Чудовище для мятежницы

Командор Айкон Брук очень устал. Все, чего ему хотелось – покинуть эту неприветливую планету. 

Он ненавидел ее.

От бесконечных песчаных морей до Правительственного Дома. От невольников до наместника. От солнца-А до Солнца-Б.  

Увы, даже спустя три года жизни на Аресе он так и не смог привыкнуть к враждебности местного мира.    

Айкон мечтал усадить сестру в космолёт, усесться в кресло пилота и махнуть куда-нибудь на другой конец Вселенной. И зажить собственной жизнью. Но подобной милости ему никто и никогда не позволит. 

Приказ есть приказ. Он – глава Карательной службы и обязан его выполнять.  

Его долг был до невозможности прост: следить за порядком, установленным Союзом Планетаторов.

Всего-то. 

Знай себе выискивай мятежников и отправляй прямиком в тюрьму. Дальнейшая их судьба его не особо волновала. Сами виноваты. Нечего лезть на рожон. 

Но в последние дни было тихо. Интуиция подсказывала, что неспроста. Наверняка что-то замышляют. Надо бы дать команду усилить охрану, но… 

Айкон тянул. 

Намеренно. 

Ему надоело ловить пешек, он хотел поймать того, кто стоял за жалкими попытками избавить Арес от власти Союза. Хватит отрубать руки – все равно вырастут новые. Необходимо добраться до головы…

Ему было известно, кто заведовал повстанцами. Некий Эш. Он знал только имя, и это его невероятно раздражало. Ни один из пойманных ни словом не обмолвился о нем. Даже самые изощрённые пытки никому не развязали язык.

Он подошёл к панорамному окну и уставился в небо. 

Солнце-А практически исчезло за горизонтом – последние желтоватые теплые лучи почти угасли.  Но зато уже вылупилось багровое Солнце-Б, возвестив о конце дня и наступлении ночи. 

Он терпеть не мог здешнюю ночь, больше походившую на кровавые сумерки. 

Как же ему не хватало звезд и ночной темноты! 

Тьма была способна скрыть изъяны не только этой убогой планеты, но и его собственные. 

 Он с отвращением посмотрел на свое отражение в окне: видны были всего лишь неясные контуры, но и их хватало, чтобы захотелось отвернуться. 

Год прошел, а он так и не смог привыкнуть к изуродованному лицу. Точнее, к той его части, что пострадала от взрыва. 

Вся левая половина представляла ужасное зрелище – глубокие шрамы и рытвины… Только чудом не задело глаз. Губы тоже почти не пострадали. Только уголок верхней пересекал кривой шрам, отчего казалось, что он все время зло ухмыляется.  

Айкон до сих пор не мог понять, почему не прошел регенерацию. С нынешними технологиями он бы быстро стал, как новенький. 

Но ему казалось, что это будет уже не он… Хватало и того, что в груди его больше не билось настоящее сердце… Искусственный аппарат из сверхпрочного материала перегонял кровь по его сосудам, но и только. 

Он до сих пор прислушивался к себе и старался понять – превратился ли он в бездушную машину? Лисанна уверяла, что он совсем не изменился… Но что взять с любящей сестры? Она и шрамов его не замечала: спокойно целовала в левую щеку и даже не морщилась.  

От невесёлых дум его отвлёк сигнал полифона. Подойдя к столу, Айкон нажал кнопку звуковой связи. Для видеозвонка он не был готов – маска для левой части лица лежала в верхнем ящике стола. 

– Слушаю! 

– Командор Брук, вас беспокоит капитан Нудок, разрешите доложить…

– Докладывай! – кивнул Айкон, совсем забыв, что собеседник его не видит. – Что стряслось?

– Поступила информация, что мятежники готовят нападение на Правительственный Дом!

Нудок был явно взволнован: разговаривал торопливо, а концы фраз звучали немного пискляво. Айкон даже представил, как тот кусает обветренные губы и до крови ковыряет заусенцы на пальцах. Плохая привычка на планете, где главенствуют пыль и песок.  

– Откуда сведения?

Айкон снова посмотрел в окно. В кровавом свете Солнца-Б Правительственный Дом был словно облит кровью. 

– Помните мальчишку, пойманного на той неделе?.. Он сломался.  

Айкон задумался. Неужели?.. 

– Что конкретно он сказал?

– Признался, что готовится теракт. Покушение на наместника Таббриса.

Просто. Первая мысль была именно такой. Слишком просто. 

Информация о подобном теракте должна охраняться, как зеница ока. А тут какой-то мальчишка…  

– Командор?

– Да-да, я здесь. Я хотел бы сам его допросить!

– Простите, командор. Он… мертв. 

– Причина? 

– Самоубийство. Выхватил бластер у одного из конвоиров и застрелился.

– Космическая помойка! – выругался Айкон. – Скверно. Очень скверно. Ваши предложения, капитан?

– Думаю, надо бросить все силы на защиту наместника. Эти нелюди ни перед чем не остановятся. 

– Уверен, они на это и рассчитывают… 

– Что вы имеете в виду, командор?

– Вы не думали, капитан, что это может быть отвлекающий маневр?

– Вы полагаете… как в прошлом году? – голос капитана прозвучал недоверчиво. – Не слишком ли притянуто за уши?.. 

Командор проглотил и это. 

В прошлом году именно Айкон сообразил, что нападение на шахту номер 13 – это только часть грандиозного плана, и решил стянуть часть своих людей на склад со взрывчатой. Жаль, на согласование с Наместником ушло много времени. Как раз аккурат ко взрыву успели. Айкон тоже был там, когда бабахнуло. Но он отделался ожогом лица и смертельным осколком в сердце. Повезло, что сами сосуды не были перебиты, а технологии 22-го века позволяли заменить его на искусственное. 

Дальше все как в тумане.

Награды, почести, звание Хранителя Мира 1-й степени.

Но у всего есть две стороны медали. Даже у орденов. Сначала тебя чуть ли не на руках носят, как героя, но стоит пойти вразрез с мнением Наместника – и все. 

А что такого, собственно, сказал Айкон?

Правду. 

О том, что его бойцы погибли, потому что Наместник не посчитал нужным прислушаться к его, Айкона, словам.   

Подумаешь, правда… 

Да кому она нужна?  

С тех самых пор командор Айкон Брук по мнению «Вестника Ареса» превратился в параноика. Пронырливые журналисты давно болтались на поводке у Наместника Таббриса и перевернули все факты ему в угоду.  

– Капитан, не забывайтесь, с кем разговариваете! 

– Простите, командор. Так что вы предлагаете?

– Уверен, что здесь не все так просто… Надо бы бросить дополнительные силы на защиту шахт и складов. 

– Командор Брук, – вклинился третий собеседник, в котором Айкон безошибочно узнал вездесущего наместника Таббриса. – Вы что же, планируете пожертвовать моей безопасностью?..

Айкон прикрыл глаза. И как он не предвидел?..

– Нет, Наместник Таббрис. Я всего-навсего выполняю свою работу.  

– Учитывая наши с вами разногласия… Давайте всё-таки остановимся на варианте, который предложил майор Нудок. 

Вон оно как!

– Наместник Таббрис, но я всего лишь – капитан… – делано поправил его Нудок. 

– Да?.. Ну что ж, может я звездный пророк и в скором времени все изменится. 

Далее последовал смех. Такой фальшивый и чёрствый, как и все в этом человеке. Айкон как наяву увидел Наместника. Лысеющего, с козлиной бородкой и хитрыми глазами, в которых искренним было лишь одно – жажда власти.  

– И?.. – поинтересовался Айкон, стиснув челюсти. 

– И… все уже решено. Раз уж капитан Нудок здесь, он и проследит за тем, чтобы каждый кирпичик Правительственного Дома был защищён… А вас прошу не вмешиваться.  

– Что ж, да будет так… – механически произнёс командор. – А теперь извините, наместник Таббрис, мне надлежит выполнить приказ.  

Не дожидаясь согласия, Айкон отключился. Пусть приказ заключался в том, чтобы сидеть ровно и ничего не делать, он не желал продолжать беседу. Его технично вывели из игры и сделали это намеренно. 

Айкон вздохнул. Затем открыл верхний ящик стола и достал свою маску. Гладкую. Блестящую. Со змеевидными боками. 

Секунда, и маска легла на левую сторону лица, прикрыв все изъяны внешности, но не души.  

Он снова посмотрел в окно. 

Все было спокойно. 

Чересчур.

А потом у Правительственного Дома засверкали вспышки. А ещё у дальних складов. 

Началось…  

Так он и думал. 

Вопреки приказу, Айкон потянулся к полифону. И тут позади раздался хрипловатый голос:

– Уберите руку от полифона, командор, иначе пристрелю!

Подняв руки, он медленно обернулся. Перед ним стояла девушка, укутанная в синью – одежду невольников. Миловидные черты, густой румянец, аккуратный носик и пухлые губы. Длинные светлые волосы рассыпались по плечам, словно ещё одна накидка.

Кукла.

Так бы он её назвал, если бы понадобилось дать описание.

В дополнение ко всему она держала его на мушке. Глаза ее излучали уверенность. А ещё – решимость. Отсюда он не мог разглядеть их цвет, но предположил, что они скорее всего зелёные. 

– Кто вы? – протянул он лениво. 

– Я – Эш. Вы ведь очень давно хотели со мной встретиться, командор?..

Эшли крепко сжимала бластер. Рука не дрожала. За много лет подпольной деятельности она привыкла управляться с оружием. 

На Аресе иначе никак. 

Хотя нет, выход был, конечно: молча работать с опущенной головой, пряча глаза. 

Многие так и делали уже третье поколение. С тех пор, как первых невольников привезли осваивать эту убогую планету. 

Убийцы. Грабители. Насильники. Предатели. Диссиденты. Идеологи.  

Их свозили сюда, точно мусор на свалку…  Лишали всяческих прав, кроме одного – работать на благо Союза. Здесь жили, заводили семьи, умирали. И всё с клеймом невольника. Их дети автоматически становились собственностью Союза Планетаторов. Сколько себя помнила Эшли, шрам на правой щеке всегда был с ней – с самого рождения. Как и дух борьбы – его она впитала с молоком матери, с рассказами деда о чудесной планете Земля, откуда он и был родом… А обращаться с оружием Эшли научил отец.

