Чародейка Ходящая по грани

«Двадцатое апреля, двенадцать дня. Несчастье номер десять. Меня обрызгали грязью из смердящей бензином лужи, хотя на улице жара, и дождя не было», — написала я в своем дневнике «несчастий», заняв столик в закрытом кафе у окна.
— Ваш заказ. — молодой официант принес мне суп—пюре и чашечку кофе. — Приятного аппетита.
Я благодарно кивнула, сделав глоток бодрящего и тут же продолжила список несчастий, выводя строки ровным подчерком:
«Кофе принесли приторно—сладким, хотя я просила сахар не добавлять».
Осторожно зачерпнула ложечкой суп, продегустировав его. Вроде неплохой. Я с удовольствием опустошила тарелку, сделав себе мысленную пометку, что повар готовит совсем неплохо. Вот только руки внезапно раскраснелись и покрылись крапивницей. Я громко выдохнула, записав очередной пункт в дневник:
«Официант забыл предупредить повара не класть в суп лук, хотя в составе блюда его не должно было быть, и я предупреждала о своей аллергии сразу».
Засунула руку в свою бездонную сумку, набитую всякими ненужными «необходимостями», и призналась самой себе в том, что забыла положить антигистаминное средство. Не стала записывать эту оплошность в дневник, скорее всего, дело в моей невнимательности. Хотя…
Поискав кошелек, все же прописала еще один пункт:
«Денег нет. Кошелек утерян!»
Я совсем скисла, день безвозмездно испорчен.
— Доброго дня, сударыня, — за мой столик присел мужчина в почтенном возрасте в больших круглых очках.
Мужчина был лысоват, лишь два небольших седых островка из кудрявых волос росли на голове. Над губами кустились густые усы, не скрывающие доброжелательную улыбку. Одет он был в белоснежный костюм, а на шее висела длинная золотая цепочка с кулоном в виде таких немаленьких тикающих часиков. Разглядывая мужчину с особым любопытством, совсем забыла поздороваться.
— Времени немного, так что перейдем сразу к делу, — почтенный поправил очки, чуть скривился, когда часы начали выбивать громкую дробь.
Дальше начались странности. Отсчитав от одного до пяти, мужчина резко вскочил со стула, и придвинув к себе другой, снова присел с благожелательной улыбочкой.
Я искоса посмотрела на прежний стул. И чем же он не устроил? Деревянная ножка оказалась сломана пополам. Тем временем мужчина продолжил речь, изумляя меня все больше:
— Вам постоянно не везет? Ваша жизнь похожа на череду неудач? Часто посещают мысли о суициде?
Я кивала в такт задаваемых вопросов не потому, что была с ними согласна, хотя мужчина говорил чистейшую правду, просто я была крайне заинтригована. Похоже на то, что мне вот—вот предложат услуги экстрасенса. Мол: «денежки вперед, и жизнь наладится».
— Денег нет! — сразу сообщила почтенному, чтоб не надеялся. 
Странный тип осмотрел меня, наверняка приметив неблагожелательный вид из—за испачканной грязью одежды. Обратил внимание на пустую тарелку и чашку, понимающе кивнул и подкинул мне несколько купюр.
Этот поступок окончательно выбил понимание ситуации из моей головы.
— Предлагаю вам обратить череду ваших неудач в пользу для себя и окружающих, — продолжил меня удивлять странный человек.
Золотые часики снова начали издавать громкие тикающие звуки. Мужчина спокойно выдохнул, подмигнул мне, под мой изумленный взгляд достал зонтик прямо в кафе и открыл его над нашими головами. Мгновением позднее сработала пожарная сигнализация, и нас сверху полились мелкие струйки воды. Причем, вода орошала только наш столик, выборочно, остальных данный конфуз не коснулся.
— Но как? — у меня не было больше слов, это же нереально. Человек — ясновидец, определенно.
— Я профессор Академии Чародеев, — начал объясняться мужчина, — моя специализация «Ходящие по грани», и вы, сударыня, чародейка. Определенной направленности, конечно!
— Но я же ничего не умею! — развела руками я. Обычная неудачница, и все тут.
— Не совсем так, милейшая, — хитро прищурился профессор, — в неприятности тоже нужно умение попадать.
Я неверующе дернула головой. Ерунда какая—то, заберите у меня это умение, отдам не глядя.
— Я все вам объясню в Академии, если вы не против. Поле данного измерения таково, что мы, два неудачника, находясь в одной точке, будем каждую минуту попадать в неприятности. Согласитесь, это мешает конструктивной беседе?
Я кивнула, соглашаясь, что мешает, но профессор расценил мой жест иначе. Он схватил меня за руку, и пространство вокруг свернулось в большую воронку. Секундой позднее, под мой истеричный крик, мы оказались перед дверью с табличкой: «Ректор академии».
Мужчина, придерживая дрожащую меня за руку, постучал в дверь.
— Кто?!! — сердито прозвучало по ту сторону.
— Профессор Шен Хаценгауэр, — ответил мой мучитель, и дверь отворилась, пропуская нас.
Кабинет ректора оказался светлым и просторным. Интерьер простой, но стильный, все в духе минимализма. С интересом осмотрелась, а когда наткнулась взглядом на хозяина кабинета, непроизвольно вздрогнула. В кожаном белом кресле сидел моложавый мужчина с длинными белыми, словно снег, волосами и льдисто—серыми глазами. Подбородок светловолосого был волевой квадратной формы, с небольшой ямочкой. Костюм серебристого оттенка, в швы втачана тесьма в виде плетеной косы в тон самой одежды, и вышивка в виде знака бесконечности дополняла образ. Внешность человека, если он таковым являлся, вызывала ощущения потусторонности, четко подчеркнутой холодности с нотками равнодушия.
— Привел ходящую по грани, тринадцатое измерение, планета Земля, — отчитался профессор перед ректором, присев в кресло напротив светловолосого.
— Уровень одаренности? — вопрос был задан Шену, но колкий взгляд был направлен на меня, я поежилась, были ощущения, словно тело охватил морозный ветер.
— Кхм, — откашлялся профессор Шен, — милочка, расскажите нам о себе. Когда началась череда неудач в вашей жизни, и как часто сталкиваетесь с проблемами?
— Я—а—а—аа, я, — в горле поселился еж, распустив иголки, поэтому я ни слова не могла произнести.
Ректор понимающе кивнул и заботливо передал мне стакан воды. Сделала глоток. Стакан в моих руках беспрестанно дергался от моих дрожащих рук. Гулко выдохнула, постаравшись успокоиться. Складывалось такое впечатление, что моей главной неудачей было оказаться тут. Положив на стол дневник несчастий, шумно перелистала странички, взяла попавшуюся под руку ручку и под непонимающий взгляд ректора и профессора написала:
«Я сошла с ума».
— Так, — усмехнулся хозяин кабинета, — профессор Шен, а вы вот эту малахольную сюда силой притащили? И не объяснили ничего?
