Царевна ужей

- Царевич… - мурлыкнула вальяжно развалившаяся поперёк кровати минара, стоило Всеволоду переступить порог своих покоев.

На мгновение растерявшись, мужчина лишь мельком скользнул взглядом по роскошному нагому телу. Сейчас он был слишком зол, чтобы спустить минаре, пусть и любимой, нахождение в его спальне без приглашения.

- Не припоминаю, чтобы звал тебя, Богдана, – пройдя мимо кровати к большому письменному столу, мужчина швырнул на него свиток.

От ярости, звучавшей в его голосе, девушка поморщилась, но сдаваться не собиралась. Медленно встав с кровати и поправив копну каштановых волос, грациозно приблизилась к полозу.

- Мой царевич не звал меня уже неделю, - капризно надув губки, заявила минара, проводя пальчиком по золотым пуговицам камзола мужчины. – Я соскучилась.

А вот ему эту неделю было совсем не до скуки! Злость снова завладела им, стоило вспомнить ехидное лицо царя Святослава, заявившего им с отцом, что расторгать договор он не собирается! И ещё посмел их самих в этом обвинить! Хотели царевну – вот вам царевна!

Проклятье! А начиналось всё так замечательно! Территория гадючьего княжества, которым правил полоз, ставший мужем настоящей царевны, давно был лакомым кусочком для Всеволода и его отца, вот только повода предъявить права на территории не было, пока не появилась Акулина. Внучка Святослава, непонятно каким образом столько лет скрываемая, была бы досадным дополнением к землям, но мужчина бы стерпел. А потом и сослал бы её куда-нибудь. После рождения наследника, естественно. Но то, что у Святослава есть ещё одна внучка, Белогор со Всеволодом и предположить не могли! И когда им пришёл подписанный договор стали искать варианты его расторжения.

Всеволоду не нужен был брак, который не принесёт пользу его царству. С Акулиной бы ему перешли земли Василеска. А здесь? Что, кроме царевны идёт в придачу? Ни-че-го! Хотя, о чём это он? В придачу к ней идёт её родословная – она человек! Простая смертная, по праву рождения являющаяся царевной, но не признанная ужами и их магией! Более того, она ещё и воспитывалась не в подземном мире, а на поверхности, среди людей!

Такой промах царь с сыном стерпеть не могли и стали требовать расторжения договора. Но тут Святослав был категорически против. Какая ирония! Сначала царь просил у них расторгнуть эту старую договорённость, и они ему отказывали, а теперь Боги поменяли их местами, и в позу уже встал Святослав. А сегодня и сам отец заявил царевичу, что искать варианты расторжения не намерен, и приказал исполнить условия договора!

Занятый своими размышлениями, мужчина лишь отстранённо отмечал, как Богдана ловко избавляет его от одежды, покрывая жадными поцелуями шею и плечи, медленно спускаясь ниже. Что ж, возможно сейчас самое время немного расслабиться, тем более тело его охотно отзывалось на ласки любимой минары. Да и потом времени на это уже не будет – через несколько часов привезут невесту на свадебный обряд.

Всеволоду оставалось лишь надеяться, что его выдержки хватит, и он не убьёт царевну в первый же день. Мыслей о том, что девушка будет держать язык за зубами и полностью подчинится своему супругу – у него не было. Слишком своевольны и непреклонны были человеческие женщины в своей глупой борьбе за равноправие и отстаивание собственного мнения. Это он прекрасно знал и видел среди своих полозов и их наречённых.

Отбросив в сторону злившие его размышления об ещё не увиденной, но уже искренне ненавистной царевне, Всеволод сконцентрировал всё своё внимание на умелых действиях минары, отвечая ей со всей страстью.

- Василиса! – мой ординатор так резко распахнул дверь в курилку, что от неожиданности я чуть не закричала. – Там новенького привезли, иди зашивай!

- У меня дежурство закончилось час назад, Олег Петрович! – поставила я в известность травматолога. – Там Лена с Никитой в ординаторской отсиживаются – это к ним вам нужно.

- Да? – мужчина нахмурился, оглядывая меня. – А почему ты ещё здесь? Почему не переоделась? Так, Петрова, давай, бегом переодеваться и марш из больницы! – выходя и почти закрыв за собой дверь, он вновь обернулся. – Истории заполнила?

- Да, всё у вас на столе, – ответила я наставнику.

- Выспись, как следует, и завтра не опаздывай! – ординатор всё же вышел, махнув мне на прощание рукой. – Завтра буду тебя ругать за ошибки в историях!

- Сомневаюсь.

Мой ответ мужчина уже не услышал. Уходить не хотелось. И ведь умом понимаю, что отсиживаться в больнице нет смысла – какая разница где я буду? Дед чётко сказал, что заберёт меня в полночь. Место встречи мы с ним не уточняли, так что ему мешает заявиться прямо сюда? Или появиться передо мной на улице? Совершенно ничего…

Домой пойти не могла. С родителями говорить бессмысленно – завтра они, как и все остальные, будут считать, что я где-то далеко и безумно счастлива. Так оно и будет. Почти. Буду я и правда очень далеко. Но вот счастьем там и не пахнет.

- О, Васька! Ты ещё здесь? – в курилку зашла Марина, в неизменно хорошем настроении. – Проштрафилась, что ли, и на ночное оставили? Угостишь?

- Нет, просто домой не хочется, – протягивая медсестре пачку, призналась я. – А ты почему не ушла?

- Меня Лёшка обещал забрать, но в пробке застрял! – возвращая мне сигареты, девушка нахмурилась, что было ей не слишком свойственно. – Дома проблемы?

Если бы! Вот честное слово – лучше бы были проблемы дома, а не то, что меня ждёт.

- Свадьба у меня завтра, – буркнула ей в ответ, и прикусила язык.

