Цена наших побед

Рига. Латвия. 2010 год.

Под сводами небольшой ледовой арены вмиг разнеслись звонкие детские голоса, как только тренер скрылась из поля зрения.

- Я же сказала, что там Алиева, из России! Я узнала её! - взвизгнула одна из девочек.

- Выбирать новеньких приехала, - самоуверенно, будто обладая недоступной для других информацией, заявил юноша в чёрном тренировочном костюме.

- Она больше не тренирует юниоров, - следующая фраза от спортсменки, прозвучавшая полушёпотом, заставила остальных ребят подъехать ближе. - Отказывается, а ей предлагали много пар. Говорят, что после того случая с фигуристкой в Нью - Йорке...

- Так, я не поняла, это что за собрание? - грозный оклик тренера заставил всех вздрогнуть и сразу же разъехаться в стороны. - Продолжаем тренировку!

Стоя рядом, около бортика, с улыбкой наблюдая за своей, пожалуй, единственной подругой, раздающей чёткие указания и корректировки, та самая Ирина Алиева, которую сразу узнали юные фигуристы, прокручивала в памяти эпизоды своей спортивной карьеры.

Кто бы мог подумать, что из её приятельницы, её соперницы, скромной и застенчивой Юльки вырастет именитый латышский тренер, строгий, требовательный, буквально одержимый своей профессией.

Сколько всего они прошли вместе за несколько лет в спорте: почти одновременные травмы, зависть к успехам, борьбу за внимание тренера - но в конечном итоге, отчасти благодаря обстоятельствам, обрели друг в друге поддержку и опору.

- Непривычно видеть тебя с улыбкой, - Юля обратилась к Ире, хитро подмигнув.

- Я приехала на отдых. Погуляем по Риге, покажешь мне свой любимый ресторан. А через пару дней с новыми силами вернусь в Москву, к своим.

- А из моих никто не приглянулся?

Ирина прищурилась, внимательно всматриваясь в центр ледовой площадки, где отрабатывала вращения очень худенькая черноволосая девушка.

- Она нравится. Гибкая, юркая, я успела и прыжки увидеть, и скольжение, когда первый раз к вам зашла.

- Кристина Лаува. Ей шестнадцать исполнилось. Моя лучшая и любимая ученица, тебе могу признаться, - улыбнулась Юля.

- Без партнёра?

- Двух уже сменила. По сезону с каждым откаталась. Один из-за травмы закончил, второй уехал в Россию. Но она с каждым из них побеждала. Ты бы видела, как выбросы вытягивает! Теперь не можем найти ей никого подходящего. Сама знаешь, как у нас в Латвии с парнями...

- Попробуй её кому-то из ваших предложить, я тебе на днях скидывала контакт парня из Флориды.

- Если бы кому-то и предложила, то только тебе.

Ира помотала головой, отрицая такую вероятность. Она зареклась работать с юниорскими парами, вот уже несколько лет предпочитая брать к себе готовых, сформировавшихся спортсменов с хорошими данными, из которых в кратчайшие сроки можно было выковать чемпионов. За это Алиеву осуждали недоброжелатели, принижая её заслуги в завоевании медалей спортивными парами. И пусть пока в копилке подопечных Ирины было всего несколько побед, специалисты сходились во мнении, что за фигуристами из группы этого тренера – будущее парного фигурного катания.

- Давай вечером поговорим. Не буду отвлекать от тренировки, - Ира потуже затянула резинкой копну вьющихся темных волос, прикидывая, успеет ли привести себя в порядок перед походом в ресторан.

- Да, к слову, над внешним видом можешь не заморачиваться, - Юля и не подозревала, что прочитала мысли подруги. – Я тебя отведу в не совсем обычный ресторан.

- Я могу даже не выбирать платье?

- Выбирай джинсы. Все, до встречи.

Благожелательное выражение лица Юлии моментально сменилось на сосредоточенное: зоркий профессиональный взгляд отметил у одной из учениц неправильное положение ребра конька при заходе на параллельный прыжок, поэтому в следующую секунду тренер уже обращалась к спортсменке с указаниями.

***

- Ма-а-ам, я дома, - крикнула Кристина, убирая спортивную сумку под скамью в коридоре. – Вещи в стирку закинуть?

- Я сама закину, давай в душ и беги кушать, пока все горячее, - голос мамы всегда доносился то из кухни, то из дальней комнаты, то из ванной; женщина постоянно была чем-то занята, и ни разу Кристина не видела, чтобы мать просиживала без дела.

Аромат отварного картофеля со специями приятно щекотал ноздри, еще больше усиливая аппетит, хотя девушка и так не жаловалась на его отсутствие. Отличный метаболизм позволял ей питаться разнообразно, не подсчитывая калории, в то время как остальным спортсменкам из группы приходилось ограничивать себя ради выполнения сложных элементов. 

Вспоминая вчерашнюю беседу с подружками, о том, кто как считает количество съеденного, Кристина выудила из кастрюли несколько крупных картофелин, достала кусок отварной курицы и уселась за стол. 

Она очень любила во время завтрака или ужина смотреть в окно, вдаль: ей открывался потрясающий вид на густой лес, и можно было долго рассматривать величественные деревья, которые зимой покрывал снег, образуя причудливые фигуры. 

- Мам, смотри, там как будто парень и девушка на коньках, восторженно воскликнула Кристина, едва успев прожевать мясо.

- Фантазерка ты моя, - ласково потрепала ее по плечу мать. – Я вот ничего не вижу. Фонари светят, снег лежит на деревьях.

- Ну вот, глянь, слева два дерева. Похоже?

- Похоже, похоже. Мне сегодня тренер звонила, - женщина присела на табурет напротив. – Поговорить со мной хочет.

- О чем? – Кристина увлеченно поглощала ужин, но слушала очень внимательно. – Меня хвалят, вращения стали намного лучше, и прыжки я восстановила все.

- Вот поэтому она и хочет поговорить. После того, как вы с Сережей перестали кататься вместе, прошло почти полгода…

- Мам, у нас с парнями сложно, - процитировала слова тренера девушка.

- Юлия предлагает рассмотреть вариант с Америкой. Она сегодня с кем-то поговорила, вроде как. Пока все не точно.

Кристина поперхнулась и закашлялась. Она готовилась услышать что угодно, но точно не то, что услышала сейчас. Ей прекрасно было известно о том, сколько финансовых вложений требуется для тренировок и проживания за границей. У ее семьи никогда и не было столько средств, чтобы можно было позволить себе переезд в другую страну, да что там – перелет на другой континент. И куда она поедет без знания языка, в незнакомую страну?

- Я оценила шутку, спасибо.

- Кристюш, это не шутка. Мы с папой завтра поедем беседовать с твоими тренерами, кто-то из федерации еще будет.

- Мам, ну ты серьезно? – обычно отменный аппетит почти сразу пропал, есть расхотелось совершенно. – Думаешь наши из федерации будут все это оплачивать?

- Мы все обсудим, подумаем, узнаем примерную сумму… Возьмем кредит в конце-концов.

- Мамулечка, ну какой кредит, - Кристина начинала раздражаться. – Ты и так целыми днями крутишься, чтобы я могла тренироваться и выступать, отец вынужден был работу сменить ради меня.

- Если мы не попробуем, потом будем себя винить, что могли что-то сделать для твоего будущего, но упустили шанс, - голос матери звучал на удивление спокойно. – Давай мы пока не будем горячиться, когда станет понятно, что к чему, тогда и посмотрим. А пока доедай.

- Да я не хочу уже, - попытка отодвинуть тарелку не увенчалась успехом, мать тут же вернула ее обратно.

- Не капризничай. Ешь. И подумай, может все эти фигуры из деревьев тебе не просто так мерещатся. Может это… Знак. Найдется тебе партнер, да хоть и в Америке. Выступать все равно за свою страну будешь. Представляешь? Чемпионат Европы, Чемпионат Мира. Разве не об этом ты мечтала?

Кристина молча кивнула, чувствуя, как начинает щипать горло от подступающих слез. Она сделала вид, что продолжает понемногу есть, но на самом деле не могла проглотить ни куска.

Ей пока никак не получалось представить свой отъезд из дома, в другую страну. Уехать от родителей, от обожаемых младших сестры и брата, от любимой бабулечки, которая всегда волновалась за внучку на соревнованиях, но обязательно посещала их, несмотря на неважное самочувствие.

Кредиты, перелет в США… Пока это все казалось нереальным и вовсе не про нее.

                               
***

- Жаль, что я не могу выговорить твою латышскую фамилию, - Ирина закатила глаза, мысленно подбирая что-нибудь ругательное. – Ты привела меня в пивной ресторан в подвале?!

- Это не пивной ресторан, - рассмеялась Юля. – Это, между прочим, одно из самых популярных мест Риги: средневековый ресторан в винном погребе. Сейчас никого не удивить пафосными заведениями, а тут, я уверена, тебе очень понравится.

- Я похожа на любительницу винных погребов?

- Хватит, Ир, - едва удалось сдержать очередной приступ смеха. Подругу получилось, как минимум, удивить. -  Спускайся осторожно, лестница очень коварна.

- Не так коварна, как лед. Помнишь, мы с тобой пытались повторить дорожку шагов с Олимпиады две тысячи второго года? Обе свалились после первых же зубцовых… Черт.

- Я предупреждала! – Юля ухватила оступившуюся приятельницу. – Вот, пришли. Ну, как тебе?

В зале ресторана, скорее напоминающем просторную пещеру с высокими сводами, царил полумрак, поскольку помещение освещалось исключительно свечами, расположенными на стенах и деревянных лакированных столах. Залов, судя по всему, было несколько, впрочем, хостес в стилизованном под старину наряде довольно быстро разместила Ирину и Юлю за одним из свободных столов, так что бродить по заведению и оценивать масштабы казалось не слишком уместным. Пришлось изучать окружающую обстановку со своего места.

Потолок главного зала украшали четырехметровые арки с подвешенными светильниками в виде кованых подсвечников, пламя горящих свечей рассеивало приятный желтоватый свет, создавая уникальную атмосферу; на полках, укрепленных по стенам, располагались глиняные крынки, миски, в интерьере использовалась старинная мебель, соответствующая определенному историческому периоду – по всей видимости, к работе над рестораном привлекались талантливые дизайнеры.

- Мне, пожалуйста, мясо утки, приготовленное в печи с вишнево-луковым вареньем, - через несколько минут сообщила Юля официанту, затем заговорщически прошептав подруге: - Одно из любимейших блюд короля Рене Анжуйского, между прочим!

- Обычный маркетинговый ход, - скептически ухмыльнулась Ира, просматривая меню. – Но соглашусь с тобой, место очень атмосферное. Я возьму салат вот этот, и тыкву, запеченную с грибами и сметаной. Расскажешь мне, кто там из герцогов или королей предпочитал тыкву?

- Вот зря ты смеешься над латышскими блюдами. Все то, что подают здесь, готовится по рецептам средневековых времен.

- Все, сохраняю серьезность.

За непринужденной беседой время пролетело довольно быстро, но когда девушкам принесли заказ, на их лицах отразилось слишком явное недоумение. Вместо салата, запеченной утки и тыквы, перед ними красовались два блюда, глядя на которые подруги переглянулись.

- Это… Что? – округлила глаза Ира.

- Похоже на голубя… - медленно протянула Юля, не понимая, почему им принесли не тот заказ.

- Верно, запеченный лесной голубь с пикантным соусом, - радостно кивнул молодой официант, прекрасно изъясняясь на русском языке.

- Да уж. Пикантнее не придумаешь. Голубь… - Ирина хмыкнула, рассматривая гарнир.

Извините, это наш заказ! – поднялся из-за соседнего стола высокий мужчина в меланжевом свитере темно-серого цвета. – Наш официант, наверное, что-то перепутал.

- Отлично, - выдохнула Ирина. – Еще не хватало по приезду в Москву рассказать, что я в Риге голубей ела.

- Зря вы так, мясо этой птицы здесь бесподобно готовят, - обратился к ней все тот же мужчина.

- Я вам верю, - Ира изобразила некое подобие улыбки. – Приятного аппетита.

- Спасибо.

Юля не вмешивалась в спонтанный разговор, но когда мужчина сел на свое место, наклонилась к Ире и прошептала:

- Ты не узнала его?!

- Кого?

- Мужчину, который голубя заказал.

- Нет. А почему я должна его узнавать?

- Так это ваш, московский… Как же его. Роман… Забыла фамилию, по юниорам занимается всякими организационными и прочими вопросами.

Ира обеими руками провела по волосам, чуть растрепав их, даже не представляя, насколько привлекательно выглядит в этот момент, и встретилась взглядом с серыми, почти стального цвета, глазами Романа. Сразу же отвернулась, пытаясь вспомнить, пересекались ли они с этим мужчиной в Москве, но даже обладая отличной визуальной памятью, не смогла ничего выудить из воспоминаний. 

Молодой мужчина, лет тридцати или чуть старше, выглядит довольно сурово, или может просто именно в этот момент он с собеседником обсуждал что-то важное. Стрижка оформленная, на лице небрежная щетина – Ира по кусочкам разрезала тыкву и одновременно с этим мысленно перебирала знакомые лица из федерации.

- Будет забавно, если встретитесь в Москве, в федерации, и он вспомнит, как ты от голубя отказывалась, - подшутила Юля, замечая, что Ира погружается в свои мысли.

- Спасибо, что напомнила мне о работе. Я собиралась провести несколько дней без единого упоминания о своей любимой профессии.

- Ты так не можешь. Все знают, что Ирина Алиева – настоящий трудоголик и о работе думает даже ночью.

-  Все, больше ни слова о фигуристах, членах федерации, тренировках. Я приехала к тебе отдохнуть, - Ира, в подтверждение своих слов с наслаждением, прикрыв глаза, губами стянула с вилки пару сочных кусочков тыквы, не замечая, как за всем этим наблюдает со стороны Роман.

Москва. 2011 год.

В преддверии Чемпионата Европы, Ирину вновь закрутил непрекращающийся водоворот событий. Помимо предстоящих международных соревнований, намечались встречи по вопросам организации благотворительного шоу, в котором должны были принять участие две спортивные пары из её группы, согласование нюансов по документам со спонсорами, насыщенные утренние и вечерние тренировки, между которыми нужно было умудриться сделать много всего важного. Например, позвонить дочери.

В один из дней Ира бегло глянула на часы и поняла, что в Нью-Йорке еще ночь, однако в социальной сети, напротив имени Эмилии светился статус «online».

- У них четыре утра… - насторожилась Ирина и нажала на смартфоне иконку вызова.

Недолгое ожидание, и затем на весь экран появилась широкая, белоснежная, типично «американская» улыбка девушки - подростка.

- Мама, хэллоу, - бодро проговорила Эмилия. – Отличная идея, позвонить мне ночью по скайпу. Что-то срочное?

- И я тебя рада видеть. Ты почему не спишь? Рано вставать на тренировку.

- Не спится.

Ирина успела заметить за спиной Эмилии темнокожего юношу, резво прошмыгнувшего вдоль стены.

- Эми, а что у вас там происходит? Что за шум?

- Где? - экран затрясся, послышались шорохи, но через пару секунд все пришло в норму. - У нас все в порядке, ребята... Просыпаются.

Наверное, следовало начать выяснять у пятнадцатилетней дочери, почему в ее комнате ночью ошивается явно совершеннолетний, темнокожий юноша крепкого телосложения. Но Эмилия находилась за тысячи километров от Москвы, в Нью-Йорке, и наверняка уже придумала в голове десятки оправданий - находчивости ей было не занимать.

- Мам, ты же знаешь, за мной тут присматривают, в клубы я не хожу, на машине с друзьями не катаюсь, алкоголь не принимаю, каждый день тренировки... Да что я тебе рассказываю, тебе Барбара каждый день отчет присылает!

- Про парня лет двадцати, который смылся минуту назад, мне тоже Барбара расскажет?

