Целительница для владыки Северных гор

Линь Юэ стояла на самом краю обрыва, и за ее спиной дышала бездна. Один мальнький шаг - и все будет кончено.

- Я никогда не буду принадлежать тебе! - воскликнула она, и ее голос, чистый и звонкий, едва заметно дрожал от волнения.

В ответ раздался тихий, бархатный смех, от которого у нее по спине побежали мурашки..

Фэн Мо вышел на свет из тени деревьев. На нем было роскошное ханьфу цвета индиго, расшитое серебряными нитями. Длинные волосы, белые как первый снег на вершинах гор, свободно струились по спине. Тонкие аристократичные черты лица, холодные светло-серые глаза, и самое главное - округлые уши снежного барса и роскошный пушистый хвост с черными пятнами.  От его яркой, опасной красоты у Линь Юэ сжималось сердце и подкашивались колени, хотя разум кричал об опасности.

- А-Юэ, - промурлыкал он, делая шаг вперед. Его хвост неторопливо качнулся из стороны в сторону. - Ты же знаешь правила. Ты будешь либо моей...

Он остановился, и его тонкие губы искривила жестокая, собственническая усмешка, обнажившая заметные клыки хищника, а глаза сверкнули холодным серебром.

- ...либо не достанешься никому.

Линь Юэ невольно попыталась отступить, но земля под ногой дрогнула и осыпалась. Камешки с тихим шелестом упали в бездну.

- Отойди от неё, Фэн Мо.

Голос, глубокий и спокойный, как горное озеро, прозвучал неожиданно близко.

На сцене появился Лу Чансун. Его ханьфу цвета топленого молока было перехвачено широким поясом с бирюзой, а волосы, такие же белые, как у Фэн Жуя, были собраны в высокий хвост. Картину дополняли такие же уши и хвост, но в облике Чансуна не было хищной, ледяной жестокости. В нем была сила, уверенность и обещание защиты. Даже в такой опасной ситуации Линь Юэ невольно залюбовалась на его широкие плечи и волевое лицо.

Два белых барса. Два хищника одной крови. Но один выбрал путь тьмы, а другой - света.

Фэн Мо обернулся, его хвост раздраженно хлестнул по воздуху.

- Явился, - процедил он, обнажая меч. - Всегда лезешь не в своё дело.

- Я не позволю тебе творить зло! - Лу Чансун направил на него свой клинок.

- Снято! - голос режиссера прозвучал так неожиданно, что девушка вздрогнула и снова чуть не сделала шаг назад.