Десерт с щепоткой магии

Посреди лба пульсировала точка. Противненько так саднила. Вчера мне прямехонько в лоб прилетела роза из букета невесты, и острый шип проколол кожу. С одной стороны, спасибо, что не в глаз! А с другой, ходить с расцарапанным лбом или, еще того хуже, с лейкопластырем на самом видном месте — то еще удовольствие.

И зачем, спрашивается, меня понесло в толпу девушек, жаждущих поймать букет и свое счастье прямиком из рук Наташи? Я ведь и замуж-то не хочу!

Тамада попался ответственный, да к тому же зоркий, как орел. Он давно заприметил незамужних молодых девушек и, когда наступил момент кульминации, хватал нас под белы рученьки и препровождал в центр зала. Никто особо не вырывался, я тоже предпочла смириться. Две минуты позора — и свободна.

Надо было смотреть на невесту, а я зевала по сторонам. Разве я могла предположить, что букет развяжется в полете? И, пожалуйста, вместо того чтобы поднять руки и защитить лицо, поймала розу в полете лбом. Чудненько! Обидно, что именно в этот момент я предавалась благостному предвкушению. А предвкушала я свадебный торт, ожидающий меня на столе. Я успела попробовать нежный сливочный крем и пропитанные ромом коржи, когда тамада, подпрыгивая и улыбаясь во все тридцать три зуба, увлек меня за собой.

Научиться печь торты было моей давней мечтой. И не абы какие, кривобокие, посыпанные бисквитной крошкой, маскирующей их изъяны. Я собиралась окончить курсы и печь торты на продажу. А пока я изучала мастер-классы на дзене, пекла на собственной кухне и пыталась разжиться клиентами. Когда-нибудь я наберусь опыта, сниму отдельное помещение, а та-ам…

Сладкие мечтания грубо прервала роза. Кто вообще сейчас использует в букетах розы с шипами? Казалось бы — хрупкий цветок, а шандарахнул так, что искры из глаз.

Я даже не помню, что случилось дальше. Неплохо меня приложило! Или не роза виновата, а три бокала вина, выпитых ранее?

Так или иначе до гостиничного номера я как-то добралась, если сейчас лежу в постели. Наташа сняла для гостей несколько номеров прямо над рестораном.

Не открывая глаз — виски ломило, а от света голова может разболеться сильнее, — я ощупала себя. В ночнушку переоделась, умница Лика! Так-с, косметику с лица смыла. Это я подергала себя за ресничку и поняла, что туши на ней нет. Прислушалась к организму — организм приказывал спать дальше! Кто я такая, чтобы ему перечить?

Я сладко потянулась, повернулась на правый бок, подгребла одеяло: я привыкла спать, обнимая его руками и ногами.

Вернее, подгребла бы! Однако своенравное одеяло вполне ощутимо дернулось из рук и уползло на другую половину кровати. Не знала бы, что сплю одна в номере, могла бы решить, что некто, лежащий рядом со мной на постели, не захотел делиться!

Почудится же! Наверняка одеяло зацепилось за бортик. Я, забурчав, дернула сильнее, накрылась краем и повернулась теперь на левый бок, наматывая его на себя.

В тишине комнаты прозвучал вздох. «Ветер!» — испуганно сообщила я себе, распахнув глаза и уставившись в стену.

Наташа хвалилась, что каждый номер в отеле — шедевр дизайнерской мысли и каждый — уникален.

В моем номере мысль дизайнера, видать, зашла слишком далеко. Что именно он хотел передать потрескавшимися стенами с отвалившимися кусками штукатурки? Паркетным полом, из которого вывалились некоторые деревянные планки, а те, что остались на месте, потемнели от времени и пыли? А этот унылый половичок, связанный из полосок ткани, как в деревне у моей старой тетушки, должно быть, символизировал уют и… не знаю… пастораль?

Брр, надо вставать, умываться и делать ноги.

За спиной снова раздался вздох. Я набросила одеяло на голову и оцепенела. Ну да, ну да, маньяков-то обычно отпугивает одеяло, натянутое на уши! Но что поделать, глупая привычка, сохранившаяся с детства, и тут дала о себе знать. Я пряталась под одеяло, когда боялась, что из-под кровати вылезет чудовище и схватит меня. От подкроватных монстров одеяло как раз действовало безотказно! Но если у меня над ухом вздыхает не чудовище — дело швах!

— Может, поделишься одеялом? — печально поинтересовался глубокий мужской баритон.

С визгом я подскочила на ноги, крутанулась как юла, одновременно завертываясь в одеяло, как в броню!