Ирина старалась говорить строго, при этом не переходя границ, и не превращаться в ту, кто всеми способами готова вытягивать мельчайшие подробности из собственного ребенка.
Она знала, что стоит надавить сильнее, и Эмилия закроется, а то и вовсе перестанет отвечать на звонки, как уже происходило несколько раз.

- Мам, это Эван. Ему двадцать два, и мы дружим. Просто дружим, - Эмилия приблизилась к камере смартфона, по ее мнению, это должно было придать нотки таинственности и доверия беседе матери и дочери. - Не переживай за меня.

- После утренней тренировки обязательно позвони мне, договорились?

- Окей, люблю тебя, мам.

Видеовызов завершился и Ира дала себе еще несколько секунд, чтобы побыть в роли матери и переварить полученную информацию. 

Сознательно оставляя дочь в Нью-Йорке год назад для того, чтобы она могла тренироваться у одного из лучших специалистов, Ирина предполагала возникновение определенных сложностей. И дело было вовсе не в разлуке с самым родным и близким ее человеком, скорее основной проблемой стала невозможность контроля.

Эмилия находилась в США не одна: она проживала в семье своего тренера, ее отлично принимали родственники партнера по танцам на льду, так что в данной ситуации внимания девочка получала больше, чем могла ей предложить собственная мать. Однако желание все и всех контролировать не давало Ирине душевного спокойствия, и она неоднократно за этот год предлагала дочери все-таки перебраться в Россию.

А для Эмилии, получившей в подростковом возрасте практически полную свободу действий (насколько это было реально в условиях ежедневных тренировок и спортивного режима) - переезд к матери означал бы не просто контроль, а беспрекословное подчинение, строжайшее соблюдение диеты, режима дня и всего остального, на чем Ирина казалась помешанной. О дисциплине в группе Алиевой слагали легенды.

Так что вполне понятно, почему ее дочь категорически отказалась от переезда, в разговорах с матерью делая упор на улучшении своих спортивных показателей, добавляя: "Ты меня ради этого оставила здесь".

В очередной раз прокрутив в своей голове множество "за" и незначительные пункты "против" Ирина вышла из раздевалки, прикрывая за собой дверь.

- У Алтуфьевой снова лодыжка... - около лестницы, ведущей к бытовым помещениям, Иру перехватил тренер, отвечающий за технику исполнения элементов у спортсменов. И он никогда не дёргал коллегу по пустякам. Тот факт, что сейчас он обратился с краткой фразой, означал лишь одно, у пары Алтуфьева - Вебер опять серьёзные проблемы.

- Да что ж... - Ирина, сжав зубы, что-то прошипела, видимо сдерживая в себе ругательства. - Ты с врачом разговаривал?

- Лично к нему ездил, рентген смотрели. Он говорит еще пару сезонов максимум и все, да и то любое неосторожное движение... Сама понимаешь.

Ира оперлась на перила, сосредоточенно глядя куда-то в пустоту, беспрестанно покусывая губы, таким образом удавалось справляться с волнением и не позволять эмоциям брать верх.

- На Чемпионате Европы откатает?

Сергей, обеими руками почесал голову, погружаясь в мыслительный процесс:

- Выбросы нужно будет постараться вытянуть... Сашка ее швыряет как придется, а там попытка держать баланс на приземлении. Она ж в прошлый раз на выбросе ее и повредила.

В этот самый момент, в глубинах сознания промелькнула мысль о худенькой черноволосой девушке из Латвии - Кристине Лаува, которую Ира заприметила в прошлом году в Риге. Вспомнились слова тренера о том, как фигуристка вытягивает выбросы даже из сложных позиций.

- И в каскаде она тройной прыжок часто сдваивает... Будет возможность у тебя до Европы еще подтянуть, или с ногой у нее серьезно? - Ира отогнала прочь яркую картинку вращающейся на катке Кристины. Сейчас перед ней стояли более важные вопросы.

- Вечером съездит к врачу, если все нормально, завтра в зале поработаем, - кивнул Сергей.

- Спасибо тебе, - по-дружески приобняла его за плечи Ирина, перебирая в голове варианты своих дальнейших действий.

На данный момент в их группе тренировались две пары российской сборной. И если в нынешнем олимпийском цикле, к Олимпиаде две тысячи четырнадцатого года, у тренеров уже были надежды на вполне конкретную пару, то к следующим Олимпийским играм они как раз рассчитывали подготовить двадцатилетних ребят: Ксению Алтуфьеву и Александра Вебера. Они оба обладали классической красотой катания, превосходно смотрелись на льду. Крепкий физически, высокий статный партнер позволял экспериментировать со сложностью поддержек, а очаровательная блондинка Ксения вдобавок ко всему обладала привлекательной внешностью скандинавского типажа. Так что пара выглядела шикарно, но в плане техники им пока все же оставалось далеко до ведущих спортсменов.

К тому же, Ирина поставила их в пару каких-то пару лет назад, перетянув от других тренеров, и вроде еще было время для того, чтобы Саша с Ксенией скатались, вот только периодически возникающие проблемы по здоровью не позволяли партнерше раскрыться в полной мере.

Неожиданный телефонный звонок с незнакомого номера Ирину не удивил, ей часто звонили агенты спортсменов, сами фигуристы, представители спонсоров - порой приходилось отключать звук входящих вызовов.

- Слушаю, - Ира неторопливо принялась подниматься по ступенькам на второй этаж.

- Ирина, добрый день, - раздался в трубке приятный мужской голос. - Меня зовут Роман Вершинин, я занимаюсь вопросами сборной. Нам нужно с вами обсудить некоторые нюансы по присутствию ваших пар на Чемпионате Европы.

- Роман, извините, но... - она взяла краткую паузу, после чего продолжила, придав интонации стальные нотки. - Все вопросы я уже обсудила с представителями Федерации.

- Я только сегодня приступил к выполнению своих должностных обязанностей, поэтому со мной вы точно ничего не обсуждали.

Ирине порядком поднадоел этот разговор ни о чем, так как в течение двух недель она неоднократно ездила в Федерацию, переговорила со всеми нужными людьми и теперь спокойно готовила свои пары к Чемпионату.

- Завтра я жду вас у себя в одиннадцать утра, - Роман прервал затянувшееся молчание. - Все документы мне передали, поэтому требуется только ваше присутствие.

- Завтра в одиннадцать утра у моей группы тренировка. Всего доброго.

Вот так категорично и без лишних слов Ирина закончила разговор. Она понятия не имела, кто такой этот Вершинин, что ему нужно - никакой конкретики. Да и человека с такой фамилией она в Федерации не припоминала. 

В следующую минуту, когда она поднялась на второй этаж и открыла ключом неприметную, окрашенную в серый цвет дверь, ее мысли уже полностью поглотила ситуация с учениками и их здоровьем. 

Ирвайн. Калифорния. США.

Кристина вдохнула прохладный воздух арены, оттолкнулась от испещренной лезвиями поверхности льда и принялась выполнять вращение, обнимая себя обеими руками, затем грациозно наклоняясь вбок и сохраняя баланс.

- Выслуживаешься? Хочешь впечатление произвести? - окликнул ее партнер. - Зря стараешься, никто еще не приехал и потуги твои не видит.

- Что с настроением? - Кристина в очередной раз проигнорировала совершенно хамское, не мужское поведение.

- Нормально все. Не выспался. 

- Раскатывайся пока, чтобы время не терять.

- Ага, - буркнул юноша и, расчехлив коньки, молча выехал на лед.

На протяжении всей раскатки он ни словом больше не обмолвился с партнершей, впрочем, Кристина привыкла к его перепадам настроения, для нее главным было то, что есть возможность тренироваться и совершенствоваться.

С момента ее переезда в США прошел почти год. Она по-прежнему являлась гражданкой Латвии, просто теперь жила и тренировалась в Ирвайне вместе со своим партнером: самовлюбленным и чересчур самоуверенным парнем, чьи амбиции в спорте подкреплялись приличными вложениями со стороны семьи.

- Круто, что нас отправляют на Чемпионат Европы, - когда завершилась раскатка, Алексей подъехал к борту, отряхивая крошки льда с брюк.

- Других достойных пар у нашей страны не было, - Кристина произнесла это обычным, будничным тоном, подразумевая отсутствие спортивных пар в Латвии, но собеседник неверно истолковал ее слова и хохотнул.

- О как ты заговорила. Корона не жмет?

- Леш, нам с тобой надо хорошо выступить.

Алексей поджал губы, оглядывая Кристину с ног до головы:

- Тебе похудеть надо, вот чего. Тяжеловато в подкрутке выглядишь.

Снова укол, снова издевка в голосе. За тот год, что Кристина каталась с Алексеем, она успела привыкнуть к его манере общения, перестала замечать сарказм или откровенные провокации, только совсем не так представляла себе партнерство в паре.

Возможно слишком наивно, но ей всегда казались образчиками идеальных взаимоотношений советские фигуристы, чьи выступления Кристина смотрела будучи совсем маленькой девочкой. Там всегда демонстрировалось трогательное, бережное отношение сильных, уверенных партнеров к хрупким партнершам. 

Здесь же несколько месяцев, проведенных бок о бок с Алексеем, показали суровую реальность: в Ирвайне ей никто не радовался, никто не оберегал ее, не оказывал поддержку. Наоборот, не забывали упомянуть, что она приехала сюда работать, а не друзей заводить.

Первое время Кристине было очень сложно адаптироваться к новым условиям. Другой часовой пояс и американская речь повсюду, непонятный график тренировок и сложности с передвижением по незнакомой местности. Ностальгия по любимым улочкам Риги и по своей семье, все это накладывало отпечаток и от чувства дикой тоски и одиночества спасало катание.

Иногда Кристина сама просила покататься вне тренировочного процесса. Когда была возможность, тренер ей это позволял, и тогда девушка погружалась в свой особый мир: увлеченно и вдохновленно скользила, отрабатывала вращения, разбиралась с заходами на элементы. Проводила время с пользой, пока партнер отдыхал с друзьями или ездил по своим делам.

Родителям в Латвию Кристина звонила не каждый день, не было такой возможности, так как в маленькой комнате, где она жила, располагались еще две спортсменки - говорить при них не хотелось, а в других местах интернет ловил неважно. Поболтать нормально не всегда удавалось.

Но девушка никогда и никому не жаловалась, переживала все внутри себя, впрочем делиться проблемами, страхами и сомнениями ей оказалось не с кем. Одиночество - пожалуй именно то одно слово, которым она могла выразить, что испытывает острее всего. Чувство тоски по родному дому, по близким людям. Ее очень тянуло обратно, но второго шанса чего-то добиться могло бы и не быть. К тому же, Кристине хотелось возместить серьезные финансовые затраты со стороны семьи. 
А их можно было возместить только одним способом - завоевывать награды и призовые на международных соревнованиях.

Вот и приходилось брать себя в руки, призывать силу воли, напоминать себе, для чего она тренируется, терпит... Для того, чтобы ей могла гордиться ее семья, ее родители, любимая бабушка, сестра. Учителя, первый тренер. Чтобы однажды на ее примере рассказали начинающим спортсменам, как девочка из Латвии смогла добиться головокружительного успеха и завоевала медали всех крупнейших международных соревнований.

Берн. Швейцария.
Чемпионат Европы.
Январь 2011 года

На ледовой арене "ПостФинанс", где в ближайшие несколько дней планировалось проведение Чемпионата Европы, было не просто свежо - холод пронизывал все тело, и даже привыкшие к прохладе спортсмены желали как можно быстрее завершить раскатку.

Кататься в таких условиях не представлялось возможным, но организаторы на жалобы представителей федераций стран-участников лишь пожимали плечами и оправдывались отсутствием отопления, в то время как некоторые фигуристы были вынуждены разминаться, не снимая теплую одежду. При такой температуре воздуха мышцы быстро охлаждались, приходилось затрачивать намного больше энергии для того, чтобы их согреть. Все это могло привести к серьезным травмам, поэтому раскатка, скорее, носила формальный характер. Никто не рисковал и не выполнял сложные элементы.

- Издевательство какое-то, - в буквальном смысле стуча зубами, проговорила Ирина в пустоту, наблюдая за тем, как разминается ее пара.

- Вот, возьмите армейское одеяло, - прозвучал за спиной незнакомый мужской голос. - Хоть немного согреетесь.

Ира обернулась и смерила недоуменным взглядом высокого мужчину с легким прищуром серых глаз.

- Что, простите?

- Одеяло возьмите, я потребовал у организаторов выделить нам несколько штук.

- Спасибо, но не нужно. Раскатка заканчивается, мы уходим.

- Я думал тренер должен присутствовать у борта во время проката, разве нет? - мужчина не отступал, по-прежнему протягивал Ирине теплое и, судя по всему, довольно увесистое, плотное одеяло.

- Извините, а вы кто? - этот вопрос крутился на языке с самого начала появления незнакомца. 

- Роман Вершинин, - легкая полуулыбка озарила его лицо, делая суровые черты лица намного мягче. - Вы недавно проигнорировали мое приглашение на встречу в Федерацию.

"Черт...", - в голове хаотично перемещались мысли. Ира вспомнила неожиданный звонок, свое нежелание тратить время на очередные разговоры - тем более, когда по вылету в Берн все вопросы уже были решены. Затем подумала, что не видела Вершинина в самолете вместе с остальными, видимо он прилетел чуть раньше или позже.

- Вам здесь находиться еще не меньше часа, так что возьмите. Ребятам тоже сейчас принесу, - Роман, увидев некоторое замешательство на лице Ирины, положил одеяло рядом, на трибуну, и, ничего не говоря, направился в сторону бригады волонтеров.

Такое проявление заботы со стороны совершенно незнакомого ей человека, пусть и члена Федерации фигурного катания страны, было непривычным и обычно собранная, сосредоточенная Ирина, позволила этому эпизоду на краткий момент захватить свое сознание. Решила, что следует обязательно чуть позже поблагодарить Романа за такой жест, да и не стоит портить отношения с человеком, назначенным на пост в Федерацию.

Уже в следующую минуту Ирина снова переключилась на тему работы: она хорошо умела владеть собой и могла без всяких проблем выбрасывать из головы лишние, посторонние мысли.

- Саша, на выезде из каскада что? Где нога у тебя? - набрав в легкие побольше воздуха выкрикнула Ира. - Не перекручивай давай!

Юноша в светло-сером свитере несколько раз кивнул, показывая тем самым, что услышал тренера и вновь предпринял попытку сделать все правильно, только теперь ошибку допустила его партнерша.

- Ирина Георгиевна, у меня никак не идет сальхов... - устало выдохнула Ксения, подъезжая к борту. - Прям вот сидит в голове фраза: "Осторожней".

- Значит заменяй фразу. Голова твоя, мозг твой. Учись это контролировать.

Ксения опустила голову, и принялась ковырять зубцом конька ледовую поверхность. Не давал покоя случайно услышанный на прошлой неделе разговор тренеров о том, что если так пойдет и дальше, если будут повторяться травмы, Саше придется искать новую партнершу. Из-за постоянных простоев партнер терял форму и потом очень долго ее восстанавливал. Все это, вкупе с психологической неустойчивостью Ксении, приводило к ошибкам в прокатах и ребятам никак не удавалось занять достойное место на соревнованиях. Чемпионат Европы был шансом доказать, что пара, как минимум имеет право на существование.

- Услышала меня? - обратилась тренер к Ксении. - Твои мысли - это зона твоей ответственности.

- Услышала.

- Отлично, давайте еще раз с короткого борта заход и заканчиваем, у тебя уже из носа течет.

На лед понемногу выходили разминаться другие пары, и среди них взгляд Ирины выхватил латвийских фигуристов: тоненькая стройная Кристина Лаува в тренировочном черном комбинезоне выглядела немного растерянно и о чем-то переговаривалась с партнером. В отличие от других спортсменов, она полностью сняла с себя верхнюю одежду и сейчас казалась чрезмерно худенькой на фоне остальных девушек.

