Царевна в академии

Сфера в руках зажглась по инерции, стоило Крейгу ворваться в мой кабинет без стука.

– Ваша Светлость!!! У меня для вас неприятные новости.

– Дитя, – обратился к помощнику с холодной усмешкой, – от смерти тебя сейчас спасло просто чудо.

– Сирена, господин… – Всего одно слово, и вся моя сущность напряглась. – Она вернулась!

– Тианна?! Она не могла выжить. Моя дочь поставила на девку печать смерти…

– Нет, господин. Одна из наследниц титанов, возвращённых поисковым отрядом оралимцев, дочь Тианны Толксинои. Я… почему ваша дочь не сказала, что сирена была беременна?!

Поморщившись, раздражённо передёрнул плечами.

– Какая разница? Разве это было важно? Сейчас нам нужно думать о другом…

«Этот Тартис… И ведь я знал, что кардинальная смена политики засранца ни к чему хорошему не приведёт! Потерянный феникс – единственное, что меня смогло остановить и проголосовать на совете титанов в пользу новой политики Кристола. Надо было закрыть богадельню слишком правильного молодого правителя ещё на этапе задумки… вопреки жадности. Драконы прекрасно справляются без феникса. Царос смог бы обойтись и без ещё одного носителя древней крови! Дурак! И что теперь делать с девицей?» – Вдох-выдох, и я смог взять себя в руки.

– Где она?

– В Академии. Поисковые отряды всех носителей древней крови переносят в Академию магов. Там их сразу принимает на обучение Оралим. Если бы способности магов были доступны демонам, те давно попытались бы вернуть достояние Херонской империи…

Криво улыбнувшись бледному помощнику, вытянул из кипы чистых пергаментов длинный свиток.

«Надо предупредить Цису… и верного друга из штата магистров Оралимской Академии. Пусть присмотрит за девкой!»

– Крейг, готовь ритуал изъятия. Давно надо было это сделать. Жаль, с Тианной не успели…

«… ледяная сирена неожиданно растопила своё сердце на своей территории. Просто замечательно, что эта девица сейчас в среднем мире. Так близко к своей мечте я ещё никогда не был… Если к девке подобраться с правильной стороны, можно завладеть источником душ единолично…»

Во мне всё возликовало, тем не менее, я уточнил:

– Она молода?

– Да. Только-только миновало восемнадцатилетие. Собственно только благодаря ему наш осведомитель смог увидеть преображение девушки лично.

– Значит, – потянувшись к календарю, провёл указательным пальцем по линии цикла кровавого светила, – до полного вхождения в силу молодой сирены у нас почти полгода.

«Ни одна сирена ещё не влюблялась раньше первого ритуального пробуждения светочи. Времени даже больше, чем одно полугодие! Просто прекрасно, однако, я предпочитаю подстраховаться».

– Вызови Риза. Девочку нужно держать под колпаком, всё-таки проживание в другом мире могло повлиять на организацию циркулируемых потоков светочи. Если она влюбится не в того, кого выберем ей мы… – у меня даже дыхание перехватило, когда строчки древнего пророчества замаячили перед глазами. – Не будем отходить от традиции.

«Достаточно того, что упустили Тианну. Пришлось дочери всё исправлять… и ведь едва успела! Великий почти воплотился в избранном сирены. Если бы не печать измены, служить мне и половине Ордена Кристолу Тартису… Нельзя подобного допустить в будущем!»

– Ритуал изъятия, Крейг!!! – Ударив по столешнице кулаком, проводил взглядом парня, бегом выскочившего из страха, порождённого мной.

Я продолжил сокрушаться.

«А всё Херонский источник душ. Если бы не его привязка к сиренам, все давно бы и думать забыли об этих необычных отпрысках демиургов. Ну, ничего. Контроль снова в моих руках. Сирены всегда были покладисты… уверен, эта тоже не станет исключением, несмотря на то, что родилась и выросла вдали от родных пенатов».

Задумчиво переплетя пальцы, положил на них своё подбородок и прикрыл глаза.

«Интересно, какая она – дочь робкой Тии, отравленной ревностью и предательством возлюбленного?» – Усмехнувшись, продолжил переписывать фолиант титана огня, как ни в чём не бывало.

Только фыркнул себе под нос:

– Девчонка… что она может противопоставить целому ордену титанов? Мы не хотим надзирателя. Мы не позволим Ему воскреснуть. Пусть дух Древнего продолжает спать, ибо ни одной сирене не удастся испытать чистую ответную любовь, способную дать Ему свободу…

«Контроль — это очень опасная страсть,

зайдите слишком далеко

и вы рискуете полностью его потерять!»

– ТЫЫЫЫ!!! – Взревел Алек Бусан, которого я раньше ошибочно определяла, как адекватного человека. – Разгромила общежитие самых лучших студентов! От тебя одни беды! Будь неладен тот день, когда тебя перенесли на порог моей академии!!!

Знал бы ректор, что озверело кричит на младшую дочь своего правителя, и до сердечного удара недолго.

«Но кто ж ему скажет? Тем более, я сама от этого родства отмахнулась с результативностью лучшего форварда… Эх, но с общагой Эля реально нехорошо вышло. Отличники не виноваты, что их сосед – скотина».

Кто знал, что финалом моего дня рождения станет ещё один поход в кабинет ректора!? И на этот раз без тройки заботливых "пап"?! Точно не я!

«Но предпосылки-то были… – вспомнив череду моих посещений кабинета вишнёвого цвета за те две недели, что я здесь успела провести, еле удержалась от того, чтобы не усмехнуться. – Дааа… что такое «не везёт», и  как с этим жить! Мне уже можно мастер-классы организовывать! Или сексту. Да! Секта была бы куда уместнее».

А как же всё начиналось волшебно! По крайней мере, сегодня!

Я встретилась с папой! Не только с биологическим, а с тем, который воспитал! И встреча эта была куда значимее, чем с биологическим. Да, без биологического тоже не обошлось, хотя я не загадывала такое желание, задувая утром над кексом-муляжом импровизированную свечу, но то мелочи. Одно хорошо – Кристол Тартис не стал настаивать на своём отцовстве, хотя по его глазам было видно, что он уступает мне с весьма и весьма тяжёлым сердцем. По-моему, правитель Оралима впервые за долгое время поступился своими интересами и желаниями. Это было неожиданно и, чего уж скрывать, наверное, именно такое решение Тартиса помогло мне принять его, хотя бы на уровне мысли.

– КАК ТЫ ВООБЩЕ УМУДРИЛАСЬ РАЗРУШИТЬ ВЕСЬ ЭТАЖ?! – Кулак ректора впечатляюще грохнул по столу руководителя академии.

– Можно отвечать? – Задала робко вопрос, на деле же совсем не чувствуя своей вины.

Если честно, я до сих пор была в ярости. Раздражена до стадии «Банши» как подарком затащившего меня в дурацкую общагу мажоров Бусана, так и его поведением, когда в комнату парня влетел один из его дружков, громко вопя: «Эля! Она – сирена!»

«Стучать не учили?!» – Это первое, что пришло мне в голову. Потом, правда, стало не до этого, но не суть!

Что такого страшного в сиренах – это не основной вопрос. Меня поверг в негодование подарок Бусана-младшего. Я хотела его кокнуть, а тут свидетели подвалили…

Казалось бы, парень, составивший на своём испытательном экзамене отборный ряд для будущей подопечной исключительно из фантазий своей распущенности, ничем уже удивить не может, ан нет!

Этот … «пи-пи-пи_чтоб_его_двумя_головами _об_стенку»  подарил мне ритуальный браслет для одалисок!!!

И не просто подарил, а нацепил насильно со словами: «Пока решается вопрос с расторжением нашей с Алис помолвки, мне будет спокойнее, если все будут знать, что ты занята»!

«Я что!? На стул похожа!? Или табурет!? Может диван?!» – Это, мать его, разнесло мой мозг на части! Не помогло даже то, что злой, как чёрт, Бусан после восклицаний своего дружка принялся расстёгивать браслет обратно.

Я была в ярости!

«Где признания!? Где любовь?! Где поступки, в конце концов?! Вопрос с расторжением помолвки у него решается! Гадёныш!!! А меня спросить о приязни не забыл!?» – От одного воспоминания того коктейля эмоций, который бушевал во мне, разнося пространство в пыль, воздух вокруг меня заколыхался, роняя книги ректора с полок.

Окна задребезжали… а хозяин кабинета сбавил обороты и присел, поднимая руки.

– Спокойно. Давай по порядку.

– Разумно, – глубоко вздохнув, осторожно выпустила воздух из своих лёгких.

Графин разлетелся на осколки.

– Что ты… дыши, Олеся!

– Что вы все на меня орёте!? Может, это вообще не я!

Что-то взорвалось, и мужчина рухнул под стол, хватая меня за ноги и утягивая следом за собой.

Рядом появился хухлик:

– Так и знал, что без меня веселишься, – блеснули в темноте кошачьи глазища.

– Корвин, что происходит? – Растеряв последние крохи ледяного самообладания, испуганно пискнула, когда ножки стола надломились.

– Рыба моя, по-моему, нечего нам здесь делать. Перемещаю нас на озеро. Такой фон только тени угомонят, как следует! Кто тебя так взбесил, не подскажешь?

– Любовь всей твоей жизни, – огрызнулась я, до сих пор не забыв того поцелуя, который с меня стребовал кошак.

– Ну, будет… – хухлик мотнул чёрной мордой и разразился диким хохотом, разом переключая моё негодование на удивление.

«Кот! Смеётся! Забавно…»

Кабинет расплылся в палитре своей цветовой гаммы, и я с громким криком полетела прямо в пещерное озеро, пугая сонных летучих мышей.

– Обязательно надо было это делать!? – Возмутилась я, выбираясь на каменный берег пещерного озера.

Несмотря на то, что мне пришлось достаточно много времени провести в воде, негодования не поубавилось.

– Ну, понравилось же? – Лениво протянул фамильяр, нехотя приоткрывая один глаз. – Чего сирены не умеют, так это летать. Я просто хотел подарить тебе чувство полёта.

– «Падения» ты хотел сказать? Интересное дело, а хухлики летать умеют? Что-то я тебя, летящего рядом, не приметила.

– Всевышние небеса, какая же ты злыдня, – чёрный пушистый кот, похожий чем-то на мейкуна, громко фыркнул. – Лучше расскажи, что стряслось. То, что неконцентрированный свет начал хаотически вырываться из тебя и крушить окружающее пространство – это я понял, а вот что спровоцировало такой выброс?

– Уверенность некоторых в своей исключительности. – Сцепив челюсти, обняла колени, мстительно прищурила глаза и уставилась на гладкую поверхность сияющего светом озера. – Вот объясни мне кое-что… все отпрыски демонов такие наглые? Или у меня на лбу написано желание стать одалиской одного такого?

– У тебя!? Вот уж нет, – Корвин забавно задёргал усами, будто пытаясь удержаться от своего фирменного кошачьего хохота. – Хотя… Когда я появился, на лице у тебя, кроме желания убивать, ничего другого не имелось, поэтому сложно судить. Я ж не видел, с каким выражением ты принимала подарок от своего юного наставника. – Наткнувшись на мой взгляд, Корвин запнулся. – Понял. Только убивать. Что ж… тогда по первому вопросу – да. Отпрыски демонов – те ещё экземпляры. Что касается одалисок – их нет. Браслетики – это атавизм, пережиток прошлого. Твоя мать перед уходом такой скандал учинила… в трёх словах: «Демоны обделались от страха». Сирена, видимо, уже приняла решение уйти, поэтому предрекла пустое существование всем парам, берущим начало в нижнем источнике душ. Знаешь, я не виню её. Если таким образом нужно было открыть безалаберное отношение к единственной своей половинке со стороны мужланов, то твоя мама совершила прорыв и сделала всё правильно. Жалко только, что умерла. Я до сих пор не понимаю, почему.

– Может, от тоски по Кристолу?

– Я тебя умоляю, – глаза кота насмешливо блеснули в полумраке пещеры, где источником света служило только озеро.

Меня уже не пугали блуждающие вокруг тени, и перелетающие с одной стороны грота в другой летучие мыши. Я для них была своей.

– Сирены никогда не отличались утрированным трагизмом. Да, твоя мать была самой милой из рода, но в последнюю встречу она выглядела более чем решительно. И это было после объявления беременности молодой жены правителя!

– Откуда такие подробности? Ты знал мою маму?

– Не так чтобы лично… мой прадед был фамильяром твоей матушки.

– А можно с ним… где он сейчас? – Волнение медленно росло по мере роста быстро вспыхивающих мыслей.

Мне хотелось хотя бы немного прикоснуться к памяти о моей матери, о которой я совсем ничего не знаю.

Но меня ждал облом.

– Он ушёл вместе с ней. Фамильяры неразлучны со своим хозяином не просто так. Мы подпитываем друг друга… наши жизни связаны… – Корвин грустно вздохнул.

– То есть, он умер вместе с ней?

– Однозначно. Именно поэтому я буду защищать твою жизнь любой ценой… даже, если на пути к твоему благополучию будешь мотыляться ты сама.

– Как мило, – кисло улыбнулась я, вспоминая домовика Добби, который в завидным постоянством подвергал жизнь маленького волшебника опасности, якобы для его же блага. – Надеюсь, твоя защита не станет фатальной.

Кот преобразился в пузатого, морщинистого пупса, состроил мне рожицу, после чего с восторженным криком бросился в воду.

Возвращаться в озеро мне не особо хотелось, поэтому я решила оглядеться.

Если бы мне кто-нибудь сказал, что в пещере, практически в темноте, может быть такая упоительная красота, щедро награждающая чувством покоя и полной безопасности, притом что по соседству блуждают чёрные тени чужих душ, подумала бы, что кукушка у балабола поехала реально и весьма качественно. А теперь только гляньте!

С улыбкой повернувшись к ближайшей душе, вытянула руку, чувствуя, что энергия света до сих пор переполняет меня.

– Стой! – Крикнул Корвин, появляясь на поверхности озера. – Не торопись. Я сейчас. Чего ты руки тянешь!? Приём перерождения толком не поняла, а туда же. Между прочим, – едко заметил фамильяр, выходя на берег и снова обретая облик кота, – ты сейчас к паре эрлина Цароса тянешься, а мы договаривались, что перерождать женщину нужно в драконницу или демоницу.

– Прости. Я не против. Только за! Скажи лишь – как.

– Придётся немного попотеть. Проблема заключается в том, что тебе придётся удерживать душу несчастной, пока видения не придут. Я могу только предположить, но появятся они не сразу. Ты поймёшь! Как только увидишь первого новорождённого, начинай быстро прокручивать варианты, выискивая нужного малыша. Душа – это своеобразная ипостась, дающая избранному не столько подселенца, сколько его силу и привязку к тому или иному парному духу.

– Я примерно поняла. Может, попробуем на ком-то другом, прежде чем начнём выбирать маленького спутника для души супруги эрлина?

– Дельная мысль.

Получив одобрение со стороны фамильяра, подозвала следующую за девичьим силуэтом тень.

Её оказался мужской образ.

– Привет… подойди ближе… – чувствуя себя экстрасенсом-шарлатаном, хмыкнула, прежде чем схватить темноту, имеющую плотность только в руках сирены.

Для убедительности даже глаза закрыла.

Я не была готова к неприятным ощущениям.

Сначала закололо пальцы, потом онемение потянулось вверх, перекидываясь на предплечья и плечи, а потом в моё сознание ворвался хор кричащих младенцев, которые в трёх мирах успели появиться на свет.

Перед глазами, как голограммой из фантастики, мелькали лица детей, их окружение, родители, мамки-няньки, если они имелись, и материальный достаток семьи.

Я даже растерялась. Помогла мне сама душа.

Мужчина был сильный… и, как ни странно, он потянулся к ребёнку, которого в колыбели качала мама, а не няня.

Такая себе хибарка, но уют и тепло семейного очага в ней не заметить сложно.

Я отпустила душу, и силуэт мужчины испарился, блеснув в глазах ребёнка.

– Генрих! Ты это видел?! – Воскликнула женщина, не замечающая зрителя в моём лице.

– Да… – восторженно выдохнул отец семейства, крепко обнимая жену. – Титаны благословили нашего малыша! Эрика… надо начинать собирать на Академию Нима!

Улыбнувшись, моргнула, и передо мной снова предстала реальность.

– Ну, как? Сложно?

– Не особо, – ответила честно, растирая руки от неприятных ощущений.

– Это только первый. А представь таких десять или двадцать душ?

– Ну, так она же одна? Хмм… вообще, нужно узнать, какие из этих душ были обижены своими половинками, или каких прошлая жизнь не устраивала. Нужна картотека… а ещё…

– Воу-воу-воу! – Корвин выпучил глаза. – Остановись. Идея не плохая, но на сегодня достаточно будет двух. Давай-ка мы с тобой к озеру вернёмся чуть позже и решим, как действовать дальше. Сейчас просто определи девушку в сильный клан, который будет отстаивать интересы малышки любой ценой, и давай возвращаться. Уверен, твой ректор там с ума сходит… мужик виноватого потерял.

