Бывший. Новогодний подарок судьбы

- Леся, этот проект очень важен для нас. – Женя по сотому кругу мне повторяет то, что я уже выучила наизусть. – Платят большие деньги и требуют, чтобы все было в лучшем виде.

- Угу. – На автомате отвечаю ему.

Меня больше захватывает вид из окна, нежели его мотивационные речи. Как можно думать о деньгах, когда вокруг такая красота. Заснеженные деревья и сугробы с меня ростом.

Тут машина вильнула на скользкой колее, и я машинально выставила руку вперед, на приборную панель.

Женя этого не заметил, а только чуть добавил газу.

Через тридцать минут мы уже заходили в просторный холл   турбазы «Сосновый бор». Большой дом в три этажа из оцилиндрованного бревна. Над головой – балки, на которых висят современные кованые люстры, с лампочками, больше похожими на свечи. В помещении витает аромат нагретого дерева, и уже от этого становится тепло. Пока Женя ждет хозяина этого царского дома, я прохожу вглубь. За сводчатыми дверями меня встречает просторный зал с окнами от потолка до пола. Высокие витражные окна открывают вид на заснеженный лес и горы вдалеке. Картина меня завораживает своим волшебным видом. Будто в сказку попала.

Но не успела я вдоволь насладиться одиночным счастьем. Дверь сзади меня открывается, и я вздрагиваю. Только хочу повернуться, как слышу голос из прошлого. От которого сердце готово выпрыгнуть из груди.

- А оформитель уже приехал?

До последнего надеюсь, что это мои слуховые галлюцинации. Что это не мой бывший. Ведь не бывает таких совпадений. Только не со мной, пожалуйста.

- Да, вот и она. – Голос Жени подтверждает, что все так, как есть. – Леся, приехал фотограф, с которым мы будем работать.

Взгляд прожигает спину на сквозь. Чувствую, как меня начинает потряхивать. Но, набираю полную грудь воздуха и поворачиваюсь.

Карие глаза моментально ловят мой взгляд. Зрачки увеличиваются и поглощают своей чернотой теплый шоколад. В горле пересохло, и слова прилипают к небу. Забытые ощущения и чувства волной прошлись по моему телу. И это до жути начинает злить. Я его ненавижу, а тело со мной не согласно.

- Леся. – Протягиваю ему руку.

Он смотрит на нее так, будто это ядовитая змея. Но потом   берет себя в руки и пожимает, легонько сдавливая мои пальцы.

- Макар. – И неожиданно для меня проводит подушечкой большого пальца по моей ладони.

Выдергиваю руку, возможно, резче, чем надо. Но я напугана, и это моя первая реакция на его прикосновение. К этому я была не готова. Внутренности сжимает до боли.

- Отлично, вот вы и познакомились. А меня зовут Леонид Петрович. По всем вопросам вы можете ко мне обращаться. – Управляющий оказался приятным мужчиной за пятьдесят. Он с улыбкой посмотрел на нас, а потом продолжил. – Так, вам, наверно, нужно осмотреться, чтобы придумать, как вы будете тут волшебство творить. Так, что Евгений, мы, наверно, с вами оставим в покое творческих людей и займемся нашими вопросами.

Женя был рад такому предложению, ведь вопрос денег для него был на первом месте. К тому же он мне полностью доверял творческую часть.

- Леонид Петрович, я вас сейчас догоню. – Женя повернулся ко мне и приобнял за плечи. – Лисен, скоро вернусь, не скучай. – И чмокает меня в нос.

Стою, опешив от такой нежности. Обычно Женя себе ничего лишнего не позволяет, но сегодня, видимо, настроение соответствующее. Он так рад этому крупному заказу, что я не вправе на него обижаться, за нарушение личных границ.

Он догоняет управляющего, и они продолжают свои деловые разговоры. Сметы, сроки, логистика и самое приятное, расчет.

 - Что-то у тебя с твоим боссом слишком неформальные отношения? – Как-то небрежно бросает мне упрек Макар.

Чувствую, как внутри меня начинает закручиваться вихрь. Злость и обида за прошлое  горит во мне. Этот человек меня предал два года назад. Изменил мне, после слов о любви и обещаний быть верным только мне. А сейчас он нагло меня упрекает в излишней нежности. Когда сам не отказывал себе и в более тесных отношениях со своими клиентками. Нервы внутри звенели и перед глазами начали появляться кровяные пятна.

- Это все, что ты мне можешь сказать? – Цежу сквозь зубы. Стараюсь из последних сил сдерживать себя.

По лицу видно, что Макар злится, на меня или на себя, мне все равно. Он плотно сжал челюсть, что скулы на лице выглядят резкими линиями. Дышит прерывисто, выдыхает рвано. Но уперто ждет моего продолжения.

- Откажись от этого проекта. Ты же понимаешь, что мы не сможем вместе работать.

Мак слышит скрытую мольбу, и от этого глаза его загораются дьявольским огнем. Который мне не сулит ничего хорошего. Будто в голове у него созрел план, как меня уничтожить раз и навсегда. Только что я ему сделала? Ведь это он мне изменил.

- Почему не сможем? – Он прищуривает глаза и начинает меня рассматривать, нагло и не стесняясь. – Боишься не удержаться рядом со мной? – Он надо мной открыто издевается.

Руки сжимаю в кулаки и стараюсь поглубже вонзить ногти в ладони. А в голове представляю, что сжимаю его горло.

- Боюсь не удержаться и придушить. Тут вокруг лес, так что до весны не найдут. – Как же хочется просто дать по морде и уйти, но я же приличная девушка.