- Ее совсем не кормят? До анорексии девчонку доведут, - почувствовав сильный спазм в области солнечного сплетения, Ирина постаралась отбросить от себя неприятные воспоминания. - Я видела ее год назад в Риге, она и тогда была худая, но сейчас видимо еще пару килограмм скинула.

- Кто? - коллега Иры, подошедший поближе, не сразу понял, о ком идет речь.

- Лаува, из Латвии. Посмотри, вон там, в черном.

- Может сказали похудеть? Не тянет ее партнер? Они до сих пор двойную подкрутку делают, так еще и планируют на Чемпионат Мира поехать...

- Не знаю, что насчет подкрутки, но девочка шикарная. Скольжение фантастическое, вращения, выбросы даже мертвые тянет.

- Себе присматриваешь? - хмыкнул мужчина. - Не отдадут. Федерация Латвии еще те жуки. У них это единственная пара, которая на мировых аренах может выступать.

- Сереж, ты знаешь, что я не работаю с девочками до восемнадцати. Мне хватило...

- Опять вспоминаешь? Это же не твоя вина была, - Сергей отвел взгляд в сторону, зная, что Ирина не любит разговоры, затрагивающие болезненную для нее тему.

- И моя тоже. Ладно, что-то я отвлеклась. Зови наших, пусть заканчивают, скоро зрителей запускать будут.

На самом деле, зрителей на прокат короткой программы пар и мужчин - одиночников собралось не так уж и много, в основном на трибунах располагались представители федераций, сами участники, которые сегодня не выступали, технический персонал и лишь небольшая часть обычных любителей фигурного катания.

Те, кто пришел посмотреть прокаты, кутались в одеяла и пледы, пили из термосов горячий чай - в порядке исключения организаторы разрешили проносить с собой напитки.

У представителей России Ксении Алтуфьевой и Александра Вебера был четвертый стартовый номер, доставшийся на жеребьевке, так что своего выступления им долго ждать не пришлось. Справляясь с волнением, со сковывающим тело и мышцы холодом, ребята практически безупречно откатали свою короткую программу, допустив лишь несколько незначительных ошибок. Саша, как истинный джентльмен, после исполнения программы тепло обнял партнершу, потирая ее оголенные плечи, чтобы немного согреть, ободряюще улыбнулся и вместе с тренером отправился в зону "kiss-and-cry" ожидать оценок.

- Мы пятые. Неплохо, - поджала губы Ирина, анализируя баллы, полученные ее парой. На данный момент ребята показали свой максимум и требовать от них большего пока не приходилось, учитывая сложную ситуацию с травмой партнерши. 

- Идем? - кивнул Саша тренеру и Ксении после того, как телевизионная камера переключилась на ледовую арену, однако Ира неопределенно махнула рукой.

- Вы идите, я сейчас еще тут гляну...

- Мы тоже, - Ксения придержала Сашу за локоть, внутренне напрягаясь.

Замечание тренера "еще тут гляну", могло означать что угодно, а учитывая то, что Ирина, видимо, заприметила кого-то из выступающих следом латвийских фигуристов - было из-за чего напрягаться. Фигурное катание в Латвии практически не развивалось, внутренние чемпионаты и соревнования порой проводились лишь среди нескольких участников. Переманить спортсмена к себе в Россию, на отличное финансирование, наверняка не составило бы труда. 

Прокат пары из Латвии не произвел никакого впечатления ни на Ксению с Сашей, ни на зрителей. Аплодисменты были вялые, да и сами фигуристы выглядели не слишком довольными. Партнер сорвал каскад из трех прыжков, сделав лишь один, ошибся во вращении и не докрутил оборот в тодесе, раньше времени вытянув партнершу из элемента.

- В десятку не попадут, - покачала головой Ксения, втайне радуясь, что ничего существенного латвийские участники не показали. - И что за жуткие дешевые костюмы, девочка вообще как клоун с этой красной помадой, ни укладки нормальной, ни...

- Их финансирование в несколько раз меньше вашего, поэтому костюмы дешевые. Девочка в семнадцать лет вряд ли умеет нормально делать макияж и укладку, если ее не научили. Еще вопросы будут или нужно элементарные вещи пояснять? - высказалась Ирина довольно жестко. - На твоем месте я бы лучше оценила идеальное скольжение партнерши и то, как она отводит ногу, когда выезжает из выброса.

Воцарилась неловкая тишина, затянувшаяся дольше, чем нужно. Ксения пожалела, что вообще ляпнула лишнее и теперь корила себя. Саша не понимал, из-за чего произошла краткая, но содержательная перепалка. Он никакого внимания не обратил ни на латвийскую фигуристку, ни на костюмы - он отметил выброс и удивился, зачем партнер так сильно закручивает партнершу, будто собирается отшвырнуть ее как можно дальше от себя, не задумываясь о качестве и безопасности выполнения элемента.

- На сегодня все, по замечаниям утром поговорим. Саш, тебе за витаминами к врачу перед сном. Ксения, а ты зайди к массажисту, - отчеканила Ира, раздавая инструкции, и уже составляя в голове план на завтрашнюю тренировку.

Порой ей казалось, что кроме льда, элементов, тренировочного процесса, костюмов и прочих рабочих вопросов - в ее мыслях ничего не задерживается. Любые другие темы вылетали моментально после обсуждения и тут же забывались на какое-то время. Ира обладала отличной памятью, прекрасно помнила события, даты, и другие моменты, однако в обычное время ни о чем, кроме работы не думала.

Возможно именно поэтому у нее до сих пор не было семьи. 
Дочь она родила после непродолжительного романа, будучи совсем молоденькой девушкой, пришлось оставить карьеру фигуристки и в довольно юном возрасте прийти в команду к известному и уважаемому тренеру, который спустя пару лет доверил Ирине тренировать первую юниорскую пару.

С отцом ребенка отношения не поддерживались. А он, видимо решив не портить себе карму, регулярно присылал на счет определенную сумму для содержания дочери.

На свидания Ирине ходить было попросту некогда, знакомиться с мужчинами - негде, случались лишь краткие эпизоды взаимного интереса, но все заканчивалось так же быстро, как и начиналось. 

Придя вечером в небольшой атмосферный бар рядом с отелем, заказав себе легкий салат и бокал красного вина, Ира бегло пролистала форум болельщиков фигурного катания, зашла в группу в социальной сети, отметила для себя пару комментариев про выполнение элементов ее спортсменами. Она не принимала близко к сердцу негативные высказывания, однако всегда обращала внимание на грамотные замечания.

Например в сегодняшних комментариях многие отмечали, что Александр Вебер на льду стал смотреться тяжеловато и Ирина сразу же мысленно сделала для себя пометку на этот счет, так как ей и самой стала бросаться в глаза некоторая неуклюжесть, проявляющаяся все более явно.

Почитала мнение одного из тренеров про остальные пары, посмотрела фотографии с короткой программы и снова обратила внимание на латвийский тандем. Рассматривая снимки, Ирина пришла к выводу, что при грамотной работе из Кристины Лаува могла бы получиться великолепная во всех отношениях парница. Пожалуй, одна из лучших в мире. Профессиональное чутье очень редко подводило Ирину, после нескольких лет работы с юниорами. Она почти безошибочно определяла, из кого выйдет толк, а на кого не стоит тратить время. Может быть поэтому Кристина настолько зацепила ее, не оставляло внутреннее ощущение того, что девчонка - настоящий бриллиант.

- Вас так затянул виртуальный мир? - как сквозь вату донесся издалека голос Романа и Ира вздрогнула.

Вид у нее был абсолютно отсутствующий. Она только телом находилась здесь, в баре, а мыслями - по-прежнему где-то в атмосфере ледового катка.

- Вы уже почти сорок минут сидите, гипнотизируя смартфон, хотя, кажется, планировали перекусить? - Роман кивнул на теплый салат, который, в общем-то, теплым за это время быть перестал.

- Погрузилась в работу. Снова, - Ира решила, что улыбка будет вполне уместна. - Задумалась, как видите.

- В этом мы с вами похожи. Я только час назад закончил решать рабочие вопросы, а утром мне улетать в Москву, так как появились новые задачи.

Попросив разрешения присесть напротив, Роман получил согласие и после этого подозвал к себе официанта, чтобы тоже заказать вина. По всей видимости, закончив на сегодня с работой, все же решил отдохнуть.

- У вас в Федерации что ни день, то новые задачи, - Ира принялась поглощать салат, изящно орудуя вилкой. 

- Это точно. Мне, как вице-президенту несладко приходится...

Кусочек листового салата весьма невовремя прилип к горлу, от этого Ирина кашлянула один раз, затем второй, и после этого раскашлялась, пытаясь не выглядеть глупо и справиться с приступом.

- Не думал, что моя должность произведет на вас такое впечатление, - Роман отпил немного вина, а в глазах блеснула усмешка.

- Ваша должность не при чем, - удалось проглотить салат, и даже немного отдышаться.

Лучше бы она продолжала ужинать в одиночестве, ведь теперь придется поддерживать беседу, а Ирине всегда давалось сложно обсуждение чего-либо, помимо фигурного катания. Разумеется, она обладала сообразительностью, была весьма начитанной, при необходимости могла поговорить на совершенно разные темы... Но не любила пустой болтовни, да и поводов для общения обычно не находилось. Даже на банкетах после окончания Чемпионатов Мира, Европы, она чаще всего беседовала с коллегами по вопросам работы.

- И какие обязанности теперь у вас? - Ирина решила поддержать разговор нейтральной темой. 

- Может, мы перейдем на "ты"? - предложил Роман. - Для этого необязательно пить на брудершафт.

- Хорошо. Что сейчас входит в твои обязанности в Федерации?

- Все.

Ира удивленно приподняла брови, не ожидая такого ответа.

- Я серьезно. По нагрузке взял много всего, трех человек у нас сняли с должностей, так что я занимаюсь и вопросами организации мероприятий, и с агентами общаюсь, и на международном уровне встречи проходят.

- А сменой гражданства, переходами спортсменов кто у вас заведует?

- Я тоже этого касаюсь. Какие-то проблемы?

- Фигуристку одну присмотрела, - без лишних метаний заявила Ирина. - Понравилась еще в прошлом году, но я бы ее себе хотела через пару лет.

- Говорила с ней?

- Она гражданка Латвии, сейчас с партнером живет и тренируется в США.

- Ооо, - протянул Роман, многозначительно глядя на бордовую жидкость в бокале. - Сложно.

- В чем сложность?

- Во-первых, у них одна пара такого уровня. Во-вторых, возникнет масса проблем с гражданством, карантином, девочка будет просиживать без международных соревнований. Ну и в Федерации Латвии есть очень скандальные персонажи...

- Ты знаешь кого-то из их чиновников? - Иру начинало все сильнее затягивать и увлекать происходящее. Когда ее настолько цеплял спортсмен, обычно она не сдавалась и делала все, чтобы его заполучить.

- В прошлом году, когда впервые тебя увидел в Риге, я как раз встречался с одним из чиновников. Он накормил меня тем самым голубем, которого ты отказалась есть.

"Федерация Латвии. Рига. Голубь?"

Ирина, кажется, ничего не понимала, однако когда погрузилась в прошлогодние воспоминания, тут же в памяти всплыл эпизод из рижского ресторана, где официант перепутал заказы и принес ей с подругой запеченных голубей. И там был мужчина, который ее окликнул...

- Так это были вы? То есть... Это был ты?! - такие совпадения, обычно случающиеся с кем-то другим, на Иру впечатления не производили. Но сейчас, когда она сама столкнулась с подобным, без преувеличения, удивилась.

- Представь себе. Вот так интересно нас с тобой свела судьба.

Его низкий, как будто чуть простуженный голос, и прямой проницательный взгляд серых глаз на несколько секунд ввели Иру в состояние, подобное трансу. У нее не получалось прервать зрительный контакт, и в чем была причина - она не понимала. Может, третий бокал вина оказался лишним, алкоголь всегда действовал на нее непредсказуемо, вот как сейчас.

Просто смотря на мужчину, пусть и безусловно по-мужски привлекательного, с которым она только-только познакомилась - она впустила в свой разум мысль о влечении к этому человеку. Обычное, низменное, но вполне естественное желание.

- Может прогуляемся немного? - предложил Роман. - Тут душновато, а на улице легкий снег, свежий воздух.

- Свежего воздуха мне сейчас не хватает, - согласилась Ирина. - Нужно проветриться.

- Отлично.

Невзирая на слабую попытку Ирины оплатить свой счет, Роман рассчитался с официантом за весь заказ, а затем помог своей спутнице надеть длинное черное шерстяное пальто, и галантно открыл перед ней дверь на улицу.

Погода и правда была замечательная, полное отсутствие ветра, небольшой снег, и по-особенному чистый воздух. Как только Ира оказалась вне помещения, на ее вьющихся каштановых волосах тут же заблестели десятки искрящихся в свете фонарей снежинок.
Немного кружилась голова, и когда Ирина неловко оступилась на спуске, Роман предложил ей ухватиться за локоть, дабы избежать падения.

Разговор теперь был более непринужденным, и несколько тем даже не касались фигурного катания и работы Федерации, что само по себе для Ирины, как и для Романа являлось нехарактерным. Прогулка затянулась, пожалуй, чуть дольше, чем планировалось, но что-то держало их обоих рядом, не давая возможности разойтись.

- Удачи вам завтра, соперники достойные, - напомнил Роман, пока они поднимались по лестнице отеля к номерам. - Напиши мне смс, как закончите.

- У меня есть твой номер?

- Я же звонил тебе, приглашал к себе... В Федерацию, - добавил, решив, что изначально фраза прозвучала весьма двусмысленно.

- А я тогда отказалась...

Роман решил идти ва-банк. С первой встречи в рижском ресторане, когда он обратил внимание на Ирину, его не отпускала мысль, что в этой женщине определенно что-то есть. А назначение на пост вице-президента Федерации и тот факт, что они станут пересекаться чаще, укрепило его желание обладания ею. Причем что именно в ней привлекало, объяснить было сложно: копна густых вьющихся волос, темные глаза цвета ночи, или то, что от Ирины веяло сумасшедшей энергетикой? Или, может, все вместе?

- Если сейчас приглашу тебя к себе, не откажешься?

- В Федерацию? - ее глаза как будто бы стали еще темнее, от желания и приглушенного света в коридоре.

Он медленно покачал головой, подходя ближе, и ощущая в висках частые удары пульса. Она манила его, увлекала, и жажду обладания требовало утолить прямо сейчас. 
Без лишних слов, одно движение вперед, щелчок замка, полутьма номера и частое, напряженное дыхание обоих. Они хаотично срывали друг с друга одежду, перемежая глубокие, жадные поцелуи с легкими касаниями, припадали губами к открытым участкам кожи, сплетали руки, погружаясь все глубже в океан нахлынувшей страсти. 
Ремень джинсов звонко лязгнул о высокую тумбу, стоящую в коридоре, Роман уверенным движением усадил на нее Ирину, расстегивая пуговицы бежевой рубашки, еще недавно укрывающей собой безупречное женское тело. Теперь она оказалась распахнутой и открывала взору очертания идеальной груди. 
Головокружительный тонкий аромат цитруса при каждом касании смешивался с древесными нотками мужского парфюма, создавая уникальный возбуждающий запах, когда Роман провел губами по шее вверх, едва прикусывая тонкую кожу, Ира простонала, прижимаясь ближе, теряя ощущение реальности и понимая, что предательски слабеет, испытывая самый настоящий кайф от умопомрачительного влечения. Она хотела этого мужчину здесь и сейчас, не задумываясь вообще ни о чем, и его смелые фантастически-чувственные ласки вызывали дрожь по всему телу. 
Притягивая Иру к себе, он сжимал ее бедра с такой силой, что на утро на теле наверняка останутся следы его грубости, но ему было плевать, остановиться уже не получилось бы. Резкими толчками входил в нее, тяжело и часто дыша; хотелось быть еще ближе, погружаться еще глубже, срывая отрывистые стоны. Напряжение достигло пика, впиваясь в припухлые влажные губы, Роман почувствовал, как содрогается Ирина, и ощутил внутри горячую волну расслабления, разливающуюся по венам негу. 
Голова гудела, пульс зашкаливал, а руки Иры все еще крепко обхватывали его шею.
Понемногу возвращаясь в реальность, Роман немного отстранился, выдыхая, встречаясь глазами с темной глубиной Ириных глаз.