— Кратко ввел в курс дела, — профессор волнительно посмотрел мне в глаза, и не найдя хоть каплю понимания в них, сообщил уже мне, — Вы в другом измерении, сударыня. Я привел вас в Академию Чародеев, чтобы научить вас использовать ваши способности.
— Дайте ваши записи, — ректор протянул свою руку, и я, не смея возражать, передала ему свой дневник.
Светловолосый перелистывал страничку за страничкой, внимательно вчитываясь. Изучив мои записи, которые я вела уже полгода как, заключил:
— В день примерно по два десятка курьезов и неурядиц. Неплохо, профессор. — это он Шена похвалил за мои проблемы, а мне задал вопрос. — Как давно вы страдаете?
— Кажется, с рождения, — ответила после раздумий, — я пыталась фиксировать все свои неудачи, чтобы понять, смогу ли я препятствовать этому, и есть ли определенный алгоритм.
— Ииии? — подначивал меня ректор, не переставая снисходительно улыбаться мне.
— Препятствовать невозможно, это словно вселенский заговор, призналась я, — даже если я, предчувствуя очередной конфуз, постараюсь предпринять все возможное, чтобы его устранить, все равно неудача меня побеждает.
— Ну—ну, попытка — это уже неплохо, — заключил ректор, откинувшись на спинку кресла, — правда, ваши действия не совсем верны, но ход мысли мне понятен. Что еще необычного происходило в вашей жизни?
Я замялась. Стоит ли говорить? Родным и близким я даже не пыталась объяснить, иначе светила бы мне клиника для умалишенных.
— Не бойтесь, Эмис, вряд ли вы сможете нас удивить, — обратился ко мне профессор Шен доверительным тоном.
А я вот удивилась, откуда этот Шен Хаценгауэр знает мое имя, которое я ему не называла.
Я набрала воздуха в легкие и призналась:
— Я разговариваю с занавесками…
— Что???! — удивились мучители в унисон.
— Со своими занавесками или с любыми? — еле сдерживая смех, веселился за мой счет ректор. — А знаете, — беловолосый дернул за шторку за своей спиной, — моя занавеска готова к диалогу. Вещайте!
— Наверное, Эмис, хотела выразиться иначе, так ведь? — профессор сначала упрекающе посмотрел на откровенно подтрунивающего надо мной ректора, а затем умоляюще попросил меня разъяснить.
— Когда я была еще маленькой девочкой, большее время я проводила в своей комнате за играми или чтением книг… впрочем, не важно за чем, — начала я рассказ, — я часто смотрела в окно, наблюдая за другими детьми, нормальными. Мечтала о том, что стану такой же, хотя бы однажды. Единственный, кто вступал со мной в беседы, был какой—то непонятный дух, спрятавшийся в занавесках. Иногда он принимал очертания существа, меняя линии складок драпировки ткани… или, мне казалось, из—за ветра. Затем это существо стало следовать за мной повсюду, появляясь в тенях, линиях и фактурах предметов повседневной жизни. — я заметила, что взгляды ректора и профессора резко стали серьезными и сосредоточенными, и еще они переглядывались. Я продолжила, — это оно сказало мне, чтобы я пришла в то самое кафе, где я встретила вас, Профессор Шен.
— Как вы родились, Эмис? Были ли проблемы? — ректор был хмур, определенно, мой рассказ его впечатлил.
— Родилась мертвой, но врачи сумели вдохнуть жизнь, — ответила, не понимая какая может быть взаимосвязь.
— Это все объясняет, — заключил беловолосый, — сурр может прикрепиться к человеку, находящемуся на грани жизни и смерти, а вы, к тому же, чародейка.
— Это плохо? — я испугалась, какой такой сурр? Я—то надеялась, что у меня фантазия богатая.
— Хорошего в этом мало, — кивнул ректор, — главное, чтобы вы понимали — все, что оно предлагает вам или для вас, угодно лишь ему. Я ведь правильно понял, он толкал вас на плохие, даже незаконные поступки?
Я побледнела, именно так и было… Но я это объясняла, как попытку к самозащите. Годен ли обществу человек со странностями, как я? Конечно, нет. Защищаться я могла только ответной реакцией, иногда через чур агрессивной.
— Но… ему было угодно, чтобы меня нашел профессор Шен, — тихо произнесла я.
— Чем сильнее носитель, тем могущественнее его сурр, — объяснил Профессор, — у нас вы будете развивать свои способности.
— Не переживайте, Эмис, — успокаивал Шен, — я и ректор Ренольд Франт будем наблюдать за вашими успехами и поможем, в случае возникновения трудностей. Вы же осознаете, что чародейка с присоединенным к ней злым духом опасна для общества? Вам повезло находиться в стенах академии.
Я кивнула. Этот сурр еще и злой дух, ужас. Лучше бы я не знала вовсе.
***
Академия Чародеев находилась в пространственном кармане. Природа, пейзажи, сезонные особенности дублировались аналогично привычному мне измерению, планеты Земля. Кусок пространства, выделенный для необычных адептов, был защищен своеобразным энергетическим полем, которое не позволяло возникать вероятностям, обрекающим нас, неудачников, на постоянные неудачи. Благодаря этому студиозы учились беспрепятственно. Ведь консолидация «лузеров» в одной точке могла бы привести к особо разрушительным последствиям. Поэтому данный факт руководство академии предусмотрело.
Комната в общежитии, в которую меня сопроводил профессор Шен, была небольшая, но уютная. Я уселась на кровать, отправила дневник несчастий на тумбочку, и начала размышлять, как всю полученную информацию, да и вообще, все что со мной происходило, уложить в голове по полочкам. Пока выходило плохо. На улице, точнее ее иллюзии, уже вечерело, покрапывал мелкий дождь. Захотелось открыть большое окно и протянуть руку. Буду ли я ощущать капли воды на коже? Может ли быть иллюзия настолько правдоподобна, что я могла бы воспринимать ее тактильно? Само здание было вполне реальным, так же, как и кусок земли, из которого оно вырастало. Но вот погодные условия, сезонность, отсчет времени – явно искусственная копия. В курс дела по поводу дальнейшего моего обучения нас, избранных чародеев, будут вводить завтра. А я, все же, решилась открыть окно. Подул свежий ветерок, я полной грудью вдохнула запах озона, на лице нарисовалась блаженная улыбочка. В комнату влетело небольшое белое пушистое перышко, которое по воле проскользнувшего внутрь сквозняка, принялось кружиться в воздухе надо мной. Все бы ничего, только перо внезапно бросилось непонятный резвый танец, кружа вокруг своей оси и выгибаясь то так, то эдак. Почувствовав неладное, закрыла створки, сквозняк пропал, а вот перышко продолжало двигаться. Я нахмурилась, снова оно…
— Как тебе академия, Эмиссс? Скажи, я молодец? – перо застыло перед глазами, выгнувшись в виде знака вопроса.
Я молчала. Если раньше я могла рассчитывать на свою нездоровую фантазию, то теперь я знала точно, оно реально и пытается влиять на свою судьбу. И у него получается.
