Черная Валькирия.

                                                          Обен, около 12 лет назад.

 - Наира, нельзя тянуть дальше! Надо принимать решение! – раздраженно заявила пожилая, сухая женщина с постным выражением лица, одетая в платье католической монахини высокого ранга,- через несколько месяцев будет поздно! Мы погубим и Габриэля и подвергнем опасности Горацио! Это счастье, что Готтрины не провели генетическую экспертизу тела, однако они могут спохватиться и провести эксгумацию! Надо решать, Гелл становится опасным! Его нельзя держать больше рядом с нами!

- То есть, дорогая теща, вы предлагаете выкинуть моего старшего сына на помойку, что бы обезопасить младшего? А потом, лет через 10 вы будете настаивать избавиться от Габриэля тоже! Он тоже чистый Гродтон, и проблемы с волосами начнутся и у него! - отреагировал на высказывание дамы худой, болезненно бледный, седой  мужчина, неподвижно лежащий на медицинской кровати в тесной, душной комнате, пропитанной запахами лежачего больного,- так? Геллу только 12, до наступления  возраста, когда поседение волос станет заметным, у нас еще около 2х лет!

- У него уже сейчас появились белые волоски на висках! Вспомните своего предка, Горацио, Гордона, он начал седеть в 10, а к 20-ти годам был уже весь седой! Не всегда поседение наступает в срок. Да, мальчик изображает вашего раба, дорогая Наира, носит ошейник, якобы помогает ухаживать за дорогим Горацио, но пребывание его рядом с ним делает появление белых прядей заметнее и раскроет его происхождение. А Габриэлю до этого еще лет 8, за это время многое произойдет, я надеюсь, умрет старый  Криттон, а Карус, его сын, не так страшен, он больше занят сам собой, своими удовольствиями, чем порядком в стране. Слежку за нами ослабят, уверятся, что мы просто стараемся выжить, сидим тихо, и тогда и Гелла можно будет вернуть, и с Габриэлем решим, что делать! Потом с Габриэлем легче, он не знает о своем происхождении, в отличие от Геллерта, который помнит прошлое и знает, что он принц! Он гораздо резче и непослушнее Габриэля!

- И что же вы предлагаете, Альмира?- Спросила вторая дама, усталая, немного полноватая брюнетка, чуть моложе монахини.

- Все просто, учитывая, что по документам Гелл числится вашим рабом, предлагаю передать его нашему другу, графу Орински, он позаботится о мальчике. Я предварительно с ним переговорила, он не против. А через несколько лет, когда Гелл сможет сам красить свои волосы, мы его перекупим обратно!

- То есть, Альмира, вы планируете продать моего сына? – с возмущением воскликнул инвалид.

- Горацио, нам сейчас самое главное выжить, вырастить мальчиков.

- И как мы будем их растить? Габи в приюте, а Гелла в рабстве у «доброго» графа Орински? Кого мы вырастим? Я понимаю, что права голоса у меня почти никакого, я вам только мешаю, лежу здесь колодой, с удовольствием убрался бы на тот свет, что бы развязать вам руки, но делать из потенциального короля раба – не самая лучшая идея. Почему вы не рассматриваете возможность  вывезти детей на другую планету? Отдали бы Габи на усыновление, и условия у него были бы лучше, чем в приюте, и опасности бы не было!

- Горацио! За Габи я присматриваю, стараюсь воспитывать по мере возможности, а вот Гелла вы совсем распустили! Забиваете ему голову о былом величии Гродтонов!

- Я хочу вырастить из него человека, смелого, честного, способного вести других за собой, а не забитого раба, как вы, видимо, планируете!

- И зачем ему эти качества? Если его схватят, то будущего у него не будет! Не лучше ли пересидеть тихо, переждать, чем погибнуть совсем молодым, вот чему вам надо его учить. Давайте я приглашу графа, вы пообщаетесь, и увидите, что мальчику у него будет хорошо!

На лице у Горацио появилось затравленное выражение,– Приглашайте, черт с вами! Посмотрим, что за тип!

                      Обен, 12 лет спустя.

    -«Как некстати! Первый раз за последний год приснился  хороший сон, и так и не удалось досмотреть до конца»  -  чертыхнулся молодой человек лет 25, проснувшийся от надрывного кашля кого-то из спящих в основном помещении. Он окинул взглядом узкий закуток, отделенный щелястой дощатой перегородкой от остального  наспех сколоченного барака, гордо носившего имя «штабного». В закутке, кроме его койки стоял самодельный стол, несколько колченогих стульев. На столе – карты, несколько книг, пишущие стержни, тарелка с недоеденным куском хлеба. Молодой человек поднялся,  оправил смявшуюся рубашку, натянул защитного цвета теплую куртку, заправил койку тощим шерстяным одеялом, и подошел к треснувшему с краю зеркалу, висящему у двери рядом с умывальником деревенского типа с «пимпочкой». Зеркало отразило молодое, чистое лицо с правильными, красивыми чертами лица, темными карими глазами, трехдневной черной щетиной.

- Надо побриться,- сказал он сам себе тихо, стараясь не разбудить спящих в бараке соратников. Провел рукой по темным, связанным в «хвост» волосам, увидел уже ставшую заметной белую полоску у корней и вздохнул: - Опять красить пора! - Проверил пузырьки на полочке у зеркала, расстроился, что осталось мало краски. Придется посылать кого-то в городок, расположенный у подножия гор, а это очередной риск быть обнаруженными. Он еще раз провел рукой по волосам, решил, что на один раз закрасить корни хватит, а новую краску он заказал Джону, все равно, тот приведет караван с продовольствием через две недели. Лагерь повстанческой армии, укрывшийся в горной долине, куда вела опасная горная дорога, регулярно получал продукты, оружие и новобранцев от подпольщиков, раскиданных по планете, вернее, от их остатков, после разгрома восстания почти два года назад. Но сохранившийся костяк армии давал надежду на повторение восстания, тем более, по словам Джона Ледерна, вожака освободительного движения Обена, появилась надежда на помощь извне. Гелл Тон, принявший командование после гибели старого генерала Штраббе, не давал бойцам расслабляться, тренировки шли ежедневно, хотя, учения по стрельбе проходили редко. Экономили заряды в энергетическом оружии.  Гелл умылся, потянулся, взял остаток хлеба, и вышел из своего закутка. Лагерь просыпался. Кашевары разводили огонь под котлами, топили углем, что бы избежать демаскирующего дыма. Уголь жгли горцы, живущие за перевалом, к которому шла тропа, единственный путь к отступлению в случае их обнаружения. Январь на Обене был одним из холодных месяцев, но погода стояла сухая, солнечная. Так что люди в бараках особо не мерзли. Больше всего раздражало отсутствие известий из внешнего мира – их старенький  декодер к спутниковой антенне приказал долго жить около месяца назад, ни связь, ни видеовизор не работали. Пришлось посылать к Джону курьера, а это всегда риск! Хорошо, что парень надежный, передал все и вернулся целым и невредимым.

     Гелл подошел к котлу, зачерпнул закипевшую воду кружкой, насыпал сбор трав, подождал, добавил холодной воды и с наслаждением глотнул, запивая сухой хлеб. До общей побудки еще было время, поэтому молодой командир присел у костра на бревно и стал вспоминать сон, такой светлый, такой спокойный, такой редкий. Приснилось  детство. Отец ведет его за руку, они входят в спальню к маме, она кормит младенца. – «Вот, Геллерт,- говорит отец, подводя восьмилетнего сына к ней,- это твой младший брат, Габриэль. Теперь тебе будет, с кем играть, когда он подрастет, а так же учить, защищать…»  Мама улыбнулась – « И любить. Перестанешь жаловаться, что у тебя только сестры и то двоюродные»! И в этот момент он проснулся. Вспоминать дальше не хотелось. Гадать, жив ли еще парализованный отец и младший братишка, которого он не видел с того момента, когда передал его на руки бабки Альмиры.  Вот кого не хотелось вспоминать, так это бабок. Предательницы! Он только надеялся, что они не вышвырнули Габриэля так же, как в свое время его! Испугались белых висков. Но вот он, уже какой год красит все волосы, скрывая фамильную примету, и ничего, никто не заподозрил! Неужели трудно было закрасить виски подростку? Бабку Наиру он особо не винил, ей было действительно тяжело, она тянула, как могла, его парализованного отца. Нет, во всех его несчастьях виновата Альмира, иначе матушка Ванесса! Она никогда не любила колючего, гордого, неуступчивого мальчишку, вот и избавилась под первым предлогом.