Смысл изливать душу, если завтра она об этом и не вспомнит? А может как раз и стоит хоть с кем-то поделиться? Выговориться напоследок?

Пока Марина ошарашено на меня смотрела, я четко, сухо и по факту рассказывала ей то, во что нормальный человек никогда не поверит! Если он в своём уме, конечно.

О, с каждым моим предложением лицо девушки вытягивалось в изумлении! А мне становилось легче. Как будто по камушку кто-то невидимой рукой снимал с моих плеч тяжкий груз.

Я рассказала ей про параллельный подземный мир, который населяют змеелюди и где правят ужи в своих царствах. Про полозов, которые руководят своими княжествами и полностью подчиняются воле царей. И про самих царей, и свою мать – сбежавшую когда-то давно оттуда царевну. Нет, мамочке я очень благодарна, ведь если бы не её побег вслед за любимым в мир простых смертных – меня бы и на свете не было! А вот то, что при этом она наплевала на договор, согласно которому должна была выйти замуж за царевича соседнего царства ужей – плохо. Для меня. Ведь именно этот договор я и должна исполнить. Не с этим царём, конечно, он мне в отцы годится, а с его сыном, но… хрен редьки не слаще, как говорится!

- Ой, Василиска, не могу! – чего я никак не ожидала, это дикого смеха медсестры, в ответ на мою речь. – Тебе книги писать нужно, с такой фантазией! Обожаю истории подобного плана!

Я промолчала. Какая разница, всё равно не думала, что Маринка меня воспримет всерьёз. Хорошо ещё, что так отреагировала, а не пальцем у виска покрутила.

- Слушай, - протянула она, вытерев выступившие от смеха слёзы, - так у тебя вроде сестра есть? Отправь её замуж, а? И иди счастливая и свободная домой!

- Не могу, - ухмыльнулась я в ответ, - видишь ли, она вышла замуж за гадючьего полоза, и сначала по договору царевич действительно хотел заполучить именно её. Но для этого нужно убить её любимого супруга, чего я допустить никак не могу. Поэтому и согласилась.

- Ага! – продолжала веселиться моя слушательница. – То есть ты, как в лучших любовных романах, по закону жанра – благородно идёшь под венец с нелюбимым, дабы спасти счастье родной сестры…

Марина картинно заломила ручки и нарисовала рукой в воздухе над головой нимб, и снова залилась смехом. Жаль, что не могу разделить её веселье. Да и благородством в моих действиях и не пахнет. Разве что чувством вины. Но думать об этом не хотелось. А рассказывать медсестре – тем более.

Продолжить разговор нам помешал телефонный звонок – Лёшка всё же сумел выбраться из пробки и уже подъезжал к больнице. На предложение подбросить меня до метро, я отказалась. Понуро проводив счастливую девушку взглядом, просто пошла переодеваться. Боюсь, если Петрович решит заглянуть в курилку и снова обнаружит меня здесь, может и ночное дежурство назначить. Мне всё равно, по большей части, но, если что-то случится с кем-нибудь из поступивших в приёмное из-за моей пропажи с рабочего места в полночь – не прощу себе.

Путь до раздевалки и на выход занял не более получаса. Звонко стуча каблуками своих полусапожек, нарушая тишину главного холла, попрощалась с охранником, и вышла на улицу. Первой мыслью было погулять в парке на территории больницы, в ожидании деда. Часы показывали ровно девять вечера, не так долго пришлось бы гулять, но погода решила внести свои коррективы. Порыв холодного осеннего ветра заставил невольно поёжиться и обхватить себя руками. Кожаная куртка защищала от ветра, а вот короткая юбка – не очень. Нет, мёрзнуть в мои планы не входило совершенно, поэтому перейдя дорогу, я зашла в круглосуточное кафе.

Внутри было довольно уютно, несмотря на то, что свободными оставались всего несколько столиков. В относительно небольшом зале были расставлены диванчики и кресла, освещаясь приглушённым приятным тёплым светом. Рядом с барной стойкой располагался небольшой помост, на котором сейчас подключали гитары и ставили микрофон. Вероятно, из-за этого здесь было людно – кто-то будет выступать.

Выбрав себе столик у окна, подальше от входа и маленькой сцены, заказала у подошедшей официантки кофе, и с грустью отвернулась к окну.

Попивая терпкий напиток, бездумно следила за суматохой на улице. По тротуару сновали люди, спешащие по своим делам. Кто-то торопился домой, кто-то на работу. Некоторые прогуливались небольшими компаниями, смеясь и радуясь жизни. Мой взгляд привлекла прощающаяся на остановке молодая пара. С такой нежностью они смотрели друг на друга, что у меня невольно защемило в груди. На меня так никто смотреть уже не будет. И так трепетно обнимать тоже…

- А почему ты такая грустная? – раздался рядом со мной детский голос.

- Что? – обернувшись, увидела мальчугана, лет девяти, с любопытством меня разглядывающего.

- Ты грустишь! – заявил он мне, забираясь в соседнее кресло за моим столом. – Почему?

- Ну-у… - застигнутая врасплох детской непосредственностью, не сразу нашла, что сказать. – Просто осень. Осенью все немного грустят.

Мальчик важно покивал, явно подражая кому-то взрослому из своего окружения.

- А хочешь, а расскажу тебе что будет, ну, после осени? – он облокотился на стол, с таким хитрым выражением на моське, что я не сдержала улыбку. – Чтобы тебе веселее стало?

- Давай! – также слегка придвинувшись к нему, увидела ответную улыбку.

Я ожидала детскую историю, или анекдот, но ребёнок вместо этого чуть прикрыл глаза и шумно выдохнул, вызывая у меня необъяснимый страх.

