Да здравствует цвет!

— Ма-а-ам! Мама! Ну мам! Мне нужна твоя помощь по математике.

— Мам, хочу блинчиков!

— Нет, математика! И блинчики. Давай решать на кухне?

— И почитай нам сказку на ночь, кстати.

— Мяу-ма!

— Так. Ну-ка успокоились! Все трое.

Я отложила кисть и подняла тяжёлый взгляд, осматривая своё семейство.

Старшая дочь Аня. Учится уже в шестом классе, но порой нам с мужем кажется, что ответственности у неё как у трёхлетки.

Младшая дочь Дашка. Первоклассница. Немного фантазёрка, немного лентяйка, большая обжора, но при этом всеобщая любимица.

Кошка. Ну по сути, это существо ко мне отношения иметь не должно — кошку взяли с передержки, когда Ане исполнилось шесть, под твёрдое обещание кормить и поить свою питомицу, а также убирать за ней лоток. К чести дочери, лоток она действительно первые полгода убирала, а за кормёжку так и вовсе отвечала почти год. Но постепенно домашнее животное вполне ожидаемо перешло во владение матери семейства. То есть моё. Чего я не ждала, так этого того, что эта мохнатая смесь леопарда и свиньи начнёт использовать звукоподражание и выдавать подобие слова «мама» всякий раз, когда захочет поесть. То есть, почти всегда.

Семейство требовало внимания, а значит за работой я засиделась уж слишком. Пора заняться всем остальным.

— Блинчики будут в четверг, а никак не на ночь глядя в понедельник. И сказку вам сегодня почитает папа, — спокойно сообщаю детям, делая вид, что не слышу их страдальческих вздохов по поводу блинов. К сказке претензий нет, отец читает их с весомой долей фантазии. — Я пока пойду отмывать за вами посуду после ужина, а ты, Анютка, начинай с математикой. Если не будет получаться — помогу, как только закончу.

Посуды набралась полная раковина. Оно и не мудрено, ведь девочки сегодня экспериментировали с готовкой. Готовили в основном бутерброды, но энтузиазма применили столько, что хватило бы батальону голодных орков, а не только на двух девочек. Хотя не спорю, аппетит Даши мог бы дать оркам солидную фору…

Сосредоточиться на грязных тарелках не получалось, но те и не просили развлекать их во время мытья. Вообще, рутинные бытовые дела были идеальным временем для того, чтобы подумать о работе, по полочкам раскладывая предстоящий проект. Я умудрилась задуматься настолько, что даже не заметила, как после посуды принялась намывать раковину, кухонный стол и даже подоконник. Вошедший на кухню супруг застал меня за протиранием торцовой части холодильника, и именно его смешок положил конец этому «золушкиному» трансу.

— Да ты сегодня в ударе, как я погляжу, — проговорил он, наливая в кружку остатки чая из заварника. Чай был уже остывший и очень крепкий — как раз такой, как он и любил. — Всё, что угодно, лишь бы не читать детям на ночь?

— Прости, Миш… Там ещё нужна моя помощь?

За эту выходку стало стыдно. Порою мне казалось, что, погружаясь в свои мысли, я начинаю игнорировать семью, отодвигая её на второй план. В такие минуты идеальная мать внутри меня критически грозила пальцем, требуя восстановления справедливости и более правильной расстановки приоритетов. Кто бы ещё её слушал!

— Не бери в голову, Ириш, — отмахивается муж, делая из кружки огромный глоток. — Дашка уже сопит, а Аня забралась на свой второй этаж и чатиться с подружками.

— А математика? –внутренняя идеальная мать делает стойку.

— Да там задача в две строки — она сама всё решила и сразу же выложила фото в электронный дневник. Отдыхай.

