Демоны не умеют любить

1.1.

Льен оторвался от небольшого монитора компьютера и взглянул в окно как раз вовремя, чтобы заметить, как изящный темноволосый юноша выходит из двери их основного здания.

Тиан… Здесь его знали как Этьена. Этьен Корш — так звучало его имя в списках студентов второго курса факультета социальных наук Пражского университета. Француз, приехавший на учебу в Прагу. А почему бы и нет?

При виде юноши Льен ощутил, как внутри него разливается тепло. Он был рад его видеть, рад знать, что у него все в порядке.

А что это за белобрысый парень вышел вместе с Тианом? Переговариваясь и смеясь, они вместе пошли в сторону строгого серо-зеленого моста Легии. Льен присмотрелся, но не смог его вспомнить. Он встал из-за стола своего рабочего кабинета на первом этаже, подошел к высокому эркерному окну и успел дотянуться до парня тонким сканирующим лучом. “Человек… Ладно, судя по всему, он не опасен. Должен же Тиан обзавестись приятелями. А тебе стоит перестать напрягаться из-за каждой ерунды.”

Льен вернулся к столу и вновь уставился в монитор: у него была своя задача, ради которой он и занял этот кабинет. Мужчина быстро ввел в поисковую строку запрос: “Аномальные пожары в Европе за последний месяц” и стал изучать выпавшие списком строчки. Скользнул взглядом по заголовкам и еще раз подумал, что Интернет стал, пожалуй, самым гениальным людским изобретением в двадцатом веке. Хотя Вычислительный центр Пражского университета был не самым лучшим, да и собрания книг он встречал и побогаче, чем в здешней библиотеке, все же место было неплохое. 

Когда Льен попал в Прагу, он сразу подготовил себе место лаборанта на факультете социологических наук — том самом, куда “поступил” Тиан. Выбирать особо не приходилось, но мужчина и не возражал. Это было удобно: не надо было обзаводиться своей техникой, он сразу занял готовый кабинет в нужном ему месте. Задание — заданием, но ему важно было быть рядом с его учеником. Хотя за эти три недели он ни разу с ним не заговорил и все еще не мог решить, стоит ли это делать.

Льен устало потер переносицу и машинально прищелкнул пальцами, создав крохотную звездочку. Та вспыхнула на миг, осветив аскетичный кабинет, и тут же растворилась в воздухе. Вздохнув, он снова уставился в светящийся экран. Даже его глаза под конец дня уставали от монитора — глаза демона. 

1.2.

Льен вгляделся в свое отражение в темной стеклянной двери прежде, чем толкнуть ее и выйти наружу. Слегка раскосые светло-зеленые глаза, когда-то давно кое-кто назвал их кошачьими. Темные густые ресницы и тонкие брови вразлет. Сжатые, осторожные губы и волевой подбородок. Загорелое лицо, обрамленное длинными светлыми, будто выгоревшими прядями волос, собранными в “китайский” хвост на затылке. Стройная фигура, облаченная в простые черные джинсы и черную же водолазку. Хотя, пожалуй, и самая скромная одежда не могла бы скрыть неординарность и привлекательный внешний вид своего владельца. К тому же, мужчина предпочитал заметные аксессуары — печатку с крупным красным камнем, которую носил на указательном пальце, подвеску с крупным рогатым черепом. Но Льен не сильно заботился о том, чтобы скрываться или, наоборот, поражать воображение прохожих. Его не волновало, какое впечатление он производит.

В университете почти каждая студентка бросала, в открытую или украдкой, взгляды на длинноволосого красавца лет тридцати, всегда появлявшегося в одиночестве. Если же кто-то из девушек набирался смелости и подходил знакомиться, Льен отвечал на беглом французском, что не понимает чешского языка. Хотя, конечно, языкового барьера для демона его уровня не существовало — собственной энергии хватало ему на лингвистическое преобразование звуков. Да и чешский за триста лет не изменился настолько, чтобы он перестал его понимать. Просто Льен не собирался заводить здесь знакомств и интрижек. Не то, чтобы демоны соблюдали воздержание, отнюдь, но ему это было не интересно.

Льен свернул направо и пошел в сторону Староместской площади. Зашел в небольшое кафе, сделал официанту привычный заказ, не взглянув на меню. Сел за небольшой столик у окна и, в ожидании ужина, глубоко задумался. 

Стоит ли попытаться завести знакомство с Тианом? Этот вопрос занимал его несколько последних дней. Он склонялся то в одну, то в другую сторону и не мог ни на что решиться. Такие долгие сомнения были совсем не в его характере. Неужели это Видящая, втайне от него, подкинула ему такую вот черту? При этой мысли Льен поморщился.

Хотя он прибыл сюда, получив в качестве наказания задание от Цзин Сина, все же ему не удалось избежать кары и от Видящей, этой высшей сущности, наблюдавшей за равновесием мироздания. Он ведь отправил Тиана на землю, не поставив никого из них в известность, и при этом сильно нарушил это равновесие. 

Формально, юноша все еще был его учеником, и Льен отвечал за него и мог распоряжаться его судьбой. И все же, отправить того на землю, перекроив несколько вероятностных линий, было серьезнейшим проступком, даже преступлением, которое строго каралось, какой бы демон его ни совершил.
Он и сам до сих пор не мог понять, почему пошел на нарушение, впервые за триста лет, из-за одной лишь просьбы его ученика. Тем более, и Льен сам это признавал, Тиан задержался в этом статусе и давно уже мог пройти инициацию, обрести независимость и распоряжаться своей после-жизнью как угодно. Но так случилось, что Тиан этого не хотел, а Льен не торопил его. Мастер неплохо уживался с этим, изначально навязанным ему, мальчиком в уединенном ухоженном поместье с разросшимся садом, которое Льен выстроил по своему вкусу в демонической Сфере около трехсот лет назад.

Демон и его ученик мирно сосуществовали под одной крышей до того самого дня, когда Тиан пришел и сказал, что влюбился и хочет добиться взаимности девушки и прожить с ней обычную человеческую жизнь.

1.3.  

Льен забрал Тиана в ученики около семидесяти земных лет тому назад. К тому времени мужчина уже более двухсот лет пребывал в статусе Мастера, а значит, время от времени брал на воспитание новоприбывших демонов, появлявшихся в их Сфере растерянными, иногда напуганными, а иногда озлобленными. Демонов, в которых перерождались люди, не нашедшие покоя в смерти.

Его задачей было успокоить новичков, объяснить основное про новое для них существование. Удержать от бездумной мести тех, кто умер насильственной смертью, помочь новичкам научиться собирать и пользоваться демонической силой, подготовиться к инициации. Сам Льен, который краем глаза следил за земными новинками, называл свою должность “эксперт по скорой демонической помощи”.

Всего Сфер в демоническом мире было девять, и в каждой был свой Мастер, так же, как и свой Глава. Но если Глава избирался в поединке раз в тысячелетие, то Мастер обычно определялся Видящей. В каждой Сфере находилось несколько тысяч демонов, и быть избранным на должность Мастера считалось очень почетным. От этой чести нельзя было отказаться. 