— Ну, хорошо, твоя взяла! Мы молодцы, — поток воздуха пробежался по моим волосам и рукам. Белое перо опустилось в мои раскрытые ладони.
Перо, как перо. Ничего необычного. Покрутила его в руках, пытаясь рассмотреть каждую ворсинку. Есть ведь шанс, что я просто схожу с ума?
— Сегодня мы молчаливые… — заключило оно, слегка пошевелив тень от кровати.
— Зачем тебе академия? – Прошептала я. Я знала, что оно услышит.
— Нам, — ответили мне сразу, — ты хотела сказать нам. Здесь ты в полной безопасности, внешние факторы не могут на тебя влиять. А развить способности чародея? Разве ты не хотела этого?
— Я не знала о существовании академии, а значит, и не могла хотеть…
— Это не имеет значения, кто из нас знал…главное, результат, — поток воздуха теперь переместился на занавески, теребя их драпировки. – Ааааа, тебя впечатлил тот факт, что я существую не только в твоей фантазии? – шепнуло мне в ухо оно.
— Ты злой дух, и ты влияешь на мою жизнь, — в слух призналась я.
— Подумаешь, злой – не злой, это момент относительный, — уверяло существо, игриво мелькнув шустрой тенью, — согласись, наш тандем приносит пользу для тебя. На Земле ты все лишь прозябала свою жизнь в попытках избавиться от череды неприятностей, а тут ты станешь сильной чародейкой.
— А ты сильным сурром?
Капли воды на окне, словно пазлы, сложились в широкий улыбающийся рот, который мне и ответил:
— Я не сурр, они ошиблись…
Я припала к стеклу, чтобы ближе рассмотреть метаморфозы, происходящие на окне, но следы губ смыл крапающий дождь.
Оно не врет, я точно знала.

Мы сидели в большой аудитории, ожидая куратора нашей группы в лице профессора Шена. Группа неудачников была достаточно разношерстной. Насколько я выяснила, профессор собирал людей с зачатками дара чародеев по нескольким измерениям, и это было заметно невооруженным глазом. Лица, телосложение, цвет кожи были разными. Моему изумлению не было предела, когда я заметила адептов с синим и лиловым оттенком кожи. Для меня, коренной Землянки, такие существа вызывали оторопь. Большинство предполагаемых чародеев вели себя по—свойски, будто попадание в Академию Чародеев для них, как само собой разумеющееся. Были и те, кто наблюдал за одногруппниками со священным ужасом. И кое—что заставило меня насторожиться, да и внутреннее чутье кричало, что данный факт не с проста. Адепты академии были тренированными, это было заметно по их ловким движениям, тугим мышцам, скручивающимся вокруг рук и ног. Такое невозможно было скрыть даже за формой, которую нам выдали. Форма была идентичная: нежно—голубая блуза с символикой знака бесконечности и юбка—плиссе цвета морской волны, это для девочек. И костюмы металлического оттенка для мальчиков. В виду неодинакового телосложения, одежда на всех смотрелась по—разному. На мне, как на девушке с очень тонкой фигурой и низким ростом, форма казалась несколько объемной. Правда, оттенки морской волны гармонично сочетались с моими волосами цвета молочного шоколада, обрезанными по плечи, и подчеркивали синеву моих глаз. Внутри меня все больше нарастало и скучивалось в тугой узел ощущение предстоящих неприятностей. Своему предчувствию я всегда верила, поэтому я осознавала, что впереди меня ничего хорошего не ждет. Окинула взглядом аудиторию еще раз, и поняла, что кроме меня и еще пары адептов, никто особо не переживал.
— Приветствую вас, чародеи! — в кабинет вошел профессор Шен, осмотрел нас оценивающе и присел за свой стол. — Сегодня у нас вводное занятие. Время для нас с вами ценный ресурс, поэтому сразу начнем! Многие из вас уже имеют представление о том, с чем предстоит столкнуться. Так уж вышло, что мироздание поделено на магические и немагические измерения. Те, кто был рожден в мирах, где развитие чародейского потенциала является нормой, имели возможность подготовить себя и свое тело к будущим занятиям. В немагических мирах так же рождаются чародеи, но подготовиться у них не было возможности. Я понимаю, что шансы выжить у таким в разы меньше! Поэтому прошу вас относиться друг к другу лояльнее.
Выражение «шансы выжить у таких в разы меньше» заставило меня задохнуться от возмущения. Зачем меня отправили в эту сто раз клятую академию? Я не просила такой помощи. Уж лучше быть самой обыкновенной неудачницей на Земле, чем стать бездыханным телом в попытке развить способности. В окно аудитории влетела белая бабочка, она взмыла к потолку и присела на винтажную люстру. Никто не обратил на нее внимания, кроме меня. Я сразу же начала пристально ее рассматривать. Внимание к деталям для меня всегда были важны, тем более, некоторые детали становились в прямом смысле одухотворенными потусторонним существом. Крылатое насекомое сложило крылья, оставшись недвижимым, а я снова внимала речам профессора Шена.
— Программа обучения представляет из себя уроки по практическим занятиям. Теории не будет, — продолжил ввергать меня в шоковое состояние профессор, и это было только начало, — Ходящие по грани — особые чародеи, вы будете познавать свой дар посредством получения новых навыков. Эмоции — вот главный фактор отличной усвояемости знаний. Вам предстоит испытать весь их спектр. По—другому нельзя, у вас слишком серьезный дар, и мало времени. Итак, чародеи, первое задание для вас будет отборочным. Его цель — развитие интуитивного прогнозирования случайностей. Кратко говоря, предчувствия.
Мое предчувствие уже во всю вопило: «Беги!» И вот куда бежать и как? В дополнение ко всему, белая бабочка решила слететь с потолка и сеть целенаправленно на мою парту. Интуитивно дернулась — снова этот сурр. Точнее злыдень, обрекший меня на участь Ходящей по грани.
— Для выполнения отборочного задания, — слово отборочного профессор Шен выделил интонацией, — вам предоставят атрибуты. Магические и немагические. Стандартный набор: лодка, костюм, компас, атрибут—часы, информирующие о приближении неудачи, он выдается каждому одинаковый. Еще пять предметов—атрибутов будут персональными. Измерение, куда вас отправят, представляет из себя смоделированный для развития навыков предчувствия пространственный карман. Тот, кто пройдет все задание, станет адептом Академии, остальные, увы, отсеются.
Отсеются, значит погибнут, эта мысль крутилась в моей голове, назойливо повторяясь.
— Часть Атрибутов вам выдадут в лаборантской, часть будет ждать вас на задании. Подтверждением, что вы успешно завершили задание, будет найденный вами ваш личный магический атрибут. Компас укажет вам направление, часы уведомят о грядущих несчастьях, а ваша интуиция поможет их избежать. Все поняли, чародеи? — Задал вопрос профессор Шен, пробежавшись по нашим рядам колким взглядом.
— Да, профессор! — Громко ответили возможные адепты Академии Чародеев.
Я молчала. Поняла только то, что нужно вернуться домой, и как можно скорее.