   Он хорошо помнил тот, последний разговор с отцом. Горацио извиняющимся тоном рассказал, что придумали бабушки, что бы он их всех не выдал. Горестно просил прощения у старшего сына, что не может защитить, сам калека, полностью зависим от окружающих. Говорил, что лучше бы он умер.  Гелл плакал, просил отца не расстраиваться, благодарил за учебу, уверял, что все понимает, не обижается, постарается выстоять. Тем более, граф Орински произвел хорошее впечатление, старик был полностью предан павшей королевской семье, даже разругался по этому поводу с сыновьями, перешедшими на сторону силы. Обещал учить маленького Гродтона всему, чему положено, и свое слово сдержал. Но кто знал, что через год старик скоропостижно умрет?! И что сыновья, понявшие, кто был пажом у отца, боясь признаться, что отец помогал павшей династии, примут решение, спасшее ему жизнь, но обрекшее на такие страдания, что иногда он думал, что лучше бы убили. Они приказали перекрасить его волосы и, не дожидаясь похорон отца, просто воспользовались, что по документам Гелл был собственностью графа, продали юного опального принца, как обычного раба. Дальше вспоминать не хотелось. Гелл решительно встал, вернулся в свой «кабинет» и стал планировать расписание будущих дел на неделю.

    Караван пришел, как положено, Джон не подвел.  Привез  новый декодер и запас фридония энерджи  для генераторов, появилась возможность подзарядить  коммфоны и наладить связь. Гелл поблагодарил Джона, отправил обратно лошадей,  пару больных и травмированных бойцов, а так  же мать с двумя детьми, которых удалось вызволить от жестокого хозяина, помогли всей семье сбежать. Джон привез пачку новых документов, ими и снабдили освобожденных. Отец семейства отказался покинуть лагерь, вступил в ряды бойцов, а его жене и детям нашли теплое местечко на Теллоне, помогать одной вдове, не справляющейся с хозяйством на ферме, которую она категорически не хотела продавать. Билеты на новые имена уже были куплены, чипы должны были перепрограммировать под новую биографию уже на конспиративной квартире около космодрома.  Так что жизнь наладилась.  Еще Джон предупредил, что бы посмотрели сюжет о заседании саммита Унии, через 4 дня, посвященный Обену. Гелл давно подозревал, что связи Джона простираются и на другие планеты. Умнейший мужик. Если удастся свергнуть Каруса, то он первый проголосует за Джона, как за нового президента Обена.  Восстанавливать монархию желания у Гелла не было. Хватит. Свое происхождение он не раскрыл никому, даже Джону. Зачем ему краска для волос объяснял просто – не нравится собственный цвет.  Можно простить ему маленькую слабость? Больше Джон не спрашивал, краску присылал регулярно.

28 января, уточнив время заседания, пришедшееся по времени Обена на полночь, включили видеовизоры и сели смотреть трансляцию заседания Унии.  Сначала выступал император Элланы, потом он пригласил на трибуну светло-русого парня, который, оказалось, пробыл на Обене рабом, около двух месяцев, причем, дальше рабского рынка не попал, его быстренько выкупил тот же император, и увез.  Парень-то оказался принцем Итонии. Интересно, что целый император забыл на Обене?  Но затем Гелл испытал шок. На трибуну поднялся еще один парень, еще моложе предыдущего, и с абсолютно белыми висками. Его представили Габриэлем, последним представителем династии Гродтонов! Брат! Нашелся! Жив! И, видимо, ничего не знает о его существовании. Бабки не просветили? А отец умер. Жаль. Он надеялся все-таки встретиться! Не дожил. Стало горько, но он затолкал эмоции подальше, не хватало еще военному лидеру повстанцев пустить слезу на людях! Трансляция закончилась на самом интересном моменте – начались дебаты по поводу разрешения на вмешательство в дела Обена извне, в связи с вновь выявленными обстоятельствами.  Начался такой гвалт, ругань, уважаемые правители перекрикивали друг друга, казалось вот-вот и дойдет до драки. Поэтому и свернули прямой эфир. Пусть не позорятся на всю галактику.  Тут же раздался вызов по новому, привезенному Джоном коммфону.  Последнее время у Джона появилось подозрительно много дорогих прибамбасов. Один абсолютно защищенный от прослушки  коммфон чего стоил! Такой не у каждого главы планеты имеется. Прослушать и отследить сигнал невозможно, только если внедрить в аппарат жучок, но это модель могла выявить и нейтрализовать внедренного шпиона самостоятельно, и разговор для подслушивающего превращался в невнятное бормотание.

-  Джон!

- Ну как тебе, Гелл, новости? У нас, оказывается, есть законный правитель! Так что монархические планеты нас поддержат.  Получат разрешение, ударят из космоса, а мы изнутри, и конец Карусу! Знаешь, я тебе краску прислал, но, думаю, заканчивай-ка ты дамскими уловками пользоваться! Мальчишка мальчишкой, но Обену взрослый и решительный король требуется, а не это детсадовское недоразумение! Прости, конечно, но я правду говорю.

- Давно догадался?

- Подозревал, что не все чисто давно, посмотрел сейчас на этого Габриэля, и окончательно понял. Ты меня полностью устраиваешь. Недаром прошли вместе и огонь и воду! Медные трубы как-нибудь переживем.

- Знаешь, а я надеялся тебя президентом увидеть!

- Ты пойми, нельзя нам сейчас демократию разводить! Пока всех приспешников  Каруса переловим, пока порядок наведем, ни о каких выборах речь не идет.  В тот же парламент столько сволочи набьётся, хуже, чем при Карусе станет.  Нам одна твердая рука нужна, авгиевы конюшни чистить! Ну, может, две. Премьер-министром возьмёшь? А волосы красить бросай, пусть все видят, кто такой. Еще вопросы есть?

- Я вот что хотел тебя спросить, поведай, откуда у тебя средства появились.  Вон, фридоний притащил, на 10 лет хватит, даже если отопление наладим!

- Ты на 10 лет не рассчитывай!  К весне все начнется. Намечай уже, как мы ударить сможем. Я твои мысли передам тому, кто вторжение на планету возглавит. Он же наш спонсор. Оттуда и коммфоны, и фридоний, и деньги.

- Рискует твой спонсор! Разрешение о вмешательстве еще не дали, они там все три дня ругаться будут!

- У нас все шито-крыто, деньги получил наличными, беспроцентный заем на восстановление моей мастерской, а что там я восстановил – уже мое дело. Фридония у нашего спонсора хоть ложкой ешь, захотел и взял, сколько нужно, никто хозяина не спросит. Так что не волнуйся, нужно будет – еще привезем. А на отопление не траться, лучше заряжай оружие, да стрелковой подготовкой займись.

- Да, Джон, высокие у тебя покровители. И что императору на Обене понадобилось?

- Зуб у него на Каруса, тот его по глупости хотел в заложники взять, император подстраховался, не вышло, но зло запомнил.  Я с ним пару раз встречался, дельный человек. Вон и одного принца здесь выкупил, я его учил, как рабский ошейник снимать,  и второго пригрел, охраняет. В общем, Гелл, готовься.  Нам еще десантников и добровольцев обученных подкинут, и оружия, так что дай Бог, к лету Каруса спихнем! Все, пока! А волосы не крась!

- Понял, спасибо, бандану носить буду, что бы в глаза так не бросалось. До связи!

***

   Джон Ледерн, глава повстанческого движения, положил трубку и задумался. Вспомнился тот день, когда на пороге его мастерской буквально свалился истощенный, измученный парень, с почти обугленной под ошейником кожей, и хрипло попросил помощи. Джон уже тогда освоил технику снятия рабских ошейников без участия владельцев, и уже помог многим беглым рабам, правда, для этого им нужно было добраться до его мастерской с оборудованием, а это могли не все. После удаления от пульта больше, чем на заложенное в программу расстояние, ошейник причинял  невыносимую боль, ожоги, или начинал  медленно душить, то есть делал то, что заложил в его программу хозяин. Не каждый взрослый, здоровый мужик мог выдержать. Мальчишка смог. Ошейник он снял, шею подлечили, чип заменять не пришлось, он был чистым, без рабской отметки, только показывал сокращенное имя. Полное – только с разрешения носителя. Парень не разрешил.  Мальчишку  с «пегими» волосами откормили, и отправили к генералу Штраббе, начавшему собирать повстанческую армию в горах. Тогда Джон посчитал седые пряди следствием издевательств бывших хозяев, но  теперь он догадался, что это означает на самом деле. Как и нежелание раскрыть полное имя. Что же, видимо, само Божье провидение сжалилось над многострадальным Обеном, и послало будущего короля к нему,  Джону! И почему он раньше не догадался! Все же лежало на ладони, и стремление скрыть цвет волос, и знания, недоступные простым рабам, и поведение, и манеры, недаром старый генерал называл своего ученика «аристократик». Тоже, наверное, догадывался. Сообразили бы раньше, может быть, уже и Каруса бы не было, а то на все просьбы в Совет Унии убрать зарвавшегося узурпатора получали ответ: Готтрины естественные преемники Гродтонов, Карус правит законно!

