Черная Пагода. Побеждая Тьму

Дверь с шумом распахнулась, впуская в квартиру промозглый осенний воздух. Я с грохотом захлопнула ее, совсем не заботясь о душевном равновесии соседей, и метким, отточенным движением стряхнула правую ногу. Голубой кроссовок не первой свежести отправился в эпический полет. За ним последовал и левый, также послушно приземлившись где-то в районе полки для обуви. А, плевать...

Лишь хмыкнув потрепанному и поверженному виду явно отслужившей свое спортивной обуви, я сбросила ставшие грязно-серыми носки и босиком метнулась в кухню, оставляя за собой мокрые следы.

— Где же ты, моя прелесть? Где? Иди к мамочке, мамочка соскучилась!

Возмущенно скрипнула дверь старенького холодильника, но я уже уверенно тянулась внутрь, даже не удосужившись пробежаться взглядом по полкам. Вот и ты, красавица!

Прохладненькая бутылочка с остатками дорогого французского, так нежно хранимого бывшим.

Громко хрюкнув, я выхватила ее из ненадежного убежища. Так и не раздевшись, даже не сбросив курточку, откупорила бутылку и, опершись на край стола, жадно присосалась к горлышку.

Хорошо! Сладкая жидкость полилась по пищеводу, даря тепло уже одним своим фактом пребывания в моем организме.

Мелькнула мысль, что муж хватил бы удар от того, как я безбожно и беспардонно растрачиваю последние капли французского, подаренного его двоюродным братом и бережно хранимого до особого повода.

Да что там французское! Он бы меня убил только за одно появление в доме в таком грязном и потасканном виде. Не говоря уже о детских выкрутасах с обувью и абсолютном попрании порядка и гигиены в бережно хранимом семейном гнезде. Чистоплюй проклятый!

Хотя знаете что? Мне насрать! Правда! Переболело!

Лёша уже полтора года здесь не живет, и есть своя особая прелесть в том, чтобы быть свободной женщиной, не связанной никакими обязательствами.

Во рту противно загорчило, как всегда бывало, когда в памяти всплывал бывший, и я отбросила на стол пустую бутылку с кокетливой желтой этикеткой, будто бы эта стекляшка была всему виной.

Ладно, Вика, хватит! Сегодня пятница, впереди два прекрасных выходных, и, несмотря на то что за окном слякоть и холод, ты проведешь их прекрасно! И даже мысли не допустишь о том придурке... Поняла?

Кивнув собственным мыслям, звучавшим в голове голосом нашей бухгалтерши Лены Алексеевны (а голос у нее был ого-го — все мужики на складе в струнку равнялись, и даже у директора рефлекторно сжимались ягодицы, когда бухгалтерша начинала раздавать команды), я стянула влажную курточку и побрела из кухни.

Желудок затянул унылую песню, как монах на кладбище, о том, что неплохо было бы подкинуть что-то еще, кроме алкоголя, но я нагло проигнорировала его завывания, ощущая, как по телу уже ползет болезненное тепло.

Еще успею поесть! А сейчас мне нужно спешить к любимому!

Бросив курточку на пол где-то в районе входной двери, рядом с поверженными кроссовками, я быстро прошла микроскопическую прихожую и оказалась в святая святых своего дома.

В небольшой комнатке со столом и совсем старым советским диваном, что гордо именовалась гостиной. Был там еще сервант, доставшийся мне от бабушки, но половина хрусталя из него уже была успешно перебита, а вторая смиренно ждала своей участи, понимая, что с такой хозяйкой надежды выжить нет.

Чего, собственно говоря, я и не отрицаю. В отличие от бабули, женщины, родившейся на изломе веков и видевшей не одну войну, я была отвратительной хозяйкой и той еще неряхой.

Бабушка очень берегла все вещи в доме и следила за чистотой с маниакальной внимательностью. Постоянно пыталась наставить на путь истинный меня, балбеску, но рожденный ползать...

Короче, после ее смерти квартира постепенно погружалась в хаос, и если бы не Лешка...

Так, все, Вика!!! О предателях мы не вспоминаем!

Проживешь как-нибудь без его нравоучений, вечно недовольной рожи и постоянного придирания к любому, маломальскому пятну.

Все-таки не в "Доместосе" счастье. И даже не в его количестве.

Встрепенувшись, я поняла, что застыла прямо в дверях, и, отбросив грустные воспоминания, уверенно шагнула в комнату. Мои грязные и красные от холода босые ноги с радостью утонули в ковре с пестрым персидским узором, которому бабушка определила почетное место на стене.

Бывший же не стал терпеть этот пережиток прошлой роскоши, спустив ковер с пьедестала и обозначив его место на полу.

Под нож должна была пойти и бабкина белая тюль, стыдливо прикрытая занавесками непонятного болотного цвета, но не успел, зараза.

Поэтому и ковер, и тюль все еще оставались на своих, не совсем заслуженных, местах, и вряд ли я их выкину в ближайшее время. Назло неким скотинам...

Ладно, это все не важно! Важно то, что меня дожидается мое золотко!

Самое главное, самое драгоценное и вожделенное стояло ближе к окну, не вписываясь в картину этого позднего советского шика. Новенький офисный стол, на котором вальяжно располагался мощный игровой комп. Заманчивый и обольстительный, как опытная куртизанка, компьютер манил к себе, игриво подмигивая кнопкой пуска.

Вот он, мой "зверь", тихо гудит, поигрывая лампочками на блоке. Всегда на месте и всегда рад своей "мамочке".

— Здравствуй, мой сладкий!

Просюсюкала я, удобно усаживаясь в кресло и нажимая ту самую кнопочку, что делала из моего "любимого" не тихо мурчащего котенка, а рычащего льва.

Комп взревел, а я откинулась на спинку, расслабленно выдохнув и наблюдая, как загружаются находящиеся до этого в спящем режиме программы.

Как же долго я этого ждала! Весь день, пробивая товары на кассе и предлагая злополучные пакеты, только об этом и думала. Как пальцы обхватят привычным жестом упитанные бока компьютерной мыши и быстро защелкают, погружая меня в игровой мир.

Угрюмый, жестокий, кровавый, но такой предельно понятный и даже уютный. Мир, где правит красная луна, живут страшные монстры и происходят чудовищные по своим масштабам битвы.

Вселенная RPG, что утащила меня в свои мрачные объятия, укрыв от еще более жестокой реальности.

"Черная Пагода" — место, куда я отправлялась каждый раз, когда реальность слишком сильно давила на грудь, когда воспоминания душили, а одиночество кричало в ушах. В этой игре я была богом, властелином, тем, кто контролирует и решает судьбы.

А не скромным кассиром-недоучкой Викторией Прянниковой с серым мышиным хвостом, выпученными как у рыбы голубыми глазами и толстой жоп... задницей, которая странно смотрелась на фоне довольно-таки тонкой и неплохой талии. Да, с фигурой мне еще с натяжкой повезло, но все остальное...

А до всего остального желающих больше нет. Все заинтересованные лица покинули эту квартиру и мою жизнь еще полтора года назад в поисках новой жизни и свежих перспектив, о которых мне, серости, даже не стоит и мечтать (прямая цитата).

В горле запершило, а экран подозрительно поплыл в глазах. Ну вот опять завелась! И сколько я еще буду плакать при воспоминании об этом болезненном и мучительном расставании?

Так, нет! Вика, соберись! Ты же обещала себе! Никаких сопливых мыслей! Сегодня только релакс и безудержный махач офлайн, как минимум до трех часов ночи.

О да! Игра успела за это время загрузиться и нырнула в такой привычный и родной мир.

Пальцы с профессиональной скоростью пробежались по клавишам, проверяя ресурсы, что успели собраться за время моего отсутствия, и состояние армии.

Вернее, небольшого отряда, который возглавляла не самая сильная героиня. С самыми низкими показателями из всех представленных и очень слабенькая поначалу, но если ее развить...

Я начала играть в эту игру очень давно, еще когда жила с "искателем светлого будущего", и столько раз уже ее проходила, что, похоже, успела выучить наизусть каждый уголок этой запутанной вселенной.

Так что я прекрасно знала, что если довести Сайру Лезо до двадцать первого уровня, то у меня откроется дополнительный квест, который приведет...