- Запомни! – лицо мальчугана резко изменилось, приняв серьёзное и слегка отстранённое выражение, а широко раскрытые глаза, казалось, смотрят прямо в душу. Голос его стал звучать ровно и не выражая никаких эмоций. – Как только пыль осядет у твоих ног – слушай сердце, лишь оно подскажет правильный путь. Веди их за собой! На свой круг всё вернётся. Исполняй клятву, данную в этом мире. Кровь начнёт звать с первым снегом. Мир настанет, но не сразу. А когда нестерпимо больно станет от улыбки – бег не остановишь сама, двуликие помогут открыть глаза на огонь. Отвергнутая, в холоде…

- Артём!

К нам подбежала женщина, хмуро глядя на мальчугана. Только благодаря тому, что она перебила его речь, я смогла скинуть с себя непонятное оцепенение. Руки мелко тряслись, и чтобы хоть как-то унять дрожь, сцепила их в замок и положила себе на колени.

- Артём, ну сколько раз тебе говорить, не приставай к незнакомым людям! – судя по всему, мама мальчишки, с укором смотрела на него несколько мгновений, и обратилась ко мне. – Извините его, пожалуйста, у него слишком буйная фантазия! Надеюсь он не сказал вам ничего… - женщина взмахнула рукой в воздухе, обозначая слово, которое не может подобрать.

- Нет, ничего такого, - я робко улыбнулась, хотя от слов ребёнка до сих пор по спине гулял неприятный холодок. – Не стоит извиняться.

- А что он вам сказал? – внимательно меня осмотрев, женщина заломила бровь.

- Что-то про пыль и занятия бегом, – прошептала я, передёрнув плечами, не в силах оторвать взгляд от глаз странной женщины. – Клятву, снег и огонь…

Женщина перевела строгий взгляд на сына, и устало протянула ему руку, намекая встать с кресла.

- Что ж, - протянула она мне, подталкивая сына на выход, - могло быть и хуже. Удачи в горах, царица!

Впав в ступор, я не сразу сообразила, что нужно было не провожать эту парочку ошалевшим взглядом, а бежать следом и требовать разъяснений! Кто они такие, и что вообще это всё было?! Начиная от странной речи мальчика и заканчивая репликой его матери про горы! И ежу понятно, что она имеет какое-то отношение к подземному миру, раз назвала меня царицей, хоть и странно – вроде же я - царевна…

- Добрый вечер, дорогие гости! – от громкого мужского голоса я вздрогнула, и выругавшись сквозь зубы, допила остывший кофе.

На сцене стоял мужчина, представляя певицу, которая сегодня будет развлекать публику. Сценический псевдоним «Сирена» мне ничего не сказал, а стоило мужчине заявить, что тема музыкального вечера «фолк», как я начала собираться, застегнув куртку и положив на стол деньги. Вот только песен в стиле: «Во поле берёзка стояла», мне сейчас для полного счастья и не хватает!

Я уже прошла половину зала, когда девушка подошла к микрофону и объявила первую песню:

Остановившись, как вкопанная, я против воли начала прислушиваться к приятному и глубокому голосу исполнительницы. Она пела что-то змей, про нареченную...

Я стояла, не в силах оторвать взгляд от солистки, судорожно пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Не знала, что в фолке есть песни про полозов. И предположить не могла, что простое упоминание змеиного царя пробудит во мне столько эмоций! Вроде смерилась со своей участью. Даже храбриться пыталась, делая вид, что ничего из ряда вон не происходит.

Стараясь взять себя в руки, припев я пропустила мимо ушей, а вот второй куплет выслушала до конца.

По телу прошла неприятная дрожь. Высшие силы, что ли, поиздеваться решили? Зачем лишний раз напоминать, что я не просто выхожу замуж за незнакомого мне мужчину, а за не совсем человека! Посмотрела я в интернете, КАК изображают полозов, змеиных царей и прочую ползучую гадость. Слабым утешением оставался лишь тот факт, что и моя родная мать «это». И брат с сестрой. Ну и я, в какой-то степени. Как там Святослав говорил? Не то, не сё.

О, дед за эту неделю выдал максимум информации про обычаи и повадки змеиного народца. Самым простым был правящий строй. Все подчинялись царям ужей, так как только эти змейки обладали магией. На этом экскурс в магию для меня был закончен – всё равно пользоваться не смогу.

Царям подчинялись полозы, они стояли во главе определённого вида змей и управляли ими. В подчинении у каждого полоза было до двух тысяч обычных змеелюдей. Ещё у каждого полоза так же был гарем, состоявший из девушек, как выразился дед, слегка замявшись: «чтоб глаз радовали». Их называли минарами. И дураку понятно, что не только радовать глаза входит в их обязанности.

Ну, а замыкали строй люди. Простых смертных там было не слишком много, только те, кому не посчастливилось (или наоборот) стать наречёнными полозов. Девушек ровняли с грязью и не ставили ни во что. А учитывая, что я от них ничем не отличаюсь, представить, как будут относиться ко мне - просто страшно.

А ещё пугали змеи. Чёрт с ними, с ужами, гораздо больше я боялась других видов обитателей царства будущего супруга. Гадюки и медянки. Ужи, по крайней мере, не являлись ядовитыми.

Но самым страшным была неизвестность. Скажи мне кто-нибудь, что я решу однажды выйти замуж за неизвестного мужчину, подписав сомнительный договор – рассмеялась бы в лицо говорившему! А сейчас иду, и внутри всё сжимается от ужаса. Греет лишь то, что я знаю, для чего это необходимо. Точнее, для кого.

- Здравствуй, Василиса, - возникший на моём пути дед стал неожиданностью, но внешне я это никак не проявила.

- Здравствуй, Святослав, - кивнула ему. – Уже пора?

Одет он был, как всегда, в костюм цвета тёмного золота, состоящий из пиджака с запахом на левую сторону, брюк и высоких кожаных сапог. Широкая золотая корона-обруч довершала образ.

- Да, пора, – дед приободряющее похлопал меня по плечу.