Я присела за стол и задумчиво посмотрела на чайник. Остывший и крепко заваренный чай с пищевой точки зрения меня не привлекал. Зато форма самого прибора внезапно показалась очень интересной. А что, если перерисовать его для интерьера в будущую иллюстрацию?.. Или и вовсе сделать эдакий домик-чайник? А что, для фэнтези вполне может сгодиться!

— Эй, ты там засыпаешь на ходу, что ли? — с сомнением спросил Михаил. — Выглядишь бледновато…

— Да всё нормально, — привычно отмахиваюсь. — Слушай, ты вроде как собирался перед сном сыграть пару виртуальных боёв? — дожидаюсь утвердительного кивка, чтобы тут же продолжить. — Тогда не против, если перетащу сюда свои заметки и порисую с полчасика? Пока мыла посуду, мне такая шикарная идея в голову пришла, что теперь просто необходимо сделать хотя бы пару набросков.

Муж вздыхает, но улыбается, соглашаясь с этим планом. Целует в макушку, слегка прижав к себе, а после направляется в спальню.

— Только не сиди допоздна, — слышу я уже от двери, но отвечать смыла не вижу смысла. В кухне я теперь одна.

Насухо вытираю стол, убираю всю посуду и раскладываю перед собой чёрнографитные карандаши, ластик-клячку и два блокнота. Акварель пока даже вытаскивать не стала — ещё не время для работы в цвете. Любовно погладила блокнот, погрела в руках и положила в зону доступа клячку и наконец-то с упоением принялась за любимое дело. Конечно, идеальным было бы заварить для себя кружечку ароматного травяного чая, но после просмотра одного видео и задушевного разговора с подругой-химиком я взяла за привычку чётко соблюдать правило: никакой еды или напитков во время работы. А после — тщательно помыть руки! Бережёного, как говорится…

Уже почти год как я позволила себе называться книжным иллюстратором. Правда диплома художника у меня не было, как и художественной школы за плечами, но всё равно буквально горела любимым делом, осознавая, что наконец нахожусь на своём месте.

Когда-то давно, когда я только окончила вуз, нашла себе работу по специальности. В принципе, интересную, но не особо любимую. Проработала там три года, да и ушла в желанный декрет. Одна дочка, потом вторая, и я всё чаще ловила себя на мысли, что возвращаться в офис не хочется, да и от физики я стала далека. Другое дело, что становиться полноценной домохозяйкой было как-то скучновато. Слишком уж много творческой энергии бурлило во мне что раньше, что сейчас. Одно за другим я всё пыталась подобрать хобби, которое впоследствии смогла бы сделать своей профессией, и лишь спустя годы поисков нашла себя в иллюстрации.

Запоздало вспомнилось, что рисовать я любила с детства, а любым играм предпочитала рассматривание красивых картинок в книгах. Притом неважно что за книги: детские, взрослые, пособия по анатомии — в ход шло всё! Вот так, наблюдая за работами профессионалов, обучаясь по книгам и интернет-ресурсам, я постепенно и пришла к иллюстрации, нежно полюбив свои кюветочки с красками, кисточки и тот волшебный мир, который создаю сама, перекладывая на бумагу картинки из своей фантазии.

Вначале у меня была лишь крохотная страница в социальной сети, специально заведённая для выкладывания рисунков. Работы постепенно становились аккуратнее и интересней, вырисовывался собственный стиль и поднимался уровень мастерства. Поучаствовала в одном конкурсе в местной группе, потом во втором, и вот страничка постепенно обрастает подписчиками. Их немного, но цифра всё равно приятно тешит самолюбие. И как-то незаметно в реальность врывается ощущение, что рисование — это не просто хобби. Это как раз та самая ниша, в которой хочется остаться, становясь профессионалом. И дальше этот снежный ком было не остановить.

Несколько стикеров друзьям и знакомым отрисовались бесплатно и за «сарафанное радио». Далее были пара обложек и коммерческих иллюстраций, а через полгода одна из авторов, с которой я уже сотрудничала, написала в личку: «Ира, я дозрела. Давай проиллюстрируем не только обложку, но и всю книгу!».