Лицо горит, и в горле першит, невозможно находиться с ним в одном помещении. Будто стены давят на меня и перед глазами пелена, только стоит вдохнуть его аромат. Терпкий, морозный, голова идет кругом. Отодвигаю высокий воротник водолазки, что сейчас ощущается, как удавка на шеи. Он следит за моими движениями и медленно сглатывает.

Я не выдерживаю первая и бросаю на него последний взгляд. Боль, гнев, обида, я не знаю, чего больше сейчас в моей крови.

Я предательски сбегаю от него подальше. Как тогда, не сказав ни слова, сбегаю, давясь слезами. Только разница в том, что тогда я не знала, как мне жить без него. Но я научилась, благодаря помощи и поддержки близких людей. А сейчас, отчего я бегу?

Выбежав на улицу, нахожу в кармане мобильник. Первый порыв — это позвонить своему врачу и записаться еще на одну сессию. Кусаю губу в сомнениях, пока решаю, что звонить надо Ксюхе. С ней не нужно подбирать слова, можно просто великим русским рассказать всю правду. А на красивые обороты и выверты сейчас нет времени. Внутри все кипит и вот-вот прорвется наружу.

В быстрых контактах она у меня на второй цифре. Не задумываясь, жму. На улице вечереет и стало холодать. Переминаюсь с ноги на ногу, пока слушаю долгие гудки. И вот когда уже большие пальцы на ногах стали подмерзать в тонких ботинках. Уже отчаявшись, хочу нажать отбой.

- Я надеюсь это срочно, потому что у меня всего шесть утра. – Недовольное бормотание в трубке заставляет меня улыбнуться.

- Будешь моей соучастницей? – Грустно шучу.

- Есть только один человек, который тебя может толкнуть на такой отчаянный шаг. – Слышу шуршание на той стороне, видимо, подруга, окончательно проснулась после такого предложения. – Как он поживает?

- Думаю, отлично. Это и бесит. Но у меня с ним общий проект к Новому году, и я хочу отказаться. Мне тяжело с ним находиться рядом. Понимаешь?

Знаю, что Ксюха понимает, о чем я говорю. Ведь она со мной прошла весь путь болезненного расставания.

Подставив лицо подающим снежинкам, я слушаю внимательно все ее наставления. И понимаю, что этот месяц будет моим испытанием на прочность.

Насмеявшись вдоволь и наглотавшись снежинок, возвращаюсь в теплое помещение. После разговора с подружкой стало немного легче. Ксюша умело расставила мои приоритеты на этот месяц и зарядила меня энергией победителя. Надо ей уже начинать платить за ее неотложную помощь, которую она мне оказывает круглые сутки.

Внутри все улеглось и теперь не вибрировало при одной только мысли о Макаре. Хватит, и так целый год он не выходил из моей головы. Пришлось заплатить кучу денег психотерапевту, чтобы она его оттуда изгнала. На нового я пока не заработала.

В помещении оказалось душно, по сравнению с морозной свежестью улицы. В висках неприятно потянула.

- Лесь, а вот и ты. Наконец. – Женя поймал меня, стоило отойти от гардероба. – Я решил, что нам стоит остаться на ужин, и со всеми познакомится. Раз мы все равно тут почти месяц жить будем.

На слове «со всеми» я напряглась. Страшно представить, кого еще мне подкинет случай, думаю, мне одного бывшего вполне достаточно. Большего  моя нервная система не потянет.

Женя взял меня под локоть и повел в просторный зал, где уже были накрыты столы. Неприятное чувство внутри меня разрасталось. Только я восстановила свой душевный покой, благодаря своей подружке, неужели придется опять ей звонить?

Проходя мимо людей, я практически ничего не видела перед собой. Все было общей массой, которая добавляла неразборчивый фон.

- Вот и пришли. Знакомься, это Полина. Она фотомодель и будет участвовать в нашем проекте.

Красивая брюнетка стреляла в меня своими большими карими глазами. Высокая, стройная, в светлых легинсах и кремовом свитере на одно плечо. Она выглядела так, словно находится на съемке новогоднего номера журнала «Красивые и счастливые».

Моя полная противоположность. Я почти блондинка, невысокого роста, стройная в меру. За это стоит сказать спасибо депрессии, что творила со мной необъяснимые вещи целый год. Обычные голубые джинсы скини, потому что удобно запихивать узкие штанины в угги и черная водолазка.

Девушка прошлась оценивающим взглядом по моему телу и при этом, не забыв подметить отсутствие брендов. Потом дружелюбно улыбнулась, не найдя в моем лице конкурентку, протянула руку.

- Привет. – Пропела она.

- Привет. – Отзеркалила ее тон. – Леся, приятно познакомится.

Я только сейчас заметила, что рука Макара лежит на ее колене. Это как удар под дых. Моментально выбило почву у меня из-под ног. Тщательно проталкиваю ком, что застрял в горле. Женя отодвигает стул и ждет, пока я сяду. Стараюсь не упасть, потому что ноги не слушаются.

- Макар, ты пригласил Полину? Потому что мне не говорили, что будут еще участники в проекте. – Тщательно прожевав кусок мяса, Женя задал вопрос. Который, к слову, мне был очень интересен.

- Да. – Смотрит на меня в упор. – Я пригласил. Думаю, красивая девушка в кадре не помешает.

Я не поднимаю глаз от салфетки, что кручу в руках. Пересчитываю каждое переплетение, чтобы только занять руки и не придушить его. Чувствую, что Макар поджидает мое ответное слово. Знает, что молчать не в моем стиле.

Только не пойму, зачем провокация? Между нами давно уже ничего нет. Его предательство оборвало нашу счастливую жизнь.