- Пойдём, тогда, – собравшись с духов, я старалась настроить себя на что-то хорошее. – Посмотрю ваш подземный мир, а то одни только разговоры.

- А я разве тебе не говорил, что свадебный обряд будет не в подземном мире? – посмотрев на моё вытянувшееся лицо, дед пустился в объяснения. – Царство Белогора, твоего будущего свёкра, стоит на изломе миров. Поэтому одна его часть находится в вашем мире. Это очень хорошо для тебя – люди плохо реагируют на перемещение между мирами. Проход отнимает много жизненных сил. В царстве Белогора же переход из вашего мира в подземный очень мягкий, если можно так выразиться, так что две недели пролежать без сознания тебе не грозит. Но недомогания возможны. Поэтому обряд решено провести здесь, в горах.

Мне на мгновение показалось, что я ослышалась. А вот Святослав обратил внимание на то, что я побледнела. Пришлось путанно объяснять ему про странную женщину, и не менее странного мальчика.

- Пророки, - назидательно протянул дед, - они обычно говорят путанно, на первый взгляд, но все их предсказания всегда бьют в цель. Просто понимаешь это обычно только тогда, когда нельзя уже ничего изменить. Не думаю, что тебе есть о чём беспокоиться, всё же тебе пророчил ребёнок, а их дар раскрывается с возрастом.

- Они обитатели подземного мира? – немного успокоившись решила уточнить.

- Нет, вашего, но иногда приходят. Обычно по приглашению. Но иногда пророк появляется в самый неожиданный момент, наговорит Боги ведают что, и исчезает.

Уточнив у меня, всё ли я помню про поведение и главные правила, дед слегка расслабился. Правил было немного. Самое главное – мужчина всегда прав, женщина просто следует за ним. Второе по значимости – я в глаза никогда не видела родную сестру и брата. Понятия не имею, зачем и как Святослав умудрился представить их в подземном мире убрав из родословной нашего папочку – простого смертного, но рушить его легенду мне категорически запрещалось. Коробило, конечно, что со мной он поступил по-другому, но пути назад всё равно нет.

- Пока не забыла, - достав из кармана письмо, написанное сестре, я протянула деду конверт. – Передай Акулине, пожалуйста.

В письме я просила у сестры прощения за всё, что связано с Женей. Не знаю, сможет ли она меня когда-нибудь простить, но от осознания того, что она хотя бы узнает правду, мне становилось легче.

- Ты написала…

- Нет, - перебила я Святослава, прекрасно понимая, что он имеет в виду. – Про брак и подземный мир я не упоминала.

- Хорошо, - конверт он спрятал в карман, - нам пора.

Вложив ладонь в протянутую дедом руку, я на мгновение погрузилась в темноту. А уже буквально в следующую секунду, чуть не согнулась пополам от холода и охватившего меня ужаса.

Мы стояли под пронизывающим ветром на отвесе скалы среди груды камне и валунов, рядом с черным проходом, ведущим куда-то в глубь.

- Тише, тише, - придержав меня за талию на грани слышимости прошептал мне дед, а далее добавил более громко и властно. – Проводить!

Из темноты вышли две девушки в красных закрытых платьях и накидках с меховыми капюшонами, взяли меня под руки и практически потащили в пещеру. Идти сама я была не в состоянии. Тело свело от невыносимого холода. Оставалось только надеяться, что ничего себе не отморожу, и не свалюсь с воспалением лёгких, змеелюдям на радость!

По тёмным каменным коридорам петляли мы недолго. В какой-то момент пол и стены изменились, перестав быть порождением скальной породы. Шли мы уже по мраморной плитке белого цвета с золотыми прожилками. Этим же материалом были покрыты и стены, с добавлением разноцветных камней, поблёскивающих в свете висевших на стенах факелов. Не спорю, идти было приятней, но теплее мне не стало. Температура в отделанных коридорах не отличалась от уличной.

Вскоре на нашем пути начали появляться массивные двери, и у одной из них мои конвоиры остановились. Заведя меня внутрь, девушки сдали меня на руки трём дородным женщинам в платьях медного цвета и покинули помещение. Первым, что я отметила, было тепло. Здесь было что-то вроде сауны, так как комната была наполнена паром и насыщенным хвойным запахом. По центру помещения находился небольшой бассейн, вокруг которого стояли длинные лавки и пара стоек с многообразными баночками и склянками.

Женщины шустро меня раздели и принялись наводить красоту – мыть, втирать какие-то масла в кожу и промывать волосы сомнительной зелёной жижей. Сопротивлялась произволу я вяло – с замёрзшим и непослушным телом это не так-то и просто! Вслух возмущаться мешали стучащие друг об друга зубы, вырывались из меня лишь непонятные вскрики, на которые никто не обращал внимания. А когда конечности обрели способность двигаться – водные процедуры закончились, и меня облачили в халат, надев на ноги мягкие балетки, провели через незамеченную мной ранее дверь в соседнюю комнату.

Здесь ждали ещё две женщины в таких же длинных полностью закрытых платьях, но чёрного цвета. Впятером они очень быстро натянули на меня нижнее бельё, сорочку и платье холодного золотого цвета, я даже пискнуть не успела, и творили что-то на голове, усадив меня на пуфик. Долго они не провозились, и буквально минут через пять вывели меня в следующую дверь, за которой находилась небольшая гостиная с камином и двумя креслами. В одном сидел Святослав, взмахом руки приказавший моему сопровождению удалиться.

- Ты очень красивая, - сделал мне комплимент дед, внимательно окинув взглядом с головы до ног. – И совсем не похожа на мать.

- В папу пошла, - согласилась с ним, - жаль, сама внешний вид свой оценить не могу.

- Позади тебя зеркало, - поморщившись, подсказал мне царь, переведя взгляд на огонь в камине.