Льен не знал, почему Видящая назначила его Мастером всего через несколько лет после прохождения инициации. Не знал он и куда делся прежний Мастер, который помогал освоиться в новой после-жизни самому Льену. Но это его не особо интересовало: когда мужчина попал в Сферу, он был так разочарован и подавлен, что хотел только, чтобы его оставили в покое. И, хотя несколько лет спокойного размеренного существования вернули ему равновесие и присущую когда-то его характеру терпеливость, выбор Видящей его удивил так же, как и остальных. Но демон только уточнил, скажется ли эта должность на его привычках затворника. Узнав, что часто выходить из поместья для участия в каких-либо общих собраниях и ритуалах ему не придется, Льен успокоился и согласился. 

Должность Мастера позволяла очень быстро развить демоническую силу, а учиться взаимодействовать с ней и управлять, как напрямую, так и при помощи артефактов, было для демона, пожалуй, самым интересным занятием на тот момент. Да и сейчас им оставалось. Если бы он родился не в далеком семнадцатом веке, а в двадцать первом, то, определенно, стал бы исследователем, каким-нибудь ученым-физиком. 

Все свободное время, а у Льена его было очень много, мужчина проводил, изучая различные приемы и техники использования силы, принятые в демоническом мире и усвоенные и принесенные им из мира людей. Изредка он делал вылазки на землю, в разные ее уголки: Тибет, Мексику, Сибирь, Индию. Туда, где могла обнаружиться любопытная техника взаимодействия с паранормальной, с точки зрения людей, силой. Такие путешествия на два-три дня не считались серьезными нарушениями полотна мироздания и не имели для демонов последствий. Главное, чтобы у тебя было достаточно силы для перемещения туда и обратно. 

За все время на должности Мастера Льен помог нескольким десяткам вновь прибывших демонов и демониц освоиться в новом статусе. Кто-то из них остался жить в Сфере, кто-то попросился на землю с той или иной миссией. Льен не особо интересовался судьбой выпущенных им учеников, просто выполняя свою задачу. Он не хотел ни к кому привязываться, да и никто из новичков не оставался у него надолго, стремясь поскорее испробовать все возможности нового существования.

До появления в его жизни Тиана.

1.4.

Тогда Видящая призвала его к себе во дворец, как обычно. Все новые демоны после смерти попадали именно сюда, в просторный зал дворца Видящей, сотканный из тончайших световых нитей, которые меняли свой цвет в зависимости от желания высшей силы. Когда он прибыл, в зале царил полумрак, лишь стены его тускло мерцали бледно-зеленым светом, как будто были выстланы сердоликом или авантюрином. При виде вошедшего Мастера Видящая потрудилась принять человеческий облик и указала полупрозрачным пальцем на мальчика лет десяти на вид, сидевшего на корточках в самом темном углу зала.

 Льен подошел поближе, разглядывая тоненькое худенькое тельце и темные спутанные мокрые волосы. Неупокоенные души попадали в Сферу в том же виде, в каком пребывали в своей человеческой форме в момент смерти. Это уже потом, собрав силу, демон учился принимать любой облик по своему желанию. Кстати, поэтому почти все жители Сфер обоих полов отличались молодостью и красотой: кто же по своей воле захочет выглядеть старым и безобразным?

Мужчина вгляделся в сидящего на полу мальчика. Значит, он погиб ребенком и очутился здесь? Что могло произойти, чтобы его душа не обрела покоя после смерти? Льен впервые столкнулся с таким юным демоном.

Он в недоумении обернулся к Видящей, но та уже вернула свой излюбленный облик туманной струи, переливающейся и аморфной, едва различимой только благодаря темноте зала. Она легонько пожала исчезающими плечами и растворилась в воздухе. Ну да, это его задачей было разобраться с новым прибывшим демоном. Или не разобраться. В любом случае, мальчика надо было забрать отсюда и помочь освоиться в новом для него существовании.

Льен повернулся и встретился взглядом с выразительными темными глазами. Они смотрели настороженно и изучающе. На секунду Льену показалось, что он смотрится в зеркало — точно такой же настороженный и изучающий взгляд он ловил и у своего отражения. Как будто их души были похожи.

 Демон тряхнул головой, отгоняя наваждение, и спросил, как можно более спокойно и дружелюбно:

— Как тебя зовут?
— Тиан, — тихий ответ мальчика был похож на дуновение ветра.
— Меня зовут Льен. Я буду твоим Мастером, наставником. Будешь жить со мной, пока не освоишься. Пойдем.

 Эту фразу, слово в слово, он повторял всем своим ученикам, независимо от их возраста, пола и состояния. Но до этого все попадавшие к нему ученики были уже взрослыми к моменту смерти, а пару раз даже откровенно старыми. Как растить демона-ребенка, мужчина не имел ни малейшего понятия. С другой стороны, этот мальчик уже умер, так что разницы быть не должно.

 Льен стоял и ждал, пока новый ученик отреагирует на его слова. Но тот все так же молча сидел на корточках и смотрел на него своими темными глазами. 
— Тиан, — не выдержав, наконец, позвал его Льен, — пойдешь со мной?
— А у меня есть выбор? — внезапно совсем не по-детски спросил тот.
— Нет, — честно ответил ему демон.

Тогда мальчик молча встал и сделал несколько шагов к нему.

1.5.

Тиан оказался молчаливым, романтичным, глубоко чувствующим красоту и тонкие струны мироздания существом. Льен, пожалуй, и при жизни не встречал никого среди людей, кто обладал бы такой высокой чувствительностью, как этот ребенок. Демонам, умершим и покинувшим свое место обитания, она была тем более не свойственна. 

 Конечно, демоны могли проявлять эмоции и даже впадать в крайности. Гнев, злость, желание, страсть, жажда мести, отчаяние, ревность, зависть, страх, сожаление — эти и многие другие чувства Льен не раз наблюдал в Сфере, а кое-что испытывал сам. Хотя, и по человеческим, и по демоническим меркам, он был довольно сдержан. Мастер также знал, что такое чувство, как любовь, считалось недоступным для демонов, чисто человеческим. К тому же, оно в их среде ассоциировалась со страданием, а кто из бессмертных захочет мучиться вечно? Сам Льен, когда стал демоном и прошел инициацию, в первую очередь постарался освободиться от остатков любви в своем сердце.

 Но Тиан был совсем другой. Казалось, у него совсем не было кожи, настолько он был чувствителен к разным проявлениям силы, мироздания, отношений. Он мог долго переживать, прочитав какой-нибудь роман, принесенный ему Мастером с земли, или увидев, что в саду их поместья завял распустившийся накануне цветок.

 Как-то раз Тиан, упражнявшийся в управлении демонической силой, создал на ладони изящный полупрозрачный резной гексаэдр, и на его глазах выступили слезы. 
— Ты что, плачешь? — удивился тогда Льен.
— Простите, Мастер. Но он такой красивый, такой… идеальный. Я не удержался.

