Но я не видела в этом смысла. Он признал, что собирается жениться. И напомнил, что мы ничего друг другу не обещали. В этом он был прав. А в том, что мое сердце все же разбилось, никто не виноват, кроме меня самой. Не стоило вступать в отношения, которые заранее были мне не по плечу. 

Уже на следующий день я вернулась домой. К счастью, от стажеров не требовали двухнедельной отработки перед увольнением. А все вопросы с институтом и дипломом я уже закрыла. Родителям объяснила, что в столице мне не понравилось. И быстро нашла себе новую работу, чтобы не оставлять времени на переживания и ненужные сожаления.

Время шло, Ярослав уже перестал сниться мне по ночам. Боль больше не жалила остро, а затаилась где-то внутри. Я пыталась жить дальше, познакомилась с отличным парнем и впервые за полтора года начала думать о будущем с оптимизмом. И никак не ожидала, что когда-нибудь еще столкнусь с призраком прошлого. До тех пор, пока не поинтересовалась на работе, почему сегодня все такие возбужденные. 

А в ответ услышала, что во-первых, нашу фирму перекупил столичный холдинг. А во-вторых, на днях к нам приедут его представители, чтобы оценить все изнутри и определить, какие потребуются изменения. Все сотрудники, включая начальство, спешно начали приводить в порядок дела и рабочие места.

Уже тогда у меня екнуло сердце. Но я все еще надеялась, что пронесет. Мало ли в столице предприятий. А потом услышала название новых владельцев: «ТехноГрупп», и поняла, что прошлое меня все же настигло. Оставалось только уповать, что в числе представителей холдинга не окажется Ярослава Балашова. Как стало понятно через день, в этом я тоже ошиблась. 
Алена