Сказать, что я была счастлива — ничего не сказать. Ещё бы, ведь люди увидят героев интересного фэнтези именно такими, какими их хочу показать я! Оценят красоту выдуманного мира и смогут погрузиться в него ещё лучше. И именно поэтому я безо всяких ограничений подхожу к каждой из иллюстраций в намного большем объёме, чем того требовала даже автор. Хотелось, чтобы первая моя книга стала яркой и запоминающейся.

Наброски ложились один за другим, и стоило огромных усилий не размахнуться на огромный формат. Работалось легко и скоро. Умом я понимала, что сижу за столом уже далеко не полчаса, и самое время сделать хотя бы минутную паузу, но почему-то никак не получалось остановиться. Конечно, надо бы собрать волю в кулак, убрать бумажки в один угол и отправиться спать, плюнув на всё, включая не утихающее вдохновение. Но каждый раз меня останавливала мысль о том, что вот ещё один крохотный набросочек, и я обязательно уйду. Ну и ещё один. И вот это, пока не забыла…

Я и сама не заметила, как карандаш вывалился из пальцев, а голова опустилась прямо на столешницу. И только где-то на задворках сознания маячила мысль, как было бы здорово отрисовать деревню, в которой родился главных герой, в мягких летних тонах…

Глаза открывались с огромным трудом, шея и левая рука затекли, а место, отвечающее за усидчивость, я, кажется, и вовсе не чувствовала.

«Поздравляю, милочка», — внутренне хмыкнула я. — «Добро пожаловать в клуб „кому за тридцать“, где даже неудобная подушка способна вызвать прострелы в спине.»

Интересно, в этот раз обойдёмся без прогревающей мази? После такого-то сна на кухонном столе… Кстати, о кухне. Не припоминаю, чтобы с утра дома было так темно. Обычно это помещение буквально заливало солнечным светом, делая летом невозможной любую готовку в первой половине дня. Сейчас же создавалось впечатление, будто дубовая роща выросла прямо за окошком нашего четырнадцатого этажа.

На поверку незнакомым оказалось не только освещение, но и сама кухня. Я всё пыталась потереть глаза затёкшими за ночь руками, но помимо бликов-зайчиков ничего не изменилось. Стол — явно из грубого дерева. Вместо стула — лавка. Да и квадратура оставляет желать лучшего. Я поднялась со своего места, и теперь настала очередь для нижних конечностей быть пронзёнными нервами-иголочками. Но обращать на них внимания не стала. Кого волнует восстановление кровообращения в ногах, когда ты этими самыми ногами только что уткнулась в огромный глиняный кувшин!

— Мамочки…

Отшатнувшись от кувшина, делаю шаг назад и спиной утыкаюсь в нечто твердое и большое. Русская печка! Добротная такая, чисто выбеленная, со всеми нужными дверцами. Чёрт, тут даже ухват имеется в наличии!

— Мамочки… Да что же это такое творится?!

Зрение наконец привыкло к скудному освещению, а я осмотрелась вокруг и выругалась. Громко. Ёмко. Так, как не позволяла себе с момента появления дочерей, но для соответствующих случаев эти слова бережно хранились в закромах памяти. А случай сейчас выдался самый что ни на есть подходящий.

Ущипнув себя за бедро и вместо заветного пробуждения получив синяк, опять взглянула на стол и медленно выдохнула. Глубоко вдохнула на четыре счёта, а потом ещё раз выдохнула, на восемь. Вроде, помогло, но не очень.

— Так, — произношу вслух. Звук собственного голоса помогает не потерять связь с реальностью — один из вычитанных в журналах приём. — Спокойствие, только спокойствие. А что нам нужно для спокойствия? Правильно, еда.