Демон никогда раньше не рассматривал применение демонической силы как что-то эстетическое, способное довести до катарсиса — ничего такого. Однако Тиан именно так ее и воспринимал. Это было удивительно. Про себя Мастер думал, что, наверняка, мальчик сохранил способность любить. Но Льен никак не мог на это повлиять, к тому же, после инициации она должна была исчезнуть сама собой, так что можно было не беспокоиться. 

 При такой чувствительности, Тиан никогда не жаловался, не признавался, что скучал по родителям — ничего из этого ни разу демон не услышал от ученика. Лишь иногда по ночам Льен просыпался от тихого плача, доносившегося из соседней комнаты. Тогда он вставал, подходил к его кровати, садился на ее край и молча гладил мальчика по голове, пока тот не успокаивался.

Пытаясь разобраться, как так вышло, что Тиан оказался в Сфере в столь юном возрасте, Льен как-то раз спросил его, как он умер. Не то, чтобы в демоническом мире существовал запрет на обсуждение смерти друг друга, это просто считалось дурным тоном. Но демону было все равно. Ему надо было знать.

Однако Тиан проронил всего лишь одно слово: "Автокатастрофа", — и замолчал.

Льен покивал головой, как будто ему стало все понятно, и задумался. А позже наведался на землю, во Францию, откуда мальчик был родом. Там он нашел в новостных хрониках заметку о трагедии, унесшей жизни целой семьи. Жертвами автокатастрофы стали четверо: отец, Жиль Корш, мать, Мари Корш, и двое детей — их сын Тиан и соседская девочка, Лили Мор. Жиль Корш не справился с управлением на скользкой дороге, и их машина слетела с моста в реку. Когда на место аварии прибыли спасатели, все уже было кончено. Это никак не объясняло, почему мальчик оказался демоном, но других сведений у Льена не было.

1.6.

В Сферах время текло иначе, чем в земном мире, обычно — гораздо медленнее. Льен привык оценивать течение времени в земных годах, тем более, что на земле он бывал довольно часто и наблюдал, как время меняет и облик земли, и саму людскую жизнь. 

Пока Тиан взрослел, в земном слое мироздания прошло около семидесяти лет. Когда юноша научился изменять свою внешность по своему желанию, на вид ему можно было дать лет девятнадцать-двадцать. В этом внешнем возрасте он и остался. 

Тонкий и изящный, с темными, не слишком длинными волосами, с правильными чертами лица и темно-карими выразительными глазами под длинными ресницами, выделявшимися на бледной полупрозрачной коже, юноша притягивал к себе взгляды везде, где появлялся. Несколько раз Льен брал его с собой на землю, чтобы развеяться и погулять. А затем Тиан сдружился с несколькими демонами Сферы, такого же внешнего возраста, как и он сам, и стал иногда уходить на землю в их компании.

 Льен не беспокоился из-за этих отлучек. Хоть юноша и не прошел еще инициацию, он, с помощью Мастера, скопил достаточно силы для таких путешествий, а сам демон, хоть и хорошо уживался с учеником, так же прекрасно проводил время наедине сам с собой. Все свое демоническое существование Льен практиковал такие качества, как умеренность и бесстрастность, а привязанность демонам не была свойственна, равно, как и любовь. И все же, ему было приятно, когда Тиан возвращался, прихватывая для него с земли какие-то сувениры, книги или редкие напитки.

По уму, Тиан уже давно должен был пройти инициацию и начать свое самостоятельное существование, без Мастера. Но юноша не торопился с этим, а Льен не настаивал. Конечно, за эти семьдесят лет у него были еще ученики. Кто-то из них оставался с Мастером совсем ненадолго, на пару лет, а одна пожилая и бестолковая демоница задержалась в его поместье лет на десять. Льен возился с каждым, с одинаковым терпением и равнодушием, помогал освоиться и подготовиться к прохождению ритуала инициации, сколько бы времени на это ни понадобилось.

Инициация позволяла демонам освободиться от груза прошлого и разблокировать свою силу. Пройдя ее, демоны обретали свободу, самостоятельность и, если не нарушали правила Сферы, могли существовать в свое удовольствие почти бесконечность. Все новые демоны стремились поскорее пройти ритуал и обрести независимость от Мастера. Все, кроме Тиана.

Пока юноша формально оставался учеником Мастера, он был обязан согласовывать с ним все свои действия. Про каждую отлучку на землю он должен был предупредить заранее и доложиться по возвращении. Кроме того, собственный магический потенциал до инициации был доступен ему не полностью. Даже если демон накопил много силы, он не мог применить ее для сколь-либо мощной манипуляции. А ведь демоническая магия позволяла умелому обладателю многое! 

Изменение облика, возможность моментального перемещения, сканирование чужой ауры и магических проявлений, излечение обычных людских ран и болезней и исцеление небольших магических ран — это был далеко не полный список возможностей для инициированного демона, вошедшего в полную силу. 

Ну и, конечно, инициированные демоны обретали возможность пополнения своей силы при взаимодействии с людьми. Любая яркая, сильная эмоция могла стать хорошим источником. Злость, страх и страсть подходили лучше всего. Радость тоже давала большой выброс силы, пригодной для демона, но эта сила была плохо сфокусирована, и демон, питаясь ею, мог получить отравление, похожее на алкогольное. 

Было понятно, почему все демоны стремились как можно скорее получить самостоятельность. Все, но не Тиан. Пару раз Льен уточнял, не надумал ли юноша пройти инициацию, но тот обращал на него свой изучающий взгляд и тихо спрашивал: "Я уже надоел Мастеру?"

И Льен отрицательно качал головой и оставлял его в покое. Он не признавался даже себе, но ему нравилось жить вдвоем с Тианом. Он привык обсуждать с юношей найденные им техники использования силы и артефакты, прочитанные ими книги, новости Сферы и земной жизни. И, что было совсем уже странно, замкнутый одиночка Льен привык заботиться о юноше.

 
1.7.

В то утро Льен сидел в мастерской своего поместья и ждал, когда его ученик проснется, чтобы пойти с ним в сад тренироваться. Они почти каждое утро занимались разными видами боя с холодным оружием. Льен любил смертоносную красоту, таящуюся в изящных безжалостных клинках, и Тиан приобщился к этой страсти своего Мастера.

Никто не мог бы сказать, как могла сложиться жизнь ставшего демоном человека, если бы он не умер. Разве только Видящая, но Льен не рискнул бы спрашивать ее о таком. Однако он почему-то был уверен, что Тиан мог бы стать известным танцором. Этот юноша потрясающе двигался. Смотреть на его точные и уверенные движения, летящие шаги, гибкие и плавные повороты было настоящим наслаждением. Казалось, каждое его движение наполнялось магической силой и излучало ее. Льен сам какое-то время посвятил изучению различных техник боя с европейскими и восточными мастерами и был в этом очень неплох. Но когда Льен начал учить Тиана, понял, что у него врожденный дар.