Бррр! Откуда этот странный холод, больно укусивший голые ступни и безжалостно побежавший выше, чтобы заморозить приоткрывшуюся поясницу и пробраться под кофту, атакуя и так не слишком отогревшееся тело.

Неужели входную дверь не закрыла? Очень даже могла, растяпа!

Зябко передернув плечами, будто бы сбрасывая невидимые объятия холода, я закрыла вкладку отряда и отправила его в ближайшую к лагерю рощу, где водились еще не добитые отряды повстанцев.

Легкая добыча и опыта приносит немного, а также ресурсов, но сейчас моя героиня всего лишь на пятом уровне, так что привередничать не приходится. Вот поднаторею с ними хотя бы до восьмого уровня — и можно уже отправляться в город, где есть лавка одного оборотня.

Если победить его хозяина, то можно будет забрать любой предмет из этой лавки и в дальнейшем рассчитывать на хорошую скидку по всем торговым локациям этой семьи. Но пока что мне это не светит с такой слабенькой героиней...

Блин! Точно входную дверь не закрыла! Холод закусался еще больнее, и я, поставив отряд на автоматический бой, со страдальческим стоном поднялась с кресла, чтобы идти в прихожую.

Но стоило только обернуться, как ленивый стон превратился в громкий визг, а потом и вовсе в ругательства.

— Твою ж мать! Дядя Митя! — натуральным образом зарычала я, отходя от первого шока, но все еще хватаясь за краешек компьютерного стола и во все глаза разглядывая лохматую, высокую фигуру соседа, притаившегося в углу комнаты. — Напугал, черт старый.

Дядя Митя... Старый алкаш, живущий на четвертом этаже. Местный сумасшедший, которого сторонятся ребятишки и над которым любит поглумиться жестокая местная гопота.

Так-то он безобидный, но иногда выкидывает вот такие вот фортели, пробираясь в квартиры соседей.

Ну и выглядит, конечно, колоритно. Я с ним знакома чуть ли не с детства, и он всегда был вот таким.

Низкий, суховатый старик с седыми, буйными космами. Постоянно ходит с грязной бородой, волосы лохматые, как у зверя, редко причесывается — когда на него посмотришь, в голове почему-то сразу всплывает слово "медведь". Одежда? Да такая, будто он её нашел на помойке: старая куртка, вечно застиранная рубашка, которую он, кажется, вообще никогда не меняет. А запах от него... Только вы, пожалуйста, не падайте в обморок. Мешанина перегара, табака и какой-то тухлой тряпки — вот его аромат.

Ну и чудит понемногу. То к людям на улице пристанет, то дрянь какую-то притащит в подъезд или начнет нести чепуху.

Но самое странное — это его привычка таскать по дому цепочки. Большие, маленькие, из стали, меди, серебра — он их носит как драгоценности, и иногда кажется, что с ними разговаривает как с живыми. Дядя Митя может часами стоять во дворе, перебирая свои цепочки и тихонько бормоча себе под нос. Бабки у подъезда говорят, что он сошел с ума от одиночества и теперь "колдует" с этими цепями.

Правда, несмотря на свой непрезентабельный вид и странные привычки, обычно сосед не буйный и вреда никому не наносит.

Так что испуг мой быстро прошел, и я, высказав вполголоса еще несколько острых словечек, за которые мне точно бы прилетело от бабки, сказала:

— Ты что здесь забыл, дядь Мить? Давай, иди отсюда!

Но сосед даже не пошевелился, продолжая смотреть на меня своими тусклыми, старческими глазами.

И вот тут уже мне стало не по себе... Нет, в то, что чудаковатый, но смирный сосед может причинить мне вред, я не верила, но...

На дворе вечер, в комнате темно, живу я одна... Да и синеватый свет экрана компа отбрасывал такие блики, делая заросшее лицо соседа каким-то зловещим и сосредоточенным.

Сосредоточенным на мне?

Мне стало совсем не по себе. Таким пугающим и недобрым я видела дядю Митю впервые.

— Иди домой! Мне отдыхать надо, — сделала я еще одну попытку, но голос, вместо того чтобы прозвучать решительно, дал "петуха", а глаза сами собой обратились в сторону прихожей.

Интересно, я смогу проскочить мимо соседа и выбежать на лестничную площадку? Или все же попробовать на балкон? Запереться там и позвать на помощь прохожих?

Но я тут же отбросила эту мысль, представив, как завтра весь двор будет обсуждать истерику, устроенную Викой Прянниковой из-за безвредного алкаша Митьки. Не-а, засмеют!

Надо пробовать выдворить поехавшего деда своими силами.

— Дядь Мить... — начала я уже более уверенно, протрезвев от картины предстоящего позора, но сосед не дал мне договорить.

Вздрогнув всем телом, словно очнувшись от глубокой задумчивости, его глаза внезапно наполнились диким, леденящим светом. Сердце екнуло и как-то нехорошо замерло.

Дядя Митя выглядел по-настоящему пугающе, и это был совсем не тот безобидный сумасшедший сосед, которого я знала с детства.

— Они... — пробормотал он, глядя сквозь меня куда-то вдаль, — они не получат её. Никогда. Не позволю!

Я поняла, что происходит что-то не то, и развернулась, чтобы бежать к балкону, но было уже поздно. Сумасшедший старик рванул ко мне, как хищник к антилопе. Одна его рука с неожиданной силой вцепилась мне в плечо, разворачивая лицом к себе, а вторая метнулась к карману. И пока я судорожно соображала, что делать, он вытащил оттуда что-то блестящее.

Цепочка. Грязная, потемневшая от времени, с потертыми звеньями.

— Ты... ты что делаешь? — мой голос дрожал, как натянутая струна, а глаза метались в поисках выхода. Я попыталась сделать шаг назад, но тут же уперлась в компьютерный стол. Руки дяди Мити с цепкостью железных клещей вцепились мне в плечи.

— Она не достанется им! — зашипел он мне в лицо, и в его взгляде было столько отчаяния и безумия, что по телу пробежала дрожь. — Они придут за ней, но не получат... Не дадим...

Он начал что-то бормотать, и его пальцы дергались, словно он боролся с кем-то невидимым. Всё происходило так быстро, что я не успела понять, что он хочет сделать. И вдруг цепочка, сверкающая в свете монитора, соскользнула к моему горлу. Она показалась холодной, словно лед, и в тот же момент, как только она коснулась моей шеи, горячая волна обожгла тело.

— Ай! — взвизгнула я, и руки автоматически метнулись к шее, пытаясь снять оттуда инородный предмет.

Но цепочка вдруг туго сжалась вокруг моей шеи, словно змея, врезаясь в кожу. Пальцы инстинктивно прижались к горлу, пытаясь снять её, но звенья впились в ладони, как будто они были живыми, а не просто холодным металлом.

— Дядя Митя, останови это! Что ты делаешь? — я кричала, пыталась сбросить его руки с себя, но он был удивительно сильным. Казалось, что он не слышит меня, его глаза были полны страха, как у загнанного зверя, а губы шептали что-то бессвязное.

— Так... я её спасу... — бормотал он, на грани паники, — я спасу её...

Я уже не понимала, о чем он говорил. Удушье стало невыносимым, и я осела на колени, пытаясь бороться за каждый вдох. Грудь горела, глаза застилала пелена, силы уходили, как вода в раскаленный песок пустыни.

Последнее, что я увидела перед тем, как погрузиться в темноту, — это обезумевшее лицо дяди Мити. Его глаза горели яростным, почти мистическим огнем, а он сам казался теперь каким-то чужим, не своим...

А потом мир поглотила тьма, и я провалилась в бездну.

Меня окружало море. Мягкие волны качали мое тело, а уши заложила солёная морская вода. Никаких звуков не проникало извне. Только глухое состояние и...

А, нет. Где-то далеко, на периферии, появился звук. Противный, металлический, будто бы кто-то взял две сковородки и со смаком начал лупить их друг о друга. Постепенно этот шум нарастал и приближался, заставляя мое лицо кривиться от раздражения. Что за противный...

"Сайра!"

К звуку добавился ещё и голос, настойчиво требующий какую-то Сайру. Не знаю, кто ты, девочка, но тебе бы лучше поскорее ответить, так как меня эти вопли раздражают до предела, а когда я ещё и сплю...

