Дар для снежного бога

Ирида натянула тетиву и прицелилась. В заснеженных ветвях мелькнул рыжий хвост и маленькие глазки бусинки уставились на неё в упор. В крови тут же заиграл азарт, так всегда когда она ловит свою добычу.

Какая странная белка… Ей бы бежать, а она сидит и смотрит. Ну и ладно, будет отличная шкурка которую получится выменять на крупу у деревенских.

Она снова прицелилась и уже была готова отпустить руку, как совсем рядом послышался хруст ветки. Животное вздрогнуло и взметнулось вверх по стволу огромного дерева.

Ирида недовольно поджала губы, замерла приготовясь дать отпор незваному гостю.

Из кустов показался высокий статный воин. Он усмехнувшись окинул девушку взглядом. Чёрные как ночь глаза словно пробили насквозь.

Опять он… Ходит за ней попятим и только смотрит. Странный, чужак пришедший в деревню пару зим назад. Пришёл и остался. Никто не знает от куда он и что его держит в их глуши. Пытались спросить, да он не ответил.

Знали только имя его — Бояр.

Красавец, на него все девки незамужние заглядывались, да только он не смотрел ни на кого. А последнее время стал слишком часто появляется рядом с ней. Поможет чем и снова исчезнет.

Ирида чувствовала от него идущее тепло, ощущала заботу, но в то же время и боялась. Странный он… Вот только сердце всегда удар пропускало при виде его…

Да и спугнул белку намеренно, видимо чтобы ее не пугать дал знать о своём приходе.

— Пошли.

Он снова посмотрел ей в глаза, при этом его лицо омрачила тень.

— Я на охоте, а благодаря тебе, останусь без добычи и без ужина. Ступай или говори зачем пришёл.

— Там Совет старейшин принял решение. Невесту Карачуну выбрали.

У девушки сердце рухнуло вниз. Давно они на ее сестру Есею заглядывались. Мол красавица, да только слабенькая слишком, все равно не выживет если сестра замуж выйдет. Видимо решились на страшное.

— Нет!

Она сорвалась с места накидывая лук через плечо. Бояр поймал ее за руку:

— Не торопись. Они ее уже увезли, не успел я остановить.

Девушку затрясло мелкой дрожью. Она должна успеть, должна спасти ее.

— Куда они ее повезли?!

— На скит. Ты не сможешь их не найти, не догнать. Оставь эту затею, только погибнуть можешь.

Он сжал сильнее замыкая руки кольцом вокруг неё пытаясь удержать. Она рванулась, но безуспешно.

— Почему? Почему именно она? — в ее голосе послышались рыдания.

— Вы варвары, ваши законы безумны. Ваши Боги жестоки. Вы заслуживаете того, что творите сами.

— Раз мы такие плохие, тогда почему ты до сих пор не ушёл?

— Я пришёл сюда с определенной целью и пока не выполню того, чему суждено быть, не уйду.

— Какой целью? — она замерла в его руках.

— Я пришёл за тобой. Но силой брать не буду. Я терпелив, умею ждать.

Ирида замерла в его руках.

— Ты сам не понимаешь что говоришь. Зачем тебе безродная сирота?

— Ты все узнаешь позже. 

— Я никогда и никуда не пойду без своей сестры!

— Она тебе не сестра.

По телу пробежал дикий холод. Да, они с Есеей слишком разные, да и мать, насколько она ее помнила была другой, но этот мужчина сам не понимает, что несёт. Отца они никогда не знали, поэтому были почти изгоями в деревне. Но как только Ирида подросла и в ней открылся дар охотницы, многие поумерили свой гнев в их сторону. А когда мать умерла от зимней лихорадки, то и вовсе перестали их трогать. Отстали ровно до тех пор, пока Карачун не стал лютовать. 

Старейшины пытались задобрить зимнего Бога, но тщетно. Тот потребовал в уплату невесту…

Стать такой счастливицей означало только одно — погибнуть.