Сам Тиан относился к этому своему таланту легкомысленно и не считал чем-то особенным. Впрочем, юноша и к самому себе относился так же. Он предпочитал не задумываться о себе, не считая себя достаточно важной для этого персоной. В его мире было полно других, более интересных вещей. 

В то утро Тиан неслышно вошел в мастерскую и приблизился к сидящему спиной ко входу Льену. С любопытством поглядел на крупную обливную серебряную подвеску в виде рогатого черепа, с которой возился Мастер.
— Что это? — спросил юноша.
Льен обернулся.
— А, вот и ты. Это безделушка, моя старая подвеска, хочу сделать ее вместилищем силы, таким, знаешь, переносным магическим аккумулятором.
— Интересно! — улыбнулся Тиан. — И она такая красивая!
— Нравится? — Тонкая ответная улыбка осветила лицо его наставника. — Вот пройдешь инициацию, и подарю ее тебе. Пока ты не можешь иметь свои артефакты.
— Мастер, я как раз хотел поговорить об этом с вами.

 Льен отложил подвеску, встал и серьезно взглянул на юношу.
— Наконец надумал пройти ритуал?
По лицу Тиана пробежала еле заметная тень.
— Нет. Я хотел… — Он замялся, как будто боясь, что его слова не понравятся Мастеру, но затем поднял на него глаза и решительно продолжил: — Я хотел бы попросить отсрочки. Устроить каникулы. Хотел попросить вас отправить меня на землю, чтобы пожить там какое-то время.
— Пожить на земле? — Льен вскинул брови в удивлении. — Но ты с приятелями часто там бываешь. Разве тебе недостаточно этого?

Тиан опустил глаза и замолчал. Повисла неловкая пауза.
— Тиан, — уже гораздо мягче спросил Льен, — расскажи, почему ты хочешь этого? 
Юноша пожал плечами. Когда он снова поднял глаза на своего наставника, его взгляд стал таким внезапно открытым и ранимым, что Льену тут же захотелось его защитить от любой напасти, что бы ни стряслось.
— Я… кажется, я влюбился. — Слова еле слышным ветерком донеслись до Льена. — Подумал, что если бы я мог пожить какое-то время, как обычный человек, узнать ее поближе, она бы тоже полюбила меня, и мы бы могли…
Он запнулся и беспомощно улыбнулся.
— У меня ведь не было человеческой юности. Я не знаю, каково это. Но мне бы хотелось узнать…

Сердце Льена сжалось, как от острого укола. В его жизни когда-то были и возлюбленная, и яркое чувство влюбленности... Да, несмотря на века, проведенные в медитациях, он все еще помнил, каково это — любить. Ни к чему хорошему мужчину это не привело. Но он понимал Тиана и что им движет. Остро чувствующий, тонкий и нежный, Тиан заслуживал того, чтобы прожить собственный опыт любви.

 И Льен решился.

1.8.

 Хотя это было вопиющим нарушением законов Сферы, демон уровня силы Мастера с легкостью мог организовать такой фокус, как выстраивание судьбы своего подопечного и вплетение ее в нити мироздания. 

Льену, с его запасом магической силы, даже не потребовалось для этого прибегать ни к чьей помощи. Тиан, как ученик, был зависим от него, и демон рассудил, что сможет совершить это действо, не получая дозволения Главы. Откровенно говоря, ему не хотелось ни о чем просить нынешнего Главу Сферы, Цзин Сина, на то были свои причины.

Уточнив, в каком месте земли живет возлюбленная Тиана, Льен слегка нахмурился.— Что-то не так, Мастер? — тут же спросил юноша. Но тот лишь покачал головой. Возможно, то, что этим местом оказалась Прага, всего лишь совпадение. Ведь столько столетий прошло.

Льен сосредоточился и начал собирать для него линии судьбы, меняя реальность. Мальчика надо было вплести в сеть мироздания так, как будто бы он прожил на земле жизнь с самого рождения. 

Демон создал для ученика новую биографию, одарил рано погибшими родителями, оставившими “сыну” солидную сумму на банковском счете, определил его в университет, выбрал уютную квартиру в Виноградах. Подтянул из архива Сферы и вложил в память юноши все необходимые сведения о современном мироустройстве, о его биографии, об учебе, и еще знание чешского языка. Французский Тиан знал и так, он ведь родился во Франции.

Затем Льен создал портал и провел Тиана в его новую жизнь.

Завершающим штрихом демон запечатал юноше память. Тиан должен был прожить свою новую жизнь как обычный человек. Его ученик не должен был помнить, что уже умер однажды и стал демоном. 

Закончив дело, Льен еще немного постоял на улице, вглядываясь окна квартиры, в которой теперь жил Этьен Корш, студент второго курса факультета социальных наук Пражского университета. Увидев, как тот подходит к окну и любуется вечерним небом, демон слегка улыбнулся.

— Что ж, Тиан, удачи тебе в твоей новой судьбе, — негромко произнес он вслух. — Надеюсь, что у тебя получится завоевать свою девушку и прожить с ней хорошую жизнь. А я присмотрю за тобой и заберу в Сферу до момента, когда тебе предстоит снова умереть.

Вдруг Льен досадливо поморщился. Он совсем забыл, что контролирующий маячок, этот крохотный сгусток демонической энергии, был бесполезен для отслеживания судьбы обычных людей. 

Раньше, когда он выводил Тиана или других учеников прогуляться по земле, “повешенный” на ученика маячок отлично работал, даже в другом мире, через полотно мироздания. Когда Тиан гулял тут с друзьями, Льен всегда знал, все ли с ним в порядке или необходимо прийти на помощь. Но теперь, как только он вернется в Сферу, сразу потеряет связь со своим учеником. Этого мужчина не предусмотрел.

“Ну что ж, — философски пожал плечами демон, — значит придется наведываться в Прагу время от времени, вот и все. Давно пора уже вычеркнуть этот город из неприкасаемых в собственном списке памяти”. 

 Он открыл портал и шагнул с Виноградарской улицы прямо в сад своего поместья.

Как оказалось, поступок Льена не укрылся от взора Видящей.

2.1.

Видящая вызвала Мастера к себе на следующий же день.
— Ну, рассказывай, — потребовала она переливающимся голосом. Демон отлично знал, что это была обманчивая мягкость.

Видящая всегда знала обо всем, что происходило в девяти Сферах демонического мира. Она ведь была высшей сущностью и обладала силой несоизмеримо большей, чем любой из самых могущественных демонов, даже Первородных, тех, что обитали в мироздании изначально, с момента его сотворения.