   Гелл держа коммфон в руке, задумался. То, что говорил Джон о выборах, похоже, правильно. Неужели придется скидывать маску?! Маску, которая спасала его столько лет и уже практически срослась с его лицом? Честно проанализировав ситуацию, понял, что править хоть Обеном, хоть его частью совершенно нет желания. Хотелось спокойной жизни, без вечных волнений, ожидания ловушек на каждом шагу, боев, смертей, грязи как обычной, так и человеческой. Хотелось просто счастья, любви, покоя. Но было ясно, что путь к этому тихому счастью лежит именно через опасности, кровь, смерть. И еще неизвестно, выживет ли он. Поэтому оставляем мечты и следуем древнему девизу, прочитанному еще в беззаботном детстве - «Поступай, как должно, и будь что будет»!

                                                    Обен, Терра.

   Однако была еще одна проблема. Брат. Который, видимо, о нем и слыхом  не слыхивал. Бабки вряд ли рассказали, как от него избавились. И что делать, если Габриэлю уже внушили, что король – он, тот в это твердо уверен, но большинство народа вряд ли его поддержит, он никому не известен на Обене, жил тихо, в приюте, власти не обучен. Поэтому народ выберет скорее молодого, но уже проявившего себя ученика легендарного борца с режимом Штраббе, тем более, тоже королевского происхождения, да еще поддерживаемого еще более легендарным Джоном Ледерном. Того, который в свои 23 года сумел спасти от разгрома большую часть армии повстанцев после гибели генерала, увел в горы, в безопасное место. Но  не воевать же с собственным братом. Надо как-то встретиться, поговорить, объяснить, что он только наведет порядок на планете, побудет фактически, регентом, а потом с удовольствием уступит власть брату, а сам, наконец-то отдохнет и займется устройством своей жизни. Пойдет ли Габриэль на такую простую и честную сделку? Каким он вырос? Растила-то его Альмира! Не дай Бог, воспитала по своему образу и подобию! Тогда только противостояние! Выкормышу  Альмиры отдавать планету нельзя! Это почище Каруса будет! Он совсем не знал брата, а тот его. Последний раз они виделись в тот жуткий день переворота, врезавшийся в память на всю жизнь.

   Похоронная процессия. Хоронят деда. Отец, Горацио I, еще не коронован, до похорон неприлично, но маленького Геллерта уже называют «Ваше Королевское Высочество», он уже кронпринц. Вслед за гробом вся родня втягивается под своды склепа.  Дальше, вместо чинной церемонии – шум, крики, кровь. Откуда-то выскакивают вооруженные люди, набрасываются на скорбящих родственников. Белая, как смерть мама дергает его за руку, всовывает в руки братика, и, приоткрыв потайной выход из склепа, приказывает Геллу: – Беги, беги, спасай брата! Быстрей!

- Мама, а ты, ты с нами?

- Нет, Гелл, я постараюсь вытащить Горацио! Беги, я говорю! К бабушке, к Альмире, она не принимает участия в похоронах!

Гелл подхватил захныкавшего брата, выскочил из склепа, метров 100 бежал по подземному ходу, они выбрались на лесной поляне, у разрушенной часовни. Он попытался сориентироваться, где они, прикинул, что бабушкино имение, где-то в 5-6 километрах на юг, перехватил младшего брата, слава Богу, молчащего, и побежал, ориентируясь по солнцу.  Габриэль был тяжел для 10-ти летнего мальчишки, но он упрямо тащил брата, пока тот не запросился «на горшок» Остановились, сделали дела, он поправил Габриэлю костюм,  отдал найденный в кармане леденец, что бы, не дай Бог, не разревелся, и предложил погулять по травке. Тот прошел метров 100, и встал. Сил нести на руках тяжелого, полуторагодовалого ребенка не было, а они все еще не отошли далеко от аббатства, где и находился фамильный склеп. Гелл не был наивен, он понимал, найдут – убьют! А эта мелюзга идти не хочет. Руки уже отваливаются! И тут его осенила идея!

– Габи, давай поиграем в лошадки! – предложил он, - садись ко мне на спину!-
Так нести было легче. И к концу дня, невзирая на остановки «на горшок», просьбы поесть и попить, капризы, Гелл дотащил брата до бабушкиной усадьбы. Повезло. Герцогиня гуляла в саду. Увидев появившихся ниоткуда оборванных, грязных внуков, сразу заподозрила неладное и позвала преданную только ей компаньонку. Детей вымыли, накормили, уложили спать в садовом павильоне, Гелл отключился, как только голова коснулась подушки. Проснулся уже один, Габи унесли, на шее ошейник. Бабушка предупредила – в имении полно людей Каруса, их ищут, поэтому он ее личный паж, раб, зовут Робин. Его мать – прачка Дейзи в родовом замке на Акрейских островах, а он прислуживает герцогине с 6ти лет! Заставила повторить все несколько раз, переодеться в рабскую одежду и ни в коем случае не поднимать глаза на присутствующих.  На вопрос о Габи бабушка сказала, что очень удачно, что у нее как раз собралась группа сирот для отправки в приют, который она курирует, Габи просто присоединили к детям. Потом ему пришлось с каменным лицом присутствовать на беседе бабушки и командира отряда, обыскивающего имение. Он чудом удержался на ногах при известии о смерти матери, только уронил бабушкин веер, за что получил подзатыльник, и больше не ошибался. Его не узнали, отряд уехал, и Гелл понял, что детство кончилось.  К старой жизни возврата нет.

 – Хватит воспоминаний, тем более, они еще не самые страшные! - сам себе приказал он, встряхнулся, и пошел к себе, дав приказ молодому бойцу, исполняющему при нем обязанности порученца, утром собрать командиров отрядов на совещание.     
***                                                                                      

- Ну, слава Богу, закончилось! Договорились! Сколько энергии, сколько экспрессии, когда все и так ясно!- так Эльриан прокомментировал окончание скандального саммита Унии. Скандального до такой степени, что приходилось прерывать прямую трансляцию, неслыханное дело!  Но решение нужное приняли. Разрешили поддержать законного наследника, вмешаться и силой отстранить узурпатора!  Теперь надо собрать коалицию планет, связаться с Джоном Ледерном, выработать план совместной атаки и действовать! Плохо то, что Карус обо всем осведомлен, начнет готовиться, но против превосходящих сил объединенных планет ему не выстоять! К Джону надо отправить кого-то незаметного, под прикрытием, сейчас Карус будет землю рыть, что бы выявить подпольщиков, не дать поддержать вторжение изнутри. Надо поговорить с Эльфредом, и стариной Герхардом, найдут нужных людей!

- Ну как, мальчики, не так страшен черт, как его малюют? – обратился император к «мальчикам», двум принцам, сидящим в авионе семейства Лански напротив императора. Летели в Ораниенбаум, в резиденцию Лански, родни императрицы Аннабель. Повидаться с тестем, поговорить о делах.  Альберт умный человек, наверняка что-то посоветует! Заодно планировалось забрать на Эллану Элеонору, у которой начались каникулы. Затем, в середине февраля собирутся на Харре все, намеревающиеся принять участие в коалиции главы планет, согласуют выделенные военные силы, проведут учения для слаживания, и для согласования действий с внутренней оппозицией на  Обене. И тогда в апреле можно предъявлять Карусу ультиматум – непременное условие Унии. Заведомо провальное, но обязательное.

  Оба принца, отлично выполнившие свои роли, были погружены в свои мысли. Ронгвальд думал об отложенной свадьбе, не ошибся ли он,  неизвестно, как пройдет восстановительная операция и в каком стоянии он окажется после! Выход подсказала история, рассказанная Миланой о двух свадьбах Эльриана. Вот и выход. Они поженятся тайно, а на официальной церемонии просто приложат руки к идентификатору вместе, что бы загорелся зеленый огонек. Так он и Эви прикроет, и сам пойдет под скальпель хирургов с чистой совестью! Габриэль надеялся на встречу с Элеонорой. И еще его мучила одна мысль, которой он хотел поделиться с Эльрианом, но наедине.