Хитрость была стара, как мир, и тоже вычитана в журнале: нельзя делать два дела одновременно. Вернее, можно, конечно, но мозг будет воспринимать только одно, и чаще всего — самое простое. И если тебя накрывает паникой, то надо что-нибудь съесть. Что угодно, даже просто леденец за щёку положить, но дышать станет намного легче. Леденцов в ближайшем обозрении не оказалось, зато прямо над печкою сушились хлебные корки.

Сгребая штук шесть, не меньше, сунула первую в рот и начала методично жевать. На половине сухаря ко мне вернулось чувство пространства и почти исчезло головокружение. К началу второго пульс пришёл в относительную норму. На третий сухарик я смотрела уже в задумчивости, решив припрятать на потом — способность мыслить здраво худо-бедно, но вернулась, а большего пока и не нужно.

— Итак, у нас есть два варианта, — продолжаю я, усердно стараясь не думать о себе как о сумасшедшей. — Один фантастический, а другой реалистичный. Фантастический — Мише предложили поучаствовать в реалити-шоу с проживанием в псевдорусской избе. При этом поставили условие заранее не говорить об этом домочадцам, да ещё и договор заставили подписать. Вокруг напичканы камеры слежения, а где-то за дверью находится съёмочная площадка. Правда мне смутно представляется, будто муж пошёл бы на такое. Да и исконно русская семейка из нас такая себе получается, с нашими-то чёрными волосами и носами с горбинкой… Поэтому мы эту версию откладываем — на то она и фантастика, и смотрим на второй вариант. И кажется, — я вдыхаю поглубже, — кажется, могло иметь место попаданство в другой мир.

Вообще, не верилось даже, что я это произнесла. Захотелось опять зажмуриться и помотать головой, а после решительно и с широко раскрытыми глазами выйти в единственную на всё помещение дверь.

Новая реальность встретила меня не то, чтобы с распростёртыми объятиями, но скорее на позитиве. День оказался ярким и солнечным. Свежий воздух, пение птиц, яркая и ещё относительно ранняя листва на деревьях… Ошибиться было сложно — я однозначно попала в лиственный лес весной. Май, или конец апреля.

— А ведь у нас ещё только февраль… — пробубнила я себе под нос и спустилась с высокого порога. Жилище прямо требовало, чтобы на него посмотрели со стороны.

Изба была небольшой, не слишком высокой и лишь наполовину окружённой частоколом. Местами грязная, кое-где требующая починки. Создавалось впечатление, будто за этим домом если и следят, то спустя рукава, и никакого хозяина с крепкой рукой и надёжным топором здесь нет и в помине. Скорее всего, хозяйка дома и вовсе проживала здесь одна.

— Женщина, живущая одна посреди леса… Если бы над забором ещё и черепа висели, то я бы точно подумала, что переселилась в какую-нибудь ведьму.

Окинув взглядом остальную территорию — кое-как сложенная поленница, колодец с валявшимся рядом ведром, топор, кстати, даже целый, да коряга для сушки белья — я сунула за щёку два сухаря разом и села прям на чурбачок. Подозреваю, он тут стоит не для того, чтобы моей пятой точке было удобнее пристроиться, а для рубки дров, но мне как-то не до этих мелочей. Опилки можно отряхнуть и постфактум.

Мыслей оказалось одновременно много, и при этом ни одной. Съёмочная команда, на которую я в глубине души продолжала надеяться, отсутствовала. Как и любые другие люди поблизости. С каждой минутой версия про попаданство переставала казаться мне такой уж бредовой. Конечно, никакой грузовик-сан меня не переезжал, как это принято в романах, да и не погибала я от переутомления. Но вдруг всё это будет похоже на приключения Оли в Зазеркалье? И можно будет вернуться ровно в ту же минуту, когда переместилась, как только пройду свой «квест».