Ее задачей было поддерживать равновесие во всех слоях мироздания, не позволяя всплескам силы пробивать бреши и нарушать его полотно. Разумеется, Льену было известно, что любое вмешательство в равновесие было недопустимо. И все же, он решил на это пойти, чтобы выполнить просьбу Тиана. В глубине души он надеялся, что его действия не сильно отразятся на равновесии, ведь Тиан был его учеником, не вошедшим в полную мощь, и демон для перемещения использовал собственный магический запас, не вбирая силу из Сферы или земли.

Он ошибся. Его воздействие и манипуляции с линиями судьбы были замечены Видящей, а та не прощала нарушений даже своим Мастерам. Льен должен был быть наказан, и за этим она его и призвала.

 Демон вздохнул и рассказал, как все произошло. 
— Я решил, что эти каникулы станут для ученика хорошим опытом, — завершил он свой рассказ. — Ему будет полезно нарастить панцирь, поживя в мире простых смертных перед инициацией. Мне казалось, он боится ее проходить.

Видящая кивнула. В этом предположении не было ничего странного. Инициация включала в себя иллюзию, в которой демон заново переживал момент своей смерти, оказывался со всеми испытанными чувствами снова один на один. Но теперь он должен был изменить что-то в своем отношении к смерти и к событиям, приведшем к ней. Что-то принять, что-то отпустить. Что-то, из-за чего его душа в момент смерти не смогла обрести покой.

Наведенные Видящей и ее мастерами ощущения переживания смерти были до того реальны, что демоны, проходившие ритуал, задыхались, хватались за сердце или за голову, кричали от болевого шока. И только лишь осознав что-то очень важное для себя, они могли освободиться от этой иллюзии и переродиться уже полноценными демонами.

 — Я понимаю тебя, Мастер. Но правила непреложны: я должна тебя наказать. Ты же знаешь, каково наказание?
— Да, Видящая. Назначь цену в монетах силы. Я готов ее уплатить.
— Назначу, ты уплатишь в казну Сферы тысячу монет. Но это еще не все.
— Я знаю. Ты повлияешь на мое сознание или душу, добавишь или отнимешь какую-то черту, свойство, качество характера. Пусть так.
— Хорошо, — Видящая ненадолго задумалась.
Затем поманила Льена к себе и положила одну руку ему на глаза, а другую на затылок. Постояв так с минуту, Льен ощутил вдруг, как у него кружится голова. Видимо таков был эффект от воздействия древней демонической силы Видящей. 
Наконец отпустив его, та произнесла:
— Что до меня, я больше не имею к тебе претензий, Мастер. 
Демон поднял на нее взгляд:
— Значит, они есть у Главы?
— Думаю, о своих претензиях Глава расскажет тебе сам.

Договорив, Видящая взмахнула рукой, давая понять, что аудиенция окончена, и растворилась в воздухе.

2.2.

 С перемещения Тиана на землю прошло около двух недель. Когда ему пришло приглашение во дворец правителя Сферы, Льен сразу подумал, что это из-за каникул, который тот устроил юноше. Глава все-таки тоже решил наказать демона за своеволие. Не то, чтобы Льен боялся, но ему было неприятно, что Цзин Син будет отчитывать его и при этом будет в своем праве.

 Мужчина прищелкнул пальцами, и послание из дворца Главы, светящееся перед ним темно-красными буквами, медленно растворилось в воздухе. Он встал из-за стола, подошел к бюро, взял с него и надел на указательный палец печатку с вплавленным в нее кроваво-красным рубином, с которой не расставался, подышал на камень и отполировал его куском замши. Глянул в зеркало и пригладил выбившиеся пряди волос.

Осознав, что слегка нервничает и поэтому тянет время, он вздохнул, решительно вышел из мастерской своего поместья и направился в сторону большой площади. Площадь эта служила местом общих собраний демонов Сферы, и на ней располагалась резиденция Главы, возведенная в стиле древних китайских дворцов. 

 Идя по изменчивым светящимся камням мостовой, Льен размышлял о том, что войдет сегодня во дворец Первородного демона впервые за все время, что тот находился на посту Главы.

 Он до сих пор не мог понять, как относился к Цзин Сину. Наверное, оставалась все же затаенная обида из-за того проигрыша на поединке за титул Главы их Сферы, произошедшем сто лет назад.

Этот древний китайский демон появился незадолго до даты состязания, как будто ниоткуда, и сразу заявил права на престол.

 В то время многие демоны прочили победу именно Льену. Он до сих пор помнил тот день, когда целая делегация демонов явилась в его уединенное поместье и просила Мастера выступить и заявить свои права на этот титул. Льен тогда сильно удивился, ведь он не жаждал власти и не думал даже о такой возможности.

 Но по правилам Сферы, если тебя избрали для участия в состязании, отказаться ты не мог. Демонический мир имел свои законы. И Льен согласился, а после и сам загорелся этой идеей: стать Главой. Подумывал, что мог бы улучшить в их законах и правилах сосуществования, взойдя на престол.

Этого не случилось. В день состязаний, когда предыдущий Глава взял самоотвод, сложил с себя полномочия и тут же исчез в неизвестном направлении, Видящая посетила собрание демонов и огласила список претендентов.

 Их было пятеро, и среди знакомых имен обитателей Сферы одно было никому неизвестно. Цзин Син, “Сияющая звезда”. Судя по имени, демон был родом из Китая или очень любил эту цивилизацию.

 В Сферах уже давно царило полное смешение, династий у демонов не было, а природа демонической силы была едина для всех. Поэтому на внешнюю атрибутику в виде имен, внешнего вида и привычек, перенятых у тех или иных народов, никто давно уже не обращал внимания. Наоборот, это добавляло пикантности и разнообразия их бесконечному существованию, а иногда даже порождало моду на тот или иной стиль в одежде, внешности или архитектуре.

 Когда неизвестный мужчина, высокий и мощный, с точеным профилем и раскосыми черными глазами, облаченный в роскошное, вышитое серебряными нитями черное ханьфу*, появился, чтобы принять участие в состязании, все демоны были поражены исходящей от него мощной аурой магической силы. Первородной силы. По огромному полю, выбранному для поединков за его уединенность от основных строений Сферы, пронесся удивленный гомон зрителей. “Неужели он и вправду Первородный?” “Разве они все еще существуют?” “Откуда он взялся?” 

 Увидеть Первородного и в самом деле было редкостью для жителей всех девяти Сфер. Демоны, изначально появившиеся уже в этом облике, а не перерожденные из людей, обладали несравненным могуществом. Их срок существования исчислялся тысячелетиями. Первородные давно пресытились и Сферами, и миром и обычно скрывались, ведя уединенный образ жизни или уходя в многолетнюю медитацию. Почему же этот Первородный решил претендовать на трон Главы?..

 Трое претендентов тут же отозвали свои кандидатуры, признали поражение и внесли в казну Сферы положенный в таких случаях штраф из монет демонической силы. Льен остался на поле. Ему стало интересно, сможет ли он победить.

 Он не смог.

