Астахова. 7 июля 2016 года. 

 

По телевизору шел фильм, названия которого я не знала, потому что начала смотреть не сначала. Сюжет такой: маньяк-убийца отлавливал девушек в темных пустующих закоулках и похищал. Следовал он принципу одного театрального номера, где главный герой делал каждую жертву своей женой.

И тут началась очередная охота на молодую стройную девушку. Она вышла поздно с работы и не спеша направилась домой.

- Ну предупреждали же район, что у них орудует убийца. Что же ты мужика-то не попросишь проводить тебя до места? – возмущенно вскрикивала я, предполагая, чем закончится для барышни прогулка.

Поерзала на диване и продолжила смотреть. Но на самом интересном врубили рекламу. Время было за двенадцать ночи. От соблазна покушать я отмахнулась, но сделать чайку все-таки решила. Пока наливала, перерыв закончился, и убийца уверенно шел по пятам за глупой девицей.

Не успела дойти до журнального столика и поставить чашку, как дама в телевизоре притормозила.

- Беги, дура! Беги! – безнадежно бормотала я, зная, что по ту сторону экрана меня все равно не услышали. – Он идет за тобой…

Как только девушка заметила преследователя, спохватилась бежать, но было поздно. Удар тяжелой металлической палкой прошелся по голове.

Мне кажется, удар настолько сильный, что по идее она должна упасть замертво, но нет же, это ведь фильм…

В конце концов, преступника поймали и девушек освободили, чему радовался каждый смотрящий. Ну и я от радости, что фильм закончился хэппи эндом, потопала спать.

 

***

Астахова. 8 июля 2016 г.

 

Утром, как все люди, поспешила по своим делам. Работа находилась довольно далеко от дома, поэтому нужно было добираться на метро.

В самой суматохе подземного перехода зазвонил телефон.

- Анастасия Игоревна, Вы в курсе, что сегодня я жду от Вас отчет? – из трубки вырвался гневный голос босса. – Если через полчаса он не будет у меня на столе, Вы уволены! – сразу же запищали гудки.

- Арр… Как же бесит! – я посмотрела на светящийся экран телефона и собиралась положить его в сумку, но кто-то сильным толчком ударил меня в плечо.

- Простите! – рядом остановился подозрительный тип в кепке, после чего наклонился, поднял что-то с пола и вытянулся.

Мужчина был почти одного роста со мной. Немного повыше. Приблизительно метр семьдесят пять. Черные волосы торчали из-под головного убора. Светлая кожа. Явно не любитель загорать на солнышке. Из-под козырька, виднелась только нижняя часть лица. Губы изогнулись в ухмылке.

Незнакомец подал телефон. От назревающего недовольства даже не обратила внимание на то, что при столкновении выронила его из руки.

- Ничего страшного, - чувствуя, что не стоит начинать конфликт, я быстро сунула мобильный в сумку и направилась к эскалатору.

Мужчина по-прежнему продолжал на меня смотреть. Его взгляд ощущался в спину. Не оборачиваясь, я попыталась быстро спрятаться в толпе.

В офисе кружилась неприятная атмосфера. В своем кабинете меня ожидал начальник. Через стеклянные стены помещения было видно, как мужчина ходил взад-вперед и поглядывал на часы. Брючный синий костюм, рыжие волосы и лицо кирпичом. Непроизвольно, следом за ним, посмотрела на время в телефоне и ужаснулась. Почти десять.

«Будь что будет» - вздохнула, вбирая в себя смелость, постучала и вошла в кабинет.

Злобный взгляд окатил с головы до ног. Брови босса словно срослись в одну полосу.

- Ну что, Астахова, допрыгалась?! – спокойно сообщил начальник, сложив руки на груди.

- Артем Николаевич, я опоздала в метро на поезд, поэтому не успела. Прошу, извините меня, больше такого не повторится, - умоляюще взглянула в глаза стоявшему напротив человеку.

Тот тут же вытянул руку. После немного подергал ладонью, сгибая пальцы, будто просил подойти. Вжавшись головой в плечи, я осмелилась сделать несколько шагов на встречу, на что услышала только рев:

- Отчет давай! – и рассерженно обойдя стол, сел в кресло.

Недовольная физиономия стала еще противнее, чем обычно. Достав из сумки папку, положила перед боссом.

- Намеков совсем не понимаешь?! – забубнил босс, листая взятую на ночь документацию.

Я молчала. Боялась даже дышать. До чего противный человек. Лучше уволили бы, и не мучилась. Ох, и страшные же люди в гневе. Но ведь и подчиненные не роботы. Ситуации разные, что так орать-то сразу?! Не разобрался, а выводы сделал.

Прогремел хлопок ладонью о столешницу. Вздрогнув от испуга, крепко вцепилась в ремешок сумки, накинутой через плечо.

- Сделай что-нибудь со своими волосами! – крик с новой силой пронесся по кабинету.

«А что с моими волосами не так?» - приглаживая себя по голове. – «Со стороны типа, виднее?»

- Глаз не видно! Либо челку сделай, либо закалывай, чтоб я твои глаза видел! – неожиданный поворот. Что это с ним? – И оденься по-человечески, а то ходишь, как в сорочке, - начальник глубоко вздохнул. – Иди уже, с глаз моих долой.

Вышла я из кабинета поникшей и прошла к рабочему месту.

Достала из сумки маленькое зеркало, чтоб проверить макияж. Чем помешали пряди волос на лице моему боссу, было не понятно. Да и платье, одетое по жаркой погоде, тоже. Не наденешь же строгий костюм… Вечно придирается ко всему.

Время близилось к обеду. Сотрудники потихоньку покидали помещение. Следом за ними, в одиночестве, отправилась я. В столовой стоял шум. Все переговаривались. По телевизору, висевшему на противоположной стене от входа, начались новости.

- Анастасия Игоревна, Вам как обычно? – поинтересовалась девушка за прилавком.

В ответ я кивнула и продолжила смотреть передачу, пока дожидалась чашку горячего кофе. Вместо нормальной пищи, на работе предпочитала скромный перекус.

- Ваш заказ, - подала поднос белокурая девушка, улыбающаяся до ушей.

- Спасибо! – я оплатила и прошла за ближайший столик у телевизора.

Усевшись поудобнее, откусила пирог с картофелем и хлебнув горячего напитка, уставилась в экран.

Помещение забилось под завязку. Все столики были заняты. Ко мне подсели сотрудники из другого отдела. Они бурно что-то обсуждали и порой перекрикивали говорящего репортера.

- Сегодня утром было совершено ограбление, - место преступления расслышать не удалось из-за разговора мужчин.

Во весь экран выставили фото человека.

- Тихо! – прикрикнула я на сидящих рядом, и для эффекта хлопнула ладонью по столу.

Все мигом замолчали, продолжив брякать ложками.

- Камеры слежения засекли подозреваемого. Им оказался гражданин РФ. Яковлев Сергей Иванович, восемьдесят пятого года рождения, - ведущая сделала паузу, посмотрела в листы на столе и продолжила: - Более подробной информации полиция пока не дает. Возможно, преступник вооружен. Будьте осторожны! Просим сообщить по номеру, если увидите изображенного на фото мужчину, - дальше тема новостей сменилась на вечную проблему коммунальных услуг.

После полученной информации вспомнился случай в метро. Незнакомец был похож на того, что показали по телевизору. Проскользнула подозрительная мысль, и я сразу же сунулась в сумку, проверить, на месте ли деньги. К счастью, ничего не пропало.

Остаток дня пролетел как в тумане. Наш отдел рекламы находился на четвертом этаже. Помещение представляло собой зал со столами, обгороженными невысокими стенками. Как мини кабинеты. В конце, за территорией подчиненных находился уютный уголок злостного начальника.

Каждый занимался своим делом. По неугомонности Артема Николаевича, отчет я сдала раньше срока и весь день освободился. Не знала чем заняться, но уйти с работы, было строго запрещено. Перед уходом босс запланировал провести небольшое собрание. И что он хотел обсудить, когда уже предстоящую съемку рекламы обговорили вдоль и поперек.

Моментами вспомнился вчерашний фильм. После просмотра я долго о нем думала. Наверно из-за этого всю ночь снились различные расследования, разборки и похищения. К счастью это всего лишь сновидения.

Время близилось к восемнадцати часам. Толпа сотрудников ручейком поплыла к дверям. Рабочий день закончился гораздо позже, чем ожидалось.

Ну, ничего. Впереди выходные. Отдохну, и с понедельника с новыми силами.

Снова суматоха. Тысячи людей в метро. Лица мелькали перед глазами одно за другим. Шум, толкучка на эскалаторах. Как же убивает постоянность. Большой город, никакой тишины.

Остановившись возле лавочки, дождалась, когда подъедет поезд. Мест конечно же не осталось. Час пик. Все едут.

Вырвавшись из вагона, словно селедка из банки, целая толпа ринулась в подземный переход, чтоб выйти на улицу. Неожиданно поток, направляющийся к дверям, резко остановился. Люди в замешательстве толкали друг друга и задавали под нос вопросы: «Что случилось?», «Что происходит?».

Я мотала головой в разные стороны, надеясь найти причину столкновения. Из ниоткуда донесся громкий крик через рупор.

- Разойдитесь! Мы преследуем преступника, - и люди живо рассосались к самым стеночкам.

Когда грубое движение от середины началось, меня толкнули. Прижав покрепче сумку для безопасности собственных вещей, приподняла глаза. Вплотную ко мне стоял мужчина в кепке. Он выставил руки вперед и упираясь ладонями о холодную стену, слегка отодвинулся. Хоть его и продолжали толкать в спину, меня он уже не зажимал.

Глаза защитника скрывал козырек. Что-то в нем было знакомым. И вспомнив столкновение со странным типом сегодня утром, я сглотнула.

Полиция пробежала внутрь. Люди быстренько вышли на середину перехода и повалили в двери.

Мы продолжали стоять. Новые прибывающие обходили нас, периодически задевая мужчину то сумкой, то плечом. Но он возвышался горой, благодаря чему, меня ни разу не толкнули.

Спустя минут пять-десять, молодой парень вылетел из-за поворота и влепился в незнакомца, от чего тот сильно дернулся. С головы спала кепка.

Серые глаза смотрели на меня. Я немного залюбовалась, но когда вспомнила о новостях и узнала этого человека, пришла в тихий ужас. Колени затряслись.

- Я тебя не трону, - сообщил преступник.

Как-то с трудом верилось. Видимо он понял, что его популярную личность раскрыли, и убрал руку от стены. Не медля, я шагнула в толпу, но не уловила быстрый темп пешеходов. Резкая волна движения сбила меня с ног и ударившись о стену головой, потеряла сознание.

 

***

Воронцов. 8 июля 2016 г. В день ограбления.

                        

В восемь утра этого же дня в полицейском участке началось расследование громкого преступления.

- Проверьте по камерам слежения, кто входил в здание и выходил. В районе от двух ночи до четырех утра, - следователь поставил руки в бока и заходил по кабинету взад-вперед, обдумывая следующие действия.

Помощники тут же ринулись на выезд, чтоб добыть видеозаписи.

Дело завели сразу же, как осмотрели место преступления и допросили свидетелей. Ими были только охранники. Снаружи в такой поздний час поблизости никого не оказалось. По словам сотрудников, посторонних в помещении не находилось. И пост не покидали. Спустя несколько часов допроса, следователь все-таки разрешил отпустить уставших по домам. К тому времени вернулись мужчины с видеонаблюдением с камер. На которых обнаружили молодого человека, ошивающегося возле здания. Но доказательства, что входил внутрь, опять отсутствовали. Спустя час, эта же личность проскочила с сумкой на плече. От чего все решили, что в котомке украденные деньги.

- Приблизь, - попросил следователь помощника.

Стало четко видно лицо.

- Найдите всю информацию на данного человека! – продолжал указывать Воронцов.

Все закопошились. Уставший мужчина уселся на стул возле компьютера, воспроизводящего запись. Откинулся на спинку и закрыл глаза. Казалось, всего на мгновение…

В отдел по расследованиям влетел Конаев.

- Андрей Павлович! – с порога заорал молодой сотрудник полиции.

Спящий начальник резко открыл глаза.

- Что? – недовольно поинтересовавшись, хотел снова подремать, но паренек не отстал.

- Яковлев Сергей Иванович, восемьдесят пятого года рождения. Гражданин Российской Федерации. Проживает по адресу: Кузнецовская двадцать шесть, квартира шестьдесят семь, - протянул Конаев листовку старшему по званию. - Судимости не было.

- Не женат, детей нет. Живет с родителями. Работает на заправке. Хм, что могло послужить причиной кражи? – поинтересовался следователь у помощника. – Маленькая зарплата?

- Не могу сказать. Нужно сначала его допросить, - честно признался парень.

- Хорошо, наведайтесь к нему домой. А я пока вздремну, минуток пять, и закрыл глаза.

- Будет выполнено, - Конаев вытащил из руки листок с адресом и умчался на поиски подозреваемого.

В подъезде стояла тишина. Нажав на звонок, Роман немного отстранился. Через какое-то время дверь открылась.

- Вы кто? - произнесла женщина, потирая далеко не молодые карие глаза.

- Конаев Роман Васильевич. Я из полиции, - молодой человек спортивного телосложения показал значок.

- Я Вас слушаю, - хозяйка, одетая в потрепанный халат, не думала впускать незнакомца в квартиру.

- По этому адресу проживает Яковлев Сергей Иванович? – терпеливо расспрашивал сотрудник отдела расследований.

- Да. Он что-то натворил? Ах, этот бездельник! – женщина отпустила руку, перегораживающую вход в квартиру и прошла за сыном. Ее волосы выбивались из пучка, и соломой ложились на лицо и шею, – Сережа, к тебе.

Из комнаты пулей вылетел молодой человек и толкнув полицейского к стене, исчез на лестничной площадке.

Конаев потерял равновесие, и свалился в кучу обуви. Черная футболка покрылась складками.

- Вы в порядке? - спросила женщина, пытаясь помочь встать незваному гостю. - Что же вытворил мой мальчик? – нервно потирая руки, отошла немного подальше, осматривая высокого паренька.

Роман, поднялся и ринулся следом. Спустился на первый этаж, распахнул дверь, оглянувшись,  побежал в сторону остановки. Подъехал автобус. Люди быстро выходили из салона общественного транспорта и заходили. В черном одеянии и с кепкой на голове никого поблизости не оказалось. Пешеходы без конца маячили перед глазами. По шоссе проносились автомобили. В лицо ослепительно светило утреннее солнце.

Еще пару минут постояв и понаблюдав за окружающим, Конаев расстроенно зашагал к знакомому подъезду. На счастье, дверь перед самым носом распахнулась, и звонить в домофон не пришлось.

Роман взъерошил примятые светло-русые волосы. Оказавшись на нужном этаже, вновь нажал звонок. Никто не открывал. Еще раз, и еще.

- Кажись, мертвое дело… - с неуверенностью потянул за ручку, и железная дверь с легкостью поддалась.

В душу забралось беспокойство. Он настороженно вошел в коридор и делая маленькие беззвучные шаги, заглянул во все открытые помещения. Только на кухне обнаружил, пьющую успокоительное лекарство, хозяйку.

Женщина посмотрела на вернувшегося полицейского. Глаза были полны отчаянья.

- Я могу с Вами поговорить? – поинтересовался помощник следователя и не дожидаясь приглашения, присел на соседний табурет.

Мать беглеца кивнула.

- Я его не догнал… - что он хотел услышать в ответ, не знал.

Вряд ли родительница могла печалиться неудаче молодого сотрудника. Каким плохим не был ее сын, он единственный ребенок. Женщина пока  не определилась, верить в обвинения или нет.

- Он подозревается в краже денег, - не медля ответил он. – И то что, Сергей сбежал, это дает еще больший повод для подозрений. Мы вынуждены разыскать его и задержать. Вы знаете, где он может обитать? – полицейский безжалостно расспрашивал.

Собеседница молчала.

- Если Вы сейчас не окажете содействие, утаив место пребывания Вашего сына, знайте, Вас привлекут к закону за укрывательство, – его голубые глаза были направлены на хозяйку и излучали надежду на сотрудничество, но ударились о скалы непоколебимости.

- Мне нечего сказать, - устало изрекла она и указала на выход.

- Прошу меня извинить, - Роман встал и миновал коридор, вышел за дверь.

Потер пальцем подбородок с ямкой. Глубоко вздохнул от расстройства и шагнул вниз по ступенькам.

Мало того, что вина Яколева не доказана, так еще и самого подозреваемого нужно искать. Что ж, следствие только началось…

В участке новость мигом разошлась и добралась до вышестоящих.

Следователь был в ярости. Не просто в ярости… Он в бешенстве рвал и метал все, что попадало под руку.

Когда Конаев вошел в помещение, повсюду валялись листы, мелкие канцелярские предметы, и даже некоторые стулья. Сам Воронцов стоял у окна и нервно покуривал сигарету.

Перешагивая через весь бардак, Роман медленно подошел к своему начальнику.

- Как ты посмел его упустить?! – затянувшись в последний раз, следователь потушил сигарету и повернулся к помощнику.

- Андрей Павлович, знаю, я виноват. Но я не ожидал, что он попытается сбежать, - оправдывался молоденький сотрудник.

- По-твоему, преступник должен сидеть и ждать, когда за ним придут и наденут наручники? – с сарказмом поинтересовался Воронцов. – В какой академии тебя обучали, что ты мыслишь так поверхностно?! – отмахнувшись от соблазна врезать неопытному работнику, мужчина прошел через весь кабинет и сел в кресло.

Конаев приблизился.

- Значит так. Раз мы упустили преступника по твоей вине, ты сейчас идешь и разгребаешь кашу с репортерами, - несмотря на провинившегося помощника, следователь собирал в одну папку раскиданные по столешнице документы.

- Будет сделано, Андрей Павлович! – Роман на радостях метнулся к выходу.

- Куда зад свой понес? Я еще не договорил, - нахмурил брови Воронцов.

- Простите, Андрей Павлович. Я думал… - вернулся на место работник.

- Индюк тоже думал, да в суд попал… - протараторил следователь. – И куда все молодняк спешит? Такие импульсивные… - откинувшись на спинку, Воронцов обдумал план. – Значит так. Репортерам лишку не болтать. Пусть покажут фото Яковлева и коротко сообщат информацию о нем. Никаких подробностей о следствии! Ты меня понял?!

- Будет сделано! – склонив голову, Роман побоялся взглянуть на начальника.

В гневе следователь умел одним своим видом запугивать подчиненных.

- Свободен, - и уткнувшись в старые отчеты, Воронцов не заметил, как помощник покинул кабинет.

 

***

Воронцов. 8 июля 2016 г. В день ограбления.

 

Возле места происшествия толпились репортеры. Они хотели узнать подробности и сильно ударить по конкурентам быстротой действий, добыв раньше них для своего канала эксклюзивные новости. Но неудача постигала каждую команду. Полиция наотрез отказывалась предоставлять информацию. Ни единого слова. Ни писка об ограблении. Будто всем отрезали языки.

Самые хитрые и смелые выбрали другую стратегию и были вознаграждены. Несколько человек застали врасплох Конаева возле полицейского участка. Они так думали. Однако сэкономили Роману время своим присутствием.

 Посыпались вопросы за вопросами. Строго по плану, помощник следователя отвечал только на некоторые из них.

- Вы знаете, кто преступник? – тыкая микрофоном в лицо, спрашивал мужчина.

- Какая сумма была украдена? – пыталась перекричать всех дамочка в светлой кофточке.

- Нет. Преступник пока не известен, но есть подозреваемый, и он скрылся от попытки допросить его. У нас есть все основания полагать, что он является грабителем. Но доказательств пока нет, - Конаев тщательно обдумывал ответы.

- Кто этот человек? – продолжали расспрашивать люди с телевидения и из газет.

Вскоре каналы шумели о заявлении полиции. Подозреваемого официально объявили в розыск.

- Не рано ли Вы дали огласку, товарищ Воронцов? – в кабинет вошел сотрудник отдела о пропажах людей.

Следователь поднялся из кресла.

- Это часть плана, - вытянув руку для приветствия, ответил Андрей.

- О каком плане речь, если на Яковлева нет ни единственного доказательства? Вы охранников проверили? – ответив взаимностью, Домиров уселся на стоявший поблизости стул.