Так что нет, ее рука не дрожала. Если только дрогнула слегка, стоило увидеть командора вблизи. Вживую он был ещё более омерзителен.    

– Что ж, рад знакомству, Эш. – Так же лениво протянул он. Голос его был тягучим и низким. – Зачем пожаловали?..

Командор вдруг двинулся к ней. Медленно, но уверенно. 

Ее собственная уверенность на миг пошатнулась, но она не показала виду. 

– Не двигайтесь, иначе пристрелю! – повторила она твердо. 

– Что ж, давайте… 

Он все наступал. Ближе и ближе. Пока дуло бластера не упёрлось ему в грудь.

– Я лишу вас второго сердца! – пообещала Эшли.

– Давайте… – повторил командор. – Я каратель и не боюсь смерти. 

От его наглости Эшли даже растерялась. Впервые за долгие годы. 

– Что ж, раз вы настаиваете… – она надавила бластером ему на грудь ещё сильнее. 

И взглянула в лицо, чтобы проследить за реакцией.

Опрометчиво.

Ни единый мускул на его лице не дрогнул. Левая половина, скрытая маской, и вовсе казалась мёртвой. Неожиданно ей захотелось проверить, какая эта маска на ощупь. Наверняка холодная и безжизненная. Как и его искусственное сердце. Жили только темно-синие глаза – бездонные, будто колодцы, они постепенно утягивали в свою глубину.  

– Итак, чего же вы ждёте?.. – он уже вовсю ухмылялся. – Я для чего-то нужен вам, не так ли?..

Неожиданно послышался шум. Эшли отскочила от командора, как раз в тот момент, когда в комнату влетело несколько человек с бластерами наготове.  

Она облегчённо выдохнула.

– Почему так долго?..

– Пришлось повозиться с охраной, они свое дело знают! – поспешил проинформировать Гленто, ее ближайший помощник и верный соратник.  

– А этот что? 

Этот застыл там, где стоял. И нет, отнюдь не от страха, как на то надеялась Эшли. 

Командор, нужно отдать ему должное, не трясся от ужаса и вообще как будто ни капли не боялся. Вел себя расслабленно и вроде как даже… скучал?

Скука была написана на его лице, плескалась в глазах. Эшли вдруг подумалось, что ещё немного и тот начнет зевать.  

Гленто приблизился к командору и, выхватив из-за пояса нож, изящно им замахнулся и прижал кончик лезвия к груди. 

Тот даже не пошевелился. 

– Ну, и что дальше? – командор улыбнулся, и маска над его верхней губой натянулась, повторяя изгиб.

– Не зли меня, каратель! – последнее слово он чуть ли не выплюнул в лицо своему врагу. 

Гленто не смущало то, что сам он был на голову ниже и гораздо моложе командора. Он рвался в бой – месть бурлила в его крови, призывая отплатить за тех, кто был пойман, брошен в тюрьму или запытан до смерти. 

– Командор, советую вам прислушаться и сотрудничать с нами.

Эшли кивнула своим людям, и те бросились обыскивать кабинет. 

– Что же вы ищите? 

– Хотите облегчить наши поиски? Мы ищем пульт управления от вашего персонального космокара. 

– Неужто хотите попробовать слинять с планеты? – похоже, ей удалось его удивить. 

Наконец-то!

– А вы догадливый!

– Глупее затеи я не слышал!

– Я не просила оценивать идею, командор! – холодно заключила она. – Это уже не ваша забота… 

– Вот он! – ищейка вытащил пульт из нижнего ящика стола с таким победоносным видом, точно совершил подвиг. Айкон даже удивился. Можно было подумать, что он должен хранить пульт от собственного космокара в сейфе.

– И что дальше? Я все равно не назову вам пароль от системы.

Айкон украдкой посмотрел в окно, где уже вовсю полыхало. Как знать, что они задумали на самом деле? Может, направить кар в Правительственный Дом. 

– Это мы ещё посмотрим… Гленто! А ну-ка, покажи командору, что мы не шутим!

Гленто как будто только это и ждал. Снова вынув свой нож, он подскочил к командору и полоснул по руке чуть ниже плеча. 

Брук дернулся, но не более того. 

«Он что, весь сделан из металла?» – подивилась Эшли. Но потом увидела, как на его кителе расползается алое пятно. Нет, он живой человек. Но человек без сердца. 

– Ну и что ты скажешь теперь? – заговорил Гленто. Он стоял, облокотившись о стол, демонстративно подкидывал нож и с лёгкостью ловил его за рукоятку. – Я могу всего тебя изрезать. Сантиметр за сантиметром. 

Гленто плотоядно улыбнулся, отчего стал походить на хищную птицу со своим орлиным носом и огромными немигающими глазами. 

– Давай. – Командор прищурился. – Думаешь, если у тебя нож, то ты крут? 

– Закрой рот… – Гленто снова поймал нож и резко выбросил вперёд, прижав лезвие к горлу командора. – Я тебе вторую часть лица изуродую. 

Командор не шевельнулся. Будто в него не ножом тыкали, а цветком, каких на Арсе отродясь не росло. На этой планете были только пустыня и песок. Искусственная, как и сердце в груди командора – она была освоена только для того, чтобы питать, кормить, обогащать Планетаторов. А аресиане – это сосуды, насильно прикрепленные к этой безжизненной земле, из которой выкачивают полезные ископаемые и увозят на Землю.

Но Эшли мечтала изменить привычный ход вещей. Мечтала освободить своих соседей, друзей, знакомых. Всех тех, кого называют невольниками и используют в шахтах. 

– Вы собственность Союза Планетаторов и вас, если поймают, отправят на виселицу…   

– Да что ты?.. – Гленто чуть нажал на нож и кончик лезвия слегка поранил кожу. Струйка крови потекла по шее и скрылась за воротником.

– Гленто, прекрати… – Эшли подошла к ним и отдернула руку друга, освобождая командора. – У нас совершенно нет на это времени. Давай-ка, перейдем ко второй части нашего плана?..

Гленто был не слишком доволен. Но спорить не решился. План являлся детищем самой Эшли, и она не позволит рисковать им, потому что слишком многое поставлено на карту. Слишком. И ошибок им никто не простит. Ошибка будет равносильна смерти. 

– Свяжись с братьями… Узнай, удалось ли им найти ее…

При этих ее словах командор напрягся. Он быстро взял себя в руки, но Эшли заметила, что на одно мимолётное мгновение его губы поджались. А ещё глаза. В них мелькнул страх, но мужчина быстро справился с собой.

«Что ж, командор… Мы уже выяснили, что ты не боишься смерти, но что ты скажешь, если костлявая будет угрожать не тебе?..»

– Прием! Дарки, прием! – Гленто снял с пояса волафон – небольшое портативное переговорное устройство, кажется, ещё из прошлого века. Командор вздернул брови от удивления. Такими пользуются в шахтах, но они все подотчетны и выдаются на руки только бригадирам, а после смены сдаются. 

Выходит, что не сдаются… В голове Айкона уже закрутились мысли – кто помогает мятежникам? Он обязательно это выяснит. Надо только разобраться с этими. 

– Вы нашли ее?.. – вывел Айкона из раздумий голос Гленто. – Ведите ее сюда… Что ж, посмотрим, что ты теперь скажешь, командор!

От слов Гленто в душу командора закрался страх. Неужели они действительно отыскали ее?.. 

Ответ на свой невысказанный вопрос он получил спустя пару бесконечно долгих минут: казалось, время остановилось насовсем. А за окном продолжали палить, взрывать и убивать. Все то, что предсказывал сам Айкон, только никто его не слушал. А теперь… теперь Арес полыхал. 

Дверь отворилась и в кабинет вошли трое. Сбылись его худшие опасения. Она была здесь. 

Двое парней походили друг на друга как две капли воды, и отличались только цветом волос: у одного шевелюра была тёмной, а у другого – светлой. В остальном они выглядели обычными невольниками, разве что широко улыбались.

Айкон просканировал сестру, отмечая все возможные детали… Никаких повреждений и следов насилия он не наблюдал, даже глаза не были опухшим или красными. Значит, Лисанна не плакала. Только очки сползли на нос, и она их привычным движением поправила, вернув на место.

– О, Айк! – сестра бросилась к нему, но нерешительно остановилась в паре шагов, заметив кровь на кителе. – Что с тобой?..

– Ничего, Санни. Это всего лишь царапина…

Та зло посмотрела на Гленто, продолжающего играться с ножом.

– Что вы с ним сделали?!

– Не боись, умереть от потери крови ему не грозит. Хотя я, честно говоря, был бы не против. 

Он улыбнулся, и от его зловещего оскала Лисанну передёрнуло.

– Но вы сказали, что если я пойду с вами, – девушка повернулась к конвоирам, которые привели её сюда, – Айку ничего не будет…   

– Мы сказали, значит, так и будет! – пообещала Эшли. 

Айкон отметил, что голос мятежницы прозвучал мягко.

– Ну и что дальше? – он приобнял сестру за плечи. – Вы покинете Арес, а потом? 

– Не ваше дело! – Эшли пресекла всякие расспросы. – Просто дайте нам свой космокар. 

Айкон задумался. Мысли в его голове сменяли одна другую, он выстраивал возможные варианты дальнейших событий.   

Мятежники сядут в космокар. А ему будет достаточно сделать один звонок и… никто никогда не покинет планету без его ведома! Никто. Они даже на орбиту не успеют выйти, перехватчик их вернёт назад. А нет, всегда можно уничтожить кар вместе с теми, кто устроил мятеж. 

– Если я введу пароль, вы обещаете, что ничего не сделаете моей сестре?

– Обещаю! – на сей раз голос Эшли прозвучал твердо.

Она не колебалась, и это был хороший знак.

– На… – Гленто сунул ему пульт в руки. – И давай без глупостей!

Гленто схватил Лисанну за руку и потянул ее к себе, словно в нелепом танце. Прижал к груди и приставил нож к ее животу. 

Айкон было дернулся, но под предостерегающим взглядом мятежницы остановился.  

– Сделайте то, что обещали, и она не пострадает!  

Айкон ввел комбинацию и запустил автопилот на карте.

– Кар будет здесь через пару минут. Отпустите мою сестру!