— Сайра! Сайра! Командир!

На этот раз женский крик прозвучал уже прямо у меня над ухом, и мою руку даже больно дёрнули.

Что? Какого лешего?

Я приоткрыла тяжёлые веки и тут же захлебнулась воздухом. Острый запах гари, мокрой земли и крови врезался в ноздри, вызывая кашель. Где я? Что происходит?

Вокруг было темно, хоть глаз выколи, а рядом метались какие-то тени, и слышался тот самый металлический звук, который теперь можно было легко идентифицировать.

Так скрежещут мечи, сошедшиеся на поле брани.

— Командир! — снова проорали рядом, заставляя меня основательно вздрогнуть. — Вступай в бой, а то мы их не потянем!!!

Что? Какое, нахрен, "вступай в бой"? Где я вообще?

Будто бы в ответ на мои мысли в углу правого глаза вспыхнула карта, показывая белую точку на темном пятне, окружённую пятью красными точками. Рядом тут же вспыхнула надпись: "Роща Тридат".

Чего? Какая такая Роща Тридат? Это же из моей игры...

Додумать я не успела, так как мощный удар в спину заставил меня пролететь несколько метров, благополучно приземлившись плашмя и зарывшись всем лицом в пыльную землю.

Больно было не по-детски! Дыхание перехватило, лицо начало гореть, но помимо этого всего перед глазами вспыхнула надпись:

"Вы атакованы! Нанесённый вам урон: 20 К. Ваше здоровье составляет теперь 80 К. Атака: два повстанца второго уровня. Доступна контратака. Выберите оружие. Опции: меч "Кровавая луна" или кулаки."

Не успела я в шоке переварить весь этот бред, как перед глазами вспыхнуло снова:

"Угроза!" — а потом перед глазами замигало: "Контратаковать. Контратаковать".

И вот тут уже я не знаю, что конкретно сработало. То ли геймерские рефлексы, отработанные годами, то ли инстинкт самосохранения, который, невзирая на явное неприятие мозга, чётко понимал, в какой я заднице оказалась, то ли всё вместе взятое — не суть. Главное, что я на каком-то подсознательном уровне поняла, что конкретно мне нужно делать.

— Контратака! — прохрипела я сдавленным горлом, не задумываясь о том, что говорю. — Оружие — меч.

И тут же, будто по мановению волшебной палочки, мой взгляд прояснился. Я чётко увидела весь творящийся вокруг нереальный трэш. Мы (говорю "мы", так как вокруг оказалось немаленькое количество народа) на вытоптанной поляне, окруженной густыми колючими зарослями выше человеческого роста. Земля была вся выжженная, усеянная грязью и кусками гнилых корней, а кое-где виднелись и красные лужицы, подозрительно напоминающие кровь.

Ой, мама, это что — чья-то кисть? Не-не-не, я не хочу этого знать и уж тем более видеть!

Но углубиться в созерцание этого "милого" местечка мне не пришлось, так как мой взгляд, помимо воли, стал сосредотачиваться на противниках.

Против нас — пятеро повстанцев, разбойничьи типы с ухмылками хищников. Я не очень вникала в идеологию повстанцев, когда проходила игру. Они были одними из самых слабых единиц, не считая, конечно же, пустынных крыс, и поэтому их идеология меня совсем не интересовала, хотя она и была чётко прописана в игре. Теоретически повстанцы должны были бороться за что-то светлое и доброе, но только не в мире "Черной Пагоды". Здесь все были плохишами, и вопрос твоей испорченности был только в степени, а не в наличии.

Поэтому вот эти вот индивиды выглядели предельно отталкивающе.

Их лохмотья трепались на ветру, а на небритых лицах застыла издевательская ухмылка, обнажая кое-где редкие жёлтоватые зубы.

Каждый сжимал в руках по дубине, обращаясь с ними так уверенно, словно это было продолжением их рук.

Трое уже получили ранения в бою, и их К было примерно по 65.

Но, несмотря на это, они не собирались сдаваться и жаждали драки, готовые разорвать нас в клочья. Остальные двое — худые мужики с хитрыми и злыми глазами, абсолютно без какого-либо урона. У них по 100 К. Они кажутся непобедимыми и готовы ударить в любую секунду.

Именно их я выбираю первыми. В моих руках с эффектным кровавым блеском появляется тяжёлый металлический меч, и тело, больше не слушаясь моих команд, идёт в атаку.

Перед глазами постоянно мелькают слова "Контратака! Контратака!", но это уже не важно, так как от творящейся дальше дичи я теряю какое-либо адекватное мышление и способность анализировать.

Мои руки сами собой уверенно поднимают меч, и без каких-либо видимых усилий я устремляюсь к первым жертвам. Перед глазами фигура одного из повстанцев теряет человеческие черты, превращаясь лишь в силуэт, горящий красным. Не сразу я понимаю, что это меняется не разбойник, а моё собственное зрение.

Рядом с ним загорается "полоска здоровья", показывая полноценный, здоровый зелёный цвет и 100%.

Но это ненадолго, так как я уже начинаю махать своим мечом с немыслимой для человека скоростью.

На красной фигуре то тут, то там вспыхивают оранжевые огоньки, а "полоска здоровья" начинает неохотно уменьшаться. Сто, восемьдесят пять, шестьдесят пять, тридцать пять...

Мне бы порадоваться, но некогда, так как с правой стороны возникает ещё одна красная фигура с 65 К.

Чёрт! Двое — это чересчур! Или нет? Я вспоминаю, что даже на таком уровне у Сайры Лезо есть одно преимущество. Правда, стоить оно мне будет ещё как минимум 15 К, но...

Повинуясь моим мыслям, перед глазами всплывает надпись:

"Применить приём "Кровавая луна"?"

"Да", — отвечаю системе мысленно и продвигаюсь вперёд, оставляя почти добитого мною повстанца.

Мне нужно оказаться как можно ближе к максимально большому количеству противников. Ведь у "Кровавой луны" есть свой радиус действия, и для меня сейчас очень важно охватить хотя бы четверых из них, иначе нам конец! Гейм овер, учитывая, что одного мы уже почти потеряли. Будто в ответ на мои мысли в левом глазу выскакивает графика, показывающая состояние отряда.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Один из наших уже светится серым цветом. Второй имеет всего лишь 35 К. Я тоже не очень. Единственный более-менее целый член команды имеет 85 К, но у него всего лишь первый уровень. Непорядок!

Несмотря на то что я обдумываю всё это, моё тело продолжает двигаться в своём, абсолютно независимом ритме.

Руки становятся мягче, а движения — плавнее. Они рисуют полукруги, но, увы, противники этого уже не увидят: скорость, с которой я начинаю крутиться, просто недоступна глазу. Темп нарастает, нарастает...

Дзинь!

Яркая вспышка света освещает на мгновение поляну, собираясь в круг, напоминающий кровавую луну.

Но это лишь на долю секунды. Затем этот жуткий символ начинает осыпаться мелкими осколками на головы врагов. Их К тает с сумасшедшей скоростью, превращая красные фигуры в серые. Все, кроме одной!

Где-то на самом донышке у последнего из повстанцев плескается 10 К. Но тут же рядом с ним возникает фигура самого "целого" бойца из моего отряда, и эта жалкая полоска тут же гаснет, погружая поле боя в абсолютную тишину.

"ПОЗДРАВЛЯЮ!" — вспыхивает у меня перед глазами, когда я устало и тяжело оседаю на почему-то мокрую землю. — "Особый игрок под номером 777, вы выиграли ваш первый бой в мире 'Черной Пагоды'. Из этого боя вы получаете ресурсы в виде трёх дубинок и одной единицы опыта, которую вы можете оставить себе или присвоить одному из бойцов вашего отряда. Ваши потери: один боец. Ваше К: 25. Дух: -1. Желаете ли пролечиться?"

Мысленно и автоматически выбираю ответ "Да", но тут же перед взором загорается новое сообщение:

"К сожалению, у вас нет зелья исцеления. Вы можете исцелиться только естественным путём, отправившись на базу. Желаете свернуть окно боя?"

А что мне ещё оставалось делать? Судя по всему, в сумке ресурсов у меня пусто, не считая никому не нужных дубинок, которые на рынке можно продать всего лишь за две медные монеты. Что по своей сути мизер.