- Мне нравится твоя идея. Лисен, ты как думаешь?

Тут уже не отмолчаться. Женя смотрит прямо на меня, ожидает моего ответа.

Молюсь, чтобы голос не дрожал.

- Это отличная идея. – Улыбаюсь ему, ведь понимаю, как для него важен этот проект. – И вы Полина, очень красивая девушка. Как раз для Новогодней сказки.

Глаза напротив, прожигают во мне дыру. И я не задумываюсь, встречаю этот огонь. Мак смотрит на меня, в глазах мелькает горечь, будто у него отняли, что-то родное, что принадлежало только ему.

Наши перекрестные взгляды и молчаливые упреки, нарушает звонкий голос.

- Леся, можно на ты. И я так рада, что Макарушка меня позвал.

Она наклоняется к нему и мимолетно касается губами его губ. А я умираю. На секунду, но покидаю свое тело. Внутри будто все раны вскрылись, и теперь адская боль разрывает меня на кусочки.

За столом все, кроме Мака верят моей приклеенной улыбки, от которой сводят зубы и болят щеки. Он только продолжает изучать мои скрытые за фальшью эмоции.

Все чувства, которые я пыталась до тошноты вырвать из себя, разорвать, закопать и забыть навечно. Во мне с новой силой разрастаются словно сорняки. Мне больно видеть, дышать, смотреть на него.

Руки добела сжали салфетку, до онемения пальцев. А он только смотрит, как наблюдатель за пытками, что сам же придумал для меня.

- У вас много общих проектов?

Прилагаю усилия вникнуть в разговор. Стараюсь отвлечься, чтобы не утонуть в своей боли.

Я принимаю все, кроме того, что я ревную.

- Да, мы год вместе.

Поднимаю на него глаза, и задаю немой вопрос. В его глазах печаль и безысходность. Этого я никак не планировала увидеть. И от этого щемит сердце.

- Знаете, он очень талантливый и мне очень повезло, что мы вместе. А вы, как познакомились с Лесей? – Женя взбодрился, он любит рассказывать эту историю.

- О, мы с ней знакомы очень давно. В школе вместе учились, сидели за одной партой. – Он обнимает меня за плечи, а сам продолжает. – Наши родители дружат лет тридцать, наверно? Ты не помнишь Лисен?

- Около тридцати, а может, и больше. – Отвечаю на автомате, а сама слежу, как Мак сжал плотнее челюсть, так что зубы скрипнули. Неужели тоже ревнует?

Но тут же отмахнулась от этой мысли. Не может он что-то ко мне чувствовать, потому что сам мне изменил. Разлюбил.

- Вот, а сейчас мы вместе работаем, Леся для меня единственная девушка.

Вилка Макара с противным звоном упала на пол. Заставив нас замолчать и посмотреть на него.

- Простите. – Рассеянно пробурчал он себе под нос.

Еще час мы сидели и мило болтали.

Я и Мак старались не выпасть из реальности, пожирая друг друга  обидными взглядами. А Женя и Полина очень оживленно обсуждали предстоящий месяц. Эта парочка реально получала удовольствие от нашей компании.

Потом все разговоры сошли на нет и пришло время расходиться.

Я вздохнула с облегчением. Пытка закончена.

Но, я рано начала радоваться, потому что по дороге домой, Женя меня огорошил новыми планами.

Обед у родителей.

Мне нравились наши соседские посиделки за домашними пирогами лет до пятнадцати. Потому что после, наши мамы будто сума сошли. При каждом удобном случае не забывали нам напоминать, что вместе мы идеальная пара.

Когда ты подросток, то не терпишь вмешательств в свою личную жизнь. Так получилось и со мной. Мне просто надоели эти разговоры двух сводниц, и я перестала ходить к Жене в гости.

Но Женя к нам по-прежнему ходил. Не знаю, о чем шла речь, но он всегда уходил от нас в приподнятом настроении.

Когда я переехала в другой город, мы потеряли связь. Перестали часами разговаривать по телефону и переписываться в соцсетях. Мы потерялись в собственных реалиях жизни. Только мамино монотонное капанье на мозги, не прекратилось. Даже когда Макар приехал со мной на выходные к маме, чтобы познакомиться. Она не приняла его в серьез.

А ее первая фраза, с которой она нас встречала «А Женя с вами приехал?». Заставила меня покраснеть до кончиков ушей. Мак ревновал к другу, которого даже не знал лично. Но благодаря маме, знал о нем очень много.

Но, насчет Мака она оказалась права. После всех пролитых слез я это понимаю.

Год назад, когда мы с Женей стали работать вместе, то традицию семейных обедов пришлось воскресить. И вроде наши родители успокоились насчет того, что мы не пара. Стали вести себя более адекватно.

А может, мы просто повзрослели?

- Надежда Павловна, пироги просто потрясающие. Прям как в детстве. – Съедая четвертый пирог, наконец, делаю комплимент Жениной маме.

- Ох, Лесечка, я очень рада, что тебе нравится. – Она подливает мне в чашку кипятка, а сама обращается к сыну. – Вот видишь? Умница, красавица, и аппетит хороший. Когда уже предложение сделаешь?

Как-то резко горло сжалось, и кусок пирога застрял, перекрывая кислород. Из глаз покатились слезы. Женя первый сообразил, что я задыхаюсь и, подхватив меня под руки, резко нажал на секретное место, и злосчастный кусок выпрыгнул назад. Дальше я старалась прокашляться, и понять, шутка это была или нет.