- Проверили. Они чисты.

- Мне кажется, твои ребята халтурят. Пусть допросят родственников, друзей и соседей вашего Яковлева, - мужчина, не несший ответственности за дело об ограблении, сунул нос куда не стоило.

- Уже.

- И какие результаты? – сотрудник откинулся на спинку и закинул ногу на ногу.

- Из родственников только мать. Она не сказала ни слова, где он может быть. Но мы ее еще допросим. Соседи ничего не знают. Друзей пока найти не удалось. На работе подозрительного за ним не замечали. Информации ноль, - спокойно ответил Воронцов.

- Я думал, Ваш отдел жопы просиживает, а оказывается…

- Валерий, займитесь лучше своим делом. А то я смотрю, месяц пролетел, а его еще не раскрыли, - не дал договорить следователь, и поддельно улыбнувшись напоследок, вышел из кабинета.

Завибрировал мобильный. Воронцов поднял трубку.

- Андрей Павлович, - обратился к нему Конаев. – Только что звонили со станции метро «Маяковская». На переходе. В центре города. Там заметили Яковлева.

- Сейчас выезжаем! Свяжись с местной охраной и отправь им фото.  Пусть срочно что-то предпринимают. Выпускать можно только женщин. Мужчин тщательно проверять, - на этом разговор закончился.

В метро наплыв народу. Вечерний час пик. Семнадцать пятнадцать. Все спешили домой. Приехал поезд. Люди двинулись по направлению к выходу. У турникетов прохаживалось несколько человек в одежде охраны. Дам не задерживали. Зато всех относящихся к сильному полу останавливали, проверяли документы, сумки и лица.

Возникла толкучка. Уставшие горожане возмущались.

Прибыв на место, следователь выяснил ситуацию.

- Мне кажется, этого недостаточно, Андрей Павлович, - подбежал Конаев.

- Надо же, у тебя мозги заработали! – похлопав по плечу, Воронцов отправился к кабинке наблюдения.

Там уже находился второй помощник. Он просматривал видео. Объект появлялся на этой станции еще утром.

В кадрах не было, что подозреваемый выходил в город. И дежурным возле турникетов не попадался.

- Поставьте несколько человек у каждого эскалатора, выхода и перехода.

- Если он приедет на поезде, завидев полицию, обратно сядет в вагон, - логично ответил на указания Конаев.

- Конечно. Но метро во всем городе сторожить у нас сотрудников не хватит. Так что довольствуемся малым, малыш, - улыбнулся следователь.

Роман поморщился от последнего произнесенного слова начальника.

Почти в восемнадцать часов все было готово. Сотрудники полиции наивно ожидали появления преступника.

- Почему вы решили, что он появится? – Канаев долго размышлял над этим вопросом и все же поинтересовался.

Воронцов был опытным в расследованиях, и предполагал все направления течения событий.

Мужчина проработал в своем отделе больше двадцати лет. Пять из которых был таким же помощником, как Роман. Стремление к профессии следователя проходило неохотно. Освоение дела давалось не так легко, как хотелось. Сейчас он в свои сорок три года выглядел довольно старше. На лице, возле серых глаз появились морщины, а голову украшала местами седина. Нервы на работе дали свои результаты. Физическая подготовка тоже утеряла подвижность. Из стройного молодого человека, с годами, Андрей превратился в мужчину с отъевшим животом. 

- Попытка - не пытка… - начал Воронцов. – Я не решил, а предположил. У нас нет ни единой зацепки, где его можно отыскать. Раз Яковлева заметили здесь, то возможно… Заметь, возможно, он прячется где-то поблизости. А если это так, то есть вероятность, что он появится снова, - Андрей взглянул на своего помощника. – Поэтому, если сейчас упустить шанс все проверить, мы рискуем остаться ни с чем. Как бабка в сказке Пушкина – у разбитого корыта, - следователь взглянул на секунды в экран слежения, сунул руки в карманы брюк и отправился проверять обстановку.

В восемнадцать ровно у Конаева прозвенел телефон. Сообщили, что подозреваемого заметили в переходе. Все негодовали. Преступник умудрился беспрепятственно миновать охраняемые эскалаторы.

Дежурные не покидали своих постов. Несколько человек из полиции рванули через надвигающуюся толпу. Громкий голос в рупор объявил о преступнике среди пребывающих, и попросил расступиться. Народ примкнул к стенам. Образовался неширокий проход посередине. Быстрыми шагами следователь вышел вперед и углублялся к центру перехода, против течения. За ним цепочкой пустились Конаев и еще несколько сотрудников. Позади, горожане сливались в одну толпу и волной направлялись  к выходу.

Проверяли каждый угол до самого закрытия метро. Но замеченного на камерах Яковлева так и не обнаружили.

- Словно сквозь землю провалился… - расстроенно признался следователь, когда они с Романом возвращались домой. – Словно призрак.

- Как он смог пройти мимо охраны? – вслух задумался помощник.

- Он не проходил.

- Как не проходил? – молодой человек от недоумения преградил дорогу своему начальнику.

Астахова. 9 июля 2016 г. На второй день после ограбления.

 

Сквозь дремоту стали просачиваться звуки, непохожие на домашнюю утварь. От посторонних громких шагов отдавало эхом. В нос забивался сухой воздух. Запястья стягивала боль. Лоб саднило. Видимо, хорошо приложилась. В мыслях вертелась картинка толкучки в переходе метро и нелепое падение носом в «асфальт».

Открыв глаза, я увидела, что лежу на бетонном, не обработанном полу. От него сильно холодило, хоть и стояла невыносимая жара.

В попытке сесть, дернула рукой. И только тогда осознала, что связана. Ударила паника. Захотелось кричать, но ни одно слово не смогло вырваться изо рта. Лишь негромкое мычание. Приклеенный к устам скотч…  буквально секунды назад, я его не чувствовала. Дыхание участилось, ладони вспотели.

Мимолетно в голове пронесся плач и крик похищенных девушек из фильма. Они взывали о помощи, когда преступник покидал свое укромное убежище.

Пульс гулко отдался в ушах. Тело затрясло. На секунды потемнело в глазах. Справиться с этим чувством не получалось. Я стала задыхаться. Прикрыв веки, сделала несколько глубоких вздохов. Когда грудь перестало сжимать, расплакалась. Да так, что нехватка воздуха повторилась, нос заложило. Волосы, прилегающие к левой щеке, намокли.

По ту сторону стен послышались шаги. Я быстро притихла, зажмурив глаза. Сделала вид, что в отключке. Но дышала неровно и обрывисто.

Звуки прекратились совсем рядом. Со скрипом двинулась с места дверь.

- Еще не пришла в себя? – прозвучал приятный на слух, голос.

Что оказалось весьма неожиданным, но приподнять веки и взглянуть на вошедшего не осмелилась.

Неизвестный подошел в упор. Присел и через несколько секунд встал. Определила я это по хрусту суставов. Возможно в коленях. Скорее всего, мужчина за сорок. Он глубоко вздохнул и развернулся к выходу. Вскоре прозвучал тот же скрип.

У меня отсутствовали все шансы спастись, кроме одного - предпринять попытку бегства. И инстинкты самосохранения сработали сразу после того, как дверь с противным звуком закрылась с той стороны.

Глазами я быстро забегала по окружающему хламу. Рядом, стояли горы коробок. То поодиночке, вразброс, то этажами, словно королевства из картона. Судя по ситуации, королевства темного лорда.

Приподняться все же получилось, с попытки четвертой или пятой. Руки были за спиной, что усложнило выполнение желаемого. Зато, после стало видно целиком одну сторону.

Справа оказалась дверь. Потемневшая белая краска превратилась в ядовито-желтую. На стенах в светло-коричневую полоску обои. Заляпанные. Местами оторванные у потолка. Еще правее темный угол, из которого выглядывали железяки: трубы, пластины, полуразобранное оборудование электрической техники. Слева, за картонным миром, боком стояла пружинная кровать. Вернее то, что от нее осталось. Спинки в поле зрения так и не попали. Дальше голова не поворачивалась.

В углу с железом должно находиться что-то режущее. Необходимо добраться до туда и найти способ, освободить руки.

Согнув ноги и поджав под себя, удалось встать на колени и неловко подняться на стопы. Короткие волосы выпали на лицо. Так и знала, что пожалею, когда подстригалась под карэ!

Повернувшись к стене, которая находилась за спиной, обнаружила ее совершенно пустой. Лишь окно с решеткой под самый потолок. Чем-то это напоминало тюремную камеру. Оттуда лился луч света и падал на середину комнаты. Такой золотисто-яркий. На фоне которого летала пыль. Ее тоже несло с улицы, наверное, с легким ветром.

Хотелось позвать на помощь, но возможности препятствовал липкий кусок ленты. Хотя, если кто-то мог оказаться рядом, то распознал плач и мычание, доносившееся из окна. Потому что оно не имело ни стекол, ни ставней. Но видимо, поблизости простиралась безлюдная территория. Ни голосов, ни звуков транспорта.

Подошла ближе. Встала на носочки – не достаю. Подпрыгнула, все равно не смогла увидеть, что снаружи. Чересчур высоко. Только стремянка или лестница решила бы эту проблему. Наверно здесь два с половиной метра.

Обои под окном совсем почернели от сырости. Отклеились и вздулись пузырями.

Бросив затею, я прошла к куче металлолома. Что только не попало на глаза. Водопроводные трубы, батареи, моток алюминиевой проволоки, подставка от электрического чайника. Пол телевизора, водонагреватель от стиральной машины, но ничего, чем можно разрезать скотч на руках.

Переместилась на противоположную сторону и наклонилась. С этого ракурса в область зрения попали другие вещи: механический будильник, ящичек с болтами и гайками…

Досмотреть край коллекции хлама я не успела из-за того, что снова послышались шаги и невнятный диалог. То ли разговор по телефону, то ли их несколько. Я вжалась в стену.

Когда звук приблизился, отчетливо разделяя голоса, стало понятно – преступников двое. Но о чем они говорили?

Подойдя, прислонила ухо к деревянной поверхности двери, чтоб подслушать. Как на зло, снаружи клацнула задвижка. Шпингалет! Случилось это слишком неожиданно, отчего я вздрогнула, и быстро вернулась к стене.

Встала боком, за дверью. Спиной к входу. Даже виском умудрилась стукнуться. Но ситуация не позволяла расслабиться и обратить внимание на досаженную голову. Я сжалась от ожидания. Дыхание стало тяжелым. Казалось, только немного отлегло и успокоилось, как звоночек тревоги вновь зазвенел.

За что судьба послала мне такое испытание? Всю жизнь жила правильно. Слишком правильно. Школа с золотой медалью, институт, дополнительные курсы. Волонтерство. Работа. Никого не обижала, не гуляла по клубам, не дразнила молодых людей своей стройной фигурой. Не обманывала, не грабила, не убивала.

И в конце концов, мне еще нужно замуж выйти и ребенка родить! Как же я покину мир без того, кто продолжит наш род?!

Крик души прекратился в миг, когда с той стороны послышался удаляющийся бег. Что-то заставило бандитов отвлечься, и оно не ждало отлагательств. Вздохнув с облегчением, продолжила выискивать в груде железяк, режущийся предмет.

Все напрасно. Никаких ножей, ножниц или открытых консервных банок. Ну конечно, это же не свалка мусора, а отложенные запчасти для будущего ремонта домашней утвари. Я права, мистер-похититель?

Взглянув на ручку двери, хотела дернуть, не открывается ли. Всегда и везде, вход, который упрощает побег, обычно накрепко закрыт. Ну, а вдруг.

Ага, а руки-то связаны. И зацепиться нечем. Пнув от досады преграду, прислонилась к ней лбом.

Стоило мне побарабанить деревянную поверхность, как мистер-похититель быстро дал о себе знать. На сей раз, к его возвращению отнестись наплевательски не рискнула и вернулась на начальную точку. На место, где пришла в себя.

Меня не особо волновало какое сейчас число, но любопытно, сколько времени я провалялась без сознания.

Дверь все же отворилась. Неуверенно, с продолжительным скрипом. Преступник сначала медлил, но потом по помещению протопали две пары обуви. Глаза хоть и были зажмурены для прикрытия, хороший слух, благодаря знакомым звукам, выдал присутствующих почти с потрохами.

Переместились они в самый угол комнаты, где одиноко стояла пружинная кровать без спинки.

- Поверни так, - сказал знакомый голос.

- Да я это и делаю! – нервничал второй. Его бас прозвучал хрипло. Как будто прокуренный. Возможно, заядлый курильщик…

Что они там поворачивают?! Волнение нарастало больше из-за неведения, что творят эти двое неизвестных.

- Аа! Какого черта! – заорал любитель табака.

Следом прозвучал упавший железный предмет. Он звоном отдался в ухо, приложенное к полу.

Я не только вздрогнула, кажется, еще маленько оглохла, но глаз не раскрывала.

Обладатель баса обматерился вдоволь. Покрыл всех и вся трехэтажными фразами, успокоился и принялся за дело.

Скрежет и раздражительный скрип продолжались минут десять. Знать, что бандюги рядом, адское мучение. Постоянно напряжена.

Какова цель похищения? Если они хотели убить, то сделали бы это уже давно. Тогда зачем я здесь? Выкуп? Мои родители - бедные люди. Запросить у них можно, максимум сто тысяч. Не долларов или евро, а рублей. И то, если они пойдут и отдадут какой-нибудь орган. Тогда, может, насилие? Или продажа в рабы? В проститутки? Господи помилуй.

Эти люди в любой момент могут сделать со мной все что угодно.

Один ушел. Второй немного колебался. Долго шуршал тканью, похожей на болонь. Если это куртка, то возможно, что-то искал в карманах. Скорее всего, курящий. Ему не жарко?

И о чем мои мысли…

Лежала я на холодном полу. Связанная. Рядом два неизвестных мужика. А мне стало интересно, не мучает ли подлого человека теплая погода.

Сердце давно в пятках, дыхание не ровное. Пыталась прислушаться к каждому шороху. И то, что меня не трогали, наводило на два варианта мыслей. Это либо «Толи еще будет», либо не в их планах. Второй немного успокаивал, но первый бросал в холодный пот.

Все же, запахло табаком. Предположения оказались прямо в точку.

- Не кури! – вернулся мужчина с хрустящими суставами.

- Да я быстро, - протяжно отозвался человек в куртке.

- Я сказал не курить! Не видишь, что мы здесь не одни?!

Повисла напряженная пауза. Раздался звук. Похож он на… Точно! Такой звук издавали пружинные кровати, когда мы в детстве с друзьями прыгали на них. Бандиты собрали кровать?

- Все! Не курю, - зашагал к выходу обладатель хриплого баса.

Раз он так беспрекословно выполнил, я сделала вывод, что приказывающий мужчина, это главный банды.

Когда много смотришь криминала и детективов, невольно начинаешь применять дедукцию, хоть и не такого уровня, как сыщики и следователи.

Неизвестный ударил кулаком в стену. Возможно, неправильно определила, но хлопок оказался схожий.

У него нервное расстройство?

Преступник приблизился и присел. Долго я не слышала ни единого звука. Пока лежала и ничего не делала, время ползло очень медленно, и с того момента будто длился час. Сильно настораживало бездействие сидевшего напротив. Словно испарился.

- Я знаю, что ты пришла в себя. Так что прекращай притворяться, - неожиданно голос разбил тишину.

Естественно, я вздрогнула. И сделала маленькую щелку, чуть-чуть приподняв веки. Сначала увидела только колени, выглядывающие из дырявых светло-голубых джинсов. Выше черная куртка-ветровка, на голове такого же цвета кепка. Серый взгляд бороздил по моему лицу.

- Ммм, - промычала, потому что озвучить мысли не позволяла липкая лента.

- Ах, точно… - мужчина протянул руку. – Обещаешь не кричать?

Я кивнула. Приподняла внутренние уголки бровей и сморщила лоб в ожидании боли. Вместо того, чтоб дернуть со всей дури, разыскиваемый преступник нежно отклеил скотч.

- Если закричишь, приклею обратно! - сердито сказал он.

Предпочла воздержаться от комментирования. Мало ли что у таких на уме. Старалась внимательно наблюдать за каждым движением.

- Я помогу тебе встать. Только без всяких глупостей! – предупредил о своей затее парень в кепке.

Этого парня в кепке жизнь успела наградить золотыми зубами? Хотя, в наше время не в моде тенденция позолоты и серебра. Мода сейчас на белую эмаль, натурального происхождения. Может и не в мире, но у меня точно.

Мужчина взял за предплечье и слегка приподняв, просунул руку под второе плечо. Помог сесть. Пыталась сопротивляться, но преступник потянул меня на себя, взяв ладонями за подмышки. И вмиг я оказалась на ногах.

Держа за руку, довел до кровати, где лежал матрас и белье. На вид чистое. Из кармана ветровки он извлек нож-бабочку.

- Не убивайте меня! Прошу, не делайте этого! Я сделаю все, что Вы скажете… - пыталась достучаться до чувства жалости похитителя.

Я шагнула назад и вжав голову в плечи, зажмурила глаза. На лоб выступили испарины. Сердце с очередной дозой паники ухнуло в пятки.

«Боженька, не дай ему это сделать!» - взмолилась я. Сквозь закрытые веки просочились капельки слез, медленно скатываясь по щеке на подбородок. Ожидание томило, тело находилось в напряжении.

Резко дернуло руки. Запястья перестало стягивать. От удивления, я раскрыла глаза и посмотрела, что мужчина разрезал скотч.

Он взял меня за левую кисть, притянул ближе к стене, и нажатием на плечо, заставил сесть.

Бабочка скрылась в кармане. Следом на ней показались наручники. И вместо клейкой ленты на запястье надели железную окову. Второй конец он защелкнул на спинке кровати.

- Так будет лучше для всех, - подергал преступник за цепь. – На случай, если будешь кричать, на расстоянии километра нет ни одного поселения. Поэтому, только надорвешь связки. Так что шумом ты только меня можешь вывести из себя. Советую этого не делать, – незнакомец намекнул, что лучше не рисковать.

Дверь захлопнулась с невыносимым скрипом. Шаги удалились и затихли. Повисла тишина.

Комната с этого угла выглядела немного по-другому. Свет из окна падал будто на картонные замки. А те в свою очередь закрывали гору хлама.

Мне не по собственной воле пришлось оказаться по другую сторону беззаботного существования. Словно я принцесса, заточенная в замке, которую охранял огнедышащий дракон.

С той минуты, как меня окружила тишина, уже прошло много времени, но солнце по-прежнему светило так же ярко. Будто все замерло. Послышались шаги. Забрякала защелка. Заскрипела дверь. Я напряглась и насторожилась.

В помещение вошел тот же мужчина в кепке с подносом в руках. Следом за ним нес небольшой стол второй. Полненький и кучерявый. Темноволосый. Глаза скрывала челка. Как и предполагала, на нем темно-синяя болоньевая куртка.

- Ставь ближе к кровати, - отдал указания главный, и немного отошел в сторону, пропуская товарища.

Когда мебелину пристроили возле меня, на столешницу поставили поднос с посудой. В тарелке аппетитно лежали макароны с колбасой. Горячий чай, и плюшка.

Я бросила недоверчивый взгляд на мужчину и обратно на еду. Невольно сглотнула.

- Ешь. Через недолго приду, заберу посуду, - сообщил похититель, и оба покинули комнату, закрыв дверь на шпингалет.

От пищи шел ароматный запах. В животе заурчало. В желудок будто несколько дней и крошки не попадало. Я почти пускала слюни. Схватилась за вилку, воткнула ее в кусок вареной колбасы и приблизила к губам, открывая рот.

- А что, если меня хотят отравить? - сомнения заторжествовали.

Бросив обратно в тарелку, пересиливала себя, чтоб не сорваться с голодухи. Легла и отвернулась к стене.

Опомнилась, что задремала, только когда раздался противный звук.

- Почему не поела? – сердито посмотрел на меня своими серыми глазами бандит. – Ты со вчерашнего дня ничего не ела. Худеть тебе и так некуда.

Я взглянула на него через плечо и снова отвернулась.