Для сравнения, зелье исцеления стоит 30 серебряных монет, а воскрешение — вообще 300. Мне нужно начинать грабить казны небольших городов, а ещё лучше — пещеры троллей, чтобы заработать такие деньжищи. Но это лишь недосягаемые мечты при уровне Сайры Лезо.

Так что мне оставалось только согласиться с системой и свернуть программу боя.

— Да. Бой окончен. Подтверждаю.

Отчеканила я то, что обычно делала лишь одним кликом мышки. Режим боя тут же спал с моих глаз, возвращая обычное зрение.

О, Боже! Лучше бы я этого не делала!!!!

Вся поляна, ВСЯ, была в кусках и ошмётках! А кровь... Кровь была везде! На земле, на кустах, на моих бойцах, на мне...

Живот скрутило, и меня в ту же секунду вырвало. У меня даже не хватило времени подняться или хотя бы отползти поближе к кустам. Всё, что я успела, — это повернуться на бок и зажмуриться, так как зрелище было невыносимым.

Меня рвало и рвало, и рвало... А вместе с опустошающимся желудком в голове прояснялось, и приходили очевидные мысли, которые после увиденного и услышанного было очень тяжело отрицать.

Я попала в игру! Я в мире "Черной Пагоды", в слабом персонаже, выбранном по собственной самоуверенности и глупости! И теперь мне точно конец, так как в этом мире не выживают серые мышки-кассирши, умеющие лишь только профессионально выбивать пакеты на кассе и складывать консервы пирамидкой.

— Слушай, давай её прикончим, и всё. Делов-то! — раздражённый голос одного из бойцов моего жалкого отряда донёсся сквозь плотную ткань палатки и вывел меня из апатии, в которой я пребывала последние два дня. — От неё толку вообще никакого, ресурсы заканчиваются, а так хоть уровень повысим.

Я навострила уши и потянулась к мечу, который всё это время лежал рядом с моей походной раскладушкой, устеленной шкурками пустынных крыс. Жёстковато, но зато теплее, чем на голой земле.

— Ты идиот, Ладий? — отозвался не менее злой женский голос. — Хотя почему я спрашиваю? Это же очевидно! Мы не можем убить командира!

— Почему это? — возмутился второй боец, явно пропустив выпад про идиота и тем самым его подтвердив. — Если мы прикончим Сайру, у тебя и меня будет по третьему уровню, и мы сможем претендовать на места в более сильном и большом отряде.

— Ага, а метку на ауре ты куда денешь, умник? И какой, скажи на милость, командир возьмёт к себе убийц своего коллеги? Никто не захочет поворачиваться к нам спиной после этого.

И то правда. Я бы точно не стала. Я и сейчас вам свою спину не горю желанием доверять, но сделать ничего не смогу. Знаете, как-то трудно держаться молодцом и быть вот таким крепким орешком, когда ты вдруг, ни с того ни с сего, покидаешь свой уютный Бежецк, Тверской области, и оказываешься в игре. ИГРЕ, Карл! Где каждый первый норовит тебя прикончить! Стоит только покинуть пределы палатки — как тебя тут же атакует какая-нибудь человекоподобная (или не очень) беспринципная тварь.

Вот я и не покидала пределы спасительной палатки с тех самых пор. Не говоря уже о том, что мне как-то нужно было переварить весь этот шок от попаданства и помянуть всеми лихими словами на свете приснопамятного дядю Митю (пусть ему сейчас будет очень плохо, уроду старому) и его чёртову цепочку.

Кстати, о птичках!

Эта самая цепочка до сих пор висит у меня на шее тяжёлым грузом. Почему тяжёлым? Да потому что от маленькой серебристой змейки эта странная штука преобразовалась в здоровенную цепь. Достаточно ощутимую!

Я машинально потрогала её пальцами — холодное звено казалось чем-то большим, чем просто металл. Оно вибрировало, пульсировало... живое? Глупости, конечно. Но почему-то я уже ни в чём не уверена. После "Чёрной Пагоды" так...

Я пыталась перебрать все варианты, которые приходили на ум. Может, цепочка как-то активировала скрытые механизмы игры? Или это какой-то магический артефакт, способный перемещать людей в другие миры? Или это просто дикий сон, из которого я никак не могу проснуться? Сколько бы вопросов я себе ни задавала, ответы не появлялись, только ещё больше тревоги и сомнений. Ну и злости... Много, много злости на жизнь в целом и на соседа в частности, на несправедливость бытия, на Лёшку...

Тьфу ты, бывший даже здесь не отпускает! А, хотя, пошлю я парочку проклятий и в этого засранца за компанию.

Но не суть...

А суть в том, что эта цепь — тяжёлая, громоздкая и жутко неудобная, словно постоянно напоминала о себе. Стоило только попробовать ослабить цепь или попытаться раскрутить застёжку — звенья врезались в кожу, будто предупреждая, что это не подлежит обсуждению. Я ощущала себя пленницей этого проклятого артефакта. Может, и есть в этом какая-то закономерность? Вдруг эта цепь и есть мой "ключ" к выходу из игры?

Размышляя об этом, я почти не обратила внимания, как ткань палатки со скрипом отодвинули, и внутрь ввалились мои "боевые товарищи" — Ладий и та самая женщина, что назвала последнего идиотом. В чём я с ней была полностью согласна. Кстати, её звали Дейдра, и если меня не обманывают нашивки на их форме, то она владеет копьём. В то время как Ладий — арбалетчик.

А значит, она однозначно сильнее (попробовали бы вы потаскать двухметровое копьё с железным наконечником) и, как показала практика, умнее.

Но сейчас оба имели совершенно одинаковое выражение лица — недовольно-требовательное.

Близнецы, блин, сиамские.

— Командир, пора двигаться, — заговорил первый из "близняшек" Ладий, и я почувствовала, как злость и раздражение выплёскиваются из него. — Твоё К восстановилось полностью, а ресурсы заканчиваются. Если мы не возьмёмся за дело, все тут же сдохнем.

Я приподнялась на локте, ещё не совсем понимая, что же всё-таки стоит делать в этой ситуации. Бить или бежать? А может, послушать?

Шок от последних событий не повлиял только на язвительность и внутреннюю самоиронию. Все остальные сферы жизни, в том числе и логическое мышление, откровенно страдали.

Поэтому заторможенность и растерянность мешали трезво оценить ситуацию, а Ладий, не получив от меня немедленного ответа, сменил тон на более резкий:

— К тому же нам нужно добрать ещё одного бойца, командир. Система забрала тело третьего — развеяла его через час после битвы, потому что, — он сделал паузу, чтобы показать своё недовольство, — некому было его воскресить.

Я поморщилась. Развеять... Тело одного из наших бойцов просто исчезло. Исчезло так, как если бы его никогда не существовало. Это был ещё один удар по моей реальности. Здесь смерть не была чем-то временным, как в играх, где персонажи возрождаются после лечения. Здесь, если ты умираешь и у тебя нет зелья или ресурсов на воскрешение — всё, ты исчезаешь, как ненужный баг, оставшийся без исправления.

— Командир, — с нажимом произнесла Дейра, пристально смотря мне в глаза, словно сканируя меня на слабость. — Нам нужно двигаться дальше. Если мы будем просто сидеть, нас найдут и убьют. Пора принимать решения.

Что я могла ей сказать? Правду? Начать хохотать как сумасшедшая и орать всем, что они всего лишь компьютерные персонажи и вот это вот всё ненастоящее? Поэтому мне плевать, что будет дальше?

Но несмотря на то что это было не моё тело и не мой мир, всё остальное вокруг было самым что ни на есть реальным.

Мне реально болело от перегрузки тело после битвы с повстанцами. Я ощущала голод, холод, хотела спать...

Да, это выражалось немного по-другому: чтобы, скажем так, поесть, нужно было использовать "ресурсы", а не обычную еду. Или, скажем, твой отдых выражался не в уменьшении мешков под глазами, а в увеличении К. За такие вещи, как зелье воскрешения, я вообще молчу.

Но в остальном мои потребности были те же. И самая главная из них — это было зверское желание выжить.

Вот правда! Нужно было попасть в этот чумной и ненормальный мир, чтобы мне резко и безоговорочно захотелось жить. А для этого нужно было возвращать мозги из глубокой комы и начинать думать.

