Целитель для сирот. Приют на пограничье

Раскаты взрывов затихали вдали. В ночном небе маячили красные отсветы пожаров.

— Тетя, а мы теперь далеко уедем? — детская ручка потянула подол моей юбки. Грузовик тряхнуло на ухабе, и я тихо охнула, хватаясь за бок.

— Да, малыш, — я погладила светлую головку девчушки. Ей было, наверное, лет пять. В голубых глазах на исхудавшем лице лучилась искренняя надежда. 

Надежда на спасение.

— Там о вас позаботятся.

— Ирена, ты в порядке? — вопрос Михайло прозвучал с тревогой. Он поспешил пересесть на скамью напротив. Малыши дали ему дорогу и теперь тоже смотрели на меня.

Я опустила взгляд на влажную руку, которой сжимала бок. Смотреть туда было страшно.

— Ирен?

Новый взрыв раздался вдали. А я вдруг начала оседать в сторону. В ушах зашумело, но я видела, что с остальными пассажирами грузовика все в порядке.

— Ирен! — мужское лицо напротив, вокруг — малыши, которых мы вывезли, свод кузова с зеленым брезентом.

И последняя мысль — а ведь скольких еще я могла бы спасти…

***

— Голубушка! — меня трясли за плечо. — Милая?

В нос ударил запах нашатыря. В голове стало проясняться, и я даже нашла в себе силы отвернуться. Еще хотела оттолкнуть руку с ваткой, что настойчиво пихали мне под нос, но на это сил не хватило.

Я с трудом разлепила веки.

Первое, что увидела — деревянный потолок. И тут же — лицо взволнованной пожилой женщины. Волосы ее, мелко-курчавые, подобно пуху одуванчика создавали светлый ореол вокруг ее головы.

— Месье Дюран, она очнулась! — позвала она кого-то в стороне. 

Тело начинало слушаться. Я попыталась приподняться и у меня получилось. 

Оказалось, что я лежу на кушетке в небольшой приемной. Или это был кабинет? Светлые стены с пожелтевшими от времени бумажными обоями в мелкий цветочек видали явно лучшие времена. 

Послышались тяжелые шаги, и в помещение вошел мужчина. Он был в обычной одежде — коричневый свитер и брюки, на вид ему было около тридцати пяти-сорока. Глубокие тени под глазами и легкая небритость выдавали усталость.

— О, прекрасно, — он приблизился ко мне, сел рядом и взял за запястье, быстро находя точку пульса. Мазнув взглядом по моему лицу, перевел его на наручные часы.

Я сидела спокойно, позволяя ему измерить мой пульс. А сама при этом пыталась сообразить где я.

И тут разума коснулось странное — бок мой совершенно не болел.

Я потрогала его свободной рукой, принялась себя ощупывать. Но ведь было столько крови! Это не могло пройти бесследно. 

— Что-то потеряли, Эн? — Месье Дюран едва заметно улыбнулся и обеспокоенно поглядел в мое лицо.

— Эн? — переспросила я. 

Он вскинул брови. 

— Да, вас ведь так зовут? Я посмотрел ваше рекомендательное письмо, уж простите мою наглость. Но оно лежало в кармане вашего плаща.

— Меня зовут Ирена, — я совершенно не понимала о чем он говорит. Письмо?

И тут, блуждая взором по комнате, я наткнулась на зеркало. Оно висело на стене напротив в резной деревянной раме.

На бордовой кушетке с высокой спинкой сидел мой новый знакомый. Рядом стояла та женщина, а на моем месте… сидела совершенно незнакомая мне девушка с темными каштановыми волосами. Я от природы была русой и куда как более щуплой. Эта же мадам смотрела ровно мне в глаза и была на порядок здоровее.

Заторможенно, будто все еще сплю, я коснулась своего лица. Отражение повторило мой жест.

М-да.

Либо я сошла с ума, либо…

Стало не по себе, во рту загорчило. Желудок стиснуло, и я с трудом сглотнула.

Так не бывает. Просто не бывает.

Я снова коснулась бока. Там, где совершенно точно должна быть рана. Но ни перевязки, ни какой-то боли… ничего.

Месье Дюран внимательно наблюдал за мной и все больше хмурился. Но прежде чем он успел что-то спросить, в комнату вбежала девочка лет десяти. Коричневое платьице, такого же цвета колготки, а ее огненно рыжие волосы были заплетены в две озорные косички.

Только на лице отразилось вовсе не радостное выражение.

— Дядя Кристоф! Еще одному из мальчиков плохо, в десятой комнате! — она была крайне серьезна.

Женщина, что меня будила, всплеснула руками. А мужчина, наконец, отпустил мою руку, решительно поднялся с кушетки и поспешил к девочке.

— Скажи остальным детям, чтобы разошлись по комнатам и закрыли двери. Похоже, пора снова вводить карантин, — серьезно попросил он ее. Та кивнула и убежала по коридору. Он обернулся. — Мадам Сильви, подготовьте все необходимое. 

На этом он стремительно покинул кабинет. Мадам Сильви, та самая женщина, охая поспешила за ним.

— Ох, опять… ох-ох-ох… Бедные детки.