- В душ? - спросил, переводя дыхание.

- Я к себе, - после небольшой паузы выговорила на вдохе. - А у тебя утром самолет.

- Точно...

Напоследок Роман урвал краткий поцелуй, выпуская из своей руки узкую женскую ладонь и когда хлопнула входная дверь, встрепал волосы, находясь в звенящем вакууме.
Определенно все, что произошло здесь, в полутьме гостиничного номера, запомнится надолго...

Впрочем, запомнить произошедшее предстояло не только ему.

Именно в тот самый момент, когда из его номера выходила Ирина, стараясь не попасться никому на глаза, в свою комнату возвращалась ее подопечная, Ксения. Девушке не спалось, она решила немного прогуляться и, поднявшись на этаж, собираясь выйти из лифта, увидела, как тренер, поправляя рубашку, явно застегивая верхние пуговицы, покидает номер представителя Федерации.

Не то чтобы увиденное сильно поразило Ксению, подумаешь, тренер о чем-то общался с руководством... Однако тот факт, что Ирина приглаживала растрепавшиеся волосы и застегивала рубашку - говорил о многом. Становилось понятно, что двое не просто обсуждали рабочие темы.

Правда Ксения тут же попыталась убедить себя, что личная жизнь тренера ее не касается, пусть спит с кем угодно, главное, чтобы в декрет не ушла посреди сезона...

Москва.
Чемпионат Мира.
Апрель 2011 года

Спустя всего пару месяцев после Чемпионата Европы, на котором паре из Латвии все же удалось войти в десятку (ребята заняли при этом именно десятое место), состоялось очередное значимое для спортсменов событие - Чемпионат Мира. Причем изначально проведение планировалось в Японии, однако из-за произошедшего там землетрясения международным союзом конькобежцев было принято решение перенести турнир в Москву.

Кристина, вместе со своим тренером, отлично понимали расклад: среди сильнейших пар, прибывших в столицу России, они, пожалуй, являются самыми слабыми прежде всего по сложности элементов.

В то время, как сама Кристина готова была разучить и выполнить усложненные выбросы, тройную подкрутку, ее партнер категорически от этого отказывался, мотивируя свой отказ "лишним весом" партнерши. Само собой, подобное звучало более чем бредово, девушка весила всего сорок четыре килограмма при росте сто шестьдесят пять сантиметров. При попытке поговорить с Алексеем и обсудить дальнейшие перспективы, и тренер, и сама Кристина натыкались на глухую стену абсолютного непонимания.

Видимо, Алексея и так все устраивало: на Чемпионаты ездят, дотации от страны юноша получал весьма неплохие, не перенапрягался на тренировках и, в общем-то, не хотел ничего менять.

А для Кристины те места, которые они с партнером занимали, отнюдь не являлись пределом мечтаний, причем девушка отдавала себе отчет, что без взаимного желания и взаимопонимания партнеров, ни о каких успехах речи быть не может. Но со стороны Алексея она не чувствовала даже малейшего проявления понимания, стремления идти навстречу, да и элементарного бережного отношения ни разу от него не чувствовала.

Она до сих пор не могла забыть, какое впечатление на нее произвела удивительно красивая российская пара Алтуфьева - Вебер. Увидев их на Чемпионате Европы, Кристина была в прямом смысле этого слова поражена прежде всего отношением партнера к партнерше. Александр укрывал пледом Ксению, согревал ее плечи, тепло обнимал после выступления, в каждом его движении, взгляде просматривалась забота и уважительное отношение к своей коллеге.

И откровенно говоря, ее восхитил партнер. Высокий, ростом, наверное, не меньше ста девяноста сантиметров, очень основательный, с широкими плечами, крепкими руками, в темной рубашке, обтягивающей хорошо проработанные мышцы. Кристина никем особо не восхищалась из современных фигуристов, однако на Сашу сразу обратила внимание. Причем признавалась себе в том, что привлек он ее не только как профессионал, но и как мужчина.

- Кристин, на минутку подойди, - подозвал ее к себе второй тренер, тем самым отвлекая от размышлений на тему российской пары.

В раздевалках "Мегаспорта" осталось всего несколько человек, так как основные группы спортсменов уже завершили тренировки и разъехались, поэтому можно было выйти в коридор и разговаривать спокойно, не боясь, что кто-то услышит приватную беседу.

- К тебе никто не подходил из представителей России?

- Нет, - девушка пожала плечами. - О чем им со мной разговаривать?

- На тебя во время короткой программы поглядывала один из их специалистов, причем внимательно так... Ходят слухи, что тебе могут наобещать золотые горы и попытаться переманить в Россию.

Подобное предположение звучало настолько неправдоподобно, что Кристина мелодично рассмеялась.

- Меня переманить в Россию? Да у них там очередь из классных девчонок!

- Вот и я о чем, - приглушив голос, тренер осторожно приобнял Кристину за плечо и повел по коридору. - Они к себе набирают спортсменов, чтобы выпросить у Федерации финансирование, обещают девочкам хорошую пару, а потом травмируют непомерными нагрузками и оставляют ни с чем. Ты сама слышала про такие истории.

Кристина кивнула, так как действительно знала о девочках из Эстонии, из Казахстана и Грузии, которые перебирались в Россию, но довольно быстро были вынуждены закончить спортивную карьеру из-за травм.

- Я так и думал, что ты девочка умная и не поведешься на уговоры...

- Я люблю свою страну, - уверенно произнесла Кристина, без толики пафоса. - И на соревнованиях хочу представлять только ее. Хочу поехать на Олимпийские игры в Сочи.

- И у тебя есть реальный шанс! В России в нынешних условиях нереально пробиться в основной состав сборной, а у нас ты звезда.

"Звезда, на которую пофиг партнеру" - грустно подумала Кристина, но не показала виду, по-прежнему приветливо улыбаясь своему тренеру.

Вечер у нее был полностью свободен: партнер, пребывая в прекрасном расположении духа, несмотря на пятнадцатое место по результатам короткой программы, уехал к своим московским друзьям, не поинтересовавшись, чем займется Кристина. Ни с кем из других участников Чемпионата она не была близко знакома, поэтому решила немного прогуляться по весенней Москве.

Накинув легкую сиреневую куртку, девушка взяла рюкзачок, смартфон, проверила зарядку аккумулятора и, выйдя из гостиницы "Аэростар", где размещались все приезжие участники Чемпионата Мира, пешком направилась вдоль Ленинградского проспекта к ближайшей станции метро, рассматривая встречающиеся по пути здания. И до метро добралась, на удивление, быстро.

Особых опасений передвижение в московской подземке у нее не вызывало, она прекрасно знала, что заблудиться здесь, конечно, вполне возможно, но при необходимости достаточно посмотреть карту или обратиться к работникам метрополитена и они подскажут, как добраться до необходимой станции. Тем более, если туристу, гостю столицы, хотелось попасть на Красную площадь.

В центре Москвы, как обычно, было весьма многолюдно. Народ, обрадовавшись теплой апрельской погоде, выбирался на улицы, на прогулки, однако если днем столбики термометра показывали плюс восемнадцать градусов, то к вечеру ощутимо холодало. 

Вот и сейчас, прошел всего-то час с того момента, как Кристина вышла из отеля, а ветер усилился и стало прохладнее, пришлось застегнуть куртку почти до подбородка, но это нисколько не мешало восторгаться величественными зданиями, расположенными на площади. 

Кристина поймала себя на странной мысли. Впервые за долгое время у нее внутри зарождалось смутное, щекочущее, необъяснимое ощущение чего-то невероятно приятного и волшебного, а еще... Еще ей казалось, что она... дома. Настолько комфортно Кристине было находиться здесь, среди толпы туристов, среди москвичей, студентов, пожилых пар, молодых девушек, прогуливающихся и делающих фото на свои камеры.

Никогда раньше, нигде, кроме Риги, она не испытывала ничего подобного. Да и в Москве была всего лишь третий раз, но именно сейчас почувствовала внутри теплоту и умиротворение. Обладая прекрасной фантазией, она на несколько минут позволила себе помечтать, тихо, про себя, ведь никто никогда не узнает об этом...

Она зажмурилась и представила себя в составе сборной России.
В паре с тем самым Александром, который привлек ее внимание на Чемпионате Европы.
Они входят в топ сильнейших российских пар. 
Ими довольны тренеры.
Ими восхищаются поклонники.
У них целая россыпь медалей, завоеванных упорным трудом: медали этапов Гран-При, Чемпионата Европы, Чемпионата Мира, и, конечно же, заветная мечта любого спортсмена, медаль Олимпийских игр.
У них берут интервью, их приглашают на федеральные каналы, на фотосессии, предлагают спонсорские контракты.
И Александр всегда восхищенно смотрит на нее, на свою лучшую партнершу, в его глазах...

Кристину сильно толкнула какая-то девушка и, тут же извинившись, прошагала дальше. На самом деле, мечтать о глазах Александра было, наверное, уже слишком, так как она не знала даже, какого они цвета. Но все то, что Кристина себе сейчас намечтала, было таким ярким и почти что настоящим, словно и правда все это существовало в реальности.

Она знала, что где-то здесь неподалеку есть место для загадывания желаний. Да, звучало немного наивно и по-детски, но почему бы не попробовать. В любом случае, это просто-напросто фантазии и только. Пришлось поспрашивать у прохожих, немного стесняясь такого необычного вопроса: "А где здесь можно желание загадать?"

В итоге, пожилая женщина, улыбнувшись очень по-доброму, жестом позвала Кристину за собой, сообщив, что покажет ей это место.

- Хорошее желание у тебя?

- Я думаю, что хорошее, - Кристина смутилась, неловко поправляя на плече рюкзак. - А это правда, что все желания, загаданные здесь, сбываются?

Женщина хитро прищурилась:

- Если желание с добром, если сама что-то делать будешь, сбудется.

Легкое волнение с каждой минутой становилось все сильнее, Кристина пыталась убедить себя, что это всего лишь легенда российской столицы, сказка для приезжающих в Москву, ведь нужно во что-то верить. 
Однако когда женщина привела ее к нулевому километру и сказала, что следует встать в самый центр уложенных в брусчатку металлических пластин, и бросить через голову монету, загадав при этом заветное желание - Кристину от разочарования обдало градом мурашек. У нее с собой были только бумажные деньги. Все монетки она отдала в метро.

- Мелочи нет? - догадалась женщина. - Вот, держи пятирублевую. Пусть тебе на счастье будет. От всей души желаю, чтобы все загаданное тобой сбылось.

Кристина взяла протянутую ей монету, глубоко вдохнула, как можно правильней формулируя свое желание и вдруг застыла. Еще недавно она убеждала своего тренера, что не оставит свою страну, что хочет представлять Латвию на соревнованиях, а сейчас готова мечтать о флаге России, о русском партнере, об их совместных достижениях...

- Девушка, давайте поскорее, - поторопили ее люди, столпившиеся вокруг. - Вы тут не одна.

- Да, извините, минутку... 

"Думай, думай! Что тебе хочется?!" - шептал ей внутренний голос.

- Ну в самом деле, девушка, давно надо было придумать, побыстрей, - к гулу подключились и другие туристы.

Сделав глубокий вдох, закрыв глаза и, словно художник, нарисовав в мыслях красочную картину, Кристина подбросила монетку и услышала позади себя, как та упала на металлическую поверхность.

- Хотите фото? - почти сразу к ней подбежала растрепанная рыжеволосая незнакомка.

- Какое фото? - Кристина насторожилась, так как была наслышана об обмане туристов ушлыми аферистами.

- Нам редко удается захватить момент, чтобы на нулевом километре стоял только один человек, обычно народ лезет в кадр, а ваше фото очень классное будет... - болтала без умолку фотограф.

- Ну... Если говорите, что классное, давайте. Сколько?

- Сто рублей. И через полчаса забираете фото.

- А вы не обманете?

- Да зачем мне это? Если хотите, пойдемте к нашей мини-студии, там подождете.

Кристина покачала головой:

- Я лучше погуляю, вот, возьмите деньги.

Ее немного знобило, видимо волнение и адреналин все еще имели некоторое действие, лучшим решение стала неспешная прогулка по площади и небольшим улицам, отходящим от нее. Кристина медленно бродила, рассматривая витрины, украшенные фонарями переулки, вдыхала влажный после дождя воздух и беспрестанно думала о своем желании.

***

Придя в просторную пустую квартиру, Ирина бросила на тумбу связку ключей, устало выдохнула и прислонилась спиной к чуть шершавой стене. 
День получился сумасшедшим: ее подопечные, претендующие на победу, не смогли обойти в короткой программе представителей Германии и пока занимали второе место. В одной из пар, которых она тренировала, случился скандал - партнер в порыве ссоры весьма ощутимо толкнул свою партнершу, и девушка, устроив истерику, заявила, что на нее подняли руку. Приехали родители с обеих сторон, начались выяснения отношений, пригласили спортивного психолога...

Поэтому, добравшись к ночи домой, Ира чувствовала себя как выжатый лимон, хотелось тишины, спокойствия, горячей ванны и много-много-много пены. Именно это она и начала воплощать сразу же: разделась, открыла кран, добавила в воду бледно-голубую жидкость из пузатого тюбика и уселась на край ванной, задумчиво рассматривая бежевую плитку, выложенную по проекту какого-то дизайнера.

Вечера в полной тишине... Они случались не так часто, как могло бы подумать окружение, осведомленное о том, что Ирина живет одна. На самом деле, обычно Ира допоздна пропадала на тренировках, затем по возвращению домой начинались звонки по скайпу, по телефону, решение разных вопросов, на которые не было времени днем. 
В итоге она засыпала, когда часы показывали полночь, а то и позднее. Причем не просто засыпала, выключалась как по щелчку. Бессонница была ей неведома, и приступами "мозговой жвачки", прокручиванием перед сном событий, разговоров, мыслей, не страдала.

Но сегодня ей хотелось понежиться в ванной, никаких звонков, никаких обсуждений и острых срочных тем. Однако стоило ей погрузиться в пышную пену, ощущая, как горячая вода обнимает ее ноги, бедра, спину, а затем и плечи, зазвучала мелодия входящего вызова.

- Нет, ну это невозможно, - Ира откинулась назад, прикрывая глаза, ругаясь, что забыла выключить звук смартфона.

Пришлось потянуться, вытереть полотенцем руку и, включив громкую связь, все же узнать, что от нее хочет тренер группы.

- Сереж, я уже утопаю в ванной, на часах поздным - поздно...

- Я быстро, Ир. Мне сейчас на электронку результаты Алтуфьевой пришли. Лодыжка все. Не выдержит. Следующий сезон - это максимум.

От этой новости Ира моментально открыла глаза, вмиг испарилось только-только подбирающееся расслабление и блаженство.

- Без вариантов?

- К сожалению да. Там еще и трещина, видимо Чемпионат Европы ее добил.

- Ксения в курсе?

- Нет, я пока не говорил ей. Слушай, и еще новость. С этой твоей девчонкой из сборной Латвии сегодня Женя наш попытался поговорить, вечером перехватил ее в отеле, ненавязчиво так...

Ира даже приподнялась из воды, вслушиваясь в то, что дальше скажет Сергей.

- И что?

- Категорически в отказ. Твердит как заведенная, что будет выступать только за Латвию.