Ну или как минимум попытаться настроить мышление на элементарные функции выживания.

А для этого, как было сказано выше, нужны ресурсы.

Поэтому, подняв свой меч с пола, я вонзила его в землю рядом с раскладушкой и тяжело опираясь на него, нарочито медленно поднялась.

— Ладно, — хрипло сказала я, пронизывая обоих недобрым взглядом. — Собираемся. Двигаемся к роще. Пощипаем немного повстанцев и будем отправляться в город за ресурсами.

Ладий и Дейра переглянулись. В их глазах читалась смесь недовольства и едва скрытой злости.

Они ожидали чего-то другого — командирских приказов, великих планов на будущее, предвыборных обещаний, ну или хотя бы наполеоновской шапочки на моей буйной и теперь кудрявой голове. Но пока что придётся разочаровать вас, ребята. Легко играть безопасностью и рисковать, сидя по ту сторону экрана. Сейчас же я планировала проявлять максимальную осторожность и постепенно развивать свой уровень, а также уровень отряда.

Немного крыс, немного повстанцев (дрожь пробежала по телу только от одной мысли об очередном кровавом побоище, но что поделать), и так постепенно мы соберём достаточно ресурсов, чтобы...

Чтобы что, мать? Этого я пока не знала, но искренне верила, что гениальная мысль посетит меня. Стоит только накормить пустой желудок и дать себе немножко времени. А это значит...

— В рощу, господа, в рощу, — нарочито весело объявила я, видя, как кислые рожи ещё больше скисают. — А там будет видно.

Последнее я уже пробормотала себе под нос в надежде, что мои "сиамцы" этого не услышат.

Мы покинули временный лагерь, собираясь двигаться к роще Тридат. Несмотря на решительность, которую я пыталась изобразить, внутри всё дрожало.

От одной только мысли, что придётся повторить подвиг двухдневной давности, мои коленки начинали дрожать, больно ударяясь друг о друга.

А вам бы не страшно было смотреть на расчленёнку, а уж тем более её организовывать? И никакие уговоры о том, что это всего лишь "персы" (персонажи на нормальном языке, человеческом, а не геймерском) в игре и уже через час от них не останется того самого мокрого места, меня совсем не утешали.

Да что там расчленёнка. Посмотрите сюда!

Дорога к роще простиралась перед отрядом как бесконечная тропа отчаяния. Пустынная, с растрескавшейся, высохшей землёй, она словно тянулась в никуда. По обеим сторонам росли редкие кусты — изогнутые, покрученные, с обломанными ветками. Их сухие листья тихо шелестели под порывами ветра, создавая ощущение едва заметного шёпота. Сама дорога казалась покинутой навечно, оставленной теми, кто когда-то пытался здесь пройти, но так и не добрался до конца. Воздух был сухим и пыльным, отчего казалось, что всё вокруг покрыто серой пеленой, а солнце — лишь тусклый красный диск на горизонте, едва пробивающийся сквозь марево.

И если до этой всей "красотищи" у меня ещё оставались хоть какие-то надежды, то после этого вида захотелось просто взвыть и снова улечься посреди дороги, ожидая естественного конца.

Нужно валить из этого мира как можно быстрее.

— Сайра!

О, а вот ещё один "бонус" в моём пребывании здесь. Меня догнала Дейдра, которая, в отличие от того же Ладия, пыталась изобразить некий местный аналог дружелюбия.

Знаете, как в том меме, где крокодилу надели умильные заячьи ушки, и он "мило" улыбается во всю свою широкую пасть.

Вот где-то нечто подобное я наблюдала сейчас на лице своей подопечной. И да, кота Леопольда из неё не выйдет, хотя она очень старалась.

— Сайра, — продолжила женщина, заглядывая мне в глаза с фальшивой преданностью, — ты уже решила, кому отдашь опыт за предыдущий бой?

Ах, да, точно! У меня же есть неопределённый опыт. Я на секунду остановилась, обдумывая комбинации и варианты. Мозг тут же заработал в привычном режиме, отозвавшись на такие знакомые и понятные задачи.

Так-так-так, Ладий, Дейдра, я...

Конечно же, при другом раскладе я всё поставила бы на Ладия. Он у меня дальнобойный и смог бы снимать врагов, не подпуская их близко ко мне и Дейдре.

Впрочем, Дейдре тоже место во втором ряду, так как её основное оружие не предназначено для ближнего боя.

Поэтому в первых рядах иду я, мечник, и ещё тот бедолага, что так и не дожил до встречи со мной. Понятия не имею, кем он был — булавоносцем или таким же мечником, как я, — но мне его определённо не хватает.

Так как теперь весь основной удар придётся на мою долю.

И поэтому, а ещё потому, что в такой "славной" компании прокачивать лучше себя, я решила наградить опытом свою скромную персону.

Но об этом пока что любопытной Варваре... тьфу ты, то есть Дейдре, сообщать не собираюсь.

— Пока не решила, — ответила я, стараясь сохранить прохладное безразличие голоса.

Дейдра прищурилась, словно пытаясь что-то прочитать по моему лицу. Маска мнимой доброжелательности тут же слетела с неё, и я увидела перед собой очень маленькую пиранью. Пусть рыбка и была всего лишь первого уровня, но всё же хищница.

— Может, стоит отдать Ладию? — сделала она ещё одну попытку, стараясь сохранить свой тон нейтральным. — Он будет более эффективен на втором уровне. А мы ведь направляемся к роще...

"Ладий," — хмыкнула я про себя. Как же, как же, бескорыстная ты моя. Осталось только расчувствоваться и, смахнув скупую командирскую слезу, вручить тебе весь заработанный опыт.

Нет уж, деточка моя, это у себя в мире я никто и звать меня никак. А здесь я гуру, великий мастер, властелин и прочее божество, прошедшее эту игру от и до и знающее, на что вы все способны.

И такой мелкой сошке, как ты, меня не обмануть и не обхитрить. А теперь уже и не убить, воспользовавшись минутной слабостью. Так что играем, драгоценная моя, только и исключительно по моим правилам.

— Подожди с этим, Дейдра, — я всё так же, удерживая покер-фейс, спокойно ответила. — Посмотрим, как всё пройдёт. Нам сейчас главное — найти противников в роще и вернуться назад в лагерь с ресурсами и желательно всем составом...

— И это значит, что никто пока не получает опыт. Так что, — я кивнула в сторону дороги, ведущей к роще, — пошли уже.

Дейдра сжала губы и мотнула головой, показывая, что не собирается спорить. Она повернулась и прибавила шаг, уходя вперёд, к Ладию, который смотрел ещё угрюмее и выглядел готовым пустить стрелу в первого же встречного. Я же всё ещё шла позади, наблюдая за ними и пытаясь настроиться на предстоящую битву. Ну давай, Прянникова, соберись. В этой игре ты супер-бупер, так что всё остальное — дело техники. Просто вспомни все правила, которые ты знаешь.

Ладий сверился с картой, которая отображалась у него на запястье, и крикнул:

— Подходим к границе рощи. Командир, нам бы расставить позиции.

Я мысленно дала себе оплеуху и усилием воли подавила воспоминания о первой вылазке. Не время сейчас сопли по рукаву размазывать.

Дейдра обернулась, и в её глазах снова читалось ожидание — ждали моего приказа. Надо же, какие покладистые. А не далее как час назад думали, как мою игровую тушку порешить и опыт по карманам распихать.

Но ладно, я не злопамятная... Разве что совсем немного.

— Заходим с левого фланга, — чётко сказала я, кивнув в указанную сторону. — Дейдра, ты справа. Если начнётся ближний бой, прикрываете меня сзади. Смотрите, чтобы на нас не напали из кустов и не получили преимущество. Если начнут стрелять — отходим вглубь рощи. И следим за К!

Мои "пионеры" дружно кивнули, и мы двинулись к намеченной цели.

Роща Тридат была буквально в нескольких шагах от нас. Казалось, она призывно шепчет, манит к себе, зазывая в свои пугающие объятия. Деревья с кривыми ветвями простирались вдоль дорожки, и их листья шептались на ветру, как будто втайне от нас обсуждая что-то важное. В этом лесу повстанцы часто прятали свои укрытия — небольшие лагеря с припасами, которые можно было использовать для восстановления К и ресурсов.