- Мам, ты чуть свою невестку не угробила. Не нужно так шутить. – Крикнул он матери, которая была на кухне. – Лесь, не обращай внимание, это все их шутки. – А сам не забывает меня поглаживать по спине.

И вроде прикосновение его приятные, и расслаблять должны. Вот только от таких шуток   действительно можно раньше времени с родственниками увидеться.

Чувство, будто мне снова пятнадцать, и наши мамы решают, в каком ресторане свадьбу справлять будем. Снова не по себе, что судьбу мою решают, не учитывая моего мнения.

Раздается звонок в дверь, и тетя Надя, шоркая тапками, идет открывать .

- Кто это? – Спрашиваю у Жени.

- Не знаю, меня не предупреждали, что пышный прием намечается. – Пожимает он плечами в ответ.

Но проходит буквально минута, и я слышу до боли знакомый голос.

- Наденька, тут конфетки к чаю.

Моя мама, от ее голоса, такого веселого и звонкого, почему-то плечи потянуло вниз. Как в предчувствии неизбежного урагана, что обязательно тебя зацепит, а потом и разворошит весь твой хрупкий мир.

- О, дочь, и ты здесь?

Почти безупречно. Почти поверила. Удивление? Серьёзно?

- Ой, Лариса, забыла тебя предупредить, что я деток к себе на чай с пирогами позвала. Но ты пришла как раз вовремя.

И все закрутилось по новой. Моя мама плюхнулась на край дивана, так что Жени пришлось пододвинуться вплотную ко мне. Он закинул руку на спинку дивана, и она все время норовила соскользнуть с нее, прямо мне на плечо.

Неловкость зашкаливала, но по ходу только я это чувствовала.

Бедром почувствовала вибрацию. Это у Жени телефон активизировался. Пока он его доставал, ему пришлось теснее ко мне прижаться. Мама отвернулась, будто не понимает, что происходит.

- О, это Макар, идеи свои прислал для проекта.

Женя уткнулся в телефон и не заметил, как напряглась сначала моя мама. А следом я. Мороз прошёл по коже   от предчувствия беды.

Она медленно поставила чашку с чаем на стол   и повернулась ко мне. Я боюсь встречаться с ней взглядом. Будто барьер стоит.

- Лесь, смотри. – Женя трясет перед глазами телефоном, и я переключаю свое внимание на изображения из сообщения.

Вот и закончился семейный обед.

Мама поддерживала беседу, но уже не так активно.

Когда она засобиралась домой, я расслабилась. Так как у меня появилось время   придумать нелепую историю, как мы встретились вновь.

Но мама меня опередила.

- Леся, проводи меня.

И у меня все бухнуло вниз. Вот она неизбежность, к которой я не подготовилась. Я и боюсь, и злюсь, но одеваюсь и следую за родительницей в подъезд, а потом и на улицу.

Пройдя метров сорок от дома в полном молчании, она резко останавливается и поворачивается ко мне.

- Это он? – Сверлит меня взглядом, при попытке обмануть, сразу вычислит.

- Да. – Смотрю на нее и мне стыдно. Ведь она знает, до чего меня довел наш разрыв. Сколько я плакала, и она вместе со мной. Сколько я ей прибавила седых волос и глубоких морщин. Сколько раз она ждала меня у кабинета, а потом долго гладила по волосам. – Это просто работа.

- Просто? Ничего не просто, милая. Он для тебя, как яд. Даже на расстоянии будет тебя отравлять. Я, мне здоровья не хватит еще раз с тобой это пройти.

- Я год лечилась и теперь все будет по-другому. – Начинаю упрямиться, хотя чувствую, что она права.

- Да не будет. Ты только по сторонам начала смотреть. Других замечать. А сейчас он, будь неладен, опять появился, запудрит тебе мозги.

- Кого замечать? – Не поняла я.

- Да, хоть и Женю. Хороший парень, верный, фирма у него своя. Любит тебя еще со школы, а ты, как слепая, не видишь совсем его.

- Женя — друг.

- Да брось ты. Для тебя возможно. А вот ты для него, нет. Ты ему шанса не даешь. А он ведь идеальный. Выходи за него и мне спокойнее будет. – Развернулась и пошла дальше.

Стою, словно примерзшая. И конечностями, и мозгами.

«Ксюх, напомни мне, какой сейчас век?», — отстукиваю сообщение подруге.

Вижу, что прочитано, и уже ответ прилетает следом, «Мать, ты там совсем заработалась, двадцать первый».

«Вот и я помню, что договорные браки — это дело прошлого».

«Может, я, чего не догоняю, но ты не могла бы объяснить».

«Меня тут замуж принуждают выходить, пока ты там свои экзамены сдаешь».

«Интересно. Кто в роли жениха?».

«Женя».

«Ого, это матушки ваши подсуетились? Хотя ничего не говори, и так понятно».

«Всем все понятно, только я одна в танке походу нахожусь». Меня вся эта ситуация злила неимоверно. Даже Ксюхе, и той все понятно сразу было.

«Ты не злись. Просто он со школы в тебя влюблен был, а ты друг, друг».

«И что мне делать?».

«Женись».

«Шучу».

«А может, и нет».

«Ладно, правда шучу. А что тут сделаешь? Живи, как жила раньше, а Женя будет слюни продолжать на тебя слюни пускать».

Как представлю, что это правда, и как-то не по себе становится. Он мой друг с детства. А если на него посмотреть под другим углом? Брр, нет, точно нет.

«Лесь, с тобой весело, конечно, но мне пора. Сегодня конференция важная, не могу опаздывать. Прости, подружка». Следом грустный смайлик и разбитые сердечки.