– Терпение, командор, терпение! 

Эшли подошла к окну, за которым продолжалось сражение. Вспышки мелькали то там, то тут… Эш понимала, что все силы брошены на ее авантюру. Сейчас там, на улицах колониального городка, происходили сражения, погибали ее друзья и соратники. И все для того, чтобы дать ей время…

Наконец, на летной площадке появился космокар. Мигая фарами, он приземлился прямо у входа.

– Я сделал то, что вы просили… – командор тоже подошёл к окну. – Отпустите нас!

– А я ведь не обещала вас отпустить… Я обещала, что ничего вам не сделаю.

– Но мы теперь бесполезны для вас!

– Ох, командор, не нужно принижать собственную значимость! – Эшли кивнула своим людям. – Вы полетите с нами! Надеюсь, путешествие вам понравится!

Дорогие друзья! Вот и мой долгожданный старт! Мятежницу Эшли и командора Айкон ждут приключения и любовь! 

Добавляйте историю в библиотеку, ставьте сердечки, не забывайте подписываться, чтобы не пропустить новости!

А теперь взглянем на наших героев!

Итак, начнем!

Глава карательной службы командор Айкон Брук.
Пострадавший от взрыва и на половину утративший свою былую красоту. В его груди бьётся искусственное сердце. Способно ли оно на любовь?.. Узнаем! А вот так Айк выглядит без маски, которая в обычное время скрывает его изъяны. 

✨✨✨

Отважная мятежница Эшли или “Эш”. Та, кто борется за свободу невольников на планете Арес. Так уж вышло, что она попыталась взять в заложники командора, справится ли она? 

✨✨✨

Лисанна Санни или Мышонок. Младшая сестра командора Брука. Именно её используют, как рычаг давления на командора. Но прошу к ней хорошенько присмотреться, девочка с секретом!

✨✨✨

Гленто. Главный помощник Эшли. Терпеть не может командора, а вот его сестра ему, похоже, приглянулась. Но девушка не так проста. 

✨✨✨
Озорные братья из команды Эшли. Очень похожи, хотя и не являются близнецами. Яркое отличие - цвет волос. Ларки - светленький, а Дарки - темненький!

✨✨✨
Наместник Таббрис. Хитрый и беспринципный управляющей планетой Арес

✨✨✨
А вот и планета Арес, где начинается действие! Итак, тут сплошной песок, а еще не бывает ночи в привычном смысле слова, так как у планеты 2 солнца: Солнце-А и Солнце-Б, потому ночь больше походит на кровавые сумерки! Единственный город является передвижным и переезжает вслед за новыми месторождениями!

✨✨✨

Ай, ну и напоследок еще и космокар! Тот самый, который так понадобился Эшли!

Дорогие читатели, это далеко не все локации и герои!
Впереди нас ждут новые знакомства и планеты! 
Приятного чтения!

– Отпустите Лисанну, а я пойду с вами! 

Айкон чувствовал себя так, будто космокар прошёлся прямо по нему. Но внешне он оставался спокоен, хотя ему пришлось призвать на помощь всю свою выдержку. 

– Айк, нет! – Лисанна дёрнулась, но Гленто держал ее довольно крепко. 

– Она совсем девчонка… – продолжал Айкон, в надежде уговорить мятежников. – И как заложница не имеет ценности!

– Я бы с вами поспорила, командор! – Эшли направила на него бластер и кивнула в сторону двери. – Она отличный рычаг управления вами.

– Я обещаю, что и так сделаю всё, что вы скажете… 

– Э-э, нет, командор! Я знаю таких, как вы. 

– Да ну?! Может, просветите меня?..

– Обязательно. Как только взойдем на борт. Прошу…

Она бластером указала на дверь. Айкон понял, что проиграл. Из-за Лисанны у него были связаны руки, и мятежники это знали. Им удалось отыскать его ахиллесову пяту и использовать против него же единственное, что придавало его жизни смысл. Любовь к сестре…

– Все будет хорошо, сестрёнка! – приободрил командор Санни, шедшую впереди под надзором ненавистного Гленто. 

Лисанна попыталась обернуться, но тот толкнул ее в спину, призывая идти дальше.  

Ладони Айкона непроизвольно сжались в кулаки. 

– Интересно, не будь у вас оружия, чем бы всё это кончилось? – насмешливо поинтересовался Айкон. 

– Могу задать тот же вопрос! – не осталась в долгу Эшли. – Как долго каратели смогли бы удерживать невольников, не будь у таких, как вы, оружия?  

На это Айкону ответить было нечего. Хотя…

– Мы всего лишь обеспечиваем порядок на Аресе. 

– Но каким путём, командор?..

– Если бы мятежники не устраивали диверсий, то и наши методы были бы иными!

– А вас не смущает, что нас, невольников, используют, как рабов?

– Невольники оказались здесь не просто так, не правда ли?.. Они преступники и были сосланы на Арес в наказание!

Эшли передёрнуло. И от заученных слов из методичек, которыми пичкали карателей чуть ли с младенчества, и от узколобости самого командора.

– А их дети? А внуки?.. – Эшли разозлилась. – Такие, как я? Мы тоже преступники?!

– Это не нам решать… – пробормотал Айкон.

– Да?! А кому?! Наместнику? Союзу Планетаторов? Скажите, куда мы можем подать жалобу, а?

– Я только выполняю свою работу.

– Как удобно…

– А смысл вникать в правила игры, которая тебе не подвластна?

– Как же можно играть, не зная правил?..

– Я знаю, что должен делать мой персонаж, – парировал он. – Остальное меня не волнует.

Он действительно всегда старался абстрагироваться от политики. Где-то там наверху что-то решают, а ему спускают приказ. Вот и все.

– Одним словом, вы прячете голову в песок… – покачала головой Эшли.

– Песка на этой планете с избытком…

Они уже покинули здание Управления Охраны Ареса. Планета полыхала.

Точнее, полыхал тот маленький островок цивилизации, где обитали люди… Единственный городок под названием Сэнд-таун, где располагалась администрация планеты, жилые кварталы невольников. Магазинчики для сотрудников Карательной Службы, работников Правительственного Дома или учёных, выискивающих под песком полезные ископаемые…

Айкон не любил этот передвижной город, который кочевал по всей планете вслед за найденными месторождениями. Может, в этом было все дело? Городок просто не успевал пустить корни и обжиться, как его снова снимали с насиженного места и перевозили дальше.

А теперь он охвачен огнём, будто Солнце-Б пролилось на него с неба. Может, и хорошо, что сестра летит с ним – оставлять её здесь одну точно небезопасно. Бунты не заканчиваются ничем хорошим. Никогда. И командору было отчаянно жаль людей, страдающих от последствий. Мятежники порождали беспорядок и хаос, а он – глава Карательной Службы и был призван следить за благополучием города.  

«Не сегодня… – подумал Айкон и с тоской посмотрел на полыхающий город. – На этот раз наместнику Таббрису придется справляться самому. Ну и майор Нудок ему в помощь…»

Космокар застыл на площадке – недвижимый, он напоминал исполинское чудовище. Вот Гленто нажал кнопку на пульте, и космический корабль разинул пасть. Ещё несколько мгновений, и он поглотит их.

Айкон оглянулся на Управление, где он работал и жил последние несколько лет. Он так и не смог назвать это место своим домом.  

– Надеюсь, вы не боитесь летать, командор?.. – насмешливо поинтересовалась мятежница.

«Да чтоб тебя сожрала чёрная дыра! – мысленно пожелал ей Айкон. – И не подавилась!»  

На борт взошли только шестеро: Эшли, Гленто, братья и Айкон с Лисанной. Остальные мятежники растворились в сумерках полыхающего города.

Командор наблюдал, как последняя надежда на спасение исчезала вместе с лучами Солнца-Б – из-за наползающего люка их бликов уже было почти не видно. Как только створка закроется, путь назад будет полностью отрезан.  

– Прошу, командор… – Эш делано раскланялась, приглашая его в Рубку. – Вам предстоит великая миссия – увезти нас с этой планеты.

– А если я не стану?..

– Станешь!  – прошипел Гленто и демонстративно дёрнул Лисанну за руку.

Айкон судорожно вздохнул, перебирая идеи, но ни одна не казалась толковой. Космокар был заряжен энерготопливом под завязку. Он сам скрупулёзно следил за этим, не желая попадать впросак, если случится какой-нибудь форс-мажор. Что ж, его обязательность и ответственность сыграли с ним злую шутку. Окажись космокар не готов к полету, планами мятежников можно было бы подтереть зад. И будь командор в заложниках один, он послал бы их в Забытую Туманность и точка! Смерти он не боялся и потому ни за что не сел бы в кресло пилота. Пусть хоть пытают или убивают! 

Но Санни… он снова взглянул на сестру.

Испуганная, но гордая, она смотрела из-под очков на Гленто с величайшим презрением, с каким смотрят на таракана. Так его, девочка!

Поймав довольный взгляд брата, девушка улыбнулась уголками губ и едва заметно кивнула.

Айкон ободряюще улыбнулся в ответ. Лисанна являлась не просто сестрой… Она была тем самым островком, тянувшим его к жизни. Он выполнял роль потерянных родителей уже много лет. Ему стукнуло шестнадцать, когда мятежники устроили бунт на планете, где жила семья Брук. Жидкий Бунт – так его, кажется, прозвали… Бунтовщики использовали единственное доступное оружие – сырье, из которого в обычные дни изготавливали самые обычные вещи. Мятежники залили улицы черной жижей, перекрыв движение для Карательной службы… Влезли в хранилище и раздобыли оружие…

Тогда погибли многие.  В том числе и родители, а они были всего-навсего учёными и разрабатывали новое месторождение. В чём их вина?

Побочные жертвы.

Так назвал зачинщик гибель ни в чем неповинных людей.

Его повесили.

Айкон присутствовал при этом. Почувствовал ли он тогда удовлетворение? На жалкую секунду. Потом пришло осознание, что родителей все равно не вернуть.   Но зато он понял, чем хочет заниматься и записался в Карательную школу. Пришлось постараться, чтобы Лисанна осталась с ним. Но для карателей, даже для будущих, существовали поблажки. Так что с тех пор Айкон превратился для десятилетней Санни и в родителя, и в друга, и в покровителя… Он много лет защищал ее. И всегда брал с собой, куда бы его ни отправили. Считал, что при нем она в большей безопасности. Но прогадал…

Вздохнув, он все же повиновался и направился в Рубку. Придется выжидать, пока мятежники не допустят ошибку, а уж тогда он с ними разберётся! 