"Лучше бы ты в ферму играла, Вика," — сказала я сама себе, чувствуя, как страх потихоньку перемешивается в желудке вместе с решимостью, превращаясь в тугой ком из чувств. Сама игра диктовала правила, и мне нужно было выжить в них, став настоящим командиром. Да и что у меня есть, кроме надежды на собственные навыки?

— Двигаемся, — коротко скомандовала я, и наш небольшой отряд, осторожно пробираясь...сквозь кустарники, погрузился в глухую тьму рощи.

Первое, что я почувствовала, когда мы вошли в рощу Тридат, — как сама земля под ногами будто стала пружинить. Воздух мгновенно поменялся: от сухого и пыльного — к влажному и густому, словно его специально подготавливали к нашему приходу, чтобы максимально усложнить нам жизнь. Мои шаги звучали глухо, словно я шла не по земле, а по мокрому мху, который пытался засосать меня с каждым движением. Вокруг стоял мрак, затянутый так плотно, что казалось, будто кто-то кинул чёрную ткань прямо мне на голову: всё гасло и терялось в этой беспросветной темноте.

Я тут же включила карту, чтобы не потеряться во всём этом великолепии, и проложила несколько путей.

«Был бы отряд, а противники точно найдутся», — подумала я философски, тыкнув наугад в первую попавшуюся тропинку.

Ладий и Дейдра, несмотря на своё недовольство, шли чётко по моим указаниям, готовые в любой момент вступить в бой. Я проверяла каждый шаг, постоянно сверяясь с картой и следя за каждым кустом и деревом, чтобы не упустить ничего опасного. Время шло, мы продвигались вперёд, но ничего не происходило, и напряжение постепенно начало нарастать.

Опачки! На карте вспыхнуло несколько точек впереди нас, и я тут же подала знак своим. Ну, здравствуйте, мои долгожданные! Сейчас мамочка вас всех оформит как полагается.

Дейдра и Ладий отреагировали моментально, построив боевой порядок за моей спиной, и мы тихо, синхронно, не издавая ни звука, двинулись дальше по дороге.

Сейчас тут будет карусель, карусель...

Но ту же минуту мой лихой и веселый настрой натолкнулся на кое-что необьяснимое.. Красные точки на карте не двигались!

Точки отображающие повстанцев стояли на месте, но они почему-то мерцали как-то странно, словно пытались спрятаться. И в этот момент среди них появилась ещё одна — более тёмная, будто бы скрытая, как тень на фоне уже тусклого марева.

— Командир, это что-то другое, — прошептала Дейдра, напрягая слух. — Не похоже на повстанцев.

И тут я почувствовала это — вибрацию под ногами, как будто земля вдруг начала двигаться, а корни деревьев стали постепенно вытягиваться из-под земли, словно пробуждаясь от сна. Всё произошло за считанные секунды. Впереди на узкой тропинке, которая вела вглубь рощи, из-под земли взметнулись корни, образуя нечто вроде защитного барьера, а потом они стали срастаться, скручиваться в нечто, похожее на фигуру — массивную и безобразную.

"Твою ж маму.. грубым образом" - мысленно выругалась я поминая родительницу разработчика. Вот почему, ПОЧЕМУ, из всех противников которые обитают в роще на попался именно он?

— Лесной страж, — тихо выдохнула Дейдра. — Я слышала о таких, но думала, что это просто легенды.

Ох, детка! Вариант того, что ты встретишь эту образину на минимальном уровне равен почти нулю. Почти...

Ведь для слабых отрядов, это все равно что гейм-овер. Можно сразу перезагружать игру.

Но тут есть одна загвоздочка, господа. У меня теперь нет этой волшебной кнопочки рестарта.

Тем временем лесной страж уже полностью сформировался и предстал перед нами во всей красе.

Это было существо из корней, древесина которых была не только старой, но и живой, дышащей. Его тело представляло собой огромный клубок скрученных, высохших ветвей, а из середины вылезали руки-клешни, сжимающие острые, как лезвия, отростки. Внешне оно напоминало помесь древнего дерева и паука, но его движения были неожиданно быстрыми для такой массы.

Откуда же он, чёрт побери, взялся? В этом месте по плану игры должны были быть только повстанцы, а не такие монстры!

Я вообще с ним за полтора года сражалась только четыре раза, и то на уровне повыше. Но деваться уже было некуда, так как перед глазами вспыхнуло табло боя.

"Обнаружен противник. Уровень 7. Характеристики..."

Стоп, стоп, стоп! Как уровень семь? Такие малыши уже рождаются не меньше пятнадцатого уровня, а тут такой смешной уровень!

— Почему уровень семь?

Спрашиваю я систему с удивлением, понимая, что мы, может, и выберемся из этой жопы сегодня.

"Уже уровень восемь", — спокойно отвечает система, и я действительно вижу, как на табло прямо на моих глазах уровень стража подрастает.

— Ах ты ж... Твою...

Слов у меня нормальных нет, но даже на то, чтобы ругаться, времени не остаётся. Я всё прекрасно поняла. Система даёт нам шанс, но не очень щедрый. Успеешь мочкануть перса за тот короткий промежуток времени — молодец. Вот тебе опыт и ресурсы. Не успеешь — земля тебе пухом, старичок.

Так что...

— Ладий, стреляй в его корни, отрубай их! Дейдра, когда он отвлечётся, атакуй сзади в суставы! Я пойду на отвлекающий манёвр спереди! — Я не оставила им времени на обсуждения, зная, что в этот момент важно только одно — действовать.

Ладий, не раздумывая, натянул тетиву, и арбалет выпустил стрелу, которая со свистом полетела в сторону лесного стража. Она попала в цель — одно из корневых отростков, которые тянулись к нам. Существо взревело — звук был похож на скрежет ломающихся веток — и рванулось к нам. Его клешни хлестали воздух, а крупные корни, вытянувшиеся из земли, пытались обхватить наши ноги, не давая двигаться.

Я сорвалась с места, держа меч наготове, и побежала вперёд, стараясь обогнуть его правую сторону. Мой план был прост — отвлечь на себя как можно больше его внимания, чтобы Ладий и Дейдра успели нанести ему достаточно урона.

Перед глазами сменилась картинка, превращая вполне себе реальное чудовище в фиолетовое пятно на экране. Вот так лучше: меньше вижу — меньше боюсь.

Страж же времени зря не терял. Он двигался тяжело, но быстро, и его удары были точными. Почти.

Один раз мне удалось увернуться от мощного удара, и я почувствовала, как его когтистая рука врезалась в землю рядом, разрывая её и обнажая ещё больше корней.

Дейдра сделала выпад сбоку, её копьё с хрустом пронзило существо в стыке между корнями, и оно снова взревело, захлёбываясь гневом и яростью. Я с трудом отбивалась от его атак, параллельно стараясь атаковать обнажённые уязвимые точки на его теле, но чувствовала, что каждое моё движение отдаётся болью в руках и ногах.

К чудовищу очень медленно и нехотя поползло в низ.

— Давай, милый, быстрее! — подгоняла я его, кроша мечом хлесткие ветки и уворачиваясь от ответных ударов.

Страж двигался всё медленнее, но каждый его взмах по-прежнему нёс в себе разрушительную силу. Его клешни из корней с каждой секундой становились всё отчаяннее, пытались отбросить нас, но сила отряда была не в индивидуальности, а в слаженной атаке.

И всё же это не спасло нас от потерь.

В какой-то момент, неожиданно резко, лесной страж, издавая жуткий треск, метнул свою клешню в Ладия. Казалось, что вся его предыдущая медлительность была лишь ширмой, цель которой — приспать наше внимание. И это ему удалось!

Корни сустава молниеносно вытянулись вперёд, как хлыст, и один из них с силой обвился вокруг ноги Ладия.

— Ай! — крикнул он, когда его нога оказалась в захвате. Ладий попытался вырваться, но страж резко дёрнул корнями, и Ладий упал на колено. В этот момент другой корень, словно острое копьё, пронзил его плечо. Ладий с силой стиснул зубы, его лицо побледнело, и на правом плече тут же проступила кровь. Его К стремительно упало, и теперь карта горела красным, сигнализируя о быстро приближающемся критическом состоянии.