- Или может, подумала, что отравить пытаюсь? – повисла неловкая тишина, я предпочла промолчать. – Хорошо. Будь по-твоему. Это я уношу, - мужчина взял поднос. – Больше не приносить? Ты же все равно не ешь, - разозлился преступник. – Желаю удачной голодной смерти… - оставив за собой последнее слово, он шагнул к выходу.

Его пожелание очень убедительно навело на мысли.

Если этот человек больше не принесет и крошки, я помру медленно и мучительно. Время ли сейчас для сопротивления? От объявления голодовки не похоже, что сжалится и отпустит. Размечталась! Очнись Насть, ты в суровой реальности.

- Постой, - тихо произнесла я. – Не уноси…

- Что? Я ослышался? – остановился у самой двери бандит.

- Я очень голодна… - медленно повернувшись, я посмотрела на него с глазами, полными слез.

- Так бы сразу, - обрадовался похититель и поставил обратно поднос. – Правда, оно уже остыло…

- Это не важно, - снова ответила тихо и без эмоционально.

Попыталась подняться, но прикованная рука приносила неудобства. Заметив это, мужчина помог сесть. Подал вилку и ушел. Но дверь осталась открыта. В тот момент я даже не вспомнила, что нужно бежать. Очень хотелось есть. Хотя, наручники являлись еще одной преградой к побегу.

Еда остыла, но все равно оказалась настолько вкусной, что я витала на седьмом небе от счастья. Никогда не чувствовала себя такой голодной. Заглатывала почти не жуя. Один раз чуть не подавилась, зайдясь кашлем. Доев и допив остывший чай с булкой, отвалилась от стола. Забравшись с ногами на кровать, откинулась на подушку, приставленную к решетчатой спинке. Так успокоительно начала гладить живот.

- Благода-а-ать…

Из-за коробок выглянул бандит и присел рядом. Я напряглась. Он вытащил из кармана влажные салфетки, извлек одну и потянулся к моему лицу. Что заставило отклониться назад головой. Благодаря этому брякнула затылок о железную поперечную спинки.

- Ай! – схватилась за больное место.

- Да не рыпайся ты! – грозно произнес он и стал медленно проводить тряпочкой под глазами.

Вчера утром, перед работой, я накрасилась и когда очнулась, ревела. Наверное, он вытирал потекшую тушь. Произойди такая ситуация в привычной обстановке, устроила бы истерику и боялась потом показаться людям на глаза. Но сейчас совершенно плевать, как я выглядела, несмотря на то, что макияж поправлял парень-красавчик. О, Боже, о чем я думаю… Этот красавчик преступник! Похититель меня!

Бандиты тоже могут рождаться с хорошей внешностью, только без мозгов, раз они занимаются такой деятельностью.

Мысленно я прочла целую лекцию про то, как зря он пошел по неверному пути.

– Так-то лучше, - мужчина встал, взял поднос и шагнул к выходу, но затормозил. - Как тебя звать?

- Настя.

- Понятно. Я Сергей. Если потребуется, зови по имени, - и не дождавшись моей реакции, ушел с пустой посудой в руках.

Через пять-шесть часов он снова пришел с подносом. На сей раз греча с котлетой и компот. Это ужин. Сколько время показывали стрелки, мне не сказали, но за окном потихоньку смеркалось.

 

***

Астахова. 10 июля 2016 г. На третий день после похищения.

 

Я легла спать под простыню, но с открытым нараспашку окном, хоть и летом, стало прохладно. Помню, что замерзла и свернулась калачиком, но поутру оказалась под одеялом. Откуда оно взялось? Может, укрыл Сергей? Но я не слышала скрипа двери? Неужели так крепко спала? Хотя, с чего бы ему это делать? Я для него просто жертва…

Только я вспомнила про похитителя, как раздался знакомый, нервирующий звук.

Завтрак в постель принес парень в болоньевой куртке.

Он небрежно положил поднос, что молоко немного пролилось из стакана.

- Вернусь через полчаса, - прохрипел незнакомец. – и без глупостей. Я сюсюкаться не стану! - настроен человек агрессивно.

Я кивнула. Села и принялась за еду.

Мужчина наблюдал за моими движениями, пока доставал сигарету и закуривал. Сплюнул и вышел, защелкнув шпингалет.

Рисовая каша оказалась недоваренной. Я выпила лишь молоко. Интересно, кто у них готовил? Питание похоже на больничное. Сергей врач? Или может повар? Почему сегодня пришел его напарник? У них дежурство?

Я ушла в раздумья и не заметила возвращение толстопузого бандита. Не услышала. На фоне волнующих вопросов скрип затерялся. Утонул среди круговорота бесконечных мыслей.

Мужчина подошел, взял поднос и направился обратно. Без всяких слов и запугиваний, но мне пришло в голову поинтересоваться, что видимо задело его за самое живое:

- А где Сергей? – не смотря ему в глаза, тихо спросила.

- У него с утра дела. Сейчас не до тебя, детка. Я за него. Тебя что-то не устраивает?

Я промолчала. Мужчина ответил бы агрессивно на любое слово. Его внешность и поведение не внушали доверия, поэтому лучше не провоцировать.

Кучерявый приблизился. Поставил посуду на стол и пристально уставился. Его взгляд скользили по ногам до подола платья, которое шло выше колена. После на бедра и на грудь. Последними вниманием удостоились глаза. Он сверлил во мне дыры.

- Что? – рявкнул напарник первого похитителя. – Серега симпатичнее? – Он уселся на край кровати.

В ответ на его действие отодвинулась к стене. Ситуация начинала накаляться. Что-то подсказывало неладное. На душе появилось волнение. Сердце екнуло.

- С каких пор жертвы похищения смотрят на внешность бандита? А-а?! – заорал прямо в лицо мужик.

Вжавшись в подушку, натянула на себя одеяло. Предполагала, что оно спасет меня от чудовища, как раньше, в детстве, но увы… не помогало.

- А я тебе чем не нравлюсь? – более спокойно спросил сидевший напротив. – Жирный? Девочки, вроде тебя, любят стройных, накаченных и богатых мачо? – допытывался толстяк. – Молчишь…

Бандит встал, и я вздохнула с облегчением, в надежде, что на этом напряженная ситуация закончится. Какое-то время он не двигался с места, потом вынул ладони из кармана, приблизился и полез целоваться.

Затылком опять ударилась о железную спинку. Одной рукой отмахиваться от маньяка получалось плохо. Поэтому уворачивалась, крутя головой то в одну сторону, то другую.

- А-а! – вскрикнула, когда он сжал в сильной схватке мои скулы.

Накрыла неизбежность. Отбиваться уже не осталось сил, по щекам ручьем побежали слезы, я задыхалась. Жирная скотина обслюнявила губы и подбородок.

- Помоги-и-те! Я зде-е-есь! Помоги-и-ите! – голос ослаб и охрип.

- Заткнись, - маньяк ударил меня по лицу и я замолчала. Не от того, что больно, а от того, что закончились силы.

Крики замещали всхлипы… Только сейчас досконально осознала - это похищение. И люди сделавшие подобное – чудовища.

Воронцов. 8 июля 2016 г. В день ограбления.

 

- Есть вероятность того, что он отсиживался здесь, в метро, - следователь извлек карты своих предположений.

- Но даже в таком случае, мы проверили все перед тем, как закрыли подземку, - возмущался Роман. – Он должен был как-то выбраться.

- Вот это меня и смущает.

Разговор двух полицейских на этом закончился. Они молча дошли до перекрестка и каждый отправился в свою сторону.

Воронцов отворил ключом дверь в квартиру, зашел и в полной темноте снял обувь. Кухню немного освещали горящие во дворе фонари. Мужчина шагнул к холодильнику. Открыл, достал кусок колбасы, отрезал батон и включил электрический чайник. Скинув куртку, бросил ее на табурет, а сам устроился на край кухонного диванчика.

Помещение не большое. Слева от входа сразу же стоял холодильник, почти до потолка. За ним гарнитура углом, упирающаяся в мягкую мебелину, где откинулся на спинку Андрей. Рядом стол у окна, справа на стене телевизор и картины. Ближе к арке двери цветок в горшке, висевший в подставке. На полу собачья миска.

В отделе расследований связанных с наркотиками, обучали множество собак и редкость, когда животина не поддавалась специальным указаниям. Его пес оказался той самой редкостью. Товарищам нужно было спихнуть куда-то псину, и неожиданно в отделе нарисовался Воронцов.

На кухню выбежала овчарка и виляя хвостом приблизилась к хозяину.

- Не лаять! – шепотом произнес следователь, заметив, как Сыщик намеревался раскрыть пасть.

К этому времени вскипела вода. Мужчина поднялся, достал кружку, бросил туда пакетик заварки, три кубика сахара и залил кипятком. Перекус на быструю руку. Экономно и вредно. Но с такой работой не удивительно. Пока добирался, уже ночь. Не до готовки. А с раннего утра снова подъем.

Воронцова беспокоило то, что в новом деле за сутки они ничего не нарыли. Парень, которого засекла камера допросить не удалось. Отдел по ограблениям разыскивал этого человека, но подозреваемый лихо ускакал.

- Черт его подери! Яковлев, я тебя из под земли достану! - огрызнулся следователь в тишину.

Закончив с перекусом, сполоснул чашку и вышел в темный коридор.

Он лег. Рядом спала жена. Вроде бы дома, в родном гнездышке, со своей семьей и все хорошо, но уснуть не давала проклятая работа.

 

***

Воронцов. 9 июля 2016 г. На второй день после ограбления.

 

- Андрей Павлович, к Вам пришла женщина. Она заявляет, что ее дочь пропала, - протараторил Роман, завидя начальника в дверях кабинета отдела по ограблениям.

В помещении рабочие места располагались в два ряда. Первый возле окна, второй напротив.  В каждом по четыре письменных стола. Вдоль правой и левой стены от входа выстроились железные шкафы с документацией. Так как информация строго конфиденциальна, и положена только для сотрудников конкретного отдела, каждый ящик запирался на ключ. В команде работало девять человек, вместе с Воронцовым. На момент нового задания некоторые находились в отпуске, и селедки в бочке оказалось наполовину меньше. Несмотря на отсутствие своих подчиненных, Андрей не переживал за плохой исход. Он планировал раскрыть дело любой ценой. Ночевка в кабинете его совсем не пугала.

Место следователя находилось между рядами, у дальней стены (напротив двери). Мужчина прошел к своему креслу и завалился поудобнее.

- Что? - не выспавшись, Воронцов немного тормозил с принятием информации.

- К Вам пришла женщина. Она заявляет, что ее дочь пропала, - повторил Роман, остановившись у стола начальника.

- А наш отдел каким боком здесь?! – возмущенно заорал Андрей. – У нас и без пропаж дел по горло! Пусть обратиться в соответствующий отдел расследований, - мужчина махнул рукой, и быстро достав из кармана сигарету, закурил. - Принеси мне кофе, а то хоть спички в глаза вставляй, - попросил Воронцов. – Да побыстрее!

- Уже бегу.

Вскоре, в воздухе витал запах ароматного капучино, вперемешку с дымом.

- С отдела о пропажах людей ее отправили к нам, - виновато сообщил Конаев, продолжив начатый разговор.

- С какого перепугу?! – озверел следователь, поставив картонный стакан с кофе.

Человек просто встал не с той ноги, да еще и недоспал. Его все нервировало и бесило. А то, что он на работе, не волновало ни единую клеточку организма. Просто в бешенстве. Дал бы кто автомат и все. Решил бы проблему моментально. И сразу настала тишина, и покой…

- Выяснилось, что ее дочь пропала в метро на переходе, где мы вчера орудовали. Есть предположения, что наш грабитель замешан еще и в похищении, - Роман привык к поведению своего начальства, и перестал приседать в страхе каждый раз, когда тот повышал голос.

- Хм, что-то новенькое. Интересно, Валерий Домиров сам до такого додумался, или кто подсказал… - вслух подвел черту Андрей. – Где факты о том, что человека похитили?! Пусть сначала мне доказательства принесут, что девушка не ушла собственными ногами оттуда! – размахивая в возмущении рукой, Андрей крепко затянулся и закашлялся.

Крики доносились до коридора. На лавочке, у двери в кабинет, ожидала мать пропавшей. Ярко-бордовый пиджак, стягивающий средней полноты талию, выделял ее из толпы присутствующих. Возле пуговиц большими линиями отходили в разные стороны складки.

На вид женщине лет пятьдесят. Светло-русые волосы, забранные в хвост. Голубые глаза. Легкие морщинки. Узкие губы.

Прижимая все сильнее и сильнее сумку к груди, она выслушивала недовольства, громыхающие по ту сторону.

- Черт с ней, пусть зайдет, - сдался следователь.

Женщина тоже это услышала и постучав, вошла.

- Здравствуйте! - обратившаяся в полицию произнесла глухо, будто шепотом.

- Доброе утро! Чем можем помочь? – в один голос спросили сотрудники отдела.

Андрей встал со своего места. Потушил сигарету и спрятал пепельницу в нижний ящик стола. Отхлебнув немного горячего кофе, сел обратно в кресло.

- Присаживайтесь, - любезно сказал Воронцов. При виде постороннего быстро изменился в тоне.

Астахова приблизилась к столу. В нос ударил резкий запах валидола.

- Настюшенькая моя пропала, - совсем тихо сообщила она.

Глаза женщины заполнила влага.

Конаев пододвинул стул, помогая поудобнее устроится посетителю. Покинул кабинет и через недолго вернулся со стаканом воды. Пристроив его на край стола, прислонился бедром к углу мебелины. Положив руки на грудь, принялся слушать.

- Расскажите все подробно, - попросил Андрей, ворочаясь в своем кресле. Достал блокнот и ручку из верхнего ящика, чтоб законспектировать интересующие факты.

- Моя дочь пропала восьмого июня. Около шести часов вечера мы созвонились. Она сказала, что уже на переходе «Мояковской» станции и скоро будет дома, но так и не вернулась, - сообщила женщина, держа сумку трясущимися руками.

- Так еще даже три дня не прошло, а Вы уже хотите подать в розыск? Может она у друзей заночевала, - влез со своими предположениями Роман.

- Она, всегда предупреждала меня об отсутствии и задержках. С ней точно что-то случилось. Телефон недоступен, - мысль о таком Астахову напрочь выкидывала из равновесия.

- Может она потеряла телефон, поэтому не сообщила. Подождите еще два дня и приходите, - Конаев соблюдал правила подачи заявления.

- Как зовут Вашу дочь, возраст и все, что может помочь следствию, - перебил Воронцов своего подчиненного и продолжил хладнокровно допрашивать.

Младший сотрудник топтался рядом, внимательно выслушивая историю.

- Астахова Анастасия Игоревна. Второе сентября 1989 года рождения. Работает в сфере рекламы в офисе Реклама Плюс на площади Александра Невского. Светлые волосы под каре. Серые глаза. Овальное лицо. Худенькая, рост где-то сто пятьдесят или сто шестьдесят. Точно не помню. Одета была в желто-белое платье без рукавов. Возможно, могла надеть кофту черного цвета, на пуговицах. На ногах босоножки кремового цвета. И сумка. Тоже черная.

- Кого-нибудь подозреваете? – записав все необходимые данные о личности, следователь задал следующий вопрос.

- Нет. Настюша ни с кем не конфликтовала, врагов у нее не было, - женщина незамедлительно отвечала. – Если и есть тот, кто держит на мою дочурку зло, мне об этом неизвестно.

- Куда она могла пойти помимо дома?

- Только к Юле Раевской. Это подруга детства. Но я уже звонила ей. Она видела Настю седьмого, но больше они не виделись. На ее звонки дочка тоже не отвечает.

- Больше она ни с кем не общается?

- Нет.  

- Вот, - следователь протянул лист. – Заполните, пожалуйста! И напишите то, что сейчас рассказали мне. Это бланк подачи заявления. На основании его мы уже начнем предпринимать какие-то действия, - Воронцов поднялся, глубоко вздохнул, и отошел к окну. – И номер свой укажите. Мало ли какая информация потребуется или появится.

- Раньше времени не расстраивайтесь, - подбодрил женщину Роман. – Как только что-то разузнаем, сообщим.

Астахова минут десять возилась с заполнением и закончив, подала Роману. Он находился ближе и дотянуться до него женщине не составило труда. Хватаясь за сумку, отложенную в сторону на короткое время, еле поднялась со стула и шагнула к выходу.

- Большое Вам спасибо, следователь! – обернувшись, протяжно, со слезами, вымолвила она.

- Еще не за что благодарить, - пробубнил Андрей, наблюдая за пешеходами возле здания, стоявшего напротив полиции.

Дверь тихо захлопнулась.

- Почему в отделе пропажи людей решили, что Яковлев причастен? - Воронцову не удавалось мысленно связать эти два дела. – То, что девушка была в момент кипиша на «Маяковской» станции, еще ничего не значит. Но даже если так, все равно ее не найдем, пока не сядем на хвост этому ублюдку! – Он вернулся к своему месту и извлек спрятанную пепельницу. - Я с него три шкуры спущу, если он еще и тут умудрился дел натворить, - мужчина со всей дури хряснул по столешнице кулаком, от толчка расплескалась вода из стакана. – Закон его не пожалеет…

Конаев моргнул от неожиданно раздавшегося громкого звука.

Следователь снова закурил. Дымок потянулся от сигареты белой вязью, разнося по кабинету очередную порцию запаха табака. Кофе уже остыл и не представлял для человека какую либо ценность. От сонливости привела в чувства неприятная информация.

- День начался с допросов, - Роман бухнулся на стул. – Завтра Яковлева должна прийти, дать показания.

- Яковлева? Мать нашего разыскиваемого? – удивился Воронцов. – Сама лично?

- Да.

- Отлично! - мужчина потушил сигарету и вернулся к бумагам. – На камерах больше ничего не замечено?

- Замечено.

- И что же это?

- В систему наблюдения вошли с оборудования комнаты видеонаблюдения. Взлом данных был произведен через программное обеспечение банка. Сделать это могли только далеко не хакеры-любители или сам охранник, владеющий подобной информацией. Так как банковские информационные данные находились в закрытом доступе, под мощным внутренним паролем.  Взломщик поместил картинку без движения на все камеры с определенным кадром наблюдаемого участка. И так по всему зданию. Также на выходах и на подземной парковке, - Конаев недовольно скривился, приготовившись услышать крики начальника.

- Вот, сволочи! Ну, погодите зайцы, я вас на мясо пущу! – чего и следовало ожидать от старого доброго Воронцова.

- Когда их найдем, у Вас будет такая возможность, - подбодрил Роман.

- Им меня не одурачить, - Андрей злобно посмотрел на бумаги на столе.

- Кто-нибудь уже отправлен на проверку в комнату охраны? Нужно найти хоть какие-то улики. Пальчики, или еще что-то. На съемке нашли еще что-нибудь?

- Еще ищем. Вряд ли преступник оставил за собой подобные следы, - заумничал Конаев, но быстро дал попятную, обнаружив на себе яростный взгляд.

- Когда должна прийти Яковлева? – перевел тему следователь.

Мужчина снова находился в состоянии агрессии. Руки чесались. Хотелось рвать и метать. Останавливало только то, что собирать за него никто не будет. Сам накуролесил – сам и убирай.

- К девяти, - Роман в отличие от начальника всегда вел себя хладнокровно и порой казался безразличным и не причастным.

За то, что по его вине отдел потерял подозреваемого, все мучаются с раскрытием дела, в котором почти нет зацепок.

- Тогда сейчас у нас есть время до конца рабочего дня наведаться в Рекламу Плюс, - засобирался Воронцов.

Молоденький сотрудник кивнул в согласии и отправился следом.

В Рекламе Плюс они встретились с Антоном Николаевичем, начальником отдела видеорекламы, где работала Астахова. Рыжеволосый мужчина пригласил их к себе в кабинет, но ничего путного не сообщил. Только пообещал не увольнять пропавшую девушку.

Она во время работы ни с кем не общалась. По крайней мере начальнику так показалось. Он сильно не следил за сотрудниками, но когда девушка попадалась ему на глаза, находилась в компании самой себя. Всегда тщательно трудилась над своими проектами, приходила и уходила вовремя. С клиентами встречалась и обсуждала будущую совместную работу исключительно там, где можно поговорить за чашечкой чего-нибудь. Хороший подход. В таких условиях контакт с заказчиками налаживался быстро и дружелюбно. Ни разу Антон Николаевич не слыхал, чтоб клиент не соглашался с предложениями этой работницы. Судя по тому, как Астахова вела переговоры, трудилась, не соперничала и не конфликтовала, он терялся в мыслях, откуда у нее могли взяться враги.