Негативную реакцию царя на упоминание моего папы я решила не замечать и не комментировать. Развернувшись, увидела висящее на стене зеркало. А подойдя к нему немного разочаровалась.

Мои натуральные блондинистые волосы просто заплели в косу и уложили в колосок вокруг головы, закрепив диадемой. Честное слово – сама бы я сделала причёску лучше! Но, тут остаётся просто смириться.

Платье было ужасным само по себе. Полностью закрытое, с воротником стоечкой и рукавами, почти скрывающими костяшки пальцев – излишествами и шармом не обладало. А если добавить ко всему этому мою и так бледную кожу, которая на фоне блеклого цвета платья казалась ещё прозрачней… И даже глаза, цветом которых я всегда гордилась – насыщенно голубые, сейчас смотрелись как два выцветших пятна на безжизненном лице.

Не такой невестой я себя представляла в своих девичьих мечтах, не такой. Но я и замуж выходить не собиралась, в ближайшие лет пять, чего уж там!

- Нам пора, - неслышно подойдя ко мне, и накинув на плечи подбитый мехом плащ в тон платью, сказал Святослав.

Медленно выдохнув, внутренне собравшись, положила руку на любезно предложенный локоть.

В путь… то есть, замуж!

Что чувствует невеста в день своей свадьбы? Мне всегда казалось, что это некое светлое томление, ожидание, с лёгким волнением, и безграничное счастье. Несколько раз я была в числе приглашённых на свадьбах у подруг, и всегда задавалась вопросом, что испытывают новобрачные в этот день глядя друг другу в глаза? Что они там видят? Обещание всегда быть вместе, или, возможно, отражение своей любви? В любом случае, мне этого уже не узнать. Мой жених лишь на мгновение удостоил меня своим взглядом. И, вот честное слово, лучше бы вообще не смотрел!

Зайдя в небольшую пещеру под руку с дедом, я быстро осмотрелась. Ничем не обработанные стены и пол, по центру стоит небольшой постамент с чашей с зажжённым в ней огнём. Света импровизированный светильник давал немного, но его хватало, чтобы осветить стоящих рядом мужчину и женщину.

Женщина смотрела на наше приближение с лёгкой полуулыбкой, переместившись за другой край постамента и встав лицом к нам перед чашей. Меня немного смутил её белый балахон, всё же змеелюди носили вещи в цвет своих змей, а белых я припомнить не смогла. Альбинос?

Переведя взгляд на предполагаемого жениха, я споткнулась, и, если бы не придержавший царь – позорно растянулась бы на полу. Он был слишком красив! Серьёзно! На мгновенье, я забыла, как дышать, пожирая глазами точёный профиль мужчины. Любовалась, как блики горящего огня играют в его зачёсанных назад чёрных волосах, как переливается воротник камзола… Глаза сами начали изучать его телосложение, отмечая широкие плечи и высокий рост будущего мужа. В тот момент я искренне надеялась, что это именно Всеволод.

- Приветствую царя Святослава с царевной, - произнёс жених, глубоким спокойным голосом, бросив на меня мимолётный взгляд и встав рядом с чашей, напротив женщины. – Начнём.

Всё очарование момента было испорчено. Одним взглядом своих карих глаз жених убил что-то внутри меня. Не буду скрывать, такое замужество само по себе дикость, но где-то в глубине души теплилась робкая надежда, а вдруг у нас что-то получится… Ничего у нас не получится! С такой ненавистью и презрением на меня ещё никто не смотрел. Акулинины взгляды даже рядом не валялись, в сравнении с этим.

Святослав начал ненавязчиво подталкивать меня вперёд, чтобы я встала рядом с женихом. Мои ноги же будто приросли к полу. Приближаться к Всеволоду категорически не хотелось. Да что там не хотелось, у меня все инстинкты, особенно те, что отвечали за самосохранение, вопили держаться как можно дальше от брюнета!

- Василиса! – шипел царь мне в ухо, таща за руку к точке невозврата.

Жених смотрел на пылающий в чаше огонь, и казалось не обращает на нас никакого внимания, но я интуитивно чувствовала исходящую от него злость.

- Подумай об Акулине, в конце концов! – нажал на больную точку Святослав.

- Только о ней и думаю, - буркнула в ответ, с опаской вставая рядом с женихом.

Царь за нашими спинами облегчённо выдохнул, и одновременно с этим мягко рассмеялась женщина в белом, но заметив наши взгляды вновь вернула на лицо скромную улыбку.

- Принимаешь ли ты, Всеволод, царевич ужиного предгорья, - мягким голосом заговорила она, не сводя почему-то с меня пристального взгляда, - царевну ужей Василису в свой дом, в своё сердце и под свою защиту?

Я не выдержала и отвела глаза. Лучше на огонь в чаше смотреть буду, чем на её насмешливую физиономию.

- Принимаю, - тем временем совершенно спокойно ответил Всеволод.

- Клянёшься ли ты разделить с ней свою жизнь, душу и судьбу, всё что имел, имеешь и будешь иметь в этом мире и за его пределами? Клянёшься ли ты, царевич ужиного предгорья, беречь её, как того требуют традиции? Уважать, как нам завещано праотцами? Клянёшься ли ты, перед взором Богов, не нарушать данных здесь обетов?

Глядя в огонь, я нахмурилась. На дне чаши тлели угли, отбрасывая вверх мягко извивающиеся языки пламени. На первый взгляд ничего необычно, если не обращать внимание на один странно извивающийся тонкий «язычок». Он скользил по углям горизонтально, больше напоминая чей-то виляющий хвостик, нежели обычное пламя.

- Клянусь, – внимательно следя за движением странного хвостика, услышала ответ жениха.

Нахмурилась ещё больше. Хвост замер, будто почувствовав мой интерес, и скрылся среди углей.

- Боги услышали и принимают твою клятву! – практически выкрикнула женщина, отвлекая меня от разглядывания углей и рассуждений на тему существования огненных змей.