Мысленно наконец приняв идею перемещения, с отвращением смотрю на остатки сухарей и начинаю думать, куда же меня могло занести. Любимого романа или сериала, сюжет которого я знаю наизусть, у меня не было. Значит, сценарий главной попаданки, которая будет решать проблемы по щелчку пальцев, потому что знает сюжет «от» и «до», мы отметаем. А жаль… Вообще-то сериалы я не люблю, да и романтическим чтивом не увлекалась, предпочитая либо детективы, либо научную литературу. Ну ладно, парочка книг юмористической фантастики среди моих фаворитов тоже была, но именно что пара. Пожалуй, единственное произведение подобного жанра, которое читала за последнее время, было то, что должна проиллюстрировать. Да и оно…

Точно! Словно тумблер переключился в голове, и наконец-то я сообразила, куда могла попасть. Да меня ведь занесло в мир романа Алисы под названием «Принцесса для солдата»!

Подскочив на ноги с криками «йу-ху», я принялась мерить шагами территорию, сама себе удивляясь, как же такая идея не пришла мне в голову сразу. Кому, как не самому автору, ну или иллюстратору, должно быть известно всё повествование? А значит, стоит сообразить, где именно нахожусь и в кого переселилась, как всё встанет на свои места. Наверняка в романе обнаружилась дыра повествования, которую необходимо залатать. А как только дело дойдёт до логического финала, можно и домой вернуться. Да. Точно. Теперь мне всего-то и нужно найти эту самую дыру, а иллюстратору это сделать легко так же, как…

Застываю на месте, озарённая мыслью: я же не знаю сюжета! Ну да, такое тоже случается: для создания обложки хватило прочтения синопсиса, плюс описание, которое предоставила Алиса. А когда мы решили иллюстрировать роман целиком, то по обоюдному согласию составили такую схему: я читаю по одной главе, придумываю иллюстрации, и только после одобрения эскизов автором приступаю к следующей. Этот приём помогал избегать каши в голове, к тому же существенно экономил нам обеим время. Удобно? Разумеется. Но теперь загвоздка заключается в том, что сейчас я приступила к отрисовке пятой главы из тридцати. Пятой! Только шестая часть повествования…

— Ладно, — выдыхаю. — Вначале просто систематизирую те данные, которые хотя бы примерно помню. Мне срочно нужен лист бумаги и карандаш, и кажется, где-то что-то подобное я видела совсем недавно.

Вернувшись в избу, прошлась глазами по столу и почти сразу же нашла необходимые предметы: палочку, напоминающую вечный карандаш, и стопку бумажек среднего качества. Приемлемо.

Уже выходя на улицу, случайно зацепилась краем глаза за окошко. Материал внутри точно не являлся стеклом, но казался почти прозрачным, а самое главное, мог отражать предметы. Я покинула избу и остановилась напротив окошка уже против света. Всмотрелась в своё отражение, чтобы как следует разглядеть те черты лица, которыми меня одарила вселенная романа, и тут же нахмурила лоб.

— М-да уж… — скептически протягиваю, рассматривая увиденное. Чёрные прямые и длинные волосы, зелёные глаза, тонкий нос с лёгкой горбинкой и почти круглое лицо. — Ну и смысл в этих переселениях, если в итоге выглядишь ровно так же, как и дома? Хотя бы возраст сбросили, или от межбровных морщин избавили. Как же о многом нам предстоит с тобой поговорить, Алисочка…

Вернувшись на всё тот же чурбачок, но в этот раз смахнув с него опилки, я положила на колени первый лист. Красивым почерком вывела на «Принцесса для солдата» и задумалась, пытаясь припомнить хотя бы синопсис.

— Итак, главного героя зовут Ник, — надиктовываю сама себе. Текст пишу уже убористо, ведь экономия бумаги может оказаться не лишней. — Хороший и честный деревенский парень. Разумеется, красавчик, да и вообще положительный субъект. В двадцать лет пошёл на службу солдатом, и за особые заслуги и упорство в тренировках быстро поднялся по карьерной лестнице.