Грустно улыбаюсь, понимаю, что у нее своих забот хватает, а тут еще моя запутанная жизнь. Вечно одни проблемы, и никакого просвета.

Прикрываю глаза и падаю на кровать спиной. От глухого удара о твердую поверхность из легких с шумом   выходит воздух. Считаю про себя до десяти и начинаю дышать.

Перед глазами сами собой возникают картинки из прошлого. Нашего с Макаром. Я его любила, что забывала про себя. Отдавала все, и ничего не просила взамен. Верила, что я единственная. А потом, одно фото и все полетело к чертям. Мечты превратились в прах, смачно затопленными моими слезами.

Морщусь, потому что, несмотря на два года, все чувства живы во мне. Будто все это было вчера. Мороз проходит вдоль позвоночника, стоит только вспомнить, какие мысли были тогда у меня в голове.

А он? Вспоминаю его красивое лицо. Все такое же, как в нашу последнюю встречу. Большие карие глаза с золотой поволокой   загорались огнем, при виде меня. Внимательный, проникновенный взгляд, от которого ничего не скроешь. Сейчас от простых воспоминаний, сердце заходится в глухом сердцебиении. А в животе оживают бабочки, которые два года назад умерли.

Но не успеваю погрузиться еще глубже в больные воспоминания. Чтобы напомнить себе, к чему это все привело. Телефон оживает.

Не смотрю на экран. Смахиваю не глядя «Ответить». Знаю, что только два человека могут мне звонить в такое позднее время.

- Привет. – Слишком жизнерадостно.

- Ты так рада меня слышать? – От этого голоса я резко встаю, что в глазах на секунду темнеет.

- Какого…ты мне звонишь? – Смотрю на время. – Сейчас одиннадцать, тебе нечем заняться? – Подмечаю ехидно.

- Хотел услышать твой голос. – Сладко. Словно мед для моих ушей. – У меня по проекту к тебе вопрос есть. – Сменил резко на деловой тон.

- Есть рабочее время – это, во-первых. А, во-вторых, откуда мой номер? – Слышу его дыхание и этого достаточно, чтобы в животе свело от напряжения.

- Евгений дал. Лесь, - с мольбой, тихо позвал он. – Это тот самый, твой друг?

Сердце перестало стучать, и кровь остановилась в венах. Его голос, он словно проник в меня, и теперь наши чувства соединились. Дежавю прошлого, как нежданный гость. Он воскрешает то, что я хотела сжечь навсегда. Только плохо получилось.

Я знаю, что от моего ответа сейчас зависит наш диалог и мое спокойствие. Могу пойти ему навстречу и все объяснить. Только к чему это все приведет? К задушевным беседам? Звонкам без повода? Воспоминаниям?

Тру переносицу, чувствую, что слезы на подходе. Он трогает меня за живое, ворошит старые раны, а потом   снова предаст и бросит.

- Знаешь, тебя это не касается. – Голос ни на секунду не дрогнул. – Так же, как и меня твои отношения с Полиной. – Укол раскаленной иглой в самое сердце. – У нас общий проект, который выгоден нам обоим. Поэтому давай   не будем сходить с деловой дорожки. И по возможности меньше встречаться.

- Я тебя понял. – Его голос изменился и теперь режет, словно сталь. – Обещаю не переходить эту черту. И, извини за поздний звонок.

Он отключился, а я все держу телефон и слушаю монотонные гудки. Не сразу понимаю, что по щекам скатываются слезинки и падают на колени. Вот и начало конца.

Потому что вряд ли у моей нервной системы получится продержаться четыре недели. Я уже чувствую, как пустота возвращается и все больше меня наполняет. Как черная дыра, в которой, кроме боли, ничего нет.

Если в прошлый раз я ехала и наслаждалась снежными видами за окном. То сейчас, чем ближе мы подъезжаем, тем теснее становится в груди. Необъяснимая паника сковывает меня изнутри. Ладони вспотели, и я понимаю, что зря все это. Я должна отказаться.

- Жень, - поворачиваюсь к нему и громче, чем надо, говорю. – Я не хочу делать этот проект. Давай откажемся?

Он от неожиданного предложения даже скинул скорость. Понимаю, что веду себя, как капризный ребенок, который не хочет есть кашу. Но мне плевать, как это выглядит со стороны. Знаю, не смогу. Видеть его каждый день, ловить на себе его взгляды   я не готова.

- Лесь, ты просто нервничаешь. Пара дней, и ты адаптируешься. – Он гладит меня по колену и снова возвращает свое внимание на дорогу.

- Нет, я чувствую не сработаюсь с ним. Пожалуйста, Жень.

- Леся, ты понимаешь, это отличный шанс повысить планку. После окончания работы мы получим отличную рекламу. А это прирост клиентов. Причем таких, кто готов платить гораздо больше, чем нам сейчас платят.

- Да плевать на деньги. – Срываюсь на визг.

- Да не плевать. – Женю начинает раздражать этот разговор и мое непонятное, капризное настроение. – Ты знаешь, сколько мне придется отвалить за неустойку. Только потому, что ты так захотела.

Смотрю перед собой и не понимаю, почему он так со мной разговаривает. Но не могу удержаться и бросаю на него взгляд, полный обиды.

- Не смотри на меня так. Сейчас я говорю с тобой как твой босс, а не как друг. – Он хорошо меня чувствует, поэтому начинает уже спокойнее объяснять. – Я отвечаю за финансы и за организационные моменты, за поиск клиентов и общение с ними. В твою творческую часть я не лезу, делай, что хочешь. Вот и тебя прошу   не лезть на мою территорию. Ты не представляешь, сколько мы потеряем, если сейчас откажемся от этого предложения. Моя репутация будет испорчена. Да и твоя тоже   не особо выиграет после отказа.