***

  Элеонора ждала отца с некоторой опаской, что было для нее необычно. Чаще всего отец позволял ей небольшие вольности, но в пределах определенных рамок поведения. Ее нынешнее деяние перешло все очерченные семьей границы. Она, узнав о намечающейся военной компании против диктатора Обена, сменила специализацию, не то, что бы она совсем ушла от психологии, но изменила ее направленность.  Перешла на обучение на кафедру военной психологии, Это означало, что к обычному изучению психологии прибавлялась военная тематика, и военные дисциплины.   Занятия военным делом неожиданно увлекли девушку. Она и раньше не избегала физических нагрузок, поэтому занятия физподготовкой были для нее не обременительны, и она не только обгоняла своих соучениц, но и некоторых представителей мужского пола. Стреляла она великолепно, ведь ее учил сам Джанни Риекки, который был снайпером не только во время воздушного боя.  Психология с военным уклоном подразумевала борьбу с посттравматическим синдромом у военных, так же психологи помогали адаптироваться в коллективе,  необходимости подчиняться дисциплине, и многому чему. Теперь ей стало понятнее состояние Ронгвальда.   Но специальность военного психолога подразумевала службу в воинских частях и первая практика должна была состояться уже этим летом. Элеонора прозондировала обстановку и узнала, что для прохождения практики, набирают добровольцев в части, готовящиеся к операции на Обене. Принять участие в настоящих боевых действиях было заманчиво, к тому же это было связано с родной планетой Габриэля, что тоже было заманчиво. Срок заявок истекал, и она, не советуясь с семьей, подала заявление, как отличница она имела преимущество и была определена на практику в воинскую часть добровольцев, готовящуюся принять участие в военных действиях на Обене. Как она расскажет об этом отцу, она не представляла. От матери решила скрыть. Еще не дай бог, у нее пропадет молоко от такого известия! Поэтому она ничего не сообщила и деду с бабушкой, считая правильным сначала переговорить с отцом.
***

   Габриэль, наконец, смог подловить  вечно занятого  Эльриана в авионе, по дороге в резиденцию Лански. Потом, у родственников, у императора совсем не будет времени. Он попросил о беседе наедине, извинившись перед Роном, что разговор сугубо личный. Эльриан решил, что речь пойдет об Элеоноре, Ронгвальд подумал так же и спокойно оставил Габриэля наедине с Эльрианом, присоединившись к охране императора, бурно обсуждающих, как не дать своему подопечному лично ввязаться в компанию на Обене.

- Что, может?- удивленно спросил Ронгвальд. Его уверили, что боятся, что может. Зная характер Эльриана, вполне, да еще на истребителе!

***

  Габриэль же с начала разговора огорошил императора, спросив не об Элеоноре, а о том, как найти человека на Обене, если его продали в рабство.  – Вы же Ронгвальда смогли разыскать!- добавил он.

- Габриэль, Ронгвальду повезло, я его встретил чисто случайно. А до этого мы его искали совершенно безуспешно. Видишь ли, торговцы живым товаром часто не регистрируют сделки через специальный реестр, просто вводят имя хозяина в пульт от ошейника и пишут купчую. Таким образом, найти конкретного раба иногда практически невозможно. Этим пользовался один мой приятель, он освобождал рабов от ошейников и заменял документы, и они спокойно жили или покидали планету. А почему тебя это волнует?

  - Видите ли, при последнем разговоре отец попросил меня выполнить его последнюю просьбу. У меня, оказывается, был старший брат, он на 8 лет меня старше, ему сейчас около 25 лет. Как рассказал отец,  он в момент покушения меня спас.  Мама выпустила нас из склепа, где во время похорон деда на семью напали люди Готтринов.  Мы убежали через потайной ход. Брат дотащил меня до имения бабушки, мне было полтора года, я капризничал, не хотел идти, он меня на спине тащил, а я думал, в лошадки играем, скакал, мешал ему.  Меня сочли мертвым, бабушки нашли подходящий труп, а его объявить мертвым не смогли, меня отправили в приют, а он остался у второй бабушки, Наиры, она за отцом ухаживала. Что бы его скрыть на него одели ошейник раба, и он изображал бабушкину прислугу, помогал за отцом ухаживать, а тот его учил. Документы ему сделали, подложные. Никто не заподозрил, но уже в 12 лет у него стали белеть виски, Альмира, это она уже Ванессой стала, забила тревогу, стола требовать отослать Гелла, его Геллерт звали, из семьи, что бы он всех не выдал. Нашла способ - передать его, по фальшивым рабским документам одному старику, графу, верному старой династии. Отец возражал, но что он мог сделать, полностью парализованный! Бабушка на своем настояла. А тот  старик взял и умер скоропостижно. Его сыновья увидели Гелла, поняли, кто он, испугались и продали по подложным документам, но уже по-настоящему! Так он и пропал, и до сих пор никаких известий о нем нет. Отец просил меня узнать его судьбу. Он так и не оправился после этого происшествия, все корил себя, что не настоял на простом решении – просто перекрасить волосы, а потом постоянно подкрашивать. Ведь если он жив, то настоящий король Обена он, он старший!

  Эльриан сидел, потрясенный этой историей. Оказывается, эта бабка, Ванесса, или Альмира переплюнула даже его мать, Иоанну!   Расчетливая гадина! Поняла, что воспитанный отцом мальчишка, сознающий свое происхождение, не будет покорной игрушкой в ее руках и постаралась избавиться от «лишнего» внука, убедив вторую бабку в угрозе жизни для нее и ее парализованного сына. Сделала ставку на забитого, покорного приютского мальчика. Стерва!

- Прости, Габриэль, но обрадовать тебя не смогу. Считай, что на 90% твоего брата нет в живых. Это чудо будет, если он выжил, и, скорее всего, это означает, что его сломали окончательно.  Домашний мальчик, которого никто в жизни ни к чему не принуждал, пальцем не смел тронуть, оказался в полном аду, без прав, беззащитным, в руках жестоких хозяев. Вон, спроси Рона, каково ему было. А он очень сильный человек!  И взрослый! Седеющие волосы никто рабу перекрашивать не станет, так что опознали, и хорошо, если просто убили, не издевались. Получается, твоя  бабка Альмира еще хуже, чем ты думал.  Отправила внука на верную смерть. Ясно же, старик  ненадежный хозяин, в любой момент может или умереть, или слечь, и парень останется без защиты. Но мы постараемся узнать его судьбу. Ты мне напиши, от кого его продали и примерную дату, а так же, если знаешь, под каким именем. Не продавали же как Геллерта Гродтона! Захватим Обен, начнем поиски, обещаю!

***

  Проблема второго, возможно выжившего, Гродтона недолго волновала Эльриана.  Он связался с Джоном, попросил выяснить судьбу проданного 12 лет назад парня, и занялся своими семейными проблемами. Даже не обратил внимания на небольшую заминку Джона после того, как он услышал его просьбу. Дочь преподнесла такой сюрприз, что он  на несколько минут лишился дара речи, что ему было совсем несвойственно. То, что Элеонора выбрала специальность военного психолога, не страшно, Но то, что она напросилась проходить практику в условиях реальных боевых действий, на Обене!  Это уже никуда не годится!

- Нора, ты рехнулась? – совсем не литературно выразился Эльриан,- Что тебе в голову ударило? Военный психолог, ладно, это нормально, но практика с десантниками, на Обене? Что это такое? Ты решила нас с матерью с ума свести?

- Не с десантниками, с добровольцами. У десантников с психикой все в порядке, нервы как канаты, а вот добровольцам, бывшим штатским, психолог требуется!  И с местным населением, с бывшими рабами поработать придется!  Вспомни Ронгвальда после Обена!

- То-то ты от него шарахалась, как от прокаженного, забыла, а там ситуация гораздо хуже.  Рон все-таки воспитанный  был, а там совсем народ «от сохи», дикие люди, да еще озлобленные, изувеченные, ты же сама говорила, что не терпишь уродства, тебе нужно все идеальное.

- Ты прав, папа, но именно поэтому я и выбрала Обен! Пора заканчивать с моим чистоплюйством! Принцессочку на горошине из себя воображать. Я все же твоя дочка, и на  Обен у меня свои планы!  Я уже из-за глупого предубеждения такого человека потеряла! Своими руками отдала! Ронгвальд тогда потому  к Эвелине потянулся, потому что ее отношение, сочувствие ее ощутил. А если бы я в то время с ним встретилась, понял бы мою брезгливость, и все равно отшатнулся от меня, только с последствиями для своей психики. Так что клин клином вышибают!

- Ты, значит, на Габриэля нацелилась? Нравиться?

- Габриэль? Пока не знаю, да ты и сам говорил, «нравится» - не критерий выбора спутника жизни. Что-то он во мне трогает, хочется заботиться, оберегать, утешать.

- То есть чувства твои больше материнские! Ну, хоть что-то! И на трон Обена нацелилась?

- Надо же на планете порядок навести! Габриэль с этим один не справится! А у меня, ты сам говорил, твой характер, меня с пути не собьешь!

- Знаешь, я тебе не говорил, но планировал изменить закон о престолонаследии на Эллане. Убрать одно, вернее два слова. Вроде все то же, а вместо «Первенец мужского пола» становится просто, «первенец». Поняла, что это значит?

- Ты хотел отдать Эллану мне?

- У тебя такое лицо, не пойму, ты что, не одобряешь? Эдвард возражать не станет. Его власть пугает.