Я выпрямилась, мысленно обругав себя, что не заметила, как почти склонилась над чашей. Недовольство жениха, казалось бы, можно потрогать руками.

– Принимаешь ли ты… - слегка запнулась женщина в белом, сверля меня взглядом, - царевна ужей, клятвы Всеволода, царевича ужиного предгорья?

- Принимаю, - кивнула я, опустив глаза на огонь и чуть не заорав от неожиданности. Из углей на меня смотрела странная огненная змеиная морда!

- Боги услышали и принимают твою клятву! – очень громко протараторила женщина, как будто стараясь заглушить мой крик, если бы он вырвался наружу. – Перед взором Богов, нарекаю этот брачный союз состоявшимся! – сделав странный пас руками в нашу с женихом… вернее, уже мужем, сторону, она бросила пристальный взгляд на Всеволода и… исчезла.

Пока я в шоке смотрела на то место, где ещё секунду назад стояла странная женщина, и пыталась переварить увиденное, меня не очень деликатно схватил за руку жених… муж, и, доведя до входа, сбагрил почтительно поклонившейся ему девушке в красном платье.

- Проводить в покои, - Всеволод отдал приказ таким тоном, что меня передёрнуло.

Прозвучало как: «выкинуть к чертям собачим!», если не сказать хуже.

- Слушаюсь, царевич, - девушка поклонилась и, развернувшись, шустро пошла вглубь коридора, ведущего на выход из зала.

Даже не предложила мне следовать за ней, впрочем, как и ни разу не обернулась проверить пошла ли я следом. Стоит ли говорить, что я не пошла? Просто стояла и смотрела вслед медленно удаляющейся девушке.

- Пошла! - интонация, с которой муженёк обратился ко мне, поразила до глубины души.

Сама не ожидала, но спорить, как и отвечать что-либо ему не стала, быстро догнав девушку и прокручивая в голове лишь два вопроса. Первый – как можно рыча произнести слово, в котором нет ни одной буквы «р»? Он же змей, вроде как, было бы гораздо логичнее, если бы он его прошипел. Тем более, что и буквы располагают… Я молчу про интонацию, с которой он сказал одно единственное слово, вызывая во мне ужас, граничащий с паникой. «Пошла»! Как к скоту домашнему обратился. Других ассоциаций на ум не приходит.

Второй вопрос, засевший в моей голове, был прост до безобразия – что делать?! Не могу назвать себя безмозглой дурой, но даже в мыслях своих я дальше заключения брака не заходила, полагаясь на… да не на что, в принципе. На авось! На то, что буду действовать по обстоятельствам. Вот только негативный настрой будущего супруга в мои планы не входил. Наоборот, я надеялась на конструктивный диалог. Это же ему жениться на царевне приспичило, не мне. Откуда столько желчи? Или тут играет немаловажную роль маленькое непринятие меня ужами? Возможно, но я-то здесь в чём виновата?! Святослав тоже хорош! Привёл, как овцу на заклание и ушёл! Или не ушёл? В любом случае – даже не вступился за меня! А где последнее напутствие? Где пожелание счастливой семейной жизни? Да где, мать его, хотя бы добрый взгляд и успокоительная фраза, банальная до зубного скрежета, что всё будет хорошо?!

- Царевна, - уйдя в свои мысли, я не сразу обратила внимание, что моя сопровождающая остановилась у одной из дверей, расположенных в коридоре и дождавшись моего внимания, распахнула её. – Ваши покои.

Холодно посмотрев на девушку, я молча вошла внутрь. В её голосе не было ни грамма почтения, доброжелательности или уважения. Я почувствовала лишь неприкрытую брезгливость. Благодарить её? Нет, спасибо! Гордость у меня есть. Я даже не вздрогнула, когда за моей спиной с грохотом закрылась дверь. Интересно. Моей провожающей не понравилось отношение царевны? Очень интересно.

- Царевна, - в комнате меня встречала симпатичная брюнетка в чёрном тёплом платье. – Меня зовут Злата, меня приставил к вам царевич и ваш супруг, - девушка поклонилась, с лёгкой улыбкой смотря на меня. – Я ознакомлена с вашей ситуацией и тем, что вы проживали среди людей. Можете обращаться ко мне с любыми вопросами и просьбами.

Говорила Злата вполне доброжелательно, с интересом меня оглядывая. Чёрное платье – гадюка. Подсознание безошибочно выдало информацию о принадлежности девушки к этому виду змеёнышей. Оглядев просторную светлую комнату на предмет нахождения в ней ползучих гадов, но так и не найдя, я лишь отметила большую кровать с золотым балдахином, зажжённый камин, с пушистым белым ковром возле него, небольшой стол с двумя стульями, шкаф и две двери, если не считать ту, через которую я вошла. Всё было оформлено в золотых тонах, с примесью белого. Окон здесь не наблюдалось и единственным источником света были висевшие на стенах светильники, стилизованные под змей.

- Здесь расположена ваша гардеробная, внутри проход, ведущий в ванную комнату, - открыв одну дверь, Злата демонстрировала мне мои угодья.

- А эта дверь куда ведёт? – я кивнула в сторону проигнорированного девушкой выхода.

- В покои вашего супруга.

Отлично! У нас с мистером «Само очарование» смежные спальни! С другой же стороны, это гораздо лучше, чем одна общая.

От следующей мысли меня прошиб холодный пот.

Первая брачная ночь! Сегодня! У меня с ним!!!

- …царевна? – сквозь шум в ушах донёсся до меня голос Златы.

- Что? – хрипло переспросила, облизав в миг пересохшие губы.

- Мне помочь вам переодеться ко сну? – терпеливо повторила девушка свой вопрос. – Желаете ли поужинать перед сном?