— Ладий! — я рванулась к нему, мечом разрубая корень, который удерживал его ногу. — Держись, боец!

"У меня нет зелья воскрешения", — мысленно добавила. Потери ещё одного члена отряда я не переживу. В прямом смысле этого слова. Тогда нам с Дейдрой точно конец!

В тот же момент упомянутая девушка, увидев ситуацию, моментально поменяла тактику. Она с силой вонзила копьё в одну из ног сустава стража, заставляя его временно ослабить захват и отвлечься на неё.

Ладий, пошатываясь, отполз на несколько метров, схватившись за раненое плечо. На его лице была гримаса боли, но глаза всё ещё горели боевым огнём. Он держался, сжимая зубы и стараясь не кричать. К у него было из ряда вон...

— Командир, давай, добивай его, пока он на мне! — выкрикнула Дейдра, понимая, что времени на промедление больше нет.

И это было правдой. Промедление стоило нам не просто раненного бойца — ещё немного, и Ладий бы лишился руки или жизни. Поэтому, собрав всю свою решимость и силы, я вскинула меч и рванула прямо в объятия к лесному стражу, намереваясь нанести решающий удар. Рискованно, но...

Оставалось всего несколько секунд, и каждый миг тянулся вечностью. Меч с визгом прорезал воздух, устремляясь к той самой пульсирующей точке — сердцу стража, который вот-вот мог разорвать нас всех на части...

Мой меч с резким звоном пронзил сердце лесного стража, и на миг показалось, что всё замерло. Время застыло в моменте, когда острие коснулось пульсирующего ядра, и в следующее мгновение страж громко взревел, содрогнувшись всем своим телом. Его корни, словно выдернутые из земли, начали разваливаться, а руки-клешни беспомощно упали, как сломанные ветки. С грохотом, напоминающим треск ломающегося дерева, он осел на землю, рассыпаясь на щепки и сухие обломки древесины.

Я с трудом переводила дыхание, чувствуя, как сердце отбивает барабанную дробь. Перед глазами снова мелькнуло табло: "Победа! Лесной страж повержен." Наши К, слегка потрепанные, но в общем в порядке, кроме Ладия, у которого теперь было меньше половины, но он всё ещё держался, с трудом пытаясь встать на ноги.

— Молодцы... — только и смогла сказать я, оглядывая остатки монстра, который так быстро стал частью этой сухой, бесплодной земли.

На этот раз система, словно торжествуя, вспыхнула перед глазами яркой надписью: "Поздравляем! Командир Сайра Лезо успешно победила редкого противника 'Лесной страж'. Награды за бой: +30 единиц опыта для всей группы, 3 зелья исцеления, 5 древесных отростков (материал для крафта). Дополнительно получено: 30 серебряных монет."

Моя ты бубочка! Вот это удача! Захотелось попрыгать от радости, но тело так ныло и болело в тех местах, где меня зацепили ветки стража, что от этой мысли пришлось отказаться.

Это был неожиданный подарок. Столько опыта на всю группу! Это точно поможет нам в развитии и восстановлении сил. И зелья — самое необходимое для того, чтобы поправить Ладия и восстановить силы перед следующим боем.

Хотя...

— Покажи мне наш опыт и уровни, — приказала я системе и тут же с досадой поморщилась.

Даже если я сейчас раздам опыт и добавлю сверх того сохранённую единицу, этого всё равно не будет хватать, чтобы перевести моих питомцев на второй уровень.

А как бы было хорошо! Дело в том, что при переходе К восстанавливается сразу же автоматически, и Ладий...

Ладно, всё равно это нужно сделать для поднятия авторитета в глазах моих упырей.

— Ну что, Ладий, держи, — я протянула ему зелье исцеления, загоняя внутреннего "жаднюжку" поглубже. — Остальное распределим, когда вернёмся в лагерь.

Ладий, бледный, но довольный, с жадностью выпил зелье, и его лицо сразу изменилось — он ослабил хватку на арбалете, и плечо перестало кровоточить. Система тут же показала, что его К восстановилось на 60%.

— Благодарю, командир, — пробормотал он, опустив взгляд. Видимо, до конца не верил, что всё-таки выжил.

Дейдра оценивающе посмотрела на добычу, скрестив руки на груди. Её глаза горели азартом — она знала, что награда пригодится нам в дальнейшем, и понимала, что, даже несмотря на нашу слабость, мы начали свой путь к возвышению.

"Хорошее начало", — подумала я, подбирая отростки, которые могут пригодиться для крафта или продажи в городе. "Теперь главное, чтобы такие вот подарки попадались нечасто."

Но всё же победа над лесным стражем доказала, что нам по силам преодолевать любые трудности. С моими знаниями и скиллами я могу справиться с этой игрой, и теперь главное — понять, какая моя настоящая цель, и разработать стратегию, как к ней двигаться.

Протянув уставшие ноги к костру, я поедала отваренный початок кукурузы из наших пополнившихся ресурсов и тихо кайфовала. К потихоньку полз вверх, а я лениво и томно размышляла.

Боже, какая ж это благодать — вот так расслабиться в тишине и относительной безопасности после тяжелого "рабочего дня".

Мда, профессия "мясника" явно отличается от профессии кассирши, но если не считать того, что меня каждый раз выворачивает после боя от вида крови (и где только это всё берётся в моем желудке), то в общем мне теперешнее положение даже нравится.

Сражаться, анализировать и строить стратегии я умею. Вот только слишком хорошо знаю эту игру, чтобы окончательно расслабиться.

Ведь мир "Чёрной Пагоды" мрачен, суров и безжалостен. Это некое тёмное фэнтези, пропитанное кровавыми сражениями, жестокими законами и суровой магией. Всё здесь пронизано атмосферой опасности, в которой смерть подстерегает на каждом шагу.

География мира вообще умиляет: зловещие леса, туманные болота, пустынные равнины и полно загадочных руин древних цивилизаций. Это место, где все борются за выживание против всех. А какие тут водятся индивиды! Ух!

Повстанцы и пустынные крысы, да даже тот лесной страж, просто мимимишные лапочки по сравнению с демонами, троллями, тёмными эльфами, оборотнями, великанами, тенями и прочими монстрами, каждая встреча с которыми может стать последней. Есть здесь, конечно же, и люди, но такие отъявленные мерзавцы и негодяи, что иногда думаешь: лучше к троллям пойти подружиться.

В общем, прелесть, а не мир.

И это я молчу о пейзаже и окружающей среде.

Природа здесь не гостеприимна — даже деревья и кустарники словно пытаются поглотить всё живое, вплетая свои корни в любую доступную трещину.

Каждый элемент этого мира — от густых лесов до пустынных равнин — носит на себе отпечаток мрака, лишённого надежды и радости. Здесь не найдёшь ясного голубого неба или светлого солнца; мир постоянно погружён в полумрак, и кровавый свет луны "Кровавая Луна" — единственного небесного тела, которое раз в несколько дней освещает всё вокруг своим зловещим сиянием.

Леса "Чёрной Пагоды" густые, с древними искривлёнными деревьями, покрытыми тёмными лишайниками и мшистыми отростками, словно эти существа тоже оживают в мире хаоса и тьмы. Многие из них давно мертвы, но продолжают стоять, разлагаясь прямо на месте и источая при этом сладковатый запах гнили и тления. Стволы деревьев часто раздирают землю своими корнями, которые растут во всех направлениях, как будто пытаются найти что-то под поверхностью.

Реки и озёра этого мира в большинстве своём стали застывшими отравленными болотами, густыми, как нефть, с тёмно-зелёной, почти чёрной водой. Они бурлят, будто пытаются выпустить свою злобу, и могут выделять ядовитые пары. Те немногие животные, которые всё ещё обитают здесь, — мутировавшие звери и монстры, искажённые злом, которое течёт по этому миру.

Земля пустошей кажется выжженной и бесплодной, покрытой колючими кустарниками, напоминающими скрученные спирали мёртвой древесины. В некоторых местах поверхность буквально проваливается под ногами, превращаясь в зыбкую грязь или острые обломки камня, которые могут легко порезать ноги. Даже воздух здесь густой и вязкий, как будто наполнен мелкими частицами пыли и грязи, которые затрудняют дыхание и постоянно раздражают кожу.