– Ладно, – поморщившись от предстоящих разборок, которые никто так и не разрешил, потянулась к паре правителя Верхнего мира.

Я нашла новорождённую не сразу. Пришлось очень сильно постараться. И, положа руку на сердце, не специально выбор пал на семью Зизрана. Я вообще не знала, что у правителя демонов жена не так давно родила, однако не секунды не сомневалась в том, что ЭТОТ отец уж точно отстоит права своего ребёнка. Он Алану Рогмару глотку перегрызёт, если тот посмеет обидеть его дочку…

«Тем более, кому, как не Зизрану делиться опытом по сокращению гаремов?! Вон как ловко он в Херонской империи их упразднил! Не правитель, а сказка!» – Злорадно улыбнувшись, поднялась с тёплого камня и взяла на руки хухлика.

– Пристроила.

– Что-то подсказывает мне, – подозрительно прищурился кот, – что ты…

– … всё сделала прекрасно. Так и есть!

– Куда пристроила – не скажешь?

– Чуть позже. Возвращай меня. Я готова!

– К чему? Как-то ты настроилась по-боевому…

– Ха! – Погладив слишком любопытную животинку между ушек, улыбнулась ещё шире. – Как же по-другому, когда меня, маленькую, сейчас попытаются наказать?

– Другое дело – получится ли…

– Дааа… – хищно усмехнувшись, поправила на себе мокрый комбинезон. – Это, действительно, другое дело.

Корвин буркнул что-то себе под нос, и вот уже я стою в своей комнате, где народу набилась целая толпа.

«Вчера с подружкой отвела душу…

Сегодня не могу вспомнить куда…»

Я даже не успела насторожиться, как Ася подскочила ко мне, с криком: «Сюрприз!!!»

«Сюрприз, так сюрприз! – Сдалась я на милость первокурсниц, с большей половиной которых я так и не успела толком познакомиться. – Да и когда успеть, если что ни день – то встреча с очередным индивидуумом!»

Карпенко и Краско, как рыбы в воде, командовали полчищем девиц, помогая в маленькой комнатушке разместиться почти двадцати адепткам, а я смотрела на стоящую в сторонке Тати, переминающуюся с ноги на ногу.

Мы ещё не виделись после того «заседания отцов» в ректорском кабинете… ну ещё коридора, где нам помешал поговорить Элияр, поэтому обе чувствовали себя неловко. А как нужно поступать, когда между подругами возникают подобные моменты? Правильно!

– Обнимашкииии, – пропела тихо, быстро сокращая между мной и Татианой Тартис незначительную дистанцию.

Принцесса Оралима вцепилась в меня, как в родную. Хотя, почему «как»?!

«Родная, как есть!»

– Леся…

– Эй, давайте к нам! Чувствую, что торт легче по ложке попробовать, чем разрезать, – бурчала Марина, явно планируя заточить ни одну ложку вкусного кремового бисквита, украшенного взбитыми сливками и ягодами.

Мы переглянулись с Тати, и я поняла, что эта мысль посетила не меня одну.

Фыркнув, обе разразились смехом, присоединяясь к гомонящим однокурсницам.

В целом остаток дня мне очень понравился. Весело, совсем не скучно, вкусно… дааа… определённо вкусно и, конечно же, познавательно.

– Слышали, говорят, в академии сирена объявилась!?

– А я видела сразу двух правителей!

– Говорят, правитель Кристол хочет сирену забрать на источник Оралима.

– Глупости! Сирены отвечают за Херонский источник! Скажи, Тати?!

– А ещё слышали? Этаж элиты кто-то в порошок стёр. Прикиньте!?

– Интересно, где теперь отпрыски богатеев будут спать!

Тут уж я подала голос:

– А разве то был не этаж отличников?

Индира, симпатичная оборотница с каштановыми кудряшками, заразительно расхохоталась. Сестра Индиры училась на выпускном курсе целительного факультета, поэтому преимущество знаний было на её стороне.

– Лесечка, нет такого этажа. Марта говорит, что ректор нашей академии весьма лоялен к элите…

Тати выразительно кашлянула, и девушка отчаянно покраснела.

Добавить было нечего. Я и сама заметила, что Бусан достаточно своеобразный мужчина. Про таких говорят: «И вашим, и нашим, за три рубля спляшем…», поэтому возмущения Татианы меня совсем не тронули.

– Значит, пострадавшие – это мажоры?

– Что такое «мажоры»? – Первокурсниц распирало от любопытства. Очень хотелось надеяться, что когда девчонки узнают, что сирена – это я, меня не разберут на детали.

Объяснять реалии нашего недавнего существования принялась Ася.

Краско откуда-то выудила купленную в городке наливку и стала методично спаивать гостей.

Я была ей благодарна.

Немного отодвинувшись от всех, склонилась к Тати:

– Мне вот интересно, почему ректор до сих пор не явился сюда меня линчевать за такой проступок? Прежде чем всё пошло не по плану, я успела заценить обстановку комнаты Бусана. Двуспальная кровать, ковры, отдельный кабинет, ванная, комната в единоличном пользовании… если весь этаж был такой…

Тати лишь пожала плечами, отвечая на мой шёпот ехидной улыбочкой.

– Девочки не правы насчёт характера господина Бусана. Он только с виду кажется мямлей, на самом деле, своего не упустит. Да и Элияр, насколько я знаю, признал вину за собой.

– Что?!

Девочки прервали свой хохот, резко поворачиваясь на моё восклицание. Пришлось махнуть рукой и дёргано улыбаться, пока Ася снова не перетянула внимание на себя.

– Да,  – продолжила сестрица, пытаясь унять дрожащие от смеха плечики. – А ещё он поспешил вернуться в нижний мир.

– Зачем? Надолго?

– Ты волнуешься за него? – Глаза Тати хитро блеснули.

– Вообще-то, – скрестила я руки на груди со знанием дела, – Эль – мой наставник.

– И всё?

– Что ты хочешь от меня услышать? – Невозмутимо сверля сестру спокойным взглядом, категорически отказывалась быть пойманной на непонятно чём.

– Ничего, – сдалась блондинка, по-дружески толкая меня своим плечом. – Расслабься. Чего такая напряжённая?

– Отстань, – отмахнулась от манипуляторши, которая обещала стать правительницей. Я только сейчас осознала в полной мере, кому прихожусь родственницей.

«Чума…»

– Лучше скажи, почему он отправился в Херон?

– Перед отцом повиниться. Говорят, он сирене подарок предложил непристойный…

– Откуда такие подробности!? – Прошипела негодующе. – Аааа… Адриэль – трепло.

– Ага, – Тати хихикнула. – Ребята до сих пор хохочут.

– Надо кое-кому язык отрезать. Уверена, зайди Джага с криком: «Она – сирена!» последствий было бы куда меньше. Пересмотрела бы ты свои симпатии.

– Джага вообще бы ничего Элю не сказал! И была бы ты сейчас…

– Цыц! – Я очень вовремя остановила обиженную влюблённую принцесску, потому что за сдвинутыми в ряд рабочими  столами стало как-то подозрительно тихо.

Спасла ситуацию Марина.

Карпенко забрала оставшуюся половину торта, совсем не гостеприимно заявив:

– Всем спасибо! Прекрасно провели время!!! Правда?! Ах, как жалко, что завтра рано вставать!

Я бы посмеялась, если бы не находилась на взводе.

Ножки стульев заскрипели, и пьяненькие, совсем не обиженные однокурсницы поспешили покинуть наши комнаты, весело хохоча.

– Тати, – напоследок задалась вопросом Ася, – а ты сама-то не на элитном этаже жила? Тебе есть, где спать?

Я даже устыдилась, что этот вопрос не пришёл в голову мне.

– Нет. Когда папа велел ректору забыть о привилегиях, меня поселили жить с Индирой и Карой. Всё нормально. – Принцесса обернулась ко мне и лукаво хмыкнула. – Что насчёт твоего вопроса, Леся… Элияр уже вернулся. Его отец будет оплачивать ремонт всего этажа. Так сказал Адриэль.

– У Элияра такой богатый отец!? – Выпучила глаза Марина.

Татиана фыркнула уже куда заметнее.

– Отец Элияра – Зизран Маро. Денег у правителя Херона предостаточно!

Тати вышла следом за своими соседками, а я осталась стоять на пороге комнаты оглушённая новостью.

«Есть такие неприятные люди:

пока им настроение испортишь —

сам вымотаешься…»

– Маги – это прежде всего люди, а уж потом жители Сорура, одарённые источником его среднего мира – Оралимским.

Игнорируя косые взгляды одногруппников, внимательно слушала лекцию магистра по «Теории световой материи» Евы Рилк.

Когда вчера я засыпала в смешанных чувствах, последнее, чего ожидала, так это стать обезьянкой!

Едва наши с девчонками браслеты просигналили подъём, мы привычно поспешили на утреннюю пробежку. Это не какая-то прихоть или ЗОЖ… в академии имени Гора подобная "процедура" являлась обязательной, вне зависимости – есть сегодня боевые искусства, или их нет. Маринка такой концепции была явно не рада, но сейчас не об этом!

На утренней пробежке обычно присутствовали только первокурсники. Я знаю! За две недели как-то уж привыкла к тиранскому режиму академии, делающей уклон на физическое развитие.

Другие курсы занимались на отдельных полигонах под пристальным наблюдением своих кураторов, которые здесь выступали в роли классных руководителей.

Так вот! Какого лешего сегодня все решили посетить полигон первокурсников, вообще непонятно!

Мало того, до момента, когда кураторы обнаружили второй, третий и четвёртые курсы, меня успели обсмотреть, взбесить и испортить настроение до отметки «плинтус»!

– Чего ты такая хлипкая?

– А, правда, что сирены – моногамны?

– Да ладно!? – Перебивая друг друга, мои зрители сами же отвечали на свои вопросы. – А я слышал, что наоборот!

– А ты уже была на источнике?

– Говорят, там живут русалки…

– Ты видела их?

– Ты чего молчишь?

– Говорить умеешь?

– Ты – немая?

– Может у неё что-то болит?

– Смотрите, реально веко дёргается…

– Ты не заразная?!

– ТАК!!! – Остановила коллапс Татиана, заслоняя меня своей хрупкой спиной. – Быстро разошлись!

– А чего ты раскомандовалась?

– Да! Это не твой дворец, принцесска.

Стараясь не сильно скрипеть зубами, заговорила:

– Мой отец, – начала тихо, и все разом смолкли, обступив со всех боков, как оратора мирового класса, – учил меня, что собеседника перебивать нехорошо… особенно ударом под дых, но вы просто вынуждаете нарушить один из его наказов.

– Что? – Фыркнул парень, который в полигамии меня недавно чуть не обвинил. – Собираешься устроить здесь мордобой? За что? Потому что нам любопытно?

– Никто о мордобое не говорил! – Вспыхнула Краско. В её глазах отразилось пламя.  – Тебе сказали, что перебивать нехорошо!

– Оставь, Ася, – хмыкнула я, получив от нахала похабную улыбку. – В сторону этого любопытного моя коленка реально чешется.

– Ой, да ладно! Ничего же никто не…

– ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! – Гаркнул староста выпускников, появляясь в проходе лабиринта, за которым прятался испытательный полигон.

Адепты расступались перед ним, одним этим признавая авторитет самого лучшего студента академии.

Эль дошёл до меня и развернулся спиной, будто я – дерево или стена.

– Быстро по своим полигонам! – Прошипел полудемон, и адепты поспешили вернуться к своим тренировкам. Причём в натурально быстром темпе!

Вы видели когда-нибудь видосики, как кот ловит мышей?

У меня на тот момент было стойкое ощущение, что Элияр даёт фору грызунам, чтобы бросится на них в случае неповиновения.

Едва приказ старосты был выполнен, Бусан ушёл в тишине, так и не развернувшись.

Девчонки принялись шутить на тему выражения моего лица, однако магистр Бард спас балбесок раньше, чем достойный ответ пришёл в мою голову.

Утренняя тренировка показала, что завтрак не обещает ничего хорошего, поэтому, вместо того, чтобы наслаждаться хрустящими тостами, беконом, ароматными кашками на любой вкус или йогуртовыми смузи, я отправилась принимать душ и размышлять, как теперь общаться со своим наставником, резко ставшим неразговорчивым и каким-то замкнутым.

Как по итогу – бурчание желудка!

Когда занятия пролетели один за другим, а до обеда осталась всего одна пара «Теорий световой материи», он просто ошалел от моего безответственного голодания.

Молодая и симпатичная преподавательница развивала тему «Светоч и его пробуждение», а желудок недовольно бурчал, доводя моих соседок до тихой истерики.

– Та заткнётесь вы или нет?

– Ты – первая, – прошептала в ответ Тати, вытирая слёзы, и Маринка с Асей рухнули на парту, хрюкая, как…

– Свиньи.

– Девушки! Я вам  не мешаю?

– Простите, магистр Рилк, – поспешила извиниться принцесса, чинно выпрямив спину. – Иномирянки... спрашивают у меня о том… эээ…

– Каким образом Оралимский источник одаряет жителей среднего мира? – Прервала блеяние сестры, высокомерно задрав нос.

«Тоже мне принцесса!»

Пока магистр Рилк выходила из-за трибуны, я успела показать Тати язык и получить в ответь забавную рожицу.

– О! Этот вопрос весьма прост, и в то же время невероятно сложен! Как вы уже знаете, носители древней крови подселяют в новорождённых ипостаси силы… светоч – это универсальная ипостась… очень редкая. Чтобы вы понимали – на тысячу людей, светоч может быть только один. Он появляется только у тех рас, чья родословная не связана с нечистью.

– Ууу… – возмутилась половина первокурсников, явно нечистая в этом плане.

Честно признаться, я была в их числе, хоть и не выразила голосом своё недовольство.

«Расисты, блин!» – Поспешила осудить по сути невиноватых титанов, когда профессор продолжила:

– Кроме одной… Сирены, как носительницы древней крови, несмотря на принадлежность к классификации «Нечисть», обладают самым сильным светочем. – В аудитории стало тихо-тихо. Таращиться на меня стали ещё пристальнее, а учительница с лукавым взглядом продолжила. – Только раскрыть ипостась в полной мере не удалось ещё ни одной из рода Толксинои. Каждая последующая стражница подземного озера душ зациклена больше на своих личных проблемах, чем…

«Как не педагогично!»

Возмущение во мне росло, как вдруг учительница перешла на загадочный шёпот:

– Существует легенда, что сирена, разбудившая светоч…

Звонок с урока прозвенел, как гром среди ясного неба.

Я подскочила на стуле, как и все остальные, прислушивающиеся к тихому шёпоту магистра.

– Что ж… на сегодня всё! Кому интересно, напомните мне на следующем занятии, и я расскажу вам легенду до конца.  К среде подготовить доклад на тему «Функции светоча». Банальности вроде «чувствует приближение обладателей сил Тьмы и Смерти» или «начинает пульсировать, предупреждая хозяина об опасности» будут оценены на удовлетворительную оценку. На «отлично» – как минимум, написать о Патире светоча!  До встречи. Иии… всем приятного аппетита!

Покидав учебник с тетрадью в сумку, поспешила за девочками.

– Что такое «Патир»? – Первое, что спросила, догнав принцессу.

– Заклинание благословения. Сложное очень, – Тати поморщилась. – Блин, началась жара… а так всё хорошо начиналось: занятия до обеда, вкусная еда, отдых перед медитацией… и собственно, сама медитация… ааа!!! – Последнее Тати уже пищала. – В компании наставника! – Старшенькая улыбнулась и зажмурилась от удовольствия.

– Ты, я смотрю, отлично изучила расписание на ближайший месяц, – хохотнула Ася, не замечая, как я помрачнела от разрисованных сестрой перспектив. – У тебя даже уши смеются. Это всё от того, что сам Адриэль Бертрам выбрал тебя в услужение?

– Всё не так! – Надулась Тати, шлёпнув хихикающего феникса по указательному пальцу. – Сотрудничество «наставник-подопечный» – никакое не услужение!

– Да ладно! Ася же пошутила! Ти…

Девчонки почти до порога столовой замаливали своё неосторожное замечание, как на мой взгляд, весьма правдивое, а я погрузилась в себя.

Встревать в их разборки не стала. Мне было не до этого.

Прямо передо мной прошёл отряд пятикурсников, похитивших нас на Земле. И если Ричер Ор'озед привычно подмигнул, а Адриэль улыбнулся, то Элияр на меня даже не глянул.

Бетт Джага и Бусан прошли мимо с такими минами, будто не обедать идут, а кого-то поминать.

«Хотя… если бы со мной шла рядом жеманная и неестественно хохочущая Алис, неизвестно, какое лицо было бы у меня!» – Проводив пятёрку выпускников мрачным взглядом, прищурилась.

– Эй? – Тихо пискнула Тати. – Что ты делаешь? Рилк говорила о Патире написать, а не создавать его посреди коридора!

– А? – Глянув на уровень своего живота, куда указывала принцесса дрожащим пальцем, резко захлопнула рот.

Из меня выходила световая сфера огромных размеров!

– Это и есть «Патир»?!

– Ага… – голос Тати дрогнул.

