Чужак по соседству

Карина

– Карин, а почему ты раньше не говорила, что у вас появился новый сосед? – моя подруга Лялька, отдёрнув край тюля, уставилась во двор, высматривая того, о ком спросила.

– А надо было? – не разделяю её любопытства. – Новость, не стоящая внимания, от слова – совсем.

– Ну не скажи-и… – протяжно произнесла она. – Кто он такой?

– Я не в курсе, даже имени его не знаю, – и ничего не хочу знать о нём. – Ляль, пожалуйста, отлипни от окна, а вдруг тебя заметят. Неудобно будет.

– Да подожди ты, – она как всегда в своём репертуаре: увидела симпатичного мужика и готовится выйти на охоту, а после нескольких бокалов вина в ней просыпается настоящая дьяволица – на всё способна. – Столько всего интересного я, оказывается, пропустила. И давно этот красавчик тут поселился?

Красавчик? Пф… Невоспитанный тип!

– Примерно пару недель назад переехал, – и я имела неосторожность с ним пообщаться, если вообще уместно так выразиться.

Знакомства у нас не получилось. Старалась быть вежливой, просто поприветствовала при встрече, спросила ненавязчиво – как зовут и откуда к нам приехал, а он что-то буркнул неразборчиво в ответ и наградил меня давящим убийственным взглядом. Как вспомню, до сих пор не по себе становится, от него ведь опасностью несёт за километр, но я зачем-то решила проявить к нему обычное человеческое внимание. Зря. Такого, как он, стороной обходить нужно. Этот мужчина в принципе на всех здесь смотрит коршуном, а за короткий период времени соседи успели дать ему звучное прозвище – чужак. Вероятно, из-за его броской внешности? Или нелюдимости, что скорее всего. В общем, странный какой-то…

– Кто он по национальности? – моя неугомонная подруга никак не успокоится. – Кавказец?

– Ага, прям как порода собак, – ляпнула я, глядя на неё. Когда уже сядет обратно?

– Эй, ты чего завелась? – Лялька обернулась, но от окна отходить пока не торопилась.

– Да ничего, – наверное, потому что кавказец – не национальность, и лучше сказать иначе: «представитель одного из кавказских народов». А вот какого? – этого я не знаю и не стремлюсь узнать. Хватило того раза, больше не хочу…

Правда был и другой случай... Вернулась я как-то на днях из магазина и начала выгружать из машины пакеты, а у нас привычка запасаться всем необходимым как минимум на неделю вперёд. Когда и в какой момент сосед увидел меня и приблизился со спины, я даже не поняла, а заметив его, чуть не закричала, всерьёз испугавшись. Кто же так делает, подкрадываясь сзади, не предупреждая и не обозначив своё присутствие? А он молча, не здороваясь, перетаскал в дом мои покупки. Я не забыла поблагодарить, и на чай думала пригласить, хотя это казалось лишним и не совсем правильным, однако и мужчина не планировал задерживаться, просто кивнул головой и ушёл.

Немой что ли?

– Может в гости позовём на ужин и познакомимся? – предложила подруга.

– Ещё чего, скоро Эдик с работы приедет, – а объясняться и оправдываться должна я? Нет уж, спасибо, даром не надо.

– Не будь занудой, Карина… – она шумно вздохнула и снова отвернулась. – О, и муженёк твой нарисовался. Кстати, с соседом о чём-то болтают.

Болтают? Значит, он не немой.

На сей раз любопытно стало. Я тоже подошла к окну. И опешила…

Эдик вместе с ним направлялся в дом! Зачем? Мой муж не особо жалует гостей. Ту же Ляльку терпеть не может и всё время придирается, при ней ничего такого не говорит, конечно, зато потом я выслушиваю претензии – пореже встречаться и общаться с подругой. По его мнению, она легкомысленная особа в активном поиске и плохо влияет на меня, хотя это не так. А то, что у свободной девушки насыщенная личная жизнь, её выбор, который нас никак не касается.

– Нужно накрыть на стол, – я поспешила на кухню. Еда давно готова, осталось только разогреть и подать. – Достань тарелки и приборы.

– Да не суетись, – Ляля допила вино из бокала, но вместо того, чтобы помочь, грациозно, сексуально покачивая бёдрами, пошла в коридор: – Давай ты тут сама быстренько справишься, а я пока отвлеку мужчин.

– Это у тебя очень хорошо получается…

– Ну не обижайся, Карин, – она послала воздушный поцелуй, – ты же знаешь, кухня – не моё.

– Иди уже.

Через пару минут послышались оживлённые голоса, а я почему-то сильно разволновалась, эмоции нахлынули мощным фонтаном, и в дрожь бросило.

Больше всего я не хотела знакомиться с этим мужчиной. Он меня пугает… И даже не понимаю, чем именно, какое-то необъяснимое чувство внутри поселилось и терзает, основанное, наверное… На инстинкте самосохранения?

***

За ужином я старательно избегала смотреть на Ильяса, кем наш сосед и представился. Ковырялась в тарелке и участия в разговоре почти не принимала. Но его взгляд был словно осязаемым, как если бы он прикасался не прикасаясь, оставляя липкие невидимые следы на коже. У него такая бешеная звериная энергетика, от него такие дикие, точно направленные, будто стрелы, флюиды исходят…

Или я так остро реагирую? Почему вообще чувствую это? Никогда ничего похожего не испытывала. Пожалуй, ситуацию можно сравнить с тем, когда хищник загоняет жертву в ловушку, собираясь расправиться с добычей и вкусить её.

Вот зачем Эдик позвал в гости соседа? С чего вдруг возникло желание пообщаться с ним и познакомиться? Осталось только сдружиться – ещё чего не хватало… Присутствие Ильяса невыносимо терпеть, извелась вся, я словно горю изнутри. Мечтаю встать под прохладный душ и смыть с себя все эти непривычные, необычные ощущения.

– Карина? – обратился ко мне муж, и, кажется, уже не первый раз о чём-то спрашивает, судя по недовольной интонации голоса, а я, увязнув в своих мыслях, совсем не слушала его.

– Что?.. – подняла на него голову.

– Ты в порядке? – уточнил Эдик. – Почти не поела, и выглядишь не очень, – «ну спасибо за комплимент». – Не заболела? – что-то он расщедрился на заботу сегодня, обычно не дождёшься, а сейчас как подменили. Или с моим отцом опять не поладил на работе и чего-то не поделил?

Ещё эти излишние взгляды, прикованные к моей персоне… Лялька притихла и уставилась, вопросительно изогнув бровь, а на соседа… Даже смотреть не стану, и так чувствую – глаз не отрывает от меня. Что ему нужно? И вроде не лезет, но своим неуместным пристальным вниманием заставляет нервничать и напрягаться.

– Нет, со мной всё хорошо, просто я неголодна, – «а вернее – кусок в горло не лезет». – Кофе на всех приготовить? – желая отвлечься, я встала из-за стола, чтобы заодно убрать использованную посуду, и не только по этим причинам – побыть одной тоже очень хочется, хотя бы пять минут.

– А то, что я говорил, не слышала? – Эдик нахмурился. – Ты никак не прокомментировала моё предложение.

– Слышала, – ничего толком не понимая, соврала я. Пришлось, чтоб не выглядеть ещё более глупо и не выдать себя своим состоянием внутреннего раздрая.