Я снова задумалась, найдя первую несостыковку с реализмом. В обычном мире, тем более при отсутствии боевых действий, безродному пареньку из деревни ни за что не дослужиться до высокого чина. Максимум такого могут взять в какую-нибудь частную охранную службу. Но тогда про славу речи не идёт, будь ты хоть трижды гением военных искусств. К тому же, даже гении с малых лет занимаются с двуручным мечом много часов кряду, а не идут в армию в двадцать. Другое дело, что подобная наивность мира может сыграть мне на руку.

— Примерно через несколько лет ему начинают сниться необычные сны, — начала я новый абзац, стараясь выбросить из головы мысли о ноотропах, про которые недавно читала статью в интернете. — Красивая девушка, которая зовёт его по имени и просит найти её. А через месяц Ник случайно натыкается на портрет Мариетты, принцессы его страны, и понимает, что это и есть та самая девушка из его снов. Паренёк собирается встретиться с ней любой ценой, но когда находится уже на полпути к столице, то узнаёт, что его деревню выжгли по приказу какого-то вельможи. За что?

Я постучала карандашом по губам, пытаясь припомнить сюжет. Какая же была причина поджога? Наверняка что-то дурацкое или тривиальное, потому и не отложилось в памяти. Ладно, оставим этот момент открытым, но на своём конспекте к одному вопросительному знаку я пририсовала ещё два, пожирнее. Потом подчеркнула слово «поджог» и наконец продолжила повествование.

— За убийство вельможи Нику полагалась смертная казнь, но он почти на пять лет пустился в бега. Далее Алиса не описывала всё подробно, но по итогу главного героя оправдали, восстановили доброе имя и дали высокий титул. Он наконец встретился с принцессой, которая, как выяснилось, тоже видела его в своих снах, и потому все эти годы отказывалась от предложений руки и сердца от других принцев. Кстати, опять нескладно — а как же политика и всё такое? Но ладно. В последней главе были свадьба, хэппи энд и прочее подобное. Конец.

Конец… Получается, как только история подойдёт к логическому завершению, то я буду свободна? Но куда именно попала и в каком временном промежутке нахожусь? Ладно если этот самый Ник уже оправдан и собирается в столицу, а если нет? Вдруг он вообще ещё пешком под стол топает, даже не помышляя о карьере солдата?

Покачав головой, вздыхаю и смотрю вдаль. Хотелось бы хоть какой-то определённости, а ещё лучше — вернуться домой. К семье, к родному дому и любимым красочкам, а не вот это вот всё.

— Ладно. Если это и правда волшебный мир, то события будут развиваться быстро. Уверена, в самое ближайшее время мне будет дан знак, и остаётся просто его дождаться.

Я посмотрела в сторону узкой тропки, которую с огромной натяжкой можно считать дорогой. Потом на лес. На колодец. На крышу избушки. Ти-ши-на. Птички, шелест листвы, стрекотание каких-то насекомых. Красиво, конечно, но вряд ли это то, чего я так жду.

— М-да уж, — прицыкнула я языком. — Знак явно не торопится явить себя пред мои очи.

Вздыхаю снова, но в этот самый момент вижу, как из-за угла дома показался кот.

Нет. Скорее надо было сказать КОТ. Огромный, иссиня-чёрный, с пушистой шерстью и совершенно бандитской мордой. Дома у меня, конечно, тоже жила кошка, притом не самых малых размеров и имеющая весьма суровый характер. Но рядом с этой, простите, скотиной наверняка бы показалась милым домашним котёночком.

А между тем, кот подошёл поближе и уселся прямо напротив моего чурбачка. На первый взгляд показалось, что котяра оценивает меня, словно определяя, разрешать ли вообще находиться здесь. И если да — достойна ли подобная гостья его внимания.

— Судя по столь вольному поведению, ты тут и есть хозяин, — вслух хмыкнула я. — Уж извини за вторжение, я от него тоже не в восторге. Мирной жизни и чесать пузико не обещаю, но давай хотя бы не ругаться, ладно?