– И зачем он здесь? – Совсем растерявшись, посмотрела на сестру. – Я никого благословлять не планировала…

Краско нервно хохотнула.

– Это не смешно! – Воскликнула Тартис, пятясь назад, утаскивая следом за собой и Асю, и Маринку. – Это вообще опасно! «Патир» создают только для защиты себя, либо для проклятия кого-то из нечисти! Это очень сложно и опасно… Например, вобрать обратно ЭТО тебе нельзя. Ты же нечисть…

– Ттто есть… – Марина начала заикаться. Плохой признак. – Лесечка хочет кого-то из нас проклясть?

– Не говори глупостей, – огрызнулась в ответ, нахмурившись. – Тати, как его убрать? Я ведь ничего не делала… мне даже в голову подобная ересь не приходила. Да я даже колдовать не умею! Одно дело – узлы вязать, а другое – сотворить заклинание… да ещё и сложное!

– Хорошо, – поспешила меня успокоить принцесса. – Скажи, угрозу в ком-то видела, пока мы шли в столовую?

– Нет…

– Плохо.

– В смысле, плохо? Хорошо же?

Тартис скривилась и помотала головой.

– Не-а. Если бы у тебя была конкретная цель, объяснить Патир было бы куда проще. Нельзя, чтобы тебе нацепили ограничитель на руку.

– Что? О чём ты?!

Лицо Тати побледнело. Принцесса прикрыла глаза на секунду и выдохнула… будто на что-то решаясь.

– Некогда объяснять.

Татиана сделала один робкий шаг, потом второй, а потом, со словами: «Ты же знаешь, я тебя люблю…» – приблизилась вплотную, взяла меня за руки и обняла, ювелирно точно пропуская в себя Патир.

Я онемела.

Принцесса Оралима засияла… и затряслась, как под воздействием электроэнергии.

Выпучив глаза, всеми фибрами души желала, чтобы ничего плохого с ней не случилось. Как-то нехорошо лишиться сестры, едва с ней подружившись!

Одна секунда… две…

Волосы Тати вспыхнули ярким светом, укладываясь ровной волной на спину. Глаза заблестели восторгом, а сама сестрица засмеялась:

– Я слышала твои мысли! Какая ты миленькая!

– Пф! – отстранившись от сияющей необыкновенным светом блондинки, присела на ближайший подоконник коридора.

Благо огромные окна замковых корпусов находились низко, потому что я сильно сомневаюсь, что у меня получилось бы забраться, будь он повыше. Ноги так дрожали, что даже комбинезон этого не скрывал, колыхая подол широких штанин.

Хотела спросить, куда сестрица так спешила, устраняя прокол моей магии, да только с двух сторон коридора к нам уже бежали запыхавшиеся магистры, половину из которых я первый раз видела.

«Использовать боевую магию вне учебного времени строго запрещено. – Вспомнились мне слова Татианы, когда я с опасением ловила на себе кровожадный взгляд Алис Банно. – Охранки висят повсюду для безопасности студентов…»

– Кто?

– Что произошло?

– Никто не пострадал?!

– Никто, – приняла на себя удар Тати, одними глазами предупреждая меня, чтобы я не лезла в её беседу с запыхавшимся педперсоналом. – Принцессе уже и благословить себя нельзя? Я демонстрировала иномирянкам, что такое «Патир». – Тартис вызывающе кивнула на Еву Рилк. – Магистр Рилк сказала нам написать доклад по теории световой материи. Чем объяснять, я предложила им увидеть всё своими глазами.

– Возмутительно!

– Безобразие какое!!!

– Вы могли наслать на не ведающих девушек страшное проклясть!

– Да откуда у вас такие возможности?! – То ли восхитилась, то ли изумилась, то ли возмутилась молодая преподавательница световой материи. – Светоч раскрывается к двадцати пяти годам у боевых магов… а вам, насколько я знаю, прочат факультет целителей!

– Вот и я не верю, – поддержал Еву Рилк высокий тёмно-русый мужик. – Уж не врёте ли вы, адептка Тартис?

Ректор подозрительно прищурился, зыркнув в мою сторону.

«По-моему, он меня уже ненавидит…»

– Мисс Татиана, продемонстрируйте-ка нам ещё один «Патир».

– Не получится, – выручила нас сама учительница световой материи. – «Патир» воспроизвести повторно нельзя, как минимум, неделю. Два благословения подряд очень плохо сказываются на чувстве самосохранения… Вы же не хотите, чтобы второй «Патир» превратился в проклятье для одного из нас?

На наше счастье таких не нашлось.

Я почти почувствовала облегчение, когда тот же въедливый мужик что-то шепнул ректору, и господин Бусану изрёк:

– В таком случае, проверка состоится через неделю. Я не позволю меня дурить. Тут образовательное учреждение! Если среди ещё не обученных иномирянок есть обладатель неконтролируемой силы, он представляет опасность для юных отпрысков магических семей! Мы обязаны принять меры! Ступайте, девушки.

Тати возмущаться насчёт недоверия образованных специалистов не стала. Только фыркнула, кивнула и потянула нас в столовую.

Я молчала до тех пор, пока мы не сели за пустой столик с нагруженными едой подносами.

Едва мы заняли столик, мрачно зыркнула на Тати:

– Тут тоже охранки?

– Нет… в кабинетах, аудиториях, полигонах, библиотеке и столовой охранок нет.

Рассеяв зрение, как это было описано в одной из руководств Вады Хуг для новичков, я ловко переплела пару световых нитей в звуковой замок.

Звуки стихли, и наша компания погрузилась в оглушающую тишину.

– Рассказывай. С какого перепугу мне нацепят ограничитель?

Корвин появился раньше, чем Тати открыла рот.

– Ты опять про меня забыла, – возмутился фамильяр, прыгая на колени. – Я тоже хочу есть!

– Прости… – освободив тарелку из-под хлеба, выбрала со стоящего на средине стола блюда пару куриных ножек, прожаренных до хрустящей корочки. – Это пойдёт.

– Мур… эээ… то есть – да. А чего это у вас тут так тихо? – Завертел головой хухлик, не спеша набрасываться на ароматное мяско.

– Тайны. Я поставила световой замок.

– Здорово поставила, – похвалил кот, жадно нюхая миску, которую я приземлила рядом с собой, на свободное место лавки.

– Ешь уже… – подняв взгляд на Тати, кивнула, – а ты – рассказывай.

– Понимаешь, молодые титаны – это очень опасно. Такие выбросы, какие были у тебя вчера – это норма… проблема всех пробудившихся. Так вот… если титан в течение суток не берёт свой ещё пока спящий светоч под контроль, ребяткам цепляют ограничитель, чтобы окружающие не пострадали рядом с уникумом древней крови. Алис Банно, например, только на пятом курсе сняли браслет. На третьем курсе её светоч раскрылся полностью, но девушке понадобился ещё год интенсивных медитаций, чтобы подчинить его силу себе.

– Ха… ну и тугодумка, – вставил свои пять копеек Корвин, не понятно кого оскорбив.

– Допустим, – я пропустила замечание жующего кота и снова посмотрела на Тати. – Но этот «Патир» я не создавала! Он не был моим, поэтому ты зря…

– Был. Мы все видели – он выходил из тебя.

– Брехня, – встал на мою сторону Корвин, отрываясь от приятного времяпрепровождения. – После вчерашнего буйства твоего светоча – я сейчас про несчастный этаж «отличников» говорю –  твой ограничитель – я! Фамильяр для того и нужен, чтобы лишнюю искру поглощать. После нашего купания твои магические манипуляции под моим тщательным контролем, и заявляю ответственно – за сегодняшний день световой замок – единственное твоё творение. Я его услышал и пришёл похвалить.

– Мой ты хороший, – мимишно улыбнувшись, погладила кота.

– Что он говорит?

– Говорит, что то благословение было не моё.

– Но… как же… – принцесса растерялась.

Карпенко и Краско просто мотали головами, слушая поочерёдно то меня, то Татиану.

– Кто-то хотел тебя подставить! – С выражением «Эврика!» подскочила на месте сестра. – Святые демиурги! Я же могла умереть, принимая чужой «Патир»!

– Во – дура, – прокомментировал хухлик заявление блондинки и глянул на меня. – Но вывод правильный. «Патир» – это серьёзный повод для разговоров об ограничителе. Если вчера ты сметала только материальные неодушевлённые предметы, то заклинание благословления направлено на взаимодействие с живыми существами. Интереееееесно… это кто ж такой умный? Кому в голову пришло выставить тебя бомбой замедленного действия?

Пока фамильяр задумчиво моргал жёлтыми глазами, девочки молчали, в шоке переваривая предположение Тати.

Потыкав вилкой пшеничную кашу, улыбнулась:

– Итак, что мы имеем?! Обвинение педперсонала, которое одной, до одури смелой принцессе придётся стереть в порошок, создав свой «Патир» через неделю – раз. Фамильяр, который утверждает, что является моим ограничителем и контролирует все мои манипуляции с дремлющим светочем – два. Неприятель, желающий меня подставить – три! Медитации, которые мне необходимо постигать, чтобы не вышло, как с Банно – четыре! Наставник, который бегает от меня, мешая пункту «четыре» – пять! Я всё перечислила?

– Я не умею создавать «Патир», – пискнула сестра.

– Шесть, – поморщилась Ася, пока Маринка принялась ловить ложку, выпавшую от шока из её рук.

– Зашибись… приятного всем аппетита! – Мрачно воткнув свой столовый прибор в кашу, отправила первую порцию в рот.

«Мда… "зашибись" – не то слово, чтобы выразить всю степень задницы, которая маячит перед моим лицом, не желая убираться!»

– И это всё? «Приятного аппетита»? – Выпучила глаза Марина, справившись с полётом ложки.

– Дайте мне подумать… – попросила девчонок и распутала световой замок.

Всё вокруг наполнилось звуками, и девочкам пришлось оставить волнующие их вопросы.

«Толку в них, когда я ответить не могу? Очередная акция словоблудия… – бросив взгляд на мурчащего кота, задумалась. – Наставник – неуловимый, фамильяр – косячный… моя невезучесть опять во всей красе проявила себя. Блиииин…» – от таких удручающих мыслей голод отступил окончательно.

Говорят, что аппетит приходит во время еды, а я только что убедилась, что приметы и народная мудрость не всегда правы.

Проследив, как компашка выпускников покинула столовую, поднялась.

«Начинаем разбираться с пунктом итоговых выводов с конца!»

– Ты куда?

– На медитацию…

– Но… – Тати замерла, не донеся кусочек яблока до рта, – медитация же после тихого часа?!

– Не сегодня, – поморщилась я, хватая хухлика на руки. – Тебе тоже нечего сидеть, сложа руки. Шуруй к своему Адриану и яростно требуй показать, как этот Патир создавать! Встретимся в библиотеке. Вада, если мужчины здесь конкретные козлы, по любому протянет нам руку помощи. Да и колдовать в храме знаний разрешено. В общем, до вечера!

Только на выходе из общепита поняла, что плохая подруга.

«Забыла спросить… интересно, кто наставник у Аси и Маринки?!»

Дорогу до нового пристанища Бусана мне показал Корвин. Хухлик ауру полудемона чувствовал за версту, не зря требовал поцелуя именно с ним, поэтому я достаточно быстро оказалась в читательской секции библиотеки. Что Элиярчик тут делал – это второй вопрос, но то, что он стоял в тёмном углу комнаты, скрестив руки на груди, будто поджидая меня, насторожило.

– Чего тебе? – Совсем нелюбезно поинтересовался полудемон, щелчком пальцев гася свечи в без того тёмном зале.

Отсутствие студентов и, собственно, самой Хуг не вселяло уверенности, но я упорно шла вперёд, пока не оказалась рядом с Элем.

– У нас медитация.

– Через два часа.

– Нам надо поговорить!

– Что ты от меня хочешь?

– От тебя? – Я даже офанарела от постановки вопроса. – Эй, ты почему со мной так разговариваешь? Это я, что ли, выбирала тебя в ученики?! Про браслет – вообще молчу, но не думай, что твоё резкое здравомыслие хоть как-то снижает градус возмущения по отношению к твоему подарку! Сейчас не это меня волнует… Ты вообще свои обязанности собираешься исполнять? Что за подозрительные прятки? Думаешь, я буду за тобой гоняться? Вот уж фигушки! Говори здесь и сейчас: ты будешь со мной нормально заниматься, или нет!?

Элияр отвечать не спешил.

Полудемон смотрел на меня из темноты горящими глазами. Его грудь тяжело вздымалась, будто парень пробежал ни один круг на полигоне.

Когда уже даже мне стало неловко, этот умник изрёк:

– Мы переходим на бесконтактный тип сотрудничества. Сирены не нуждаются в парной медитации. Ты – девочка не глупая… разберёшься сама.

Оттолкнувшись спиной от стены, староста выпускников обошёл меня, как какую-то заразу, по дуге и выскочил из корпуса знаний.

Такая обида меня давно не посещала! Хотелось топать ногами, визжать… желательно одновременно пиная голову одного гада!

– Ах так!? – Взъярилась я не на шутку, даже не пытаясь прислушаться к ворчанию Корвина. – Ну, ладно!

– Лесечка, послушай… парню ты нравишься. Не руби с горяча! Он…

– Нравлюсь, значит? Окей! Мы ещё посмотрим, кто этот бесконтактный тип сотрудничества прервёт первым!

«Ведь был красив, умен… Зачем трезвела?!»

Ох, как я была зла! Если бы не перспектива проверки принцессы, маячившая в конце недели, как злой рок, я бы претворила в жизнь все мои буйные фантазии по выявлению истинных мотивов возмутительного поведения наставника.

Я, впрочем, как и все, не терпела, когда меня морозят без видимой причины или элементарных объяснений подобного игнора, но мстить за такой побег совместного сотрудничества, как и за браслетик, было некогда. Надо было думать, как уберечь свои пробуждающиеся силы титана от ограничителя и не выставить бессовестной обманщицей сестру!

Всех нас выручила Вада Хуг.

Как я и предполагала, троллиха не бросила нас в трудную минуту. Выслушала, поругала, насторожилась и прониклась подозрениями. К подаренной мне брошке сразу же добавилось кольцо с охранкой и браслет с маячком!

Что касаемо тренировок, Тати побоялась просить Адриана обучать её, поэтому на Ваду свалилась ещё и эта заботка.

Как ни странно, с местом силы помог мой хухлик.

Каждый вечер Корвин переносил нашу компанию на моё озеро, где я занималась распределением душ, что неимоверно успокаивало и умиротворяло меня, великолепно помогая справляться с раздражительностью, а Хуг с девочками изучала «Патир».

Сама я справилась с заклинанием благословения за пару дней, вызвав его после часового плетения световых линий. Так как два раза «Патир» создавать нельзя, меня отправили к теням, а девочек троллиха взяла под строгий контроль, разрывая узел в последнюю секунду выхода заклинания.

Сил эта процедура лишала конкретно, поэтому девчонки на занятиях клевали носами, не высыпаясь ночью – её просто не хватало, чтобы восполнить резерв.

Мне, в этом плане, было полегче. Раз получилось – отдыхай! Да ещё и благословение, которым я одарила сама себя, сделало меня такой деятельной, что я стала посещать дополнительный курсы по боёвке, изучая технику боя здешнего формата и оттачивая точность замахов керамбитов.

Надо ли говорить, что магистр Бард был мне рад, как родной? Особенно после того, как по завершению одного из факультативных занятий мужчина попросил меня задержаться и извинился за то дежурство, где душа его пары должна была на меня напасть с целью переродиться?

Я приняла извинения. Как иначе, когда дядечка так откровенно признаётся в любви к женщине, которую ждёт всей душой?! Я, как Купидон этого мира… такая себе Афродита без пены, только кивнула и заявила, что его пара появится через восемнадцать лет в этой академии.

Радости было столько! Входящие в спортивный зал пятикурсники ошалели от вида боевика, подхватившего меня на руки и кружившего, как сумасшедший влюблённый!

Одно «лицо» было лишено удивления. Думаю, не надо говорить – чьё.

Элияр так побагровел, что я даже за его давление «порадоваться» успела… но недолго.

«Ну, а чего?! Ляснет его сейчас инсульт, а виноватой Корвин меня признает!!! Я же «нравлюсь»! «Мы в ответе за тех, кого приручили…» – и так далее».

На самом деле меня это бесило. В голове не укладывалось, почему Элияр себя так ведёт, если я ему нравлюсь.

Одну из версий выдала моя «тётушка».

Она была настолько бредовой, что я отмела её сразу же!

«Нет, это нормально?! «Сирены взрослеют в пятьдесят лет, как и драконы»!!! Вообще, что ли?! Элияр шарахается от меня, потому что я считаюсь ребёнком?! Точно бред!!!» – О том, что моя мама родила меня в семьдесят, предпочитала не думать и забыть!

День проверки подкрался незаметно, поэтому искать другие причины Бусана мешало волнение за сестру.

Как ни странно, за полчаса до вызова в ректорский кабинет, где Тати должна была явиться для подтверждения своих возможностей, в дверь нашей комнатки постучала секретарша господина Бусана с приглашением для меня.