Но, если эта тема поднималась за общим столом, в присутствии посторонних, то не может быть чем-то, что расстроило бы. Ведь так?

– Ну и как тебе идея? – продолжил допытываться он.

– Отличная, – надеюсь, я угадала.

– Значит, ты согласна? – «кажется, мой ответ устроил мужа».

– Конечно, – а улыбка как подтверждение его словам.

– Тогда вам с Ильясом есть что обсудить, а я пока вызову такси и провожу Елену, – Эдик всегда называет мою подругу полным именем, не коверкая, это она любит, чтоб к ней обращались не иначе как Ляля.

Стоп! При чём тут сосед и я? Не успели познакомиться, а уже какие-то совместные общие дела появились – с ним? Серьёзно? Что за бред? О чём вообще шла речь?

– Вам помочь? – он тоже поднялся со стула. Голос у него глубокий, басистый, с лёгкой хрипотцой, у меня аж мурашки пробежали по коже от этого звучания.

Я осторожно перевела взгляд на мужчину. И опять накатило то самое чувство – странное, необъяснимое, тревожно-волнительное, сжимающее сердце в тиски.

Карина

– Спасибо за ужин, всё было очень вкусно, – вежливость соседа в данных обстоятельствах только раздражает. Я хочу, чтобы он ушёл, да побыстрее, и не смотрел так плотоядно, словно пожирает взглядом. Ну ведь не придумала я это?

– Не за что, – шумно вздохнув, я обернулась назад.

Эдик и Ляля направились в сторону выхода, о чём-то тихо переговариваясь. Их поведение тоже казалось странным и подозрительным, хотя оба не переваривают друг друга. Или что-то вдруг между ними изменилось?

И такое ощущение, будто они сбежали, подставили меня и бросили.

«Ага, кинули на растерзание зверю», – откуда вообще взялись подобные мысли? Но больше всего я не понимаю, почему чувствую всё это и остро реагирую на присутствие Ильяса. Волнение никак не могу унять, оно лишь усиливается и нарастает.

– Вы сами готовили? – он зачем-то продолжил ненужный разговор.

Если б я не пропустила мимо ушей то, что за столом обсуждалось, однозначно было бы проще, теперь же приходится гадать – какая идея взбрела в голову моему мужу, и в этом надо самостоятельно разобраться, не переспрашивая его.

Вот при чём тут сосед?

– Сама, конечно, – я принялась составлять грязные тарелки в общую стопку, старательно избегая смотреть ему в глаза – каре-зелёные, как успела заметить раньше, больше зелёные, чем карие.

А вот тот момент, когда Ильяс попытался забрать из моих рук посуду, я снова упустила из вида. Мы так и застыли, держась с двух сторон и уставившись друг на друга, а наши пальцы соприкасались кончиками, от чего словно микроразрядами тока ударило, пронзая в самое нутро, а в груди зажгло и стало горячо-горячо.

Он склонил голову вбок и блуждал пристальным взглядом по моему лицу. Такое внимание очень нервирует.

Да что с ним? – то сначала не хотел знакомиться, показался невоспитанным, то молча помогал потом, а теперь без грамма стеснения… любуется мной? Я не знаю, как ещё назвать это.

– Чем вы занимаетесь, Карина?

– То есть… – не совсем поняла вопрос. – Где я работаю? – уточнила.

– Да, – Ильяс улыбнулся уголком губ.

– Нигде, домохозяйка я, – потянув стопку посуды на себя, выхватила её и пошла из столовой в кухню.

– По вам и не скажешь, – он, конечно же, увязался следом.

Даже не буду вникать в глубинный смысл его слов, что конкретно имел в виду, что там по мне можно сказать, а чего нет.

– Не люблю посторонних людей в доме, – надеюсь, намёк ясен.

Пусть уходит!

Лучше выглядеть негостеприимной, чем терпеть. Поэтому, я демонстративно открыла посудомойку и начала составлять в неё грязные тарелки с приборами.

– Когда хотите приступить к занятиям? – Ильяс встал рядом и опять въедливо следил за каждым моим действием.

– О чём это вы? – «да что происходит?».

– Значит, всё-таки не слышали своего мужа, – он лишь усмехнулся, – сохраню это в тайне.

– Чего вам надо? – я с силой захлопнула дверцу машины и, скрестив руки на груди, посмотрела на него.

– Мне? – Ильяс удивлённо изогнул бровь. – Так вы ж сами хотели научиться работать на гончарном круге и изучить все процессы производства керамики, а я как раз ищу помощника, ну или помощницу. Оттого и спросил, сколько времени вы готовы уделить этому ремеслу.

– А вы что – гончар?

Неожиданно…

– Приятно познакомиться. Здесь неподалёку находится моя мастерская и магазин.

– Гончарная лавка? Та самая, в которой красивая посуда ручной работы, вазы и разные сувениры? – я уже много интересных вещиц приобрела в том месте, но его никогда не видела там, продавщица девушка.

Ильяс кивнул.

– На заказ и в наличии, – добавил он. – Кстати, я бы не рекомендовал мыть эти тарелки в посудомойке.

Их я и правда покупала в том магазине, у него получается, и, конечно, знаю, что такой фарфор требует бережного обращения и ухода – нельзя использовать химические средства и мыть только руками.

Но...

– Разберусь, ни в чьих советах я не нуждаюсь, – довольно резко ответила ему.

Хотя, признаться, идея звучит заманчиво, я давно хочу попробовать себя в этом деле.

– Так вы придёте? – Ильяс проигнорировал мой нелюбезный тон.

«Может быть», – подумала я, и всё-таки сомневаюсь, что смогу с ним работать.

– Откуда вы родом? – наравне с неуютным ощущением, которое испытываю в его обществе, интерес тоже есть – и немаленький. Вот как поступить?

– Из Чечни я, – он нахмурился, и как-то сразу стало понятно, что тема эта не из приятных для него, и всё равно я спросила:

– Почему вы уехали из родных краёв?

– Если согласитесь на моё предложение, то расскажу, – Ильяс применил запрещённый приём, надавив на любопытство.

А мне любопытно?..

И отказываться не хочу…

Не пожалеть бы потом…

***

– Так и знал, что ты придёшь, – сосед встретил меня возле своей мастерской, с торца здания, где и располагался вход, а вот вывески с названием там не было, из-за чего я не знала о её существовании, магазин-то с другой стороны находится.

Он караулили что ли, когда я появлюсь? Привалился плечом к дверному косяку, скрестив руки на груди, и взирал с нескрываемой ухмылкой. Самоуверенности и наглости ему не занимать, конечно…

– Здравствуйте, – подчёркнуто сказала я.

Ильяс постарше будет, визуально – лет на десять точно, возможно и больше, хотя это не значит, будто теперь можно «тыкать». Я бы предпочла оставить официальный тон общения, что понятнее, привычнее и комфортнее – в отношении людей, кто не из числа близкого круга.

– Привет. Проходи давай, не стесняйся, я всё тебе здесь покажу, – он тоже выделил свои слова, сделав акцент на простом обращении.

Так и будем: я с ним на «вы», а Ильяс со мной на «ты»?