- Прости, папа, я, конечно, с Элланой бы справилась, но неинтересно. Все отлажено, все работает,  скучно. Только что повоевать с наиболее консервативными представителями власти, так их прижать, так, что бы не пикнули, просто! Скучно. Вот навести порядок в таком бардаке, как Обен, Это да, это интересно и захватывающе! Постой, ты же поэтому мне присматривал не единственных наследников, а лучше вторых-третьих сыновей?  В консорты подбирал? И на Рона глаз положил, потому, что он тебе таким мягким, слегка ленивым показался, и для Итонии у них Ренне имеется!  Так? А когда он с таким непримиримым, твердым характером оказался, ты его Эвелине сплавил! Я права? Старый интриган, вот ты кто!

- Ну, почти, - слегка смущенно ответил Эльриан,- при таких характерах у обоих у вас не личная жизнь была бы, а постоянное поле битвы. Побоялся за твое счастье. Прости.  Кстати, ты знаешь, что у твоего Габриэля старший брат был?

                                                Терра, Обен.

   -  Старший брат? Почему тогда эта бабка, Ванесса, кричала, что Габриэль последний Гродтон? Она что, не знала? Откуда же тогда ты знаешь?

- Габриэль сам рассказал, его отец перед смертью просил узнать, что с ним стало. Эта самая Ванесса уговорила семью передать внука, изобразив из него раба, какому-то преданному старику, так как мальчик мог выдать их своими седеющими волосами. Старик помер, сыновья его не были столь преданными, испугались, и парня продали неизвестно кому. Семья о нем ничего не знала.

- Ничего себе, как же отец такое допустил?

- А что мог сделать парализованный инвалид? Которому почему-то позволили жить! Его мать побоялась, что узнав о сыне, ему Готтрины жить не позволят, и согласилась.  И парень пропал. Наверняка раскрыли и уничтожили! Но если он сумел выжить и не сломаться, то у Обена появится король, который твоего Ронгвальда за пояс заткнет! Что делать будешь?

- Возможность выжить у этого претендента минимальная, так что посмотрим, во-первых, выжил ли, во-вторых, что собой представляет,  и годится ли в короли! И потом у меня есть возможность вернуться к твоему плану по вычеркиванию двух слов, а Габи будет консортом! И, почему Рон мой? – Улыбнулась Элеонора.

- Потому, что ты первая на него внимание обратила. Не познакомила бы меня с ним, пропал бы парень!

- Значит, ты простил мне будущую поездку на Обен?

- Посмотрим, вернешься целой – прощу. Что с матерью делать будем?

- Ничего себе, вариант: - «Утонешь – домой не приходи»! Попробуем как-то сообщить в смягченном варианте. Ну, вроде того, что я участвую, почти при штабе!

  В этот момент раздался вызов по коммфону императора. Тот ответил.

- Эктор? Да, все в порядке, спасибо! Что? Прилетел со мной, здесь, на Терре! Сейчас дам задание найти, наверное, отдыхает, перенервничал. Что случилось? Проверить программу? Нет нужной мощности? Хорошо, скажу, он с тобой свяжется, да, да, срочно, понял! Элеонора, пожалуйста, пошли робота поискать Ронгвальда, там у Эктора проблемы с испытанием двигателя! Сейчас, уже пошли искать. Хорошо, отправлю, если еще помощь нужна, сообщи! Что? Специалист - химик по топливу? Надежный? Подожди, подумаю. Есть! Почти член семьи, только молодой и на Эллане.  Привезем, два дня, я сейчас свяжусь, предупрежу и код коммфона скину тебе! Удачи!

 Император сделал еще один вызов по коммфону. Ответили.

- Милана, здравствуй, да, я, по делу! Твоя дочь же окончила Технический Университет? Химик – технолог топлива для космолетов? Отлично! Где? На Истриме? Отлично, сейчас соединюсь с Роджерсом, попрошу срочно откомандировать ее на спутник Марса, Фобос, на опытную базу компании Грассов! Эктору нужна помощь. Да, спасибо, все прошло хорошо, я тоже рад тебя слышать, скинь код ее коммфона! Я его Эктору перешлю, он обрисует проблему! Да, так даже лучше, лови! Спасибо!

- Что-то случилось?

- У Эктора двигатель не выходит на проектную мощность, просит Рона проверить программу, и найти специалиста по топливу, так как подозревает, что причина в нем, а местные уверяют, что все в норме.  Вот. Помог.

- Простите, Эльриан,- в  дверях возник еще не до конца проснувшийся  Ронгвальд, - слышал последнюю фразу, но проверять лучше на месте, могла быть ошибка при загрузке программы! Можно меня туда переправить?

- Сейчас свяжусь с Рудольфом, у них постоянно челноки курсируют. Переправим. Так Петербург и не посмотришь!

- Мы с Эви все равно планировали в свадебное путешествие поехать, на белые ночи. Зимой не интересно!

- Хорошо, сейчас организую отправку!

***

    После известия о решении Унии Гелл не вылезал из своего «штаба». Меры безопасности усилили, Карус не мог не воспользоваться отсрочкой и не попытаться разгромить силы повстанцев до начала боевых действий коалиции. Поэтому срочно пришлось перебазировать армию за перевал, к горцам, которые недолюбливали Каруса, особенно в силу принятых у них религиозных традиций. Снова пришлось строить, правда, весь материал перевезли с собой, горцы деревом дорожили, и рубить лес, кроме как на уголь не позволяли. Но теперь у армии был фридоний, и готовить можно было на нем. Правда, это было нечто вроде забивания гвоздей микроскопом, но зато не демаскировало лагерь.  За этими хлопотами было некогда продумать план выступления вместе с атакой сил коалиции.  Над этим планом, освободившись от текущих дел,  Гелл и сидел практически целые сутки напролет, засыпая только тогда, когда совсем сон сваливал с ног, спал часа два и снова к картам! Постепенно стало складываться нечто связное! Что бы перестраховаться, поднял свои старые записи, которые он вел во время прошлого, неудачного выступления, Перечитал, стараясь понять ошибки, что бы не повторить их в будущем, и тут его осенило! Он понял одну из причин прошлой неудачи! А в этот раз она могла стать решающей!

  Гелл схватил коммфон, и срочно соединился с Джоном.

- Приветствую великого стратега! – весело отозвался Джон, - как у тебя дела, план готов?

- Почти, остались мелочи, но Джон, мы чуть не наступили на те же грабли, что и в прошлый раз! Но теперь это были бы не грабли, а граблищи!

- Что такое?

- Я проанализировал всю прошлую компанию, и знаешь, что понял? Мы почти не пользовались поддержкой у основной массы населения! Сложилась ситуация, когда мы сами по себе, а простой народ в стороне. Нам даже продовольствие приходилось или покупать, или отбирать, что не увеличивало нашу популярность.  Мы почему-то решили, априори, что народ весь против Каруса! Да, большие города против, да, рабы против, а в глубинке, в сельской местности на нашу борьбу плевать, им главное тишина, стабильность, и что бы их не трогали!  Для них мы были бунтовщики, нарушители спокойствия, против Богом данного правителя выступаем! Поэтому у нас и данных разведки было, кот наплакал, действовали вслепую.  А сейчас Карус включит еще один фактор – инопланетную оккупацию. И объединит народ вокруг себя! И получим мы кровавую бойню, придется селами и городками народ вырезать, так что окажемся злодеями, хуже Каруса. Смотри, трансляцию заседания Унии на Обене официально не включали, ее видели только те, что знали о ней и имели свои антенны связи, а это народу недоступно! Нам надо срочно  начать пропаганду за нас. 

- А знаешь, ты прав, обыватель нас поддержит, только, если его интересы Карус крепко прижмет! Надо продумать компанию против него. Можно пока на уровне слухов. Предложения есть?

- Во-первых, рассказать народу о спасшемся законном наследнике, и что его поддерживают другие планеты! О том, что принц жил все время на Обене, знает о нуждах народа с самых низов, снизит налоги, отменит рекрутские наборы, назначит пособия для бедноты, заставит банки снизить ставки по кредитам. Напомнить, как хорошо жили при Гродтонах.

- Постой, ты это о себе?

- Нет, манией величия не страдаю, бодаться с братом пока не собираюсь. Обо мне союзники не знают, и пусть не знают подольше! Но и обманывать не будем. Говорим обезличено. Все это можно применить как ко мне, так и к брату!  Дослушай! А теперь о настроениях, то есть во-вторых! Пустим слух о непопулярных мерах, которые убийца Готтрин хочет ввести. Это повышение налогов, всеобщая мобилизация, военное положение, комендантский час, увеличение дорожных сборов, всеобщий контроль и доносительство, огромные права у тайной и обычной полиции. Хорошо бы наладить вещание  одного-двух нелегальных каналов, базирующихся на спутниках, организовать рассылки по коммфонам, в общем, вызвать панику и недовольство Готтринами. Да, еще вспомнить, что у Каруса нет наследников, а с его вкусами, вряд ли они появятся!  А тут, молодой, горячий правитель, к которому принцессы, да и просто бабы в очередь выстроятся! Наследник – это стабильность на планете. Народ на такое падок. Подпустить в трактиры, на ярмарки своих людей, аккуратно заводящих разговоры и сеющих панику. В общем, сделать нас радетелями за простой народ и спасителями планеты. Без этого легко не победим!