– Наверное, хотят сразу же нацепить на меня ограничитель, если Тати не справится, – предположила с ехидной улыбкой, приводя себя в порядок.

– Они слишком много на себя берут, – возмутился Корвин, спрыгивая с подушки, с которой я уже смиренно рассталась, поняв, что бороться с невоспитанностью некоторых бесполезно.

– И что ты будешь делать? – Испуганно хлопнула глазами Маринка, покусывая нижнюю губу от волнения.

Немного подумав, дёрнула резинку с волос обратно.

Глаза хухлика восторженно блеснули, когда мои дреды стали преображаться, падая на спину гладкой волной голубоватых прядей.

– Пора ректору и моему тайному недоброжелателю понять, кто учится у них в академии! Долой слухи и презрительные восклицания "ИНОМИРЯНКА"! Я – сирена! Я – ТИТАН! Потомок расы, создавшей весь Сорур, а не маленькая девочка!!!

– Ух… – выдохнула прерывисто Ася, присаживаясь на край своей кровати. – Никак к тебе такой не привыкну… возьми мою заколку! Будешь выглядеть с ней, как настоящий каратель!

– Ты – невероятно красивая! – Восхищённо прошептала Марина, присоединяясь к подруге, пока я закалывала прядь голубых волос костяной рукой.

– Спасибо, девочки! Пожелайте мне удачи!

– Ни пуха, ни пера…

– К… – глянув насмешливо в сторону фамильяра, который смотрел на меня с гордостью, хихикнула. – К хухлику!

– Если начнут артачиться, – крикнул напоследок котик, – напомни им, кто ты, как это сделала сейчас для самой себя!

Послав воздушный поцелуй, смело шагнула на свидание с  очередными разборками, находя уже какую-то прелесть в этом.

Не обращая внимания на ступор идущих мне навстречу адептов, хищно улыбалась.

Ветер ласково трепал волосы, лёгкие, как пушинки, по сравнению с дредами, и, всякий раз касаясь кожи лица, щекотал меня, будто подбадривая.

Это странно, но я, попав в этот мир, чувствовала невероятную лёгкость и свободу. Словно всё здесь принадлежит мне! Всё – моё!!!

Я бы сказала, что это опасное чувство, да только ничего подобного раньше не испытывала, поэтому позволила себе насладиться.

На финишной прямой к кабинету ректора меня встретили пятикурсники.

«Чего шастают тут?! Блин, да! Распределение же по кабинетам… медитация с первокурсниками продолжается. Ждут новое расписание на будущую неделю».

Несмотря на то, что мой наставник решил такие встречи избегать, как и общение со мной в принципе, я достаточно много узнала от девчонок за ту неделю, что пролетела.

У Тати наставником был – Адриэль, а он болтун ещё тот! Даже меня пару раз приглашал на их занятия с принцесской, явно насмехаясь над решением своего товарища, потому что тот аж багровел, стараясь быстрее покинуть компанию Бертрама.

Что с Асей и Мариной, то им "сильно повезло" выхватить оставшуюся парочку Бусановского отряда, и если Асе достался Ричер Ор'озед – единственный среди друзей герцог, умный и весёлый красавчик, то бедная Маринка мучилась с Беттом Джага.

Неделя в мрачной компании седовласого для Карпенко закончилась потерей трёх килограмм и тоской, поселившейся во взгляде.

Мне, как "Купидонихе" местного разлива смотреть на влюблённую подругу было физически больно, но вмешиваться я не смела.

Ваду натравила!

Пусть, с высоты своего опыта, подучит Маринку, как себя вести. Этот Джага, несмотря на неприступный вид, никогда не скучал. Вокруг него вились толпы девиц… впрочем, как и рядом с другими парнями элитного отряда, но какое мне дело?! То, что Элияр желает "общаться" с более взрослыми особами, меня вообще не касается!

Задрав нос ещё выше, прошла сквозь живой коридор удивлённых выпускников.

… а глаза предательски искали его…

Элияр сидел поодаль от всех, склонив голову.

Сутулые плечи всколыхнули странное чувство внутри.

Я этой эмоции так испугалась, не понимая, откуда эта щемящая боль, что запнулась на ровном месте.

Упасть не дал Лефан – принц драконов.

Рогмар перевёлся в нашу академию после известия, что Ася взяла гражданство Нижнего мира. Собственно, именно Лефан выступал в связке «Ася-Ричер» третьей ногой. Опять же, так решили магистры-кураторы, и не нам умничать. Всё на пользу феникса… Даже если тот сумел взбрыкнуть и отказаться от привилегий гаремной жизни!

– Привет, – дёргано улыбнулся Рогмар, – извини, что толкнул, – парень зачем-то помог завуалировать причину моей неловкости. – Не заметил. Всегда знал, что идти спиной – плохая идея.

«Хммм…»

– Ничего. Спасибо.

– Ты – такая красивая, – искренне выдохнул Лефан, присмотревшись, так и не отпуская, и, чтоб я сдохла, это было невероятно приятно.

Столько свидетелей… и Бусан…

Боковым зрением заметила, как Элияр медленно поднял голову, прекращая созерцать идеально начищенные носки туфель.

Сердце гулко застучало в груди, набирая обороты…

Со стороны демона подул обжигающий воздух.

«Блин. Он там закипает, что ли?!»

– Любовь – это так прикольно.

– Ага, конечно! Если кого-то приколоть…

*Элияр Бусан, Его не наследное Высочество Херонской империи*

«Она здесь… – даже не видя её, я чувствовал, что девушка ступила в коридор административного корпуса… и ипостась демона снова пробудилась. Дышать сразу стало тяжело, а всё потому, что запах водяных лилий наседал на все рецепторы сразу, требуя действий. – Так нельзя… – уговаривал сам себя. – С Лесей так нельзя».

Как молодому демону, договориться с ипостасью мне практически не удавалось. Если только с натяжкой, особенно, когда она, моя сирена, была рядом. Именно поэтому пришлось ограничить количество нашего общения, оставив девушку в покое.

«Она ещё дитя, – вспомнилось наставление отца, с которым в день рождения Леси состоялся серьёзный разговор. – Я обещал ей не подсылать ни одного демона. Тем более с таким озабоченным подтекстом!!! Не позорь меня! Если я ещё раз получу от Бусана хотя бы одну жалобу на тебя, переведёшься в Ним!»

Эта идея посетила меня так же, но едва представил, что «я и Царёва», а в этом «и» – целые миры…

«Хрена с два она девочка! Взрослая и соблазнительная сирена! У меня, что ли, глаз нет?! Да в её возрасте девушки Земли вовсю…»

Кровь ударила в голову. 

«Не смотреть на неё! Не смотреть!»

Каждый стук каблучка – гвоздь в гроб, куда я собственнолично себя положил.

Перед глазами поплыла кровавая пелена.

Опустив голову вниз, стал применять все техники дыхания, что знал… а аромат лилий становился всё сильнее.

Демон, как змей, пригнулся, словно готовясь к броску.

«Сука! Нельзя! Я тебе сказал – НЕЛЬЗЯ!!! Леся взбесится, и мы станем ещё дальше, чем есть! Достаточно было выходки с браслетом! Успокойся, брат… с сиренами так нельзя. ОНИ выбирают. Сирене плевать на то, какая ипостась в её избраннике. Если ей понравится кто-то другой… – сглотнув горечь, поморщился, потому что демон стал по-настоящему лютовать, раздирая огнём внутренности. – Чёрт!»

Именно поэтому я побоялся оставаться наставником сирене!

– Я невменяем, – шепнул едва слышно, крепко зажмуриваясь.

«Могу навредить ей… особенно, если она не согласится быть моей».

Глубоко вздохнул и задержал дыхание, ощущая лилии теперь на языке.

В сознание вклинился голос Лефана:

– Привет. Извини, что толкнул. Не заметил. Всегда знал, что идти спиной – плохая идея.

Хрустальный голос сирены взорвал мозг:

– Ничего. Спасибо.

Меня уже от одного её голоса начинало трясти.

– Ты – такая красивая…

«ЧТО?!? – Вскинувшись одновременно с демоном, мотнул головой, пытаясь избавиться от его ярости. – УБЬЮ!»

Поднялся.

Демон боролся за первый шаг, как за жизнь.

Я проиграл, и каждый последующий давался ипостаси всё легче.

«Это не потому, что я – полукровка или слабый, – успокаивал себя, как только мог. – Просто наши с ним желания одинаковые!»

Застыв за спиной Царёвой, посмотрел на такого же полукровку, как я.

Масляный взгляд дракона переместился с Леси на меня, и парень моргнул, разом теряя игривый настрой.

«МОЯ! УБЬЮ!!!»

«Только бы не зарычать…»

Брови принца драконов взлетели вверх от изумления, теряясь в упавшем на лоб чубе.

– А… эм… я пойду. Очередь Ричера, по-моему, подошла… – до удивления легко сдался Лефан, сваливая по-хорошему.

«Интересно, что он там в моём лице такого испугался?! – бросив взгляд на зеркальную мозаику колонны, неверяще моргнул. – Мать! Ты свихнулся?! Нельзя оборачиваться на территории академии! Немедленно убирайся назад!»

Леся вздрогнула… собралась поворачиваться.

«Ты напугаешь её!!!»

Только после последнего предупреждения, смог выдохнуть с облегчением, видя, как глаза становятся привычного зелёного цвета.

Когда взгляд плавно перешёл на сирену, та уже успела развернуться полностью… даже шаг назад сделала, будя во мне без того проснувшиеся охотничьи инстинкты.

– Чего надо? – Грубо поинтересовалась Царёва, даже не замечая, что весь мой курс шокировано смотрит на меня.

Ребята не могли поверить, что только что видели глаза настоящего демона. Сущность появляется только в моменты смертельной опасности или кровавой бойни, поэтому её появление сейчас было весьма показательным… и пугающим.

Джага так и вовсе побледнел, ещё сильнее становясь похожим на дроу, которые отказались от него ещё до рождения друга. Тёмные эльфы "любят" грязнокровок так же, как и маги.

Снова перевёл взгляд на Олесю и натолкнулся на высокомерный взгляд.

«Что? Ааа… она ждёт ответ на свой вопрос… – пелена постепенно покидала мозг, оставляя во мне только гнетущее чувство ненужной нежности. – Какая она красивая… сирена… её ипостась одним видом способна укладывать штабелями половозрелых мужских особей. Демоны! Возьми себя в руки!!!» – Оглушил разум, окончательно разрывая флёр наследницы титанов.

– Мне ничего не надо. Шёл мимо. Ты встала на моём пути, Царёва.

Леся поджала губы и нахмурилась.

Сбоку хлопнула дверь.

– Царёва! Оу! Это что такое!? – Возмутилась секретарша дяди, яростно шипя на обращённую сирену, явно понятия не имевшую, что вторая форма в академии не приветствуется. –Девушка, немедленно примите пристойный вид! В кабинете элита магического света! Это…

– Я не понял, – прищурившись, конкретно напугал своим рыком и мадам Лоренс, и Лесю. – Какая ещё элита и какое отношение к ним имеет сирена нижнего мира?

Фарна Лоренс непонимающе выпучила глаза.

– Если Маро нет среди вашей элиты, то Царёвой нечего там делать.

– А чего это ты раскомандовался? –  Возмущённо выдохнула Леся.

Устраивать разборки в коридоре не собирался. Тем более что есть куда более правомерные способы решения этого подозрительного стечения обстоятельств.

– Отец знает?

Царёва только ещё сильнее разозлилась.

Пришлось адресовать негодование Лоренс.

– Кто у дяди?

– Эм… Три магистра, Цисана Тар – представительница Херона, Ильяс Рогмар – дедушка принцессы Тати…

«Ага! А ещё он – брат эрлина Цароса… а Циса вообще – наложница императорского гарема опять же Цароса! Они что? Мстить пришли Лесе, умыкнувшей из-под их носа феникса?»

– Его Величество Кристол Тартис позволил провести проверку своей дочери в таком составе.

– Дочери?

– Сборище элиты ко мне никакого отношения не имеет! – Рявкнула Леся, окончательно выходя из себя.

Голубые волосы девушки зашевелились, а она даже не замечала этого, выдавая всё, как на духу. Либо в сирене проснулось здравомыслие, либо она поняла, что я её так просто в кабинет ректора не пущу.

– Тогда я вообще не понимаю цель твоего присутствия на проверке принцессы. – Мотнув головой, прищурился, негодующе сверля Лоренс. – И дозволения Оралимского правителя недостаточно, чтобы сирена Херона появилась перед действующими титанами верхнего мира. Вы вообще в курсе, что Царёва, как несовершеннолетняя сирена, не имеет права…

– Я – совершеннолетняя, – прошипела Леся, выдёргивая руку из моего захвата.

«Чёрт! Когда я успел её схватить?»

– Ты не пойдёшь туда одна! – Протест рос. Демон внутри меня согласно порыкивал.

Дверь ректорской приёмной открылась шире, и к сопящей Лоренс присоединился сам хозяин академии, красный от недовольства.

– Что здесь происходит?!  

– Дядя, Леся не пойдёт на проверку, не касающуюся её… да ещё и без ведома Зизрана Маро! Это что за подковёрные инсинуации?!

– Я… яя… – дядя Алекс растерялся.

«Ха! И это всего лишь я задал вопрос! Если бы на моём месте был сам отец, кое-кто уже в штаны бы наложил! Тоже мне "родственник"!»

– Элияр, ты всё неправильно понял. Леся идёт на проверку в качестве поддержки. Сама принцесса попросила вызвать её.

Хмуро переглянувшись с Царёвой, понял, что, по крайней мере, сомнения мы с ней разделяем вместе.

– Адептка Олеся, а почему вы в таком виде? – Попытался сменить тему Алекс Бусан. Весьма неумело на мой взгляд.

– А в чём дело?

– Открытая форма ипостаси не приветствуется в академии.

– Но и не запрещена, – вырвалось как-то само по себе.

Дядя в ступор уставился на меня.

Поймав задумчивый взгляд самой сирены, забыл, как дышать.

«За её мысли полжизни бы отдал…»

– Кхм-кхм, – ректор прочистил горло и снова повернулся в Олесе. – Так что же? Поддержите свою подругу или дальше будете стоять?

– Она не пойдёт туда без представителя Нижнего мира! – Заартачился я, снова хватая девушку за предплечье.

На сей раз Олеся вырываться не стала. Было видно, что Царёва лихорадочно о чём-то думает.

– Цисана Тар – представительница Херона.

– Я тебя умоляю, дядя… Отец придёт в ярость, если я передам ему твои слова. Имя Цисаны чуть ли не под запретом в замке Маро.

Этого оказалось достаточно, чтобы ректор позеленел. Мне его даже жалко стало.

Алекс Бусан находился между двух огней: явно желающие познакомиться с вернувшейся сиреной титаны и последствия от правителя демонов, которого я могу просветить на счёт сегодняшнего финта ушами.

«Ох, и открутит же папа эти уши кое-кому!»

– Я… ммм…

– Ты пойдёшь со мной, – вдруг выдала Леся, хватая меня за руку.

Весьма находчиво, конечно, но жар ударил в голову, мешая думать.

– И давайте уже быстрее с этим разберёмся, Тати же нервничает.

Как послушный ворх на верёвочке, поплёлся за своей занозой.

Едва заметная улыбка Леси сбивала дыхание.

«Чёрт… по-моему, легче её похитить, чем так мучиться…» – На секунду зажмурившись, выдохнул и приготовился к непонятной проверке Тартис.

«Самый надежный план: а, фигня, на месте разберемся»

*Олеся Царёва*

«Я ему нравлюсь! – Ухмыляясь про себя, едва сдерживала улыбку, таранившую мои губы из глубин солнечного сплетения. – Определённо нравлюсь… вот же гад! А строит из себя айсберг! Лааааадно… ты ещё сам прибежишь ко мне правду-матку выкладывать. Я потерплю. Мне спешить некуда… Только бы не ошибалась!»

Ректор галантно открыл передо мной дверь, пропуская вперёд.

Мне не терпелось таки одним глазком взглянуть на подозрительных зрителей, которые явились на «проверку» принцессы.

Да, Алекс Бусан просветил нас, что Кристол Тартис дал добро, но если это «добро» хоть как-то оправдывало присутствие деда Тати, то появление ложной представительницы Херона… Да ещё и с небольшим таким уточнением – «персона nōn grāta»… Серьёзно? И что ей тут надо?

«Ладно! Разберёмся, чего кипиш раньше времени поднимать?!»

– Леся, ты пришла! – Ко мне подскочила сестра с объятьями, и я с облегчением выдохнула – Алекс Бусан не соврал, Ти точно звала меня для моральной поддержки.

«А значит, кое-кому надо навалять!»

– Это что такое? – Возмутилась шёпотом, отстраняясь от принцессы. – Ты в курсе, что для «Патира» нужно, как минимум, быть собранной. Твои чувства сейчас даже меня с ног сбивают! Немедленно соберись, потому что никакой ограничитель я примерять не собираюсь. Свалю на озеро… и фигушки ты меня больше увидишь. Зизран Маро давно уговаривает перевестись в академию демонов. Ты меня толкаешь на…

– Лесандра, ты же сейчас шутишь? – Умоляющий взгляд Тати мог дать фору любому мультяшному персонажу.