 Первородный демон налетел на него, как могучий черный вихрь. Хоть Льен был неплохим бойцом, с такой мощью сталкиваться ему не приходилось. Ему едва удалось удержать меч и отбить первый удар, но за ним тут же последовали второй и третий. На самом деле им необязательно было сражаться с оружием в руках: значение имели только сила и умение управлять ею, клинки же были скорее традиционным зрелищным атрибутом.

 Демоническая сила Первородного серебристым облаком окутала их обоих, оградив от зрителей. Волны силы, рождаемые острием его клинка, накатывали одна за одной с устрашающей скоростью и несокрушимой мощью. Такой натиск Льен преодолеть не мог. Он попытался защититься, противопоставить магии Первородного свою, но продержался не более минуты.  Не сумев отразить очередной взмах клинка, несущего Первородную силу, Льен упал на колени, а Цзин Син легким движением выбил меч из его рук и отбросил далеко за пределы поля. Вслед за этим серебристая дымка тут же испарилась: у Первородного не было намерения причинить вред проигравшему сопернику.

 Так Цзин Син стал Главой, а Льен вернулся к обязанностям Мастера. Приход нового правителя ничего не изменил в существовании обитателей Сферы. Постепенно все произошедшее на состязании забылось, и дела в их мире потекли по-прежнему.

 И все же, все эти годы, вплоть до дня, когда его призвали во дворец Главы, Льен избегал общения с победившим его демоном. Каков тот в гневе, как станет вести себя наедине с нарушителем закона, он не имел ни малейшего понятия.

 Льен мысленно подобрался и решил больше не оттягивать момент их встречи. Он не стал дожидаться, пока служители подбегут, чтобы доложить о его приходе, и сам отворил дверь в личные покои дворца Цзин Сина, Главного демона Сферы.

_____

*ханьфу — это традиционная одежда народа Хань в Китае. Мужской ханьфу представляет собой комплекс одежды, состоящий из различных элементов, включая длинную верхнюю одежду с перекрестным воротником и нижнюю, часто в виде юбки или брюк. Женьское ханьфу состоит из верхней части и юбки, а ключевыми элементами являются перекрёстный воротник, правый отворот и широкие рукава.

2.3.

 — Мастер Льен? Входи, входи! — голос Цзин Сина прозвучал не грозно и даже дружелюбно.

Однако Льен не спешил расслабляться. Мужчина сделал несколько шагов и остановился примерно посередине большого и мрачного, но обставленного со вкусом зала. Он оказался ровно напротив высокого резного кресла темного дерева, похожего на трон, на котором сидел Цзин Син. Его зеленые глаза наскоро пробежались по черным стенам с развешанными на них китайскими веерами, старинной лакированной мебели и резной ширме с расписными створками, за которой кто-то был. Он бросил недоуменный взгляд и на ярко пылающий в большом камине из черного камня огонь: в зале было сильно натоплено, хотя Глава при этом был облачен в белую пушистую шубу. На каминной полке стояли какие-то китайские безделушки, фарфоровые статуэтки и еще изящная подставка, поддерживающая магический меч с посеребренной рукоятью. Льен на несколько секунд остановил взгляд на мече — его собственном мече.

— Бин Хуа, мальчик, принеси чай и оставь нас. Нам с Мастером надо поговорить наедине, — негромко приказал Глава. Глаза его были полуприкрыты веками, вся поза выражала безмятежность.
В ответ на просьбу из-за ширмы вышел юный прекрасный собой демон. Он был высокого роста, с мягкими короткими каштановыми волосами, с глазами, будто подведенными тушью — такими пышными и густыми были его ресницы. Он был молчалив и неизменно серьезен. Льен знал его немного, Бин Хуа был среди тех, с которыми Тиан несколько раз совершал вылазки на землю. Этот демон на самом деле был не таким уж и юным, ему было несколько сотен лет — гораздо больше, чем самому Льену. Все в Сфере знали, что это ученик и правая рука Цзин Сина. 

 Юноша вышел и спустя минуту вернулся с небольшим подносом, поставил его на низкий столик, разлил чай в две изящные пиалы из тончайшего белого фарфора и покинул зал. Цзин Син сделал приглашающий жест рукой.
— Прошу, Ли Цзин*, присядь и испей со мной чая.
— Откуда вы знаете это имя? — брови демона взлетели вверх, а с кончиков пальцев нервно сорвалась маленькая звездочка.
— Да ниоткуда, просто подумалось, что тебе оно подходит, — успокаивающе произнес Глава. — Прости, если задел тебя невольно. Я, видишь ли, слишком сильно впитал древние китайские традиции. Знаю, что выгляжу несколько… старомодным. Но, между нами, — он доверительно наклонился к Льену, — мне абсолютно начхать, кто и что про меня думает.

 Присев на край скамьи и отпив глоток из полупрозрачной пиалы, Льен вопросительно взглянул на Главу.
— Нравится? — спросил тот. — Это утесный улун из Уишани, он довольно мягкий. Люблю пить этот чай в дневное время.
Льен кивнул и, отставив пиалу, спросил:
— Вы позвали меня, чтобы что-то обсудить? Или из-за моего ученика, Тиана?
Цзин Син тоже отставил пиалу и вздохнул.
— Современные демоны, как и люди, обладают одним неприятным свойством. Вы все время торопитесь. Такие нетерпеливые. Ну хорошо же, давай поговорим о деле.

 Он встал и прошелся по зале из конца в конец. Вернувшись к трону, вдруг скинул свою шубу, обнажив мощный мускулистый торс, покрытый искусными многоцветными  татуировками. Поймал на себе изумленный взгляд и хмыкнул.
— Надеюсь, тебя не смущает мой вид? То жарко, то холодно, никак не могу привыкнуть к местному климату.

Льен понимающе кивнул. Обычные демоны не страдали от жары или холода, а воздух в Сфере всегда был ровный и приятный для большинства ее обитателей. Такие перепады состояний были характерны для демонов, обладающих очень большой внутренней силой. Сам он только читал об этом, но понятно, почему этими перепадами мучился Глава. Мощная демоническая аура окружала его, даже когда он был расслаблен. Он действительно был очень сильным демоном. Первородным.

 Цзин Син уселся прямо на скинутую шубу и тут же, вперив пристальный взгляд вдруг ставших кристально ясными черных глаз, спросил:
— Так объясни, зачем ты отправил Тиана на землю, запечатав его демоническую силу?

_________

*одно из значений имени Ли Цзин - “стойкий и мирный”

2.4.

Льен ждал этого вопроса, но достойного ответа до сих пор не придумал, даже для себя. Демон пожал плечами.
— Тиан попросил. Он очень хотел попробовать, каково это — прожить человеческую жизнь. Ну а у меня накопилось много силы, достаточно, чтобы осуществить его просьбу.
— И ты, конечно, не знал, что такие перемещения, да еще с блокировкой силы и памяти, могут повлечь нарушение равновесия между слоями? — вкрадчиво спросил Цзин Син.
Льен поднял на него глаза, засветившиеся мягким зеленым светом.
— Знал.
Глава удовлетворенно кивнул.