Кот посмотрел в ответ почти презрительно, и мне даже показалось, что какая-то из фраз заставила этого обормота всерьёз засомневаться в моих интеллектуальных способностях. Впрочем, кот был сейчас самой меньшей из моих проблем, а если серьёзно, вообще таковой не являлся. Сейчас мне до него не было дела, ровно как и ему до меня.

— Был бы ты хоть говорящим… А так — кот и кот. В каждой сказке и у любой ведьмы такой есть, да и не только у ведьмы.

Я поднялась со своего места, обогнула кота и решительно направилась к колодцу. Обилие мучной пищи требовало воды, и лучше пусть её будет много и кипячёной. Но стоило взять в руки ведро, как где-то позади хрустнула ветка, и что-то мне подсказывает, что каким бы огромным ни был кот, такого шума он навести не может.

Жаль, что топор остался валяться у поленницы. Резко обернувшись к незваному гостю, я застыла изваянием самой себе. И отмерла лишь после того, как робкий голосок проговорил:

— Добрый день, госпожа ведьма.

Девочка. Маленькая — лет шести, и куда как более худенькая, чем моя Дашка. Платьице заношенное, но чистое и аккуратно починено. Фартук серый, косынка в какой-то мелкий цветочек и из-под неё выбиваются светлые локоны. На слегка чумазом личике сияют огромные синие глаза, и этими глазищами она сейчас смотрит прямо на меня.

— Госпожа ведьма? — ещё раз зовёт девчушка, явно удивлённая подобной реакцией. — Это я, Дуся — дочка кузнеца. Пришла за лекарством для матушки. Или мне уйти?

Ложки-матрёшки, да это же… Если использовать терминологию игр, в которые часто рубится муж, то как такие персонажи называются? Эн-Пи-Си ведь, да? Интересно, у неё только какой-то заданный набор фраз, или мир Алисы настолько развит, что малышка сможет поддержать разговор и на другую тему?

Возможно, я бы так и простояла столбом, в мыслях проводя аналогии с компьютерными играми, но положение спас ведьмин кот. Эта огромная махина лениво поднялась со своего места и с тем же вальяжным шагом, которым двигался ранее, подошёл к девчушке. Потёрся пушистым боком, за малым не уронив малышку, и требовательно посмотрел на меня. Мол, я гостью признал, теперь дело за тобой. Пришлось брать себя в руки, потому что игры играми, но раз имеет место попаданство, то тут всё будет на порядок сложнее.

— Стой уж, раз пришла, — насколько могла строго проговорила я, предварительно прокашлявшись. Раз малышка обратилась ко мне как к ведьме, значит первоначальная хозяйка тела ею и числилась. — Что за лекарство-то нужно?

— От кашля, — робко проговорила Дуся. — Те пакетики, которые вымачиваются в кипячёном молоке и на спину прикладываются. Я ещё чихаю от них, госпожа ведьма.

Девчушка так доверительно об этом сообщила, что я едва не рассмеялась. Но ведьмам добрыми быть вроде как не полагается, так что пришлось тайком ущипнуть себя за бедро и снова нацепить на лицо суровое выражение.

— Ладно, обожди тут. И отгони кота, а то вся в шерсти будешь!

От этого замечания опешили не только Дуся, но и сам котяра. Подозреваю, это отродье и вовсе считало, что именно девочка его тут пачкает, но мне было не до такта. Лекарство… Судя по описанию, ведьма приторговывала обычными горчичниками, а значит оставалось только найти что-то из заготовок и вручить потенциальной клиентке.

Горчичники, да и вообще рабочие материалы, нашлись с огромным трудом. Пока искала, обругала нечистоплотную ведьму на все лады, удивляясь, как та вообще смогла не только вести бизнес, но и выживать тут в одиночку. Хотя в одиночку ли? Ну не бывает такого, чтобы женщина в самом расцвете сил, да и жила посреди леса совсем одна! Или для этой псевдо-славянской вселенной возраст «немного за тридцать будет считаться практически старостью?