– Я к вам учиться и работать пришла, мы не друзья и никогда ими не станем, поэтому попрошу…

– Вот тут я с тобой полностью согласен – друзьями мы не станем, в этом ты абсолютно права, – он бесцеремонно перебил меня, не дав договорить. Просто взял и довольно резко заткнул, а я растерялась и ничего не смогла ответить.

«Шикарные перспективы вырисовываются – может быть отказаться, пока не поздно?», – едва я об этом подумала, Ильяс чуть шире открыл дверь, пропуская внутрь.

Протискиваясь мимо него, пришлось жаться к проёму спиной, не так уж много места он оставил, заслоняя своей мощной фигурой почти весь проход, и даже не подвинулся ни на шаг.

«Боже…», – я замешкалась, ненадолго притормозив. – «Какой огромный – и в рост, и вширь», – на его фоне, я выгляжу такой миниатюрной и хрупкой, хотя в сравнении с другими женщинами имею вполне средние параметры, не выделяясь какими-то особенными формами и объёмами.

– Чего зависла? – Ильяс нахмурился. – Ты что, разглядываешь меня?

«Ну прям посмотреть нельзя».

– Хотела спросить, где можно переодеться, – ляпнула я, и лишь потом сообразила, какую глупость сказала, ведь запасных вещей нет.

– Сегодня это тебе не пригодится, у нас вводное занятие будет, сначала всё объясню, а пробовать применить знания на практике ты будешь позже, под моим контролем, разумеется.

Как я и предполагала – пока теория предстоит. Поэтому ничего и не брала с собой.

Да и он тоже не в рабочей одежде, а простых джинсах и свитере.

– И всё-таки почему вы уехали из родных мест? – я прошла, с интересом изучая помещение.

Чего здесь только нет… Сама атмосфера мне уже нравится.

– Были на то свои причины, – уклончиво ответил, хотя обещал рассказать, если я соглашусь приехать к нему в мастерскую.

– Семья у вас есть? – уточнила я, чисто из вежливости, а не желания залезть в душу.

– Только бабушка.

– Она в Чечне живёт?

– Да, в небольшом горном поселении.

– Никогда не была в горах, и в ваших краях тоже.

– Значит, побываешь, не так и далеко это, – прозвучало с такой уверенностью, словно уже свершившийся факт, как будто мы о поездке договариваемся прямо сейчас.

– Как знать, – я пожала плечами, обернувшись назад. Ильяс снова пристально следил за каждым моим действием, пока я тут всё рассматривала, а кое-что и потрогать успела – вдоль стены на стеллажах стояли разные заготовки. – Вы не думали перевезти бабушку сюда? – продолжила я, лишь бы не молчать.

– Предлагал, она всегда отказывается.

– Наверное, ей тяжело одной?

– Моя старушка покрепче многих будет.

– Ну а вернуться домой вы отчего не хотите? – может быть показалось, а может нет, но ситуация очень похожа на то, как если бы он от себя самого бежал.

– А должен? – Ильясу мои вопросы явно неприятны.

– Нет, не должны, но…

– Рано ещё возвращаться, – он опять ушёл от прямого ответа.

– Рано для чего? – я остановилась и развернулась к нему лицом, даже не заметив и никак не ожидая, что он настолько близко подойдёт. Я почти упёрлась носом ему в грудь, а подняв голову, растерянно уставилась на него и замерла на месте, не в силах хотя бы шаг сделать.

И опять этот его взгляд – плотоядный и словно парализующий…

– Для всего пока рано.

– Извините, – и правда, лезу не в своё дело. Разговор у нас куда-то не туда свернул. Лучше б ни о чём не спрашивала.

Тем более, что Ильяс переключился на меня.

– Твоему мужу надо внимательней относиться к тебе.

Ого!.. Вот это заявление.

Ильяс

– Твоему мужу надо внимательней относиться к тебе, – вот зачем я сказал это? О чём сразу же пожалел.

Столь явно проявлять свой интерес не стоило, а ещё лучше – вовсе не обращать внимания на чужую женщину и не думать о Карине. Но на словах звучит проще, чем на деле. Тянет к ней непреодолимо, и справиться с собой сложно, даже тот факт, что она замужем, никак не отрезвляет. Наваждение какое-то… Как увидел её впервые, так и не могу выкинуть из головы искушающие мысли. И я понимаю, тут без шансов, хотя продолжаю погружаться в этот омут терзающих, давно забытых чувств.

Карина напомнила мне покойную жену – удивительное внешнее сходство, как будто они родные сёстры, чего, конечно же, быть не может. Но, в тот момент, осознание этого настолько сильно поразило, пронзив словно молнией, что я опешил и растерялся, когда она по-соседски хотела познакомиться. Повёл себя, мягко говоря, неадекватно, как невоспитанный тип, отчасти по-хамски, пусть и молчал.

Думал, ну показалось, наверное, привиделось, а вторая встреча с ней лишь больше убедила в том, что Карина и моя Асия – очень и очень похожи. Это не просто выбило из колеи, а добило.

Со мной уже случалась подобная история, когда я пытался помочь одной девушке, оказавшейся в затруднительной ситуации, и которая тоже, правда по другим причинам, вызвала во мне ненужные эмоции и воспоминания о любимой женщине, сковырнув застарелые раны. У неё был маленький ребёнок, что и послужило триггером, мощным ударом – и стало той самой отсылкой к главной потере в моей жизни.

С тех пор, как моя семья трагически погибла, я не могу избавиться от чувства вины и навязчивых мыслей, ведь не спас жену и сына, и теперь постоянно ищу их образы в людях. Сколько раз зарекался не лезть, куда не просят, и опять на те же ошибки натыкаюсь.

Всё повторяется опять...

С Кариной нельзя сближаться – ни в каком качестве, нельзя позволять ей находиться рядом, нельзя… Но она уже начала проникать под кожу и в нутро, отравляя словно ядом, а как предотвратить надвигающуюся убийственную стихию – я не знаю.

По сути сам допустил такую ситуацию, когда предложил заниматься в моей мастерской, хотя никакие курсы не веду и не обучаю, да и помощник мне не нужен.

Я заманил её сюда специально, а сейчас вот сомнения одолевают.

Ну серьёзно, не стану же я ухаживать за ней и добиваться расположения? Ни к чему хорошему эти душевные порывы не приведут.

– Не поняла… – она резко отшатнулась назад. – Что, простите, надо делать моему мужу? Больше внимания уделять?

– Ничего, – выдохнув, произнёс я, но, как говорится, обратно своих слов уже не забрать.

– Да кто вы такой, чтобы указывать – кому и как поступать? В ваших советах мы не нуждаемся. Зря только пришла, дурацкая затея получилась, – Карина обошла меня и решительно направилась к выходу.

Вообще никак не привыкну, что женщины в других регионах нашей необъятной страны, за пределами Кавказа, свободно выражают личное мнение, наравне с мужчинами. У нас так не принято. Нет, никто никого не притесняет, конечно, и в правах не ущемляет, тем не менее всё иначе. Традиции, правила и менталитет в целом – диктуют определённые условия и соблюдение норм поведения, основанных на предписаниях религии. Для всех и каждого.

Мужчина, например, никогда не разрешил бы своей жене оставаться наедине в обществе посторонних представителей сильного пола. Позора и сплетен потом не оберёшься. Клеймо на всю жизнь.