Это что еще за номер с подселением? Наташа! Мы так не договаривались!

Вторая половина комнаты по запущенности и убогости не уступала первой. Я бы таким дизайнерам их дизайнерские ручонки поотрывала к чертям собачьим!

Но самое ужасное не это!

На постели растянулся полуголый парень. Радовало то, что полуголым он оставался сверху, а снизу был одет в смешные длинные то ли кальсоны, то ли рейтузы. Печалило то, что поверхность кальсон или рейтуз подозрительно бугрилась в мою сторону.

В любых других обстоятельствах неожиданный сосед по постели показался бы даже приятным. Лет ему было… м-м-м… примерно двадцать пять. Темно-каштановые жесткие волосы топорщились, темно-серые глаза сердито щурились. Физиономия со сна помятая, но симпатичная, с волевым и слегка небритым подбородком. Обнаженная часть тела, выставленная на обозрение, мускулисто поигрывала мышцами. По всему видать, парень не брезгует тренажеркой.

Но о чем я думаю? Наташа, что за подстава? В моем номере незнакомец! И насчет его намерений, выпирающих в кальсонах, не возникало сомнений!

Я открыла рот и завопила.

Хм… Попыталась завопить, но из пересохшего горла вырвался лишь тоненький хрип.

Картина маслом. Лика в одеяле, обернутом вокруг ее тщедушного тельца, издает полузадушенный сип простуженной канарейки.

Парень сел на кровати и с любопытством уставился на меня. Мой писк не пробудил в нем совести. Но был и плюс! Он усыпил в нем… скажем так… его нахальное намеренье.

— Водички принести? — спросил незнакомец как ни в чем не бывало.

— Ты кто? — выдавила я.

— Муж твой.

Парень воззрился на меня, я на него. Оба в изумлении.

— И давно… ты мой муж? — проблеяла я.

— Со вчерашнего утра.

О-па! Это когда я замуж успела выскочить? Или у них на свадьбе акция проходила? Две по цене одной? Выдай подругу замуж и получи жениха в придачу?

Спасибо, обойдусь!

Бочком, бочком я посеменила к двери, оглядываясь по дороге в поиске одежды. Почему-то платья, в котором я пришла на свадьбу, нигде не было видно, но на стуле висело что-то длинное, простецкое, напоминающее хлопковый сарафан для отдыха на море.

Некогда было размышлять, кто мне подкинул сарафан и украл вечернее платье. Разберусь позже! Я схватила то, что дают, и выбежала в коридор.

Это наша Лика. Так-то она Анжелика, но в новом мире придется ей быть Гликерией ))

Ну и брутал, он же боевой маг, он же барон и новоиспеченный муж Лики - Дален Канри

Выбежать-то выбежала, но запала хватило на два шага. Я застыла будто громом пораженная. Коридор оказался узким, коротким, а по соседству располагалась еще одна — всего лишь одна! — деревянная дверь. На полу валялся вытертый половик, из приоткрытого окна веяло свежим воздухом, занавески, видавшие лучшие виды, а теперь местами пожелтевшие, местами посеревшие, колебались от ветра.

На цыпочках, заранее страшась увиденного, я подкралась к окну и еле задавила рвущийся наружу вопль. Задавила в буквальном смысле: закрыла рот двумя ладонями, выронив сарафан.

Нет, за окнами не прогуливались парами и поодиночке жуткие монстры или ходячие мертвецы. Взору предстала мирная картина: огород, сарайчик у изгороди, сельская улица, крыши невысоких домов…

— Меня похитили! — прошептала я.

Точно! Подсыпали отраву в вино, опоили, а после отвезли в тьмутаракань и уложили маньяку под бочок. Сложная, мутная схема, но сейчас каких только извращенцев не встретишь.

Бежать! Бежать, пока не поздно! Вот там, кажется, сельская дорога, она выведет на асфальтовую. Кто-нибудь до города подбросит.

Пока я панически обдумывала план побега, застыв на месте, я совсем упустила из вида, что маньяк никуда не делся и ему ничто не помешает до меня добраться.

До моего плеча осторожно дотронулась мужская рука, и маньяк участливо поинтересовался:

— Тебе не холодно босиком? Пойдем в постель.

Добрый какой, ишь!

Я подпрыгнула, взвизгнула, отбросила его руку — увидела, что вокруг моих пальцев взвились ярко-рыжие искры, но удивиться странному явлению не успела — и бросилась бежать по коридору, потом вниз по лестнице на первый этаж, сквозь темный из-за сдвинутых ночных штор холл, на крыльцо и на землю.