- Нет, - я помотала головой. Есть сейчас мне совсем не хотелось. – Переоденусь сама… Злата, скажи, а когда придёт царевич?

При одной лишь мысли, что Всеволод заявится ко мне исполнять супружеский долг, становилось тошно. Робкая надежда внутри твердила, что он же не зверь, и не станет принуждать, тем более его отношение ко мне явственно оставляет желать лучшего… а вот здравый смысл просто вопил от принятия простой и очевидной истины – он и есть зверь! Уж, мать его! И кто знает их порядки?! Договорные браки здесь в почёте… И что теперь делать?!

Ждать муженька лёжа в кровати в ночнушке? Нет, спасибо! Логичнее дождаться его в этой пародии на платье и попытаться поговорить. Понятно уже, что бешу я его сильно, но должны же мы прийти хоть к какому-то компромиссу! В идеале – я не мозолю глаза ему, а он – мне. Но это было бы совсем идеально…

- Царевна, - Злата замялась, долго обдумывая, что мне ответить. – Не думаю, что царевич в ближайшее время посетит вашу спальню, - заметив моё удивление и непонимание, поспешно добавила, - и вам категорически нельзя заходить в покои вашего супруга!

- Да Боже упаси! – в сердцах выдохнула я, облегчённо улыбаясь. – Поверь, идти к нему – последнее в списке вещей, которые бы мне хотелось добровольно сделать!

Злата мне не поверила. Это явственно читалось в её взгляде и поджатых губах. Смешная, неужели действительно считает, что я помчусь в спальню их царевича сверкая пятками?

Словно издеваясь над моими и так изрядно измотанными нервами, смежная с покоями супругами дверь открылась наотмашь, гулко ударяясь об стену.

Вопреки моим опасениям, посетить меня решил не дражайший супруг, а незнакомая девушка. Красное платье характеристику по виду змей мне не дало, но кажется, вроде, это тоже была гадюка. Мало я змей гуглила дома, очень мало.

- Вышла, - тоном не терпящих возражений обратилась она к Злате, медленно обходя кровать, не сводя с меня пристального взгляда.

Странно, но Злата послушалась, мгновенно выскочив за дверь. Отличная у меня служанка! А главное – верная, преданная, и, сразу видно – не из пугливых. Или в качестве кого её ко мне приставили? Она прямым текстом не называла, но дед рассказывал про полагающуюся мне свиту, а их обязанности по-другому, чем работой личной прислуги, охарактеризовать нельзя.

- Как я и думала, - протянула незваная гостья, останавливаясь напротив меня. – Страшно?

- Нет, - твёрдо ответила я, так же медленно скользя взглядом по девушке.

Гостья была довольно симпатичной, с чуть раскосыми карими глазами и каштановыми волосами, уложенными в высокую причёску, оголяя тонкую шею. Красное платье подчёркивало хорошую фигуру, и, стало немного обидно, что по фасону оно было намного лучше моего.

Дед мне все уши прожужжал, осторожно предупреждая, что относится ко мне будут не очень хорошо (угу, как тонко он завуалировал неприязнь местных обитателей), но мой статус царевны должен сдерживать змеелюдов. Должен, но, как оказалось, не обязан. Чем ещё можно объяснить откровенную брезгливость на лице гостьи?

- А должно быть, человечка! – обращение ко мне девушка практически выплюнула.

- Ты забываешься! – встав с кровати, я тщательно следила за своей мимикой и тоном голоса. – Ты разговариваешь со своей царевной, нага!

- Я разговариваю с человечкой! – прикрикнула на меня девушка. – Которая должна знать своё место!

Догадывалась ли я, что совет Святослава напомнить присутствующим, что я – царевна, если вдруг возникнет щекотливая ситуация, не сработает? Да, такое подозрение было. Но молча терпеть оскорбления я не намерена.

- И где же моё место, чешуйчатая? – вкрадчиво поинтересовалась я, с трудом удержавшись на месте, когда гостья в прямом смысле зашипела на моё к ней обращение.

- О, царевич скоро тебе его покажет, не сомневайся! – злобно рассмеялась гадина. – Ты – собственность Всеволода и он волен делать с тобой всё, что пожелает! А желание у него одно – избавиться от тебя и забыть, как страшный сон! И твой мнимый статус тебе не поможет! Ты – всего лишь жалкая человечка, недостойная моего внимания!

- Ты поэтому сюда пришла? – я позволила себе криво ухмыльнуться. – Сказать, что я не достойна твоего внимания?

- Я пришла подтвердить слухи о том, что красоты в тебе ровно столько же, сколько и нашей сути, - оскалилась девушка. – А точнее, полное отсутствие и того и другого.

Гордо развернувшись, змеелюдка вышла из комнаты в коридор. Странно, конечно, что не вернулась в спальню к супругу, откуда изначально и пришла.

- Минара, что ли? – спросила сама у себя, глядя на закрывшуюся за девицей дверь и попутно размышляя, где мне теперь искать Злату, чтобы задать ей несколько назревших вопросов.

Ну а кем она ещё могла быть? Для матери Всеволода и местной царицы ужей слишком молода, а сестёр у моего муженька не было, судя по рассказам деда. Вот только, если честно, я совсем не ожидала, что кто-то из минар царевича решит меня навестить. Да ещё так пафосно! Неужели видит во мне угрозу? Или просто старается предусмотреть все варианты, дабы не потерять насиженное место? Вернее, налёжанное?

- Минара, - заставил меня вздрогнуть ответ Всеволода, внимательно за мной наблюдающего из дверного проёма своей спальни.

- Миленькая, - на автомате буркнула ему, и сразу поняла, что зря.

Глаза мужчины и так метали молнии, а теперь ещё и желваки активно заходили на скулах.

- Я надеюсь, царь Святослав объяснил тебе правила поведения и наши законы? – вкрадчивый спокойный тон его голоса никак не вязался с яростью во взгляде.