- Враждебность один из мотивов для похищения. Люди всегда делали глупости на эмоциях зависти, жадности, или обиды, - рассуждал мужчина. – Но мне кажется, Анастасия ангелок, спустившийся в наш офис с небес, - и выдал заключение своих мыслей: - У такой, как она, просто не может быть врагов, жаждущих похоронить свою обиду с применением насилия, - прижав руки к груди добавил: - не думаю, что это похищение.

Понимая, что не сказал ни слова, которое смогло бы помочь следствию, предложил по расспрашивать работников «Кафетерии», находящейся за углом офиса. Где Астахова зачастую разговаривала с заказчиками.

Воронцов и Конаев поблагодарили за сотрудничество рыжеволосого мужчину и вышли из кабинета. Прогулялись по рядам, побеседовав с коллегами Анастасии. Как и сказал их начальник, половина даже не вспомнила, кто эта девушка. Остальные только описали внешность и что замечали за ней во время работы. Никто не знал, где она живет, замужем ли, кто родители, друзья и так далее из ряда подобных вопросов.

- Ми-и-истика, - протянул Роман, когда они вышли на улицу, и позади остались раздвижные стеклянные двери Рекламы Плюс. – Девушка-призрак.

- Да уж, - согласился следователь. – Серая мышка, - он достал из кармана носовой платок, вытер испарины на лбу и спрятал обратно. – Не-е, такая точно не могла сбежать из дома. Здесь явно что-то не так… - спустившись по лестнице, Андрей направился к Кафетерии.

- И кому она могла перейти дорогу? – догоняя начальника, поинтересовался Рома.

- Да кто ее знает…

В заведении все помещение пропиталось ароматом кофейных зерен. С утра за столиками сидели только несколько посетителей. В основном вдоль окон, которые витриной начинались у входа и заканчивались упираясь в перегородку. Слева располагалась стойка для заказов и аппаратура для кофеварки. На бежевых стенах красовались габаритные картины в позолоченных рамках. В большем случае на холстах изображены люди, которые проводили время за ароматным бодрящим...

Кроме кофе в наличии были другие напитки, всякие булочки, плюшки и самые простые блюда для обеда.

- Здравствуйте! Будете что-то заказывать? – обрадовалась девушка на кассе очередным посетителям.

- Нет, спасибо! Мы из полиции, - показал Воронцов удостоверение. - Вы случайно не видели этого человека? – Андрей достал из кармана фото Насти.

В при офисной забегаловке тоже ничего путного не сказали. Обслуживающий персонал видел Астахову с таким большим количеством людей, что и вспомнить не смог их даже по фото. Только одна из официанток обратила внимание на мужчину в черном и с твердой уверенностью заявила, что он здесь постоянный посетитель.

- Незнакомец приходил, садился в самый угловой столик, заказывал горячий кофе. Доставал газету и сидел до поры до времени. Когда долго, когда быстро уходил. Он приходил не с вот этой девушкой, что на фото, но мне казалось, он часто на нее бросал взгляд. Может она ему нравилась, и он посещал кафе для того, чтоб полюбоваться ею, - вздыхала юная работница, сжав один кулачок в другом.

Мечтательно стала разглядывать картины на стене. Фантазия у девушки заработала на романтический лад.

Больше узнать ничего не удалось. Зато предположения на связь Яковлева с Астаховой стали немного проясняться.

- Вот так поворот, - вздохнул Конаев.

- Вот что значит – Земля круглая. Все между собой связано. И люди и дела… Вопрос…

- М? – глотнув горячего напитка, Рома ждал продолжения речи начальника.

Двое решили выпить кофейку, перед тем, как покинут это замечательное место.

- С каких пор Домиров таким умным стал? – следователь извлек блокнот и записал то, что удалось разузнать. – Этот человек тормозил по жизни, а тут бах, и он как в шахматах, предугадал ход. На него это не похоже. Правда, это еще не подтвердилось на все сто процентов, но все равно. Тебе не кажется, что здесь что-то не чисто? 

- Нет, - Роман немного увлекся рассматриванием замечтавшейся официантки.

Белокурая девушка с локонами до пояса, курносая и на пол лица глаза с ресницами, как у Мальвины. Короткое платье-форма, фартучек и белые кроссовки. Миленькая.

Андрей задумался, но когда проследил за взглядом подчиненного, заулыбался.

- Ах, ты наглец! – прикрикнул следователь.

Конаев испуганно дернулся и краснея отвел глаза. Девушка бросила взгляд в их сторону, застеснялась и собрав посуду с соседнего стола на поднос, удалилась на кухню.

- О работе надо думать! У нас продвижки нет. Причем по твоей вине, погрозил указательным пальцем мужчина, а потом дружелюбно добавил: - Девочки конечно хорошо, но после, как раскроем дело, - лицо вечно хмурого начальника отдела по расследованиям расплылось в очередной улыбке. – Допивай и пошли.

Он положил в карман блокнот, поднялся, и поторапливая помощника, направился к выходу.

 

***

Воронцов. 10 июля 2016 года. На третий день после ограбления.

 

Уже с восьми в полицейском участке жизнь преступников кипела вовсю. В главном холле давали показания скованные в наручниках люди. Стоял невыносимый перекрик. Никого не слышно. В помещении скопилась смесь различных запахов. Аромат одеколона и кофе, противная вонь давно не мывшихся бомжей, табачный дым. Сочетание подобного спирало дыхание.

Быстро проскочив мимо дурманящего сознание коктейля, Воронцов с Конаевым свернули в коридор и поднявшись на второй этаж, вошли в свой кабинет.

Яковлева пришла к девяти, как и сообщил младший сотрудник. Ее сразу проводили в комнату для допроса. Роман находился в соседней, из которой прекрасно открывался вид на огромный стол и два стоящих друг напротив друга стула. Вместе с ним присутствовали еще несколько членов их небольшой команды. Они следили за поведением допрашиваемой и внимательно слушали.

Женщина в синем старомодном платье положила руки на поверхность стола. Она жестом показала, что открыта для диалога и совершенно спокойна.

Андрей сидел напротив. Он подозревал, что гражданка может уйти от ответов ради спасения сына, но попытка – не пытка. За его спиной, в углу, возле входа, висела камера. Весь разговор записывался.

- Вы Яколева Надежда Осиповна, 1960 года рождения, проживаете по адресу Кузнецовская двадцать шесть, квартира шестьдесят семь? – Задал первый вопрос следователь Воронцов.

- Да.

- Яковлев Сергей Иванович, 1985 года рождения, Ваш сын? – из папки мужчина извлек фото молодого человека и протянул допрашиваемой.

- Да.

- Насколько мне известно, Вы воспитывали Сергея в одиночку. Это так?

- Да, но какое отношение это имеет к делу? - поинтересовалась женщина, поправив выбившиеся из пучка волосы.

- Пока никакое, но мы вернемся к этому, - пообещал Андрей и продолжил список своих вопросов.

- Где Сергей может сейчас находится?

- Меня уже об этом спрашивали. Я ответила: «Не знаю» и ответ до сих пор не изменился, - недовольно сказала Надежда.

- Ладно, пойдем дальше. Вы знаете, с кем он сейчас полотно общается?

- Нет.

- Как себя вел Сергей накануне ограбления и после?

- Мой сыночек не причастен! – вскрикнула женщина напротив и вскочила, упираясь ладоням о стол. – Он хоть и мелкий пакостник, но до такого не опустится!

- Да-да, конечно. Присядьте, пожалуйста! Возможно, он и не участник преступления, но у нас такая работа. Всех подозревать!

- Лучше бы преступника искали, - оскалилась Яковлева, но села обратно.

Неожиданно в комнату влетел Конаев. Он оперся о колени руками и отдышался. Сердце от бега бешено стучало, норовившись выскочить из груди. Выпрямился и провел тыльной стороной ладони по лбу.

- Он в Кафетерии у офиса Реклама Плюс! Только что звонила та милая официанточка, - как только последняя буква была произнесена, парень тут же вышел и захлопнул за собой дверь.

- Мы это и делаем, - обратился Воронцов к гражданке. – Я допрошу Вас позже. О встрече Вас предупредят, а пока можете идти домой. Спасибо, что пришли! – он собрал папку со своими записями, вскочил. – Прошу прощения, меня ждут дела! - И вылетел пулей из комнаты.

Женщина осталась в недоумении.

В коридоре ожидал помощник. В его компании находился Виктор, черноволосый паренек с пышной гривой до плеч. Еще один сотрудник команды отдела по расследованию ограблений. Мальчик на побегушках. Стажер. Ответственный за документацию. Андрей отдал папку ему и помчался за Конаевым.

За витриной забегаловки, попивая кофе, с газетой в руках сидел Сергей. Лицо наполовину скрывал козырек черной кепки. Светловолосая официантка наблюдала за посетителем.

- Когда ты успел оставить номерок этой блондиночке? – поинтересовался начальник.

- А Вам все скажи…

Они оба засмеялись.

Воронцов и Конаев быстро припарковались поблизости, вышли из машины и направились к входу. Двери кафетерии среагировали на движение и распахнулись.

- Вон он! – крикнул Роман, указывая пальцем на человека сидевшего в конце помещения.

В этом момент, читавший свежие новости из утреннего выпуска, свернул газету, положил на стол, и поправив ворот ветровки, поднялся. Подозрительно посмотрел на вошедших. Опустив голову, направился к выходу.

Два полицейских сотрудника переглянулись и ринулись на встречу.

Астахова. 10 июля 2016 года. На третий день после похищения.

 

Я смотрела сквозь пелену слез в одну точку в то время, когда толстяк уже добрался своими граблями до груди. Мне не удавалось ничего сделать. Левая рука прикована наручником, правая крепко придавлена коленом насильника.

Дальше все происходило как в тумане.

Преступник скинул на пол одеяло, вытянутое из-под себя. Без него я чувствовала, что еще больше беззащитна. В горле возник сухой, перекрывающий дыхание ком. 

Маньяк переместил руку с верхней части тела на правую ляжку. Грубо сжал чуть выше колена. Пальцы, словно иголки, воткнулись в мышцы.

Он провел ладонью вверх, забираясь под подол платья…. Я сморщилась. Поджав стопы, напрягла колени. Собрала все силы в неподвижных кулаках. И отвернулась, испытывая отвращение от чужого, нежеланного прикосновения. Которое ложилось глубоким шрамом на этот прОклятый день.

Сквозь собственное хныканье расслышала посторонние шаги. Через секунды нас стало трое.

- Какого черта ты творишь?! - я не видела, кто это, но он рывком оттащил за шиворот тяжелую тушу.

Лицо подлеца сразу переменилось. Он превратился в бледную неразговорчивую поганку, нервно пожимая пальцы рук.

- Вали отсюда! – разозлился спаситель. - Живо! – Повернувшись, посмотрел на испуганную жертву. - Я с тобой еще потом поговорю! – обладатель голоса излагал властно, по-прежнему продолжая обращаться к толстяку.

Перед слабой девушкой вообразил себя всемогущим Брюсом, но перед достойным соперником предстал трусливой скотиной. Поджав хвост, убежал, даже не попытавшись воспротивиться.

- Ты в порядке? – присел мужчина на край кровати.

«Меня чуть не изнасиловали! Но нет, я в порядке… Я в полном порядке! Как же иначе!» - где-то на дне сознания язвительно запищал отголосок моего характера. Но он так и остался сидеть в темноте, плюясь во все стороны от унижения и ненависти.

Я знала, кому принадлежала произнесенная фраза, но смотрела будто сквозь него. Руки трясло. Соленые капли застилали глаза, и стекая по щекам, попадали в рот.

Мужчина поднял и потянул на меня одеяло, чтоб прикрыть оголенные ноги, но я вздрогнула, вжавшись в спинку. Подушка валялась в противоположном краю.

- Хорошо. Не приближаюсь. Давай сама, - отреагировал на мое движение рыцарь.

С трудом протянув затекшую руку, накинула на себя одеяло.

- Сейчас, погоди... Принесу воды, - поднявшись и забрав поднос с посудой, он вылетел пулей из комнаты.

Где-то, за пределами помещения разразилась целая гроза. Слышны были крики, бьющееся стекло и хлопок дверью.

Вернулся защитник со стаканом в руке. На щеке зарилась алая полоса свежей раны. Они разодрались? Где-то глубоко зародилось любопытство, но я моментально захоронила его в руинах последних событий. Пережитых десяти минут хватало на то, чтоб погрузиться в существование жестокого мира, который до сегодняшнего момента обходил стороной. С этого времени, изначально присвоенное мнение о том, что похититель, возможно, и не собирался причинять мне боль, кануло в пропасть. Надежда рухнула. А спасение казалось отроду чуду. Таким же далеким и неосуществимым.

- Вот, выпей, - протянул воду преступник.

Я посмотрела на стакан, потом в лицо чудовищу и снова на стакан. Даже не могла понять, хочу ли пить. Полученный шок отстранил от бытия. Словно провалилась в какую-то параллель. Вроде бы меня окружали, взаимодействовали и разговаривали. Я прекрасно видела и слышала, но не доходило, что от меня требуется. Еще раз посмотрев на мужчину как сквозь стекло, уделила внимание руке.

Толстяк передавил ее и кровь плохо поступала в кисть. Конечность затекла. Кожа пальцев посинела.

Сергей поставил никому не нужный стакан и потянулся к моей ладони. Видимо заметил. Но я убрала руку. Несмотря на этот жест, он не остановился. Подсел ближе, резко схватил за запястье и притянул к себе.

- Я просто помассирую, - и принялся разминать кисть.

Мы сидели и молчали. Каждый переваривал произошедшее. С одной стороны забава, с другой - унижение.

Сильные пальцы гладили онемевшую ладонь. Потихоньку к руке вернулась чувствительность. Я успокоилась. Слезы высохли. За это время преступник не проронил ни слова. Неразговорчивый. С больших бледных пальцев переместилась смотреть выше.

На сей раз мужчина заявился без кепки. Внутренние уголки бровей опущены. В какой-то момент наши взгляды встретились. Его глаза такие бездонные.

Я попалась. Резко пошла на дно. Захлебывалась в светло-серебристых радужках, словно задыхалась при падении в пропасть. В такт ощущениям заухало сердце, пуская в пляс барабанную дробь.

Невольно вздрогнула. Никогда не любила очень светлые цвета глаз. Они пугали… И одновременно манили. Противоречивое чувство, не правда ли?

В отличие от меня, на лице преступника не дрогнула ни одна мышца. Массажировать он уже закончил и убрал руки, но продолжал в наглую рассматривать мою внешность. Потом встал и ушел. Молча. Не сказав ни слова.

От пережитого я почувствовала себя эмоционально выжатой и уставшей, от чего вскоре провалилась в мир сновидений. Остаток дня провела в полудреме. И не слышала, как распахивалась скрипучая до ужаса дверь.

Временами открывала глаза. Но тяжеленные веки все равно опускались. Сон быстро возвращал меня в свой плен. Замечала, что на столе то стоял поднос, то отсутствовал. Наверное, когда приходили и я спала, а пища остыла, уносили обратно.

 

***

Астахова. 11 июля 2016 года. На четвертый день после похищения.

 

Наутро я проснулась от того, что отчетливо услышала шаги по ту сторону стены и отскочивший шпингалет. Дверь распахнулась.

Через щелки между коробками увидела, как промелькнула пышная шевелюра.

Только толстяк вынырнул из-за картонного замка, я зажалась в угол, обхватив колени руками.

- Не трону, не боись, - промямлил мужчина и по своей же привычке неаккуратности, с грохотом поставил поднос.

Содержимое чашки немного расплескалось. В этот раз кофе с молоком. Ароматный, бодрящий запах быстро распространился возле меня и просил себя попробовать.

Я недоверчиво на него посмотрела и не собиралась вылезать из-под одеяла. Толстяк в свою очередь тоже как-то брезгливо бросил на меня взгляд.

- Серега мне руки пообломать пообещал, если я тебя еще хоть раз пальцем трону, - недовольно пожаловался он. - Ешь! - пфыкнул и ушел, по пути закурив сигарету.

У него теперь зуб на меня. Дай повод и он раскромсает мое тело на кусочки. На все сто процентов в этом уверена. 

Придвинулась к столу только после того, как дверь за чудовищем захлопнулась. И куда запропастился долговязый брюнет? С ним я чувствую себя не в такой опасности, как с этим неадекватным мужланом.

После завтрака заниматься было совершенно нечем. Оставалось только думать и спать. Первое как-то плавно перетекло во-второе. А когда проснулась, сначала обратила внимание на стакан, стоявший на столе со вчерашнего дня.

Прозрачная жидкость манила к себе. От ее вида сразу же почувствовалась сухость во рту. Возникло невыносимое желание пить. Придвинувшись к краю кровати, дотянулась свободной рукой до стакана и прильнула к нему губами.

Сделала несколько больших глотков. Прозвучали они громко. Будто воды в организм не попадало целую вечность. Я словно умирала от жажды, блуждая в пустыне Сахара. С такой мыслью жадно выпила все до последней капли.

С этого момента прошло прилично времени, и казалось, уже должен быть обед. Если конечно меня не решили посадить на вынужденную диету. Как на зло, появилось желание посетить дамскую комнату. Впервые за два дня. Может из-за шока?

Мужчина в кепке все не появлялся и не появлялся. Терпение заканчивалось, вот-вот, и «дамба» не выдержит напора. Рассиживаться в мокром белье и постели желанием не горела. А встать и отправится самостоятельно не позволяли наручники.

- Эй, там! – уже стало невмоготу.

Никто не отзывался. Крикнула еще несколько раз, но результат последовал тот же. Привстала на колени и подергала оковы. Естественно, для моих силенок они пристегнуты намертво. От попыток только жалобно проскрипела спинка кровати.

- Черт! – стукнула ладонью по железной обрамляющей трубе. – Куда все запропастились? – поглубже вздохнув, крикнула настолько громко, насколько смогла: - Помоги-и-ите-е-е!

Но даже на зов о помощи похитители не отреагировали, хоть и грозились разозлиться.

Вернувшись в сидячее положение, взглянула на стол. На нем стоял пустой стакан.  И в голову закралась единственная здравая мысль, позволяющая выйти из подобной ситуации.

Спустя какое-то время после моих мучений, объявился преступник. Сердце сразу ухнуло в пятки. Я тут же забралась под одеяло и прилипла к стене, поджимая ноги. Каждая клеточка тела моментально напряглась.

Он поставил поднос с посудой, наполненной горячей едой. Немного поблуждал взглядом по мне. Захватив стакан, оставленный в прошлый раз, отвернулся к выходу, но не сделал ни шагу.

- Это что? – медленно повернувшись и указав на содержимое, с жутким интересом спросил мужчина.

Я вытаращила глаза, но не осмелилась ответить. Тогда вопрос повторился и далеко не спокойным голосом. В воздухе будто повисло заметное напряжение.

- Еще раз спрашиваю, что в стакане? – недоверчиво повторил и взглядом настаивал на ответ. Сердито и недовольно.

- Что по-Вашему здесь должно быть? За все дни, что я здесь нахожусь, меня ни разу не сводили в уборную?! – как только последнее слово слетело с языка, я мигом замолчала. Накипело. Но с такими людьми шутки плохи. Вся надежда на то, что похититель от этого не взорвется.

Собеседник зашелся смехом, чуть не пролив на руку содержимое посудины.

- Нужно было позвать, - совсем безобидно сказал он.

- Я даже кричала… - на мгновение я обиделась и надула губки, но быстро вернулась к мыслям о том, где нахожусь.

- Странно... Ладно, что-нить придумаем. Ешь, давай! – мужчина хохоча вышел из помещения, и как обычно, за ним звучно закрылась дверь.

 На обед похититель в кепке принес куриный суп с вермишелью, на второе жареный картофель с салатом из огурцов и помидоров, залитый растительным маслом. Напитком оказался вязкий кисель. Он никогда не вписывался в рацион моих блюд.