— Что ж, это упрощает дело. Тогда ты наверняка знал и то, что за этот проступок должно будет последовать наказание. Наказание от меня, ведь ты не испросил моего разрешения на это перемещение, и от Видящей — она ревностно охраняет равновесие между слоями. Знаю, что она уже призывала тебя.

Льен поднялся на ноги и вытянулся перед Главой.
— Я готов понести наказание, которое вы назначите.
Демон изучающе оглядел его и махнул рукой, чтобы тот сел обратно.
— Прошу, не торопись, — произнес он, собираясь с мыслями.

Несколько минут прошли в молчании. Глава размышлял, а Льен ждал, что он скажет.
— Скажи, почему ты за почти сто лет ни разу не навестил меня? — внезапно спросил демон. — Ты обиделся, что я победил тебя и занял престол?
Льен вздрогнул. Он не ожидал такого вопроса.
— Можешь не отвечать, — произнес демон, — но я видел, как ты посмотрел на свой меч. Хочешь, верну его тебе?
— Это ваш трофей, плата за мое поражение в поединке, — ровно ответил Льен, опуская глаза в пол.
— И то верно, пусть пока постоит здесь, — легко согласился демон. — Ладно, давай поговорим о твоем проступке. Видишь ли, я не очень хочу тебя наказывать, хотя это и положено сделать. Поэтому я придумал для тебя задание. Если ты его выполнишь, то, считай, отработаешь свою вину. Идет?

 Льен поднял голову.
— Могу я узнать, в чем именно заключается задание?
— О, конечно, — тонко улыбнулся Цзин Син, — я хочу, чтобы ты изучил некоторые аномальные выбросы энергии, которые уже некоторое время происходят на земле. Для этого тебе придется какое-то время прожить на земном слое. Разумеется, с сохранением демонической силы и всех способностей, тебе же придется там расследовать и действовать какое-то время. Несколько последних выбросов было зафиксировано на территории Европы, так что место обитания сможешь выбрать сам.

Льен прикрыл глаза. Тиан как раз находился сейчас в Европе, и это была возможность присмотреть за юношей, узнать, как ему живется. За прошедшие две недели Льен как раз осознал, что без отслеживающего маячка стал сильно беспокоиться о Тиане. 
Хитрый старый лис точно знал, на чем его зацепить!
— Я согласен, — тихо произнес демон.
— Вот и отлично! Сам я мало знаю о происходящем, но все, что выяснил, собрал в этот свиток. Ты ведь сможешь преобразовать текст магией и прочесть его? — Льен, едва глянув на тонкую свернутую бумагу, исписанную иероглифами, кивнул, и Глава протянул ему свиток. — Отправляйся сразу, как будешь готов. Не забывай докладывать мне о ходе поисков.

И, разом закончив аудиенцию, демон исчез из зала, не вставая с трона. 

2.5.

 Льен отпер ключом дверь своего рабочего кабинета в университете. Вчера он так и не решился поговорить с Тианом и теперь ругал себя за эти колебания. Он снова подумал, что, наверняка, это Видящая наградила его таким качеством, как нерешительность.

— Вечный мрак на ее голову!  — в сердцах выругался Льен, прищелкнув с досады пальцами. В темном воздухе кабинета засверкали и рассеялись сразу несколько белых звёздочек. — Знала ведь, что Глава отправит меня на землю, не могла не знать! И как я должен справляться с нерешительностью, работая над заданием?

Демон скрипнул зубами и постарался взять себя в руки. Ничего, сегодня он наверняка увидит Тиана. Как всегда по четвергам, он придет ко второй паре и пройдет мимо окна его кабинета. И тогда Льен убедится, что с ним все в порядке.

Примечательно, что девушку, в которую влюбился Тиан и из-за которой отправился жить на землю, Льен так ни разу с ним и не увидел. Возможно, они поругались? Но он не ощущал, чтобы от мальчика исходили эманации грусти или злости. Предвкушение, ожидание — да. Так, как будто они до сих пор не встретились. Но ведь он специально определил Тиана на тот же факультет, где училась эта его девица. Может, с ней что-то случилось? Откровенно говоря, демону было плевать на нее. Тиан пока был в целом спокоен и наслаждался своей обыкновенной земной жизнью. А остальное его не волновало.

Включив компьютер, Льен привычно вбил в поисковую строку запрос об аномальных пожарах — они всегда сопровождали большие неконтролируемые выбросы магической энергии, и поэтому  отследить их так было самым верным способом.

Рассеянно пробегая глазами выпавшие новости, Льен подумал, что надо бы потратить немного времени на написание статьи, о которой его просил начальник кафедры. Он же как бы устроился в университет на работу. Пора бы накатать несколько страниц, что-нибудь про причины и последствия гонения на ведьм в эпоху Габсбургов. Глаза демона недобро сверкнули. Он мог бы многое об этом рассказать. Взгляд очевидца. Хотя вряд ли такую статью примут.

Вдруг одно сообщение, выпавшее в поисковой строке, отвлекло демона от недобрых мыслей. Тут же забыв об остальном, Льен вчитался в скупые строчки: “на пустыре… очевидец сообщил… обгорело тело… обугленная земля…место оцеплено…” Кинул взгляд на время сообщения: 10.13, перевел взгляд в угол монитора: 9.54. Изумленно моргнул, потом вспомнил про разницу в часовых поясах: как раз в это воскресенье в Чехии перевели стрелки на зимнее время. А где же случился пожар? Калининград. Такого места он не припоминал. Но поисковик подсказал, что разница во времени составляла всего час, значит, это произошло где-то недалеко. И случай совсем свежий, и часа не прошло. Неужели нашел?

Он быстро вбил в поисковик название города, взглянул на карту. Это же бывший Кенигсберг! Там Льен бывал, еще в той, людской, жизни. Он решил тут же посетить место пожара.

Мужчина обнулил результаты поиска на компьютере и встал из-за стола. Сосредоточился на оставшейся в памяти фотографии из интернета, мысленно потянулся к изображенному на ней клочку обугленной земли и послал в образовавшийся мостик заряд демонической силы. Открыл аккуратную красно-фиолетовую арку портала и шагнул в нее.

2.6.

Выйдя наружу, Льен тут же набросил на себя покров невидимости и огляделся. Он попал на какой-то пустырь, судя по запаху, недалеко от места, где хранилось много продуктов. Его острое обоняние уловило сомнительный аромат несвежей рыбы. Еще сладковато пахло горелым мясом, озоном и чем-то непонятным и едким.

Демон огляделся по сторонам и тут же увидел немного впереди огороженный красно-белой лентой участок на газоне, на котором собрались несколько человек в форме и масках. Неподалеку стояла большая красная машина какой-то спецслужбы. Да, он явно попал куда надо.

Люди в форме курили и тихо переговаривались между собой. Чуткий слух демона уловил обрывки их разговора. Если опустить нецензурную лексику, он сводился к тому, что никто из них не понимал, что здесь произошло, и они ждали приезда экспертов.