– Нет. Соберись. Если пройдёшь хорошо испытание, скажу, кто твой наречённый.

– Что?! А…

Оставив принцессу стоять столбом, развернулась по направлению к мягким стульям, которые были выстроены у стены в огромном количестве, и нагло присела на центральный из них, при этом поманив застывшего в дверях Элияр.

Бусан, хотя… какой он «Бусан»?! МАРО! В общем, полудемон усмехнулся своей фирменной ухмылкой и прошествовал ко мне под прицелом дюжины взглядов.

Разговоры в кабинете прекратились, и все, как по приказу, повернулись в мою сторону.

«Что?! Ну, села я на стулья для коллегии сраных экзаменаторов, которые непонятно по какой причине взъелись на меня, и дальше?! Вас – всего-то шесть (не)человек, а стульев наставили, как на цельный педсовет!»

– Ты в курсе, что… – начал Элияр, но я его перебила.

– Места хватит на всех, – ласково улыбнулась, стопоря выпускника. – Твой дядя – очень гостеприимный мужчина и не будет против, если я тихонечко посижу здесь… не мешая никому возле дверей.

«Я не буду стоять там, как манекен на витрине! Кого интересует моя персона – пусть подходят и прямо говорят, какого лешего сюда припёрлись! И, кстати… Маро всё-таки пожалуюсь на этот цирк. Не только меня затрепали, но и Татиане досталось!»

Ректор выслушал какое-то замечание от симпатичного мужчины, пока я бегло рассматривала комиссию, после чего указал на стулья и пригласил всех присоединиться ко мне.

КО МНЕ! Будто я – супер крутой член партии от народа, посягнувший на их власть!

Рожи у дамочки и сопровождающего её брюнета, как пить дать, перекосило бы, если бы не их сдержанность, выработанная годами в элитном обществе, в котором они вращаются.

Женщина, достаточно молодая, жгучая брюнетка с удивительными чёрными глазами, была невероятно хороша. Её гипнотизирующий взгляд рассеивал мои мысли. Она смотрела на меня прямым взглядом, не смущаясь собственной настойчивости.

«Хммм… Эта Цисана явно пришла по мою душу». – Мысленно потянувшись к световым линиям, приказала им сделать ментальный узел, и он тут же коснулся моего лба.

Да! Как оказалось, нечисти не обязательно изображать магические жесты пальцами. Такая прерогатива больше касается магов. Этому меня научил хухлик, пока Вада тренировала девчонок. Резерва, конечно, мысленные команды жгли больше, но это стоило того, особенно, когда ты не хочешь, чтобы противник узнал о твоих действиях наперёд. Невербальная магия – это вещь!

На лбу выступили капельки пота, но я таки своего добилась – лицо женщины вытянулось от удивления. Однако я моргнула, и гостья быстро взяла себя в руки.

Мужчина же вовсе на меня не смотрел. Он тревожно поглядывал на Татиану, что навело меня на мысль: «ЭТО ДЕДУШКА?! ВАУ!»

Гибкий, высокий, совсем не старый. Если навскидку обозначить ему возраст – эта цифра никак не выше сорока. Даже тридцати пяти! В его волосах ни одной седой волосинки видно не было!

А ещё я заметила, что отношения между брюнеткой и дедом Тати далеки от дружеских. Те взгляды, которыми обменивались эти двое, нечто среднее между «недовольство» и «презрение».

«Они явно не вместе сюда явились. Их мотивы различны… Цисана пришла поглазеть на меня, а Ильяс Рогмар – к Тати… или же второй вариант – эти двое отличные актёры… Учитывая, что теперь я имею дело не с жителями Харькова, а с прожжёнными манипуляторами элиты трёх миров Сорура – вполне себе версия!»

– Можно? – Мило улыбнулась Цисана, приблизившись ко мне.

Вместо того чтобы заразиться вызывающей оскомину любезностью, просто сухо кивнула.

«Мы даже не знакомы. С чего я тут лыбу должна тянуть? В её дружбе не нуждаюсь… Да один из них явно подставил меня, чтобы нацепить ограничитель! Пошла нафиг!» – Всё моё состояние кричало, чтобы я не сидела рядом с этой фифой.

Я привыкла доверять самосохранению. Моя голова варила, что надо. Там нет тараканов… Их давно сожрали другие, куда более крупные и опасные твари.

«Несмотря на видимую доброту, я совсем не цветочек, да простят меня все сирены, род которых мне судьбой назначено продолжить… – прищурившись, уставилась вперёд, не переставая отдавать искрящим, видимым одной мне, разноцветным нитям материи невербальные приказы. – Раз – щит, два – щит… три – охранка, четыре – ловушка на ментальную атаку, пять…»

Моего бедра что-то коснулось.

Резво повернув голову в сторону Элияра, заметила в глаза парня тревогу. Маро одним взглядом спрашивал, что происходит.

Он чувствовал колебание материи вокруг меня.

Прикусив губу, чтобы не улыбнуться, незаметно подмигнула демону.

Элияр моргнул, ошалев от этой каверзы, потом нахмурился и снова посмотрел на своего родственника, взявшего слово.

Два красных пятна на щеках старосты боевиков поразили меня в самое сердце.

«Надо же… смутился! Ути Бозе мой!»

– Уважаемые, – начал Алекс Бусан, заняв своё место. – Начнём. Принцесса Татиана Тартис, вы утверждаете, что «Патир», зафиксированный шесть дней назад – дело ваших рук. Если это так, и это заклинание было целенаправленным, как вы пояснили, то мы просим представить нам доказательства.

Ти взволнованно моргнула, после чего кивнула, сложив ладошки.

Я ощущала, как нервозность сестры заставляет её трястись. Выпустила чернильные щупальца, радуясь, что мои манипуляции не так-то легко просчитать или заметить… если ты не демон.

«Или не другой какой житель Херона, – сделала неутешительный вывод, когда Цисана открыла рот от изумления, следя за стелющимся чернильным облаком. – Значит, она всё-таки их Нижнего… По фиг!»

К моему удивлению, особа никак не прокомментировала мои манипуляции. Захлопнула рот и, о чём-то размышляя, уставилась прямо перед собой.

Тати, волнение которой вытянула обычная клякса-эр, тут же мной развеянная, умиротворённо улыбнулась, выставила кисти перед собой, несколько раз взмахнула, закручивая вихри воздуха, и чётко прошептала:

– Patir vocant. Ut tueri mandatum!

Сфера выплыла из солнечного сплетения Тартис, ослепляя нас всех своим светом, прежде чем войти обратно, только уже не сырой энергией резерва, а сформированным благословением.

Тати опять засияла, преображаясь в красотку.

«Эх… жалко только, что через двадцать четыре часа сестрица будет похожа на фосфорную куклу. Откат у заклинания тот ещё!»

– Что ж, – нервно улыбнулся Ильяс Рогмар, тут же подскакивая с места. – Отлично. Мы можем быть свободны?

– Позвольте! – Возмутился тот преподаватель, который в коридоре весьма настойчиво вёл себя в отношении необходимости поцепить на меня ограничитель. – А сирена?!

– А что я? – Не стала молчать, прекрасно зная, что этот наезд был сегодня неизбежен.

– Титаны до своего совершеннолетия должны носить ограничитель! – Возмутился пока неизвестный мне дядька. – Это опасно!

– Не переживайте, я контролирую себя.

– Каким образом?! – Ехидно спросил мужик, достаточно сильно зля меня своим пренебрежительным поведением.

– Меня хранит великий древнеегипетский бог покоя и умиротворения – ДАНУНАХ.

– Что?! – Удивление и непонимание отразилось на лицах почти всех присутствующих… только Элияр хрюкнул, резко отворачиваясь к окну.

Я невозмутимо продолжила, закинув ногу на ногу:

– Говорю, что выбросов и хаотичных всплесков магии с моей стороны не было и не будет.

– Молодая мисс, вам о пятом этаже напомнить, который вы разнесли в прах, пощадив только несущие колонны?!

– То не моя вина. Нельзя на сирену цеплять брачные наручи…

– Э!

Глянув на Элияра, поморщилась:

«Прости, дорогуша, но начудили мы вместе, и выпутываться тоже будем вместе!»

– Но…

– Как?!

– КТО?!

– Элияр, – в шоке спалил своего племянника ректор Бусан. – Ты посмел одеть на сирену браслеты?!

– Я не знал, что она – сирена, – мрачно ответил полудемон-полумаг.

– Потрясающе! Теперь понятно, почему твой отец вызвался оплатить ремонт!

Алекс Бусан был в негодовании.

- Тем не менее… – никак не желал угомониться преподаватель уже по моему самому нелюбимому предмету, пусть его наименование мне пока незнакомо. – Ограничитель – неотъемлемая часть всех несовершеннолетних титанов! Кто за то…

– Алё! – В своей привычной манере усмехнулась.

«Эх… а ведь хотела быть воспитанной! Падла! Вынудил меня перейти на режим «Быдло».

– Тут вам не палата лордов! Есть куда более высшие инстанции, которые решают: как, где и в каком состоянии мне находиться! Не вымахивайтесь. Я – не только адептка! Я – сирена! Сирена, работающая с источником! «Патира» моего боитесь?! – Махнув рукой, выдула такую сферу, что один из преподавателей съехал со стула, боясь с ней соприкоснуться.

Щёлкнула пальцами, и сырая сила осыпалась чёрным пеплом, не подарив никому ни благословления, ни проклятья.

– Не бойтесь!

– Как ты… – Цисана, белая, как мел, прижала руки к груди.

– Я с трёх лет изучала такие заклинания, какие ни одному отпрыску во всех ваших трёх мирах даже не снились. Я знаю свои силы  и не переоцениваю себя. Да, трудности есть, но они только в определённости наименования того или иного заклинания, заложенного во мне в раннем детстве. Однако я очень скоро все их классифицирую и разложу по полкам, – покрутив многозначно у виска, хмыкнула. – Вам не о чём волноваться. Не злите меня, и не будет вам угрозы… Защищать свою жизнь и свою свободу буду до последнего вздоха, поэтому даже не думайте, что у вас получится поставить на меня какие-то там блоки, – бросив укоризненный взгляд в сторону задумавшегося наставника-выпускника, улыбнулась, – или нацепить брачные браслеты без моего на то согласия. А вообще – у меня есть свой сюзерен. У кого какие предложения или возмущения в сторону единственного титана Нижнего мира – к нему!

«Зизран вам выпишет вазелин! В контракте чёрным по белому написано: ПОЛНАЯ свобода воли, слова, силы, жизни, мысли!»

Гордясь сама собой, наконец, поднялась, учтиво кивнула магистру Барду, который с упоительной мимикой любовался мной, и ректору, после чего взяла Тати за руку.

– Если это всё, то всем спасибо за искреннее волнение о наших возможностях.

– Можете идти, – с облегчением кивнул Бусан, откидываясь на спинку своего кресла.

– Какая наглая… – прошептала Цисана, когда я уже вышла в приёмный кабинет.

– Не то слово, – промямлил «дедушка» Татианы.

– Чур, на моём факультете!

– Утрись! – Узнала голос магистра Барда. – Сирена будет учиться только на боёвке! Я её уже записал к себе!

– Хей! Мы даже ещё не собирались обсуждать кандидатуры первачков!

– Господа деканы…

Дверь закрылась за Элияром, и Тати прерывисто выдохнула:

– Поздравляю. Они сейчас за тебя там драку устроят.

– Спорим, выиграет Бард?

– Не факт, – криво усмехнулся Эль. – Но ты – молодец.

– Спасибо… возобновим тренировки?

– Нет… то есть… я… – демона словно разрывало что-то изнутри. – До завтра!

Секунда, и Бусан вылетел из владений мадам Лоренс, как пробка из бутылки.

– Что это с ним?

Я только таинственно улыбнулась и пожала плечами.

– Идём. Вада и девчонки волнуются… они ждут нас в библиотеке.

– Леся, ты такая крутая… даже дедушка восхитился тобой. Мне даже иногда кажется, что из нас двоих ты – старшая…

– Тебе не кажется, дорогая, – хохотнула я, тут же уворачиваясь от летящего на мой затылок леща.

Дёрнув с места в отличном настроении, крикнула:

– Кто последний, тот – тухлая рыбина!

– Зараза!

«Удивительно, как хороша девушка,

когда одета в полное безразличие…»

После того, как мы вернулись из библиотеки, девочки довольно быстро заснули, а я всё вертелась с боку на бок. Даже Корвин спрыгнул с кровати и отправился на импровизированный коврик, бурча себе под нос что-то на тему безалаберных хозяек.

Эмоции во мне бурлили не только после дурацкой проверки, устроенной не для Тати, как показала практика, а только для того, чтобы на меня ограничитель нацепить. Нет. Очень уж очень занимательным вышел у нас разговор с Вадой Хуг.

Так как посетители Академии вызвали у меня весьма стойкое желание узнать о них побольше, ничего странного в том, что первым делом устроила допрос именно на тему «Кто такие!?», нет.

Добравшись до вотчины библиотекарши, конечно же, не в качестве тухлой рыбины, именно этим и занялась, пока Тати рассказывала общую картину девчонкам.

Ответы Хуг оказались более чем ошеломляющими.

Во-первых, Ильяс Рогмар.

Помимо того, что этот мужчина (вполне себе молодой, кстати!) действительно дед принцессы Татианы Тартис, этот дядечка приходился ещё младшим братом действующего эрлина Цароса… а ещё – титаном Цароса! Чёрный дракон занимал весьма значимую нишу в Верхнем мире… но с Цисаной Тар, всё-таки, Ильяс Рогмар не ладил.

«Мы с Цисаной дружили, – вспомнились слова Вады, пока я сверлила потолок взглядом, – пока не поступили в Ним. Там я познакомилась с твоей мамой, а Циса… в общем, та история с потомком Толксиеноей… муж сирены изменил ей именно с одной из нагайн семейства Тар. И пусть это было несколько тысячелетий назад, а кровная вражда, – Хуг на такое признание лишь пожала плечами. – Дружить втроём, как это получается у тебя с девчонками, у нас не вышло… Но и огромной ненависти не было. Тианна была слишком доброй и великодушной. Спускала на тормоза все выходки и подляны Цисы. Наверное, именно это подвело для меня ту черту, перешагнув которую я не жалела и дня о своём выборе. Цисана не проучилась даже трёх курсов. На одном из Святочных балов убежала с мужчиной в маске, который оказался Аланом Рогмаром – нынешним правителем Цароса».

– Хммм… – перевернувшись на живот, вытянула руку и прижалась к ней своей щекой.

«Получается, что дед Тати, что Цисана – оба сегодня играли на стороне Верхнего мира, как бы не пытались законспирировать это под своё родство с Оралимом или Хероном? Интересно…»

Утром проснулась злая, не выспавшаяся и поняла, что ни фига оно не мудрее вечера. Сколько было вопросов, столько и осталось, единственное, что хотя бы немного прояснилось, так это упрямое поведение Элияра в отношении наших с ним занятий. До сути, конечно, добраться на одних предположениях сложно, но и того, что я нравлюсь младшему принцу Херона – уже достаточно, чтобы сделать вывод: «Он – балбес!».

А знаете, что ещё сложнее? Разобраться в самой себе! Это оказалось куда проблематичнее, чем раскусить «собаку на сене» – Элияра, который именно ею мне теперь представлялся. Я даже злиться на него начала, накрутив себя за время зарядки, утренних процедур и завтрака.

«Он мне мешает понять саму себя! Вот что я могу почувствовать?! Нравится он мне или нет?! Когда ведёт себя так со мной – определённо нет, но нравится же… Гад такой! А я другой стороны – оно мне надо?! Не хочет общаться, заморозка сирен мне в помощь!» – Как-то незаметно для самой себя, отпустила ситуацию и настроилась на образовательный процесс.

То, что я наговорила в кабинете ректора при деканах  четырёх факультетов, теперь нужно было подтверждать не только словом, но и делом, поэтому  принялась за работу, окунувшись в учёбу с головой, стараясь забыть о Элияре Бусане. Да и что я должна делать, если мой наставник настойчиво продолжает халтурить в отношении своей работы?!

Как оказалось, этот вопрос совсем не риторический! В этом я убедилась чуть позже… И ответом на него оказался… Правильно! «Найти нового наставника»! Симпатичного и достаточно крепкого на нервы, потому что… ладно, не буду забегать вперёд.

Учиться мне очень нравилось. Это приносило невероятное удовольствие. Даже зубрёжка квантовой физики не отпугнула моё рвение. Дааа, наша наука на Соруре прогрессировала, усложняясь материей и корпускулярно-волновым дуализмом света, но… куда без гранита науки?! Тем более, когда каждый студент может увидеть материю воочию, потрогать её и  сотворить невероятное заклинание с помощью своих пальцев! Я, кстати, убеждена, что будь у нас на Земле такие возможности, физиков было бы куда больше продавцов!