Легкий укол разочарования, который испытала Ирина, впрочем не оставил после себя никаких эмоций, намного важнее сейчас была ситуация с Сашиной партнершей. Получается, распадается пара, на которую возлагались определенные надежды. Еще не так давно события в виде участившихся травм все равно оставляли вариант того, что Ксения с помощью врачей сумеет подлечиться, теперь - неизвестность.

- Завтра после утренней тренировки собирайтесь с Евгением, поговорим. Ксении пока ни слова, не хочу, чтобы она психанула и нагнала ужаса на всю группу. И никакого льда ей утром. Пропиши зал, пусть с руками поработает.

- Хорошо. 

Короткие гудки. Резкие, назойливые, проникающие через барабанные перепонки вглубь, раздражающие. Иру бесила эта функция смартфона, почему-то звонок не отключался сразу. Наконец, все затихло. Долгожданная тишина.

Добавив еще горячей воды, Ира попробовала расслабить мышцы, помассировала шею и плечи и подумала, что сейчас все бы отдала за сеанс массажа. Черт возьми, ей даже секса не хотелось настолько, насколько грамотной проработки всех мышц плечевого пояса.

Все. Больше никаких мыслей. Расслабление, тишина, спокойствие.
Легкие всплески воды от малейшего движения. Отдых...

***

В тренерской повисла гнетущая атмосфера неизбежного принятия сложного решения.
Ирина молча чертила закорючки на листе бумаги, Сергей, отвечающий за техническую подготовку спортсменов, сидел на стуле у стены и усиленно потирал рукой свое колено, хореограф Евгений задумчиво постукивал пальцем по деревянному планшету, лежащему на столе. Никто не хотел начинать первым, поэтому Ира задала вопрос, о котором усиленно думала:

- Что будем делать с Алтуфьевой? Оставляем и рискуем результатами следующий сезон?

- Я думал ты скажешь, что не будешь рисковать спортсменом, - ухмыльнулся Евгений. - А ты про результаты.

- Вот давай без сантиментов, - отмахнулась Ира, комкая бумагу и бросая шарик в мусорную корзину. 

- Если ты заменяешь ее, Вебер остается в следующем году без медалей вообще. И кого ты с ним поставишь?

- Каменкову попробовать может? - предложил Сергей. - По антропометрии подходит, рост, вес...

- Совсем уже что ли?! - вмешался хореограф. - Каменкова с Лавровым катается четыре года.

- И что у них за эти четыре года, кроме медалей юниорских? Ничего. Внизу десятки болтаются стабильно.

- Итак что мы имеем, - подала голос Ирина, в чьей голове происходили сложные мыслительные процессы по выстраиванию целой цепочки действий. - Убирая из группы Ксению, без пары остается Вебер. Для него из наших подходит только Каменкова, но забирая ее, оставляем без пары другого парня...

- Короче так и потянется, кучу пар порушим, - Евгений сосредоточенно хмурил брови, пытаясь ухватить нужную мысль.

- Нам нужна девочка, чтобы отдать ее Максу Лаврову, - изрек Сергей здравую мысль. - Но из подходящих по уровню кандидатур у меня на примете никого.

- Нас бы выручила Лаува, - почти себе под нос пробормотала Ирина. - Очень бы выручила, но слишком уж принципиальная. Сегодня посмотрю на нее еще раз, на произвольной. Думаю выше пятнадцатого так и не поднимутся.

- А чего ты к этой латышке-малышке прицепилась? - Сергей никак не мог понять, почему вот уже который раз она упоминается в беседе.

- Могу тебе по пунктам перечислить, только надо ли...

- Я доверяю твоей чуйке, женской интуиции или как там это у вас называется. Если тебе девчоночка так понравилась, найди возможность перетянуть ее.

Ирина покусала губы, невидящим взглядом уставившись в стену, а затем уверенно изрекла:

- Ее можно перетянуть только пообещав ей Вебера в пару.

Евгений с Сергеем прыснули со смеху практически одновременно, хореограф первым пришел в себя и выпалил на эмоциях:

- Ир, уважаю тебя, но прости... Дать Сашке Веберу в пару девочку без имени, без титулов, из другой страны, которая будет год сидеть на карантине после смены гражданства... Им нельзя будет выступать на мировых турнирах... Да такое в голову никому не придет.

- Никому. Кроме меня.

- Подожди, то есть ты сейчас говоришь серьезно? Ты хочешь порушить несколько пар, просто ради того, чтобы поставить вместе нашего Сашку и эту... Лаува?!

- Типично русские фамилии, - не сдержавшись фыркнул Сергей. - Представители Российской Федерации, ВеберЛаува.

- Согласись, что-то в этом есть? - улыбнулась Ира. - В общем, мое мнение такое: оставляем на сезон Алтуфьеву, пусть с больной лодыжкой тянет сколько может. На следующий сезон перетягиваем под наш флаг Кристину Лаува, обещаем ей в пару Вебера, но временно, пока карантин и для привыкания даем ей Лаврова, а партнершу Лаврова - Веберу. 

- Я вообще запутался в твоих перестановках, Ир. Ты задумываешь какую-то авантюру неизвестно ради чего.

- Ради новых олимпийских чемпионов, конечно.

- Я тебе всегда говорил, что она немного чокнутая, - обращаясь к коллеге, Евгений встал со своего места, отложил блокнот для записей. - Ладно, посмотрим сегодня вечером на твою Лаува в произвольной. И будем предметно уже общаться.

- Прекрасно, у нас получилась очень конструктивная беседа, - официальным тоном заявила Ирина. - Идем работать дальше.

Сочи. 2014 год.
Зимние олимпийские игры.

Ярко освещенная ледовая арена дворца спорта "Айсберг" почти вся была заполнена зрителями. Билеты на соревнования спортивных пар распродали практически сразу, и теперь поклонники и болельщики в нетерпении сжимали российские флаги, переговаривались, аплодировали, ожидая выступление лидеров.

Сегодня решалась судьба Олимпийского золота, к которому многие спортсмены, без преувеличения, шли большую часть своей жизни. И тот факт, что в лидерах после первого дня соревнований, находилась пара Сборной России, добавлял азарта и волнения публике.

Ирина старалась не демонстрировать свою внутреннюю нервозность. Вроде бы спокойно и невозмутимо поправила непослушные волосы, облизнула губы - их пекло от того, что за несколько минут до выхода к ледовой площадке Ира, находясь в одиночестве с силой закусывала тонкую кожу, испытывая невероятное, превышающее все мыслимые пределы, волнение.

Ее пара. 
Ее подопечные.
Лидируют после короткой программы.
И сегодня у них есть все шансы взять золотую медаль Олимпиады.

Основные наставления, указания, были даны задолго до выхода российской пары на лед. Теперь главное - не переусердствовать, не давить на ребят, не показывать свои переживания, терзающие изнутри. Сколько всяких "не"...

- Ирина Георгиевна... - когда соперники заканчивали свой прокат, к ней подошла обаятельная шатенка, в небесно-голубом платье, с сияющим взглядом, без малейшей тени тревоги на лице. Словно не ей сейчас предстояло выйти на олимпийский лед. - Мы готовы.

- Ты сегодня особенно красива, - Ира ободряюще улыбнулась девушке, затем переводя взгляд на ее партнера. - И рядом с тобой лучший мужчина. 

- Именно этих слов мне сейчас не хватало, - спортсменка рассмеялась, чувствуя легкость, воодушевление и небывалый эмоциональный подъем. Меньше всего в такой ответственный момент хотелось услышать какие-нибудь слова про элементы и попадание в музыку. 

Ребята дождались, пока их объявят, взялись за руки и выехали на середину ледовой арены. Зазвучала музыка... Началось волшебство. 

Они демонстрировали потрясающее мастерство, исполняя высокую, сложную тройную подкрутку. Невероятная синхронность в параллельном вращении и усложненном каскаде из трех прыжков восхищала и зрителей, и комментаторов.

Все было на высочайшем уровне: техника, хореография, красивая музыка, драматургия. Мощное катание граничащее с лёгкостью и изяществом - это про них, про российскую пару, за которой особенно внимательно следила Ирина. Она понимала, что еще немного, считанные секунды остаются до окончания программы и когда партнер на финальном аккорде крепко сжал в объятиях партнершу, стало ясно - это новые олимпийские чемпионы. Они сделали это! Все вместе, всей командой...

Оператор телевизионной трансляции успел запечатлеть момент, когда Ира победно вскинула вверх руки, но будто бы осадив себя, тут же, как ни в чем не бывало, вернула себе прежнюю невозмутимость и некоторую холодность. 

А вот на глазах спортсменов от избытка чувств и эмоций, появились слезы. Удержаться было почти нереально, высокие баллы от судей еще раз показали всем, насколько сильны наши фигуристы.

Далее были поздравления, рукопожатия, чьи-то объятия, Ира держалась, но внутри все ликовало и бурлило. Когда, перебивая друг друга, к ним подошли аккредитованные журналисты, на ее лице светилась лучезарная улыбка - это она точно могла себе позволить.

- Прежде всего, поздравляем! Теперь в копилке вашего тренерского штаба несколько медалей Чемпионатов России, Чемпионатов Мира, Европы, и наконец, олимпийское золото. В чем секрет успеха? - протараторил один из представителей прессы.

- Это не секрет, это результат планомерной, целенаправленной, слаженной упорной работы, - Ирина приобняла свою спортсменку, которая, судя по всему, еще не верила во все происходящее.

Им задавали вопросы о тренировочном процессе, о новых планах и перспективах, после чего самый разговорчивый корреспондент поинтересовался:

- В новом олимпийском цикле мы еще увидим вашу золотую пару?

Ирина хотела было ответить, однако вмешался статный высоченный партнер, который приблизился к микрофону и, выдержав паузу, заявил:

- Хотим, чтобы вы узнали от нас. Мы с Яной решили пожениться, и делаем перерыв в нашей спортивной карьере.

"Ну вот кто просил..." - пришлось изобразить нечто более-менее похожее на удивление и радость, однако на самом деле подобное заявление, о котором тренера ребята, конечно, заранее уведомили, для журналистов произвело эффект разорвавшейся бомбы. Ну еще бы: настоящая сказка о белорусской Золушке, которую добрая фея Ирина Алиева однажды соединила в пару с красавцем - принцем, и вместе они пришли к золоту Олимпиады.

Про заслуги тренеров, работу тренерского штаба, про само выступление уже никто не говорил, журналисты галдели, наперебой задавая вопросы новоиспеченным чемпионам, а Ирина отошла в сторону, просматривая ленту социальной сети в своем смартфоне.

- Поздравляю, - совершенно неожиданно рядом с ней появился Роман, ослепляя всех вокруг улыбкой. - Тренер олимпийских чемпионов. Как тебе в новом качестве?

- Как видишь, мои заслуги прессе не так интересны, как новость о свадьбе ребят.

- Порадуйся за них, создается новая ячейка общества, - не желая рождать ненужных слухов, Роман держался на небольшом расстоянии от Иры, пока они медленно шли в сторону подтрибунных помещений. Со стороны это выглядело как беседа двух едва знакомых друг с другом людей, впрочем, таковыми они и являлись.

- А мне что с этой ячейкой делать? Фраза "мы берем перерыв" только звучит красиво. Но мы все понимаем - это окончание их спортивного пути.

Роман посторонился, чтобы пропустить юную фигуристку с охапкой мягких игрушек, и позволил Ирине пройти в коридор первой, успев беглым взглядом оценить, не изменилась ли за эти годы фигура женщины, которая упорно не выходила у него из головы. Все те же округлые бедра, подчеркнутые черными джинсами, красивый изгиб талии... 

- Ну и ладно, возьмешь новую пару. По-моему, эти ребята единственные, кто у тебя задержался. Остальные хватали медали и уходили.

- Сейчас некого брать, у меня недобор. Одна из девочек окончательно сломалась.

- Ты про Алтуфьеву? - уточнил Роман, моментально переключив мысли на тему работы. - Не удивляйся, все эти три года я следил за твоей группой.

- Звучит немного... Жутковато. Следил, - Ира остановилась посреди коридора, и немного приглушила голос, незачем во всеуслышание обсуждать подобные темы.

- Хорошо, скажу иначе. Мне были интересны достижения и работа вашей команды. Кстати, ваш перевод на каток "Серебряный" моих рук дело, дополнительное финансирование Федерация рассматривала, выбирая между двумя тренерскими штабами, так что благодарность принимается ну, скажем, в виде совместного ужина.

Ирина чуть склонила голову, внимательно изучая черты лица Романа и то, как он переменился: внешний вид стал еще более серьезным и суровым, густая плотная щетина покрывала подбородок и скулы, придавая лицу некую грозность. Определенно этот человек в случае спора одним взглядом мог убедить оппонента в неправоте.

- И чем же я заслужила такое отношение?

- Провокационный вопрос...

- Почему?

Роман почесал кончик носа, многозначительно глянув на Ирину и, по всей видимости, намекая на жаркую, страстную ночь трехлетней давности.

- Давай все же поужинаем в одном из атмосферных мест, где нет посторонних глаз и ушей. И обсудим все важные моменты.

- Ром... - она осеклась, понимая, что прозвучало это чересчур фамильярно, вроде бы не те у них отношения, так что сразу исправилась. - Роман, я сейчас занята немного другими вопросами. 

- Да, я помню, Алтуфьева. Замени ее на другую девочку, в чем проблема?

- Проблема в том, что девочка, которую я заметила несколько лет назад, категорически отказывается переходить под наш флаг.

- Что за девочка?

- Кристина Лаува, - произнесла Ира после непродолжительной паузы, дождавшись, пока мимо пройдут фигуристы. - Она из сборной Латвии. Давно ее присмотрела, пыталась переманить.

- Вообще обычно спортсмены просятся в твою группу, а тут ты лично на нее внимание обратила. Доверяю твоей интуиции... Окей, давай так. Я пробую решить этот вопрос, и в случае, если все получается...

- Перетяни ее к нам и проси, что хочешь.

- Смело, - Роман скрестил руки на груди, отчего его плечи стали казаться еще мощнее и шире. - Не боишься, что плата будет слишком высока?

- Договоримся, - уклончиво ответила Ирина. - Извини, мне пора. Рада была увидеться.

Уверенной походкой удаляясь от Романа, к ней только сейчас в полной мере пришло в голову осознание, что не виделись они с ним почти три года. Может где-то и были краткие эпизодические пересечения, но говоря откровенно, Ире они не вспоминались. Безусловно, иногда ей попадались статьи, интервью, в которых прямо или косвенно упоминался вице-президент Федерации, однако это не стоило того, чтобы забивать свою голову - журналистские очерки быстро забывались.

После той ночи, проведенной вместе, они не созванивались, не общались, да и о чем общаться двум людям, которые всего лишь получили фантастическое удовольствие. Никаких обязательств, договоренностей, обещаний и прочего - исключительно шикарный секс.

Сегодняшняя встреча могла стать началом плодотворного сотрудничества. Ира подумала, что весьма неплохо заручиться поддержкой человека из Федерации, к тому же, если он сам эту поддержку ей предлагает. Финансирование, поиски спонсоров, определенного рода протекция - все это, однозначно не будет лишним. В фигурном катании помимо самого спорта присутствовало еще очень много составляющих. 

И к тому же, Роман пообещал решить вопрос с латвийской спортсменкой.

"Интересно, как ему это удастся?" 

Ирвайн. Калифорния. США.

Кристина медленно закрыла ноутбук, испытывая жгучую, раздирающую, клокочущую в груди обиду. Уже который раз подряд, будто нарочно мучая себя, она пересматривала выступления триумфаторов сочинской Олимпиады - двух российских пар, продемонстрировавших великолепные прокаты и вполне заслуженно занявших на пьедестале первое и второе места.

Эти Олимпийские игры для Кристины должны были стать дебютными, и еще каких-то полгода назад она активно к ним готовилась, выкладывалась в зале на тренировках, уходила последней с катка, постоянно оттачивала и совершенствовала прыжки, связки, работала над сложно дающейся ей дорожкой шагов...