Выпендриваться не перед кем. Не хочешь, не пей.

В горло конечно никто не заливал. Но и попросить принести чего-то другого, не могла. Что у преступника на уме, ведал только преступник.

Съела все. Кружка с киселем осталась не тронута. Эта жидкость не утоляла мою жажду. По крайней мере похлебала бульон.

Вернулся обслуживавший меня едой быстро. Едва я успела отвалиться от стола и откинуться на подушку. Молча составил все на поднос и ушел.

Погода по-прежнему за окном стояла жаркая. Но сюда, в подвальное помещение она не забралась. Солнце пускало лучи только на середину комнаты. Я же сидела в темном и прохладном углу. Как заточенная в темнице.

Снова щелкнул шпингалет, заскрипела дверь. В очередной раз я насторожилась, и уже как по обычаю, прижалась к холодной стене. После случившегося, при каждом знакомом звуке приходила в тихий ужас.

Вернулся долговязый мужчинка. В этот раз он опять пришел без кепки, ему так шло больше.

- Держи, - протянул похититель книгу.

Глупо спрашивать, «что?» и «зачем это?», когда очевиден ответ. То, что это литература и ее нужно читать, я знала прекрасно без чьих-либо разъяснений. Не дождавшись, когда я протяну руку в ответ, положил книгу на край кровати, чтоб близко не подходить.

- Почитай. Делать все равно нечего, - да уж, и правда нечего. Будто открыл глаза на реальность. – Это чай, - поставив чашку на стол, немного отступил назад. – Заметил, что ты не притронулась к киселю. И еще… Попозже занесу настольную лампу. Света здесь нет. Сможешь читать вечерами.

Я продолжала молчать, как партизанка, но руку к книге уже протянула. Осмотрела. «Анжелика» - видимо, ничего помолодежнее не нашлось. Так и быть, почитаю на досуге.

Мужчина понаблюдал, как я перелистываю страницы и ушел.

С чего такая добродушность? На мгновение я почувствовала, будто не в заключении, а в гостях. Но наручники на левой руке развеяли не соответствующую ситуацию.

В любовный роман погрузилась быстро и так же быстро пролетело время. Даже не заметила, как прочла больше двухсот страниц. И вздрогнула от неожиданно заскрипевшей двери.

Прибыл ужин. Что меня сильно удивило, так это пышная шевелюра. Снова долговязого похитителя нет. Вместо него неохотно принес пищу толстяк.

Откинув книгу, ловко сунула ноги под одеяло, и завыглядывала, как озлобленная волчица. Меня все больше настораживало то, что он стал очень часто приходить. И куда в это время пропадает второй?

В этот раз мужчина в болоньевой куртке не проронил ни слова. Небрежно положив поднос, почесал зад и ушел. Даже не закурил.

- Забыл спросить, в туалет-то не хочешь? – послышалось за дверью.

- Нет, - на самом деле да, но пойти с этим чудовищем я не осмелилась.

После моего ответа с той стороны все затихло. Лампу мне так и не принесли. За окном стемнело и читать в непроглядной темноте не имелось возможности.  В итоге я завалилась рано спать.

 

***

Астахова. 12 июля 2016 года. На пятый день после похищения.

 

Наутро как обычно. Завтрак от толстяка и отсутствие похитителя в кепке. Никакого разнообразия в этих четырех стенах. Казалось, всю жизнь жила в них, но нет, ошиблась. Вот они самые настоящие четыре стены и четыре угла. Решетка на окне и питание по расписанию. Тюрьма, или психушка?

Здесь и правда легко сойти с ума. Хорошо, еще книга со вчерашнего вечера балует.

Как только время дошло до обеда в комнату с подносом вошел тот, кого я и ждала, вскочила на колени и выпалила:

- В уборную! – как я боялась плохой реакции.

Чего, а вот смеха точно не предугадывала. И что его все на ржач пробивало?

- Ты только за этим меня ждала? – заулыбался долговязый мужчина.

- Да! – не переставая быстро отвечать, молясь о том, чтоб не медлил.

Судя по физиономии, преступник немножечко офигел от моей смелости и прямолинейнсоти. Но кто знает, сколько еще смогу в себе держать…

Мужчина поставил поднос, приблизился, чтоб освободить меня от оков. Я наоборот отодвинулась на сколько могла. Если бы не наручники, убежала за километр. Взяв за предплечье для надежности, он повел меня из помещения. Когда дверь открылась и мы шагнули наружу, впервые оказалась за пределами своей темницы. Вправо уходил коридор и в самом конце заканчивался лестницей. За той дверью, наверное квартира, потому что шаги всегда начинались и затихали там. По левую сторону еще выход, но он подозрительно закрыт на цепь, соединенную матерым замком. Возможно, это что-то подобие черного входа.

Или ведет в сомнительное помещение, куда простым смертным и не грешным не следует совать нос.

Пол в коридоре застелен дощатыми планками, не то что в моем «номере отеля». Окон здесь не оказалось. По обе стороны стен тянулись водопроводные трубы серого цвета. Освещение падало с потолка из круглых приплюснутых, как тарелки люстр, больше напоминающих врачебные прикабинетные мигалки в поликлиниках. Больше ничего приметного и габаритного я не увидела.

Поднявшись по ступенькам, мы зашли внутрь. Вместо предполагаемой квартиры передо мной простирался зал. Он больше напоминал огромную веранду. Здесь свободно уместилось бы все для обстановки жилплощади. Но увы, тут только летала пыль. Пол тоже постелен деревянными планками.

Слева двумя большими глазами смотрели окна. Благодаря грязи, собравшийся на них, ничего снаружи не видно.

Справа очередной выход. Сколько же здесь дверей? И по ту же сторону, чуть дальше, лестница наверх. Не деревянная. А как в кирпичных домах, бетонная и серая. Вглубь, под навесом второго этажа уходил гараж. Потолок подпирали каменные колонны. От попадающего на них света образовались блики. По бокам тянулись металлические стеллажи с инструментами и различным оборудованием, неизвестного мне назначения.

По середине стояли черные автомобиль и мотоцикл. На вид колеса не из дешевого российского рынка купли-продажи. Быть точнее, перепродажи. Тачки явно новые. Вот значит куда ушли награбленные финансы…

За предплечье меня потянули наверх. Поэтому рассмотреть все тщательно не получилось.

Поднимался мужчина по лестнице очень быстро и я чуть ли не бежала, причем локтем перед. Или за четыре дня я разучилась ходить? Мышцы ослабли, это заметно стало по неприятному тянущему состоянию в ляшках.

Миновав пролет, мы остановились у очередной двери. Ужас. Это уже пятая на моем пути. Уверена на сто процентов, что она не последняя.

Похититель потянул за ручку. Вот теперь прибыли в квартиру. Пред нами уходил вперед коридор. Пол покрыт линолеумом, рисунок которого похож на плитки. Справа шкафы для верхней одежды. Прямо арка. Судя по торчащей кухонной гарнитуре, это кухня. Слева еще одна арка и две двери. Наверное, ванная комната и уборная.

Хотя, если огромное здание находится далеко от города, в полной глуши, странновато видеть такую роскошь.

Мимолетом в мыслях пролетели кадры фильмов, в которых герои, и не только, совершали побеги из окон туалета. Я расплылась в хитрой улыбке.

- Тебе сюда, - дернул за ручку ближней двери мужчина и втолкнул внутрь. – и без фокусов, - напоследок бросил на меня сердитый взгляд и закрыл дверь.

Даже не успела опомнится. Вокруг такая чистота. Голубая в клетку плитка, темное покрытие пола. Слева раковина. Над ней зеркало и мыльница. Рядом на крючке полотенце. Туалетная бумага по правую руку от входа. Напротив унитаз. Единственное, чего здесь не хватало, это заветное окно. Предполагаемый план побега рухнул. А план «Б» разработать не успела. Да и к тому же, если оно и существовало, я находилась на втором этаже. Убиться еще не хватало…

- Что с моим лицом? – увидела свое отражение и чуть не пришла в тихий ужас.

Управившись, умылась как следует и намочила волосы.

Раздался стук.

- Ты там что, уснула, - послышался недовольный голос.

- Почти все! – негромко отозвалась я, не желая выводить из себя хозяина дома.

Быстро намылила голову. Помассировала пальцами. После чего смыла пену. Теперь светлые волосы действительно светлые.

Вышла я из кабинки уединения с полотенцем.

- А ты зря времени не теряешь… - удивился моей сообразительностью сопровождающий.

- А то! – вытирая голову, шагнула в обратный путь.

- Пойдем чаю попьем что ли? – мужчина приглашающе вытянул руку в сторону кухни.

У меня чуть глаза из орбит не выпали. Теперь настала моя очередь теряться в удивлении. Но быстро нашлась и кивнула, прогоняя в памяти, как там, в подвале неуютно.

Я шагнула вперед. Слева, в арке мелькнула мебель гостиной. На диване, на удивление, в белой майке сидел толстопузый. Он смотрел телевизор, и похоже, даже не заметил моего прихода.

Разглядеть обстановку не успела, меня сзади слегка толкнули вперед, напоминая о месте назначения.

В кухне до самой дальней стены расположилась раковина, гарнитура, плита. В центре окно с серыми до пола шторами. Слева от него еще часть гарнитуры. А сразу у арки стол и табуретки. За ним дверь в другую комнату. Она закрыта. Поэтому увидеть ничего не удалось.

Придвинув табурет ко мне поближе, хозяин квартиры настоял сесть. Сам в это время увлекся накрытием стола.

Я продолжила сушить свою копну.

- Она-то че тут делает?! - ошарашенно уставилось на меня вошедшее чудовище.

Я от неожиданности прилипла к белым обоям, с рисунками в образе вилок и ложек. Вернее к стене.  Табурет наклонился от резкого движения, и не выдержав равновесие упал. Раздался глухой, но достаточно громкий звук.

- Э-э-э, - бросая чашки, долговязый мужчина схватил своего напарника за шкирку и вытолкал в коридор. – Не пугай ее! – и подняв упавшее на бок мое место, помог сесть.

Свалившееся полотенце тоже протянул, но вытираться я больше не стала.

Выгнанный невнятно боршал по ту сторону стены.

- Он тебя больше не тронет. Если что, говори, я ему волшебный пеньдель живо подарю! – заулыбался собеседник.

Ага, щаз-з! Так я и поверила… Но последняя фраза про волшебный пеньдель немного успокоила. Что творится-то? Разве должен себя так вести похититель? Ой не нравится мне это, ой не нравится. Чую, обернется во что-то нехорошее. После таких мыслей я сникла.

- Это тебе, - протянул руку мужчина.

В ладони лежало что-то небольшое.

Вовремя раздумий он успел собрать на стол. Передо мной стояла чашка горячего чая. Даже как-то не верилось, что нахожусь в нормальных, домашних условиях.

- Что это?

- Звонок. Нажмешь и я примчусь. Мне стало стыдно, что не продумал момент срочного вызова. Так хоть я услышу твой вызов, если конечно не буду дальше пятисот метров, - мужчина приподнял руку в знак, чтоб я взяла.

И я приняла скромный подарок. Как же. Возьму и отомщу. Ночью! Слегка улыбнулась я в ответ, но не от его добродушности, а от собственной пакостной мысли.

- Могу я задать Вам один вопрос, - поинтересовалась я, после того, как отхлебнула немного горячего напитка.

- Да, но сначала один нюанс…

- Мм? – от таких слов я даже недоверчиво отклонилась назад. Слегка. А то табуретка без спинки.

- Давай на «ты»? Я вроде не дед и в отцы тебе не гожусь. И называй Сережей, если неудобно, можно Сергей. А то небось про себя зовешь каким-нибудь маньяком…

- А разве это не так? – осознав, что сдуру ляпнула не подобающее, быстро опустила глаза в чашку.

- Нет, - в голосе его проскочила нотка вины. Или, может, показалось… - Кстати, сегодня придут друзья. Я представлю тебя, как свою девушку. Ты сможешь провести вечер в уютном помещении и веселой компании. Но, пожалуйста, без фокусов! Иначе навредишь себе. О побеге даже не думай. Не удастся, - недавно улыбающийся собеседник вмиг растерял счастливые блики в глазах и превратился в угрюмого дядьку.

А я то размечталась…

- Что ты хотела спросить?

- Зачем меня похитили? – в ответ последовало напряженное и довольно долгое молчание. От ожидания я вцепилась руками в табуретку.

Воронцов. 10 июля 2016 года.  На третий день после ограбления.

 

- Попался?! – грозно и громко обратился Воронцов к Яковлеву.

Преступник промолчал. Судя по нулевой реакции, он не беспокоился, что в данной ситуации может что-то пойти не так. Посетители бросили взгляд на полицейского, повысившего голос. Обслуживающий персонал спрятался за кассой и зашептался в ожидании следующих маневров представителями закона.

Яковлев вскинул руку. Смахнул со стойки поднос с чашками и тарелками на людей, перегородивших выход к спасению, и кинулся бежать через кухню.

Следователь слегка оторопел, получив железной посудиной по лицу. Зазвенело бьющееся стекло. Осколки разлетелись по полу в разные стороны. Конаев от неожиданного поворота испуганно отпрыгнул назад. Девушки визгнули и с головой спрятались за высокий стол приема заказов.

- Че встал, живо за ним! – рявкнул начальник Роману, извлекая на всякий случай пистолет из кобуры, висевшей на левом боку.

Вперед побежал за преступником помощник. Следом двинулся Воронцов, не успевая за молодым сотрудником. Уворачиваясь от поваров и кухонной утвари кафетерии, Андрей выскочил на улицу через черный вход. Оказался во внутреннем дворе здания.

В арке перехода на другую сторону дома мелькнула фигура Конаева. Мужчина устремился за ним. Выбежав на тротуар, увидел, что Сергей отдалился на несколько метров.  И помощник почти его догнал.

Следователь пустился вдоль улицы, ища способ перехватить Яковлева, но в голову ничего не приходило. Полное тело быстро дало знать об усталости. Появилась тяжелая одышка. Сотрудник полиции чувствовал, что задыхается. Сердцебиение отдалось в ушах. С висков стекал пот в три ручья. Светлая, с коротким рукавом рубашка на спине и на груди промокла.

Преступник, бежавший впереди всех, перепрыгнул через деревянные ящики, возникшие случайно преградой на пути. С разворота схватил один самый крайний и бросил в преследователя.

Конаев отмахнулся, и оттолкнувшись посильнее, так же ловко пересек гору препятствий.

Ближе к зебре, по тротуару замельтешил народ, преграждая дорогу и мешая погоне. Всюду сновали рабочие. Из реставрируемого здания вышли люди, неся в руках большое стекло.

Сергей вовремя заметил и поднажал. Проскочил мимо, слегка задев спину одного из них. Роману повезло меньше. Он обнаружил надвигающуюся прозрачную преграду слишком поздно. Не успел затормозить и врезался.

Мужчины от неожиданного толчка выронили предмет, и расплескивая руками схватились за головы.

Стекло со звоном разлетелось вдребезги и острые осколки полетели в разные стороны. Рядом бабахнуло.

Сверкающий пятками Яковлев резко затормозил и присел, прикрывая руками голову.

Заплакал ребенок. Женщина успокаивая, потянула его прочь от стекол, на другую сторону улицы.

Преступник обернулся. Как только увидел клочки лопнувшего воздушного шара, побежал дальше.

Конаев рванул за ним, но наступив на левую ногу, голенище пронзила боль и затуманила разум. От чего он тут же свалился на асфальт. На азарте поймать разыскиваемого, он даже не заметил, что огромный осколок стекла вошел глубоко в мякоть. Помощник тихо застонал, стискивая зубы. Стащив с пояса ремень, перетянул ногу чуть выше раны.

- Как ты, Роман? – подбежавший следователь схватил его за плечо.

Мужчина весь запыхался, но цель продолжала отдаляться.

- Потерпишь? Я за ним! – и не дождавшись ответа, побежал, расталкивая работников.

Младший сотрудник смотрел на две уменьшающиеся в дали фигуры, которые вскоре растворились в толпе.

- Стой, говорю! – выкрикнул Воронцов. – Стрелять буду! – но убегавшего преступника ни что не остановило.

Даже выстрел в воздух не заставил это сделать. Зато на грохот синхронно отреагировали пешеходы и разбежались в разные стороны. Расчистив поле битвы. Тогда Андрей прицелился. Следовало лишь ранить в ногу, чтоб замедлить движение удаляющейся фигуры. Снял с предохранителя. Уже собрался нажать на курок, но из-за угла выехал автобус. Мужчина не менял позиции. Как только зад общественного транспорта открыл вид на тротуар через дорогу, завыискивал цель. Но по ту сторону уже никого не было. Пробежал немного вперед, заглядывая за углы и выступающие архитектурные украшения.

- Ч-черт! – выругался он, нервно вскинув руки.

Следователь спрятал оружие в кобуру и поспешил к напарнику на помощь. Пустая улица повеяла очередным провалом. На сей раз винить стало не кого.

Спустя двадцать минут приехала скорая. Два медбрата в белых халатах положили Романа на носилки и погрузили в машину. Как только дверцы закрылись и неотложка направилась к больнице, Воронцов вернулся к своему автомобилю. Вырулив на шоссе, следом поехал до назначенного пункта.

Андрей проследил за тем, чтоб напарнику оказали всю необходимую медицинскую помощь.

В помещении, куда перевели работника полиции, лежало еще несколько человек. Кровати располагались по обе стороны рядами. Освещение благодаря огромному окну хорошее. Зеленые стены и белый потолок. Стандартное оформление больничных комнат.

На дальней койке с капельницей лежал мужчина без сознания. Рядом, на стуле спала женщина. Ближние две кровати пустовали. Справа юноша. Приподнявшись на подушку, он читал книгу. Место, следующее за ним никто не занимал.

Романа положили на крайнюю у окна. Выглядел он ослабшим и бледным.

- А видок-то у тебя помятый, - подошел следователь к помощнику.

Тот лежал с закрытыми глазами.

Конаев собирался немного вздремнуть, пока действовало обезболивающее, но работа всегда вставала на первое место. Через не хочу он разлепил тяжелые веки.

Роман придерживался мнения, что неважно в каком он состоянии, но он должен помочь довести дело до конца.

- Андрей Павлович, простите, что упустил Яковлева… - как обычно, больной ожидал разъяренного крика о провале.

Иначе никак. Начальник помешан на том, чтоб сделать все тихо и быстро, но младшего сотрудника полиции преследовала полоса неудач. Словно проклятье.

Воронцов пристроился на стоявший рядом стул и положил загорелую ладонь ему на плечо.

- Я с тобой потом разберусь, но сначала ты поправишься, и мы поймаем этого скользкого типа, - курить в больнице запрещалось, поэтому мужчина просто достал сигарету из кармана и покрутил ее пальцами.

Роман немного опешил от слов Андрея. Раньше он никогда не переносил выговоры.

- Пока ты тут загораешь, тебя заменит Виктор. Он правда глуп совсем, но думаю под указаниями сможет хоть что-то сделать, - поделился планами следователь.

- Да он вроде нормально работает… - вступился за него больной. – Из-за того, что он проходит стажировку, Вы ни разу не дали ему возможности проявить себя, - приподнявшись немного, Конаев увидел, как в палату вошла медсестра.

Пожилая женщина приблизилась к кровати с капельницей и проверила состояние пациента.

- Ладно, потом обсудим. Не прилюдный это разговор, - поднявшись, Андрей взглянул на юного читателя через койку и снова на Конаева.

- Андрей Павлович, держите меня в курсе…

- Позвоню, как появятся новости. Жду тебя на работе как можно быстрее, - с этими словами начальник отделения по расследованиям ограблений вышел из палаты.

В коридоре ему посчастливилось встретить лечащего врача товарища, но тот не очень обрадовал новостями. Рана от осколка глубокая. Заживление пройдет минимум недели две.

 

***

Сидоренко( заменить фамилию канцеляриста) отсиживался за столиком первого этажа. Поскольку серьезных заданий кроме документации ему пока что не дозволяли, он просматривал папки с делом, которое на данный момент вел их отдел. Несмотря на вечно орущего начальника, Виктору хотелось тоже попробовать погоняться за преступником. Ему по горло надоела монотонная работа с бумагами. И для того, чтоб скромная мечта осуществилась, беспрекословно выполнял каждое поручение.