Девиц перебирали самых ладных, правда нетронутых было не много, слишком вольные взгляды царили в их племени. Тогда и обратили старейшины свой взор в сторону сирот. Ирида была слишком сильной, слишком бойкой, а вот ее сестра… Красавица, но слишком слабенькая, такая и ребёночка не выносит, так что на заклание самая подходящая.

Охотница сразу предупредила, что сестру не отдаст, что будет биться за неё. Их вроде оставили в покое, да не надолго…

— Мне все равно, что ты говоришь! Я пойду по их следу, найду и спасу ее. 

— Сама погибнешь и ничего не добьёшься.

— Она моя единственная семья, больше нет никого, никто и горевать не станет.

Бояр вдруг развернул девушку к себе лицом, обхватил сильнее и впился в губы варварским поцелуем сминая любое сопротивление.

Ириды до этого никогда не касался мужчина, никогда она не ощущала такой жар, такую жажду. Раньше конечно парни пытались ухватить за какое место, да только они у неё одно раздражение вызывали. Быстро их на место ставила.

Этот чужеземец был другой, непонятный, темный как его чёрные глаза. Он был словно соткан из силы, тянул к себе, завораживал.

Ощущения побежали вместе с кровью наполняя все тело. Сил сопротивляться не осталось, Бояр пил до дна каждый ее вздох, заставлял биться сердце.

Наконец он отпустил ее и Ирида безвольно повисла в его объятиях.

— Я помогу тебе найти сестру, но потом ты отправишься со мной.

Его голос был хриплым, а в глазах полыхала страсть. Разве можно такому перечить? Да и не справится она без него, знает, что не справится. Выбора нет.

— Я согласна, но ты должен поклясться, что не обманешь. Что возьмёшь не только меня, но и сестру не оставишь здесь умирать.

— Я никогда не кидаюсь клятвами. Тебе должно быть достаточно моего слова.

Он снова наклонился к девушке и поцеловал. Только в этот раз уже нежно, возрождая и согревая.

Лес зашумел, заволновался, словно услышал их Карачун, но Ириде было все равно, за сестру она была готова пойти против воли Бога. Да и его ли это воля? Может это людская воля? Решили пойти по легкому пути. 

Она ловко крутанулась в руках Бояра:

— Пусти! Сама могу дойти.

Воин молча разжал руки давая ей свободу.

Лес шумел, снежные тучи как степные псы потянулись собираться в кучи и вскоре закрыли солнышко. Поднималась метель.

Едва успели выйти из чащи. 

Домик стоял на самом отшибе окружённый огромными деревьями, крыша покосилась, окна темнели чёрными провалами. 

В нем никого нет, никто не поддерживает огонь в очаге. У Ирины снова сжалось сердце, как она могла так ошибиться, почему не подстраховалась. Хотя что может сделать дева против волхвов? Брать с собой сестру на охоту было не возможно, Есея и половины пути не смогла бы преодолеть. Сидеть рядом с ней и сторожить, тоже не резон, они бы просто умерли с голоду. Их единственным доходом было зверьё. Где-то шкурки, где-то мясо часть которого оставляли себе на пропитание.

Она смахнула с глаз слёзы стараясь сделать это более незаметно. Прислушалась к скрипу снега за спиной. Бояр шел следом, не отставал ни на шаг. Но делал это так тихо, что если бы не знать, то и не поймёшь, что он рядом.

Девушка открыла щеколду и остановилась приспуская его вовнутрь. Тот мотнул головой:

— Заходи первой, только к стене прижмись.

— Зачем? 

— Кто знает какие подарки оставили.

Она вздрогнула, неужели могут и так? Хотя вполне, им не нужно чтобы Ирида мстила, легче отправить ее в мир иной и навсегда забыть о существовании сестёр.

Она осторожно вошла в дом, зажгла огарок самодельной свечи. Сало на исходе, скоро и зажигать будет нечего. 

Эта зима выдалась как и прошлая слишком суровой, даже звери прятались или погибали. Мороз крепчал и в доме был виден пар от дыхания. 