- Вот, я же говорил, ты готовый король. Я бы ни за что не додумался. Завтра же, нет, сегодня продумываем план, время у нас есть, факты если не найдем, то придумаем. Попрошу спонсора организовать трансляцию из космоса, как бы мы хорошо жили, если бы не было Каруса. Ну и фактов горячих против него подкинем, там, вдов рыдающих, матерей. Твои бабушки не присоединятся?

- Можно использовать Наиру, но только не Ванессу! Она слишком властолюбива, для своей выгоды кого хочешь продаст!

-Это ты о себе?

- И о себе тоже. Но не будем о личностях. Действуем!

- Понял. Ваше Величество!

- Заткнись, о деле думай, власть потом разделим, когда делить будет что!

***

Эльриан не подвел, быстро прислал Ронгвальда, тот проверил программу, все правильно, но решил еще раз ее перепроверить и засел за компьютер. Эвелина приехала с ним, сидела тихо, не мешала, обдумывала поданную идею тайного брака, и склонялась ее одобрить. Через два дня прибыл обещанный специалист-химик по топливу. На удивление довольно молодая дама, лет 28-ми, рыжеватая, в очках в модной оправе, отрекомендовалась леди Юнни, и сразу же приступила к делу – взяла пробы топлива и засела в лаборатории. Эктор еще раз проштудировал все расчеты, пересмотрел все узлы, еще раз запустил двигатель – все впустую! Мощности так и не было! Он уже собрался ставить крест на деле всей своей жизни, как в его кабинет влетела химичка в заляпанном реактивами халате, слегка растрепанная, но ужасно милая.

- Ваше Высочество, - безо всякого приветствия спросила она,-  откуда вы брали топливо для испытания моделей?

- Как обычно, с завода на Истриме!

- А здесь, на Фобосе, где?

- Так из местных запасов, здесь и хранящихся!

- Посмотрите, на энергетическое число топлива с Элланы и местного,  какая  разница! Фридоний с Элланы более высокого качества! Я привезла пару емкостей для сравнения! Давайте, попробуем заменить топливо, только придется промыть всю систему! Это долго, не менее суток! Топлива я привезла немного, но на один пуск хватит!

  Эктор собрался, вызвал техников, раздал указания, сомневающимся пригрозил гневом Рудольфа, и работа закрутилась.  Леди взялась сама проверять, как выполняются все указания, и к утру двигатель был готов к новому пуску. Появился и Ронгвальд, убедившийся в правильности и надежности программы. Его пригласили присутствовать вместе с Эвелиной. Запустили двигатель на стенде. Мощность возрастала  очень быстро, достигла расчетной практически за две минуты, Эктор дал команду увеличить ее до межгалактической – успех! Постепенно начали снижение мощности, двигатель прекрасно реагировал на команды, и вскоре выключился.

-«Достигнута условная скорость на два маха ниже световой!»- объявил механический голос следящего устройства.  Что творилось потом, Эктор запомнил плохо, его порывались качать, Ронгвальда и леди-химика тоже, Рон сбежал, а леди с визгом все-таки взлетела несколько раз к потолку.  Это была победа! Оставались еще многочисленные пуски, исследования всех параметров, но это уже рутина. Потом Эктор пригласил всех отпраздновать событие, отправились в ресторан. Леди Юнни сидела рядом с ним, и ему впервые в жизни было так легко и спокойно рядом с женщиной.

                                      Обен, Харра, Терра.

   План компании был разработан, пропаганда началась, по планете поползли  слушки  и о мобилизации, и о налогах, и об ужесточении наказаний за инакомыслие. Помогал еще и неудачный прошлый год, когда засуха буквально выжгла поля, Карус не озаботился внедрить систему гарантированного земледелия, это же траты! А денег на нее у большинства крестьян не было. Соединяться в артели и кооперативы для сложения средств на закупку диктатор недальновидно запретил, боясь отдать инициативу в руки крестьян.  Цены на хлеб взлетели, в некоторых провинциях уже был голод, до весны не дотягивали, забивали скот, что бы не сдох от голода, засаливали мясо, потому, что цены на него упали катастрофически, а холодильников не хватало, так что и объективные причины недовольства были, а их еще умело подогревали. Гелл дорабатывал последние детали своего плана, основные пункты. Мелочи и согласования приходилось оставить до встречи с командованием коалиции. Армию решили больше не пополнять,  лучше небольшая, мобильная единица из проверенных бойцов, чем огромная орда плохо обученных, необстрелянных новобранцев. Из вновь прибывших формировали небольшие, мобильные группы, сформированные «по интересам». Например, из охотников формировали отряды разведчиков, следопытов и снайперов, из шахтеров – саперные части, и так далее. Готовность была назначена на конец мая. Джон сообщил, что коалиция сформирована, из 12 планет, причем в нее вошли даже три «демократические». Сейчас определятся с силами, которыми коалиция располагает, с командованием, и прикинут примерно план компании. В конце марта выдвинут ультиматуим  Карусу: - Если он добровольно передает власть настоящему наследнику, то ему разрешат сохранить семейные капиталы, выбрать планету для проживания из предложенных, и, после церемонии передачи власти, покинуть Обен со всеми членами семьи и домочадцами. В противном случае начнутся боевые действия, и отвечать Карусу уже придется, как межпланетному преступнику. Срок – месяц со дня предъявления. Боевые действия решено открывать не сразу, а примерно через месяц после отказа Каруса, что бы и он, и его министры, и войска «перегорели» в ожидании. Конечно, это увеличивало опасность для внутренней оппозиции – скрываться приходилось дольше, но и время на подготовку увеличивалось, а если Карус начнет лютовать, хватая всех подряд по первому подозрению, то это только уменьшит его популярность и так невысокую, и увеличит число сторонников повстанцев. Джон предупредил, что надо подготовить небольшую площадку для посадки десантных модулей.  На них привезут новейшие образцы оружия и инструкторов, а они с Геллом будут переправлены на один из космолетов коалиции для военного совета, который состоится прямо на орбите. Оставалось ждать и готовиться.

***

   Коалиция  неожиданно разрослась, надо же, 12 планет. Эльриан примерно ждал, кто в нее вступит, Наджар – тут он даже не сомневался, те более харрцы – прирожденные воины, без драки они скучали и начинали приносить неприятности своему эмиру. Велизарий, хоть и стар, но тоже отличный вояка, в свое время снес с поверхности соседа Руана, Зондера целое пиратское государство, основав империю из двух планет, к  тому же Наира – его сестра, так что это дело семейное.  Итония – тут явно желание Рейнджера отомстить за Ронгвальда. Паванна, ну куда же без Виттории, а сынок у мамы послушный, да и флот у них один из лучших. Удивил Синнар, тетка Эльса заставила Ингвара  тряхнуть стариной, да и сыновья подросли, охота мускулами поиграть. Калле, тут вопросы.  Пожилой Роджер, даром, что на протезе, мужик решительный, правда, ни армии, ни военного флота, зато много грузопассажирских звездолетов, обещал обеспечить логистику. И на удивление – Морион, Галлея и Альбион, демократии. Морион понятно, связи его военных с Элланой идут еще со времени его так и не законченной учебы, сейчас решили попытать счастья, доказать, что не зря взялись учить полгалактики боевым действиям в космосе. А вот за остальными двумя надо присматривать. Капитал никогда не полезет в предприятие, если не почует выгоду. Знать бы еще, чего им нужно на Обене? Разочаровала Элисабель. Сестра не стала рисковать покоем своего Джеронимо, ну  ладно, сил и так хватает. К тому же она обижена за Ритару, а зря. Там все решил Ронгвальд.

    Провели совещание на Харре, единодушно выбрали  командующим Велизария, а главой коалиции его, Эльриана.  Велизарий, тут все ясно, у него большой опыт в ведении боевых действий непосредственно на поверхности планеты, а вот он сам в руководители не рвался, значит, просто из уважения. Что же, приятно, что ни говори! С Харры  Эльриан увозил маленькую Гюзель. Гюльнара, жена Фреда попросила привезти племянницу, а Наджар попросил постараться пристроить ее на учебу. Гюзель совсем не походила на свою сестру, свадьбу которой с Джеймсом  собирались праздновать осенью.  У нее была светлая голова, и хорошие способности к математике.  Может, соединить их с Ритарой, которая поступала на Космический факультет, готовящий  специалистов по обслуживанию жизнеобеспечения космического корабля, хотела освоить логистику. Ее свадьба с Эдгаром была назначена на август, Эльриан надеялся, что к этому времени они закончат на Обене и он  сможет поприсутствовать.