Я старалась изо всех сил, поэтому преподаватели окончательно застолбили за мной первую строчку в списке своих любимчиков. Реферат, конспект, выступление за кафедрой, решение задачки… «Кто пойдёт?» – моя рука первой взлетала вверх. Я мысленно каждый раз посмеивалась над собой, наградив себя кличкой «Гермиона». Конечно, подскакивания на стуле я старалась контролировать, но в остальном уж очень я становилась похожа на эту ботаншу.

Неделя пролетела незаметно. За ней – вторая, потом третья… С Бусаном я практически не встречалась, последнюю неделю так и вовсе не виделась, потому что выпускников отправили на недельную практику куда-то в глушь.

Так как она носила боевую направленность, декан Бард сопровождал три потока выпускников в горячую точку Сорура, где, оказывается, работали отпрыски титанов, залатывая дыры в магическом фоне планеты, чтобы всякие иномирные твари не прорывались через него в слои трёх империй.

Да, к моему неудовольствию, контроль и пригляд за источником – далеко не единственная моя работа в будущем. Насколько я поняла из разговоров Алис, которая любила громко порассуждать на всю столовую, отношения между титанами напоминали своеобразный Ватикан. Государство в государстве… Титаны сами прекрасно знали, что необходимо для поддержания Сорура и самостоятельно принимали меры по его защите. Непонятно только, почему до сих пор меня никто об этом не уведомил и не выслал для знакомства, но думать о том, что появление тех двух на проверке несло в себе нечто вроде этого, не хотелось от слова «совсем»! Да и забывать о том, что все считают меня несовершеннолетней сиреной, сколько бы я ногами не топала, тоже нельзя.

В общем, вопреки всяким домыслам, затишье настораживало, на заднем фоне моих прилежаний и успехов в учёбе ноя не хуже Корвина, который не уставал призывать меня к бдительности.

Несмотря на видимое безразличие, к концу недели я прямо-таки соскучилась по противному наставнику. Не видеть его почти семь дней оказалось даже хуже, чем проходить мимо, даже не оборачиваясь, как это вошло в привычку у нас с  Элем после той проверки.

Приземлившись пятой точкой на берег пруда, который располагался на территории академии, подозрительно прищурилась. Я не знала, с чего начать.

Татиана целый день ходила какая-то странная. Улыбочки эти... сияющие глаза… А вчера ведь сновала из стороны в сторону, словно в воду опущенная!

– Тати, ничего не хочешь сказать? – Принялась я за дело, ещё с утра решившись на пытки.

Только если раньше занятия мешали – две пары, следующие одна за другой, то сейчас уроки закончились, и нас отпустили на обед, дав отдохнуть перед последним рывком.

С момента, когда наставники умчали на практику, первокурсники Сорура превратились в обычных студентов любого другого образовательного учреждения. Теперь тихого часа никакого не было, как и медитаций, поэтому нас упорно гоняли по уже изученному материалу, закрепляя его и делая контрольные срезы.

Наверное, одно это должно всколыхнуть наши чувства к наставникам. Всё-таки с ними было куда проще учиться. Я бы сказала – летний лагерь на выезде. А учитывая, что мой халтурщик до самого дня отъезда делал вид, что я – уникальная адептка, в наставнике не нуждающаяся, так у меня и вовсе была ламбада по сравнению с другими.

– А что ты хочешь от меня услышать? – Таинственно начала Тати, разглядывая Марину.

Карпенко завязала подол академической формы на два узла, разулась и вошла в прохладную воду кристально-чистого пруда, больше напоминающего нишу фонтана.

Маринка совсем не стеснялась мимо проходящих адептов – Ася по контуру береговой линии воздвигла огненный барьер, разглядеть через который хотя бы что-то можно только при условии – припалить свой любопытный нос. Так как желающих разозлить феникса не было, наш водный элементаль совсем скинула платье и нырнула с головой.

– Почему ты такая радостная?

– Всего-то? – Тати тихонько засмеялась. Его смех был похож на переливы маленьких колокольчиков.

Сравнение вышло таким поэтичным, что я громко фыркнула.

– Пф! Это немало. Так ты скажешь или мне из тебя информацию тянуть до вечера?

– Да всё элементарно просто. Практика заканчивается. Завтра вернётся Адриэль… я папу уговорила объявить о помолвке!!!

– Вау! – Выпучив глаза, одним своим видом выразила, насколько оказалась не готова к последней новости. – Не пойми меня неправильно, но… Бертрам знает?

– О! – Тати мило покраснела. – Ему скажут… послы.

– Послы? – Признаться честно, я испытала настоящий шок. До сих пор никак не могла свыкнуться с тем, что Ти – принцесса, привыкшая получать всё, чего хочет, без зазрения совести. – Эээ…

– Что? – В голосе сестры прорезался холод. – Что это "эээ" означает?

– Оно означает, что у тебя поехала крыша.

– ЧТО?!

– Ты должна спрашивать не «что означает "эээ"», а какие чувства к тебе испытывает Адриэль! И не у меня! А вдруг он совсем против вашей помолвки?! Ты понимаешь, что его… – я даже поперхнулась воздухом от возмущения. – Ты со своими послами берёшь его в плен!

– Я только хочу, чтобы он был моим мужем… будущим королём. Я даю ему власть…

– Без его на то согласия?! И разве власть важна в отношениях?

– Достаточно! – Жёстко пресекла мои нравоучения старшенькая. – Мне не нравится этот разговор.

– Мне тоже, – не отступилась, хватая сестру за руку и не позволяя ей сбежать, – но я не могу тебе этого не сказать. Ты и сама знаешь, что неправильно поступаешь. Даже если у Бертрама есть к тебе хотя бы минимальные симпатии, ты их разрушишь, отобрав у него выбор.

– Но я люблю его!

– Тогда позволь и  ему полюбить себя!

– Ты… ты говоришь странные вещи. Я… я не понимаю, как это осуществить… – Тати словно задыхаться начала.

Принцесса Оралима пыталась справиться с отрицательными эмоциями, разрывающими её изнутри, но это весьма плохо у неё получалось.

Страх и неуверенность доведут до истерики кого угодно.

Я же чувствовала за собой вину. Ведь это именно мне пришло в голову показать Тати, кто её возлюбленный.

Её чутьё не ошиблось, им оказался Адриэль Бертрам – светло-русый, голубоглазый сын барона, покоряющий одной своей улыбкой девичьи сердца Академии имени Гора… и не только её.

Глубоко вздохнув, прямо посмотрела на принцессу.

– Ти, я постараюсь помочь тебе, но только умоляю – не спеши. Я очень тебя прошу! Зеркало зеркалом, а нельзя так попирать чужое достоинство. Адриэль только с виду улыбчивый и милый… откуда тебе знать, что у него внутри? Да зачем тебе нужны эти упрёки в семейной жизни? Знаешь, я всегда была уверена, что неестественные способы привязать к себе человека ничем хорошим закончиться не могут. До сих пор так считаю…

Татиана будто бы сдулась. Ссутулив плечики, принцесса поникла головой. Её лоб трагично наморщился, а на ресничках заблестели слёзы.

Пришлось теперь заглаживать свою честность, а это куда сложнее, чем извиняться за грубость или оскорбления.

– Я, правда, помогу! Честно! Только попроси своего отца застопорить процесс с помолвкой. Удивительно, почему он тебе всего этого не сказал!

– Он говорил, но я упомянула зеркало душ.

«Чёрт! Точно моя вина…» – сведя брови в одну сплошную дугу, недовольно стукнула девушку в плечо.

– У тебя пять минут, чтобы отменить свою "просьбу"! Время пошло!

Тати поняла, что я злюсь, а поэтому могу передумать с помощью, хоть вслух этого не сказала.

Тартис без слов подхватилась на ноги и умчалась в направлении женского общежития, явно желая, чтобы я ей помогла. И пусть меня сложно назвать знатоком в отношениях, я в них полный профан, а своё обещание собиралась выполнить от и до!

– Эй, русалка! До зельеваренья осталось десять минут. Выходи, – крикнула я элементалю, с улыбкой наблюдая, как феникс сушит подруге подол платья, которое Маринка быстро натягивала обратно, оказавшись на берегу.

– Не льсти мне. Русалка у нас ты.

– Нет. У меня хвост не появляется при трансформации.

– Так у меня тоже.

– Зато у тебя вместо волос появляются удивительные водоросли… и цветочки в них, – я зажмурилась, едва сдерживая хохот. – Знаешь, ты такая миленькая Ариэлька с ними.

– Эх, – сдалась Марина, махнув на меня рукой. – Если так, то хочу себе Флаундера.

– А? Разве не принца?

– Нет, – окончательно скисла Карпенко, отряхивая студенческую форму. – Флаундер – самое то. Он милый и преданный. Таким и должен быть в моём представлении спутник по жизни. А ещё у него волосы такие… серебристые…

«Что-то меня это уже начинает настораживать… – переглянувшись с Асей, увидела в глазах феникса такую же тревогу. – Где это Маринка умудрилась увидеть рыбу-ангела с серебристыми волосами?!»

Немного переварив услышанное, подавила улыбку, заявляя на полном серьёзе:

– Знаю я одного сурового Флаундера, – «с седыми волосами», – добавила мысленно, чувствуя, как настроение поднимается. – Разберёмся, подруга.

Похватав сумки, поспешили на первую пару зельеваренья.

Чего ожидать от этого предмета и ещё пока что незнакомого нам преподавателя, мы не знали, поэтому решили не опаздывать на первую встречу, дабы не начинать знакомство с местным гуру по зельям с замечаний и недовольств.

Когда мы оказались на месте, преподаватель по зельеваренью ещё не появился, однако ждать его пришлось недолго.

Миленькая женщина с карими глазами запустила нас в аудиторию спустя пару минут после звонка. Было видно, что преподавательница немного запыхалась.

– Проходите скорей. Сразу разбивайтесь на группы по четыре человека.

– А… – Тати, такая же запыхавшаяся, потому что прилетела последней на пару, потеряла дар речи.

– Что, мисс?

– А знакомиться, я хотела сказать. Простите.

– Всё нормально. Знакомиться не будем – я всего лишь лаборант. Ваш преподаватель – на практике, как и все остальные маги, ответственные за здоровье выпускников. Я сегодня на замене. С завтрашнего дня будете знакомиться с магистром Нэшем, а сегодня предлагаю не терять времени и заняться пробным в вашей жизни эликсиром-восполнителем. Страница семь.

– Круто! – Пискнула Тартис, быстро раскрывая книгу на указанной странице.

Что такое «восполнитель» я знала, поэтому без дальнейших разговоров последовала примеру сестры… естественно после того, как Тати согласно кивнула, ответив на мой выразительный взгляд.

«Фух. Хорошо, что успела образумить эту влюблённую… Как бы Тати Адриэлю ни нравилась, а такой поступок молодым мужчиной был бы однозначно принят в штыки… как и моё признание Элияру… – тяжело вздохнув, зажмурила глаза. – Признание от сирены – это сродни поступку Ти. Староста выпускников будет насильно повязан со мной тут же, потому что любовь сирены – это фатальное чувство. Если я ему не нравлюсь даже, Маро заставит Эля жениться на мне…»

– Вот оно! – Охнула, выпав из реальности из-за витающих в голове мыслей.

«Я люблю его?! Неееееет…»

– Леся? Ты себя хорошо чувствуешь? – Заволновалась Марина, только куда ей, когда меня в холодный пот бросило и руки затряслись.

«Да когда я успела-то?! Он же кроме раздражения во мне ничего не вызывал! Ну, и ещё иронии… или нет?»

Я окончательно растерялась.

– Леся! Что ты делаешь?! Нельзя насыпом добавлять пыльцу с крыльев бабочек!

– Прости, – одёрнув руку, держащую мешочек первого ингредиента зелья, отошла от котла подальше.

Глаза быстро нашли опору – окно кабинета, находящегося на первом этаже, а не в подвальных помещениях.

«Надо подумать… понять. Я…» – затаив дыхание, моргнула.

Один раз, второй… а фигура за окном не желала пропадать.

Элияр смотрел на меня, не моргая.

– Ти…

– Ааааа! – Взвизгнула принцесса, переполошив всю аудиторию. – Они вернулись!!! Наставники вернулись!

В кабинете началась суета. Лаборант зельевара пыталась угомонить первачков, но её никто не слушал.

Я подошла к окну ближе, словно зачарованная.

«Что с ним? Он какой-то… другой».

Бледное лицо Эля похудело. Скулы заострились, а взгляд выпускника стал чернее ночи.

Он смотрел на меня и не моргал.

Сердце в груди стучало так быстро, будто я кросс на десять километров сдаю… причём на скорость… причём норматив этой сдачи – моя жизнь.

Вглядываясь в своего халтурщика, боялась, но не могла себе не признаться – я очень скучала по нему.

Нахмурившись, Элияр вытянул руку и поманил меня пальцем, как это делала я недавно, в кабинете его дяди.

«Оу! И что тебе вдруг от меня понадобилось?!»

Эль этим же пальцем вывел узор, оставляя в воздухе рисунок, потом развеял книгу всей кистью, развернулся и утопал в направлении библиотеки.

«И что мне делать? – Моргнув, посмотрела на браслет. До конца первого урока зельеваренья ещё тридцать минут. – Дурдом!»

«Есть такие решения,

после принятия которых

тараканы в голове аплодируют стоя»

Меня хватило на пятнадцать долгих минут, во время которых я изнывала от нетерпения  и вспыхивающих одна за другой догадок.

«Что ему от меня надо?», «Он же точно был не галлюцинацией?», «Зачем вдруг я ему понадобилась?», «Соскучился, что ли?», «Может, одумался?», «А если зовёт, чтобы возобновить наши занятия?», «Неужели образумился?!» – вот не полный перечень того мракобесия, которое во мне творилось.

Сделав резкий выдох, подняла руку.

– Да? – Тут же отозвалась лаборантка, своего имени так и не назвавшая. – Нужна моя помощь?

– Можно мне выйти? Очень срочно.

– Что-то случилось?

– Я… – варианты причин как-то смешались в голове. Не зная, какую из них выбрать в свете самого предмета зельеваренья, тупо выбрала – надо в туалет.

Мои одногруппники разразились хохотом, а на щеках молодой женщины вспыхнуло два алых пятна.

Было видно, что лаборантку возмутило моё признание.

«Если не готов услышать всё и даже больше, нечего задавать провокационные вопросы!»

– Идите, – процедила кареглазая, хватая журнал и начиная обмахивать им лицо.

«Тоже мне цаца».

Собрав вещи, выскочила из кабинета, даже не обернувшись на возмущённый оклик заместительницы преподавателя зельеваренья.

Меня только одно волновало: «Что Элияру от меня надо?!»

Библиотека встретила меня тишиной.

Лавируя между стеллажами, ориентировалась лишь на своё сердце, которое безошибочно вело меня в правильном направлении. Я будто чувствовала, что Элияр в девятой секции… самой тёмной среди остальных тринадцати, потому что фолианты, содержащиеся там, требовали именно таких условий содержания. Гримуары демонов, предсказателей и оракулов – это вечно игра с тёмной материей, в глубинах которой храниться наше вечно меняющее историю будущее.

Ооо… я много всего изучила за то время, пока тут нахожусь. Если выражаться буквально, то библиотека – это мой второй дом, а если учесть, что Вада меня частенько к себе на ужин звала, так и вовсе. Я редко после таких долгих посиделок возвращалась в общежитие. Не хотелось блуждать ночью по территории академии. У меня и без того с незавидной частотой странное предчувствие опасности стало посещать.

Замерев напротив высоченного стеллажа, потянулась к первой попавшейся книге, беспрестанно оглядываясь.

Элияра нигде не было видно, но я чувствовала на себе его взгляд.

«Хмм…»

Рядом скрипнула половица.

Я дёрнулась, резко оборачиваясь.

В руке вспыхнула сфера, наполненная голубыми вихрями.

– Спокойно, – выплыл из-за угла полудемон, – это я.

«Всего лишь», – так и хотелось раздражённо добавить, но я удержалась. Надоело обмениваться колкостями и соревноваться в остроумии.

Выдохнув, убрала пульсар и устало присела на кресло.

– Зачем звал?

– У нас проблемы.

– В плане?

– Если не вдаваться в подробности: кто-то следит за тобой. И весьма радикально решает проблемы с… эээ… неважно.

«Ха! Я думала, что была раздражена?! Нет! Вот сейчас я раздражена!!!»

– Элияр, ты же понимаешь, что твой ответ – не ответ вовсе. Я так и не поняла, что происходит, кроме того, что сама заметила.

Бусан (или Маро, чёрт ногу в местной передаче титулов сломит!) подошёл ближе.

Глаза парня полностью заволокло чернотой.

Не будь я привычной к таким трансформациям – у меня на потоке училось семеро чистокровных демонов – подумала бы, что попала в один из кошмариков про одержимых.

– Ты чувствуешь опасность? – Хрипло поинтересовался демон.

– Это даже опасностью не назовёшь. Скорее недоброжелательное любопытство, но провоцировать его пока не решаюсь.

Элияр повернулся к единственному окну, в которое через тёмные витражи скудно лился тусклый свет.