Если откинуть чувства, то я его понимаю. Знаю, как ему нелегко находить новых клиентов, и лавировать между нашими условиями и их. Головой я знаю, что он прав, и даже не нужно быть экономистом, чтобы подсчитать наши убытки после отказа. Но сердце не на месте. Оно будто предчувствует беду, которая неминуемо случится.

- Я все это понимаю. – Прикрываю глаза, чтобы не пересекаться взглядами с Женей. Мне стыдно за мою истерику. – Извини меня.

Он накрывает своей ладонью мою руку, нежно гладит и начинает меня успокаивать.

- После ты сможешь взять ипотеку и думаю, - прикидывает в голове сроки. – Расплатиться за пару лет. Тогда точно   твоя мама отстанет от тебя с переездом обратно домой.

О, это моя мечта. Наконец, купить свою квартиру и закрыть этот вопрос. Я могла осуществить ее еще два года назад, только вмешался психотерапевт. Мне пришлось оплачивать год лечения из моей копилки.

И опять   всплывает моя главная проблема. Все из-за него.

На турбазе девушка, менеджер уже нас ждет. Несмотря   на то, что мы приехали позже, чем они ожидали, нас накормили ужином и проводили в наши комнаты.  

Точнее, в нашу комнату.

Стою и смотрю с недоумением на то, что нам предоставили. Да, бесплатно, но не комфортно.

- Лисен, что замерла? – Женя пододвинул меня и прошел в комнату. Его походу ничего не смущало.

Меня же наоборот.

Нам дали один номер. Один. Одна общая комната с теликом и диваном посередине. И двумя маленькими спальнями по сторонам. Но они были настолько маленькими, что при входе   можно было сразу ложиться на кровать. Потому что она занимала все свободное место.

- Какую выбираешь?

- Между маленькой и маленькой? – Грустно шучу. - Мне без разницы. Выбирай первый.

Он выбрал правую, сказал, что она меньше. С трудом в это верится, конечно. На мой взгляд, они абсолютно одинаковые. Но, выбор сделан, плетусь в свою обитель на четыре недели.

Протиснувшись с трудом к шкафу, раскладываю вещи. Про себя повторяю, что это всего лишь временно. Всего четыре недели, и я свободна. Мысленно потратила почти все деньги, что получу после выполнения работы. Это скрасило мне час моего пребывания здесь.

Потом Женя включил свой любимый спортивный канал, и мои мысли постоянно перебивал громко орущий комментатор. Терпение мое быстро закончилось. Так как я терпеть не могу спорт.

Выхожу из комнаты и беру ключи от номера.

- Ты куда? – Он отвлекся от игры, и теперь готов мне составить компанию.

- Хочу прогуляться. – А про себя добавляю «одна».

- Я с тобой. – Он откладывает пульт и встает с дивана.

- Смотри игру, все нормально. – Но он меня не слушает, ищет свою обувь, чтобы начать обуваться. – Это творческий процесс, Жень, ты мне не поможешь с этим.

Знаю, что это его остановит. Потому что он совершенно не понимает меня, когда я перехожу на творческие эпитеты.

- Хорошо. – Быстро соглашается он.

Отворачиваюсь и выдыхаю. Я люблю своего друга, но некогда его слишком много. А в последнее время он стал вести себя по-другому. Не упускает лишней раз меня коснутся. Погладить или приобнять. Все эти жесты можно списать и на дружеские, но только некоторые.

Мне не противно, но и неприятно. Больше похоже на то, когда в садике вы за ручку идете с мальчиком на прогулку. Вот, примерно мои ощущения.

Пока иду по нашему коридору, удивляюсь. Он настолько узкий, что в ширину нет даже двух метров.

Узкий, темный коридор… (я на цыпочках, как вор…) слова из песни сами возникли в голове. Иду, напеваю про себя.

Спустившись на этаж ниже, прохожу через большие деревянные двери. Прилагаю усилия, чтобы их открыть.

- Ого.

Не удерживаю радостный возглас в себе. Небольшая комната, видимо, не особо пользуется популярностью. Вдоль стен стеллажи от пола до потолка. Подхожу ближе и начинаю рассматривать покрытые пылью корешки книг. Тут зарубежная литература и наша классика. Провожу пальчиками по шершавым поверхностям, чувство, будто трогаю что-то запрещённое. Дохожу до окна с широким подоконником, оно единственного в этой комнате. Максимально комфортное, с множеством подушек, которые так и манят, на них приземлится.

- Ты меня преследуешь? – Шепот, от которого волосы на затылке зашевелились.

От неожиданности я вскрикнула, а потом прикрыла рот рукой.

Макар сидит в дальнем углу комнаты. Там, куда не доходит тусклый свет от ламп. Старое, массивное кресло с высокой спинкой, полностью его скрывает от посторонних глаз.

Сердце продолжает колотиться в груди и приглушает ударами слух. Интересно, давно он тут сидит?

- Если бы знала, что ты тут, развернулась и ушла. Сразу же.

Вся моя выдержка трещит по швам. Мы с ним вдвоем в этой комнате. И теперь мне кажется, что она стала вдвое меньше, изначального размера.

Макар встает и медленно двигается в моем направлении. Его походка, словно у дикого зверя. Который на охоте, и сейчас готовится к главному прыжку. Он смотрит на меня, не моргая. В его глазах отражается огнем свет от ламп. Черные с золотым отливом, будто полные магии. Она, как магнит, притягивает и подавляет волю. Забываю, как дышать, и только тяжелый узел в животе   напоминает, что я жива. Все чувства разом обрушиваются на меня. Кровь несется по венам огненной лавой. Сжигая меня изнутри.