Бояр подошел к очагу, закинул хворост и чиркнул огнивом.

— Кто ты и от куда?

Он не ответил.

— Ты ведь не просто так пришёл в эти глухие края. Пришёл зачем-то. У тебя даже одежда не такая как у всех, не из шкур.

— Я пришёл за тобой. 

— Что-то долго ты собирался мне сказать об этом — она повернулась к огню и повесила над ним чан с водой. — Ты два года ждал?

— Я должен был убедиться, что ты и есть та самая кого я ищу.

— А кто я? Вроде не ведьма, ничем от других не отличаюсь. Неужели ты искал простую селянку? Ждал столько, чтобы сердце подсказало — хохотнула Ирида. — Зачем тебе сирота?

— Ты многого не знаешь. Помнишь свою мать?

— Смутно, она умерла не выдержав тяжести. Да и народ всегда пытался нас уничтожить, наша семья была как позорное бельмо. Хотя я до сих пор не понимаю за что.

— Она была изгнанницей. Она не принадлежала этому племени.

Девушка резко повернулась к нему:

— Что ты хочешь сказать? Кто и за что ее выгнал? Что она натворила?

— Она была очень сильной магичкой. Обладала силой верховных, но возгордилась и решила, что может позволить себе то, что запрещено другим.

Сердце запрыгало как птица.

— Ты говоришь загадками. Где она была? Сколько себя помню, но мама никогда не умела творить чудес.

— Ее лишили силы и хотели заточить навечно, но она успела сбежать. Пряталась здесь надеясь вернуть своё могущество. Но она не знала главного, что никто не может отобрать то, что дано от рождения.

Ирида понимала, что он не врет, что слишком многого она не знала о той женщине, которая была рядом с ней, которая ее родила, но никогда не любила.

— Но ведь у неё отобрали.

— Ей закрыли любые потоки магии. Можно лишить возможности, но нельзя забрать себе. Ее гордыня была слишком безмерной и сломала многие жизни.

— Как бы не было, она была моей матерью.

— Нет.

Девушка подпрыгнула от неожиданности. Его слова прозвучали так громко и четко, что казалось достигли верхушек дальних елей.

— Что ты сейчас говоришь? 

— Правду. Она прихватила с собой дитя и прикрылась им чтобы ее не уничтожили пока она не покинет границы государства. Так что она тебе не мать, а Есея не сестра.

Казалось весь мир рухнул как снежная лавина на ее голову. Но нельзя ему верить просто так, ведь от куда этот чужестранец может знать что-то о них? Он пришёл намного позже и не видел их жизни.

Ирида подбоченилась:

— Тогда где же мои настоящие родители и почему не искали меня все эти годы?

— Искали, просто здесь властвуют другие Боги, дикие, необузданные, у них свои порядки и правила. Мне понадобилось четырнадцать лет чтобы отыскать тебя.

— И почему же ты уверен, что я именно та, кого ты искал. Неужели тебе во сне приснилось?

Он протянул руку и легко дотронулся до ее шеи кончиками пальцев. Тут же молния пронзила все ее тело заставляя кровь ускориться. Жар потек по коже, а дыхание сбилось.

— Да, ты слышишь меня, чувствуешь. Так и должно быть.

Ирида замерла не в силах пошевелиться, а мужчина продолжил. Он легко отодвинул край вязаной туники и опустился ниже оглаживая ключицу. Подцепил крючки удерживающие полы и оголил верхнюю часть груди.

Его прикосновения стали более настойчивыми, более властными. Она задыхалась от ощущений, от его силы и власти.

Бояр очертил непонятный знак на белоснежной мраморной коже и легко подул вызывая ещё больше огня сжирающего девушку изнутри. Тут же, словно по волшебству, на груди появился замысловатый орнамент. Окрасился голубым светом и погас.

— Вот видишь, я не ошибся. Я слишком долго искал тебя.

Он наклонился, коснулся легким поцелуем знака оставляя на нем свою печать.