— Тогда я вас более не держу, приступайте к заданию. Ступайте в лаборантскую и возьмите ваши вещи. Как только вы получите все атрибуты, вас произвольно затянет в портал перехода. Желаю вам пройти все неудачи и остаться невредимыми!
Студенты начали активно исчезать из аудитории, а я осталась. Я точно на такое не подписывалась!
— У вас остались вопросы, Эмис? — спросил профессор Шен.
— Да, верните меня обратно!
— Я могу это сделать, если пожелаете, — профессор посмотрел на меня понимающе, — но вы уже нежилец в своем мире. Понимаете, в виду того, что дар чародейства практически не развит у землян, я крайне редко забираю из вашего мира потенциальных Ходящих по грани. Исключением являются те люди, которым суждено погибнуть. Мой атрибут никогда не ошибается. Я профессор Академии Чародеев, и мой дар находить таких как вы.
— То есть, вы хотите сказать, что выжить я могу только, став чародеем? Вернувшись назад, я буду обречена на смерть? — Верить в это не хотелось. Правда, я не могла не отметить, что несчастья в последнее время зачастили в моей жизни.
— Именно так, — подтвердил профессор, — кроме того, вы обременены сурром. Для вашей выживаемости это еще один минус. Но вы сможете хотя бы попытаться обрести дар.
Медленно кивнула. Сдаваться я не собиралась.
— И Эмис, вам лучше поторопиться. Будет плохо, если вам не хватит атрибутов. Мы выделили их для каждого, но ручаться за совесть других чародеев я не могу, увы!
Молча развернулась и ускорилась, буквально летя по направлению в лаборантскую. Добравшись, нашла ячейку со своим именем, открыла и обнаружила несколько предметов. Один из них был достаточно весомый, и напоминал насос. Костюм, а именно комбинезон с символикой академии, часы – оповещатели, канат с различными креплениями. Магических атрибутов не обнаружила. Предположила, что они ждут меня в другом измерении. Компаса не было. Этот факт мне не понравился. Вроде, обещан был. Да и как путь без него искать? Другой вопрос, что я им и пользоваться то не умела, но что—то мне подсказывало – это не основная моя проблема. Главное, отсутствие одного из важнейших для моего выживания атрибутов. Наскоро осмотрелась. Ну, может, хоть карту какую оставили, и то хлеб. Случайно коснулась пальцами предназначенных для меня вещей, и меня утянуло в воронку.
Оказалась я в лодке, похожей на каноэ, только одноместной и с двумя веслами. От неожиданности чуть было не потопила судно, плюхнувшись растерянно на скамью. Обвела глазами водное пространство вокруг, заметив активно гребущих в сторону еле виднеющейся полоски земли, адептов. Направление пока было понятно. Решив не отставать, присмотрелась к тому, как управляют лодкой другие, принялась двигать веслами. Через каких—то минут двадцать, научилась более—менее управлять деревянной конструкцией. Мышцы от непривычки стали забиваться, но я сжала зубы и упрямо направляла судно за другими адептами, раз уж компас мне выдать не удосужились. Раздались громкие тикающие звуки, с опаской покосилась на свои часы, они благоразумно молчали. Значит, кому—то другому не повезло. Кстати, в данном измерении я оказалась уже одета в выданный для задания комбинезон. Так сказать, заранее упакована. Услышала громкий всплеск воды по правую руку от себя. Странная адептка с лиловой кожей тонула. Ее лодка дала трещину и активно уходила на дно, потянув за собой чародейку. Нисколько не размышляя, тут же отправилась на подмогу. Успела. Подала утопающей лилово—кожей девушке весло, и та ловко подтянулась, перекинувшись через бортик лодки. Она шумно отдышалась, сплевывая воду, успевшую попасть в легкие.
— Эмис, да? – Прокряхтела лилово—кожая. 
Я кивнула. 
– Прости меня, но двоим неудачникам в лодке не место.
Под мой негодующий взгляд, спасенная мною минуту назад адептка, просто толкнула меня в воду.
Я тут же ушла с головой, но плавать я немного умела, поэтому быстро вынырнула, гребя руками и ногами. Толкнувшая меня чародейка уже успела далеко уплыть. Навыки, однако. Прикинув расстояние до земли, я поняла, что скоро уйду ко дну. Просто потому, что сил не хватит. К тому же, вода была нестерпимо холодной, и конечности начали неумолимо замерзать. Хотела уже попрощаться с жизнью, как чьи—то теплые руки выдернули меня из воды и усадили на скамью лодки.
— Ты как? – обеспокоенно поинтересовался рыжеволосый парень, заглядывая мне в глаза.
— Ничччего, житттть бббуду, — ответила, стуча зубами.
— Она же вся мокрая, — симпатичная черноволосая девушка с заостренными ушами и раскосыми глазами провела рукой по моей одежде, и она тут же высохла, обдав меня приятным теплом.
— Чары? – Удивилась я, ощупывая себя.
— Магический атрибут, — со вздохом ответила черноволосая. — Я Джинна, измерение Ассимерия, абсолютно немагическое. А он Якоб, землянин, как и ты.
— Спасибо, — я осмотрелась.  Лодка была большой, хватило бы места еще на двоих, — откуда у вас такая?
— Расширение материи, тоже магический атрибут, — пояснил Якоб, — пришлось использовать, когда Джинна тонула. Лодки нам дали одноместные.
— Ага, — кивнула Джинна, — как попала сюда, тут же сработали часы, и меня накрыло волной…
— Меня просто скинули в воду. — Призналась я своим спасителям.
— Видели, — нахмурился Якоб, — эти, из магических миров, только за себя — единоличники. Они и своего бы утопили, чтоб только выжить. Ты ведь в курсе, что если неудачники объединяются, то несчастья происходят быстрее? – Сказав это, Якоб активно начал грести к берегу.
— Но и атрибутов больше, а значит, шансы спастись выравниваются, — прикинув, произнесла я, — свои два магических вы потратили?
— Да, — кивнула со скорбным видом Джинна, — а у тебя какой?
— Не знаю, — со стыдом призналась я, — я только дотронулась до вещей, и меня утянуло. Что насчет компасов? Свой я не обнаружила в ячейке. — Решила уточнить, все же, знать направление необходимо.
— Аналогичная ситуация, — поморщилась Джинна, — чаро—одаренные забрали. Нас, магически необразованных всего трое. Видимо, они считают, что им этот атрибут нужнее, ведь мы все равно обречены.
— Следуем за остальными? — Задала логичный вопрос.
— Они быстрее нас, мы за ними просто не успеем, — Якоб старательно работал веслами, пытаясь догнать одаренных. 
Тщетно. Те уже выбрались на берег, и следуя компасам, скрылись за высокими деревьями.
— Разберемся на месте, — заключила я, — они пока не научились летать, чтобы совсем не оставлять следов. Как ты здесь оказался, Якоб? Среди неудачников имею ввиду. — Хотелось узнать спасителей поближе, все же, нам предстояло работать в команде.