***

   Элеонора почти все каникулы провела с Габриэлем, помогала в учебе, пыталась что-то выяснить об Обене, об обычаях, но была разочарована – приютский ребенок очень мало знал о своей планете, только в пределах школьной программы. Из приюта их не выпускали, конечно, мальчишки сбегали, но за ним следили особенно, так что его в компанию старались не брать. Знали, возьмут – обязательно поймают и всех перепорют! И вот, как такой будет править?

Ультиматум был отослан, ждали ответа. Габриэль как-то узнал, что Элеонора будет на практике в войсках коалиции, и попросил ее постараться узнать  хоть что-то о его пропавшем брате. Прямо сказал, что понимает, императору будет некогда, а она будет среди народа, может кто-то что-то знает! Элеонора обещала, и с этим уехала. Занятия возобновились, уезжавших на практику на Обен готовили отдельно, учили выживанию, маскировке гоняли по всем воинским дисциплинам без пощады. К вечеру Нора еле доползала до кровати, а тут Этельберта! Тетка щебетала о чем-то своем, художественно-возвышенном, а Элеонора не могла ей объяснить особенностей своей учебы. Перед маем, на пасхальные каникулы, приехал отец, сообщил, что Карус не ответил на ультиматум, боевые действия начнутся в июне, поэтому психологов распределят по их воинским соединениям уже в мае, что бы познакомиться до начала боевых действий и начать работу.  Он не сказал одного, что все это время  ломал голову, как обезопасить дочь, не затронув ее гордости и так,  что бы она не поняла, что ее ограждают от опасности. Подсказал Джон. Он предложил направить отряд с Элеонорой в расположение основного ядра повстанческой армии, что бы они совместно с отрядом следопытов с Обена  негласно обеспечивали безопасность командующего этой армии. Так она гарантированно не будет втянута в военные действия, и, одновременно будет себя чувствовать на острие событий.  Осталось только сформировать этот отряд. Все вышло просто замечательно. Имелся отряд из добровольцев, сформированный из спортсменов-экстремалов непростого происхождения, которых не знали, куда деть.  Ни один командир не соглашался брать к себе такое сокровище. Так что к ним присоединили еще одну экстремалку-принцессу и определили наиважнейшую задачу по сохранению жизни командующего повстанческой армией. Познакомиться с подопечным они были должны во время его визита на штабной космолет коалиции, где он и Джон Ледерн должны будут скоординировать свои действия с армией коалиции. Вылетали немедленно. Глав восстания должны были доставить с поверхности Обена десантным модулем через неделю. Отряд из 12 парней и трех девушек загрузили в космолет императора, причем девушек поселили отдельно, чем вызвали их недовольство.  Но разрешили собираться для знакомства друг с другом в тренировочном отсеке крейсера.

***

 Джон приехал за три дня до запланированного полета на совещание. Модули уже приземлились, их разгружали, инструкторы уже начали знакомить бойцов с новыми образцами. Для их использования выделили самых образованных офицеров и сержантов.  Гелл тоже присоединился к этой группе, посмотреть на новейшие образцы военной техники было любопытно и полезно. Наконец, наступил день вылета . Их с Джоном разделили, что бы, как выразился пилот одного модуля, «не складывать яйца в одну корзину».  С собой у Гелла была небольшая сумка с вещами, и кейс с документами, запертый на электронный замок, закодированный на его радужку, отпечатки тех пальцев, которыми он замок закрыл, и каплю его крови. Сказать, что он не волновался ни капли, было нельзя. Если честно – побаивался. Все-таки первый полет. Если для большинства жителей планет Унии перелет был чем-то обыденным, вроде поездки на курорт, то Гелл покидал родную планету впервые.

  Все прошло штатно. И взлет, и посадку доблестные стражи неба Обена прошлепали. Они не сочли нужным следить за небом где-то в горах, населенных дикими горцами.  Сосредоточились на крупных городах и воинских частях. Так что через час оба лидера сопротивления выходили из шлюзовых камер слегка зелеными, но целыми и здоровыми. Все-таки перегрузки при быстром взлете модулей были не маленькие! Гостей проводили в отведенные им каюты, и оставили привести себя в порядок. Пересадка на крейсер императора Велизария должна была состояться примерно через час.  Джон переоделся в более-менее приличный штатский костюм. Гелл приличиями не заморачивался. Полевая камуфляжная форма полковника, на голове, прикрывая связанные в хвост волосы, концы которых все еще были черными, была камуфляжная же бандана.  Единственное послабление – форма была новая, и поэтому гораздо менее удобная, чем привычная, застиранная, старая. Прозвучал сигнал к пересадке.  Два космолета сблизились на максимально возможно близкое расстояние, от обоих потянулись рукава перехода, распрямляясь из сложенного гармошкой положения, сцепились, вакуумные затворы намертво прицепили один рукав к другому, заработали насосы, закачивая в рукав воздух. Давление выровнялось, двери шлюзов распахнулись и гости, сопровождаемые ответственным за переход сержантом прошли в императорский крейсер Велизария. У выхода из шлюза их ждал Эльриан, единственный на корабле, кто знал Джона в лицо.  Поприветствовал, пригласил пройти в кают-компанию, где собрались все главы планет, участвующих в коалиции и их генералы. Расселись. Несколько минут рассматривали друг друга. Эльриан особое внимание уделил молодому командующему армией, которого будет охранять отряд, в который включена его дочь.

   Что же, первое впечатление приятное, Кроме молодости упрекнуть не в чем. Но, несмотря на это сумел спасти фактически загнанную в ловушку армию, смог придумать, как преодолеть практический отвесный подъем на плато, поднять технику, людей, припасы, и, пока войска Каруса гуляли всю ночь, увести всех в горы. Высокий, фигура тренированная, лицо чистое, приятное, и какое-то знакомое, как будто они встречались. Эльриан прикинул, нет, его не могло быть в той толпе, которая преградила им путь в космопорт, в тот день, когда они познакомились с Джоном. Именно тогда он уводил свою армию в горы. На голове бандана, из-под которой выглядывают концы черных волос, видимо, связанных в хвост.  Глаза тоже темные, скорее черные, чем карие.  Что же, послушаем, что предложат нам борцы за свободу! Велизарий в этот момент озвучивал примерный план действий войск коалиции.

- Вначале – бомбардировка из космоса, работаем поэтапно, отстреливается первая волна, уходит, сразу включается вторая, и так далее. Работаем каруселью, цели – военные объекты, склады, казармы, штабы, здесь мы попросим помочь наших обеновских коллег, что бы не бить лишний раз по местному гражданскому населению, подсветить объекты маячками с фридонием, теми модулями мы доставили их вам достаточно.  Так же бьем по администрациям, по дворцу, по  полицейским участкам. Потом – десант на поле космопорта. Захватываем космопорт, даем дорогу грузовым кораблям, они высаживают остальную часть наземных войск, технику, оружие.  И авиацию. Начинаем зачистку территории. Сколько это займет времени, думаю, в столице дня три-четыре, в зависимости от вооруженности и духа войск узурпатора.  Потом начинаем захват планеты. Тут много значит пропаганда. Если народ поймет, что единственная наша цель это свержение Каруса и возведения на трон законного наследника, думаю, сопротивления большого не будет. Это наш план вкратце, без деталей. Теперь, господа ваши предложения.

                                            Обен. Головной космолет коалиции.

- Подождите, дорогой Велизарий, - проскрипел  из своего угла старик Ингвар,- вначале мы хотели бы познакомится с нашими гостями поближе. Все-таки мы друг друга знаем, да и особы мы публичные, а о наших гостях никому ничего не известно. Связь поддерживал только Эльриан, да и то, только, как я понимаю с одним господином Ледерном.  Можем мы узнать немного о вас, уважаемые руководители сопротивления?!  Мы в одной лодке, и скрывать от союзников свое истинное лицо не стоит. – Присутствующие одобрительно загудели.

Первым поднялся Джон:

- Господа правители, нам скрывать нечего, - он покосился на спокойного, слишком спокойного Гелла,- происхождение самое простое, сейчас зовут Джон Ледерн, владел большой мастерской по ремонту робототехники.. Тогда звался Ленни  Джонсон, в результате мошенничества лишился мастерской, и был приговорен за долги к 10-летнему рабству. Одному типу захотелось обогатиться на мою мастерскую и умелого раба. Дали, как полагается трехдневную отсрочку. Мастерскую сжег, ушел в подполье. Постепенно возглавил движение сопротивления диктатуре Каруса. Подпольно основал новую мастерскую, для прикрытия, но уже просто по ремонту бытовых приборов. Придумал схему снятия ошейника с рабов, основного инструмента их содержания в повиновении. Помогал беглым рабам, правда, только тем, которые смогли до меня добраться. Вон, Гелл смог. Официально я погиб на пожаре. Вроде все. Семьи нет, не заводил. Еще вопросы есть?