- В общих чертах, - неуверенно кивнула, сдерживая порыв обхватить себя руками.

В комнате и так было ощутимо прохладно, несмотря на горящий огонь в камине, но казалось, что с каждой секундой, проведённой наедине с царевичем, температура всё больше понижалась.

- Я всё же повторю, - продолжая пристально смотреть на меня, Всеволод чеканил каждое слово. – Ты подчиняешься мне. Во всём. Беспрекословно. Любое твоё неповиновение будет иметь последствия. Говорить имеешь право лишь со Златой и со мной, если я задаю вопросы. Покидать пределы этих покоев я тебе запрещаю. Попробуешь ослушаться – пожалеешь.

- Убьёшь? – вырвался тихий вопрос.

- Есть вещи страшнее смерти, особенно для таких как ты, - последовал ровный ответ, и слава всему сущему, Всеволод ушёл, совершенно спокойно прикрыв за собой дверь.

Стараясь унять дрожь в теле, я медленно подошла к камину, практически упав на колени на ковёр возле него. Но даже тепло живого огня не могло сейчас помочь мне согреться.

***

Покинув покои человечки, Богдана победно улыбнулась застывшей в коридоре Злате, с брезгливостью наблюдая, как девушка нерешительно замирает у двери в спальню фиктивной царевны. Здесь даже говорить ничего не стоило – Злата должна сама осознавать свой теперешний статус среди нагов – никто. Тень человечки. Осталось лишь превратить жену царевича в тень, в мимолётное воспоминание, а потом и его стереть. Богдана не думала, что эта Василиса сможет стать реальной угрозой всему, что было на данной момент у минары, но перестраховаться не помешает.

- Дана? – удивилась её приходу единственная подруга, год назад проигравшая в их женском споре на место рядом с царевичем.

- Здравствуй, Ясна, - присев в кресло, Богдана равнодушно оглядела прихорашивающуюся девушку. – Ждёшь своего полоза?

- Собираюсь к нему, - в тон ответила минара, хмыкнув, - царевич ведь занят… и уже не только тобой.

- Он только мой! – Богдана вскочила на ноги, подойдя вплотную к подруге. – И чтобы и дальше он был занят лишь мной, мне потребуется твоя помощь.

Ясна нахмурилась. Про царевну-человечку она, конечно же, слышала, и не только от Богданы – царство гудело этой новостью, хотя с обряда прошло всего несколько часов. Но она не ожидала, что подругу это сильно заденет. Неужели Всеволод заинтересовался этой Василисой?

- Царевна не так проста? – бросив последний взгляд на своё отражение, Ясна взяла любимую минару царевича за руку и заставила опуститься рядом с собой на диван.

- Обычная человечка, возомнившая, что её родство с царём Святославом что-то означает, - пожала плечами Богдана. – Худая, блеклая – невзрачная, я бы сказала. Всеволод на таких не смотрит.

- Тогда тебе не стоит переживать, - мягко улыбнулась Ясна. – Сомневаюсь, что её поведение будет отличаться от повадок наречённых. А царевич, в отличии от полозов, такое терпеть не будет.

- Мне нужен змеиный корень…

- Богдана! – прикрикнула Ясна, поняв, что задумала минара царевича.

- Что? – вздёрнув бровь, ответила девушка. – Не бойся, я сделаю всё аккуратно, концентрация будет совсем маленькая. Просто употреблять его человечка будет ежедневно.

Отвар из змеиного корня для людей был смертелен, но, если его правильно дозировать, внешних проявлений никаких не будет. Можно травить годами и об этом никто не будет даже догадываться, до тех пор, пока не дать человеку выпить пару капель белладонны. Но и после этого никого обвинить не получится – от разрыва сердца ведь люди, в отличие от нагов, не застрахованы.

- Зачем тебе это? – Ясна не то, чтобы отговаривала подругу, просто интересовалась мотивами.

Всему царству понятно, что царевной человеческая девушка является лишь номинально, несмотря на брак с их царевичем, поэтому Ясна не сомневалась, что даже если Богдану поймают за всем этим – наказания не будет. Возможно, что царь Белогор даже похвалит её. А почему нет? Эта пародия на царевну как плевок в лицо от царя Святослава их царю.

- Она его супруга, - озвучила очевидное Богдана. – И рано или поздно, может случится, что Василиса окажется в постели царевича, - девушка презрительно поморщилась.

- И что? – не понимала Ясна. – Как будто кроме тебя в его постели нет никого! Не смеши меня, ты сама месяц назад смеялась, что царевич развлекался с Фанькой, когда ты решила навестить отца!

- Дело в том, моя недальновидная подруга, что человечка может вдруг понести от царевича! – сквозь зубы огрызнулась Дана. – И если на неё саму Всеволоду плевать, то дитя в её чреве он будет оберегать. И в таком случае ей всё будет сходить с рук, а просьбы – исполняться, лишь бы она не нервничала!

- Например, просьба разогнать минар, - поняла причину лёгкой нервозности подруги Ясна.

- Именно, - кивнула Богдана. – Не могу этого допустить. Поможешь достать корень?

- Да, - просто ответила Ясна, и, попрощавшись с подругой отправилась к своему полозу.

Любимая минара царевича долго не покидала покои подруги, просчитывая в голове все возможные варианты развития событий. Возможно, человечка того и не стоила, но лучше подстраховаться. Хорошо было бы, если бы царевна устранилась сама, скажем, оступившись на горной тропе и упав в пропасть…

- Волкодлаки… - прошептала Богдана, припомнив, что скоро Всеволоду нужно будет выйти на поверхность к оборотням.

Интересно, а прикажет ли ему царь взять человечку с собой? И если да, успеет ли Богдана что-нибудь предпринять?

- Успею, - предвкушающе улыбнувшись, минара решила не терять не минуты, спешно покидая покои Ясны.