— Ай-ай! — Я схватилась за уколотую острым камешком пятку.

В последний раз я бегала босиком по двору в пятилетнем возрасте. Оказывается, не очень-то разбежишься нежными напедикюренными пяточками по голой земле, по камням и жестким прошлогодним стеблям травы.

Пока я скакала на одной ноге, маньяк-муженек вышел следом на крыльцо и задумчиво наблюдал за мной, не делая больше попыток облапать. И на том спасибо.

— Все хорошо? — вежливо поинтересовался он.

— Погоди… Погоди, погоди… — пробормотала я, прихрамывая в сторону торчащей из земли забытой кем-то тяпки.

Я покрепче перехватила ее за деревянную рукоятку и воинственно воздела над головой.

— Не подходи! Убью!

— Хм… — сказал муженек.

Бодрым шагом он преодолел расстояние между нами, а после легко и непринужденно, так, что я ничего не успела понять, лишил меня оружия.

— Может, объяснишь, какая муха тебя укусила?

— Ам-м… — выдавила я. — М-м-м…

— Ясно. Магическая отдача. Я ведь тебя вчера предупреждал, чтобы ты не перенапрягалась! Иди-ка сюда…

Маньячилла сгреб меня своими ручищами поперек туловища и, не обращая внимания на мои жалкие попытки вырваться, перенес обратно на крыльцо и поставил на ноги. Тихонько подтолкнул по направлению к стоящей нараспашку двери.

— Пойдем, я сделаю тебе кофе.

Кофе! Что же, если прямо сейчас он меня расчленять не собирается, так и быть, выпью кофе. В эту минуту он был мне жизненно необходим.

Парень, взяв меня сзади за плечи, провел через холл прямиком на кухоньку, усадил на плетенный из лозы стул и принялся колдовать над плитой. Очень странной, надо сказать, плитой! Вместо газовых конфорок или дисков, как у электрической плиты, здесь в железных ячейках торчали серые камни неправильной формы. Мой «муженек» коснулся одного из них пальцем, проскочила искра, и камень занялся ровным оранжевым пламенем.

Я сошла с ума. Сошла с ума. И брежу.

Хорошо, что парень не видел моего очумевшего лица, он сыпал коричневый порошок в посудину, напоминающую медную турку, наливал воду из кувшина, а после сосредоточился на варке кофе.

— Тебе с молоком, Лика?

Лика! Я ухватилась за это имя, как за соломинку. Значит, не все так плохо, некоторые признаки ясности ума присутствуют. Это ведь я — Анжелика. Это мое имя.

— Как ты меня назвал? — пискнула я.

— Лика. Гликерия.

Гликерия? Рот будто слипся от небывалой сладости этого имени. Все… Все неправильно! Зовите скорую! Надо меня спасать!

— Так… — пробормотала я, массируя висок. — А как, говоришь, зовут тебя?

Маньячилла обернулся ко мне с нахальной ухмылочкой.

— Не помнишь, как родного мужа зовут! Лика-Лика! Давай вспоминай, не то кофе не получишь!

Он налил бодрящий, одуряюще пахнущий напиток в чашечку. Потянул носом и сделал вид, что блаженствует от запаха.

— Ты издеваешься? — мрачно осведомилась я.

— Немножко. Но только ради дела. Магическая отдача — штука неприятная. Если в ближайшие несколько часов память не вернется, то…

— Что?

— Все! Жизнь с чистого листа. Мне же все-таки хотелось бы вернуть свою Лику. Так как меня зовут?

— Абисалом, — буркнула я, чтобы его позлить: вспомнила мультфильм, который смотрела недавно вместе с подругой и ее сынишкой. Про робота с неисправной памятью, которому в голову загрузили неполный список имен мальчиков, а начинался тот как раз с Абисалома — так бот пытался называть своего хозяина.

У «муженька» вытянулось лицо.

— Попробуй еще, — подбодрил он меня и, сжалившись, поставил чашечку с кофе рядом со мной.

Я сделала глоток божественного напитка. Вкусно! А в голове все равно не прояснилось…

— Даже гадать не стану, не помню, — вздохнула я.

Да что за дичь творится со мной с утра? Где я? Почему незнакомый мужчина твердит, что мы женаты? И уже второй раз упомянул про магическую отдачу?

Стоп! Может, это изощренный розыгрыш и меня сейчас снимают на скрытую камеру?