Даже одевался парень в отличие от остальных членов небольшой команды в рабочую форму. Черные брюки и голубая рубашка с коротким рукавом.

Дверь в проходной холл распахнулась. Повеяло влажным воздухом с улицы. Стажер оторвался от перечня бланков и взглянул на вошедшего посетителя, открыв из под шевелюры обзор на заостренную скулу.

- Живо в кабинет! – скомандовал следователь, увидев помощника на первом этаже, и не задерживаясь, прошел к лифту.

Парень проследил взглядом до последнего момента, пока спина мужчины не скрылась за раздвижными дверями. Быстро вскочил, хватая в охапку все принадлежности, помчался следом.

- Что случилось? – поинтересовался Виктор, распахнув дверь в кабинет.

Кроме них двоих в помещении больше никого не находилось. Рабочие компьютеры все выключены. Навесной телевизор на стене у двери тоже молчал. Из-за нашумевшего дела, команда по ограблениям с пятницы его не включала. Некогда.

Рубашка мужчины до сих пор не высохла и ужасно воняла. Волосы мокрые. Слиплись, превратившись в седые сосульки. И с них по вискам стекали капли пота.

- Конаев сейчас в больнице. И вернется к работе неизвестно когда. Ты его пока заменишь. И прекращай валять дурака! – усевшись на свое место, Воронцов извлек из лежавшей на столе пачки сигарету и закурил.

Сидоренко от удивления вытаращил желто-карие глаза и слегка приоткрыл рот: «Вот он, мой шанс, проверить себя!»

В помещении запахло табачным дымом.

- В него стреляли? – напряженно поинтересовался молоденький паренек.

- Нет! Глаза на затылке! – проорал мужчина. – Иначе мы бы его поймали… - пробубнил себе под нос и приблизил сигарету к губам.

Виктор невольно вздрагивал каждый раз, когда следователь плевался пламенем на повышенных тонах. Так как все вспышки гнева начальника обычно перепадали Роману, он не привык ощущать их на себе. На лбу выступили капельки пота.

- Сперва еще раз сходи и расспроси соседей Яковлевых, вдруг они что-то вспомнили. Потом сообщи матери преступника, чтоб она пришла во вторник, двенадцатого июля. Желательно с утра, – мужчина стряхнул пепел с кончика сигареты и откинувшись на спинку, закинул ногу на ногу. – Сейчас мы ведем два дела одновременно, которые между собой переплетаются. Что в них обоих замешан один и тот же преступник, доказательств пока нет. Но полагаясь на подозрения, необходимо узнать как можно больше. Поэтому, наведайся к подруге пропавшей. На работе Астаховой мы уже побывали и выяснили, где грабитель появляется. Но после сегодняшнего я сомневаюсь, что он снова там появится.

Временный напарник вцепился в папку с документами и внимательно выслушал, не смея перебить.

Воронцов поднялся, порылся в верхнем ящике стола, достал листок и протянул. Стажер взял бумагу дрожащей рукой и спрятал в стопку остальных.

- Здесь указан телефон матери пропавшей девушки. Позвони ей и узнай номер или адрес подружки. Подробности жду от тебя завтра, - он потер глаза, зевнул и посмотрел на время.

На часах почти шестнадцать. Трудовой день подходил к концу, а дел по самое горло. Выходные пролетели полностью в работе, а еще предстояло столько всего сделать. Спать некогда.

Виктор покинул кабинет для выполнения указаний.

 

***

12 июля 2016 год. На пятый день после ограбления.

Мать преступника пришла, как в прошлый раз, к девяти часам. Они со следователем уединились в комнате допроса.

В соседнем помещении по-прежнему внимательно слушали и записывали диалог «От» и «До». Камера отражала совершенно спокойную зрелую женщину. Как и тогда, на ней надето синее платье. Лишь волосы вместо пучка уложены в ракушку.

Андрей положил перед собой блокнот, фотографии, и некоторые показания других допрошенных людей.

- Надежда Осиповна, Вы слышали что-нибудь о рекламном офисе «Реклама Плюс», - представитель закона желал раздобыть хоть какие-то зацепки, но с первого допроса все было тщетно.

- Да. Сереженька упоминал это название несколько раз.

- Что именно он упоминал об этом месте?

- Мм, - женщина приподняла взгляд вверх, потом вбок и вниз, на стол. – Не могу вспомнить. Давненько это было.

Воронцов снова почувствовал какую-то подозрительную взаимосвязь и облокотившись одной рукой о столешницу, подался вперед. Протянул изображение, на котором была светловолосая девушка с прической под каре.

- Знаете ее?

- Нет.

- Что же так плохо-то… А название «Кафетерия» Вам о чем-нибудь говорит?

- Если на площади Александра Невского, то да. Мы туда иногда заходили. Там подают отличный кофе. Но это было давно. Может год назад.

- С сыном?

- С подругами. Но и с ним тоже, - Яковлева поправила плечики платья, убежавшие немного вперед. - Женщина, с которой я хорошо общалась и продолжаю общаться, раньше работала в Кафетерии. Вот и был повод заскочить.

- Значит, там он мог ее случайно встретить…

В этот раз вопросов стало больше, и Воронцов желал знать ответ на каждый из них. Причем не просто «да», которое не несло почти никакой полезной информации для следствия, а во всех подробностях.

- Что? – не расслышала женщина.

- Простите, мысли вслух, - сделав предположительные выводы, мужчина продолжил задавать необходимые вопросы:

- Как я уже спрашивал, Вы воспитывали Сергея в одиночку. Где его отец?

- Я не знаю, где он проживает. Мы не поддерживаем связь с момента моей беременности, - руки Надежды предательски затряслись.

- Что произошло? – Андрей словно делал подкоп.

- Отец Сережи женатый человек. На момент, когда я забеременела, не знала, что у него есть другая семья. Поэтому, как только все всплыло, мы разбежались. Но я все равно родила.

- Сергей общается с ним?

- Не думаю. Я не говорила сыну, кто он. Если он сам конечно не заявил о себе.

- Как его зовут?

Повисла напряженная пауза, которую Воронцову не терпелось разрушить. Когда допрашивая назвала инициалы, он впал в ступор. Мысли со скоростью света заносились в голове и превратились в кашу.

- Пожалуй, на сегодня достаточно. Можете быть свободны. Где находится выход, вы знаете, - Андрей глубоко вздохнул и поднялся.

Собрал разложенные материалы в папку и неуверенно вышел из комнаты.

За зеркалом все зашептались. Мужчина, записывающий диалог, выключил аппаратуру и присоединился к бурным обсуждениям. Один Виктор топтался с ноги на ногу в стороне и не понимал, что случилось.

Стажер пригладил волосы и выйдя из помещения, направился к кабинету отдела по расследованию ограблений. На вопрос «Что происходит?» ему никто не ответил. От чего он надеялся, что начальник раскроет все темные тайны имени. Увы, этого не случилось. Его попросту не оказалось на месте.

Молодой сотрудник уселся за свой стол и занялся документацией данного дела. Даже посмотрел информацию на отца преступника, но так и не понял, что все бросились мигом шептаться и обсуждать незнакомую ему личность. Никаких правовых нарушений за ним не числилось, и судебных разбирательств тоже. Совершенно чистенький.

- Отчего же он наделал столько шума? – любопытство так и грозилось в скором времени вылиться за края.

 В помещении витал слабый запах табака. Не выветрилось, потому что окна в кабинете наглухо постоянно закрыты. За солнечный день здесь напекает, как в парилке, но в пасмурный – самое то. Рядом стоявшие столы пустовали. Из восьми человек команды половина отдыхала за границей. Один в больнице и только трое на данный момент должны вести дело. Но того самого «третьего» в участке не намечалось уже несколько дней. Виктор боялся, что в ближайшие дни всю тяжкую работу возложат на него. Как же, мальчик на побегушках. Сходи туда, принеси то…

За день молодой сотрудник набегался на всю жизнь вперед. Зато выполнил все, о чем просил начальник.

Подруга Астаховой Анастасии ничего нового не сказала. И человека на фотографии она ни разу не встречала.

Соседи Яковлева тоже странные люди. Ничего не видели и не слышали, и вообще не знают кто такой. Или преступник странный. Живой призрак. Он как дух среди людей. С этой мыслью Виктор присвоил разыскиваемому первое в своей деятельности прозвище – призрак.

Тишину пронзил телефонный звонок. Сидоренко так погрузился в размышления, что неожиданный звук заставил невольно вздрогнуть. Сердце быстро заколотилось.

После короткого разговора, Виктор незамедлительно рванул из кабинета.

День вторника выдался мрачным. Небо бороздили темно-синие тучи. Временами закапывал дождь. Но сильного и затянувшегося ливня синоптики не обещали. Местами стояли лужи в неровностях асфальта и отражали окружающий их мир. Горожане суетились. Им тоже не нравилась подобная погода. Каждый спешил убраться из под открытого неба в сухое помещение. Будь это дом или работа, не важно. Лишь бы не текла вода за шиворот.

Частенько промелькивали пешеходы с зонтиками. Это лучше, чем стать промокшим насквозь.

По словам товарищей с первого этажа, Воронцов укатил на обед в забегаловку неподалеку. Виктор никогда не замечал, чтоб начальник питался вне своего кабинета, если появлялось на то время. И не удивительно, что забежав внутрь, там его не обнаружил. Надули господа сотрудники полиции. Или сам Андрей так им сказал? Разбираться не имело смысла.  Пустая трата времени и нервов. А их и без того потрачено немало на такой работе.

Виктор отыскал Воронцова на стоянке возле участка.

Мужчина сидел в автомобиле, но не заметил, как подошел к нему помощник. Он смотрел куда-то в одну точку. Полностью погрузился в мысли и не услышал, когда напарник постучал в окно и даже открыл дверцу.

- Андрей Павлович! Звонили с магазинчика Электроника, на Невском проспекте. Недалеко от станции метро Маяковская. Яковлев сейчас там и присматривает себе какой-то товар. Они задержат его, насколько смогут, но мы должны поторопиться, - протараторил Сидоренко. - Андрей Павлович! - он дотронулся до плеча водителя и слегка толкнул. Реакция не поступила.

Только с третьей попытки удалось достучаться до Воронцова. Когда следователь повернулся, и расслышал предоставленную информацию, немедленно завел машину. Виктор быстро уселся на переднее сиденье рядом с начальником.

 Они неслись по шоссе до места, где грабителя опознали. Дорога из-за периодического дождя сырая и скользкая. К счастью, по пути не попали ни в одну пробку. В обеденное время это обычное дело. Это немного ускорило передвижение.

Каждая секунда на счету. На то, что продавец сможет задержать преступника до их появления, рассчитывать не приходилось.

- Что они сказали? – потребовал подробности Андрей.

- Хозяин магазинчика случайно вышел из своего кабинета, и увидел, что продавец беседовал с покупателем. Но что-то в посетителе показалось ему очень знакомым. Он вспомнил про фото в новостях. Сказал, что заменит работника у кассы и попытается задержать до нашего приезда. Если удастся.

- Было бы не плохо, - согласился со сказанным начальник. – Вот еще что… Нужно бы расспросить подругу Надежды Осиповны, что работала в Кафетерии. Адрес и номер ее сотового телефона я записал на листке в папке с всеобщими допросами. Сделаешь?

- Да! – тут же принял новое задание стажер. - Андрей Павлович, что не так с мужчиной, о котором говорила допрашиваемая? – вернулся он к волнующему вопросу.

- Мм?

- С отцом Яковлева…

- А что с ним не так? – следователь пришел в замешательство.

Из-за непереваренной информации, плохо доходило, что пытался выяснить парень.

- Я проверил досье. Ничего подозрительного не нашел. К закону он ни разу не привлекался. От чего все зашушукались, как услышали его инициалы? Кто он вообще такой? – новичок приподнял руки ладонями вверх, развел в стороны и опустил.

- Уже приехали. Поговорим в участке, - водитель быстро перевел тему.

В его взгляде мелькнуло недовольство.

Вдоль тротуара тянулась полоса автомобилей. Из-за этого припарковаться у магазина возможности не оказалось.

Воронцов вырулил за поворот и въехал в первый, попавшийся двор. Когда пиликнуло, что сигнализация на машине включилась, двое вышли на Невский проспект.

Витрины расположились полосой от одного края квартала и до другого.  С противоположной стороны тоже самое. Зеркальное отражение городской суеты преследовало всех мимо проходящих. Несмотря на мрачную погоду, людей ходило много. Каждый шел по своим делам.

Сотрудники отдела по ограблениям издалека увидели здание с вывеской «Электроника», но не успели войти.

Стеклянная дверь распахнулась. На крыльцо вышел человек в черной кепке и спрятал в карман приобретенную покупку. Спустился по ступенькам, покрутил головой по сторонам и не спеша направился по тротуару. С каждым шагом удаляясь от полицейских.

- Это он?! – Андрей указал пальцем на уходящую фигуру.

Яковлев остановился. Повернул голову на крик и увидел новых знакомых. Его недоброжелатели несколько секунд бездействовали, ожидая следующих движений.

Преступник тоже строил предположительные версии и наблюдал за каждым жестом людей, в очередной раз севших ему на хвост.

И как только Сергей побежал, представители закона опомнились.

По улице разнесся целый ряд матерных слов, адресованных разыскиваемому, но ничто не заставило человека остановиться.

- Лови его! – разорался следователь, и толкнув напарника в сторону, побежал вперед. – Стой!

8 июля 2016 года.

 

- Астахова Анастасия Игоревна. Вот значит, как ее зовут. Надо же, - я пролистал паспорт и не обнаружив семейного положения, сунул во внутренний карман ее сумки.

На заставке мобильного телефона высветились часы. Двадцать два - четырнадцать. В вызовах больше десяти пропущенных от абонента «Мама». Нажав кнопку выключения, спрятал туда же, куда и документ.

Остальные вещи меня не интересовали. Помимо ключей, и косметики, ничего особо важного не имелось. Убрав котомку в платяной шкаф, стоявший у левой стены от двери, вышел из комнаты.

На кухне никого. Макс дрых на диване, небрежно завалившись на бок и закинув ногу на спинку.

Хороший друг, но порой вел себя, как скотина. Он прекрасно знал, что меня разыскивают, но не отвернулся, а даже помогал оставаться в тени.

Я вышел на веранду. Спустился по лестнице на первый этаж и пройдя почти пустующее большое помещение, двинулся в подвальный коридор. Здесь находилось две двери, но одну мне пришлось намертво на время запереть.

Я шагнул к левой. К ближней. Отодвинул шпингалет и вошел. Сырой запах ударил в нос. Несмотря на солнечную погоду, в помещении прохладно. И мрачно из-за маленького под потолком окна.

На полу, если его можно так назвать, лежала девушка.

Ее короткие светлые волосы закрывали лицо.  Желто-белое платье из легкой ткани местами запачкано. Кремовые босоножки на ногах. Руки связаны.

Я приблизился, присел.

- До сих пор не пришла в себя? - потрогал пульс. – Жива…  - убрал прядь волос за ухо, мешавших разглядеть лицо. – Она прекрасна, - скотч, конечно, портил весь вид, но я успел запечатлеть внешность до этого ужасного поступка.

То, что Настя не приходила в сознание, меня сильно беспокоило. Мало ли что с ее здоровьем. Возможно, необходима медицинская помощь, но вызвать врача я не мог. Новости на весь свет разгласили информацию о преступнике, то есть обо мне.

Быстро повяжут. А еще столько дел не сделано…

Поднявшись, пару минут постоял, наблюдая за неподвижным телом, развернулся и выйдя, защелкнул шпингалет на закрытой двери.

До конца суток еще не раз проверил ее состояние, но ничего не менялось. Она как будто спала.

 

***

9 июля 2016 года.

Бессонная ночь не на шутку утомила. Удалось вздремнуть только пару часов. Разлепив непослушные веки, поднялся с кровати. В доме стояла мертвая тишина. Почти на ощупь, босиком, вышел на кухню. Открыл холодильник. Отыскал охлажденный сок. Налил в стакан и с жуткой жаждой осушил его.

Глаза, несмотря ни на что, слипались. Шагнув по коридору, распахнул дверь в ванную, но вместо холодного душа, просто умылся. На смену решения повлияла мысль о Насте.

Я по-прежнему беспокоился из-за отсутствия ее сознания. Взглянул на собственное отражение. По ту сторону зеркала смотрел на меня молодой человек в белой майке. По подбородку стекали капли воды.

Он совершенно подавлен, как мне показалось. Хотя о чем я… Это же я. Да. Я расстроен и обеспокоен.

Закончив с самокопанием, покинул ванную комнату. Надел сланцы и вышел на веранду. Спустился в подвальный коридор.

Резиновые тапки предательски издавали противный шорох, выдавая мое движение. Остановился я у заветного помещения. Отодвинул защелку, и медленно приоткрыл дверь. Та издала недовольный плачущий звук.

- Еще не пришла в себя? – я не понимал, почему, и боялся, что без врача может не обойтись.

Подошел ближе. Присел. Поднес ладонь к ее носу. Дыхание присутствовало.

От правого глаза по лицу шла черная полоса растекшейся туши. Еще не успела высохнуть.

Когда я стал подниматься, в коленях затрещали суставы. Противно. Будто разваливаюсь, как дедок.

Значит, Настя уже пришла в себя, но обнаружив где и в каком положении находится, испугалась. Расплакалась. От чего косметика потекла, и оставила черные разводы.

Она пыталась притвориться, что до сих пор без сознания. Но сама того не зная, выдала истинные эмоции.

Я сделал глубокий вздох. Мне жаль. Но вернуться в прошлое и предотвратить подобное не являлось возможным. Со столь разрывающими душу мыслями, вышел из помещения и закрыл за собой скрипучую до жути дверь.

Теперь в списке планов появился пункт «Накормить пленницу». Девушка не ела ничего с момента, как оказалась в моих руках. С той минуты прошло уже больше шестнадцати часов. Возможно, и на работе перекусила она лишь в обед. От мыслей о еде, в животе громко заурчало.

- Макс! - только распахнув дверь в квартиру, крикнул я. – Где спинки от кровати, которая стоит в подвальной комнате?

Из зала вывалился толстопузый друг, шатаясь в разные стороны, будто с бодуна.

- Чего разорался?! Выходной же… - Веселов недовольно скривил рожу, потерев рукой помятую щеку, отправился вперед меня на кухню.

- И что с того, что выходной? – я отобрал у него наполненный соком стакан.

- Да че опять-то не так?! – всплеснул он руками.

Парень почесал голую ляжку. И отчаянно уселся на табурет. Только сейчас обратил внимание, что напарник в одних труселях. Пузо вывалилось. А ему не мешало бы спортом позаниматься…

- Спинки от кровати где? – сок мне его не нужен, но достучаться до субъекта маневр помог.

Поставил стакан на стол перед ним и вернулся к плану. Ждать, пока дружище расшатается, значит, ничего не сделать.

Из шкафа достал маленькую кастрюлю. Поставил в раковину, набрал холодной воды до половины. Включил газ, поместил посудину на плиту и сыпнув соли, закрыл крышкой. Я запланировал сварить макароны.

В холодильнике видел вареную колбасу. Может, на первый раз поесть Насте хватит…

Времени готовка отняла немного, но за этот промежуток Макс успел выпить напиток, одеться и отыскать части от кровати. Я закончил, положил на тарелку предварительно промытые и обжаренные макаронные изделия. Отрезал мясного, далеко не стопроцентного, продукта.

Сразу же после этого мы отправились в подвальное помещение.

- Ты не мог стащить один? Вроде около дела…

- Нет, не мог! – надулся толстяк. – Мне еще свой вес нести…

- Что правда, то правда, - рассмеялся я.

Иногда он как сказанет, хоть стой, хоть падай. На самом деле фразу, которую он озвучил про вес, произнес не подумав. Ему просто лень нести тяжелый предмет. Хотя спинка совсем не тяжелая.

- Теперь нужно идти за второй, балда!

Мы поставили ноги кровати перед входом. Я открыл защелку, намереваясь войти, но Макс направился за следующей, поэтому пришлось его догонять.

В комнату, толкнув дверь ногой, я вошел внутрь. В руках с железкой приблизился к стоявшей у стенки кровати. Веселов проследовал за мной.