Командор устроился в кресле пилота и запустил систему.

– Не вздумайте пытаться нас обмануть, командор! – Эшли встала позади него, а вездесущий Гленто уселся во второе кресло и внимательно следил за его действиями. – И поторопитесь!

– По протоколу перед полётом необходимо запустить диагностику всех систем и только потом стартовать…

– Не сегодня! – Гленто нервно поглядывал в сторону металлических дверей.

– Я же объясняю, что без должной диагностики лететь нельзя!

Айкон кипел. Одно дело было угрожать ему и его сестре бластерами, и совсем другое – заставлять взлететь без проверки.

– Командор, мы знаем, что полная диагностика проводилась после вашего последнего полёта. Три месяца назад!

– Именно, потому что в последнем полёте барахлил «Щит» – внешняя защита корабля! После гиперпрыжка мы можем и вовсе лишиться «Щита»…

– Да, но все проблемы были исправлены, и мы это знаем! – не сдавалась мятежница.

Осведомлённость этих людей намекала на брешь или среди карателей, или в Правительственном Доме.  

– Дабы не вышло никаких сюрпризов, надо провести диагностику! – настаивал Айкон.

Он запросто мог включить расположенный под панелью управления маячок, чтобы Карательная служба их вычислила. Да, он мог, но не смел себе этого позволить. Не факт, что каратели будут заморачиваться с тем, чтобы взять мятежников живыми… Только не после того, что они сотворили на Аресе. И плевать, что на каре находился сам командор и гражданское лицо. Приказ наместника послужит отличным руководством к действию. И если собой Айкон мог бы рискнуть, то сестрой – ни за что! 

– Нет! Времени нет! Заводите уже…

Эшли порядком надоели эти препирательства, так что она демонстративно помахала бластером прямо перед его носом. 

Айкон злился, но ему пришлось повиноваться. Раз уж он не мог ничего изменить, оставалось только вытянуть полезную информацию, которую можно будет использовать в дальнейшем.

– Ну, и куда мы летим?

– Для начала, выведете кар на орбиту, командор. Пункт назначения я назову позже, перед самым гиперпрыжком.

Эшли улыбнулась и в мгновение ока превратилась в милую девчонку. Кто бы мог подумать, что за миловидной внешностью скрывается настоящая воительница? Неожиданно он представил, каково это – коснуться большим пальцем её пухлых губ…

– Не пойдет! – отрывисто проговорил он, прогоняя непрошенное желание. – Мне нужно знать конечный пункт назначения, чтобы рассчитать время полета, задать курс и понять, хватит ли энерготоплива…

Здесь, он, конечно, лукавил. С тех пор, как было открыто энерготопливо, проблем с космическими путешествиями больше не наблюдалось. Посетить другой конец галактики стало таким же доступным, как когда-то слетать на соседний континент…       

– Чего ты нам голову морочишь?  – Гленто подкинул за лезвие нож и ловко поймал за рукоятку. – Тебе помочь?

– А ты что, первоклассный пилот и умеешь управлять каром?..

– Я тот, кто управляет твоей жизнью, планетаторская подстилка!

Он угрожающе вскинул нож.

– Эй, не трогай моего брата! – Лисанна даже топнула ногой от негодования и подалась вперёд.

Гленто медленно повернулся в сторону девушки, оглядел ее с ног до головы и заключил, что она сейчас походит на дикую кошку. Ему вдруг захотелось высвободить ее темные волосы из небрежных косичек, пропустить через пальцы шелковистые пряди, а потом...

– Хочешь меня наказать, кошечка? – он провокационно облизнулся.

– Даже не думай! – Айкон выбил нож из рук врага. – Увижу тебя рядом с ней, убью, понял? И мне будет плевать, что ты сделаешь.

– Хватит! – вмешалась Эшли. – Как только взлетим, берите курс на ПиЭй, командор!

На ПиЭй?

У Айкона все похолодело внутри.

Откуда мятежникам известно о ней? Ведь вся информация засекречена… Осведомлены были только каратели и Наместник Таббрикс. И не просто так, между прочим! Эта планета также являлась собственностью Союза и была единственной, где мятежникам удалось свергнуть Наместника. Теперь она представляла собой штаб бунтовщиков… И все попытки вернуть ее под юрисдикцию Союза пока не возымели успеха. В Сейме обсуждали возможность уничтожить планету, да и дело с концом, но слишком большие залежи полезных металлов не позволяли пожертвовать собственностью Союза.  

Что же задумала эта мятежница?

Неужели жаждет присоединиться к другим бунтовщикам, вступив в их ряды?

Или просто ищет в космосе островок свободы, где сможет укрыться?

Айкон решил, что обязательно это выяснит! Быть может, ему даже удастся передать полученную информацию Карательной Службе. 

Они уже покинули орбиту и вышли в открытый космос. Арес остался позади, как и два его солнца. 

Командор запустил автопилот. Он хотел вбить другие координаты, но Гленто не спускал с него глаз. А Лисанну Эшли увела в каюту.

Чтобы Айкона ничто не отвлекало. 

Так было сказано. 

Что ж… 

Пока приходилось играть по их правилам, и это жутко раздражало. Но командор был уверен: у него еще будет шанс спутать карты мятежнице и ее подельникам.

А вот и она нарисовалась… Синья – одежда невольников – исчезла. Эшли устроилась в третьем кресле и с наслаждением вытянула ноги. Чертовски красивые ножки, между прочим… В термокостюме девушка смотрелась бесподобно. Для таких костюмов использовалась специальная эластичная ткань, разработанная для космических полетов – она регулировала температуру, считывая параметры тела, так что человеку не грозили ни жара, ни холод.

– Как там его сестра? – небрежно поинтересовался Гленто. 

– Я дала ей сонных капель. Она сейчас спит… 

Айкон немного выдохнул. Судьба Санни было единственным, что его сейчас волновало. Хорошо, что она отдохнет и наберётся сил – мало ли какие испытания их ждут впереди? 

  – Гленто, иди-ка тоже переоденься! А я пока покараулю нашего капитана. Потом настанет и его черед. 

Тот кивнул и, отстегнув ремень безопасности, исчез в глубине корабля.  

– И что дальше, Эш? 

Командор ещё раз проверил введённые данные. Но теперь уже девушка не спускала с него глаз, так что ввести другие координаты не представлялось возможным. 

– Терпение, командор, терпение… – она насмешливо улыбнулась. – Не торопите события.

– Что вы, что вы… Я вас вовсе не тороплю! – нараспев произнес тот. – Просто хочу знать, к чему готовиться… Вы же понимаете, что любые ваши планы будут пресечены на корню? Союзу проще уничтожить этот кар на подлёте к ПиЭй, чем брать на буксир… А в том, что они узнают о захвате кара, можете не сомневаться – наместник Таббрис не упустит возможности об этом сообщить. 

«Ещё и меня запишет в предатели… – мысленно прибавил он. – С него станется! Я ведь ему как кость в горле… Прекрасная возможность избавиться от нелояльного карателя…»

А потом он вспомнил, как полыхал Арес при их отлёте. Быть может, мятежникам удалось взять Правительственный Дом?..

Нет, вряд ли… Наместник стянул туда всех карателей. С другой стороны, склады со взрывчаткой оставались незащищенными, так что исход бунта до конца не ясен. 

– Не волнуйтесь, командор. Все будет пучком! – Эшли вдруг похлопала его по плечу, тем самым возвращая в реальность. – А вот и Гленто.

Тот действительно уже появился в Рубке. Айкон отметил, что он тоже надел термокостюм и походил теперь на грозного космического пирата.   

– Посиди, понаблюдай за мониторами, а я пока отведу командора переодеться.

Айкону пришлось подчиниться. И молчать, стиснув зубы. Со смешанным чувством он наблюдал, как Гленто усаживается в капитанское кресло. Недовольно посмотрев на парня, который уже вовсю развалился и с интересом разглядывал датчики и приборы, Айкон последовал за мятежницей, бросив напоследок, чтобы тот ничего не трогал.  

– Думаю, вам не помешает пройти и регенерацию, – Эшли кивнула на его порез, – прежде чем переоденетесь…

Они как раз прошли через общий отсек, где обычно команда отдыхала после работы, и скрылись в медблоке.  

– Я не прохожу регенерацию. 

– Неужели?..

– Чтобы это понять, достаточно посмотреть мне в лицо.

– А как же ваше сердце?

– Меня, знаете ли, не спрашивали…

Он припомнил, как очнулся после взрыва. Во рту было сухо. Лицо пылало. Будто он угодил под тысячу солнц. Можно считать, что так оно и случилось. Взрыв разнёс и сам склад, и прилегающую к нему территорию. А ещё уничтожил весь отряд карателей и поджарил его самого, лишив сердца – в грудь уже была вживлена эта искусственная дрянь. 

– И все же я обещала вашей сестре, что позабочусь о вас. 

– Ну так просто залатайте меня. Или кишка тонка?

Он испытывал ее, поняла вдруг Эшли. Что ж, его ждёт сюрприз.

– Да нет… Это ведь у таких, как вы, полный пакет медпомощи. А мы обходимся тем, что есть под рукой. Красивого шрама не обещаю, но залатать – залатаю…

– Поверьте, я переживу!

Эшли открыла медицинский шкаф и уверенно достала все, что необходимо: обеззараживающее средство, нитки с иголкой, бинты…

– Снимите китель и рубашку. 

Он повиновался. Эшли завороженно наблюдала, как на пол летит одежда. А потом уставилась на его обнаженную грудь. Как магнит взгляд притягивала квадратная пластина из блестящего металла, похожего на тот, из которого была сделана его маска. 

«Это что, комплект? – пронеслась нелепая мысль в голове Эшли. – Два по цене одного?»

– Что, любопытно?.. – командор смотрел на нее с презрением. – Могу дать потрогать.

Искушение было велико. Но Эшли сдержалась. 

– Дайте лучше осмотрю вашу руку. 