Я задрала голову и подозрительно оглядела потолок, перекошенные шкафчики. Увидела паутину с мухами, разводы плесени, пучки сушеных трав.

— Дален.

— М-м? — проворчала я, не отводя глаза от потолка.

— Зовут меня — Дален.

Мне почудилось или в голоcе муженька проскользнули грустные нотки? Не на ту напал! Меня не провести! Устроили тут реалити-шоу со мной в главной роли! Я их выведу на чистую воду!

Но пока, раз уж такое дело и на меня любуется бог знает сколько зрителей, надо хотя бы привести себя в порядок.

— Здесь есть зеркало?

Как там его? Дален? указал на небольшое квадратное зеркальце, стоящее на буфете. Я заглянула.

Ахнула. И отшатнулась.

На меня смотрело чужое лицо.

Незнакомка в отражении выглядела милой: каштановые волнистые волосы, большие темные, будто вишенки, глаза, симпатичная мордашка. Но ведь это не я!

«Гадство! — мысленно воскликнула я. — Гадство, гадство, гадство!»

Сколько раз я читала о подобном в любимых книгах фэнтези. И, признаюсь, мечтала оказаться на месте героинь.

Но не так ведь! Не в стремном пыльном домишке, где наверняка водятся клопы! Почему я не герцогиня в древнем богатом замке? Одно радовало — я очнулась рядом не с беззубым стариком…

Однако неужели это правда? Я — попаданка?

Мы с «муженьком» сидели на разных концах стола и нервно прихлебывали кофе в гробовом молчании. Я пыталась обдумать свое незавидное положение и как-то уложить в кружащейся голове невероятный жизненный поворот.

Что я знаю на нынешний момент? Я очутилась в мире, где присутствует магия. Вчера произошло нечто, из-за чего я, вернее, настоящая Лика перенапряглась так сильно, что покинула свое тело. Надеюсь, мы просто поменялись с ней местами, и теперь Гликерия сделалась обладательницей светлых волос, серых глаз, кошки Муси и однокомнатной квартиры в центре города.

Я же всего этого, получается, лишилась, но приобрела взамен небритого типа, в числе достоинств которого значилось пока только одно: он умеет варить кофе.

Больше всего я буду скучать по Мусе. Надеюсь, что Гликерия ее не обидит! В отношениях с родителями у меня никогда не было особенной теплоты, мама и папа всегда больше интересовались друг другом, чем мной и моими братьями. Кажется, они частенько забывали, сколько именно детей произвели на свет и чем каждый из них занимается. Сейчас родители проводили время на море и ни разу не позвонили мне за две недели. Уверена, они и не заметят подмены родной дочери на незнакомку.

Хорошо, что в этом мире существует «магическая отдача» и она объясняет потерю памяти. Плохо, что, как бы «муженек» ни старался во мне ее пробудить, ничего не выйдет.

Сделалось его жаль. Человек только женился, а в итоге вместо любимой девушки получил кота в мешке. Зато, думая, что помогает мне вспомнить, парень расскажет все о жизни Гликерии.

— Балин, — позвала я.

Ноль эмоций.

— Ба-алин!

Глухой он, что ли? Я ведь правильно назвала имя?

Он вздрогнул, поднял взгляд от чашки и с чувством сказал:

— Я — Дален!

Он смотрел на меня с некоторым отчаянием, но и с надеждой, и действительно переживал за свою потерянную супругу. Ничем не могу помочь тебе, парень.

— Ах да… Дален! — Я скромно улыбнулась. — Расскажи обо мне, вдруг что-то да вспомню. Мы на самом деле женаты? И свадьба была вчера? В этом доме? Где же тогда гости? Угощения?

«И почему эта лачуга выглядит так убого? Неужели мне придется ковыряться в земле и сажать картоху, чтобы выжить?»

Несколько нескончаемо долгих секунд Дален пристально смотрел мне в лицо. Ох, видать, ворочалась у него в душе острая ледяная глыба! В глубине темных глаз Гликерии он пытался разглядеть частичку ее души, но откуда бы ей взяться? Теперь там всерьез и надолго поселилась Анжелика. Прости, дружище. Хотя какой ты мне дружище? Я тебя знать не знаю, а совместно выпитый кофе — еще не повод для знакомства!

Матушки-батюшки! Да ведь у меня вчера должна была случиться брачная ночь! И, если мы действительно женаты, Дален может требовать отдавать ему супружеские долги.

Нет уж, обойдется. Может, никакой он мне не муж на самом деле! Вон, кольца-то на пальце нет.

— Я слушаю, — произнесла я ледяным тоном.