— Я чуть не подорвал лабораторию в своем исследовательском институте, — Якоб периодически поглядывал на берег, двигаться приходилось спиной к цели, — по профессии я инженер—химик. Так себе специальность для неудачника, согласитесь? Но я люблю это дело, хоть и давалось оно мне непросто. Понимаете, там, разные химические опыты и прочее. Часто они заканчивались провалом, при том, что я владею огромной базой знаний в этом направлении и могу преподавать. Я никак не мог понять, почему, когда я берусь за практику, вещества в моих руках взрываются и воспламеняются, когда как у других, все в порядке. В последнее время неудачи меня преследовали все чаще, а потом появился профессор Шен с предложением развить мой дар.
Я кивнула, вспомнив слова профессора о том, что он забирает чародеев с измерений, лишенных магии, только в крайнем случае.
Внезапно часы Якоба начали выбивать дробь. Он заметно побледнел, испуганно озираясь в попытках понять, откуда ждать угрозу. Мы с Джинной одновременно вздрогнули, отсчитывая секунды. Попыталась понять логически, что может произойти в воде. На ум приходила только одна мысль — порча нашего транспорта. Именно данный факт приведет нас всех к гибели. Предчувствие опасности холодными мурашками пробежалось по рукам и ногам и основалось где—то в области живота. Вода, опасность будет от воды! Стоило об этом подумать, и в моих руках появился атрибут — тот самый насос или водооткачивающий прибор. Значит, так это работает… Когда лодка начала внезапно заполняться водой, от образовавшейся на дне дыры, прибор тут же заработал, выгоняя воду обратно. Отойдя от временной оторопи и облегченно выдохнув, Якоб снова принялся грести. Джинна оторвала кусок ткани от рукава и заткнула дырку, напор воды уменьшился. Теперь уже и я выдохнула. Кажется, скоро придет и моя очередь. Атрибуты— информаторы у собратьев по несчастью уже сработали, ждем плохих новостей от моих часиков.
Наконец, выбрались на берег, следы одаренных вели в лес, и мы последовали за ними. Вот только в лесу мы потерялись окончательно. Нас окружали высокие хвойные деревья, пейзаж был повсюду одинаковый, и определить направление оказалось нереальным без компаса.
— Мы так и будем тут блуждать, попадая в неприятности, а когда атрибуты закончатся, нам придет конец, — подвел итог Якоб, прислонившись плечом к сосне.
— Это несправедливо, — звонким голосом негодовала Джинна, — эти одарённые нас лишили возможности выжить!
Я осмотрелась и поняла — они правы. Куда бы мы не шли, без необходимого атрибута мы будем удаляться все дальше от цели.
Прохладный ветерок озорно взъерошил мои волосы, мазнув прохладой по лицу. Я напряглась, когда заметила, что листья и трава недвижима, волосы Джинны, сложенные в аккуратную прическу, ветер и не думал трогать. Чувство паники нахлынуло на меня большой поглощающей волной, когда в ухо мне шепнули:
— Эмиссс…
Я начала озираться в попытке найти шептуна, взгляд уловил белую бабочку, порхающую в несколько локтях от меня. Заметив мое внимание, насекомое стремительно стало удаляться.
— Нам туда, — решительно заявила я своим спутникам, пустившись быстрым шагом за сурром. 
Внутреннее чутье подсказывало — стоит довериться злому духу, хотя это и кажется абсурдом.
— Ты что—то почувствовала? — полюбопытствовала Джинна.
Я кивнула, но объяснять не стала, наш проводник может их напугать. Ребята поспешили за мной.
Продолжительное время пейзаж никак не менялся, затем мы заметили свет. Лес заканчивался, и это наполнило нас надеждой беспрепятственного преодоления небезопасного участка пути. Правда, радовались мы недолго. Часики—информаторы громко затикали, отдавая мне в грудь, словно биение собственного сердца. Наступила моя очередь получать порцию плохих случайностей. Осмотрелась. Вообще –то, главную угрозу сейчас представляли для нас высокие старые сосна. И словно в подтверждение, я услышала треск, причем, с разных сторон. Страх охватил внезапно, когда я почувствовала, что нужных атрибутов у нас нет. Да и спутники испуганно заозирались, подтверждая эту догадку.
— Бежим! — Громко крикнул Якоб, и мы сорвались с места.
Смерть буквально летела за нами, наступая на пятки. Она валила широко— ствольные деревья с двух сторон, разбивая их от удара в щепки. Не достав сбоку, она пыталась обрушить сосны на наши голову спереди. Мы чудом изворачивались, прыгая словно испуганные зайцы, и неслись сломя голову, считая приближающийся просвет впереди нашим спасением. Результатом спринтерского побега от назойливой смерти стали наши измученные, грязные от пыли тушки, живые, и от того радостные. Ненадолго. Лес то оказался позади, а впереди нас ждала прогулка по каменным холмам вдоль глубокого обрыва с двух сторон.
— Ужас! — подтвердила наши мысли Джинна.
Но деваться было некуда. Мы поспешно двинулись по страшным каменным изваяниям, напоминающим хребет рептилоидного монстра. Вниз старалась не смотреть, даже когда мелкие камушки с шумом выбивались из—под ног и срывались вниз. Чтобы хоть как—то себя успокоить, решила спросить:
— Расскажи, как ты попала в ряды горе—чародеев, Джинна.
— Меня привел отец, — дрогнувшим голосом ответила Джинна. Ходьба по каменному хребту давалась ей с трудом, — мачеха настояла. Когда Ренольд Франт еще служил стражем границы, наш мир был подвергнут нападению исчадиями теневой стороны. Во время сражений отец и познакомился с нашим ректором.
— И за что же тебя так жестоко наказали? — Я просто недоумевала. Наверняка, отцу было известно, какие испытания будет проходить его родная дочь.
— Я подвергала опасности свою семью, в том числе младших сестер, — Джинна испуганно посмотрела вниз, — беспрестанно притягивая проблемы. И да, родители знали, что я смертник, в любом случае, поэтому дали шанс стать чародейкой. — Джинна гулко выдохнула и лукаво посмотрела на меня. — Твоя очередь, Эмис. Рассказывай о себе!
— Я… — только и успела произнести, как послышалась громкая дробь атрибута—информатора.
Джинна побледнела. Именно ее часы отсчитывали секунды до возникновения неудачи. Теперь предчувствие страха легло скрипучим тяжелым камнем в зоне солнце—сплетения. Опасность от камней. Я только успела об этом подумать, и в руках материализовалось верхолазное снаряжение с прочими креплениями. Правда, Джина шла позади Якоба, а я впереди, поэтому быстро передать спасительный атрибут не вышло. Под ногами чародейки возникла широкая трещина, Джинна только и успела схватиться одной рукой за отвесный край хребта, другой за подкинутый ей канат. Естественно, закрепить снаряжение на девушке мы не успели, ей приходилось держаться только лишь руками, судорожно пытаясь зацепиться ногами за каменные выступы. Нетренированное тело чародейки не было способно выдержать вес своего тела, а мы не могли отпустить другой край веревки, чтобы удержать Джинну. Руки чародейки не выдержали, и она сорвалась вниз. Молча, лишь в глазах прочитался неописуемый ужас. Мы продолжительное время испуганно таращились вниз, пытаясь рассмотреть хоть что—то, но обрыв был слишком глубоким. Не было слышно ни криков, ни падения тела. Я ощущала крупную дрожь, жгучее отчаяние сковало всю меня. Судя по выражению лица Якоба, чувствовал он примерно тоже самое.