Включив большой свет – мертвенно бледный, какой бывает обычно в больницах, она подошла ближе. Вот её взгляд скользнул по мужской спине, усыпанной шрамами разных мастей и калибров. 

Кривые и ровные. 

Глубокие и бугристые. 

Бледные и багровые. 

И каждый – настолько жуткий, что Эшли тут же захотелось отвести взгляд. 

Нет не потому, что ей стало противно. Причина была в другом. В жалости. Она представила, какую боль испытал командор, заполучив эти шрамы. 

«Нечего жалеть карателей… – одернула она себя. – Из-за них страдают невольники, так что поделом ему…» 

– А вы не шутили, когда говорили про нелюбовь к регенерации… – наконец, она нашлась, что сказать.

– У меня вообще скверное чувство юмора… – уголок его губ пополз вверх вместе с маской.  

Обеззаразив рану, которая оказалась небольшой, но достаточно глубокой, Эшли сделала обезболивающий укол и принялась за дело. Пальцы работали быстро и точно – ей уже не раз приходилось штопать чужие раны, но ещё никто и никогда своей близостью не вызывал в ней такого трепета. 

От командора исходило тепло – будто он сам был Солнцем-А или его частью. Прикасаться к нему казалось каким-то бесконечно неправильным. Будто она касалась запретного плода.   

– Неужели совсем не больно?.. – спросила Эшли просто, чтобы разрушить затянувшееся молчание, от которого разбивалась ее защита. 

– Терпимо… – ответил он и слегка поморщился. 

Стежок за стежком рана, наконец, была заштопана. Эшли критически оценила свою работу и осталась довольна.

– Ну вот, ещё один шрам в вашу копилку, командор. – Бинт лег на рану.  

– Я бы поблагодарил вас, да ведь это ваших же рук дело… – Айкон кивнул на порез. 

– Каково это? – неожиданно для самой себя Эшли задала вопрос, не дававший ей покоя. 

– Что? Лишиться сердца? – он посмотрел на нее так пристально, что ее собственное учащенно забилась. – Давайте я всё-таки удовлетворю ваше любопытство!

Он перехватил запястье девушки и прижал маленькую ладошку к своему сердцу. К тому месту, где оно когда-то располагалось. 

Безжизненная металлическая пластина обожгла кожу холодом. Эшли замерла. Ничего. Не единого стука. 

– Оно… не бьётся!

– Бьётся, конечно. – Усмехнулся командор. – Но совсем тихо, чтобы не отвлекать от насущных дел… 

– Что ни говори, а Ассоциация медиков знает толк в медицинских штучках! – с сарказмом произнесла она. – Медицина для избранных…

– Ну, как видите, – Айкон положил свои ладонь поверх ее, и Эшли на мгновение задрожала, – я в их число не вхожу… 

– Это уже ваши личные тараканы… – губы девушки едва слушались. 

– И каково это? – повторил он ее недавний вопрос, внимательно глядя ей в глаза.

«Все-таки зелёные… – отметил Айкон. – Но не совсем. Такого сочного глубокого оттенка…» 

– Ч-что?.. – она торопливо отняла руку. 

– Каково это – знать, что хочешь карателя?..

Эшли охватило волнение. Щеки  зарделись. Во рту пересохло.  Хотелось развернуться и уйти с гордо поднятой головой. Но она не посмела.  Побег означал бы признание, что в его словах есть толика правды. Близость этого необычного мужчины будоражила и вызывала доселе ей незнакомые чувства. 

– Да вам для «Вестника Ареса» статьи клепать, – всё-таки нашлась она, – там сказки любят… 

– Лгунья! Я считал ваш пульс… он участился. 

– Вы себе льстите… – выдавила Эшли. – Это от омерзения…

И снова ни один мускул не дрогнул на его лице, лишь в глазах мелькнул гнев, но и тот погас, словно пламя на ветру. 

– Сейчас проверим…

Командор обхватил ее за талию и притянул к себе, усаживая на колени. А потом вдруг припал к пухлым губам своими и жадно поцеловал. 

Мир покачнулся. А затем несколько раз сделал сальто и рухнул на лопатки. 

Его губы оказались на удивление мягкими и нежными. А ещё невероятно сладкими. Как будто пьешь воду с белым песком – такой им иногда выдавали за выполнение плана на шахте. 

Даже голова закружилась. 

Вот его ладонь легла ей на затылок, прошлась по волосам, прижимая к себе ещё теснее. И тут она ощутила щекой металл его маски – такой же холодной и мёртвой, как и его искусственное сердце. Прикосновение отрезвило Эшли и привело её в чувство.

Вцепившись в плечи командора, она резко отпрянула. А потом последовал удар – это её маленькая ладошка прошлась по открытой половине его лица.

– Вы… вы… – она не находила слов, – настоящее… 

– Чудовище?..

–  Хуже, вы – настоящее исчадие ада! Еще раз прикоснетесь ко мне – пристрелю! 

Для верности она выхватила бластер из кобуры и направила на него. И только потом сообразила, что Брук с лёгкостью мог не просто проделать то же самое, пока она нежилась в его объятиях, но и приставить оружие к её собственной голове. Оставалось загадкой, почему он не воспользовался шансом.

–  Кажется, мы это уже проходили?.. – в привычно ленивой манере отозвался он. – Хотите убить – убейте. Но только я умею управлять этой штукой… – он обвёл глазами стены медблока. –  Значит, я вам нужен. А в том, что касается произошедшего… – его откровенный взгляд задержался на губах Эшли. – Как вы правильно заметили, из нас двоих бластер есть только у вас… 

Эшли вспыхнула. Но все же удержалась от вступления в полемику. Он был прав, и это невероятно бесило. Несколько раз глубоко вздохнув, она посоветовала ему переодеться в термокостюм и, заперев медицинский шкаф, поспешила покинуть медблок.   

***     

Напыщенный, самоуверенный, омерзительный…

Эшли выворачивало оттого, что сотворил командор! Да как он смел?..

Взять и вот так бесцеремонно поцеловать! 

Провались он в пески! Да сожги его Солнце-А!

Губы до сих пор жгло. Никто и никогда не позволял себе подобного с ней. Она всегда ясно давала понять, что эта сторона отношений её не интересует.

Так он и не спрашивал!  

Эшли уселась в кресле капитана, выгнав ничего не подозревающего Гленто проследить за командором. Помощник ни слова не сказал, когда она влетела в Рубку, словно ужаленная песчаным червём. Но наверняка много чего подумал. 

Потом появились Дарки и Ларки и сообщили, что все найденное на каре оружие собрано в уборочной, где хранится инвентарь для поддержания чистоты и порядка на корабле. 

Эш выставила их, отправив проверить запасы провизии, хотя наперёд знала, что с ними всё в порядке – командор Брук был очень ответственным и всегда готовился к любой напасти… В этом плане её информатору можно было верить, он ни разу не подводил…

Эшли пыталась сообразить, что её больше раздражает: вероломство командора или тот факт, что она ответила на его поцелуй?

«Это всё от неожиданности!» – подсказывал внутренний голос.

И девушка была готова ухватиться за услужливо предложенное оправдание, если бы не одно чудовищное «но»…

Поцелуй не только взбудоражил её душу, но ещё и разбудил что-то неведомое в груди… Какое-то непонятное томление не покидало её с тех пор, как она влепила командору пощечину и не умчалась в Рубку. И что с этим делать, она совершенно не представляла. 

Ничего. Забыть. Стереть. Вычеркнуть. И дураку было ясно, что командор пытался нащупать слабое место в броне Эшли… Но его ждёт разочарование. Он – глава карателей – гроза всех невольников и враг всех мятежников. Эшли не собиралась играть в его игры. Надо будет – пристрелит из бластера и дело с концом!   

Она поглядела в панорамное окно, за которым раскинулся космос во всём своём многообразии. Она, никогда не видевшая звёздного неба, вечно прозябающая на Аресе под палящими Солнцем-А или под кровавыми лучами Солнца-Б, сейчас наслаждалась потрясающим зрелищем. Казалось, что звёзды живые и плывут куда-то, навстречу неизведанному. По факту же это их космокар летел вперёд – туда, где в далёкой Галактике Ночных огней вертелась планета ПиЭй… 

Что их там ждёт? 

Что с ними будет?

Эшли старалась не думать об этом. До поры до времени. Вполне вероятно, они вообще погибнут… 

Ну и пусть. Случись оно так, она всё равно поступила бы как поступила. Проведя всю свою жизнь на Аресе, будто в настоящей тюрьме – только размером с планету, Эшли знала цену свободе… И была готова на всё, чтобы вернуть её остальным невольникам. И план её состоял вовсе не в том, чтобы сбежать и поселиться там, где вездесущий Союз Планетаторов до неё не доберется. 

Это было слишком мелко. 

Жить, всё время скрываясь, да еще и подвергая опасности всех остальных аресианцев. Нет… Всё должно получиться гораздо масштабнее.

– Красиво, не правда ли?

Она вздрогнула, как от удара. И почему внутри всё задрожало? 

– Ну вы-то привыкли к подобному зрелищу, а? – она ринулась в бой, стараясь провести черту между ними. Мол, мы с тобой по разные стороны баррикад и так и должно оставаться впредь.

– Верно. – Айкон не стал спорить. – Я много где побывал… Но это не значит, что я перестал ценить красоту космического пространства. 

Как и красоту людей! – мысленно добавил он. 

Только с некоторых пор его интересовала красота внутренняя. Он помнил, как после взрыва многие прежние знакомые избегали его. 

Удивительно. Словно он и правда превратился в чудовище. 

Наверное, это во многом и определило его нежелание проходить регенерацию. Уж лучше так… Зато сразу можно было понять, для кого из  окружения его увечья представляли проблему… Таких людей он намеренно вычеркивал из жизни, насколько это позволяла работа. 

Чик-чик. 

То же он проделал и с сердцем – выскреб всех, кому стал противен, тем более что дыра в сердце уже имелась. Да и сердцем эту дрянь в его груди можно было назвать с натяжкой. 

С Найрой вышло тяжелее всего. Девушка, с которой он собирался сочетаться браком, целыми днями уговаривала его пройти регенерацию. 

И чем больше она уговаривала, тем сильнее он упорствовал в своем отказе. 