В горле пересохло, в комнате очень жарко или только мне?

Мак подходит вплотную ко мне, не разрывая зрительный контакт.

- И вот, ты знаешь, но продолжаешь находиться тут. Почему? – Его шепот возбуждает фантазию.

Он нежно поправляет выбившуюся прядь волос. Заправляет мне за ухо. А по телу проходит дрожь, от которой начинают дрожать коленки.

Действительно почему? Почему я продолжаю стоять и слушать его сладкий голос?

Но мыслей в голове нет. Полный штиль. И это начинает злить. Сложно признавать, но мама была права. Стоит ему оказаться рядом со мной, и я все забываю.

Он действует по своей схеме, а я на нее ведусь. Ничему меня жизнь не научила. Столько слез, столько кошмаров, а я все бросаю ради него.

Стало так обидно за себя. Он втягивает меня в свою игру только для того   чтобы показать мне, что он все также, имеет власть надо мной.

Те же грабли. Та же река.

Нет, хватит уже.

- Мне нравится эта комната. А тебе никогда не нравились библиотеки. Так что, тебе лучше уйти. – Складываю руки на груди.

Понимаю, если я не начну сопротивляться своим чувствам, то можно сразу звонить врачу. Я проиграю при таком раскладе.

Надо четко разграничить территорию. Будем меньше встречаться, и наше прошлое будет меньше всплывать в памяти.

- Я пришел первый.

- И уйдешь первый, какая разница.

- Лесь, я знаю, что ты пытаешься сделать. Но может, нам проще поговорить и, наконец, выяснить, что тогда произошло.  А не делить комнаты как будто мы маленькие.

В первый год, когда мы расстались, я постоянно прокручивала в голове, что тогда произошло. И каждый раз, я срывалась на истерику, которая меня разрывала на части. Воспоминания терзали мне душу. Выворачивая наизнанку все, что болело внутри. От слез опухали глаза.

Я жила так год, пока не приняла все последствия. А сейчас он мне предлагает все вспомнить?

- Возможно, для тебя это приятные моменты, но для меня нет. – Чувствую, горечь собирается во рту. Еще немного и слезы польются из глаз.

Его лицо меняется. И теперь я не вижу наглой ухмылки или морщинок в уголках глаз. Ему больше не весело. Только тень залегла под его глазами, и черты лица заострились.

— Значит, так ты думаешь? – Обида смешалась с болью, что до этого он мне ни разу не показывал. – Мне весело? Да ни хрена мне невесело было. Ты ушла. – Он не сдержался, и его указательный палец коснулся моего плеча. – Просто, молча, ушла.

В тот момент  это было единственно правильное решение. А последствия? Они были позже.

Ком в горле, давит. Нос начинает пощипывать, это предвестник слез. Внутри вернулась боль и пустота. Но она только моя. И мне с ней жить.

- Вот и сейчас молчишь. – Он наклоняет так близко, что почти касается моего лба. – Но уже не уходишь и это хорошо.

Он утыкается в мой лоб и прикрывает глаза. А я тону. Его тепло смешивается с его ароматом, таким родным и тонким. Который проникает вглубь меня и расходится по клеточкам.

Мне бы его оттолкнуть и дать пощечину, но нет. Я продолжаю стоять и вдыхать полной грудью. Пока легкие не разорвет.

- Макарушка, ты тут. – Раздается нежданный голос за дверью.

Не успеваю подумать, а просто на автомате отталкиваю его от себя и плюхаюсь на подоконник.

Дверь открывается, и на пороге появляется Полина. Выглядит, как всегда, эффектно. Рубашка в клетку до колен и белые ботинки. Длинные волосы убраны в хвост.

- Привет, Леся. – Она хмурится, видно, что ей не нравится, что мы тут вдвоем. – Макарушка, ты ушел, сказал не надолго, а сам на два часа пропал.

Она театрально надула губки, словно обиженный ребенок. Смотрит на него, ждет настойчиво его ответа.

Только Мак не торопится, он будто в своем мире, решает сложные задачи, а она вообще не вовремя пришла.

Решаю взять удар на себя и возвращаю ее внимания к себе.

- Привет, Полина. Я за книжкой зашла, тут красивая и богатая библиотека оказалась. А Макар, меня напугал, сидел тут один, в темном углу.

И только после моих слов, она осмотрелась по сторонам и заметила стеллажи с книгами. В ее голове прояснилась ситуация. Ведь так оно и было, случайная встреча. Которая мне совсем не была нужна.

Взяв первую попавшуюся книгу, поспешила на выход. Пусть эта парочка сама разбирается в своих претензиях. Пройдя по коридору, я ни разу не оглянулась, хотя холодный взгляд между лопаток отчетливо чувствовала.

Побродив еще немного по первому этажу и заглянув в столовую на вечерний чай, поспешила к себе в комнату.

На этаже горели несколько ламп и освещали большую часть коридора. И когда я, наконец, дошла до своей комнаты, дверь напротив открылась.

От неожиданности я даже выронила книгу.

Я могла уже ожидать все чего угодно, но не такой сюрприз.

- Вот так совпадения. – Радости в голосе я не услышала. – Опять. – С презрением бросает Полина.

- Да уж. – Вздыхаю обреченно.

Полина все в той же рубашке, только босиком и с распущенными волосами. Будто только вылезла из постели и накинула первое, что попало под руку.