А потом как гром среди ясного неба, объявление Федерации Латвии о том, что в этот раз латвийская пара участия в Олимпиаде принимать не будет. 

С Кристиной тогда творилось нечто невообразимое: шок, который она испытала от разлетевшейся вдребезги мечты, привел к тому, что несколько дней девушка практически не ела, - тренеру и его семье еле - еле удалось привести ее в чувство, даже пришлось приглашать спортивного психолога, чтобы тот пообщался со спортсменкой и оценил ее моральное состояние.

Кристина чувствовала себя уничтоженной, раздавленной, пожалуй она бы и слов не подобрала, в полной мере отражающих испытываемые эмоции. Пятнадцать лет ежедневных упорных тренировок, высокий риск травмы, немыслимые для семьи финансовые вложения - и получается все зря? 

Партнера новость об отмене участия в Олимпиаде тоже расстроила, но его реакция была более спокойной: есть масса других турниров, где можно принимать участие и точно так же выступать.
Для Кристины же попадание в Сочи являлось не просто мечтой, это стало бы своеобразным подтверждением того, что все усилия не прошли даром и она представляет свою страну, свою Латвию, на самом высоком международном уровне.

Никаких толковых объяснений фигуристы не получили. Произносились невнятные фразы об отсутствии финансирования, о бессмысленности посещения соревнований, ведь на Чемпионате Мира латвийская пара заняла последнее место - какой смысл ехать на Олимпийские игры, если там их ждет примерно тот же результат. Говорилось еще много всего, но половину из сказанного Кристина тогда не слышала...

- Тук - тук, можно?- дверь приоткрылась и в комнату вразвалочку зашел Алексей, прикидывая, куда можно сесть.

- Что случилось? - Кристина понадеялась на свою сдержанность, обычно она неплохо умела запирать в себе эмоции при необходимости.

- Как ты? Как дела?

- Я в порядке. Только ради этого пришел, спросить, как дела? 

Лёша уселся на пуфик около стены, явно собираясь с мыслями:

- Спросить хотел кое-что. Ты про Россию серьезно говорила или шутканула неудачно?

- Какие могут быть шутки после того, что произошло?

- Да ниче не произошло, - это прозвучало безразлично и холодно. - У тебя конец спортивной карьеры или че?

Сорвавшийся с губ нервный смешок лишь подчеркнул ее отчаяние:

- Не понимаешь? Правда совсем ничего не понимаешь? На нас всем наплевать!

- Вот че за привычка драматизировать, - Алексей вытянул ногу, потирая колено, а затем громко многозначительно фыркнул, показывая свое наплевательское отношение: - Тебе деньги платят, кормят, фанаты есть? Вот и катайся в свое удовольствие. А ты как крыса решила свалить в Россию.

От возмущения у Кристины перехватило дыхание. "Как крыса...". Партнер позволил себе перейти все границы. И раньше он порой мог выпалить что-то оскорбительное, но в данный момент это прозвучало особенно обидно и грубо.

- Тебя не отпустят никуда. Федерация не даст согласия на переход.

- Откуда такая уверенность? - Кристина говорила уже более смело. - Крепостное право давно отменили, я могу выбирать, какую страну представлять на соревнованиях, и если моей стране я не нужна, значит...

- Значит надо позорно бежать туда, где больше заплатят? Продаваться за бабки? - Алексею, казалось, доставляло удовольствие изощряться в оскорбительных высказываниях.

- Да ты о чем вообще? - едва не сорвалась на крик. - У нас здесь нет нормальных условий для тренировок, лед выделяют в неделю несколько раз, Федерации плевать на наши проблемы. Я и массажиста не могу себе позволить! 

- Массаж она захотела, - неприятно заржал Леша. - Дадут тебе там массаж, жди. Таких как ты, приезжих, пережуют и выплюнут. Повезет если не убьешься на прыжках, пытаясь в сборную пробиться. И надо найти того, кто тебя взять захочет... На одного парня по двадцать желающих баб собирается. Ты где-то в конце двадцати, до тебя и очередь не дойдет.

Каждое слово отдавалось тупой болью в висках... Это же надо было ей, ради возможности соревноваться на международном уровне, несколько лет терпеть совершенно хамское, наплевательское отношение, подколы, провокации...

Алексей все это говорил для того, чтобы как можно ощутимее задеть и уколоть Кристину. Ее отъезд фактически означал бы одно - придется подыскивать новую партнершу, а такую, как Лаува, найти было невероятно сложно, да что там, практически невозможно.

Все сказанное Алексеем являло собой лишь глупое бахвальство и попытку возвыситься за чужой счет, конечно он знал, что Кристина - отличная парница, тренерами не раз подчеркивались ее умения вытягивать сложные элементы, великолепно сохранять баланс и нужное положение в выбросах. И отдавать ее другой стране, другому партнеру, ой как не хотелось.

Но Кристина уже все для себя решила. После ухода Алексея и того, как с силой хлопнула входная дверь, связалась со своим тренером в Латвии, переговорила насчет вероятности переезда в Россию, обсудила отдельные нюансы и задала особо волнующие ее вопросы.

Времени тянуть дальше, не было. Приходилось как можно скорее решаться и вновь кардинально менять свою жизнь. Самое важное, самое главное - родители опять поддержали Кристину в ее решении.
Мама и вовсе сказала очень мудрые слова: "Тебе всегда есть куда вернуться в случае, если что-то пойдет не так. У тебя есть дом".

Дело оставалось за малым... Сообщить о принятом решении Федерации фигурного катания Латвии. И пока еще Кристина не знала о том, с каким негативом, осуждением прессы, коллег и с какими проблемами ей придется столкнуться.

Москва. 
Март 2014 года.

Всю группу Алиевой пришлось отпустить чуть раньше положенного, так как в тренерском штабе состоялся серьезный и сложный разговор с Ксенией Алтуфьевой, во время которого у девушки началась самая настоящая истерика от переизбытка эмоций.

Сначала она кричала, что с ее лодыжкой все в порядке и кататься с такой травмой можно хоть весь следующий олимпийский цикл. Потом пробовала выяснить, может она чем-то невольно обидела, оскорбила тренера и из-за этого ее пытаются убрать. После чего перешла к нападкам и необоснованным обвинениям насчет того, что ее не поддерживают в желании продолжать карьеру. Несмотря на эмоциональные всплески ученицы, на лице Ирины ничего не дрогнуло, она оставалась хладнокровной и сдержанной.

- Мы еще три года назад обсуждали вероятность того, что с тобой придется расстаться, - Ирина решила сказать как есть, дабы не зарождать лишних иллюзий. - Врач уже тогда говорил, что есть огромная проблема с твоей лодыжкой, что ты можешь не выдержать.

- Но я выдержала! - закричала Ксения, не обращая внимания на слезы, льющиеся по щекам. - Меня обкалывали препаратами, я терпела, я лечилась.

- И ты молодец, честно.

- Тогда почему...? - голос сорвался и Ксения шумно всхлипнула, доставая из упаковки бумажные платки. - Я готова еще больше тренироваться, хотите, полечу снова в Германию в ту же клинику, там восстановление...

- У вашей пары нет результатов. Саша не может делать постоянные перерывы в тренировках и ждать, пока ты восстановишься после очередного обострения, - в разговор вступил второй тренер. - Мы с прыжками сколько мучаемся? После сальхова у тебя снова началось воспаление... Ты ходить не могла, Ксюш. Подумай о себе...

- Да что тут думать! - вроде бы пытающаяся успокоиться, она вновь распалялась, сквозь слезы выплескивая все, что накопилось. - Я хочу кататься и я могу кататься!

- Не в нашей группе, - возможно Ирина говорила чересчур жестко, но решение уже было принято. - Мы работаем на результат. Ваши конкуренты тренируют выброс тройной аксель, пробуют четверные прыжки... Откровенно говоря, вы топтались на месте, без развития.

- Вы просто хотите на мое место, к Саше, взять ту девчонку, да, которая во вторник прилетела? Про которую уже журналисты пишут. 

- Журналисты много чего пишут.

Ира краем глаза заметила, как коллега показывает характерный жест, обозначающий, что разговор пора заканчивать и дальше с Ксенией уже должен был поработать психолог. Все понимали сложность и неоднозначность сложившейся ситуации, но в спорте высших достижений, в своей группе, Алиева не оставляла места для тех, кто не показывал необходимых результатов. Ксюше и так слишком долго предоставляли неограниченный кредит доверия, ожидая, что вот-вот они с Сашей наконец-то выстрелят и начнут проявлять себя. Увы, значительных высот в карьере они так и не добились.

- Вы и ее уничтожите, и Саша с ней скатится еще ниже, он до меня несколько партнерш поменял, - выпалила Ксения охрипшим от слез и криков голосом. - Ничего они не добьются вместе, будет искать себе новую, очередную!!!

- Мы с этим разберемся, спасибо, - Ира переложила на своем столе бумаги, показывая тем самым, что разговор подошел к концу.

Она не могла сказать, что не переживала за спортсменов. Так или иначе, с каждым из них ее связывали воспоминания, поражения, победы, сложные эмоциональные моменты. Вот только привязываться к кому-либо из них Ирина зареклась и давила в себе любые зачатки жалости и сочувствия.

На заре ее тренерской карьеры, во время сотрудничества с юниорами, когда появились первые успехи и достижения, она плохо умела разграничивать работу и личное. В связи с этим зачастую возникали самые разные проблемы. 
Ира являлась не только тренером, но и другом своим воспитанникам, тем более, разница в возрасте у них была всего каких-то шесть-семь лет. Она  вникала в перипетии их взаимоотношений, тяжело воспринимала проигрыши своих подопечных, тесно и плотно работала с родителями...

А затем сразу две трагичных истории, одна за другой. Причем Ирина в обоих случаях испытывала ужасное чувство вины, укоряя себя в том, что косвенно виновата в произошедшем. Никто из коллег, родителей и представителей СМИ не обвинял ее. Поклонники фигуристок и вовсе активно поддерживали, писали ободряющие и утешающие слова, но от этого становилось еще тяжелее.

Фоном слушая мотивационный монолог от второго тренера, адресованный Ксении Алтуфьевой, Ирина, вроде бы сосредоточившись на изучении документа, вспоминала своих нью-йоркских четырнадцатилетних девчонок.

Одна из них, претендуя на попадание в тройку призеров юниорского Чемпионата Мира, после крайне неудачного выступления, заняла по итогу лишь шестое место. Ирина тогда решила, что доверительные отношения с подопечной помогут ей понять, в чем была причина. Вот только вместо реальной помощи разговор с девочкой выступил настоящим триггером - спровоцировал нервный срыв, и в итоге вечером родители нашли дочь дома, лежащую в ванной и наглотавшуюся кучу таблеток.

Спортсменку тогда удалось спасти, хотя ее состояние расценивалось врачами как крайне тяжелое и несколько дней тренеры, близкие и друзья опасались даже думать на тему дальнейших перспектив. На Иру было страшно смотреть, она всего за неделю посерела, похудела от сильнейшего стресса. 

И буквально через три месяца новый удар: спортсменка - юниорка из группы Ирины довела себя до анорексии, пытаясь освоить с партнером сложную подкрутку и ради этого истязала себя диетами. Дома полностью отказывалась от пищи, лишь пила воду, а чтобы никто ничего не заподозрил на сборах и во время соревнований - после обеда или ужина отправлялась в свой номер и вызывала рвоту, чтобы избавиться от съеденного.

Ира первой забила тревогу, когда вес начал стремительно таять и на взвешиваниях весы стали показывать все меньшую массу тела. Затем все закрутилось: обмороки, лечение в клинике, признание спортсменкой своей вины, психотерапия, во время которой выяснилось, что родители девочки подкупали судей на отдельных соревнованиях...

Как апофеоз всей истории: выпуск этой девушкой книги, которая в Нью-Йорке стала бестселлером, особенно пользовалась популярностью среди подростков - поклонников, растащивших ее на цитаты. Книгу фигуристка назвала "Заплатить за победу". 

Ирина не понимала, откуда ей взять силы на то, чтобы справиться с обрушившимися на нее чувствами вины, стыда, сомнений в своем профессионализме. Она погрузилась в депрессию, дочь в то время воспитывала няня. В каком направлении двигаться, как все это пережить - никто сказать не мог.

Если бы не звонок хореографа Евгения, с которым они давно были знакомы, еще со времен спорта - наверное, из состояния беспросветной темноты Ире не удалось бы выбраться. Он пригласил ее в Россию, в молодую команду профессионалов с грандиозными планами.

Никто толком не понял, как молодому человеку удалось вернуть Ирину в нормальное состояние, но он убедил ее, что такого чутья на будущих чемпионов, такого видения площадки и композиции, такого упорства нет ни у кого, кроме нее.

И Ира снова поверила. Пошла учиться, повышать свою квалификацию, параллельно углубленно изучала психологию, помня о прошлом негативном опыте, когда была чересчур самонадеянной. Благодаря поддержке, вере, своей настойчивости - все стало получаться. Появились новые ученики, а бывшие подопечные всегда отзывались об Ирине Алиевой, как о высококлассном специалисте, несмотря ни на какие нюансы.

Но с тех пор Ира дала себе обещание не брать в группу слишком юных девушек с неустойчивой психикой, не сближаться со спортсменами ни при каких обстоятельствах, не проникаться их личными историями. Работа, тренировки, результат. И ничего больше.

- Ты как будто вообще не с нами, - Евгений потормошил Ирину за плечо. - Алтуфьева ушла с Серегой к психологу, ты в ответ просто буркнула что-то. Все нормально?

- Вспомнила, как много лет назад ты убедил меня начать заново, - Ирина выдохнула, сбрасывая груз прошлого и возвращаясь в реальность. - И как учил никого не жалеть.

- Эй, не не не, ты из меня железного человека не делай, - засмеялся Евгений, присев на край стола. - Я тебе не так говорил. Я рассказывал, что сейчас ребята меняются, порой, от сезона к сезону. И если жалеть каждого из них, быстро выгоришь.

- Меняются... Да. Яна ушла, выходит замуж. Ксения ушла, травма. У Ани травма, Юля не восстановилась...

- Такой у нас вид спорта, без риска не будет результата, где риск - там травмы, - заметил философски. - Ты сама видишь, как усложняют контент пары Татьяны Самариной. 

- Ладно, на сегодня достаточно размышлений, я домой поехала. Пришли мне, пожалуйста, на почту, две композиции, которые мы слушали. И прокаты Кристины с чемпионатов Латвии, я еще вчера просила.

- Слушаюсь, моя госпожа, и повинуюсь, - Евгений театрально поклонился и поцеловал Ирине руку.

- Нам с тобой фанаты и пресса и так роман приписывают, - Ирина в ответ потрепала его по волосам, шутливо отталкивая. - Ты еще и интерес подогреваешь своими взглядами на меня.

- Я люблю смотреть на тебя, когда ты погружена в катание наших пар. Думаю, мужчины, которые видят тебя в этот момент, влюбляются раз и навсегда. Ты воодушевленная, светлая, ты горишь и живешь этими минутами...

- Ой, Жень, иди-ка ты лучше домой. А то я сейчас разрыдаюсь тут.

Дождавшись, когда он пошлет ей воздушный поцелуй и скроется в коридоре, Ира подошла к прочному толстому стеклу, выполняющему роль одной из стен в тренерской. Отсюда, как на ладони, был виден пустующий сейчас каток.

Так странно. Вот вроде бы только что с него доносились характерные звуки лезвий, разрезающих лед, указания тренеров; на арене выполняли элементы фигуристы. Теперь тишина, пустота, все разъехались по домам. И только Ира, как обычно, допоздна оставалась на работе, потому что дома ее все равно никто не ждал.

Внезапно вспомнив героиню одного из советских фильмов, Ирина расплылась в улыбке.  Рассуждения точь-в-точь как у известного персонажа картины о женщине - трудоголике. Следующей мыслью должно было стать сожаление о том, что ей непозволительно даже животное завести, потому что за ним некому ухаживать.