И да, он видел, как она прятала взгляд и старалась на него не смотреть, если он снимал маску. 

Тем памятным утром она пришла и поставила ему ультиматум. 

Или регенерация, или брака не будет. 

Айкон не любил шантаж. 

Потому отношения перестали существовать. А он ещё больше отстранился от людей, заковав в металл не только лицо и сердце, но и душу. Его это устраивало.

Подчинённые каратели и так держали дистанцию, а после взрыва и вовсе сторонились так, будто его ужалил песчаный червь, заразив Мраморной лихорадкой.   

По факту единственным человеком, для которого его внешность не играла никакой роли, оказалась сестра. Только ей он безоговорочно доверял и любил всецело, был готов на всё ради ее благополучия. 

Но сегодня… эта дерзкая мятежница всколыхнула в нем давно забытое чувство – вожделение. Он сам не понимал, как решился на поцелуй… Но почему-то именно ее неприязненный взгляд, брошенный на его увечья, задел за живое. А потом он уловил ее пульс… и голову снесло. На одно жалкое мгновение ему почудилось, что девушка испытывала к нему влечение. Поцелуй оказался горячим, страстным и сладким. Она не оттолкнула его. 

Точнее сделала это не сразу. 

И это грело душу.

И было до невозможности глупо! Она ведь не видела его без маски… Увидит – и тут же сбежит. Тем более, что она бунтарка и враг Союза, и тут уж точно не до взаимных симпатий.  

– Да, вы много где побывали и много что видели… – прервала его мысли Эшли. – А жители Ареса всю жизнь гниют среди песков. Как считаете, это справедливо?.. Хотя не утруждайте себя ответом, я помню, вы лишь играете в игру, не вникая в правила.  

Айкону стало неприятно, будто она взяла и изваляла его в грязи. Но разве он, ответственно выполняющий свои обязанности, виноват в чём-то? Разве есть его вина в том, что невольников отправляют на другие планеты отбывать наказание? Раз отправляют, значит они заслужили! 

    – Кто я такой, чтобы спорить с Великим Судом?.. – слова его прозвучали резче, чем ему бы хотелось. – Каждый получает по делам своим…

– Моего деда сослали на Арес за то, что он выступал против поправок в законодательстве… Состряпали липовое дело, якобы он хотел взорвать Парламент, и отправили вон с Земли… Всю жизнь он пахал на благо Союза Планетаторов, завел семью… но мечтал вернуться на Родину. Умер дряхлым стариком. Я тоже родилась на Аресе и с малых лет работала на Союз. В чем же моя вина? 

– Dura Lex, sed Lex… – процитировал Айкон лозунг, украшающий фасад Правительственного Дома.  

– Да, я умею читать, командор… – горько усмехнулась Эшли, – благодаря своей матери... 

И тут кар слегка тряхнуло. 

– Что это?.. 

Подавшись вперёд, Эшли уставилась в панорамное окно, за которым заметила темные точки, которые быстро приближались. 

– Астероидное поле! Обычно с ним с легкостью справляется «Щит», но вы же не дали мне проверить систему перед полётом.

– Если это ваши проделки… 

– Чёрт, поле довольное плотное! Дайте я сяду, – он рывком поднял её с места и сам рухнул в кресло пилота, – иначе мы можем не долететь…

Дальше происходило что-то невероятное. Эшли наблюдала за тем, как командор дёргал за какие-то рычаги, жал на кнопки, вводил различные комбинации, и на экране появлялись красные коды из цифр и букв. А по ту сторону стекла разразилась настоящая драма – огромные куски породы, похожей на ту, что скрывалась в недрах Ареса, проплывали мимо. Один – продолговатый, будто слепленный наспех из двух кусков, летел прямо на них. 

Командор снова что-то ввел на экране, потом потянул за рычаг и… кар резко бросило вправо. Эшли тоже повело по инерции – сделав пару шагов, она налетела на другое кресло и громко вскрикнула от боли.

– Сядьте и пристегнитесь!

Эшли и не думала спорить. Усевшись, быстро пристегнулась и уставилась в окно. Казалось, что они дрейфуют в море бесконечных камней разных мастей и размеров. Зрелище на самом деле не для слабонервных. Командор маневрировал, как мог, но астероидов казалось слишком много…

Айкон виртуозно управлял кораблем, но это было всё равно что сражаться муравью с нашествием слонов – удивительных животных, о которых Эш слышала от дедушки.  

Бу-ум!

Кар тряхнуло и снова бросило в сторону, на этот раз влево. В Рубку влетела испуганная Санни. Следам за ней появился и Гленто. На этот раз его любимый нож покоился в ножнах на поясе.

– Айк, что случилось?!

– Надо было тебе остаться в каюте… – пробормотал Айкон, не отрывая взгляда от мониторов. – Сядь и пристегнись! По курсу ещё один…

Едва Лисанна успела сделать шаг к креслам, расположенным позади пилотских, как их снова тряхнуло. Она бы наверняка упала бы, но тут вовремя подоспел Гленто и исхитрился схватить ее за локоть и притянуть к себе.

 – А ну отпусти меня! – взвизгнула та и, не дожидаясь ответа, опустила каблучок прямо обидчику на ногу.

– Вот же дикарка! – взвыл от боли Гленто. – Я вообще-то спас тебя от падения!

– Никто тебя об этом не просил! – щёки Лисанны пылали огнём.

– Да сядьте вы уже оба и успокойтесь! – рявкнул Айкон. – Проследите, мне сейчас не до них!

Последнее распоряжение было брошено уже Эшли. Она даже подбородок вздёрнула, собираясь разразиться гневной тирадой, но тут кар опять затрясло и, умудрившись высунуть голову из высокого кресла, мятежница прорычала:

  – Гленто! Санни! Займите места и сидите молча!

Сработало.

Будто шагая по качающейся палубе корабля они добрались до кресел, уселись на места и пристегнулись.

– Ты всех нас угробишь, – зашипел Гленто, с ужасом глядя на приближающуюся каменную махину, – прихвостень Наместника!

– Я бы на твоем месте воздержался от оскорблений, комета хвостатая! – процедил Айкон, уводя кар влево.

Снова раздался удар, словно невидимое чудовище провело когтями по обшивке корабля. Лисанна сжалась и нашарила руку Гленто – ей совершенно не хотелось умирать, да еще и в одиночестве. А ладонь этого парня дарила ощущение мнимой защиты.

– Всё будет хорошо! – сжав её пальцы в ответ, пообещал он, и она ему отчего-то поверила.

– Эта махина разорвёт нас на части! – Эшли ненавидела себя за страх, прозвучавший в голосе. – Вы можете нас увести отсюда?..

Чудом избежав столкновения, Айкон запустил диагностику и уставился на монитор. Дело было дрянь. Мелкие частички астероидов проникли в систему корабля…

– Нам нужно срочно сесть и произвести проверку!

– С ума сошли?! – Эшли посмотрела на него, как на идиота, а затем снова ткнула в него бластером. – Держите курс на ПиЭй!

– Слушайте, если мы срочно где-нибудь не сядем, а система окончательно откажет, блуждать нам по Вселенной до скончания дней, как эти самые астероиды, ясно? Этого вы хотите?!

Тем временем кар опять повело в сторону. А за окном картинка напоминала сцену из столетнего боевика – вокруг кара уже сбились сотни камней.

– Еще пара минут, и мы не успеем совершить гиперпрыжок!

– Ладно, посмотрите, какая ближайшая планета есть рядом…

– Нам нужна не просто планета, а та, где атмосфера пригодна для нас! – он уже запустил поиск. – Черт!

– Что такое?..

– Ближайшая – это Джей-711…

– А что с ней не так? – подал голос Гленто. Сейчас спеси в нём поубавилось.

– Мы жили на Джей-711... – упавшим голосом сообщила Лисанна. – Там погибли наши родители…

Да-да, дорогие читатели! Айкону придется немного окунуться в прошлое)))

 Гиперпрыжок они, кажись, пережили… Айкон уже боялся, что не выплывут из этого астероидного ада.

Но вроде пронесло.

Он осознавал, что с каром не всё в порядке – такие вещи понимаешь на раз-два, чувствуешь по вибрации корабля, улавливаешь по звукам, которые он издаёт… Этот кар – будто продолжение его самого, он принадлежал ему с самого выпуска из Карательной школы. Айкон знал его каждую вмятинку и царапинку.

Левое крыло, к примеру, пару лет назад было заменено из-за стычки с пиратами, промышляющими в Галактике Черного Дракона. Айкона туда послал Союз на выручку кораблю, перевозившему сырьё.  Теперь крыло слегка отличалось по цвету, что было заметно лишь в лучах Солнца-А и под определенным углом.

А по правой стороне корпуса застыл кривой след, доставшийся от астероида, одиноко блуждающего по Вселенной. Именно благодаря ему в прошлый полет Айкон и забил тревогу… И не стал удалять «шрам» с обшивки, посчитав, что так он и кар породнились ещё больше.

Да, его кар был не просто кораблем, он был другом и, пожалуй, самым близким после Лисанны. И этот друг ни разу его не подводил…

До прошлого полета.

Айкон до сих пор не мог понять, что стряслось. Диагностика всегда была тщательной и проводилась дважды: после возвращения и перед новым стартом. И проблем никогда не случалось… А тут вдруг ни с того ни с сего начал барахлить «Щит» – самая крутая система защиты космокаров.       

Но сегодня, понятное дело, сбой был ожидаемым. Кто в здравом уме отправляется в космос, не пройдя проверку?..

Известно, кто.

Он искоса взглянул на Эшли. Ее лицо практически превратилось в белую маску. Жили только глаза. Еще несколько часов назад он гадал, какого они цвета… А теперь знал точно, что её глаза насыщенного бирюзового оттенка, будто взяли и перемешали море с небом. В таких можно было запросто утонуть. Он тут же отбросил опасные мысли, словно это были лютые змеи, обитающие на Аресе.

– Не думала, что придётся так туго… – теперь ожили и пухлые губы девушки. 

Айкон вспомнил, как прижимался к ним совсем недавно, и его пронзило острое желание повторить.

– Ну, красивый полет без неожиданностей никто никому не обещал! – не удержался он от шпильки.

– Это понятно, но главное, что пронесло…

– Осталось дотянуть до Джей-711.