Первым от оцепенения очнулся Якоб. Веревка стала до противности легкой, обозначая тот факт, что теперь она свободна от груза. Он привязал другой конец к выступающему камню, туго перевязав узел. Канат остался болтаться, свисая вниз. На мой вопросительный взгляд он лишь махнул рукой, вытирая проступившие слезы. Мы двинулись дальше под давящее на уши молчание.
— Вы решили меня оставить? — Послышался скрипучий голос позади, и мы синхронно обернулись, наблюдая за тем, как живая Джинна пытается перетащить свое тело через край хребта, цепляясь за канат!
— Джинна! Черт тебя побери! — Громко выкрикнул Якоб, несколькими прыжками преодолев расстояние между ним и чародейкой.
Он схватил девушку за плечи и помог подтянуться наверх.
— Ты нас напугала! — Якоб заключил Джинну в крепкие объятия и тут же отпустил, заметив на руках и ногах чародейки рваные раны. — Ты как?
— Уже лучше, — призналась девушка, улыбнувшись неуверенно, — нужно идти дальше. Это лишь царапины.
Якоб хмуро кивнул, пропустив хромающую Джинну вперед. Я была ведущей, а он замыкающим и следящим за раненой подругой.
Червячок сомнения назойливо ворочался внутри меня, подсказывая о неправильности ситуации. Но все мои мысли улетучились, когда в пятидесяти метрах от нас возникла воронка—портал. И мы побежали, очень быстро, особенно, когда заметили, что дверь к спасению начала активно уменьшаться. Мы припустили так, что и самой смерти за нами было не угнаться. В самый последний миг прыгнули в окно перехода, вывалившись из него прямо в ноги ректору академии, позади которого собрались все прошедшие задание чародеи.
— Земляне и Ассимерийка, мы уж думали, вы погибли… — сухо произнес Ренольд Франт, высокомерно осмотрев наше потрепанное трио.
Выглядели мы, действительно, убого, особенно на фоне отвратительно бодрых одногруппников, но это не помешало мне с вызовом посмотреть в глаза ректору и сквозь зубы произнести:
— Не дождетесь!
На лице Франта появилась высокомерная усмешка, а в глазах озорной огонек, но лишь на долю секунды. Затем, как только мы с кряхтением поднялись на ноги, продолжая держать раненную Джинну, он спросил:
— Покажите ваши личные атрибуты, адепты.
Мы с недоумением рассматривали атрибуты в виде цепочки с подвешенным кулоном—часами, появившиеся на наших шеях. Атрибуты Якоба и Джинны отливали медью, мой сверкал золотом. Посмотрела на атрибуты других чародеев, отметила, что большая часть обзавелась серебряными часами, лишь на паре—тройке адептов красовались кулоны оттенка золота.
— Наивысший потенциал чародейского дара, — с гордостью объявила Джинна, указывая на мой атрибут.
Магически образованные были шокированы наличием высшего потенциала у землянки, это читалось на их возмущенных лицах. Похоже, я обрела не только конкурентов, но и сильных врагов.
— Вы чем—то недовольны, адептка Эмис? Теперь вы по праву можете считать себя студентом Академии Чародеев, и в перспективе стражем границ параллелей. – Ренольд Франт был удивлен моей реакцией на высшую награду.
Учитывая, что я и чародеем не собиралась становиться, а мое пребывание здесь лишь безысходность, то довольной я явно не была. Но все же, решила уточнить:
— И от кого же границы в перспективе я буду сторожить?
— От зла, конечно, — холодно произнес ректор, — вы не в курсе, я полагаю, нашему мирозданию постоянно угрожают обитатели теневой стороны или хаоса, как вам удобнее называть. Гарантом спокойной жизни существ всех измерений являются стражники – чародеи. Мы учим вас сражаться за добро, но сначала вам необходимо научиться защищать себя.
— Мне очень сложно представить, как я буду сражаться рука об руку вот с этими добрыми чародеями. – Я указала на одаренных. Внутри меня закипала буря, и я не смогла ее сдержать. — И если, уважаемый, Ренольд Франт, они – это добро, в вашем понимании, то мне сложно представить, что же из себя представляет зло.
— Поясните, Эмис, — ректор зло сверкнул глазами, но это меня не остановило.
— Для прохождения задания академия выделила каждому основные атрибуты. Нам троим не достались компасы и ряд других важных вещей. А у меня и вовсе не было магического атрибута. Мы выжили лишь чудом, объединив усилия! – Я не стала рассказывать о том, что одна чародейка меня утопить пыталась, отблагодарив таким образом за спасение. По мне так, высказанных аргументов было достаточно.
— Всем показать свои атрибуты адепты!!! – Рыкнул Франт так, что я чуть было позорно не свалилась на пол от испуга. – Живо! И не пытайтесь прятать юные чародеи, не нужно усугублять свое положение!
На материализовавшийся перед нашими носами металлический стол адепты спешно начали складывать свои атрибуты, в том числе те, которые должны были появляться в случае опасности. Мы так же сложили свои. И теперь у меня была возможность сравнить большие кучки атрибутов других чародеев и маленькие наши. У нас забрали далеко не одну магическую вещь.
— Адепт Ханко, — Франт вытащил у рослого лилово—кожего чародея три лишних атрибут—компаса, — как это понимать?
Ханко пробила крупная дрожь, ректора он боялся. Его зубы начали выплясывать чечетку, поэтому ничего внятного, кроме мычания, он сказать так и не смог.
— Вы полагаете, ваше высокое положение в измерении, где вы родились, и непосредственное отношение к семье императора, дают вам повод нарушать правила Академии? Вы забываетесь Ханко! Я тут закон, справедливость и наказание! – Ренольд был очень зол, голос вибрировал от выпускаемого на адепта гнева. – Мой вердикт – позорное возвращение обратно! Вы лишаетесь звания чародея и возможности вступить в ряды стражей, — ректор забрал личный атрибут у Ханко, между прочим, золотой, свидетельствующий о высоком потенциале.
— Вы…выыыы…пожалеете! – уже бывший адепт взвыл от бессилия.
Один взмах руки ректора, и опозоренного Ханко утянуло в воронку – переход. Мы все синхронно отступили на шаг, ужасаясь произошедшему. Ренольд хмуро осмотрел наши ряды, грубо бросив напоследок пару слов:
— Расходимся по комнатам. Все раненые в лечебный корпус! – Сказав это, ректор оставил нас.
— Тебе этого не простят, — тихо произнесла Джинна, обозначив и так известный мне факт.