Дален вскинул брови. Отчасти я могла понять его удивление. Молодая жена то бросается с тяпкой наперевес, то нервно подпрыгивает, увидев отражение в зеркале, то миролюбиво улыбается, то подозрительно щурится.

Биполярочка!

Дален, однако, решил вести себя как паинька. Потянулся к моей щеке с намереньем погладить, но я отстранилась и погрозила ему пальцем. Ты-то меня, может, и знаешь, а я тебя впервые вижу!

— Мы действительно женаты, Лика. Наверху, в кармане сюртука, лежит наше свидетельство о браке, заключенном вчера в ратуше Вейма. Твоя подпись, моя и двух свидетелей. Нашими свидетелями стали двое попрошаек, что околачивались у ратуши, но ты была не против.

— Да? — изумилась я. — Нормальных свидетелей не нашлось? У нас нет друзей? Родственников?

Я с новой порцией ужаса оглядела ветхое жилище.

— Мы сироты?

Дален, хоть у него на душе, по всему видать, скребли кошки, рассмеялся. А смеялся парень так, как смеются все уверенные в себе люди: запрокинув голову, улыбка до ушей. Стеклянные дверцы старого буфета мелко задребезжали, резонируя с молодецким хохотом.

Муженек протянул ко мне руку. На этот раз не для того, чтобы коснуться, а так, как протягивают при знакомстве. Я поглядела заинтригованно и руку пожала. Крепкие у него пальцы! Этот человек знает себе цену.

— Дален Канри, барон. Боевой маг. Старший сын и наследник. — Он криво усмехнулся и добавил: — Лишенный наследства за порочащую его связь.

— Ух ты! — Я подалась вперед. — А с кем связался?

— С тобой, моя ненаглядная жена!

Час от часу не легче! Страшно узнавать, чем я занималась до встречи с Даленом. Я помассировала лоб и спросила прямо:

— Что я натворила?

Дален улыбнулся неожиданно мягко.

— Ничего, кроме того, что родилась не в той семье. Твои родители держат кондитерскую лавку. Во всяком случае, с твоих слов. Я их никогда не видел, ты нас не познакомила.

— Ладно. — Фух, кажется, можно выдохнуть. — То есть мы поженились против воли твоих родителей. И сразу отправились…

Я брезгливо обвела взглядом помещение.

— Сюда. Видно, на другое жилье денег не наскребли.

— Этот дом принадлежит моей престарелой дальней родственнице, она, увы, недавно преставилась.

— Кому представилась? — Я не расслышала, но потом сообразила. — Ах да! Преставилась. Извини. Соболезную!

— Ничего, я ее почти не знал. Она, как и ты, обладала бытовой магией…

Я обладаю магией?! О-па! Хотя стоп, чему я удивляюсь? Дален несколько раз говорил про «магическую отдачу», из-за которой и произошел весь сыр-бор. Но я только теперь вникла, что я — маг! И пальцы мои искрили не просто так. Я маг! Маг! Феечка!

— …мы приехали за ней, — закончил Дален.

Оказывается, все это время он прочувствованно пересказывал события вчерашнего дня.

— А?

Дален терпеливо вздохнул и начал по второму кругу:

— Моя тетка Руфильда слыла женщиной немного не в себе, но ее настои и целебные отвары пользовались большой популярностью. Она сама собирала травы и ингредиенты, составляла рецепты и варила зелья, используя магию. Все рецепты она записывала в толстую тетрадь в кожаном переплете. Страницы засалились от времени, кое-где обложку прожгли капли кислоты и искры огня, но тетка берегла тетрадь как зеницу ока. Мы приехали за ней.

— А зачем нам старая тетрадь?

— Ну, во-первых, затем, чтобы рецепты не достались недобросовестным магам. Они давно охотятся за ними. Руфильду уговаривали продать рецепты, а не договорившись, пытались украсть. Наверное, потому тетка и спрятала тетрадь так, что мы вчера перерыли весь дом, но не нашли ее. А во-вторых, это твой свадебный подарок от меня. Ты собираешься открыть кондитерскую и хочешь использовать для рецептов теткины наработки.

Кондитерскую! Слово подействовало на меня поистине магическим образом. Я будто ощутила запах ванили и корицы, разлившийся в затхлом помещении, а губы сделались сладкими, словно их намазали вишневым джемом.

— Ты использовала для поиска магию, но ты ведь не маг-дознаватель, бытовая магия для таких вещей подходит мало. Я уговаривал тебя не напрягаться, рано или поздно мы все равно отыщем тетрадь, но ты оказалась очень упряма, Лика. И не сдавалась, пока не упала без чувств.