– Послушайте, командор. Я вас сразу предупреждаю, что всё время будем рядом. И вы скажете им, что мы – ваша команда, а если попытаетесь сообщить правду, ваша сестра погибнет. Это ясно?..

– Посмотрим… – Айкон поморщился. – А теперь не отвлекайте меня, пожалуйста!

Командор сосредоточился на показателях приборов. В голове мелькнула шальная мысль специально устроить аварийную посадку, чтобы кар точно никуда больше не полетел, но он сразу же отмёл эту идею… Чего доброго, эти дикари захватят новый. А вдруг кто-то пострадает?.. 

– Айк, все будет хорошо, правда? – его плеча коснулась рука сестры.

– Я не знаю, Мышонок... – он нашел ее пальцы свободной рукой и крепко сжал. – Но я сделаю все, чтобы мы не погибли, договорились?.. И прости, что втянул тебя в это…

– Эй… ты ничего не делал! – возмутилась Санни и бросила взгляд на Гленто, который исподлобья за ними наблюдал, снова играя со своим любимым ножом.

Эшли сделала вид, что не слышала разговор командора с сестрой: уж больно он был личным. Кто бы мог подумать, что этот суровый и жесткий мужчина умеет быть чутким?.. Прозвище-то какое придумал сестре…

Мышонок.

Мятежница окинула Лисанну беглым взглядом. Ее темные косы и вправду походили на мышиные хвостики, да и ушки смешно торчали, как у мышонка, а глаза сквозь стёкла очков в черной оправе выглядели как две блестящие бусины.  И как она раньше не замечала?..

Девушки переглянулись, но не сказали друг другу ни слова.

– Что из себя представляет эта планета? – отбросив прочь сантименты, Эшли вновь превратилась в суровую воительницу – расчетливую и непоколебимую. – Какой климат, сколько проживает людей?

Айкон нажал на несколько кнопок, и на одном из экранов появились яркие строчки. Он пробежался глазами по тексту.

– Атлас Галактики старый. Двадцатилетней давности, почему-то информацию с тех пор не обновляли…

– И что там сказано?

– Климат умеренный… атмосфера напоминает Земную, приемлема для человека. Есть леса. Воды есть, но она по большей части под землёй… Много чёрного сырья, его месторождения и разрабатывал Союз Планетаторов… а также сразу строил перерабатывающие заводы. Конечную продукцию доставляли на Землю. На тот момент жителями значатся три тысячи невольников, и персонал Союза – всего пятьсот человек, помимо карателей, конечно. Это учёные, обслуживающий персонал, Администрация. Ну, и их семьи, естественно…

Последнее предложение далось Айкону с трудом: он вспомнил родителей… Отца в вечно сползающих на нос очках и хрупкую мать с мягкой улыбкой. Отец часто пропадал в кабинете, занимаясь своими расчетами, но стоило сыну или дочери показаться в дверях, он тут же все откладывал… удивительная привычка для одержимого ученого. 

Мать изучала инопланетные формы жизни, но в первую очередь являлась магнитом для их семьи, притягивала всех и собирала вокруг себя… Семейные завтраки, обеды и ужины были доброй традицией. А ещё вафли со взбитыми сливками по выходным. Он как наяву увидел их кухню с широкими окнами, сквозь которые проникал белый свет с улицы, маму в фартуке с изображенным на нем земным шариком и звёздами вокруг. Вот мама наклоняется к нему и шепчет заговорщически:

– Перемены начинаются с тебя, Айк!

От нее пахнет выпечкой, уютом и уверенностью, что мир прекрасен.

А потом случился бунт. Родители погибли, а вместе с ними и уверенность обратилась в пепел. Мир оказался многоликим, и прекрасного в нем существовало куда меньше. Но в нём оставалась Санни, которая по-отцовски поправляла очки указательным пальцем, а её улыбка один в один повторяла изгиб губ матери. И тепло в глазах было тем же. Порой, наблюдая за сестрой, Айкону мерещилось, что это мать и отец навестили его.

– А сколько людей живет теперь? – напомнила о себе Эшли.

– Нет информации.   

Он сам не мог понять, почему данные в Атласе не обновили. Там не было ни слова о бунте и погибших, хотя обычно справка о планете включала в себя любые с ней связанные события. Это выглядело действительно странно. Но сейчас самым важным для него было посадить кар. 

– Вернитесь на свои места. Мы совсем рядом, входим в орбиту.

Айкон от всей души надеялся, что принял верное решение. Перед глазами отчего-то до сих пор стоял образ матери в фартуке, а вокруг витал аромат свежеиспечённых вафель.

Ну, вот немного окунулись в воспоминания Айкона из детства. В следующей главе появятся новые герои и новая локация)

Небо казалось лиловым. Прорвавшись сквозь плотные облака, командор увидел внизу завод с дымящимися трубами.  Чудилось, что это великаны разлеглись на поверхности и курят трубку, выпуская клубы сизого дыма. А вокруг раскинулось голубоватое снежное покрывало… Даже сквозь бронированное окно кара Айкону померещилась свежесть морозного воздуха. 

– Что это?.. – Эшли завороженно смотрела вниз, разглядывая причудливые лабиринты между зданиями.

– Заводы, – коротко ответил Айкон, переходя на снижение.

Скорость он сбросил. Тягу убавил. Оставалось только пожелать себе мягкой посадки. Он поискал глазами взлётно-посадочную площадку и не сразу заприметил её, потому что и она была скрыта под тонким слоем снега.

И это было странно…

Не чищено? Но почему?

Может, никого не ждали?.. Но неужели и вылетать в ближайшее время никто не собирался?

– А белое?.. – Эшли ткнула пальцем в окно.

– Это снег… – он вдруг сообразил, что мятежники не видели ничего, кроме песков Ареса.

– Я слышала о нём… это замёрзшая вода! – с каким-то щенячьим восторгом отозвалась Эшли. Черты её лица смягчились, и лицо стало почти детским.  

– Ага, которая падает с неба.

Тут их пару раз слегка тряхнуло, но после астероидного ада никто даже не пикнул.

Раз.

Два.

Три.

Командор любовно потянул за тормоз. Всё прошло прекрасно. Кар чуть дернулся и… заскользил по поверхности площадки. Слишком быстро, но не настолько, чтобы причинить им вред.

Он снова сосчитал до трёх.

Выдохнул.

Они, наконец-то, сели.

Кар ещё несколько минут гудел, а затем умолк и он. В Рубке воцарилась тишина. Айкон снова поглядел в окно. Теперь казалось, что холод трогает стекло пальцами и подбирается к его груди.

Нет, милый, моё сердце тебе не заморозить, у меня его попросту нет…

Затем он увидел, что к ним уже спешат двое людей в оранжевых робах и в накинутых поверх тёплых куртках. Один из них заметно припадал на правую ногу и опирался на двойную трость – такую обычно использовали те, у кого вместо конечности дешёвый бесплатный протез. 

Нужно было продумать стратегию поведения, чтобы никто не пострадал.

– Пойдёмте… – командор отстегнул ремень безопасности и встал.  – И не рассчитывайте, что моя сестра останется здесь с вашей хвостатой кометой!

В голове промелькнула заманчивая мысль активировать маячок, спрятанный под панелью управления, но он тут же отмёл её, стоило ему представить карателей, прибывших на зов. Будут ли они разбираться что к чему? Вряд ли.  А все, что волновало Айкона – это невинные жертвы. И меньше всего ему хотелось, чтобы пострадал кто-то из жителей городка, расположенного внутри заводского лабиринта.

 Когда люк отъехал в сторону, морозный воздух ворвался в кар и схватил Айкона за горло, будто невидимая ледяная рука. Командор уже позабыл, как бывает холодно зимой на Джей-711. Он обернулся на Санни – она всегда быстро замерзала, и с удивлением увидел, что Гленто накинул на сестру куртку, которую отыскал в шкафу. Парень прилип к девушке и не отходил от неё. И впервые Айкон был этому рад.  

Он с сомнением посмотрел на термокостюм Эшли. Костюм регулировал температуру тела и подстраивался, но не был предназначен для морозов, какие стояли на Джей-711.

– Вам бы тоже не помешало что-нибудь надеть…

– Я не настолько слаба, командор! – она вздернула носик и презрительно фыркнула. – Не растаю…

– Конечно, нет! Скорее – замёрзнете… – хмыкнул он, а Эшли увидела, как натянулась кожа под его маской.

«Интересно, насколько там всё страшно?.. – не удержалась она от запретной мысли. – Ведь правая сторона его лица выглядит вполне симпатично…»

Она украдкой бросила новый взгляд на командора. Волевой подбородок уже покрывала чёрная щетина. Прямой нос делал его профиль привлекательным. Изгиб рта напоминал ломаную кривую – так и тянуло пройтись по контуру. А глаза… в глазах таилось нечто пугающее и загадочное.  

Покинув кар, они оказались на заснеженной полосе. Создавалось ощущение, что земля и небо смешались в одно белое месиво… и только тёмные здания вдалеке проходили между этакой границей. 

Двое мужчин уже приблизились к кару.

– Командор Брук, Карательная Служба Планетарного Союза, подразделение 451, – привычно отчеканил Айкон.

Планету он намеренно решил не называть, хотя и понимал всю бесполезность своей затеи. Если они мелькнули в новостях «Эха Вселенной», все его ухищрения бесполезны.  Вполне вероятно, что и сам Айкон, и его кар уже находятся в розыске.

– Исполняющий обязанности Наместника, Равис Денёв! – представился один из мужчин – тот, что с тростью. Он был старше своего напарника и шире в плечах, хотя под курткой скорее всего скрывался значительный животик. Лицо его раскраснелось на морозе, а вот нос посинел настолько, что смахивал на мороженую сливу.  Айкону он напомнил Санту с густой белой бородой, хотя глубоко посаженные глаза казались чересчур уставшими для рождественского весельчака.  – Добро пожаловать на Джей-711.  
 

Командор очень удивился. Ни на одной планете Наместник или его заместитель не встречали карателей на взлетной полосе.

Неслыханно…

А еще он понял, что эти двое не в курсе их побега с Ареса.  Снова пронеслась мысль как-то дать им знать о мятежниках, но короткого взгляда на сестру хватило, чтобы отказаться от этой идеи. Вездесущий Гленто охранял её, точно какую-то шишку из Сейма.    