Все покачали головами.

- А ваш военный лидер? – продолжил допрос дотошный Ингвар,- Что-то он слишком молод для военноначальника такого уровня!

-  Ну, его молодость волнует не всех!- отреагировал Эльриан.

- Мы вас поняли, дорогой Эльриан, но все же пусть расскажет о себе!

Гелл встал, понимая справедливость требования союзников: - Гелл Тон, 25 лет, беглый раб, 10 лет назад сумел, как сказал Джон, дойти до его мастерской, потом учился у генерала Штраббе, после его гибели возглавил армию. Тоже не женат.

- Молодой человек, если вы 10 лет назад бежали из рабства, то тогда когда же вы стали рабом? И за что? – спросил Велизарий.

- В детстве. За что? Можно сказать, за происхождение.

- Значит, вы потомственный раб? И как вы смогли дойти до Джона? Если судить по тому, что я знаю о рабских ошейниках, не каждый здоровый мужик это сможет. Не верится! И потом ваши манеры не походят на человека, выросшего в рабстве.

- Как смог дойти? У меня не было выбора. Или меня убьет ошейник, или люди, только гораздо более извращенно и мучительно.

- А манеры?

- Манеры дело наживное. У меня были хорошие учителя.

Джон несколько раз толкал Гелла в бок. Мол, не темни, пора признаваться, нельзя не доверять союзникам! Не выдержав, Джон поднялся

- Господа, я понимаю, что от союзников правду скрывать нельзя, но перед тем, как Гелл расскажет о себе не намеками, и предъявит доказательства своей правоты, прошу всех присутствующих дать клятву, что все услышанное и увиденное останется в этой комнате и дальше нее не пойдет! Зачем это нужно, поймете сами!

 Эльриан почти уже не сомневался, что им сейчас будет раскрыто, но сказал просто:  - Я обещаю, а вы, господа? Откликнулись все.

- Тогда, - продолжил Эльриан,- Я думаю, молодому человеку не надо ничего говорить, ему будет достаточно снять эту довольно нелепую тряпку и показать, что она скрывает!

Гелл вздрогнул, и одним движением сорвал ткань, прикрывающую волосы.  Присутствующие замерли. Контраст между черными концами волос и снежно-белыми корнями, отросшими уже где-то на 4 пальца, был разителен.

- Но это, это… пролепетал пораженный Ингвар, - Это же семейная черта Гродтонов! Господа, вы же все встречались с мужчинами этой семьи, кроме молодежи, конечно, вы видели их волосы!- Заговорили все разом, Эльриан снова вмешался:

- Знаете, Геллерт, ваш брат просил меня постараться найти вас, его просил перед смертью ваш отец, Горацио. Я очень рад, что пропажа нашлась сама, живая и здоровая. Как я понимаю, Карус знает, что вы живы!

- Знал,- глухим голосом ответил Гелл,- полагаю, он считал, что я предпочел смерть от ошейника смерти от его нежных рук.  Не хотелось бы его разочаровывать.

Больше спрашивать никто ничего не решился. Последовало молчание.

- Господа, - отмер Велизарий, давайте, наконец, перейдем к плану наших союзников, раз уж доказательства их полной лояльности явно налицо, вернее… ладно, опустим. И у нас образовалась еще одна проблема, которую следует обсудить? Раньше мы ориентировались на молодого Габриэля, но, по- моему, преимущество имеет его старший брат, разве не так?

  Гелл поднял руку, останавливая Велизария. – Я прошу отложить этот вопрос, во-первых до моей встречи  с братом, а во-вторых, до окончания компании, до которого у меня есть все шансы не дожить. Так как исполнить то, что запланировано возможно только с моим непосредственным участием, а это опасно. Разрешите, я продолжу! По данным наших агентов, внедренных во дворец  Каруса сейчас, после получения ультиматума и отказа Каруса его выполнять, от него откололось несколько его ближайших сторонников, в том числе и два очень влиятельных и любимых в армии генерала. Они оба присоединились к его отцу, считая его лучшим правителем, чем инвалид-калека, в которого превратился мой отец. А потом уже не смогли изменить присяге и остались с Карусом.  Они уговаривали его согласится с ультиматумом, тем более что есть более  законный наследник, чем он. Их тайно арестовали и поместили в подземную тюрьму под дворцом. Объявить об аресте в открытую Карус боится, это может вызвать гнев в армии. Кроме того, после начала бомбардировок  диктатор и его окружение, скорее всего, укроется в специальном убежище, бункере в недрах дворца. Поэтому появляется возможность взять его там, арестовать, или убить, это уж как получится. Освободить арестованных генералов, предъявить им законного наследника, воззвать к их совести, пообещать прощение, в случае, если они уговорят армию сложить оружие. Всю армию. Все гарнизоны. Так мы избежим большого кровопролития и затяжной войны. Народ сейчас настроен против Каруса, не то, что в нашу прошлую попытку.  Неурожай и повышение налогов сыграло свою роль. Если возглавляемые вами планеты поделятся малой толикой зерна, с выплатой в следующем году, народ встретит вас, как спасителей.  Для взятия дворца потребуется блокада и имитация атаки извне, что бы отвлечь как можно большее число народа на его защиту, пока небольшой, но подготовленный отряд проберется в подземелье, возьмет Каруса и освободит генералов. Вот такой план. Ваши войска потребуются только для устранения мелких очагов сопротивления и предупреждения беспорядков. Преступников на Обене хватает! Таким образом, можно избежать большого кровопролития и лишних жертв.  Вот такой план.

- А как ваш отряд рассчитывает попасть в подземелья не занятого дворца?

- Вот в этом и будет заключатся моя роль, почему я и считаю, что делить власть с братом сейчас несвоевременно. Переворот случился, когда мне было почти 10 лет, с шести лет отец показывал мне изнанку дворца, заставляя заучивать расположение тайных ходов и подземелий. Конечно, помню я не все, но основные ходы запомнил. Так что в подземелье мы проникнем, а там все будет зависеть от того, изменили ли что-нибудь в подземельях Готтрины.  Я думаю, разберемся. Тем более со мной пойдут только подготовленные бойцы, в том числе и шахтеры, прекрасно ориентирующиеся в подземелье.

- Мы вам еще не говорили, но мы подготовили группу спортсменов-экстремалов, в качестве вашей охраны, еще не зная ваш настоящий статус.  Ребята очень опытные именно в экстремальных ситуациях.

Эльриан напрягся.

- Спасибо, конечно,  я ценю такую заботу, и порыв молодежи помочь Обену. Но я предпочитаю бойцов, которых знаю лично, а они знают меня. В таком рейде важны даже не навыки, а доверие и абсолютная сплоченность отряда. Дисциплина тоже. А добровольцы, простите, часто грешат именно ее нарушениями. Поэтому, присылайте, конечно, но они останутся в лагере, а для их успокоения придумаем «важное» задание в пределах его расположения с минимальным риском.

- Что же, это резонно.  Я согласен,- заключил Велизарий.

Эльриан выдохнул. Этот Геллерт нравился ему все больше и больше.  А еще больше  тем, что не стал бросать молодое, энергичное дурачье в прорыв. Элеонора будет недовольна, но смирится.

- А после, если наш рейд пройдет хорошо, воспользуюсь вашей молодежью, как охраной, не пропадать же молодым талантам! Да и дома им захочется про свои приключения рассказать!- закончил свою речь будущий король.

  После совещания хозяин предложил гостям небольшой перекус, нечто вроде полдника, так как возвращать  лидеров повстанцев обратно удобнее было на закате, не так заметно. Расположились в той же кают-компании, убрав карты. Ординарцы накрыли на стол. Все было согласовано. Армия мелкими группами просачивалась и окружала дворец на безопасном расстоянии, заранее обговоренным с коалицией, что бы не бомбить своих. С началом бомбардировки Геллерт со своим отрядом проникал в подземелье, вылавливал Каруса и освобождал генералов, причем в обратной последовательности – сначала генералов, потом Каруса, так как была возможность, что генералов попытаются устранить. По окончанию бомбардировки, высаженные на захваченном десантниками поле космопорта,  войска наводят порядок в столице, подавляют очаги сопротивления, а армия начинает штурм дворца. На этом обсуждение военных планов закончилось и все взгляды обратились на старшего Гродтона. Ясно было, теперь от него попросят объяснений, как он оказался рабом.  Гелл решил бабушек не щадить.