Раз за припарками отправили совсем кроху, деревня просто обязана находиться рядом. Надо что ли расспросить эту малявку, ведь дети любят болтать и подмечают порой куда как больше деталей, нежели взрослые.

Вышла я во двор, неся в руках весомую стопку едко пахнущих горчицей салфеток. Дуся стояла на том же месте, где её и оставили. Кот вылизывал лапу в паре метрах от неё, демонстративно не обращая на меня внимание. Наглое самовлюблённое создание! Даже если ведьма и держала для него еду, от меня он ни крошки не получит! В конце концов, в любом лесу найдётся пара-тройка десятков мышей.

— Вот лекарство для твоей матери, — проговорила я, вручая девочке всю стопку припарок. — Столько хватит?

— Ой, как много! — у девочки вполне реально округлились глаза. — Обычно вы нам выдаёте две или три штуки. У батюшки столько монеток нет…

— Считай, что это вам подарок, как постоянным клиентам, — пожимаю плечами. Сама виновата, надо было сразу уточнять количество. — И вообще-то за такое полагается говорить «спасибо».

— Спасибо, госпожа ведьма, — послушно повторила Дуся.

Девочка пробежалась глазками по двору и прикусила губу. Ей вроде как и любопытно всё тут осмотреть, но репутация у ведьм во все времена и в каждом из миров не самая приятная. Скорее всего, малявка так бы и распрощалась со мной, спеша домой, но это в мои планы не входило. Первый контакт с местным жителем, и настолько короткий? Нет уж, я просто обязана вызнать хоть что-нибудь полезное.

— Так как, говоришь, тебя зовут? — уточняю, хотя и в первый раз запомнила имя.

— Дуся, — кивает девочка.

— А полное имя?

— Евдокия.

Ладно, неплохо. Имена схожи с нашими славянскими, так что скорее всего я и правда во вселенной книги Алисы. Девчушка послушно стояла у забора, и я продолжила допрос уже смелее.

— И не страшно было тебе, Евдокия, топать одной через весь лес? — поинтересовалась как бы невзначай. — Да ещё и к дому ведьмы?

— А куда деваться? — девчушка простодушно развела руками. — Матушка болеет, отец целыми днями в кузне, а Митрошка ещё совсем крохотный, даже ходить не умеет. Вот я и пришла, как старшая.

Ну всё понятно. Ослабленный недавними родами организм умудряется цеплять болячки даже поздней весной. Этой мамаше бы пересмотреть режим питания, а ещё неплохо будет… Впрочем, мысленно обрываю себя на полуслове. Не хватало ещё и вправду заниматься в чужом мире целительством. Нет, мама у меня, конечно, всегда мечтала, чтобы в семье появился ещё один медик. Но после школы я решила поступать на физтех, да и нынешняя моя профессия, желанная и горячо любимая, от медицины ой как далека.

— А далеко было топать?

— Ну что вы, госпожа ведьма! — даже удивилась малютка. — От наших Барашков я быстро дошла.

— Понятно.

Я снова кивнула, и тут меня буквально подкинуло от земли. Барашки!

— Как ты деревню назвала, а ну-ка повтори? — спрашиваю, сдвинув брови.

Девочка, уже было расслабившаяся и болтавшая со мною совершенно свободно, опять сжалась и еле слышно пролепетала то же, что я и услышала в первый раз. Барашки… Чёрт!

Звучное название моментально всплыло в памяти: так называлась деревня, в которой родился и вырос главный герой романа «Принцесса для солдата». И которую рано или поздно уничтожат подчистую, попросту убив всех жителей. Я медленно прикрыла глаза и остро пожалела, что сухари уже закончились. Ох, как же о многом хотелось поговорить с Алисой, как только вернусь домой. Вернуться бы ещё…