– Хреново. Нужно возобновить занятия.

Такой вывод стал для меня откровением. Неожиданным и не совсем чтобы приятным. А всё потому, что я не могла понять: какую в себе эмоцию несёт умозаключение Бусана конкретно для него самого.

– Зачем? – Осторожно спросила спину полу демонского принца, так и не развернувшегося обратно.

Элияр был напряжён.

– Надо. Только, пожалуйста, не спорь.

Я и не собиралась, но навязанной из-за какой-то таинственной необходимости тоже становиться не хотелось.

Бусан продолжил:

– Я попрошу дядю выделить нам ангар возле пятой секции. Там практически никто не шляется, да и само помещение охраняется не хуже королевской резиденции. Твой хухлик сможет перемещать тебя прямо внутрь. Для себя возьму пропуск… буду ходить в ангар с Джага. Главное, чтобы нас не видели вместе.

– Ничего не понимаю, – призналась честно, хлопая ресницами. – К чему такая скрытность?

– Пока точно сказать не могу, поэтому оставлю свои подозрения при себе. От тебя одно требуется – держись подальше от представителей сильного пола.

«Да он издевается надо мной, что ли?!»

Бусан повернулся, оценил выражение моего лица и усмехнулся на секунду, однако его лицо сразу посерьёзнело:

– Я не шучу. На практике случилось одно происшествие… мне угрожали в отношении тебя. Не стоит подвергать адептов тому, через что мне пришлось пройти.

Уставившись на старосту боевиков во все глаза, открыла рот от удивления.

– Сегодня вечером жду твоего фамильяра. Пусть убедится, что я один, прежде чем появляться. Я к этому времени определюсь с тренировками.

– Если всё так серьёзно, может обратиться за помощью к твоему отцу? Или моему… моим?

– Если того потребует угроза. Пока мы ничего не можем предъявить кроме не доказываемого предчувствия. Не бойся. Ты же не маленькая девочка. Элементарные способы самообороны ты уже знаешь. Завтра начнём изучать ещё парочку, только на этот раз магических. Сейчас правители немного заняты. Помимо прорыва на приграничной территории Оралима и Херона, приближается Святочный бал… до него, если ничего нового не узнаем, пойдём с тем, что есть.

Бусан приблизился, застыв у моих ног.

– Ты меня совсем запутал… и запугал.

Эль вытянул правую кисть и тихо прошептал:

– Дай свою руку.

Будто загипнотизированная, вытянула требуемую конечность.

Бусан мягко потянул на себя, вынуждая меня подняться.

От парня исходил такой жар, что в пору жарить барбекю.

Казалось, между нами нет даже миллиметра.

– Не бойся, – хрипло протянул полудемон. В его тоне приказ прозвучал, как просьба. – Я не дам тебя в обиду, сирена.

Черты лица полудемона медленно разгладились.

Мы смотрели друг на друга, кажется, не моргая.

Обстановка как-то размылась. Я видела только лицо Эля, желая…

«Ой!» – От невысказанного желания поцелуя руки затряслись.

Одёрнув конечность, отступила назад… точнее хотела отступить, но там так и осталось неподвижно стоять кресло.

Взмахнув руками, приготовилась шлёпнуться обратно на сидение, но Бусан притянул меня к себе обратно, теперь уже точно не оставляя между нами пространства.

Его рука, устроившаяся у меня на пояснице, будоражила.

Все рецепторы заработали. Обоняние, тактильное восприятие, зрение, слух… кажется, мои нервы кто-то натянул, как те струны на гитаре.

– Элияр…

– Да. Надо возвращаться. Мы и так слишком задержались. Вызывай своего фамильяра.

Демон отошёл, и я нехотя шепнула:

– Корвин.

– Оу! Как тут горячо! – Выдал хухлик, первым делом оценив витающее в воздухе напряжение.

Мне оставалось только порадоваться, что кота никто, кроме меня, не слышит.

– Позвала меня на деликатес? Отлично! Начинайте целоваться, я готов поглотить страсть любых размеров!

– Скажи ему, – кивнул Элияр на кота, – пусть перенесёт меня в главный корпус, в одну из кабинок мужского туалета. Если кто-то за тобой следит, он мог проводить тебя до порога библиотеки.

– Корвин…

– Я не понял. Этот красавчик решил, что я такси, что ли?

– Пожалуйста, Корвин.

– Охреневшие подростки, – недовольно буркнул хухлик, растворяя Бусана прямо на моих глазах. – Что?! Всё с ним тип-топ. Поставил портал прямо на нём.

– Хорошо.

– У тебя такое лицо было, будто ты стошнить на меня решила.

– Просто стрёмно исчезновение выглядело, не утрируй.

– Что у вас за тайны?

– Если бы я знала, – пожала плечами, озадаченная разговором с наставником, который внезапно взялся за ум. – Идём. Зельеваренье в разгаре.

«Иду с закрытыми глазами и улыбкой до ушей, навстречу будущему счастью, через поле из граблей...»

 Эликсир-восполнитель получился у нашей группы выше всяких похвал, поэтому даже мне, проваландавшейся большую часть занятия девице, поставили отлично. Конечно, лаборантка поцокала языком для приличия, но возмущаться не стала. Она вообще себя вела так, будто ей фиолетово, как мы справились с заданием.

Мне тоже было не до зелья и оценки за него. Элияр разрисовал такую перспективу, что меня до самого вечера то в жар, то в холод бросало.

Когда объявили, что вместо ужина администрация академии прямо в банкетном зале устроит настоящую вечеринку в честь успешной практики, девочки чуть ли не пищать от восторга начали.

Несмотря на то, что я не горела желанием участвовать в тусовке местного разлива, артачиться не стала. Зачем подругам настроение портить?!

Пусть с механической улыбкой, но приняла платье от Тати, которое та притащила сразу после уроков. Лишь покачала головой, когда старшенькая категорически попрятала в шкаф все мои комбинезоны.

Маринка чуть челюсть не потеряла от моего невозмутимого согласия.

Аська же, зараза такая, решила брать быка за рога и силком посадила меня перед зеркалом, дабы развить деятельность визажиста. Принцесса тоже подключилась, занявшись моделированием причёски.

Я пришла в себя, когда на лицо упала раскрученная, гладенькая прядь волос.

ВОЛОС, а не дредлоков!

– Зачем ты распускаешь мои дреды?! Как?!

– Я только спереди немного распутала, – Тати подняла руки, лишь бы моя паника прекратилась. – Обещаю, завтра всё верну на место. Просто, пойми, к этому платью не идут твои колтуны.

– Это не колтуны. – Хмыкнув, села обратно. – Я думала… Мне сказали, что их нельзя расплести. Только отстригать!

Тати фыркнула, а между её пальцев сверкнула серебристая молния.

– Ты поэтому не хотела с ними расставаться?

– На самом деле, не только, но да. То предупреждение – основной мотив. Я люблю большую длину, но дреды мне плели почти четыре года назад, поэтому расплести то, что уже не раз и не два корректировалось с крючком у корней, сказали, что без вариантов.

– А теперь, зная, что я могу оставить твою длину и твои волосы могут блистать естественной красотой? Желания распрощаться со своими странными кучерями не возникло?

– Знаешь, не особо. – Потрогав шелковистую прядь, поморщилась. – По-моему, я с ними срослась душой…

– Просто ты – жуткий консерватор, – выдала Ася, кисточкой мазнув по моей скуле. – В изменениях нет ничего страшного. Расслабься и получай удовольствие. Тем более Ти пообещала тебе завтра всё вернуть на место.

– Ладно, – смирилась, приняв тот факт, что махать руками поздно. Да и чего ругаться, если Тартис, действительно успокоила меня, дав обещание?

«Пусть порадуются… ощущать себя творцами – это круто… я знаю».

– А что скажешь, если мы твои кудри оставим и на затылке соберём? А пряди с чёлки красиво разгладим и закрепим?

– Делайте, что хотите, – махнула рукой, погружаясь в собственным мысли.

Через полчаса Карпенко меня разбудила.

– Ты так похожа на Царпаниту… – выдала Марина.

У Аськи чуть зенки не повыпадали от удивления.

– На кого?

Тати добила феникса:

– Царпаниту. Она одна из титанов. Жена старшего демиурга. Ася, ты опять витала в облаках на истории?

– Эм… я просто не очень хорошо запоминаю имена, – буркнула Краско, опуская кисть.

– Тренируй память,  – хмыкнула Карпенко, отправляя в рот сахарную пастилку. – Скоро первая сессия.

– Готово! – Заключила Татиана, делая шаг назад. – Получилось невероятно круто!

Поднявшись на ноги, повернулась к зеркалу и неуверенно моргнула. Красивая блондинка в облегающем чёрном платье поймала мой взгляд.

– Это я?

– Нет, Царпаниту! – Заливисто захохотала принцесса, и девочки присоединились к ней.

По коже пробежала дрожь.

Шагнув навстречу своему отражению, улыбнулась, отгоняя безобидные насмешки подруг.

– Спасибо. Рогалики – чума. Идём?

– Вперёд! – Синхронно подхватили Ася с Мариной.

Девочки выглядели ничуть не хуже меня, хотя платья не так обтягивали их фигуры, как моё и принцессы.

Стандартный парадный вариант. Ася – в красном, от талии расходящемся клином до самого пола. Марина в таком же, только голубом, но с более глубоким декольте. Тати – в серебристом. Оно облепляло её, как вторая кожа. Моё чёрное даже скромнее смотрелось, чем платье сестры. Но она – принцесса… кто там знает их нравы в Оралиме? Может, у них это норма!

Когда мы вошли в большой зал, «столовой» его называть язык больше не поворачивался.

Длинные столы исчезли. Их заменили мини версии, рассчитанные не больше чем на четырёх человек. По-над стеной выстроились диваны. Такие нереально длинные, что я первые пять секунд пыталась найти, где же тот стык, что соединяет их между собой!? Оказалось, что он – один сплошной. Магически удлинённый.

Центр зала расчистили совсем. Видимо, для танцев.

По углам банкетного зала расположились столики с огромными чашами, наполненными какими-то разноцветными напитками.

С середины потолка свисала ткань, подхваченная несколько раз по длине серебристого материала, напоминающего россыпь звёзд. Таким образом, создавалось ощущение шатра… нереального, волшебного.

Трансформацию столовки первой заценила Маринка:

– Охренеть, как красиво, – выдала девушка, незаметно хватая меня за руку. – Что-то я даже подрастерялась.

– И не говори, – поддержала Карпенко Ася. Феникс, как сова, вращала головой во все стороны.

– О! – Прервала подруг принцесса, глянув в сторону постамента, на котором раньше стоял преподавательский стол. – Там титаны!!! И папа! И Зизран Маро! Ну, ничего себе! Вот так завершение практики! Такого точно не было раньше!

Такое количество восклицаний со стороны старшенькой насторожило.

Неосознанно глаза стали искать Элияра.

Староста выпускников стоял у стены с большим витражным окном, за которым медленно наступали сумерки.

«И что это за съезд блатных?! Я, конечно, далека от того, чтобы происходящее зацикливать на себе, но внеплановое посещение одной из трёх академий, да и ещё всем составом титанов… Это нормально?»

Элияр, словно почувствовав мой взгляд, поднял голову и поймал меня на горяченьком.

Раз, два, три… Бусан подмигнул, растягивая губы в фирменной наглой улыбке. Так и не скажешь, что несколько часов назад Эль отдавал команды без единой ухмылки.

Позади адепта пятого курса кто-то закопошился.

Мои брови взлетели вверх, когда этим кем-то оказался Корвин.

Котяра развалился на подоконнике возле Эля, и морда у хухлика была такой недовольной, что я не удержалась от смешка.

– Ну, что? – Обернулась Тати, заставляя меня прекратить созерцание полудемона и собственного фамильяра. – Добро пожаловать на мини бал?!

Принцесса указала на трибуну, к которой медленно подошёл ректор академии.

Музыка стихла, гул и шёпот резко оборвались и мужчина взял слово:

– Добро пожаловать, уважаемые адепты! Сегодня у нас немного необычный ужин. Позвольте представить наших гостей, которые в этом году пришли лично поздравить наших выпускников с успешной практикой! Студенты нашей академии проявили себя ответственными, сильными, умными и перспективными! Старосты всех трёх факультетов показали лучшие результаты среди выпускников трёх академий!

Зал одобрительно загудел.

Я улыбнулась.

«Дааа… именно в такие минуты чувствуешь себя родной каждому из присутствующих. Мы – одна семья…»

Победа нашей академии вдохновила не только одну меня. Девочки прыгали, а парни стояли с улыбками до ушей.

Ректор поднял руку, так же довольно улыбаясь:

– Не буду отнимать время… Поздравляю ещё раз всех нас! Музыку!

Со всех сторон грянули мелодичные напевы, далёкие от наших тусовочных треков. Но мило.

Я наблюдала за тем, как пары начали выходить на середину зала, присоединяясь к движениям знакомого местному населению танца, и улыбка сама собой появилась на губах.

– Леся, пошли тоже… Флешмоб нетрудный.

– Маринааааа. – Зайдясь смехом, махнула на однополчанку, подхватила бокал с голубоватым пуншем и присела на диван. – Иди, не дуйся. Я пока посижу.

– Окей! Ася! Пошли!

Наверное, это был первый менуэт на Соруре, который танцевали в паре две девушки!

Мы с Тати хохотали до икоты.

Когда зал постепенно погрузился в полутьму, к нам приблизился Адриэль… чтобы украсть на танец принцессу.

Я была рада за сестру и за девчонок, которых после третьего танца разбили  Ричер и Бетт Джага. Они будто бы светились от восторга.

«Эх, бабьё… сколько нам для счастья надо?! Только знать, что мы любимы!»

Сама не поняла, как снова стала незаметно наблюдать за Элияром.

Бусан не шевелился. Так и продолжал стоять у окна… и его взгляд по-прежнему был направлен на меня.

– … да конечно! – Послышалось со стороны.

Рядом со мной приземлилась стайка третьекурсниц.

– Не может это быть совпадением! Допустим, первый раз огр мог реально взбеситься. Но когда на Элияра было совершенно третье нападение!? Это точно подстава со стороны других академий!

– Хорошо, что наш староста – крутой, и все их инсинуации оказались лишь впустую.

– Впустую?! Да когда на него напали одичалые гарпии, Бусан был ранен настолько серьёзно, что даже правитель демонов пришёл в бешенство! Вызывали их семейного целителя.

– Да понятное дело. Стрелы гарпий славятся ядовитыми наконечниками.

– Одно не подлежит логике – как эти твари там оказались!?

– Кто его знает, – пожала плечами смуглая брюнетка.

Заметив моё выражение лица, девушка смутилась.

– Идём. Сейчас начнутся быстрые танцы.

Я осталась сидеть на широком диване в одиночестве… словно пыльным мешком пристукнутая.

Руки дрожали так сильно, что я поставила ополовиненный фужер и скрестила их на груди, пытаясь унять дрожь.

«И что это за нахрен?!»

«Не можете найти ко мне подход? Обходите!»

Цисана Тар

Я тихо злилась.

Когда глава ордена снова прислал письмо, требуя повторного появления в академии Оралима, кроме раздражения, ничего больше не ощущала. Но послушание – неотъемлемая часть нашего братства, поэтому пришлось покинуть императорский гарем Цароса. Благо, я – потомок древних, поэтому даже в гареме у меня были свои права, посягнуть на которые не смел даже любимый Алан.

Стоило мне только переместиться на место, раздражение пропало.

Во-первых, прибыл весь орден в полном составе, во-вторых, я давно мечтала развеяться.

– Столько молодой крови… – пропела Эвис Бейкер.

Клыки титаниды вытянулись.

– Перестань. Твои привычки чуть не загубили план хозяина… Какого лешего ты вмешалась в нападение гарпий.

– Их кровь будит во мне инстинкты хищника, – кровожадно улыбнулась Ви. – Да и посмотри на него… какой из пацана титан? Кей ни за что не выберет такую оболочку для перерождения.

Выразительно шикнув, дёрнула вампиршу за руку.

– Тише! Тут слишком много ушей! И… ты же знаешь, что не Кей выбирает себе тело. Это делает сирена.

Эвис хитро улыбнулась.

– Ага. Именно поэтому мастер подсовывает потомкам Царпаниту бездушных мужланов? Ха! Заметила, что Ниту в девочке практически пробудилась?

– Естественно, – поморщившись, вздёрнула подбородок. – Вообще-то, я сказала об этом мастеру.

– Как думаешь, кто из них – Он? – Ви внезапно поменяла тему.

Окинув взглядом трёх титанов, стоящих возле правителей среднего и нижнего миров, неопределённо пожала плечами:

– Даже затрудняюсь ответить. Ты же знаешь, что «Мастер» – должность, покрытая мраком. Личность, занимающая этот пост, должна оставаться в тени.

– Почему?

– Что «почему»? – Я даже растерялась, бросив настороженный взгляд на Ви.

Вампирша устало вздохнула.