И зачем-то я бросаю взгляд на комнату за ее спиной. Там как раз в это время проходит Макар. Голый. Почти, если можно засчитать короткое полотенце, что было обернуто вокруг его бедер за прикрытие. Влажные волосы, с которых капали крупные капли воды прямо на ковер. Тут проснулась тактильная память, и я словно перенеслась в наше прошлое. Пальцы вспомнили какая на ощупь его кожа после душа. Запах геля с бергамотом, от которого голова шла кругом, стоило только вдохнуть его поглубже.

Глаза моментально прилипли к мокрому торсу, и облапали каждую мышцу, что напрягалась при малейших движениях.

Он остановился напротив меня, и, увидев мой плотоядный взгляд, приподнял бровь. А я как в тумане, стала пересчитывать кубики. И только когда щеки запылали, я почувствовала укол возмущения. Будто мозг пришел в себя и понял, на что я пялюсь. И вообще, что я творю.

Полина с недоумением повернулась и, наконец, увидела то, что привлекло мое внимание.

А за моей спиной щёлкнул замок.

- Лисен, я уже волноваться начал. – Женя очень вовремя вышел в коридор.

Вот такая замечательная собралась компания. В темном и тесном коридоре, где и так не было места, чтобы развернутся. Сейчас он сузился до своего минимума.

Макар подошел к своей двери, придерживая одной рукой полотенце. Вторую он положил на плечо Полине, в собственническом жесте. Идеальная пара, прямо с обложки журнала. Мозг подмечал малейшие детали и делал выводы, которые больно били по слабым местам.

Я ему не подхожу. Не тогда, ни сейчас.

- Ребят, вы наши соседи? Круто.

- Да, замечательно получается. – Полина подбоченилась, выказывая свое отношение ко мне.

Ее глаза больше не улыбались мне, а наоборот, искали причину моего поведения.

Можно было бы раскрыть все карты и рассказать, что мы знакомы. Но тогда бы пришлось рассказать всю правду. Потому что она как клубок, начала бы разматываться после каждого предложения.

А это не нужно, ни мне, ни ему.

Повторяю, про себя, надо просто потерпеть четыре недели. И потом постараться забыть, как страшный сон. Снова.

Обнимаю себя за плечи. Закрываюсь от его проникновенного взгляда, от которого мороз по коже заставляет съёжиться.

- День был долгий, так что спокойной ночи. – Разворачиваюсь и ухожу первая.

Только когда я закрываю за собой дверь. Могу позволить себе расслабиться. Падаю на кровать и перестаю контролировать слезы. Они текут из глаз, а я не пытаюсь взять себя в руки. Перед глазами постоянно стоит его лицо. Как оно меняется, когда он слышит, как меня называет Женя. Словно мрачная тень проходит по загорелой коже. Ему неприятно слышать, что меня кто-то так же называет, как и он, когда-то. От него будто отрывают кусочек плоти. А он, только стиснув зубы покрепче, терпит, не издавая ни единого звука.

Но также он не забывает при мне, касаться своей девушки. Он делает это, глядя мне прямо в глаза. Странная пытка, для человека, который уверен в своих новых чувствах.

Такое ощущение, будто у нас соревнования, кто кому сделает больнее. И такими темпами, к Новому году от меня останется только лишь пустая оболочка. Бездушная, безжизненная, опустошённая.

Я стараюсь выкинуть его из головы, но не получается. Он так глубоко засел в моем сердце, и в мыслях, что стал неотделим от меня.

Закрываю лицо подушкой и кричу. Пока не начинает першить в горле. Пока не понимаю, что голос сел.

Мне дышать больно. Все внутри словно одна большая открытая рана. Которая постоянно нарывает.

Рядом запищал телефон и, смахнув слезы рукой, принимаю вызов.

- Привет, подружка. – Ксюха счастливо кричит, перекрикивая музыку. – Ты уже развлекаешься?

Но потом присматривается и замечает мои красные заплаканные глаза. И быстренько сообразив, отходит в сторонку, где более тихо и уединенно.

- Леся, что случилось? Только не ври и сразу к делу. – Тон деловой, которые не терпит пререканий.

- Я такая наивная дура. Поверила, что смогу все забыть и просто, без чувств с ним работать. – Всхлипываю между слов, но она терпеливо ждет, когда я закончу. – Он все такой же. И Полина его еще. Как всегда, выбрал себе самую красивую.

Тут уже кричала моя обида на него. Ведь я себя никогда не чувствовала ровней его моделям. Длинноногим и длинноволосым, с большими выразительными глазами и фигурой с идеальными изгибами.

- Так, понятно. Опять ты про свою неполноценность. Даже слушать не буду. А вот про то, что вы оказались вместе, есть мысли. Ты не думаешь, что это тебе дается второй шанс? Не на отношения с ним, а на то, чтобы ты рассказала ему правду. Что тогда произошло, и до, и после. Ну и услышать его версию. Для общей картины.

Она смотрит на меня с экрана, и в ее глазах столько участия, что не волей начала задумываться о ее словах.

Об этом знает только она, и я. И теперь она предлагает поведать эту неприятную новость еще и ему. Хотя он главный участник. Благодаря которому, все случилось. Страх быть не понятой и увидеть безразличие и жалость, вот это пугает больше всего. А когда он в неведенье, можно просто тихо страдать о прошлом.  

- Нет, исключено. – Мотаю головой. – Это слишком личное. 

- Серьезно? Ты сейчас мне говоришь о личном? А ничего, что оно его такое же, как и твое? А? У вас обоих гораздо больше общего, чем просто у бывших.

Она начинала давить на меня, своими правдивыми словами. Все я знала и без нее. Просто признаваться не хотела.