Льен скользнул под ленту и, никем не замеченный, неслышно подошел к бесформенной обугленной куче, лежавшей в центре широкой черной оплавившейся воронки. Да, это явно был сгоревший человек. Смотреть там было уже, к сожалению, не на что. Едкие миазмы рядом с телом усилились, и Льен поморщился. Чем же еще, кроме горелой органики, здесь пахло? Ему этот запах не был знаком.

Мужчина присел на корточки и потрогал оплавившуюся землю. Быстро одернул пальцы — земля до сих пор была горячей. Обернув руку платком, он отколол обжигающий оплавленный кусочек, завернул и убрал в карман. Может, Глава  разберется, что именно могло вызвать такой запах. Затем протянул обе руки над черной воронкой и закрыл глаза. Прислушавшись к исходящим от земли эманациям, он ощутил присутствие чужеродной силы. Льен не смог ее распознать. Весь его опыт работы с демонической магией и артефактами из разных уголков земли не могли ему сейчас помочь.

Что же это за сила выплескивается на землю, сжигая попавшихся на ее пути людей? 

На дороге послышался визг тормозов. Льен увидел, как из небольшой белой машины вышли двое в белых комбинезонах. Видимо, эксперты приехали за телом. Ладно, пожалуй, здесь ему больше делать нечего.

Демон вынырнул из-под ленты наружу и, отойдя на несколько шагов, посмотрел, как мужчины, надев маски, подходят к жертве, задумчиво качают головами. Берут какие-то пробы с тела и обугленной земли. Похоже, что их она не обжигала. Значит, он правильно определил, что это было остаточный жар магического выброса. Люди его просто не ощущали. Интересно, что могло его спровоцировать? 

Льен повернулся и пошел вдоль дороги, прочь от аномального участка. Ему надо было подумать. Заодно можно прогуляться по городу, в котором бывал триста лет назад. Ему всегда лучше размышлялось на ходу. 

В свитке, переданном ему Цзин Сином, описывались три случая, схожих с сегодняшним. Все они произошли в течение последних трех земных лет на территории Европы. Каждый раз находили сгоревшего человека и оплавленную черную воронку. Причем, воронка эта появлялась независимо от почвы, на которой это происходило. Были асфальт, каменная кладка, лес, и вот теперь газон. 

Но тогда никому не удалось оказаться на месте почти сразу после происшествия и оценить присутствие магических эманаций. Могли ли эти воронки быть связаны с какими-то ритуалами? Если да, то кто мог их творить? Льен знал, что на земле есть люди, способные управлять магией. Их было очень немного, единицы. Выжившие со старых времен, скрывавшиеся под видом религиозных и эзотерических мастеров или просто скрывавшихся. В основном, они жили не в Европе. Тем более странным стало то, что все четыре случая произошли здесь, а не, например, на Тибете или в Мексике. 

Правда, в Европе наверняка еще действовал конклав ведьм, но вряд ли им было такое под силу. Да и магия была явно чужеродная. Европейскую ведьмовскую магию Льен наверняка бы учуял: у него уже был опыт общения с этими ведьмами.

Задумавшись, Льен добрел до ворот крепости Фридрихсбург. Удивленно взглянул на выросшие перед ним стены из красного кирпича и аккуратную металлическую решетку и развешанные на ней рекламные плакаты. Он почти не узнал это место. Через триста лет остатки крепости превратились в какой-то туристический объект. Что ж, со временем все меняется. Но гулять по изменившемуся городу демону резко расхотелось.

 Похоже, пора было отправиться с докладом к Главе. Он свернул в пустую подворотню и создал портал.
2.7.

На этот раз Льен входил в дворец Главы спокойно и уверенно. Он ведь справился с заданием, нашел свежий выброс энергии и смог запечатлеть его образ в магическом артефакте.

Цзин Син понюхал и отбросил черный горелый комочек, с интересом покрутил в руке печатку с крупным красным камнем, которую протянул ему Льен.

— Знаменитый камешек, “Королевское сердце”? Выходит, все это время он был у тебя? И ты, значит, записал образ увиденного и пойманную тобой эманацию сюда, в перстень? — Демон хмыкнул и взглянул на него, как энтомолог посмотрел бы на редкую бабочку в своей коллекции. — А ты очень умелый, Ли Цзин. Я восхищен.
— Прошу, не стоит меня так называть, — негромко произнес демон. — Мое имя Льен.

Глава прищурился и ничего не ответил. Он надел печатку на палец и сосредоточился на ней, а через некоторое время поднял глаза на демона, стоящего перед ним в ожидании.

 — Очень хорошо, — произнес Цзин Син. — Ты смог считать окрас магической энергии. Теперь я точно знаю, что это такое. Вернись на землю и определи центр, источник исходящей силы. Для такого умелого демона это не должно стать сложной задачей.

— Но… — Льен в замешательстве посмотрел на Главу, — но я думал, что моя задача — лишь определить, что это были за выбросы.
— А ты определил? — Глава снова хитро прищурился. — Можешь рассказать мне, что это и почему так происходит?
— Но вы же сами сказали, что теперь знаете, что это. 
— Да, и мы должны выяснить, как это прекратить. Или ты предпочтешь оставить на земле все как есть? Ты уже и сам понял, что даже мимолетные вспышки прорывающейся чужеродной силы убивают людей, случайно оказавшихся поблизости. Представь, что будет, если она хлынет в мир? Сможет ли кто-то из людей выжить и противостоять ей? Как это отразится на нашем общем полотне мироздания? 

Льен сжал зубы. Демон подумал, что на земле, как раз в районе происходящих выбросов, сейчас живет Тиан. Конечно же, он не мог оставить все как есть и подвергнуть ученика такому риску, и Цзин Син, разумеется, знал об этом. Хитрый лис!

Он склонил голову.
— Хорошо, Глава. Я согласен. Я вернусь на землю и разыщу источник. 
— Вот и отлично!

Цзин Син встал с кресла и подошел к ярко пылающему камину. Протянул руку к мечу, взял его за эфес и немного полюбовался переливами серебряных граней, перетянутых крест-накрест тонкой кожей. Затем протянул меч Льену.

— Возьми. Отдаю его тебе. Можешь считать это подарком или обменом на перстень. Его я хотел бы оставить пока себе.

Мужчина на секунду замешкался, но потом взял меч и кивком поблагодарил Главу. Сделка была честной. Перстень, аккумулирующий образы памяти, если будет надо, он создаст заново. Это было не сложно. А рубин, “Королевское сердце”... Да мрак его побери! Пора забыть и его, и историю, с ним связанную.

Цзин Син проводил светловолосого демона долгим взглядом, затем взял с камина бамбуковый веер и вернулся в кресло. Раскрыл было веер и сделал пару взмахов, но тут же свернул обратно, прижал к себе и так застыл. Лишь глаза его пристально следили за высокими языками пламени в камине, но вскоре они медленно закрылись.