Ага, вот оно! Тогда-то все и случилось!

— Что, и в огороде искали? — глупо спросила я, вспомнив тяпку.

— И в колодце, и на чердаке, и в сарае, — перечислил Дален обреченно.

Кондитерская, говоришь? Тортики, пирожные, десерты? И все приправленное магией?

— Сегодня продолжим! — строго заявила я.

Дален только головой покачал, но спорить не стал, видно, на собственном опыте убедился, что его супруга не отличается сговорчивостью.

— Но сначала поешь! — категорично заявил он. — Вчера налюбовался на твое бесчувственное тельце. Хватит!

Значит, ночью он любовался на бесчувственное тельце? Это внушало оптимизм: брачной ночи как таковой пока не было. Но ведь Дален, крепкий и пышущий здоровьем, в любой момент может предъявить свои права на молодую жену. Как бы открутиться от почетной обязанности? Сослаться на стыдливость невинной и неопытной девицы? Наверняка в этом мире я невинна и неопытна. Я застонала про себя. Только не это! Снова!

Пока я обдумывала отмазки, Дален вынул из деревянного ларя ветчину, сыр и серый хлеб. Продукты оказались прохладными на ощупь, видно, не обошлось без магии и ларь в этом мире был аналогом холодильника.

Пока «муженек» варил новую порцию кофе, я настругала бутербродов тупым ножом, найденным в ящике стола среди сушеных цветочных головок и россыпи семян. Руфильда, я смотрю, всерьез увлекалась своей ботаникой. Теперь я разглядела, что на полках шкафчиков теснятся разномастные флаконы и пузырьки, заполненные порошками, травами, семенами и прочими ингредиентами. А свисающие под потолком и по углам пучки растений потянули бы на несколько внушительных гербариев.

— Почему у нас нет колец? — спросила я у Далена, когда он опустил рядом со мной на стол уже третью по счету чашечку кофе.

Спросила и испугалась: что если я дала маху и в этом мире не используют брачных колец. Вместо них брачные браслеты? Или татуировки? Или, ну не знаю, подвязки на ноге?

Сердце заколотилось. После всех открытий сегодняшнего утра мне впору успокоительное принимать, а не крепкий, хотя и очень вкусный кофе. Кстати, если отыщем теткину тетрадь, надо посмотреть, чем здесь народ успокаивается вместо валерьянки.

— Мы решили не связываться с этим пережитком прошлого, — улыбнулся Дален.

Ладно, с кольцами я попала в точку! Но почему это пережиток? Так прямо и не спросишь, поэтому я отхлебнула кофе, сделала вид, что он обжигает небо, и потому только рукой приглашающе помахала, мол, говори-говори, я слушаю.

— Удивительно, что ты после отдачи растеряла и знания о мире, — обеспокоился муженек и скользнул по мне встревоженным взглядом. — Ничего, вернемся в Вейм, я отведу тебя к лучшему целителю. Мы вернем тебя, Гликерия.

Я поперхнулась, теперь уже по-настоящему. Спасибо, конечно, дружище, но сомневаюсь, что в этом деле поможет целитель.

— Конечно, — мило улыбнулась я в ответ. — Ужас что со мной творится! Голова дырявая, как решето. Так что там с кольцами?

— Брачные кольца дают мужу власть над женой, — неохотно признался Дален, точно ему было стыдно за варварские обычаи предков. — Капля крови, магическая печать — и мужчина может одним только взмахом руки наказать непокорную жену…

Дален скривился, а я втайне порадовалась, что мне достался не моральный урод, который был бы только рад использовать возможности брачного кольца. Но от услышанного все равно захватило дух.

— Что за дикость!

Хотя… А у нас разве не так? У мужчин всегда были рычаги давления на женщин: деньги, дети, общественное мнение.

Дален кивнул, соглашаясь, что это дикость, и снова потянулся ко мне, собираясь, видно, приободрить поглаживанием по руке, но я отодвинулась. Не так быстро, муженек!

— А если без магии — просто кольца?

— Они сами по себе символ неравенства, потому теперь от них все чаще отказываются.

— Хм… Спасибо, что пояснил. Ты доел? Приступаем к поискам!

Я решительно поднялась из-за стола и огляделась. Дален говорит, мы перерыли весь дом, но я надеялась на свой свежий не замыленный взгляд. К тому же Лика номер один слишком уж полагалась на магию. Они тут чересчур привыкли использовать ее по делу и без дела. А мы применим другие методы!