- Поверни так, - петли спинок должны соединяться с крючками основания, где натянуто пружинистое дно. А из-за несерьезного отношения Макса к делу, шло все как-то через пятую точку.

- Да я это и делаю! – до другана плохо доходило, что я от него требую.

Он нервничал. Своим криком и поведением выдавал эмоции с потрохами.

- Аа! Какого черта! – заорал он, схватившись за придавленный указательный палец.

Спинку не удержало одно крепление и она повалилась на пол. Раздался громкий металлический звук. От него я немного съежился. Напарник покрыл матом весь мир, и меня, в том числе. За то, что заставил собирать кровать со времен первобытного человека.

У первобытных людей не существовало подобных удобств, но Макс обожал приукрашивать и преувеличивать. Это позволяло легко из мухи раздувать слона. Порой казалось, что передо мной не мужик, а баба.

Когда он успокоился, мы продолжили. Вскоре наши мучения вознаградились. В углу стояла собранная, пружинная кровать.

Белая краска на металле почти отпала, но на сон это не повлияет. Не хоромы… но лучше, чем на полу-то. Настя должна оценить мой поступок.

Я слегка улыбнулся.

Оставив ворчуна на страже, вернулся в квартиру, за бельем. Тюфяк пришлось снять у себя.

В перине спать хорошо, но соглашусь, три – это слишком жирно.

Уже в подвальном коридоре почувствовал запах табака.

- Не кури! – я повысил на друга голос.

Меня раздражало, когда дымили в помещении. Особенно, если это мой дом. И рядом с девушками. Тоже приводило в бешенство.

- Да я быстро, - затянулся Макс, но я уже разозлился.

- Я сказал не курить! Не видишь, что мы здесь не одни?! – бросив на кровать тюфяк с бельем, взглянул на друга.

- Все! Не курю, - поникнув, он зашагал к выходу.

Когда мне удосужилась возможность, остаться одному, хрястнул костяшками кулака об каменную стену. Стало больно, но я не издал ни малейшего звука.

Развернул тюфяк с заранее застеленным бельем и подошел к Насте. Присел на корточки. Проследил за ее реакцией на мое бездействие. Очень удивило, как эта хрупкая девушка держалась.

- Я знаю, что ты пришла в себя. Так что прекращай притворяться, - играть в молчанку быстро надоело.

Прекрасно заметил, как ее тело вздрогнуло, когда после длительной паузы, тишины вокруг, я произнес фразу. Разрушив ту самую напряженную атмосферу.

Ее веки медленно поползли вверх.

Я внимательно наблюдал. Она что-то попыталась сказать, но из-за липкой ленты на губах, наружу вырвалось только короткое мычание.

- Ах, точно… - протянув руку к скотчу, собрался избавить ее от невозможности говорить. – Обещаешь не кричать?

Настя состроила жалостливую гримасу, и я поверил. Медленно, чтобы было не больно, отклеил липучку и добавил:

- Если закричишь, приклею обратно! – сделал небольшую паузу, поднялся и протянул руку. - Я помогу тебе встать. Только без всяких глупостей! – Никогда не замечал ее буйства, но на все же предупредил, чтоб случайно не причинить вред.

Левой рукой я взял ее за предплечье. Слегка потянул вверх, правую просунул под ее тело.

Когда я подвел ее к кровати и достал из кармана нож, она сильно испугалась. Молила о пощаде. Глупая. Я всего лишь собрался перерезать скотч на запястьях.

Взял ее за левую ладонь. Прикосновение к ее пальцам вызвало у меня легкий трепет в душе. Улыбнувшись, на мгновение потупил взгляд в пол. Хорошо, что Настя от испуга не заметила подобных эмоций. Мысли полетели с космической скоростью. Мягче и искреннее вести себя, чем настоящий преступник, не позволял этот ужасный поступок.

От чего я снова надел маску грозного типа.

Притянув ближе к стене, положил ладонь на плечо. Этим жестом намекнул, чтоб она присела. Вскоре, на ее запястье красовались наручники.

- Так будет лучше для всех, - подергал за цепь. Таким образом проверил ее на надежность.

Сообщил, что поблизости нет ни души и крики бесполезны. После озвученного предупреждения мне стало стыдно смотреть молчаливой собеседнице в глаза. И я быстро покинул подвальное помещение.

Макароны остыли. Нагрел их в микроволновке и запряг друга отнести стол.

Четвероногого товарища он добыл на веранде. Пропустив Макса вперед, я медленно шагал следом с подносом в руках.

- Ставь ближе к кровати, - указал пальцем на конкретное место.

Когда стол вписался куда нужно, поставил еду перед пленницей.

- Ешь. Через недолго приду, заберу посуду, - и с последними словами покинул заточенную принцессу.

Спустя полчаса я вернулся проверить, поела ли она и заодно забрать поднос. Но Настя даже не притронулась.

Когда я поинтересовался, почему продолжает сидеть голодной, она лишь через плечо бросила недовольный взгляд. Возможно, подумала, что пища отравлена.

У нее есть все основания так считать. И я не мог покормить силой. Забрав поднос, повернулся к выходу. Но ее голос заставил остановиться.

Он прозвучал тихо и с придыханием. Так жалобно и пронизывая до глубины моей совести.

Она немного одумалась и попросила не уносить. Я не смел воспротивиться. И когда повернулся, увидел ее полные, слез глаза.

В душе все рвалось от причинения боли бедной девушке и от осознания, какой же я…

Заметив, как она ослабла, помог сесть. Шок тоже сильно повлиял на организм. Настя истощена не только физически, но и эмоционально.

Меня смущали черные полосы от растекшейся туши, поэтому подав вилку, я ушел за влажными салфетками.

Пленница от страха вжалась в спинку кровати, когда я вернулся и достав из упаковки мокрую тряпочку, потянулся к ее лицу.

Выглядела девушка, словно беззащитный котенок. Только защитить ее от себя и собственноручного плена не мог.

Это грозило мне свободой. Я должен адекватно оценивать свое положение.

Прежде чем уйти, поинтересовался, как ее зовут. Да, я прекрасно помнил ее имя, прочитанное в паспорте, но она не знала моего. А способ познакомиться являлся идеальным вариантом представиться.

Зачем я это делал? Не знаю. Скорее всего, когда все раскроется, Настя подаст на меня заявление. Но прежде, чем она это сделает, я должен закончить начатое.

Перед сном я еще раз заглянул в подвальное помещение.

Здесь довольно прохладно поздно вечером, несмотря на летние теплые ночи. Настя свернулась калачиком и чуть заметно тряслась. Замерзла. Одной простыни ей было совсем недостаточно. Тонкая ткань не согревала.

Я не мог на это смотреть. Сходил до квартиры и принес зимнее легкое одеяло. Укрыл, пряча под ним оголенные плечи. И какое-то время еще поприсутствовал в комнате, сторожа сон своей пленницы.

 

***

10 июля 2016 года.

 

С утра, я вернулся в город. Ждали неотложные дела.

От того, что преступника имени меня объявили во всеобщий розыск, прогуливаться без надобности по улицам стало глупо и опасно. Домой вернуться тоже не мог. Пришлось проводить время, где придется.

Это слишком волнительно и жутко. Множество людей знали, кто я и как выгляжу.

Все походило на дебют. Меня вытащили из темноты на обозрение, только не под звуки рукоплесканий, а осуждений и полицейских мигалок.

Отмахнувшись от столь печальных мыслей, вырулил на улицу Невского. Но парковаться не рискнул.

Автомобиль оставил подальше от Кафетерии. На всякий случай.

Погода продолжала радовать. Теплые лучи припекали словно огонь. От того, что одежда, кроме джинс вся черного цвета, становилось дурнее. Но снять ветровку и кепку, обнажив лицо каждому проходящему не посмел. Играть с полицией по их правилам шутки плохи. Вытерев капли пота со лба, зашел в здание кафе.

Внутри оказалось прохладнее благодаря кондиционерам. С утра народу, как обычно, мало.

Я прошел за свой любимый столик в углу и дождался, когда подойдет официанточка.

Она явилась почти сразу, держа в руках блокнот и ручку. Ее длинные кучерявые волосы зачастую падали на лицо, от чего она убирала их за ухо.

- Как обычно, кофе. И можно еще что-то с собой из второго? К примеру, макароны с чем-то?

- Есть печень в подливе, свиные котлеты… - начала перечислять работница, но я ее перебил.

- Что-нибудь такое быстрое. У меня нет времени долго ждать, - на самом деле боялся, что она сообщит о моем присутствии полиции.

Этого мне хотелось меньше всего. Место, где я бывал чаще, тоже, как и все остальные, стало ненадежным.

- Колбаса, - предложила блондиночка.

- Самое оно.

Ничего больше не сказав, девушка ушла. Во время ожидания развернул газету, лежавшую на столе. Первая страница посвящена вчерашнему ограблению. Много шума…

Не то чтобы я боялся всей этой заварухи, но будучи далеким от ведения следствия, прекрасно представлял, долго быть незамеченным не смогу. Особенно когда все узнали меня в лицо.

От круговорота размышлений отвлекла официантка. Она принесла крепкий, бодрящий кофе. А так же небольшой одноразовый контейнер с порцией макарон с колбасой. Достав из кармана две сотни, расплатился.

- Сдачи не нужно.

Девушка улыбнулась и развернувшись, удалилась к стойке обслуживания, оставив меня наедине с бумажным собеседником.

Аромат с горчинкой увлек за собой и пока чашка не опустела, не двинулся с места.

Хлопнула входная дверь Кафетерии. Я загнул угол газеты, чтоб взглянуть на посетителя и увидел двоих мужчин. Один из них, полный и слегка поседевший, вооружен. Второй показался на побегушках.

- Вон он! – крикнул тот самый, высокий, спортивного телосложения парень и направил указательный палец в мою сторону.

А полиция зря время не просиживала. Как они только узнали, что я здесь? Хотя, ничего удивительного. Любой из присутствующих мог выдать.

Я засунул контейнер в карман. Он небольшой, поэтому без проблем поместился. Порция макарон в нем правда тоже соответствующая – мизерная. Можно ли этим насытиться?

Свернул газету и положил на стол. Приподнял ворот ветровки. Так нижнюю часть лица немного скрывало. Встал, посмотрел на перекрытый вход.

Выйти в те двери мне уже не светило.

Арка, разделяющая помещение на две половины находилась посередине. Слева стойка, справа стол, за которым я все время отдыхал.

Путь спасения оказался гораздо ближе, чем до него от полицейских.

Я не знал, есть ли там запасной вход, или буду загнан в тупик. Но рискнуть стоило. Кухня Кафетерии, словно приглашая, напомнила о себе. Оттуда выглянул поваренок.

Уставившись в пол, шагнул к желанной свободе. Незнакомцы двинулись на встречу.

- Попался?! – грозно и громко обратился полный мужчина ко мне.

Многие посетители обернулись на нас. Или на толстяка. Я бы тоже так сделал, будь на их месте.

Девушки тут же спрятались за прилавок. Они шептались, ожидая следующего моего шага или действия полиции. Бесспорно, у них прекрасный повод для обсуждения.

Слово, кинутое в мою сторону, я проигнорировал. Совершенно не видел смысла отвечать тому, у кого на меня зуб. Да еще какой… Размером во всю страну. По его взгляду почувствовал, что он хотел не только надеть на меня наручники, но и растоптать…

Тянуть время дальше стало совершенно лишним. Я приподнял руку и наклонив край металлического подноса, кувырнул содержимое на полного мужчину. Он наверняка пользовался авторитетом у второго. Предположительно, приказ поймать меня поступит от него.

Не дожидаясь реакции, нырнул в проем арки, завешанной кофейного цвета шторами. По залу раздались звуки бьющегося стекла, вскрики работниц и громкоголосый рев.

- Че встал, живо за ним!

Я пробежал мимо столов, раковин и плит. Вывернул к рядам с посудой, и прямо за полками оказалась нужная дверь.

Вздохнув глоток теплого, но с запахом свободы воздуха, я побежал прочь.  Выскочив из внутреннего двора здания, я повернул направо и двинулся вдоль улицы. Пешеходов здесь почти не появлялось. Может от того, что воскресное утро? Благодаря этому никто не сбивал с ног и не замедлял бег. Но и скрыться в толпе не имелось возможности.

Пробежав один квартал, обернулся. Длинноногий полицейский преследовал и отставал лишь на метров пять.

«Если ничего не сделать, догонит», - и как назло, ничего не попадалось по пути. Ни поворотов, ни хлама, что можно бросить под ноги.

По лицу текло тремя ручьями. Под ветровкой целая баня. Пробежав еще один квартал, я оглянулся. Позади первого, хвостиком, мелькал толстопузый мужик. Чуть не споткнувшись, я быстро уставился на дорогу. Впереди возвышалась небольшая кладка деревянных ящиков возле входа в магазин.

На проезжую часть выбежать не на зеленый цвет, значит оказаться сбитым.

Не останавливаясь, перепрыгнул через преграду и резко затормозил. Я схватил обеими руками самый верхний ящик и кинул в мента, сильно сократившего промежуток между нами. Тонкие деревянные дощечки разлетелись, ударившись о выставленные локти.

Развернувшись, снова побежал. Миновав очередной квартал, увидел, как из здания рабочие выносят стекло, и только-только успел проскочить. Слегка задел мужика, несущего предмет, но не на меня, ни на него это не повлияло. Еще поднажав, я пустился наутек. В душе теплилась надежда, что очередная преграда притормозит преследователей хотя бы на несколько секунд, и я успел бы завернуть за угол.

Раздался выстрел. Я присел. Схватился за голову, закрывая от надвигающейся опасности. Обернулся. Но на асфальте лежали обрывки воздушного шара. Поблизости рыдал парнишка, которого вела за руку мать. А там, где шумели реставраторы, на тротуаре сидел длинноногий парень. Он вцепился в ногу. Деталей я не успел разглядеть, так как к нему подлетел толстяк и помчался вперед, навстречу мне.

Я кинулся прочь. Конец очередного квартала заполнил народ. Не удивительно. Зебра и автобусная остановка поблизости. Бросившись в толпу, мне удалось с ней слиться и перебраться на следующий линию тротуара.

Раздался грохот. Не понял, что это прозвучало, но не рискнул остановиться и посмотреть. Люди завизжали и бросились врассыпную. Только по поведению пешеходов, осознал - кто-то выстрелил.

Вариантов не много. Это точно сделал полицейский. Тот толстяк, что тащился позади всех.

- Стой, говорю! – до ушей донеслись угрозы. – Стрелять буду! – я испугался.

Резко затормозил и обернулся, но за моей спиной, из-за поворота выехал автобус. Водитель которого подарил шанс удрать от полицейского, и я это сделал.

Видел через щелку, как представитель закона шастал по улице в поисках. Он не один раз прошел мимо, но даже не догадался заглянуть в большой, мусорный контейнер. Фу-у. Так-кая га-адость. Но это единственное место, куда я мог за считанные секунды спрятаться.

Железная коробка под отходы стояла на углу здания, откуда в решающий момент выехал общественный транспорт.

Когда все утихло и люди снова заполонили тротуар, я вылез. Пешеходы косо смотрели в мою сторону. Неудивительно. Разило от меня помойкой за несколько метров. К тому же, одежда пропиталась потом. Отвратительный запах.

Вернувшись к машине, скинул с себя грязную ветровку. Порылся в кармане.

- И жрачку потерял, - я немного расстроился по этому поводу.

Возникли сложности в приобретении различных товаров. Сейчас хоть куда зайди, везде могут узнать.

Вместо планов, пришлось гораздо раньше вернуться в дом за городом. Дорога проходила мимо деревни, выстроенной вдоль проезжей части.

Первым делом я направился проверить Настю. Все-таки уже подошло время к обеду. Накормил ли ее утром Макс?

Множество вопросов сбежали из головы сразу, как услышал всхлипы, доносившиеся из комнаты, где временно находилась пленница.

Я рванул внутрь, и увидел ужасающую картину.

Макс сидел на ногах девушки, лапая ее тело своими граблями. И довольно ухмылялся. Он жадно смотрел на ее обнаженные ноги. Я прекрасно знал дальнейшие действия. В его взгляде было что-то еще, кроме похоти...

- Какого черта ты творишь?! – мой разум помутился из-за злости.

Подбежал и схватив за шиворот, окинул назад. Тот пошатнулся, но выдержал равновесие.

Я горел желанием размазать его по стенке. Кулаки сжались, будто сами по себе. Но поскольку он являлся моим другом, не смог этого сделать. Да и травмировать дополнительно девушку дракой, не хотелось.

- Вали отсюда! - пригрозил, замахнувшись рукой. - Живо! – посмотрел ему прямо в глаза. С яростью.

Макс, как трус, быстро опустил веки.

- Я с тобой еще потом поговорю! – продолжал обращаться к нему, но взглянул на Настю. Она вздрагивала от криков.

Дальше до друга дошли мои намерения. Он развернулся и выбежал из комнаты, поджав хвост.

- Ты в порядке? – я поинтересовался у девушки, но и так прекрасно видел, что нет.

Поднял с пола одеяло, отряхнул. Собрался укрыть, но пленница забилась в угол. Поэтому просто положил рядом.

Она сама медленно вытянула руку и потянула на себя. Пальцы выглядели посиневшими.

Это невыносимо. Совершенно не мог смотреть на пострадавшую девушку. Хоть в случившемся и не моя вина, я становился соучастником автоматически.

Настя находилась в заточении только три дня, один из которых провела в отключке. А мне уже второй раз довелось увидеть ее слезы.

Болван! Нельзя было оставлять наедине с этим озабоченным парнем.

Душа рвалась на части. Совершенно не знал, как помочь и успокоить, когда Настя даже не давала прикоснуться. А так хотелось вытереть с лица хрустальные ручейки. Прижать. Погладить по спине…

Возможно, вода смогла бы немного привести девушку чувство, и поднявшись, вышел из комнаты. Чтоб налить стакан охлажденной минералки.

Уверен, она возненавидела меня еще больше. И правильно сделала. Я бы тоже себя за такое возненавидел.

Пугала та мысль, что наладить контакт теперь уже не получится.

Я будто упал и разбился…

12 июля 2016 года. На пятый день после похищения.

 

- Зачем меня похитили, - повторила я, не дождавшись ответа.

Мужчина напротив убрал руки под стол и склонил голову. Будто приносил извинения.

- Так получилось… - снова повисла мучительная пауза.

Я нажала на кнопку вызова на устройстве. У похитителя что-то запиликало. Он извлек из кармана небольшой приборчик, отключил звук и потупив взгляд, неуверенно покрутил предмет в руках.

Через минуту снова нажала. Удушающая тишина вынуждала что-то делать.

Обратив внимание на повторно сработавший сигнал, преступник поднял глаза на мое лицо.

Появился удачный момент для продолжения.

- Что Вы получите, держа меня взаперти? Выкуп? – набралась храбрости на столь тяжелые вопросы. - Или убить? – я испугалась собственных слов. По телу побежали мурашки. – А может, хотите заставить работать девушкой по вызову? – последнее даже противнее, чем мысль о смерти.

- Ни одно из них… - мужчина резко вскочил из-за стола.

Вряд ли собеседник это заметил, но я вздрогнула и отклонилась назад. А он приблизился и посмотрел сверху вниз пронизывающим взглядом. Будто читал каждую мысль, блуждающую в моей голове. Совершенно не знала, чего ожидать…

- Тогда что? – еще одна попытка услышать желанный ответ. Вот только, будет ли он таковым?

Преступник наклонился. Его лицо стало так близко, что ощутила дыхание. Сердце на миг остановилось. Я забыла, что нужно дышать. И зайдясь кашлем, отвернулась.

Избавив себя от возможности видеть действия похитителя, почувствовала прикосновение к уху. Нервно сглотнула.

Время предательски поползло, как черепаха. Стоявший рядом, изматывая ожиданием, коснулся плеча.

По телу пробежала очередная волна мурашек и паники, засевшей внутри с момента похищения.

- Молчание, - прозвучало совсем тихо, и будто издевательски.

-  М-м? – я повернулась. Смысл сказанного слова для меня в этот миг стал таким далеким.

Вновь его лицо. Оно так близко... Очень близко.