– Ответь на один вопрос, – сказал ей вслед.

Она затормозила перед самой дверью, затем развернулась лицом, удивлённо взглянув.

– Ты мусульманка или нет? – это тоже интересует.

– С чего вы взяли?

– На русскую ты не очень-то похожа.

– И что? При чём тут моя внешность?

– Так, просто спросил, – и пока надеюсь услышать нужный ответ.

– Мой отец араб по национальности, но он родился и вырос здесь, в нашей семье никто, никому и никогда не навязывал исповедовать какую-либо веру, права выбора не лишал, и воспитывалась я не в строгости. К чему вообще эти вопросы? – Карина заметно разозлилась.

Лучше бы она сказала «да», лучше бы она была мусульманкой.

Может данный факт утихомирил бы мой пыл, и я тогда запретил бы себе думать о ней – чужой недоступной женщине? Ведь в противном случае…

Теперь едва ли хоть что-то остановит меня.

***

Конечно, я понимаю, что неправильно вмешиваться в чью-то семью и лезть к замужней девушке. Даже если она очень понравилась, то это не повод и не команда к активным действиям, и наоборот подобная ситуация любого нормального человека сразу оттолкнула бы, как неприемлемая.

Но… Отказаться я вряд ли смогу. Не попробовав, уж точно не отступлю назад. Характер такой – несгибаемый.

И ещё я заметил, что Карина не выглядит счастливой. Возможно, ошибаюсь, да и вообще не моё дело… Тем не менее, её муж, когда пригласил меня к ним на ужин, тоже подозрительно повёл себя, и как будто бы, как показалось, пытается от неё избавиться. В том смысле, чтобы она не сидела постоянно дома, не скучала, была чем-то занята и увлечена. Ну а тут я попался ему на глаза, вернее моя машина с наклейками по бокам привлекла внимание, где написано «гончарная лавка», для доставки использую этот транспорт. Вот он и начал интересоваться подробностями, и потом сказал, что его жена давно хотела научиться сему ремеслу.

А мечты должны сбываться, и мои в том числе.

Теперь, раз Карина пришла, то не воспользоваться этим – было бы глупейшим упущением. По сути Эдик сам дал «зелёный свет» – ближе и теснее общаться с ней, когда с лёгкостью отпустил её ко мне, хоть и не имел этого в виду. Или имел? – чтобы, например, выкроить для себя побольше свободного времени. Чтобы она чего-то не узнала о нём? Значит, и за ним надо понаблюдать – для ясности. Что-то не так в их семейке. Не удивлюсь, если он женился не без личной выгоды. Тем более, тот говорил, что работает вместе с тестем.

Деньги для многих людей – весомый аргумент, желая вытянуть в жизни счастливый билет на безбедное будущее.

Но звучит довольно странно, ведь Карина – привлекательная девушка. Таких, как она, представители сильного пола всегда провожают взглядами и восхищаются их красотой, а кому-то везёт ими обладать. Есть и те, кто не ценит или, скорее, оценивает, как капитал и вложение. И опять я склоняюсь к мысли о браке по расчёту. Не с её стороны, разумеется.

Вопрос в следующем – что думает сама Карина на эту тему? Впрочем, спрашивать не буду. Одно я уже понял: счастливые замужние женщины не смотрят заинтересованно на других мужчин, а именно так она и смотрит на меня. Хоть и старается не показывать свою реакцию – то избегая контакта глазами, то нервно кусая губы, то трогая волосы, то обнимая себя за плечи. Эмоции и интонация голоса тоже выдают то самое состояние. Я не просто вижу всё это, отмечая каждую мелочь, ещё и чувствую дикую вибрацию между нами. Даже, кажется, коснись друг друга, будет взрыв. Но страха в ней пока больше – я и его ощущаю, что только дополнительно подтверждает мои выводы.

– Не уходи, я ничего тебе не сделаю, – заверил.

– А кто сказал, что я боюсь? – Карина возмутилась, нахмурившись.

«Язык тела порой нагляднее всего и громче любых слов», – но вслух я не стал озвучивать эту мысль, чтоб не смущать её лишний раз. Цель сейчас иная – расположить к себе.

– Обещаю: никаких личных вопросов задавать не буду, если сама не захочешь о чём-нибудь поговорить, – я не провоцирую, а продолжаю наблюдать за ней и внимательно изучать.

– Не захочу, – она скрестила руки на груди, сдунув прядь волос, упавшую на лицо.

– Ну так что – будешь учиться и работать со мной? – пусть примет решение самостоятельно, а я не сомневаюсь в результате. Ответ: «да», другие не рассматриваются.

– Если честно, на гончара вы совсем не похожи, – начала издалека.

– На кого тогда похож? – любопытно послушать.

– На бандита, – метко, пусть и с осторожностью произнесла Карина.

В моей жизни действительно был и такой период. Не бандит, конечно, и не преступник, никого не убивал и чужого никогда не брал… Хотя я занимался не самыми хорошими делами, выполняя разного рода поручения – с кем-то разобраться, например, припугнуть и поставить на место, напомнить о долге или привезти обидчика на покаяние. У нас, там, к этому относятся по-другому, не считая чем-то из ряда вон плохим. Свои принципы и законы есть. Это случилось после того, как я потерял свою семью. Нашёл, как казалось, единственный способ спасения и бегства от себя же, желая забыться. Но ничего не смог забыть… Зато вспомнил, как всё детство проводил с дедом в его гончарной мастерской. Вот и стал тем, кем стал, завязав с прошлым и уехав с малой родины.

– Я бывший спортсмен, – и это тоже правда.

– Дайте-ка угадаю, – Карина заулыбалась, – наверное, какой-то борьбой увлекались?

– В точку, – ну почти…

И даже понимаю, откуда взялся этот вывод. Если человек с Кавказа, то обязательно занимается борьбой, что в общем-то неудивительно – является частью нашего наследия и традиций, передающихся из поколения в поколение.

– А поконкретнее можно?

– Смешанные единоборства, зрелищные и порой жестокие.

– Бои без правил? – улыбка сошла с её лица.

Уже представила всё? Страшно стало?

– Я не кусаюсь, – хотя зачем-то облизнулся.

Она вызывает во мне такие мысли, что самому не по себе от того, на что я способен и готов пойти…

Карина

– Вы же этим сейчас не занимаетесь? – мысленно представив всё, жутко стало и внутренне передёрнуло.

– Уже нет, давно завязал, – Ильяс отрицательно покачал головой.

– Травма была? – таким боями только себя калечить, и, как по мне, это даже спортом не назвать, потому что «без правил», а к соревнованиям не имеет никакого отношения. Кому вообще нравится смотреть на кровищу и то, как люди безжалостно мутузят друг друга до бессознательного состояния? Или того хуже…

– Так, по мелочи что-то было, конечно, но ничего серьёзного и опасного, – он попытался улыбнуться, хотя вместо этого хищный оскал получился.

– Не думала, что подобный формат состязаний разрешён законом.

– У нас, там, не запрещено, а желающие пощекотать нервишки, приезжают отовсюду. Адреналин зашкаливает.

– С вами страшно, Ильяс, – теперь, зная о нём данный факт, я ещё больше напрягаться буду, не понимая, чего от него ждать.