Я встала в центре кухоньки, уперла руки в бока — ой-ой, а одета-то я по-прежнему в ночнушку! — и продекламировала:

— Домовенок, поиграй и скорей назад отдай!

Дален воззрился на меня в немом ошеломлении, не донеся до рта чашку с остатками кофе.

— Пойду переоденусь и вернусь! — степенно заявила я и, вскинув подбородок, отправилась искать лестницу на второй этаж, где в коридоре на полу остался лежать сарафан.

Я опасалась, что коварная магия почившей тетушки утаскивает в тартарары все вещички, валяющиеся без присмотра, но, к счастью, сарафан лежал на том самом месте, где выпал из моих ослабевших рук, — под окном.

Выглядел он простецки, но удобно. Думаю, вчера Гликерия именно в нем исследовала закоулки теткиного дома. Я развернула ткань и поморщилась, увидев, что подол перепачкан в земле… Судя по пятнам, она и в огороде ковырялась в нем!

Не может быть, чтобы Лика номер один не привезла с собой другой одежды. Я заглянула в спальню и, как и предполагала, увидела у комода два саквояжа. Один, побольше и подороже, из коричневой кожи с медными уголками, наверняка принадлежал Далену. Второй — матерчатый и потертый — явно был мой. Посмотрим!

В саквояже обнаружилась смена белья, вязаная шаль, забавные полосатые носки из грубой шерсти. Ага, свежее платье! Более нарядное, чем предыдущее, с вышивкой на лифе и на подоле. Возможно, именно в нем Гликерия вчера выходила замуж в ратуше.

Я представила ее с букетиком скромных цветов, фиалок или незабудок, со счастливой и нежной улыбкой на милом личике. Как она, смущаясь и не решаясь поднять глаза на будущего мужа, стоит рядом с ним в зале ратуши и мечтает о совместной жизни.

В душе взметнулась волна чувств. Я всхлипнула и шлепнулась на пол на пятую точку. До этого мига Гликерия была лишь именем, абстрактной девушкой и ее судьба меня мало печалила. Но сейчас мне сделалось ее невероятно жаль. Хотя в моем мире ее ждет неплохая жизнь! И Муся!

— Ты уж прости, — пробормотала я в пространство. — Ну кто тебя просил так напрягаться вчера с магией!

Я продолжила перебирать вещички. Нашла холщовый мешочек, в котором что-то позвякивало. Развязала его и высыпала на ладонь нехитрые сокровища: сережки с малахитами, кулон с агатом, тонкое золотое колечко… Хм? Я нахмурила брови, вспоминая разговор с Даленом. Но, вероятнее всего, это просто кольцо, украшение, одна из немногочисленных драгоценностей небогатой девушки.

Я отыскала у порога туфли-лодочки, переоделась в платье и заплела длинные густые волосы в косу. К поискам тетради с рецептами готова!

Дален как-то подозрительно притих внизу, видимо, переваривал мое обращение к домовому.

Я шагнула за порог спальни и неожиданно для себя оказалась в крепких мужских объятиях.

— Попалась! — радостно провозгласил Дален, опрокинув меня на широкую грудь и целуя в щеки.

Это у них игрища такие? Его счастье, что я сразу разглядела, чьи ручищи меня захватили в плен, и вместо того, чтобы применить безотказный болевой прием, действующий исключительно на мужчин (спасибо старшему брату Антону, научил!), я ограничилась тем, что выгнулась, уперлась ладонью в мускулистую грудь «муженька» и прошипела:

— Немедленно отпусти меня!

— Лика…

Его руки бессильно повисли. Дален отступил назад, свесив буйну головушку. Вид у него сделался как у обиженного щенка. Такого большого, грозного, но все же милого щенка. Еще и нечесаные каштановые космы придавали схожести. Я не удержалась и, потянувшись, потрепала его по плечу.

— Я тебя не знаю, — напомнила я. — Мне нужно время…

Мно-ого времени, дружище!

— Понимаю.

И Дален все же осторожно сгреб меня, прижал щекой в районе подмышки. Что же ты за здоровяк огромный вымахал! Два на два! Или это Лика такая мелкая? Будь его воля, Дален быстренько разложил бы меня на брачном ложе, я бы и пискнуть не успела. Спасибо, всевышний, он, кажется, действительно любил свою жену и не хотел ее пугать.

— Тетрадь, — пробурчала я, притиснутая носом к голой коже, стараясь не дышать.