Тут же опустила взгляд, не осмелившись посмотреть в глаза. Но вместо этого застряла на губах. Я растерялась. Забыла что ждала разъяснения.

Его уста… такие… что захотелось прикоснуться.

Человек, загнавший меня в ужас, и заставивший испытать странное желание, резко отпрянул. А я взглядом последовала за ним.

- От тебя мне необходимо только молчание, - преступник исчерпывающе озвучил ответ, который на время стал не нужным. Моя голова заполнилась другой мыслью.

Когда обратила внимание, что он сверлит во мне дыру, отвернулась и уставилась в чашку, из которой поднимался слегка заметный пар.

- Перестань выкать. Мне не нравится, - мужчина стоял позади. Что он делал, было не видно. – Зови просто Сережей.

- Мне неловко, - обрезала я и посмотрела на собеседника.

- Вот я балда! – повернулся ко мне лицом. – Я же есть тебе там снес. А сам чаевничать заставил… - он сделал глубокий вздох, и с энтузиазмом хлопнув в ладоши, добавил, что все исправит.

Схватив за запястье, потащил к выходу.

Возвращение на свое мрачное место заточения, заставило меня съежиться и вернуться к печальным мыслям. На руке снова крепко засели наручники. От металла немного холодило кожу.

Преступник забрал остывшую еду и покинул подвальное помещение.

Побывать в квартире было приятно и так по-домашнему. Захотелось домой. К маме. Она там, наверное, извелась вся от неизвестности и навела шумиху. Возможно, обратилась в полицию… Но время шло, будто никто не искал меня. Или этого мало для раскрытия дела и поиска человека. Верно! Недостаточно! Еще все впереди. А может, просто похититель хорошо спрятался…

Незакрытая дверь немного качнулась, отскрипев нервирующую мелодию. Запустила внутрь помещения мужчину с подносом. Он вынырнул из-за картонного замка и приблизился.

- Вот. И секундочку. Сейчас вернусь, - и снова оставил наедине, но в этот раз с горячей пищей.

Чаю в уютной обстановке попить не удалось, хоть поесть. Набить желудок и завалиться на боковую.

Вернулся преступник с лампой в руках и удлинителем. Закинул провод за гору коробок и пристроил на стол светильник.

- Вуаля! Теперь можно читать книги до самой глубокой ночи, - на радостях сообщил, включив свет.

Оседающая вечерняя темнота расступилась. Стало, будто немного теплее. Хоть на самом деле искусственное освещение ни капли не грело.

- У меня пока есть кое-какие дела, поэтому посиди тут. А когда вернусь, заберу тебя обратно в квартиру и начнем заниматься подготовкой вечернего банкета, - что такого могло произойти за время не состоявшегося чаепития, что хозяин дома так расцвел? С его лица не сходила улыбка.

Я успела освободить посуду. И похититель, покидая меня в очередной раз, забрал поднос с собой. Проревела дверь, клацнул шпингалет.  По ту сторону доносились шаги, удаляющиеся по направлению к лестнице.

Очень скоро прогудел автомобиль, покидающий территорию замка-заточителя. Слышно его было тихо, но звук различимый. Особенно от подвальной тишины.

В одиночестве время тянулось долго. И скрасить его помогла книга про Анжелику. Такие страсти, такая любовь… Аж обзавидовалась. Прочесть успела порядком листов пятьдесят. Отвлеклась, когда из рук вытащили охватившее разум чтиво. Зачиталась так, что страницы перелистывала одну задругой, и не заметила присутствия в комнате постороннего человека.

Передо мной стоял знакомый мужчина. Длинноногий преступник.

- А я смотрю, ты зачиталась, он заглянул в книгу. - Один только раз. Потом я уеду... Ты не хочешь? Ты больше не любишь меня? – прочел с интонацией. – Похоже на разгар страстей.

Он почесал подбородок, и закрыв первую из серии книг, положил на стол.

- Романы для женщин. Мне этого не понять, - последнее предложение прозвучало протяжно. - Пойдем, отдых закончился, - и снял оковы.

На огромной веранде мы остановились. Пристегнув меня к перилам, похититель умчался на улицу. На бегу кинув фразу:

- Мне нужно кое-что из машины забрать. Побудь здесь.

Дверь хлопнула.

- Приковал, а еще просит никуда не уходить, - я недовольно хмыкнула. – Будто я с этим добром, - потрясла железом на руке. – Могу взять и уйти. При всем желании не сбежишь. Какой же он гад, предусмотрительный. Аж бесит.

Пищало много комарья и они как вампиры, с голодного острова налетали на бедную жертву. Отмахивание одной ладонью не помогало. В загородное место неплохо было бы прихватить штаны и кофту с рукавами. А где, кстати, моя черная кофта?

Память с момента перед похищением, обрывками вернулась.

Вспомнилась не только имевшая при себе одежда, но и сумка, телефон и документы.

- А где мои вещи? - поинтересовалась я, когда мужчина показался в дверях.

Он нес бумажный пакет. Имениннику уже надарили подарков…

- У меня, но тебе они пока не нужны, - сказал, как отрезал.

- Там была кофта?

- Да. Тебе она нужна? Жара невыносимая стоит, - он посмотрел на меня с глубочайшим удивлением. Наверное, не ожидал, что я вспомню про нее.

В стрессовом состоянии и не вспоминала, но сейчас накал ужасов сбавил немного обороты. И отношение не походило на фильм, что я просмотрела накануне своего похищения.

- Нужна. Меня заели, - честно призналась я. Но и без объяснений заметны по ногам и рукам прыщи и царапины.

- А раньше не говорила… В подвальном помещении их наверное навалом… - последнее он произнес явно сам себе.

Мужчина притворился дурачком или действительно не видел там комаров? Странный тип.

- По Ваше… твоему, я могла осмелиться?

- Я ни разу не сделал тебе больно и не грозился причинением ее. Чем я заставил бояться излагать собственные мысли или желания?

- Ты меня похитил! – предъявленный факт прочертил грань между нами, и хозяин дома притормозил с ответом.

Он поставил пакет на ступеньку лестницы и отойдя немного, отвернулся. Преступник задумчиво смотрел в загрязненное окно. Скорее всего, искал лучший вариант удара на предъяву.

- Как я уже говорил, - мужчина начал издалека. – Так вышло, - повернувшись, приблизился и коснулся моего плеча. – Это не было планом.

- А что заставило включить в план похищение человека? Полиция? Которая искала тебя по всему подземному переходу? – я почувствовала внутри злость и засевшую обиду.

- Отчасти. Но больше на это повлияло другое безысходное положение. Но пока тебе о нем знать не следует, - он скрыл причину.

И от этого мне становилось еще дурнее. Причина... Причина… Причина… Отсутствие логического решения данной задачи.

Уже в который раз занялась подбором подходящих ситуаций, состыковывая с произошедшим. В отличие от стоявшего напротив, я в то время находилась в отключке и не знала, что творилось. От чего будто бы не участвовала в этом происшествии. Чертова усталость.

Помнится, легла поздно, проснулась рано. Еще и вымоталась за целый день. И неделя прошла в напряжении. Подготовка к отчету. Сплошной недосып. Стресс для организма.

Последнее, что всплывало перед глазами, это шумное метро. Встреча с грабителем, объявленным в розыск, ударила по трезвым мыслям, вогнав в панику. Я ринулась в толпу. Поток людей от прибывшего поезда мчался к дверям, словно ураган, сбивая с ног.

Голова закружилась, все помутнело. Мир расплывался, погружаясь в не просветную массу темного цвета.

Если вернусь домой живой и невредимой, так себя перегружать больше не стану. Это ад. Терять сознание в многолюдном месте. Затопчут нафиг.

- Некогда вспоминать прошлое, - прервал меня собеседник. – Если захочешь, можем продолжить после праздника, когда гости разойдутся. С глазу на глаз. Один на один.

Он отстегнул наручники от перил, и от руки. Убрал их в карман, поднял пакет, и потянув меня за запястье, шагнул по лестнице вверх.

Первым делом я напросилась в душ, перед тем, как заняться приготовлениями. Надеялась, не откажут.

Здесь чувствовала себя гораздо комфортнее, забывая, что нахожусь в заточении у огнедышащего дракона.

За этот день он предстал с гостеприимной стороны. И был совсем незлым подобием своих товарищей-преступников. А наоборот, добрым и дружелюбным. 

В ванной комнате тоже не оказалось лазейки для побега. Меня привезли в такое место, где заранее все распланировали. Отсутствие доступных открывашек, жилых домов и людей поблизости.

Ни сбежать, ни докричаться, и не спастись… Даже от собственных, порой приводящих в ужас, мыслей. 

Как себя вел длинноногий, сложно было понять. Для чего он меня похитил? Осторожно и бережно. Не причиняя вред, и защищая от внешних бед. Но от единственной беды, которой я мечтала избавиться, как можно быстрее – это от него. Но он не мог этого сделать. Либо не желал.

Мысль о том, что я застряла в этом мрачном месте, на цепи, неизвестное количество дней, погружала в безумие.

Если бы не оправилась так поздно домой с работы, смогла избежать этой участи. И всегда появлялось большое «Но». Прошлое - вещь невозвратимая.

- Все хорошо, все будет хорошо! – повторила шепотом и включила воду в душевине.

Как только я вышла, натянув на обратно запачканное желто-белое платье, или бело-желтое, мужчины занялись подготовкой помещения к вечеринке. В гостиной разложили стол, края которого доставали до обоих диванов. Один находился по центру левой стены, другой у окна, напротив входа. Слева тянулся ряд шкафов с полкой для телевизора. На ней красовался плазменный монитор. Тут же лежала беспроводная мышь и клавиатура. Одним словом, современные технологии. От стола до шкафов оставалось прилично места, поэтому стулья и пуфики выстроились углом.

Украшением были праздничные гирлянды, шарики и подобная мелочь.

Дальше накрытие стола. Скатерть, тарелки, бокалы, приборы, салфетки. Кулинария. Ею занимался исключительно хозяин. Потому что хорошо готовил. Я лишь вертелась рядом и все пробовала, пока не получила ложкой по рукам.

За весь день мужчина спустил мне столько шалостей, что на какое-то время забылась и вела себя, как с другом.

За четыре дня жизни в заточении я немного привыкла к нему. А будто прошло сорок. Временами казалось, он всего лишь прячется за маской преступного человека, а в душе добрый и заботливый. Но тогда как объяснить факт похищения? Что могло сподвигнуть на такой поступок?

В раздумьях не заметила, как работнички разделались с подготовкой и проверяли музыкальную акустику.

Когда все было готово для предстоящего праздника, Сергей позвал меня в комнату, что находилась за кухней.

После просьбы, называть его по имени, я впервые произнесла это. Пусть, мысленно, и никто не слышал…

Помещение не большое. Умещались только кровать у окна справа, слева шкаф, напротив диван. Он целиком завален какими-то тряпками. Белая тюль развивалась. С ней играл ветер, врывающийся порывами в открытую створку.

Мужчина извлек из шкафа картонную коробку, большую, но не высокую. Следом за ней еще одну, похожую на обувную. И наконец третью, маленькую.

- Приоденься. Ребята не правильно поймут, если ты останешься в таком одеянии, - он вышел, не позволив возмутиться, закрыл за собой дверь.

А как будто я виновата в том, что у меня такой вид…

В самой нижней лежало платье. Развернула и посмотрела фасон. Розовое. Легкое. Как раз по сезону. Верх обшит кружевной тканью. На поясе черная лента. В обувной белые туфли. А в последней – косметика.

Какой расчетливый. Все предугадал. А вещи наверняка его девушки… Хотя, выглядят, как новые. Но бирок нет. Наверное, одевали только раз. Да и какая разница. Все равно не из чего выбирать.

Я быстро надела, накрасилась и вышла. Преступник ожидал там, сидя за столом. Уже приодевшийся.

Бежевые брюки и белая рубашка с коротким рукавом. Она облегала тело. Первые две пуговицы расстегнуты. Шикарно!

Я немного залипла на его внешности по случаю торжества. Во что он одевался повседневно, не сравнится с этим. Сразу стал таким элегантным и чуточку сексуальным.

- Тебе идет это платье, - преступник поднялся и шагнул в коридор, встречать гостей.

- Сам выбирал, сам и оценил, - буркнула себе под нос и поплелась следом.

Народу пришло прилично. Парни, девушки, даже несколько взрослых пар пожаловало в гости к имениннику в такой день. Наверное, местные. С деревни, что находилась поблизости.

Праздничный вечер начался с бурного застолья. Поздравления, подарки, звон бокалов и тосты на разную тему в честь виновника торжества.

Похититель встал. Поднял фужер и вместо долгих фраз сообщил:

- Друзья, всем спасибо, что пришли. Я очень рад всех видеть. Но речь пойдет не об этом, - сделав короткую паузу, посмотрел на меня. – Это Настя. Моя девушка. Прошу любить и жаловать. – положил ладонь на мое плечо и улыбнулся. – Если обидите ее, будете иметь дело со мной…

Гости засмеялись. Вот гад! Вертел, как хотел…

Спустя час, все весело обсуждали какой-то общий момент из жизни. Мне стало скучно. Поговорить не с кем… Сидящий рядом хозяин, только иногда бросал взгляд и надолго не задерживался.

Я собралась пройтись по квартире, посмотреть, что и как, но когда поднялась, меня тут же дернули за руку. Приказывая сесть на место.

Разговаривать с толпой не являясь настоящим гостем и другом имениннику, не осмелилась.

От тоски, бокал быстро опустел. Бросив взгляд на стол в поисках бутылки, наткнулась на виноград. Своровав пару ягодок, потянулась за находкой в стеклянном сосуде.

- Убери руку, - треснул по ладони преступник. Я скривила недовольную гримасу, но приказу подчинилась. – Сам налью, - и незамедлительно обслужил, наполнив фужер до половины.

Я из тех, кто пьет редко, но метко. И вскоре меня слегка накрыло. Тело отяжелело. В голове закружился хмель. Ступни и кисти стали ватными.

Где-то, глубоко внутри, запротестовала обида. Она извивалась и огрызалась. Хотела вырваться наружу.

И лишь, когда мне отказали в дополнительной дозе градусов. Отвесив фразу, что девушкам много пить не красиво. Не выдержала, закипела, и вскочив, выпалила:

- Я тоже хочу общаться, а не сидеть истуканом и смотреть, как все обсуждают прошедший день. А коль ты со мной не собираешься разговаривать и отвлекать от одиночества, тогда наливай! Я буду пить и молчать! Как тебе надобно… - махнула рукой по направлению красующейся зеленой бутылки. – И вообще, никакая я тебе не девушка! – навела на похитителя указательный палец, а после повернулась к гостям, слушающим мою, не к месту, речь. – Он меня похитил, и держит взаперти уже четыре дня! – хозяин дернул за запястье, призывая успокоится, но я настроилась враждебно.

Друзья и знакомые именинника с сомнениями переглянулись. Некоторые зашептались, другие пожали плечами. Но в итоге все хором засмеялись. Вот глупые! Не поверили. Решили, что много выпила...

Хотя, совсем не много. И совершенно трезвая, как стеклышко.

Когда я, хрупкая жертва, воспротивилась и не повиновалась желанию, мужчина встал. Силой надавил на плечо. Мое тяжелое тело быстро и послушно опустилось. Наполнил бокал до краев и вручил.

- Смотри не подавись, милая, - шепотом произнес он сквозь зубы, угодив в самый лучший момент.

Только с наслаждением удалось отхлебнуть алкоголя и прикрыть от удовольствия глаза. Молча радуясь победе. А из-за услышанной фразы, крепкий напиток встал поперек горла, и я зашлась кашлем. От чего получила несколько, довольно сильных хлопков по спине. Место ударов зажгло. Это выглядело, как месть за сказанные мной слова. И за нарушенное обещание.

Когда вечер близился к ночи и присутствующие выползли из-за стола, пристроившись, кто где, я прогулялась по квартире.

Выпила за весь вечер пару бокалов красного вина. Довольно недурного на вкус. Явно из ряда дорогих и долголетних. А может вовсе и не два, а три или четыре. Мое тело слегка штормило. Чуточку вправо, чуточку влево, пока опорой не стал облюбовавший косяк между залом и коридором.

Громкая музыка стучала по голове, будто барабанными палочками – бум-бум-бум. Цветные мигающие лампочки, сменяющиеся то на синий, то на красный, то на фиолетовый. В глазах от этого все плыло.

Вокруг находились совершенно чужие люди. Среди которых чувствовала себя белой вороной. Неинтересной и одинокой. И абсолютно свободной тоже.

- Ик!

Лишь одного взгляда мне удалось удостоиться за весь вечер. Навязчивого и контролирующего.

Обладатель его, как барин, сидел посередине дивана, стоявшего у окна. Компанию составляли дамы. Они извивались перед ним. Пытались привлечь внимание, но все тщетно. Мужчина ни на секунду не отвлекался.

Я отмахнулась от этой навязчивости, словно отогнав насекомых. Прошла в гостиную, и усевшись на край пуфика, нашла счастливую бутылку.

Обслужив саму себя, поскольку джентльменов из многочисленных гостей не соискалось, поднесла бокал к губам. Сделала глоток, и громко икнув, оглянулась.

Нет, через такой шум не только икоту никто не услышит, но и выстрелов.

Глаза норовились закрыться, но я с новыми силами распахивала их, казалось, шире, чем раньше.

Во время борьбы с сонливостью, на соседний пуфик присел мужчина. На вид старше лет на десять. В очках. Длинная челка падала на бок. Из-за вечно сменяющегося оттенка света, не определила, блондин или рыжий.

Он мило улыбался, что-то говорил без умолку. Подлил в почти опустевший бокал вина, и придвинув свое сидячее место, пустил в ход руки.

Я почувствовала, как с талии пальцы незнакомца поползли вниз. Недовольный взгляд ничуть не возмутил обнаглевшего гостя. Только еще больше добавил азарта. 

Избавившись от алюминиевой банки пива, нахал полез целоваться. Увернувшись от губ пьяного мужика я отвернулась, увидела возле нас хозяина дома.

- Мгхм, - недоверчиво посмотрел на меня и похлопал домогателя по плечу.

Когда очкарик сообразил, что его мягко попросили не беспокоить даму и освободить место, быстро исчез.

Но именинник даже не присел, не составил компанию. А вернулся на излюбленный диван к парочке разукрашенных девиц.

- Пфф. Больно надо…, - с хрустальным бокалом, наполненным на половину, вышла в коридор.

Там тусовалось несколько человек. Музыка перекрикивала все разговоры, но они явно что-то обсуждали.

У входных дверей никто не стоял, не охранял. Я обернулась с проверкой, но все увлечены своими компаниями.

Неуверенно сделала шаг. Снова посмотрела в проем гостиной и кухни. Ни жирдяя, ни длинноногого в поле зрения не оказалось.

Хоть на горизонте побега все чисто, меня охватила паника и паранойя, что за мной следят. И мне никуда не скрыться.

Следующий шаг. Проверка. Никого. Еще один. И повтор действий пару раз. Но после с уверенностью кинулась к двери. Достигнув цели, схватилась за ручку. В душе все затрепетало.

От свободы меня разделял, лишь прямоугольный кусок металла. Но я медлила.

Боялась той неизвестности, где окажусь, когда покину обитель похитителя.

И пересилив противоречивые чувства, повернув ручку, дернула на себя. С веранды подуло вечерней прохладой. Не успев раскрыть шире и выскочить наружу, как тяжелая дверь с грохотом захлопнулась. А на уровне глаз, в железную преграду упиралась мужская ладонь.

Я вздрогнула, перевела дух и медленно повернула голову, чтоб посмотреть на ее обладателя.

ТЕЛЕГРАМ

Канал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками

Книжный Вестник

Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)

Поиск книг

Свежие любовные романы в удобных форматах

Любовные романы

Детективы и триллеры, все новинки

Детективы

Фантастика и фэнтези, все новинки

Фантастика

Отборные классические книги

Классика
ВКОНТАКТЕ

Цитаты, афоризмы, стихи, книжные подборки, обсуждения и многое другое

Книжный Вестник
БИБЛИОТЕКИ

Библиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории

Любовные романы

Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров

Фантастика

Самые популярные книги в формате фб2

Топ фб2 книги