Если человеку свойственна жестокость, то… Может быть, он и в других обстоятельствах применяет насилие? – в любом его проявлении.

– А вот это ты зря, не надо бояться, – он нахмурился. – Чаще всего те, кто бьются на ринге, в жизни – эмоционально выдержанные, адекватные и рассудительные люди. Им есть куда выплёскивать накопившуюся и лишнюю энергию, а со временем вовсе перестаёшь в этом нуждаться, переключаясь на что-то новое.

– Чаще всего? – эти слова мало успокаивают и не внушают доверия.

И тогда бы в новостях не показывали, как очередной спортсмен, владеющий каким-либо видом боевых искусств, использовал в драке специальный приём или болевой удар, после чего пострадавшие уже не вставали и умирали на месте.

– Ладно, за всех говорить я не буду, – Ильяс уловил мой намёк.

– Скажите за себя, – пока рядом с ним некомфортно находиться. Взгляды эти ещё… Тоже не самые приятные ощущения вызывают – тревожно-волнительные.

– Честно? – Ильяс изогнул бровь. – Если возникнет ситуация, что мне надо защитить кого-то, то вмешаюсь, не раздумывая, в рамках дозволенного, разумеется. Особенно, если женщина попала в беду, то не смогу пройти мимо. Так воспитан, иначе не умею.

Это обнадёживает. Похвально, конечно…

Хотя его внешний образ никак не сочетается с выбранной им профессией, сильно контрастирует на общем фоне и противоречит уже имеющемуся впечатлению, а вот то, о чём было упомянуто раньше, как раз больше ему подходит. Он и похож на зверя.

– Как же вы стали гончаром?

Ильяс до сих пор не ответил на обычный вопрос.

– Мой дед меня обучил всему, и, когда я думал, чем же заняться, решение созрело мгновенно, – он шумно вздохнул, добавив: – Давай на «ты»?

– Я не уверена в необходимости этого, – не хочется переходить эту грань. Незачем, лучше сохранять дистанцию. Так проще и понятнее.

– А ты попробуй.

– Может быть… как-нибудь потом… не знаю… – пожимая плечами, я начала медленно отступать к двери, а внутренне почему-то ожидала подвоха. Смотрела на него и спиной двигалась назад.

– Всё-таки уходишь? – Ильяс шагнул в мою сторону. Затем ещё и ещё, становясь постепенно ближе. Опять появилось ощущение, будто он своим взглядом давит и словно загоняет в угол.

– На сегодня хватит.

– Завтра приходи в это же время.

Сказать я ничего не успела. Не увидев стоящего препятствия на полу, я споткнулась, потеряла равновесие и едва не упала…

– Осторожно! – громогласно крикнул он и в последний момент поймал меня, подняв на уровень своих глаз и тесно обнимая, а главное – спас от неминуемого удара.

Как уж умудрился оказаться рядом так быстро, отреагировал буквально за считаные секунды, я даже не заметила, только крепче ухватилась за шею, прижимаясь к нему всем телом.

Пришла в себя, когда почувствовала частое тёплое дыхание прямо в ухо.

– Ты в порядке? – и голос прозвучал хрипло, с вибрирующими нотками. А этот жар, бешеное сердцебиение и пульсация, исходящие от него мощными волнами, накрыли осознанием того, что…

Как женщина, я волную Ильяса и привлекаю. Такое ни с чем не перепутаешь. И пусть знаю – да, я нравлюсь мужчинам, но никогда не акцентировала на этом внимания, хотя именно его явный интерес вызвал во мне целую гамму смешанных эмоций – острых, пронзительных и ярких, как если бы он был особенным на фоне остальных.

***

Не выдержав эмоционального накала и растущего внутреннего напряжения, я вырвалась, толкнула Ильяса в грудь и… Просто сбежала – молча, сгорая от стыда и трусливо пряча взгляд.

Молча – потому что нечего было сказать ему, а нелепо оправдываться и что-то говорить тем более не хотелось. Наверняка очередную чушь ляпнула бы.

Сгорая от стыда – потому что допустила такую ситуацию. Сама. Не надо было вообще приходить к нему. Но хуже всего другое – он вызывает во мне странные непривычные ощущения и запретные мысли в отношении него, постороннего мужчины. А так не должно быть! Не со мной уж точно.

Трусливо пряча взгляд – потому что не могла посмотреть в его глаза. И теперь ещё больше сомневаюсь в необходимости нашего дальнейшего взаимодействия. Боюсь оставаться с ним наедине.

Или себя боюсь?.. Боюсь того, что я испытала, и того, о чём подумала, в чём открыто никогда не признаюсь…

Хотя перед собой приходится быть честной: мой страх основан как раз на том, что Ильяс тоже заинтересовал меня, привлекает и волнует. От него такая сумасшедшая энергетика исходит – дикая, необузданная и хищная, которая не просто сносит своим потоком, а оказывает мощное влияние. Тут либо поддаться остаётся и окунуться в убийственную стихию, либо бежать – бежать без оглядки.

Что, в общем-то, я выбрала и сделала, поспешив уехать – от греха подальше.

Я замужняя женщина, а всякие глупости нужно выкинуть из головы и ничего подобного не позволять впредь – ни ему, ни себе. Иногда здороваться по-соседски при встрече – и всё, а в мастерскую я больше ни ногой, как бы ни хотелось приобщиться к этому ремеслу, научиться в будущем создавать нечто уникальное и неповторимое.

Эх, мечты, мечты…

Примерно с час я бесцельно кружила на машине по нашему району, пока не остановилась на парковке возле местной кофейни. Возвращаться домой не было никакого желания. Уже не трясло всем телом, как вначале, когда только уехала, но руки то и дело подрагивали, стоило опять вспомнить, как он...

Этот кадр, словно в замедленной съёмке, раз за разом, я прокручивала мысленно. Вот Ильяс спросил «ты в порядке?», шепнув на ухо и вызывая своим горячим дыханием мурашки по коже, вот чуть отстранился, чтоб посмотреть в мои глаза, вот он поставил меня на ноги, тут же сжал ладонью затылок, склонился ближе и едва не поцеловал… Трактовать его намерение нельзя как-то иначе. Всё было предельно ясно.

Каков наглец!

Надо было влепить ему пощёчину, чтоб знал – чего можно, а чего ни в коем случае.

Но тогда, единственное, на что я была способна, это оттолкнуть Ильяса и пулей унестись оттуда.

И если б от моей одежды не пахло им, то однозначно сейчас было бы проще прийти в чувства… Казалось, я вся пропиталась смесью мужского терпкого запаха вперемешку с древесными нотками парфюма, он словно пометил собой. Я бы не обратила на это внимания в обычной ситуации, ведь привычные ароматы почти не замечаешь на себе, нос уже принюхался, а тут… Прям издевательство какое-то и наказание – отчасти, так и есть, наверное, раз я допустила подобное поведение.

Хватило впечатлений за сегодняшний день.

Забыть бы теперь…

Может с подругой посидеть в кафе и отвлечься? Она заболтает кого угодно. Если не занята, конечно. Правда делиться с ней я ничем таким не буду.

Ляля не ответила. Перезвонила сама спустя минут пять, а я и не надеялась, и даже думала ехать домой.

– Привет, дорогая. Извини, телефона не было под рукой, – запыхаясь, словно после марафонской дистанции, произнесла подруга.