Подтверждением этого были слова, сказанные мне после ухода Франта:
— Избавилась от конкурента.  Молодец, землянка. Я была худшего о вас мнения, но ты вроде ничего. Знаешь, как сводить счеты, — эти лилово—кожие , коих было большинство в группе, нравились мне все меньше.
Вот так я стала врагом номер один для всей группы чародеев, что соответственно, не повысило уровень моей выживаемости.

На следующий день нас снова собрали в аудитории, где профессор Шен Хаценгауэр нам сообщил:
— О теневой стороне знают многие из вас. Те, кто не в курсе, им предстоит ознакомиться с ней воочию. Я был против вашего участия в прогулке по теням, но Ренольд Франт настоял на вашем присутствии там, адепты. Хочу заметить лишь то, что вам нечего бояться, если вы будете полностью подчиняться воле сопровождающего. Главное – не отбиваться от группы и хранить всегда при себе свой личный атрибут. Все понимают функцию личного атрибута?
Наше трио отрицательно покачало головой в отличие от остальных. Профессор Шен понимающе кивнул и продолжил объяснять:
— Функции атрибута могут меняться в зависимости от измерения, где находится чародей. В магических мирах сила его высока. Кроме прогнозирования несчастий, он способен вытаскивать из пространственных карманов защиту для вас в виде вещей, магических и немагических. В таких измерениях, как планета Земля и Ассимерия, — профессор посмотрел на нашу мини—команду, — атрибуты лишь сообщают о грядущих неудачах. Защиту вы обязаны найти самостоятельно, предугадав источник опасности заранее. В мире хаоса, тот который питает вас энергией неудачи, кстати говоря, атрибут выполняет роль щита против теней.
Я заострила внимание на словах: «мир хаоса питает нас энергией неудачи», и это профессор прочел в моих глазах, с улыбкой продолжив:
— Да, господа неудачники, ваш потенциал исходит из агрессивной энергии хаоса, именно поэтому вам и не везет. Но энергия агрессии одна из самых сильных, поэтому и дар ваш ценен. Нужно просто научиться им управлять. Адепт Якоб, пройдя первое задание, какой вывод вы сделали касательно ваших возможностей?
— Прогнозирование случайностей, развитие интуиции, возможность противостоять неудачам, — перечислил Якоб, поднявшись со скамьи.
— Садитесь, Якоб, все верно! – кивнул профессор. – Что еще? Эмис?
Я поднялась, обдумывая слова профессора и неуверенно ответила:
— Влиять на события, обращая плохую вероятность в удачную.
— Умница, Эмис, садитесь! — Шен был доволен моим ответом. — Для тех, кто не понял суть сказанного, — теперь профессор осмотрел всю аудиторию, — основная наша цель обучения в этом семестре — научиться обращать плохие случайности в хорошие. Вода, ровным счетом, может быть, как убийцей, так и спасителем. Это образно говоря. Если пустить лодку на речную гладь, она поплывет. Но! В случае заполнения лодки водой изнутри, она пойдет ко дну. Поэтому, переводя агрессивную энергию из участка измерения, где она будет лишней, в другую точку, где ее разрушительные последствия будут лишь во благо, мы нейтрализуем неудачу.
Честно говоря, голова шла кругом. Чтобы осознать все это, приходилось ломать свое мировоззрение и понимание сущего в целом.
— Итак, адепты, готовьтесь к путешествию по миру теней, желаю вам удачи, хоть она вам и не помощница! После прохождения второго задания, вас ждет вводная часть для третьего. И так будет всегда, привыкайте. – Профессор Шен нахмурился, что—то прочитав по своему тикающему атрибуту, и спешно исчез в портале—переходе.
— Не нравится мне все это, — огласила я свою мысль друзьям по несчастью, — вот это его «все будет хорошо если…» Я всем своим нутром ощущаю, что и на втором задании нам сладко не придется.
— В мире теней не любят чужаков, — кивнула Джинна, — они могут прочитать твои страхи и материализовать их для тебя.
— Кто они? – Испуганно поинтересовался Якоб.
— Тени, множество их разновидностей, в основном сурры, — разъяснила Джинна.
Слово сурр меня кольнуло изнутри, словно почувствовав это, Джинна спросила:
— Чего ты боишься, Эмис?
И я прикинула. Много чего, на самом деле, но больше всего:
— Ректора Ренольда Франта, — шепотом ответила я, словно тот меня мог услышать. – Неужели, если я его буду там вспоминать, его материализуют? – ужаснулась я.
— Боюсь, этот будет нас сопровождать в мир теней, — Джинна указала на ректора, который уже ждал нас в коридоре академии, — так что, тебе придется лицезреть его весь путь.
— Кошмар, — выдохнула я обреченно.
И да, ректор, Ренольд Франт, открыл портал—переход прямо из коридора. Наше трио не торопилось быть первопроходцами, поэтому мы встали в самый конец очереди, наблюдая за тем, как воронка поглощает адептов, отправляя в мир теней. Сопровождающий нашу группу Франт, должен был быть замыкающим.
Подходя уже вплотную к порталу, Джинна внезапно остановилась, прищурилась, пытаясь что—то рассмотреть в нем:
— Нам туда нельзя… — заявила она, преградив нам путь.
— Почему? – Якоб послушно замедлил шаг, идти ему и так не хотелось, еще и это странное поведение подруги.
— Нас ждут, это верная смерть, — ответила Джинна, гипнотизируя воронку.
— Вам особое приглашение нужно? Вперед! — Рыкнул на нас Ренольд.
— Придется идти, — дрожащим голосом отметила я, — или он нас убьет или мир хаоса, я выбираю хаос! – С этими словами я прыгнула в портал.
— Эмис! — Джинна попыталась остановить, схватив меня за руку, но не успела. Якоб двинулся за нами следом. И нас троих затянуло в мир теней.
Мы буквально вывалились в монохром. Измерение теней было окрашено исключительно в мрачные коричневые и охристые тона. Перед глазами постоянно были помехи, словно на экране сломанного телевизора. По началу я попыталась отмахнуться от назойливых мушек в глазах, а затем я поняла, что хаос соткан из них, и устранить мешающую рябь не выйдет, пока мы не выберемся отсюда. Черты лиц и фигуры спутников так же казались размытыми и бесцветными.
— И что дальше? — Первым прервал молчание Якоб. — Кто—нибудь видит нашу группу или ректора? Он, вроде как, должен был быть за нами.
— Я вижу тоже самое, что и ты, — обреченно ответила я, — нас трое, больше нет никого! Джинна ты как?
— Мы тут не одни, — сквозь зубы произнесла Джинна, испугав нас этой новостью, — идемте, медлить нельзя.
Я осмотрелась. Повсюду был только песок, периодически подбрасываемый ветром и уносимый мощными потоками воздуха. Больше ничего. И еще мне было интересно, куда нас решила вести подруга:
— Ты знаешь куда идти?