Впрочем, долго муссировать в голове мысли об одиночестве не пришлось, смартфон, как обычно после девяти часов вечера ожил: позвонил координатор одного из ледовых шоу, запланированных аж на осень, потом ученица, сообщившая о небольшом недомогании, а затем в телефонном разговоре к Ирине прилепился журналист насчет интервью о новой воспитаннице тренерского штаба Алиевой.

***

Кристина снова осмотрела маленький и довольно тесный гостиничный номер, оформленный в минималистическом стиле. Ничего лишнего: кровать, тумба, узкое окно, шкаф вдоль стены. На сколько ей придется задержаться в Москве, девушка не знала. У нее еще и знакомства с Ириной как такового не состоялось. В аэропорту ее встретил менеджер спортивного клуба, привез в гостиницу, оставил свой телефон для связи - в общем-то на большее Кристина и не рассчитывала. И уж тем более не думала, что Ирина Георгиевна лично приедет к ней.

Она, конечно же, заочно знала Алиеву. Четыре года назад, в Латвии, видела ее на катке Риги. Много о ней слышала, в том числе о спорных, жестких методах работы. Затем пересеклась с ней на Чемпионате Европы. Никакого благоговейного трепета Кристина не испытывала ни тогда, ни сейчас. Восхищение воспитанниками, результатами - да. Желание научиться новому - да. 

Правда пока все обещанные перспективы были весьма туманны. Федерация фигурного катания Латвии не давала своего разрешения на переход спортсменки, хотя переход и обсуждался лишь в теории. Журналисты, откуда-то узнав про планы Кристины Лаува перейти под российский флаг, принялись наперебой строчить статьи о том, что: "Чемпионка Латвии оставляет свою страну ради призрачных иллюзий об успехе в России". Наиболее культурные называли это поиском лучших условий, другие не сдерживались в выражениях, представляя фигуристку неблагодарной предательницей.

Нельзя было позволять негативным комментариям и мнениям влиять на психоэмоциональное состояние, поэтому Кристина решила ничего не читать, дистанцироваться по максимуму от всего, пусть и на период пребывания в российской столице.

Она приняла душ, написала родителям сообщение о том, что у нее все в порядке, облачилась в длинную желтую футболку и забралась под одеяло - в номере было совсем не жарко. Так что лучшим решением стало укутаться как следует, устроиться поудобнее и постараться отдохнуть перед чередой важных событий: личным знакомством с Ириной, первыми тренировками на новом льду. 

Прикрыв глаза, Кристина подумала о том, что она уже дважды могла переехать в Россию: впервые еще пять лет назад, и чуть позже, когда ей предлагали тренироваться у Алиевой. Интересно, добилась бы она уже каких-либо успехов на мировых турнирах? Или затерялась среди многочисленных талантливых русских фигуристок?
С кем из ныне действующих спортсменов она могла создать успешный тандем?

Может, к своим двадцати годам она с партнером вошла бы в тройку топовых спортивных пар и, выступая под флагом России, являлась одной из сильнейших парниц мира (когда она подумала про это, на ее умиротворенном лице промелькнула улыбка). Может травма перечеркнула бы все надежды на высокие места... Кто знает, как сложилась бы ее жизнь. Наверное, определенные события, встречи, знакомства, происходят в самое нужное время, а не тогда, когда очень хочется.

Заснуть ни в какую не получалось, Кристина взяла смартфон с тумбы и зашла в соцсеть на свою страничку, пролистала ленту и подписалась на группу тренерского штаба Алиевой. Там шли бурные обсуждения завершения сезона, высказывались предположения по межсезонью, сборам и потенциальным новым парам.

На глаза попался комментарий о том, что у партнерши Александра Вебера уже в который раз обострение старой травмы и вероятней всего Ксения снова отправится на реабилитацию и лечение, а значит Саше придется в очередной раз просиживать без партнерши некоторое время.

Один из пользователей намекнул, что вроде как планируются перестановки в группе, и вероятнее всего Вебера попробуют поставить в пару с миловидной хрупкой фигуристкой из их же клуба. 

Кристина и не надеялась на то, что ее приглашают ради Александра. По правде говоря, когда ей передали информацию о поиске партнерши для Саши, она не стала верить этому на слово. Отчего-то сразу подумалось про обычную "приманку", в парных видах спорта практиковалось подобное. С целью заинтересовать спортсмена для перехода в другой клуб ему обещали сильного партнера, когда же переход оформлялся по правилам и менять что либо оказывалось поздно, сообщали, что обещание сдержать не получится, по разным причинам.

Для Кристины было главным - вырваться из замкнутого круга и идти вперед. Конечно же, она с радостью встала бы в пару с Вебером, но знала свой уровень и считала, что до Саши ей еще расти и расти. Поэтому не питала лишних иллюзий насчет партнерства и согласна была наращивать мастерство, накатывать, улучшать показатели с тем, с кем решит тренерский штаб.

Москва

Кристина стояла у дальнего борта ледовой площадки, и смотрела на то, как выполняют элементы ученики тренерского штаба Алиевой. Она чувствовала себя немного неловко, от того, что пока никого толком не знает. Правда с ней поздоровался кто-то из персонала, а второй тренер и вовсе уделил ей несколько минут, расспрашивая о том, как она разместилась в гостинице, как в целом самочувствие и настроение. Это, определенно, вселяло позитив и толику оптимизма.

Одна из пар закончила тренировку, зачехлила коньки, юноша в синем термокомбинезоне громко рассмеялся на шутку, рассказанную коллегой, и отошел в сторону, чтобы выпустить на лед других фигуристов.

Кристина не удивилась тому, что вместе с Вебером сегодня вышла не его бессменная партнерша, а совершенно не знакомая ей девушка: возможно тренеры решили поберечь Алтуфьеву и пригласили другую спортсменку, чтобы она на какое-то время составила Саше компанию.

- Привет. смотрю ты подошла пораньше. Еще не раскатывалась? - Ира практически бесшумно появилась рядом.

- Здравствуйте, Ирина Георгиевна, - Кристина постаралась не нервничать и вести себя максимально спокойно. - В зале сделала разминку и решила дальше подождать вас и ваших указаний.

- Тогда выходи на раскатку, сегодня посмотрим на тебя, немного поработаем, сильно нагружать не будем.

Пока Кристина еще пребывала в состоянии дереализации, толком не осознавала, что ступает на лед, на котором тренируется группа Алиевой. Формально девушка по-прежнему числилась в сборной Латвии, вопросы по переходу толком не обсуждались, да и не было гарантий, что Ирина после сегодняшней тренировки не отправит ее обратно... Мало ли что может не понравиться. Однако сам факт нахождения на льду среди воспитанников Ирины, воодушевлял и дарил надежду на то, что все получится. 

Кристина начала скольжение по кругу, набирая скорость и внимательно следя за тем, чтобы не столкнуться с другими спортсменами. С каждым движением чувствовалась все большая уверенность и росло желание выложиться по максимуму, показать, что она хочет работать, готова работать и сделает все, чтобы продемонстрировать свои умения и навыки на льду.

- Что за девочка? - взяв небольшую паузу между отработкой элементов, поинтересовалась у Вебера его новая партнерша Валерия. 

- Так это Лаува, из Латвии, - юноша откашлялся, восстанавливая дыхание. - Я так понял для нее сегодня вызвали Сахарова.

- Сахарова? Саш, не шутишь?

- Угу, я сам удивился.

Валерия недоверчиво хмыкнула:

- Сахарову почти тридцать, спина не выдерживает... И ему пригласили молодую девчонку?

- Может это ему стимул такой, ну знаешь, дали молоденькую, типа чтобы воспрял духом.

Лера засмеялась на то, с каким выражением лица все это произнес Саша, хотя на самом деле внутри неприятно ёкнуло. Однозначно их тренер что-то задумала, она бы не стала перетягивать к себе того,  в ком не видела перспектив. А перспектив с одним из самых возрастных членов команды не было точно. Это означало лишь одно: латвийскую фигуристку пригласили для совершенно другого партнера, Сахаров - просто временный вариант для того, чтобы подготовить спортсменку, усложнить исполняемые ею элементы ну и "пересидеть" карантин. Ведь по правилам, при переходе в другую Федерацию, фигуристы не имели права представлять страну на крупных соревнованиях в течение полутора лет... 

- Са-а-аш, - протянула Лера, у которой уже закрадывались определенные подозрения. - Ты не думаешь, что Кристину для тебя переманили?

Теперь пришла очередь Саши рассмеяться от такого предположения:

- Ты чего? Тренер же сказала, что мы с тобой будем скатываться, на перспективу...

- Ну тренеру никто не помешал отправить вникуда твою бывшую партнершу. От меня могут так же избавиться.

Саша задержал взгляд на Кристине, которая приступила к выполнению своей дорожки шагов и, периодически допуская ошибки, раз за разом снова все повторяла с начала. Она показалась ему слишком сосредоточенной, слишком "в себе", так и хотелось немного ее встряхнуть, чтобы увидеть проявление минимальных эмоций, но нет. Девушка, словно запрограмированная, предпринимала все новые попытки справиться с элементами, и ее лицо при этом не выражало абсолютно ничего.

- Не заморачивайся, у нас с тобой на сезон уже есть задачи, - заявил Лере после недолгой паузы. - А там посмотрим.

Дальше тренировка проходила в обычном режиме. Одни спортсмены заканчивали тренироваться, их сменяли другие, периодически на арене звучали отрывки музыкальных композиций. Хореограф что-то обсуждал с Ириной, после того, как на льду появился потенциальный партнер Кристины и им предложили просто немного покататься вместе, выполняя самые простые шаги и несложные параллельные вращения. В общем и целом проведенной тренировкой все остались довольны, правда выводы об увиденном Ирина не озвучила: обсуждать свои мысли ей пока ни с кем не хотелось... Практически ни с кем, за редким исключением.

***

Роман немного удивился звонку от Ирины тем же вечером. Раньше все женщины, с которыми он общался, занимали принципиальную позицию: не звонить первой. Они вели какую-то известную только им одним игру, сначала флиртовали, потом изображали холодность, затем начинали проверять Романа на щедрость, после чего вновь сохраняли дистанцию - все эти эмоциональные качели и применение девушками на практике советов из женских тренингов ему порядком поднадоели.

Хотелось простых и понятных отношений без особых обязательств с обеих сторон, хотелось приятных встреч, бесед за ужином, легкого досуга - для чего-то серьезного у Романа элементарно не хватало времени, он почти всегда был занят решением вопросов Федерации, а женщины, которые ему раньше встречались, требовали к себе постоянного внимания.

Ирина была совсем другой. После их встречи, ужина и страстного секса она не писала ему, не звонила, не искала встреч. Когда встретились вновь, в Сочи, от нее не поступало никаких намеков на продолжение близкого общения.
Возможно, именно поэтому она его и зацепила, порой помимо воли Роман вспоминал о ней даже среди рабочей суеты. Периодически, когда с коллегами обсуждались вопросы по работе, к примеру по разделению финансирования, по поддержке молодых спортсменов, по различным мероприятиям - приходила в голову мысль об Ирине, что было бы неплохо поделиться с ней идеями, привлечь к совместным проектам.
Так что ее предложение о встрече в одном из ресторанов Москвы Роман принял без раздумий.

Он ничуть не удивился, что Ира выбрала вполне себе концептуальное заведение, без единого намека на романтизм - обстановка располагала скорее к дружеским беседам. Ресторан славился блюдами морской кухни, и морепродукты здесь готовили просто фантастически.

- Откуда любовь к рыбе? - Роман, пролистывая меню, решил начать разговор с нейтральной темы.

- В детстве ела слишком много мяса.

- Содержательный ответ, спасибо.

Ира едва сдержала улыбку:

- Отец очень любил мясные блюда, поэтому в нашей семье всем приходилось есть мясо.

- Мы наоборот, очень любили рыбу, ну и до сих пор любим, - поведал Роман. - Выбрала что-то?

- Филе сибаса с картофелем.

Роман потер подбородок, хитро прищурившись:

- Ты же не из тех романтичных барышень, которые верят в судьбу, совпадения и прочее?

- Судя по вопросу, ты выбрал то же блюдо?

- Верно. Что заказать из алкоголя?

- Уверен, что нам нужен алкоголь? - Ира слегка подалась вперед, сцепляя пальцы рук в замок.

В этот момент они подумали об одном и том же, но ничего не произнесли вслух. Оба, конечно же, вспомнили ужин несколько лет назад, количество выпитого вина и головокружительное приключение, которое невозможно было забыть.

- Думаю, к сибасу подойдет Пино Гриджио. Освежающее пикантное вино, идеальный выбор для рыбы с деликатным вкусом, - Роман отложил меню и подозвал к себе официанта.

- Ты еще и в винах разбираешься? - Ирине вовсе не хотелось флиртовать, однако искренне высказать свое восхищение ей ничего не мешало.

- У меня много талантов, но я уверен, что ты меня сюда пригласила не для обсуждения моей персоны.

Пока готовился их заказ, Ира кратко изложила суть своих недавних размышлений на тему официального перехода Кристины в свою группу. Возникали определенные сложности с Федерацией Латвии и решить данный вопрос в одиночку не представлялось возможным. А вот человек, имеющий определенное влияние, вполне мог поспособствовать разрешению конфликта.

Как оказалось, тренер латвийской пары, чиновники, руководители, были категорически против того, чтобы Кристина Лаува перешла к российскому тренеру, сменила гражданство и представляла другую страну на мировой арене. Представители Латвии даже прокомментировали решение спортсменки в интервью журналистам на местных телеканалах, хотя переход не был совершен и пока еще шли переговоры.

Роман пообещал, что займется решением проблемы, выйдет на связь с коллегами, и постарается как можно более безболезненно для обеих сторон уладить все вопросы.

- Не боишься негатива? - ловко орудуя ножом и вилкой, разделывая кусок сибаса, поинтересовался Роман чуть позже.

- Ты о чем?

- Такие рокировки устраиваешь, ради создания пары. Убрала из своей группы Алтуфьеву, на один сезон поставила к Веберу другую девочку, не сказав им все, как есть.

- Если бы я сказала, что ставлю их вместе только на сезон, тренироваться никто из них не стал бы, - Ирине это казалось слишком очевидным, чтобы акцентировать внимание.

- Вот я о чем и говорю. Ты такими сложными путями идешь к созданию пары Вебер - Лаува...

- Я ее заметила еще четыре года назад в Риге. Но она тогда была слишком молоденькая, я бы не рискнула с ней работать.

- Ирина Алиева, и не рискнула? - Роман покачал головой, словно не веря самому себе. - Я думал ты только и делаешь, что рискуешь.

- Зареклась работать с юными девочками...

- Да, я читал те истории, - сказал кратко и сухо. - Твоей вины не было.

- Ну конечно, - боль воспоминаний кольнула изнутри, вызывая спазм. - Я тренер. И я должна была предусмотреть. Увидеть, что одна девочка скатывается в депрессию, а вторая перестала есть.

- Ты берешь на себя слишком много. В любом виде спорта такое случается, даже у самых опытных тренеров, но винить себя...

- А кого еще винить? - Ира никогда не вела разговоров на эту тему, избегала их, но сейчас потребность высказаться так и рвалась наружу. - Я требовала от них результатов, старалась быть жесткой, но при этом хотела быть им другом, смешивала личное отношение к девочкам с рабочими моментами.

- Без этих ошибок ты не стала бы собой.

- Да ты еще и философ.

- Предлагаю за это выпить, - Роман поднял бокал вина. 

Ненавязчиво, аккуратно он увел разговор совсем в другое русло, понимая, что они с Ирой встретились не для сеанса психологической помощи и разбора проблем прошлого. 
Как выяснилось, им обоим было очень комфортно разговаривать не только на рабочие темы. Работа скорее стала тем самым элементом, который их объединял, и время от времени в беседе они возвращались к обсуждению важных вопросов, требующих решения.