– Привет. Ты где – в спортзале что ли?

– Нет... – замешкалась она. – А ты чего звонишь?

– Хотела на чашку кофе пригласить тебя?

– Разве ты не в гончарной мастерской вашего нового соседа?

– Да, я была там, пока просто посмотрела, обо всём поговорила с Ильясом. Вот – уже освободилась.

– Упс… – Ляля странно отреагировала. Затем уточнила: – Домой сейчас поедешь?

– Ну а куда ещё? – вопрос меня сильно удивил.

– Не знаю, вдруг ты родителей планировала навестить?

– Папа на работе, мама в это время тоже своими делами занимается. Мы с Эдиком в выходные к ним собираемся.

Какой-то шёпот был слышен на заднем фоне или, скорее, шипение, как сквозь сомкнутые зубы, а также возня, как если бы кто-то торопливо одевался. Да я как-то сразу догадалась, что она с мужчиной находится, и могла бы прямо сказать, а не увиливать. Что я, не пойму?

– Ладно, Карин, давай потом всё обсудим, бежать срочно нужно. Чмоки-чмоки, увидимся в другой раз, – подруга отключилась так быстро, я и попрощаться не успела.

И в тот момент не придала значения её поведению.

Карина

«Эдик уже дома?», – странно… Очень странно.

Обычно в это время он на работе. Да и не было такого ни разу, чтобы мой муж пораньше приезжал, наоборот – часто задерживается. Поэтому я и удивилась, увидев его машину на нашей парковке.

Может случилось что-то? Других объяснений не нахожу.

Вот с этим чувством – зародившегося внутри лёгкого беспокойства, я и вошла в дом. Причём буквально с порога уловила в атмосфере заметные изменения, как если бы порядок нарушился – не внешне, а по ощущениям – в воздухе витало нечто неправильное и постороннее.

И с чем это связано? – я ещё не поняла.

Пройдя дальше, остановилась.

– Эдик? – я позвала мужа, после чего услышала шум льющейся воды, доносящийся из ванной комнаты, что, опять же, показалось странным, ведь у него нет такой привычки – по возвращении домой сразу принимать душ. Перед сном или утром, да, но не когда только-только приехал.

Ладно, уточню позже.

А пока заглянула к нему в комнату, у нас с ним раздельные спальни, нам так удобнее. Что я хотела увидеть? Или проверить? Хотя именно здесь сильнее всего чувствовалось чужое присутствие, при этом визуально всё лежало на своих местах и, конечно же, я никого тут не застала.

Противное ощущение кольнуло в бок, как и мысли посетили не самые радужные… Эдик никогда не давал повода для сомнений в нём, а сейчас вот закрались подозрения. Он кого-то приводил сюда? Воспользовался ситуацией? Тогда зачем так рисковать? Очень глупо… Я же могла вернуться в любой момент, о чём муж не знал.

Или знал?.. Вспомнился разговор с Лялей. По телефону она удивилась, что я домой собралась. И у них было время: у неё – чтобы уехать, у него – смыть с себя следы другой женщины.

Всё кажется каким-то бредом, но…

Неужели и со мной это произошло? У Эдика есть любовница? Моя подруга? А их показная взаимная неприязнь – не более чем фикция?

Ничего не понимаю…

В состоянии полнейшей растерянности я присела в кресло – оно стоит таким образом, что заметить меня, если войти в комнату, не сразу получится.

Решила дождаться его тут и потребовать объяснений.

Он появился спустя несколько минут. В махровом халате. Благоухает свежестью и ароматом геля для душа.

– У нас кто-то был? – своим внезапным вопросом хотела застать мужа врасплох.

– Карина?.. – Эдик резко обернулся в мою сторону и так натурально удивился, даже испуганно вздрогнул, а я на секунду поверила, что зря о нём плохо подумала.

Но лишь на мгновение. Потом снова накатили те же самые ощущения, да и пазл в голове уже сложился. Против фактов не попрёшь. Это поначалу я не сообразила, зато теперь наконец дошло.

– Ты не ответил, – я продолжила сидеть. Демонстративно закинула ногу на ногу, облокотилась и подпёрла подбородок рукой.

– Никого здесь не было, – «а глазки-то забегали».

– Пахнет странно.

– Чем? – он изогнул бровь.

– Женскими духами, – и как бы ни пыталась переубедить себя, а этот авторский парфюм узнаю из сотни других – именно его я первым почувствовала, войдя в дом. Ляля и мне такие подарила. Вероятно, чтобы мы с ней носили одинаковый аромат, чтобы не возникло подозрений, почему от моего мужа пахнет так же.

– Твои, наверное?.. Ну те, которые тебе подруга заказывала у какого-то парфюмера.

Эдик почти прокололся...

В отличие от мужчин, женщины более наблюдательны с точки зрения внимания к мелочам и деталям, а он не заметил главного – я этими духами не часто пользуюсь.

– Вряд ли. Не мой аромат. Только когда с Лялей вижусь, то наношу немного, исключительно для того, чтобы не обижать её, чтобы она думала, что я тоже их полюбила.

– Вот как… – он шумно вздохнул и провёл ладонью по влажным волосам. – Тогда не знаю. Освежитель воздуха – нет? Ты же по всему дому автоматические распылители расставила.

– Кстати, а ты сегодня рано приехал.

Что на это скажет?

– Сюрприз тебе хотел сделать, провести вместе время, съездить в ресторан или фильм какой-нибудь посмотреть. Отпросился у твоего отца как раз с этой оговоркой.

В чём я даже не сомневаюсь. Если уточнить, то папа скорее всего так и ответит. Но звонить ему и ещё больше унижаться – не буду.

– Сюрприз удался, – я встала с кресла и вышла из спальни, планируя проверить корзину с грязным бельём, чтобы уж наверняка удостовериться.

Каково же было моё удивление, когда я обнаружила работающую стиральную машину. Эдик никогда не занимается хозяйственными вопросами, а тут стирку затеял – с чего вдруг? Оказывается, он разбирается, какую именно кнопку нужно нажать.

– Карин, ты в чём-то подозреваешь меня? – мы с ним столкнулись в коридоре.

– А есть повод?

– Ты какая-то странная.

– Настроения нет. Пропусти, руки надо вымыть, – я обошла его фигуру.

И на полке в ванной комнате тоже кое-что любопытное обнаружила.

Очередной сюрприз? Этим мой муж объяснит наличие чужого кольца, которое я, конечно же, сразу узнала – оно принадлежит Ляле, и появиться здесь само никак не могло. Она его забыла или специально оставила?

***

Эдик так сильно изменился в лице, на нём столько растерянности отразилось, когда я задала ему простой вопрос – «что это?», протянув в раскрытой ладони вещь моей подруги. Хороша подруга, да и муж тоже оказался не лучше... предатели…

Тут и уточнять нечего. Всё ясно без лишних слов.

Интересно, и как давно между ними закрутилась интрижка? А наш дом был выбран для встречи в качестве эксперимента, чтобы подогреть «перчинкой» ощущения, чтобы эмоции были острее и ярче от осознания того, что рискуют быть застуканы вместе? Или игра у них такая? Наверное, смеются надо мной и считают полной дурой? Я ведь действительно ничего не замечала, кроме того, что они с трудом переваривают друг друга, как казалось. Опять же, Эдик неоднократно просил свести к минимуму общение с Лялей. Теперь понятно, по каким причинам – для себя местечко берёг, ну и чем реже мы с ней видимся, тем меньше вероятность проколоться. Вдруг она проговорилась бы, будучи подшофе и навеселе?