— Нужно найти ректора, он сможет открыть портал обратно, — кивнула Джинна, указав пальцем в даль, — вон та светлая точка, там сейчас тени пытаются напасть на Франта, а он убить их.
Осознание сказанного прошло крупной дрожью по моему телу. На горизонте, действительно, что—то светилось, белый огонек.
— Как ты поняла, что там идет схватка?
— Он разбрасывается своей энергией, и другие адепты тоже. Глупцы! Так они привлекут внимание других теней. А тех, в свою очередь, даже эта игрушка не остановит, — игрушкой Джинна назвала свой атрибут.
Присмотревшись лучше, я стала замечать полупрозрачные силуэты, мелькающие вокруг нас, но держащиеся от нас на расстоянии. Предположила, что защита атрибутов все—таки действует, и зря Джинна на нее сетует. Пожав плечами, отправилась широким шагом за чародейкой.
То, что мы увидели, приблизившись к нашей остальной группе, поразило меня до глубины души. Появилось двоякое ощущение. С одной стороны, хотелось резко развернуться и бежать обратно. С другой стороны, помочь чародеям, которых закрутило со всех сторон в черную воронку из полупрозрачных сумрачных теней. Адепты уже не были способны использовать свои чары, от бессилия припав на колени. Единственный, кто сдерживал мощный напор был Франт. Он создал нечто куполообразное из света, исходящего из его собственного атрибута, загородив всех студиозов энергетическим щитом. Лицо мужчины заострилось. Белые, словно снег, волосы буквально светились, полыхая на фоне темноты ярким огнем. В черной воронке из теней периодически можно было рассмотреть оскаленные пасти, полные острых зубов, они пытались прорвать защитный барьер, но пока ректор держал оборону.
— Не получится открыть портал, Ренольд занят спасением адептов! — Громко сообщил очевидный факт Якоб.
— Тише, — зашипела на него Джинна, прикрывая ладонью рот Якоба, — они услышат.
К сожалению, нас услышали. Часть темных сущностей, нападавших на Ренольда, отсоединилась и направилась в нашу сторону, оскалив морды в устрашающих гримасах. Очень быстро. Джинна округлила глаза в испуге, и потеряла сознание, упав, словно бездыханная кукла. Якоб успел ее подхватить. Я же осталась недвижимой. Что я могу сделать этим монстрам, если защита атрибута не сработает? Ровным счетом ничего. Поэтому я просто отсчитывала секунды до неминуемой смерти. А Якоб безуспешно пытался привести Джинну в чувства.
Мой атрибут засветился ярким ослепительным светом, готовый отражать атаку. Грудную клетку, с которой соприкасался кулон, больно обожгло. Не выдержав, схватилась двумя руками за часы, и тут же отпустила, когда ладони стали красными от ожога. Световой барьер, возникший вокруг нас, не остановил их, они продолжали попытки нападения, кружа вокруг нас. Исчадия мира теней искали брешь в защите. Я понимала, что это лишь вопрос времени.
Послышался свистящий гул. Страшный, пробирающий до костей. Земля под ногами задрожала, вынуждая держать равновесие, чтобы не упасть. На мое удивление, этот шум испугал не только нас. Тени передумали нападать, отделившись друг от друга и перестав быть общей массой, испуганно заозирались, моргая блеклыми глазками. Вскоре появился противник пострашнее.
Огромный смольно—черный монстр с пылающими глазами—изумрудами возник ниоткуда. Он был тенью, только более реалистичной, благодаря тому, что его тело практически не просвечивало. Единый сгусток черной энергии принял вид рептилоидного зверя с длинными волнистыми усами и большими кожистыми крыльями, которые заканчивались острыми когтями. Судя по выражению лица Франта, такого подарочка судьбы он не ждал.
— Всем бежать! – Гаркнул ректор, пользуясь временным оцепенеем теней.
И адепты, собрав последние силы, рванули за Франтом. Мы последовали их примеру, подхватив под руки Джинну с двух сторон. Оставлять в хаосе мы ее не собирались, подруга признаки жизни не подавала, став мертвенно—бледной. Франт на бегу формировал портал, спешно отправляя туда прытких от страха чародеев. Тем временем, монстр, решив закусить себе подобными, раззявил огромную клыкастую пасть. Теням я сейчас не то чтобы не завидовала, мне их стало жалко, ведь рептилоид с охотой начал их пожирать, ловя успевших ускользнуть длинным хвостом. Когда мы уже прыгали в воронку—портал, зверь резко сиганул в нашу сторону. И, казалось, еще мгновение, и мы просто не успеем. Переход закрылся, и мы оказались прямо в кабинете ректора, припавшими к его августейшему, начищенному до блеска, полу. Все остались живы, в том числе и Джинна, пришедшая в чувства.
— Ректор, скажите честно, — прохрипел после долгой паузы один из чародеев с длинными зелеными волосами и лиловым оттенком кожи, лежа звездочкой на полу, — вы хотели нас убить?
Вот мне тоже было интересно, поэтому я даже привстала на локти, чтобы лучше рассмотреть Франта, успевшего расположиться в своем белом кожаном кресле.
— Это было преднамеренное нападение, четко спланированное, — задумчиво произнес Ренольд Франт, глядя не на нас, и говоря не нам. Сообщил он это через свой атрибут кому—то, а нам лишь досталось от него:
— Все вон! Задание окончено, по своим комнатам — отдыхать. И без лишних вопросов! — Сказано было так грозно, что мы резво вскочили. Причем все и разом, убегая из кабинета ректора. Понадеялась, что Франт — последний монстр, от которого мы спасались на сегодня.
— Джинна, как же тебе повезло остаться без чувств, — сетовал Якоб, когда мы расходились по своим комнатам. – Там дальше было такое…ты все пропустила!
Джинна лишь хмыкнула в ответ, провожая взглядом Якоба в мужской корпус. Мы же отправились в женский. Червячок сомнений, что грыз меня после первого же задания, дал о себе знать. Я начала рассуждать. Джинна многое знала о тенях, хотя родилась, так же, как и я, в немагическом измерении. Она точно понимала, что нас ожидало в мире теней, предупредив заранее. А сам Франт заранее не смог предчувствовать. Внезапное ее появление практически живой и невредимой после планирования вниз, в глубокое ущелье. Но ведь мы точно видели, что Джинна упала, да и веревка после этого оказалась легкой. И раны! Я посмотрела на ее руки и ноги, заметив, что от них не осталось и следа. А еще, ровно после того момента, как Джинна потеряла сознание, появился ужасающий монстр. Неужели она и есть то ужасное чудовище?! По моей спине пробежись колкие мурашки, руки похолодели, почувствовала, что губы начали трястись. Я остановила шаг, и это не скрылось от чародейки, развернувшейся ко мне всем своим корпусом. В ее черных, словно омут, глазах заискрился интерес.
— Джина ведь не вернулась из ущелья, так? — Дрогнувшим голосом спросила я, уже зная ответ.
Губы чародейки расплылись в торжествующей улыбке:
— Умная чародейка, я в тебе не ошибся!
Сурр! Это был сурр!