– Вас прислали к нам следить за порядком?.. – проговорил второй – худой азиат с гладким отутюженным лицом и глазами-щелочками. Он был значительно моложе и… строже, что ли.
 

Айкон открыл было рот и тут поймал на себе выразительный взгляд мятежницы, которая уже дрожала и вовсю отбивала зубами чечётку. На секунду командор даже ощутил злорадство, но потом устыдился и, скинув китель, набросил его девушке на плечи. На этот раз она не стала противиться.

– Нет… – заверил Айкон, различив в голосе худого недовольство. – Мы направлялись в Галактику Ночных огней, но что-то случилось с нашим «Щитом»… вот мы экстренно и сели у вас. Можно нам пройти диагностику?..

– Конечно, конечно… – дал добро Равис. – И не обращайте внимания на Накао, он у нас не так давно и страсть как не любит чужаков…

– Я не совсем чужак… – решился командор. – Мы с сестрой жили здесь когда-то, ещё до Бунта.

И тут же пожалел о своих словах, заметив, как ещё больше сузились глаза Накао.

Дорогие друзья! Вот и двое новых персонажей! Как Вам Равис и Накао?
Также приглашаю Вас в свою фантастическую трилогию о Карамельке, Фолке и Дине!

Вас ждет:
- продуманный авторский мир
- интриги и тайны
- неожиданные повороты
- борьба за свободу
- настоящая ЛЮБОВЬ
Мир будущего. Нас разделили на классы и диктуют как жить. Не возражай. Не думай. Не ищи перемен. Получив послание от таинственного незнакомца, Кара Мель решается на побег. Но вместо загадочного красавца Дина ее встречает грубый и нахальный Фолк. Кару ждут опасные и захватывающие приключения, ей придется столкнуться с предательством, интригами и коварством. Кто же окажется врагом, а кто протянет руку помощи в трудную минуту? Сможет ли Карамелька справиться с испытаниями, сохранить себя и обрести настоящую любовь?

– О, ну тогда чужаки для вас мы… – произнёс Равис, напирая на свою трость. – Я на этой планете лет пять. А Накао направили к нам всего пару месяцев назад. Пойдёмте, здесь жутко холодно… 

Шаркая ногой и работая тростью, Равис заковылял вперёд.

– Отгони пока кар в ангар и проверь его! – бросил он указание Накао. – Да не переживайте так, у него золотые руки, он инженер от бога! А нам туда… – он махнул в сторону здания, застывшего вдали. – Мы обитаем вон там, в бывшем Правительственном Доме…

– В бывшем? Как это?.. 

– О, после Бунта здесь все изменилось!

– Я знаю… Видел своими глазами, – не удержался от комментария Айкон.

На мгновение он перенёсся в прошлое и уже стоял на площади Очага. Только тогда было лето – такое же обгоревшее, как и дома, застывшие вокруг. Их разрушили и измазали в саже борцы за свободу, подобные тем, что шагали сейчас рядом с ним… Айкон зло посмотрел на Гленто и Эшли. Где-то позади за ними плелись и Дарки и Ларки, ёжась от холода. 

Но город и дома – это только полбеды. Гробов было столько, что не успевали закапывать. Казни и похороны чередовались. И Айкон присутствовал на каждых. Так он закалял свою душу, баюкал в себе ненависть к невольникам и взращивал желание пойти в каратели. И с каждым расстрелом, с каждым вздернутым бунтовщиком, с каждой новой табличкой на кладбище у него выходило все лучше: душа обращалась в сталь, ненависть бурлила в крови, а желание стать карателем превращалось в навязчивую идею.

– Нет-нет, я не про то… После Бунта вы, верно, сразу покинули планету?

– Почти… – подтвердил Айкон.

– Ну так вот… Тогда и свернули разработку новых месторождений, большинство невольников отправили по другим планетам, а здесь оставили работать только уже открытые скважины. Ну, и заводы, конечно! – Равис кивнул на одного из «великанов». – С тех пор народу становилось все меньше…  Скоро не останется никого. А ведь был здесь когда-то очень даже процветающий промышленный город.

– А кто виноват? – встряла Эшли.

– Бунт, конечно! – он с удивлением пожал плечами.

– Бунт не начинается на пустом месте! – возразила Эшли, начиная злиться.

– Не понял…

Гленто пихнул Эшли локтем в бок, давая понять, что она слишком увлеклась.

– Я имею в виду… – она судорожно принялась подбирать такой ответ, который устроит и карателей, и наместников, и её собственную совесть, – будь у невольников больше прав, подобного бы не случалось.

– Ну, знаете ли… не мы устанавливаем законы.

Девушка скривилась. Удобная отговорка для тех, кто выполняет черную работу или потворствует угнетению невольников. А чего ещё ждать от этой братии?..

– Вы не знаете, почему в Галактическом Атласе указана старая информация о планете? – спросил Айкон.

– Ах, это… – Равис покрутил свою трость в руке. – Скажем так… Союз Планетаторов не любит афишировать свои промахи, если вы понимаете, о чём я. Им проще замести ошибку под ковёр и не вспоминать о ней.

В груди Айкона кольнуло. Он был слишком молод тогда, и горе настолько сильно поглотило его, что и трансляции на «Эхо Вселенной», и статьи в «Космическом Горизонте» прошли как-то мимо. Но закопать и убрать с глаз долой подобную трагедию – разве такое возможно?..      

– Признаться, я совсем не удивлена поведением Союза… – снова высказалась Эшли, но под суровым взглядом командора быстренько сменила тему: – А здесь всегда так холодно?..

– Зимой – да… Но не переживайте, в Правительственном Доме тепло. Не зря же мы добываем черное сырьё…

Они уже как раз поднимались по ступенькам. Айкон обернулся и увидел позади дорожку следов, среди которых одна особенно выделялась: два одинаково круглых отпечатка походили на следы чьих-то копыт. Командор перевёл взгляд на Рависа и сообразил, что следы оставлены его необычной тростью.

– Вы идёте?.. – позвал заместитель Наместника, придерживая для них дверь.

– Да-да, конечно!

Айкон поспешил вверх по ступенькам, не обращая внимания на недовольные взгляды мятежников.    

***

Оказавшись в здании, Эшли едва удержалась, чтобы не ахнуть. На Аресе она ни разу не бывала в Правительственном Доме, но от тех, кому посчастливилось его посетить, знала о роскоши и богатстве, в которых утопал Наместник и его приближенные. Но одно – знать, а другое – увидеть собственными глазами…

Внутреннее убранство впечатляло и поражало своим величием и изысканностью. Первое, что увидела Эшли – стеклянную лестницу, украшенную изящными перилами из кованого золоченого металла.

«А, может, это настоящее золото? – вдруг подумала она и от подобной мысли ее затошнило. – Да нет, не может такого быть… Не могут невольники содержаться в чудовищных условиях, а эти жить вот так…»

Прозрачные ступени пропускали солнечный свет, проникающий сквозь огромные круглые окна, напоминающие иллюминаторы корабля. 

– Как только текущие месторождения иссякнут, Джей-711 официально закроют, все ценное вывезут, а в Галактическом Атласе сделают пометку «необитаема»… Вы, верно, голодны?

Позади раздался шепоток. Это Дарки и Ларки воодушевились, услышав о еде, но Эшли тут ж обернулась и выразительно зыркнула, и те сразу притихли.

– Наша столовая находится там… – Равис махнул рукой куда-то вправо. – Но сначала давайте я покажу вам ваши комнаты…

Он заковылял к той самой стеклянной лестнице. Ступеньки вблизи выглядели совсем ненадежными, а перила оказались довольно покоцанными. А уж когда по стеклу застучала трость, Эшли решила, что сейчас оно-то и треснет.

На шестом этаже Равис уверенно свернул налево.

– Раньше мы жили в домах через пару улиц отсюда, но с тех пор, как народу поубавилось, решили переехать прямо сюда. Ну а чего?.. Зачем тратить время на дорогу, когда тут места – хоть в межгалактический футбол играй…

– Действительно, и чего добру пропадать?.. – не удержался от комментария Гленто. – Если такие хоромы пустуют…

На это Равис ничего не сказал. Только дверь открыл и пригласил войти:

– Конечно, тут все…

– Ничего себе! – присвистнул Дарки.

– Крутя-як! – высказался Ларки.

– … довольно скромно, – продолжил заместитель Наместника. – Здесь могу спать двое. Он кивнул на две кровати в разных углах.

– Тогда мы займём эту комнату! – братья бросились к койкам и каждый с разбегу приземлился на свободную.

Покачав головой, Эшли решила, что лучше оставить братьев тут, пока они ещё чего не ляпнули и не выдали ненароком их тайну. Она любила эту парочку, но порой они были слишком несносны. Даже в далёком детстве озорники подставляли мятежников, устраивая мелкие диверсии. Однажды стащили провиант, предназначенный Правительственному Дому. Им тогда было лет по десять, А Эшли и Гленто – по двенадцать. Хорошо, дедушка сообразил что к чему и вовремя вернул чужие припасы на место.  

А года два назад братья организовали самодельный фейерверк на День Двойного Солнцестояния – время, когда оба светила Ареса находятся в небе.   Ох, и бабахнуло тогда… Карательная Служба носилась по городу в поисках виновников. Интересно, как отреагирует командор, если рассказать ему, что они теперь в его команде?..

– Думаю, эту можно отдать девушкам…

Равис открыл следующую дверь. Эшли мельком заглянула в комнату. Розовые шторы на окнах с рюшечками, цветастые покрывала на койках дарили ощущение этакой безмятежности.  Что ж. Та жизнь, что была у Эшли на Аресе, и рядом не стояла с подобным комфортом. И она гордилась тем, что могла существовать в любых условиях – в нищете и с тараканами по-соседству или в песках под открытым небом, а теперь и в этой уютной спальне.   

Последняя комната досталась Гленто и Айкону.

«Приятное соседство, ничего не скажешь…» – подумал командор и собрался уже поблагодарить Рависа за гостеприимство, когда неожиданно завыла сирена, да так громко, что даже в ушах завибрировало.

«Неужели по нашу душу?» – с сомнением прикинул он, соображая, что делать дальше.