– Для тебя… – он замешкался. Выглядит нелепо.

Неужели мой муж думает, будто я поверю ему? Неужели не допустил банальной мысли, что мне знакомо кольцо? Ляля, как и многие женщины, предпочитает бриллианты, и не могла не похвастаться новой цацкой. Причём дело было с месяц назад примерно. Она так восхищалась своим ухажёром, рассказывала про него – какой невероятный мужчина, обходительный, щедрый и заботливый, а какой потрясающий любовник. И ещё тогда я догадалась, что, помимо прочего, скорее всего несвободный. Не удивлюсь, если Эдик и подарил ей данное украшение.

– Другого места не было, куда положить? – я промолчала о возникших выводах, это даже не сомнения и подозрения, а именно выводы. Тешить себя иллюзиями, мол, ошиблась, я не буду. Правда пока не понимаю, как реагировать и как со всем этим поступить.

До скандала я точно не опущусь. Продолжать изображать непринуждённый вид, будто ничего плохого не произошло, тоже не стану. Жить с ним – тем более. Зато разоблачить их, выбрав удобный момент, ничто не мешает. Нужно поразмыслить, как лучше всё устроить. Спешка здесь ни к чему. Пусть сюрпризом будет для них обоих – таким же неожиданным, как это случилось со мной.

– Хотел, чтобы ты сама нашла и обрадовалась, – слабое оправдание на двоечку.

– Спасибо, – я демонстративно примерила «подарочек» и тут же сняла его с пальца. – Только с размером промахнулся – великовато.

– Расстроилась? Давай поменяю? Чек сохранил, – он попытался не просто обнять меня, а забрать кольцо, но я ловко увернулась.

– Ювелирные изделия возврату не подлежат, если ты не знал, – сжимая в ладони украшение, а оно чуть ли не жгло кожу от осознания того, как быстро всё может разрушиться, я пошла в свою спальню.

– Тогда уменьшим, – Эдик не отставал, – не вижу проблемы.

Зато я вижу… Прозрела!

– Или подарить кому-нибудь? Раз есть подтверждающие документы.

– Вещь дорогая. Жалко. Я же тебе старался приятно сделать.

Перестарался…

– Не мелочись, – не последнее ведь потратил. Кстати, надо наши общие счета проверить. Полагаю, и там будет к чему придраться. – Скоро у моей мамы день рождения. Думаю, она оценит подарок.

Конечно, я не стану этого делать, а вот мужа спровоцировать очень хочется. Хотя на чистосердечные признания уже не надеюсь.

– Почему ей? – не отстаёт он. Ещё и за локоть схватил меня, ощутимо надавливая, останавливая тем самым и резко разворачивая в свою сторону.

– А кому? – я аккуратно вырвалась и посмотрела на него с вызовом.

– Такое кольцо молодым женщинам больше подходит.

– На Лялю намекаешь? – «вероятно, она забыла его, когда мыла руки, вряд ли намеренно оставила, вряд ли у неё с моим мужем что-то серьёзное, так – развлекается, и вряд ли мечтает заполучить Эдика».

– С какой стати? Твоя подруга тут при чём? – как он возмутился, аж по взгляду заметно, как негодует. Потом, более спокойной интонацией голоса добавил: – Я бы всё-таки попробовал подогнать по размеру.

– Хорошо, я сама съезжу в ювелирную мастерскую, – специально так сказала, чтобы усыпить бдительность мужа и в очередной раз подловить его на вранье. У нас с ним брачный контракт, согласно которому, в случае измены, Эдик останется ни с чем после развода. Всё, что он имеет, исключительно благодаря деньгам моего отца.

– Карин, какого чёрта происходит? – он облегчённо выдохнул. Приблизился ко мне вплотную, впечатывая собой в стену. Заключил моё лицо в ладони. – Приехал пораньше, а ты недовольна.

Недовольна? – это мягко говоря.

Но, как ни странно, кроме отвращения к нему, я не испытываю ни злости, ни ревности, ни сожалений – ничего… Пусто.

Ильяс

Если человек не ждёт того, что за ним будут следить, если у него нет причин и повода так считать, то он никогда не узнает об этом и даже подобной мысли не допустит.

Сначала я думал понаблюдать за мужем Карины, выяснить – где Эдик бывает, помимо работы, чем ещё занимается, с кем общается. Одним словом – установить окружение и близкие контакты. Зачем мне это нужно? Хороший вопрос, которым я не раз задавался, аргументируя свои намерения банальным любопытством. Но, по факту, нарыть компромат хочу, необязательно связанный с изменами жене, пригодится любая информация.

И я уже обратился к одному знакомому по старой памяти – «пробить» всю подноготную на соседа, чтобы для себя понимать, с кем имею дело, кто он такой, откуда взялся и прочее. Что-то тут не так, мутный какой-то – нутром чую, а интуиция меня редко подводила. Если закрались сомнения, то, скорее всего, небеспочвенные.

Как с этим поступить дальше? – я буду разбираться позже.

А потом...

Потом я увидел, что Карина сама решила проследить за своим мужем. Едва Эдик отъехал от дома, она тоже поспешила сесть в машину и направилась тем же маршрутом. Ну а я за ними, сохраняя дистанцию, чтоб никто ничего не заподозрил.

Он запарковался возле небольшого трёхэтажного здания, где, видимо, и находился офис компании его тестя.

В принципе, всё логично и пока ясно.

Интерес я потерял мгновенно – вряд ли сейчас от него стоит ждать чего-то из ряда вон выходящего. Вот после рабочего времени, да, можно было бы продолжить наблюдение. Причём я уверен: Эдик либо задержится, либо под этим же предлогом (если предупреждает жену, конечно) поедет куда-нибудь ещё.

Вероятно, так же подумала и Карина. Постояла несколько минут и тронулась дальше, а я уже ориентировался на её действия.

По пути она остановилась возле ювелирного бутика. Одета довольно просто, как если бы на тренировку собралась, на ней спортивный костюм и кроссовки. Такой наряд за гранью моего восприятия в качестве правильного женского образа, а ей, как ни странно, идёт, но всё равно не для посещения мест подобных этому.

Зачем Карина заходила туда – сложно сказать, возможно подарок выбирала, хотя, когда вышла, в руках ничего нового не появилось – ни коробки, ни фирменного пакета.

Следующим на очереди был торговый центр, куда она, на сей раз точно, в спортзал приехала. Поднялась на последний этаж, где и располагался фитнес-клуб. Мне же пришлось вернуться в машину, чтоб не маячить у всех на виду, а я не самый незаметный человек, как минимум из-за высокого роста и габаритов в целом, как максимум из-за своей выделяющейся на фоне большинства людей внешности.

Примерно через два часа Карина пришла на парковку. В компании подруги, с которой, наверное, там и встретилась, и вместе занималась. О чём они говорили, я не мог физически слышать, но со стороны показалось, что между ними что-то изменилось – какое-то напряжение присутствовало. Обе странно вели себя, как будто имели претензии друг к другу, и при этом не высказывали их, а терпели.