– То. Столько тысячелетий прошло… наши пращуры переродились в простых магов, разорвав сущности демиургов, и поделились ею с примитивными… Это было сделано ради высшей цели, чтобы магия заполнила собой всю планету… и что теперь? Мы мешаем свершиться пророчеству. Не позволяем старшему демиургу явить себя, лишь бы…

– Тишеееее! – От горечи подруги, пусть и высказанной в пассивном ключе, меня затрясло.

Да, мы не знали, кто наш «мастер», но если он это услышит!!!

Мастер менялся каждые триста лет – этого было достаточно, чтобы чувство справедливости не противилось существующему порядку. Я даже читала, что предыдущим мастером был мой предок. По крайней мере, так написано в его дневниках. И понять рвение каждого следующего главы ордена можно. Кто захочет, чтобы все три источника перешли в подчинение Его одного?!

«Если Кею не позволяют возродиться, то значит, это правильно! – Глянув на сирену, сглотнула. – Только Царпаниту до сих пор в ярости.

Пусть перерождение не даёт титану полностью стать самим собой, а лишь существовать в теле своего потомка ипостасью, крохотным отголоском, но  Ниту до сих пор не перестаёт пугать всех нас.

В это же Лесе Толксиноя воплотилась от и до. И это, безусловно, хорошо. Из-за полного слияния девочки и её прародительницы мастер сможет перехватить светоч, после чего отдаст источник не только в единоличное пользование гадины и её отпрысков.

Где это видано?! Источников три, а мы впятером должны толктись над двумя слабыми иссекающими колодцами, когда сирена полностью оккупировала озеро Душ!?»

Несмотря на негодование, внезапно ощутила, что не разделяю больше эти мысли, веками вдалбливаемые в наш общий разум.

Мне вообще было плевать на источники. Я только одного боялась, что сирена скоро переродит пару Алана, и он отвернётся от меня. Разлюбит целиком и полностью…

Настроение окончательно пропало.

Спустившись с постамента, на секунду застыла.

Сирена шла к компании сильных мира сего в сопровождении Зизрана Маро.

Я поспешила оказаться рядом со своими собратьями.

– Позвольте представить мою замечательную титаниду – Царёву Олесю… эээ… Михайловну.

Рядом с девочкой, переступая с ноги на ногу, застыла рыженькая иномирянка, которой предстояло стать новой Фебой.

Маркус усмехнулся.

– Допустим, она – твоя, но не подскажешь, с какой стати оформил гражданство феникса в Нижнем мире?

– Ася в своём праве. Она может выбрать любое государство для своего проживания, – без намёка на властность ответила сирена.

Маро даже рот не успел открыть… или и не планировал. Зизран посматривал на сирену с восхищением.

Я тоже оценила бы её смелость, но не стала. Всё-таки, девочка не из этого мира. Вряд ли она говорила бы так смело, воспитай её родители в наших реалиях. Сомневаюсь, что девка понимает, что разговаривает с создателями этого мира… точнее с носителями ипостасей демиургов.

– Допустим, – повторился Маркус – один из самых старых титанов Цароса. – Но смысла в этом гражданстве нет. Не так ли, милая?

Все четверо воплотившихся замерли, с усмешками ожидая ответа от сирены.

Я сжала пальцы, пытаясь унять дрожь.

Сирена прошлась взглядом по каждому из нас. Меня затрясло сильнее, когда она остановила его на мне и прищурила глаза:

– Кто я такая, чтобы доказывать Вам смысл хоть в чём-то? Я только делаю свою работу.

Сердце яростно заколотилось в груди.

«Она уже переродила пару Алана?!»

– Простите, леди, если чем-то вас обидел, – внезапно пошёл на попятную Маркус.

Мы с Ви даже переглянулись. Это было небывалое событие!

Старикан настолько выбешивал весь совет ордена, состоящий из трёх мужчин и двух нас, что порой его хотелось прикончить и развоплотить.

– Я не обиделась, – хмыкнула Олеся. – Ася мне очень помогает на источнике. С помощью феникса у меня получается быстрее перерождать души, привязанные к Херонскому источнику.

– Каким образом? – В наших рядах послышались шепотки.

Ильяс Рогмар нахмурился, вдумываясь в заявление девочки.

– Она помогает мне восстанавливаться в своём пламени.

– Он же не безвреден!?

Сирена лишь пожала плечами, отказываясь углубляться в пояснения.

– Опасность там, где нет любви. В преданности и искренней дружбе своей подруги я не сомневаюсь.

Я моргнула, не понимая, как в голове едва родившейся крохи могут появляться такие странные мысли.

Олеся коснулась руки феникса, и у красноволосой вспыхнул огонь в глазах, а губы расплылись в признательной улыбке. Кисть феникса загорелась ярким пламенем, не причиняя сирене видимого неудобства.

– Хммм… действительно. – Майрон О’Нил, ещё один титан, только по сравнению с Маркусом – белым драконом, всего лишь маг Оралима. – Очень интересно. Получается, всё дело в любви?

Леся загадочно улыбнулась.

– Разве для вас это новость? Дело только в ней одной и есть.

Горло перехватило от волнения.

– Так трактуют мудрые люди мира, в котором вы выросли, юная леди?

Царёва бросила на белого дракона взгляд из-под ресниц. Старик сглотнул от одного взмаха девичьих ресниц.

Мы все знали, что Ниту – богиня любви, но знать – это одно, а иметь с ней дело – совсем другое… ведь в матери Леси титанида так и не успела воплотиться.

– Да. И немудрые тоже… только с небольшим запозданием. – Изрекла малютка, и компания древних ипостасей погрузилась в тишину.

Девушка со странными волосами подняла голову. Ощущение, что она довлеет надо мной, пугало, но я должна была выполнить ту задачу, которую мне отвёл сегодня мастер.

– Может, докажешь? – Усмехнулась, блеснув идеальной улыбкой.

Правитель Оралима, стоявший до этого истуканом, нахмурился, бросив на меня недовольный взгляд.

– Каким образом? – Немного лениво поинтересовалась блондинка, и на её лице отразилась моя усмешка.

– Ну. Сирена доказать любовь, как и любое другое чувство, может только в песне. Признаться честно, мне ещё никогда не удавалось увидеть песнь хотя бы одной из рода Толксинои…

– Почему бы и нет?! – Подхватил моё предложение О’Нил, видимо получивший такой же приказ. Хотя это только догадка. – Сегодня прекрасная возможность продемонстрировать великий дар сирен на праздничном балу. Если вы не против, конечно…

Царёва уже привычно для меня пожала плечами.

– Да, пожалуйста.

– Только про любовь! – Встряла, дожимая девушку.

Получив в ответ ещё одно пожатие, с облегчением выдохнула, провожая девушку взглядом.

– Внимание, уважаемые адепты! – Крикнул в усилитель звука Алекс Бусан, взявший на себя роль ведущего. – Сейчас мы станем свидетелями необыкновенного. Сирена согласилась спеть для наших гостей… о любви!

Зал загудел, обрывая танец. Любопытство вспыхнуло на лицах молодёжи.

Когда звуки стихли, девушка взмахнула рукой, и свет вокруг неё померк.

«Стесняется, что ли? Но как тогда мастер увидит трёхмерную картинку с избранным сирены?!»

Паника только начала набирать обороты, и вдруг прекратилась. Леся коснулась рукой длинного штатива.

В серебристом потолке вспыхнул закат.

Вокруг Царёвой заискрили звуки, складываясь в необычный лейтмотив. И это без единого инструмента!!!

У меня медленно открылся рот. Внезапно, я поняла:

«Пусть мастер делает со мной, что хочет! Я не пойду против неё!!»

Сирена вздохнула, и кожа на моих руках покрылась мурашками, не дожидаясь ни голоса, ни слов великой богини любви.

«Худший способ скучать по человеку —

это быть с ним и понимать,

что он никогда не будет твоим»

*Габриель Гарсиа Маркес*

(писала главу под песню Тины Кароль «Ноченька»)

Олеся Царёва

Магия сирен затопила меня с ног до головы, едва я погрузила свой силуэт в темноту.

«Придурки… Элементарные вещи я им должна доказывать – да, пожалуйста!» – Глазами нашла родное окно, где стоял Бусан.

Грусть разлилась по венам, и я поняла, что спеть что-то смешное или весёлое моя душа не может. Рядом с Элем, прислонившись к подоконнику задницей, примёрзла Алис Банно.

«Невеста, чтоб её!»

На потолке вспыхнул блик последних солнечных лучей.

«Закат?! Но ведь за окном уже темно?! Ой! Точно! Я знаю, что петь!»

Из самого сердца заиграла знакомая музыка.

Я улыбнулась родным переливам и выдохнула:

– Просто так, неожиданно пришел закат,

Ласковая ноченька приплыла к нам с того берега,

К шелку уронила.

Что не так, и зачем я так хочу бежать?

Долго ли лодочка, ты плыви-плыви, больно мне помнить.

Рукой коснулась лба.

Из пальцев разбежались импульсы.

Вокруг меня заискрили картинки неба, будто я попала в центр голограммы. Такого раньше не было!

«Я, в самом деле, стала сильной!»

Боясь, что всё исчезнет, продолжила петь, несмотря на то, что пропустила пару тактов.

Музыка подстраивалась под меня.

– Я хочу улететь, чтобы высоко, и вниз не смотреть.

И за руку тебя, милый мой, заберу я с собой.

Ты оставил мне след, по которому я буду лететь.

И за руку тебя, мой родной, заберу я с собой.

С последним словом небо с облаками резко рассыпались на осколки, швыряя меня и моих зрителей в историю двух влюблённых. Силуэты казались знакомыми, но я никак не могла сосредоточиться, чтобы их опознать. Меня ждала песня:

– Как узнать, что на сердце у тебя, родной?

Милый мой, сказкою превратились наши дни с тобой.

И полюбила...

Целовал каждый вечер мои рученьки,

Говорил: "Я с тобой, - не разлей вода".

Больно мне помнить...

Силуэт девушки ссутулил плечи, когда высокий парень растворился.

– Я хочу улететь, чтобы высоко, и вниз не смотреть.

И за руку тебя, милый мой, заберу я с собой.

Ты оставил мне след, по которому я буду лететь.

И за руку тебя, мой родной, заберу я с собой.

Снова появились облака, но Она не хотела больше лететь без него… кустистые тучи лишь кружили вокруг неё, обещая ей высоту.

– Посмотри на небо и вспомни, почему с любовью не спорят.

Попроси кого-то напомнить, почему с любовью не спорят.

Мой голос лился так волшебно, что я до конца не могла осознать, что это, действительно, пою я, а не кто-то вместо меня.

Закрыв глаза, тихо пропела, переходя на шёпот:

– Я хочу улететь, чтобы высоко, и вниз не смотреть.

И за руку тебя, милый мой, заберу я с собой.

Ты оставил мне след, по которому я буду лететь.

И за руку тебя, мой родной, заберу я с собой.

– Открой глаза немедленно! – Зашипел Корвин и больно царапнул меня за ногу.

Музыка набирала обороты, несмотря на то, что слова песни я все допела.

Вокруг меня всё пошло завихрениями.

Наткнувшись на целующуюся пару, сотканную из магии сирен, испуганно вздрогнула.

Девушку с дредами трудно не узнать!

Парня я тоже узнала, несмотря на то, что его лица видно не было.

«ВСЕ ЭТО ВИДЯТ?!» – Закричала мысленно, обращаясь к фамильяру.

– Ага. Если не хочешь, чтобы народ понял, в кого ты втюхалась…

Звуки становились всё громче.

Я поняла, что сейчас ненастоящий «Элияр» отстранится от такой же нереальной, как и он, «Олеси».

Титаны всматривались в мерцающие фигуры, сотканные из света и тени, с маниакальным интересом.

Та брюнетка, что хотела выставить меня маленькой глупышкой, так и вовсе ревела в голос.

Я даже замешкалась из-за этого.

«Элияр» раскинул руки в стороны, не разрывая поцелуя.

Тьма вспыхнула, и руки парня превратились в чёрные крылья.

Меня жуть взяла.

Соединив кисти, разорвала материю, сотканную мною же, и вскинула руки вверх.

Музыка резко оборвалась, и банкетный зал погрузился во мрак.

– Крууууто…

– Клаааасс…

– Но! Это всё?!

– А ещё?! Хочу досмотреть…

Шепотки вернули мне реальность.

Дыхание медленно восстановилось.

– Спасибо, – кивнула хухлику, который лишь мотнул головой, сокрушаясь.

«Глупая малявка…»

Сглотнув, оставила местное подобие микрофона, и на негнущихся ногах спустилась с преподавательского постамента.

Запоздало грянули аплодисменты.

Я растерялась.

Ко мне подошла Ася.

– Очень здорово. Лесь, а кто это был? Тебя я узнала, а парень?

Я пожала плечами.

Трое мужчин, которые работали титанами Оралима и Цароса, раздражённо поморщились.

Две брюнетки осторожно приблизились.

– Круто. – Поделилась впечатлениями та, другая, имя которой я ещё пока не знала. Красивые чёрные локоны женщины с красными глазами согласно подпрыгнули в такт её кивкам. – Твоя мать так не умела, даже тогда, когда влюбилась. Ты – молодец. Береги своё счастье, – шепнула красотка так тихо, что я решила – её последняя реплика мне послышалась.

– Я… – Цисана запнулась.

Слёзы градом катились по её лицу.

Мне даже не по себе стало.

Я решила дать время жительнице гарема прийти в себя.

– Это было невероятно. Я хотела бы поговорить с тобой в более уединённом месте… если ты не против, конечно.

– Хорошо. – Бросив взгляд на прислушивающихся к нашему разговору мужчин, кивнула. – Приятно было познакомиться. До свиданья.

Остановилась я лишь у входной двери, где в пяти метрах никого не наблюдалось. Для пущей защиты заплела световой замок.

– Нас никто не слышит, можете говорить.

– Ты, наверное, знаешь, что я – одалиска эрлина Цароса?

– Да, – не стала увиливать от правды. Женщина без того выглядела нервной.

– Хочу попросить тебя… ты можешь парный дух моего Алана подселить мне?

Вскинув брови, своей реакцией выбила почву из-под ног красотки.

На титаниду чуть ли не заикание напало.

– Прошу! Я его очень люблю!!! Я не переживу, если он…

Бросив взгляд на Эля, который вполне правдоподобно и искренне засмеялся над Алис… засмеялся впервые на моей памяти, почувствовала, как закололо в носу.

Не от злости или ревности. От элементарного понимания.

– … будет счастлив?

– Что? Нет! Это не так!

– Да. – Собрав всю волю в кулак, продолжила напирать. – Именно так! Вы делите его с толпой наложниц, но боитесь делить с одной той, что по-настоящему ему нужна.

– Я люблю его!

– Называйте, как хотите, но это не любовь.

– Ты не понимаешь, любовь многомерна! Она может быть…

– Нет. Чувства многогранны, как бриллиант, а любовь – это солнце. Не имеющее граней, начала и конца… настоящая любовь безмерна. Вы просите подселить душу пары себе, но ведь она никогда не расцветёт в уже занятом теле. Алан Рогмар даже не поймёт, что душа его эрлины в вас. Этим поступком вы лишь обезопасите своё существование. Это что угодно, но не любовь.

Слова лились из самого сердца, которому вторил холодный разум.

Я украдкой бросала взгляды на группу пятикурсников, веселье у которых только началось, и каждой фразой делала открытие для самой себя.

– Если бы вы его любили всей душой, то хотели бы только одного – видеть его счастливым… даже если это счастье полностью исключает… вас.

Из глаз нагини скатились крупные слёзы.

– Найдите своё. Вы слишком красивая, чтобы плакать.

Мои слова только ещё сильнее расстроили женщину, но сказать ещё что-то – у меня в голову не приходило.

Распустив узелок световой линии, кивнула, чтобы уйти.

Цисана Тар схватила меня за руку.

– Берегись мастера, Ниту! Он не даст свершиться пророчеству… – звуки медленно заполнили собой пространство, которое я освободила от тишины.

– Что? О чём вы?

Цисана больше ничего не добавила.

Оглядевшись, титанида вытерла мокрые щёки и выскочила из студенческой столовой, так и не пояснив, что это сейчас было.

От облюбованного Бусаном окна грянул гомерический хохот.

Пятикурсники веселились.

Тоска опять сжала внутренности.

– Чего такая кислая? – Полюбопытствовал появившийся Корвин, распушивший хвост.

– Устала.

– Понятное дело, такой фильмец сотворить! Жалко, что кадры 18+ не показала…

– Отстань. Скажи девчонкам, что мне захотелось спать, – я поспешила убраться следом за Тар.

– Стой, ненормальная! Каким образом я это им скажу?! Они меня не слышат!

Оставив фамильяра позади, выскочила на аллею и быстро замёрзла.

На улице поднялся ветер. Вдалеке послышался гром.

Приближалась гроза.

Постояв секунду, поняла, что бежать в никуда, чтобы добиться нормального ответа тому, что намолола мне странная нагиня, бесполезно. Цисана явно уже у портала.

Вздрогнув, обхватила руками голые плечи.

«Спать! Утро вечера мудреней!» – Пусть я и мало верила в эту поговорку, но поплелась в общежитие без дальнейших умозаключений.

Я, действительно, устала.