Ире пришлось признаться себе, что она давно так приятно не проводила время в компании мужчины. С Романом, прежде всего, было интересно общаться. Он не пытался произвести на нее впечатление, это получалось как-то само, между прочим. Не упоминался его доход или достижения в плане карьеры, не звучало хвастовство в рассказе о знакомстве с серьезными чиновниками. И в целом Роман вел себя весьма достойно.

Это был во всех отношениях отличный вечер, Ира не заметила, как пролетело время и, выйдя из ресторана на улицу, взглянув на часы, нахмурилась.

- Мы собирались встретиться на пару часов, а уже почти полночь.

- У тебя утренняя тренировка?

- Да, хочу с новыми парами поработать. Сложности некоторые, думаю, будут.

- Не забудь, что решение вопросов по документам и оформлению я беру на себя.

Чувствуя порыв прохладного ветра, Ира поплотней запахнула бежевый плащ, перевязала пояс и все же одарила Романа улыбкой:

- Как я могу такое забыть.

Около ресторана Ирину ожидало такси, но она не спешила уходить, несмотря на позднее время. Можно было позволить себе задержаться еще на несколько минут, побыть обычной женщиной, которая проводит вечер в компании приятного ей мужчины.

Возможно в другой ситуации, к примеру перед своим законным выходным, она и вовсе не собиралась бы домой. Не исключала вариант того, что они с Романом могли бы продолжить общение в гостиничном номере, за очередным бокалом вина, но сегодня Ира вымоталась и, откровенно говоря, уже почти переключилась на свой обычный режим - планировала приехать в свою квартиру, принять душ и, упав в объятия мягких простыней, забыться глубоким сном.

- Спасибо за компанию, всегда рад тебя видеть, - Роман понимал, что они с Ирой находятся в центре Москвы и излишнее проявление особого отношения им ни к чему, поэтому лишь вежливо склонил голову. - Я позвоню, когда будут новости.

- И тебе спасибо. До встречи.

В полутьме салона такси, оставляя позади стоявшего на улице Романа, Ира прикрыла глаза, пытаясь вернуть свои мысли в привычное русло. Однако ее до сих пор не покидало желание, которое она едва подавляла в себе еще во время общения. Звучало это странно, но ей очень хотелось взять Романа за руку, переплести пальцы... Откуда появилась столь непонятная ей прихоть, она пока не понимала сама.

Июнь 2014.
Учебно-тренировочный центр "Новогорск"

Непривычная для середины июня жара внесла определенные коррективы в тренировочный график фигуристов. Днем температура воздуха поднималась до двадцати шести градусов и в подобных условиях совершать пробежки, делать разминку на улице, было довольно некомфортно. Поэтому тренеры составили расписание таким образом, чтобы разминка и бег проходили до полудня.

Саша, щурясь от яркого солнца, наблюдал за тем, как быстро по кругу стадиона бежит Кристина, соревнуясь с еще одной спортсменкой. Девушки, получив разрешение тренера, договорились о небольшом забеге, а остальная группа пока взяла передышку, превратившись в болельщиков. 

Проиграв буквально пару секунд, Кристина остановилась у спортивной площадки и оперлась руками на брусья. Нужно было восстановить дыхание и частоту пульса после забега и Саша, улучив момент, когда рядом никого не останется, подошел к ней.

- Отличный результат, - он прислонился к железному основанию брусьев, открытыми плечами ощущая тепло, металл понемногу нагревался под солнцем.

- Спасибо, Саш. Но как видишь, я проиграла.

- В спринте скорость задают первые двадцать - тридцать метров, ты вначале, на разгоне немного уступила. 

- В следующий раз не уступлю, - Кристина сделала пару глотков воды из бутылки и, выдохнув, повернулась лицом к солнцу. - Здорово тут у вас...

- Ты теперь тоже с нами. Я слышал от ребят, что все вопросы по твоему переходу Федерация уладила. 

- И, конечно, слышал, сколько в мою сторону всего вылилось. Вранья и негатива.

Солнце стало припекать сильнее, видимо пора было перебираться в помещение, в  тренажерный зал, но когда Саша с Кристиной уже собрались сменить место тренировки, на стадион выбежали двое парней из группы и сообщили, что теперь их очередь провести мини-забег на дистанции.

Саша попытался было отшутиться, однако Кристина легко подтолкнула его плечом:

- Вот как раз покажешь мастер-класс, как нужно побеждать.

Ребята выбрали того, кто будет следить за временем, вручили ему секундомер, немного размялись, стянули с себя футболки - никому не хотелось, чтобы ткань прилипала к телу во время забега.

- После легкой разминки шагаем на исходную позицию, - скомандовал театральным басом один из парней. - Победитель получает поцелуй от наших... де-е-евчонок!

Лера замахала руками, притворно морщась:

- Не буду я целовать вспотевшего и запыхавшегося мужика.

- Мы сначала посмотрим, кто победит. Короче, разминку заканчиваем, идем к стартовой отметке.

Наверное, Кристина слишком откровенно рассматривала, как Саша, обнаженный по пояс, в одних только спортивных синих шортах, выполнял самые простые упражнения для растяжки: ей, без ложной скромности, нравилось смотреть, как на спортивном, подтянутом теле играют мышцы.

- На Сашку можешь не пялиться, - Лера перехватила ее взгляд. - Он давно и всерьез занят, четыре года с девушкой встречается.

- Ты что, - засияла Кристина. - Я на него и не претендую. Просто смотрю, как классно он проработал мышцы, он в отличной форме.

- Ну да, твой партнер таким телом похвастаться не может.

Кристина подумала, что Артему, тому спортсмену, с которым ее поставили в пару, вряд ли было бы приятно услышать подобное, но, к сожалению, Лера была права. Артем Сахаров, в силу определенных проблем со спиной, не имел возможности тренироваться в полную силу. И это не могло не сказаться на его физической форме. Некая рыхловатость не раз становилась предметом обсуждений на фанатских форумах.

При этом, он обладал невероятной устойчивостью, даже в неудобных выездах из элементов, превосходно сохранял баланс, мог выполнять настолько сложные поддержки, что пробуя выполнить их на ковре, в зале, Кристина облегченно выдыхала, едва ступив кроссовками на твердую поверхность пола. Да и опыт, который наработал Артем, не раз помогал ему на льду.

- Зато Артем меня крепко держит в поддержках, - парировала Кристина. - Мне не страшно ему довериться.

- Мне с Сашкой тоже не страшно, и у нас программы на сезон почти готовы, немного можно расслабиться, - Лера потянулась, думая вовсе не о тренировках, а о том, что было бы неплохо сейчас оказаться где-нибудь на песчаном пляже и получать красивый ровный загар. - О, парни забег начинают. Готовимся поддерживать!

Громко скандируя имена участвующих в забеге, девчонки подпрыгивали на месте, активно аплодировали, всячески стараясь подбодрить спринтеров. Мощно, уверенно, не оставляя никаких шансов соперникам, Саша на самом старте вырвался вперед. Сказывалась отличная физическая подготовка, он явно обладал безупречной техникой бега, четко координировал движения и виртуозно владел своим телом. Так что вполне заслуженно и ожидаемо - эффектно финишировал, победно вскидывая руки.

- Да-а-а, - вскричала Лера, хлопая в ладоши. - Сашка лучший!!!

- Я даже спорить с тобой не буду, - Кристине оставалось только присоединиться к аплодисментам, потому что Саша действительно показал класс.

- Ну что. Награда должна найти своего героя, девчонки, выстраиваемся в очередь, чтобы целовать победителя.

- Лер, давай ты первая! Твой партнер все же, - заискивающе глядя на Вебера пропела одна из спортсменок. - А мы следующие.

Саша все еще пытался отдышаться, слишком резвый старт и желание победить пусть и в дружеском состязании отобрали у него много сил, но заметила это, кажется, только Кристина.

- Может отложим награждение до вечера? - предложила она немного обеспокоенно. Ей не понравилось то, что Саша немного побледнел, вроде бы наоборот, лицо должно было раскраснеться от жары.

- Не, не, вечером у нас лед.

Лера подошла к своему партнеру, по-хозяйски обняла его за талию, прижимаясь к разгоряченному мужскому телу, и подарила Саше долгий поцелуй в щеку, слыша, как визжат остальные девушки из команды.

Кристине отчего-то было неловко. Возможно потому, что Сашу, в отличие от остальных, она знала очень мало, им доводилось перекидываться буквально несколькими фразами на тренировках. Но она все равно последней подошла к нему, смущенно улыбнулась и, поднявшись на цыпочки, легко прижалась к его щеке, ощущая на губах солоноватый привкус.

- Ну ради таких призов я готов еще трижды пробежать, - пошутил Саша, беря с брусьев свою футболку. - Только не сегодня, надо силы восстанавливать.

Громко смеясь и решая, какие соревнования устроить в следующий раз, вся компания дружно направилась в корпус - немного отдохнуть перед упражнениями в тренажерном зале.

***

Нервозность Иры была абсолютно не заметна окружающим, хотя внутри все дрожало и в голове беспрестанно крутились мысли о том, что делать дальше и как правильно поступить в данном случае.

- Олимпиада закончилась несколько месяцев назад, какого черта они объявляют о допинге наших спортсменов только сейчас? - прошипела она едва слышно, обращаясь с не дающим ей покоя вопросом ко второму тренеру.

- Ир, я сам ничего не знаю. До тебя пытались дозвониться, телефон был недоступен, связались со мной. Все, что известно, я тебе рассказал.

Предпринимая попытки хоть как-то упорядочить в голове всю информацию, Ира поняла, что разнервничалась не на шутку, разболелись виски и на них словно давили плотные тиски. Думать становилось все сложнее.

"Позвони Роману..." - единственная здравая мысль, которая звучала громче остальных, выбиваясь из хаоса.

Стоило ей набрать номер, как мелодичные переливы послышались за ее спиной. Поначалу она не придала этому значения, но звонок вызова звучал все громче. И когда Ира обернулась, то не поверила своим глазам: Вершинин уверенными шагами направлялся прямиком к ней.

- Ирина Георгиевна, - Роман поравнялся с Ириной, не замечая удивленного взгляда второго тренера. - Добрый день. У вас что-то срочное?

- Здравствуйте, Роман. Я приношу извинения за беспокойство, возникли непредвиденные сложности, хотелось бы их обсудить с вами.

Ни Роман, ни Ирина даже не предполагали, насколько странно и нелепо выглядит со стороны этот разговор, будто скопированный из литературных источников. Чем больше они пытались произвести впечатление сугубо деловых партнеров, тем большее недоумение читалось в глазах коллеги Ирины. 

- Сереж, мы пройдемся немного, побеседуем. Ребята сейчас в тренажерном зале, потом пусть на обед собираются, - дала указание Ира. Ей удалось привести душевное состояние в равновесие, голос звучал буднично и уверенно.

- Понял. Если что, я на связи.

Больше ни слова ни говоря, Ира с Романом спустились на первый этаж, вышли из административного здания и, как будто бы уже зная, куда идти, направились к аллее. Высокие кустарники укрывали прогулочную зону от любопытных глаз, не хватало только тенистых уголков, чтобы спрятаться от жары.

- Не ожидала тебя здесь увидеть.

- Сам от себя не ожидал... Жарковато,- выдохнул Роман, подтягивая бежевые шорты и поправляя белоснежную футболку. - Хорошо, что меня никто не обязывает соблюдать дресс-код.

- Ром, у меня серьезный разговор, - Ира сразу перешла к делу, не желая отвлекаться на беседы не по работе. 

- Я знаю, что за разговор. Поэтому и приехал. Скажу кратко: основное подозрение будет на враче тренерского штаба и на тебе. Подсуетились кое-кто из наших, видимо не все остались довольны, что сразу три твои пары представляют страну на международном уровне. Будут под тебя рыть.

- Но запрещенное вещество у партнерши и правда нашли... Меклофеноксат, стимулирует работу мозга в условиях гипоксии, при недостатке кислорода, - она старалась сохранять самообладание, особенно в присутствии Романа. И кто-то другой на его месте вполне мог бы поверить, что Иру ничего не тревожит. Кто-то другой, но не он.

- Успокойся, и не паникуй, - жестко и требовательно заявил в ответ. - Я связался с юристом из США, может получится вывернуть все в другую сторону.

- Интересно, как? Если возьмутся за нашего врача, он им все выложит.

- И спихнет на тебя вину, правильно мыслишь. Поэтому официальной версией будет применение твоей фигуристкой солнцезащитного крема - в нем тоже содержится это вещество.

Ира вдохнула раскаленный сухой воздух, желая одного: окунуться с головой в холодную воду бассейна, опуститься на дно, никого не видеть и не слышать. Происходил какой-то абсурд, не иначе. Ей еще ни разу не приходилось сталкиваться с допинговыми скандалами, хотя коллеги между собой периодически обсуждали разные истории, связанные с применением запрещенных веществ.

Конечно, Ира обладала некоторой информацией, полученной от врача тренерского штаба: действительно использовались отдельные препараты, улучшающие определенные показатели, но без вспомогательных средств выдерживать запредельные нагрузки было нереально. Поэтому спортивными врачами разрабатывались целые схемы, комбинировались витамины, лекарственные средства, подбирались индивидуально с учетом состояния здоровья спортсменов и целей, которые перед ними ставились.

- Солнцезащитный крем?! - она на всякий случай переспросила. - И ты думаешь в это поверят?

- Были подобные случаи. Главное всем придерживаться этой версии, со своей спортсменкой и врачом сама поговоришь. Я займусь решением вопроса с другой стороны.

Ира медленно шла по аллее, чувствуя, как теплый ветер едва ощутимо щекочет шею и проникает под серую тончайшую тунику. Предстояло серьезно обдумать сказанное Романом, а самое главное - понять, чем она должна будет отблагодарить его.
Неопытная юная девушка наверняка бы сразу решила, что мужчина так сильно влюбился, что готов ради нее на все, в том числе и на сокрытие некоторых фактов.
Но Ира в силу возраста и опыта отлично понимала, что платить приходится за все. В той или иной мере, поэтому решила спросить напрямую.

- Я не люблю быть кому-то должной...

- Значит не поверишь, что я все это делаю из-за глубокой симпатии к тебе? - Роман ухмыльнулся, глядя поверх темных очков.

- Мне не шестнадцать лет, чтобы верить в большие и сильные чувства. Так что можно обойтись без прелюдий.

- Раз ты сама спросила, скажу как есть, - Роман завернул на тропинку, ведущую в обратную сторону от спального корпуса, где жили спортсмены. - Мне нужна твоя подпись и подписи еще нескольких человек в официальном запросе на усовершенствование вашего ледового катка. Выделят финансирование, ну а дальше...

- Старая добрая схема, - Ира с улыбкой покачала головой, понимая, что была абсолютно права. - Я могла бы сразу догадаться. А дальше усовершенствование по документам будет проведено в полном объеме. Но только по документам.

- Не волнуйся, твое имя будет фигурировать только  в первоначальном запросе. 

Нельзя сказать, что после этих слов резко что-то поменялось в общении между Ирой и Романом. Они прогулялись по спортивной базе, обсудили некоторые моменты по тренировкам, новости межсезонья, громкие переходы спортсменов и по-прежнему напряженные отношения между Федерацией фигурного катания Латвии и России. 

Вроде бы все было как и раньше, вот только появилась некая отчужденность и холодность. Роман четко обозначил формат их взаимодействия - взаимопомощь по отдельным рабочим вопросам. На краткий миг у Ирины мелькнула мысль о том, что Роман и вовсе может быть давно женат. Об этом она подумала, наверное, впервые за несколько лет, почему-то именно сейчас. 
Или он мог жениться недавно... 

Она ведь совсем ничего о нем не знала и пока еще толком не решила, нужны ли ей вообще подробности жизни Вершинина.