Хм… И что же у них случилось за последние пару дней? – очень интересно.

Девушки довольно сухо попрощались. Одна уехала на такси, вторая – села в свою машину, ну а я снова следом за ней.

Карина направилась в наш район, хотя к коттеджам не свернула, а поехала дальше прямо. Тогда-то я и догадался, что она, судя по всему, в мою мастерскую едет. Других идей не возникло. Вот только не застанет меня на месте, если не поторопиться.

Я решил объехать по другой дороге. Во-первых, чтоб не пересекаться с ней так явно, а во-вторых, чтоб дать себе немного времени на передышку и собраться с мыслями. Для чего-то она ведь захотела увидеться со мной. Если честно, уже и не надеялся на это. Значит, передумала и готова принять моё предложение.

В магазин можно пройти через мастерскую. Что я и сделал сразу, когда запарковался с торца здания, открыл дверь ключом и вошёл внутрь.

Чем ближе я становился, тем отчётливее до моих ушей доносились голоса.

Карина разговаривала с продавцом.

– Ильяс Ахметович, хозяин лавки, сегодня пока не приезжал, а помочь в этом вопросе может лишь он. Или давайте покажу горшки из наличия? Что-нибудь да подберём. Смотрите, какие красивые, все в единственном экземпляре.

– Мне нужно несколько горшков с похожим орнаментом и одинаковой формы, но разного диаметра, под разные растения.

– Примеры работ есть в каталоге, заказ я могу составить на основе этого и желаемых размеров.

– Лучше я потом заеду, – Карина расстроенно вздохнула.

Пора бы обозначить своё присутствие. Хватит подслушивать. А главное – надо изобразить удивление, типа не ожидал её здесь застать. Знала бы она, чем я занимался с самого утра, то испугалась бы ещё больше и, наверное, сбежала бы опять.

***

– О-ой… Ильяс Ахметович, здравствуйте, – первой меня заметила моя сотрудница.

– Здравствуй, – сказал я, не глядя на неё.

Сейчас моё внимание приковано к Карине. В тот момент, когда я появился, она собиралась уходить и уже взялась за ручку входной двери, но вздрогнула и замерла на месте.

– Простите, я не знала, что вы приехали, и не догадалась проверить. К вам тут заказчица пришла. Между прочим, наш постоянный покупатель, – начала, было, оправдываться Дарья.

– Всё в порядке, – остановил её от дальнейших фраз. – Девушка, вы ко мне? – я сделал вид, будто не признал Карину со спины.

Она медленно повернулась лицом, натянуто улыбаясь.

– Здравствуйте, Ильяс.

– Ты?.. – продолжая следовать своему плану, я удивлённо округлил глаза.

– Ну, я… – Карина пожала плечами, а щёки покраснели отчего-то.

Неужели она придумала предлог и повод, чтобы приехать сюда?

– Не ожидал увидеть тебя здесь. Привет.

– Так вы знакомы? – вмешалась в разговор моя сотрудница.

– Соседи, – пояснил я, не отрывая пристального взгляда от Карины.

– С недавних пор, – зачем-то добавила она.

– Проходи в мастерскую, обсудим твой заказ, – пригласил её жестом руки.

– В другой раз, наверное…

«Теперь поздно сомневаться и отступать назад», – я решительно приблизился к ней, ухватил за талию и повёл за собой.

Едва мы свернули за угол, Карина резко вырвалась, посмотрела укоризненно и, покачав головой, молча направилась по коридору. Я лишь усмехнулся. Сейчас, да, она брыкается, хотя скоро всё будет иначе, даже не заметит, как окажется в моих объятиях, умоляя поцеловать её и отдавая всю себя…

Но для начала нужно устранить мужа – не буквально, конечно. Впрочем, суть остаётся той же – он мне мешает. Может быть, я бы и не лез в их семью, если бы не мои наблюдения: нет там особых чувств – ни с одной, ни другой стороны. Обязательства есть и привычка. Последнее и вовсе – то ощущение, от которого надо избавляться в первую очередь.

А я бы подарил ей нечто бóльшее, чего она никогда не испытывала. Познакомившись с ней, я вдруг и сам чётко осознал, что готов двигаться дальше, готов к переменам в жизни. Готов.

И, если уж наметил цель, то не откажусь от неё и добьюсь своего.

Либо всё, либо… Всё! – на меньшее я не согласен.

– Постоянный покупатель? – и пусть я видел за ужином посуду собственного производства, это ещё ничего не значит. Хотя Карина тогда сразу поняла, о каком магазине идёт речь, когда я представился. Тем не менее… – Серьёзно?

– Я ценитель вещей ручной работы, керамика – вообще моя слабость, – ответила она и тут же засмущалась, и я даже догадался почему – как будто с намёком прозвучало.

Мой счётчик двусмысленности тоже лихо набрал обороты и зашкаливает.

Повисла неловкая пауза, и чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я спросил:

– Кстати, как поживают те тарелки, не пострадали при мытье?

– Хорошо поживают, в целости и сохранности.

– Так и сказали? Сами?

Неудачная шутка получилась.

Карина помрачнела, да и выглядит озадаченной, словно какие-то мысли гложут её и терзают.

– Ильяс… – она вздохнула. Присела на подоконник. – Вы можете помочь? Не знаю, к кому обратиться…

– Помогу. Без проблем. Говори, – я подошёл ближе, но личное пространство не нарушал.

– Кажется, мой муж завёл любовницу.

– Кажется? То есть ты не уверена? – а вот я ничуть не удивлён, хотя в том, что это коснулось Карины, ещё как удивлён. Такую женщину на руках носить нужно, холить и лелеять. Любить.

– В общем-то, уверена, – она опустила голову, избегая смотреть в глаза, – и даже догадываюсь с кем именно он закрутил роман.

– Твоя подруга? – «ну если известно жене, то это точно кто-то из своих – иного здесь не дано». Поэтому я как-то сразу срастил факты, вспомнив, как сухо они попрощались и в целом общались натянуто.

– Дома я нашла её кольцо в ванной комнате, – Карина кивнула.

– Тогда чем я могу помочь? Если для тебя всё очевидно. Советом – как быть дальше? Думаю, ты и сама понимаешь.

– Надо собрать неопровержимые доказательства, пригодятся, у нас брачный договор.

Противное ощущение посетило: и вроде мне это только на руку, а облегчения и радости совсем не приносит, и уж тем более я не имею права пользоваться ситуацией.

– Так ты по этим причинам приехала сюда? Попросить проследить за твоим мужем и поймать его на измене? – допустим, задача ясна, но… Что потом? Разведётся с ним?

– В том числе по этому вопросу, – Карина спрыгнула с подоконника и начала оглядываться по сторонам. Затем подошла к одному из стеллажей, где стояли незаконченные изделия и сохли: – Ещё заказать цветочные горшки хочу. Для мамы. В подарок.

– А сколько времени есть? С учётом всех процессов, изготовление займёт как минимум месяц, зависит от сложности.

– День рождения у неё через два месяца.

– Тогда успеем.

– Успеем? – переспросила она.

– Да, мы можем вместе сделать горшки.

Другого способа – заманить её в свои владения и находиться рядом, я просто не вижу.