Единственные живые города в мире "Чёрной Пагоды" — это небольшие укреплённые поселения (если не считать самой столицы), защищённые стенами и магическими барьерами, чтобы отразить тьму и нечисть, которые пытаются проникнуть внутрь. Люди здесь привыкли к постоянной борьбе за выживание, всегда готовы сражаться или защищаться, а их общины больше напоминают боевые лагеря, чем тихие уголки цивилизации.

Повсюду чувствуются руины былых эпох: древние каменные постройки и полуразрушенные статуи, которые говорят о когда-то великом прошлом этого мира, ныне павшем под натиском мрака. Легенды гласят, что когда-то мир был светлым и цветущим, но Таанор Тёмный и его тёмные силы вытеснили свет, заточив его в недрах Чёрной Пагоды. Теперь мир медленно угасает, поддаваясь воле злого владыки и тёмной энергии, которая пронизывает всё живое и неживое.

Кстати, о птичках!

Главный злодей мира "Чёрной Пагоды" — это харизматичный и опасный лорд, известный как Таанор Тёмный. Он правит Пагодой, замком-крепостью, который возвышается над мрачным миром и символизирует его тёмную сущность. Несмотря на своё изуродованное шрамами лицо и тело, Таанор остаётся привлекательным и притягательным. Его длинные волосы, обычно завязанные в строгий узел, скрывают часть шрамов на виске и шее, а глаза цвета стали обладают невероятной глубиной и жесткостью. На первый взгляд он элегантен, изыскан, и даже утончён, но за этой красотой скрывается опасность и непреодолимая жажда власти.

Сколько раз я лично мочила этого гада, не пересчитать. Но ещё больше он мочил меня.

Силен, ох, силен, мерзавец! И к нему даже не стоит подходить, пока не доберешься до...

Так, стоп, Вика, это что ты удумала? Какой нафиг Таанор? Окстись, блаженная!

Тебе бы выжить тут и свалить из этого "отпуска в раю".

Хотя... иногда, поглядывая на эту тяжеленную цепь, что самодовольно покоится на моей теперь пышной груди, я нет-нет да и задумываюсь о том, не здесь ли собака зарыта.

Может, мне нужно пройти игру до конца, чтобы выбраться из этой задницы?

Да и вообще...

В самой башне не так уж и плохо живётся: куча ресурсов, власть, солдаты. Красотень!

Что ж, приятно было хоть немного поразмышлять и порассуждать на философские темы. Но реальность в этом мрачном мире быстро возвращает к земным делам. Нужно накидать план хотя бы на ближайшее будущее, а там посмотрим...

Посмотрела я, правда, в этот момент на цепь, но решила благоразумно отложить разборки с ней на потом.

А сейчас...

— Командир, нужно двигаться дальше!

На горизонте откуда ни возьмись появился Ладий, нарушая мой душевный покой и ленивое движение мыслей.

Правда, вид у моего арбалетчика был такой испуганный и взъерошенный, что я сразу же напряглась и передумала швыряться в него обгрызенным качаном кукурузы.

— Что там ещё?

Надежда была, хоть и мизерная, что его просто укусила пустынная крыса за одно место, когда он ходил по нужде, и теперь Ладий желает переехать из-за серьёзной психологической травмы и антисанитарных условий. Эх, мечты-мечты!

— В нашу сторону движется отряд, — сообщил боец, не дав моей фантазии разгуляться, — уровень не меньше десятого!

— Чёрт побери! — прорычала я, вскакивая. — Лучше б и правда тебя крыса за причинное место укусила!

— Что? — не понял моего посыла Ладий, но этого от него и не требовалось.

— Собирайся! — махнула я рукой и открыла карту. — Всё важное в подпространственные карманы. На сборы...

Я нашла оранжевую точку на карте, которая и правда двигалась в нашу сторону.

— На сборы минут семь, — договорила я, мысленно прикинув, когда эти молодцы доберутся достаточно близко, чтобы бросить нам вызов и вступить в бой. — Забираем только важное! Остальным пожертвуем!

— Командир?! — Ладий скривился, как от зубной боли, но я цыкнула на него.

Думаешь, касатик, мне не жалко добытого кровью и потом? Ещё как жалко! Но судя по тому, что я вижу, эти "апельсинчики" (нарекла их в честь цвета отряда) — не просто персонажи, а самый настоящий отряд, ищущий опыта и ресурсов. И, судя по всему, командир у них уже прокачался до 12–15 уровня, и мы уж точно ему не ровня.

— Пакуйтесь, пакуйтесь! — напомнила я арбалетчику, продолжая напряжённо следить за картой. — Быстрее!

Очень надеюсь, что они просто гуляют тут в поисках, с кем бы подраться, а не целенаправленно ищут наш отряд октябрят.

— Ладий, Дейдра, шевелитесь быстрее! — крикнула я, увидев, что арбалетчик застыл и что-то долго объясняет копейщице.

А время-то тикало! И "апельсинки" явно тупить не собирались.

"К чёрту!" — подумала я и, заведя таймер, свернула карту, присоединившись к сборам.

Так, что тут у нас?

Поспешно засовываю в подпространственный карман мешок с оставшимися зельями и припасами. Система радостно пикала, фиксируя каждый новый предмет на балансе. Не хватало только весёлого "дзинь!", как в копилку, и конфетти.

В три пары рук мы устроили настоящий мастер-класс по упаковке вещей. Всё, что можно было быстро собрать - было собрано до звонка таймера, и я почувствовала, как каждый лишний грамм обвис на поясе и плечах.

Ладий же, хоть и шустро собирал свои пожитки, делал это с каким-то напряжением, поглядывая то на карту, то на горизонт. Видимо, в нём всё ещё кипело желание не бежать, а дать бой, доказать, что он чего-то стоит.

Ну-ну, орёл мой, ещё успеешь развеяться, за этим дело не станет, а вот выжить в мире "Чёрной Пагоды" — это настоящее искусство.

Короче, учись, студент, пока я жива. Тьфу-тьфу-тьфу!

— Командир, мы уже готовы, — раздался голос Дейдры, которая выбежала из зарослей с упакованной сумкой через плечо и копьём в руке. Она тоже казалась встревоженной, но всё-таки более собранной, чем Ладий.

Я кивнула, проверяя карту и отмечая, как оранжевые точки продолжают двигаться к нам. Осталось буквально пара минут, чтобы скрыться в зарослях и попытаться обойти их по флангу.

Я правильно оценила карту и сразу поняла: нам придется уходить далеко, к чертям собачьим. Возвращаться в лагерь было бы самоубийством, а оставаться на этом пустыре — глупо. Так что я, прикинув путь отступления и риски, решила, что наилучшим выходом будет двигаться в сторону Заброшенного Ущелья Каменного Ветра. Оно не слишком далеко, чтобы успеть добраться до ночи, и при этом дает больше шансов на укрытие.

— Идём в ущелье, — сказала я чётко, чтобы поняли даже тугодумные. — Там, на первый взгляд, спокойно, и мы сможем восстановиться. Но не расслабляйтесь — там есть свои опасности. Двигайтесь быстро, но внимательно.

Ладий и Дейра кивнули, дав понять что и поняли и приняли. Смотри какие покладистые! Всегда бы так.

Мы начали спешно двигаться в сторону ущелья, обходя пустырь по краю, чтобы не привлекать внимания "апельсинчиков". Кустарники помогали скрыться, хоть и царапали кожу и одежду.

Да и черт с ними! Тут главное ноги унести ,а еще...

Ущелье было далеко не идеальным убежищем, но его узкие проходы и природные укрытия позволяли контролировать ситуацию и ограничить возможности для атаки крупных отрядов. Если удастся обосноваться там, у нас будет больше шансов, но пока рано об этом мечтать. Сначала нужно уйти от преследователей.

Но видно где то там, в игровой матрице, видать прислушались к моему внутреннему нытью и несмотря на то что Ладий временами ломался через кусты как носорог, все же столкновенния с недружественным отрядом нам удалось избежать.Я с облегчением наблюдала, как оранжевые точки на карте постепенно удаляются, а пейзаж вокруг начинает меняться.

Но помните, это "Черная Пагода", тут если что -то и меняется то явно не в лучшую сторону.