Знаю я этих брутальных мужчин: шибанет в нос пóтом так, что час чихать буду! Однако воздух в легких закончился, и пришлось вдохнуть. М-м-м, а пах-то «муженек» вполне себе ничего. Немного дымом костра и хвоей, будто недавно жег еловые ветки. Хотя, может, и жег? Мало ли чем тут молодожены вчера занимались.

— Я оденусь и присоединюсь к поискам, — вздохнул Дален чуть разочарованно.

Э-э, похоже, я обломала ему надежду на брачную ночь. Точнее, брачное утро.

Я решила начать поиски с кухни, а Далена, когда отойдет от обидки, отправлю в тесную прихожую: будем двигаться навстречу друг другу, стараясь не пропустить ни сантиметра. Хорошо, что дом у тетушки небольшой, плохо, что и в таком невеликом домике может быть полно тайных местечек под половицами и внутри стен.

Домовенок, если он и водился в доме Руфильды, моей просьбе не внял, и тетрадь с рецептами, увы, не материализовалась на столе, пока мы с Даленом выясняли отношения. Вздохнув, я подтащила табурет, выглядевший надежным, к крайнему шкафчику и, взобравшись ногами на сиденье, — Лика действительно была совсем маленького росточка — распахнула дверцы.

С полки на меня внимательными глазками-бусинками смотрела мышь, шевелила усами и не двигалась с места. У грызуна явно нервы крепче, чем у меня: я с визгом шарахнулась прочь, забыв, что стою на табурете.

Так бы и закончилась бесславно моя попаданческая эпопея, на грязном дощатом полу, если бы не Дален. Он как раз подошел к дверям кухни и успел — нет, не добежать, чтобы принять меня в свои любящие объятия, всего лишь поднять ладони, и, по всему видать, засветил в меня заклинанием.

Добрый, добрый муж! Нет, я вовсе не сделалась легкой, будто перышко, и не спланировала на пол плавно, словно на пуховые облачка, как это описывали в моих любимых книгах. Отнюдь! Из глаз посыпались искры, точно меня огрели по голове пыльным увесистым мешком, я оцепенела от пальцев на ногах до кончиков волос и с громким стуком, как деревянный чурбан, грохнулась на пол, вытянувшись по струнке.

— Лика!

Дален бросился ко мне, по пути снимая свое зловредное заклятие, отчего я расползлась как тесто, обмякая на полу. Он помог мне сесть и старательно потер спину, приводя в чувство. Тер так старательно, что еще немного, и она бы воспламенилась.

— Что это было? — выдавила я слабым голосом.

— Это… Это было заклятие мгновенной заморозки, — слегка смущенно — но лишь слегка! — признался муженек. — Чтобы пленить врага на поле боя, не раня его, или дотащить до целителя умирающего сослуживца. Я все-таки боевой маг! Рефлексы сработали.

Дален чмокнул меня в лоб.

— Чем ты недовольна? Кости целы. Никакого ущерба для здоровья. Если мы не считаем ущербом нервный срыв у мыши.

Дален, негодник, с довольной ухмылочкой потыкал пальцем вверх, указывая на флегматично шевелящего усами грызуна. Судя по его наглой серой мосе, нервным срывом там и не пахло. Мышь с любопытством разглядывала людишек и уходить не торопилась.

— Кота на тебя нет! — проворчала я.

— Руфильда никогда не держала кошек, — развел руками Дален. — Очередная странность тетушки, а причуд у Руфильды было так много, что на подобную мелочь и внимания никто не обращал.

Я протянула руку, и муженек помог мне подняться, ненадолго удержал мои, вернее, Ликины тонкие пальцы в своей шершавой горячей ладони. Я, натянуто улыбаясь, потихоньку вытащила их.

— Тетушка предпочитала общество мышей? — хмыкнула я.

— Вчера ты всего-то парочку спугнула. Заметь, не пыталась упасть в обморок, а отважно швырялась в бедняг всем, что под руку попадется.

Дален придирчиво осмотрел стол, на котором оставались крошки хлеба, немытые чашки и блюдца, сузил глаза, оценивая предметы на мышеустойчивость, и остановился на чайной ложке.

— Кидай! — великодушно разрешил он.

Ложку я взяла, однако, неожиданно для себя самой и удивленно приподнявшего бровь Далена — не иначе он решил, что я заразилась от Руфильды ее чудачествами, — я набрала в ложку крошек со стола и, вскарабкавшись на табурет, высыпала их перед мордочкой мыши.

Действовала по наитию. Какая-то мысль брезжила на краешке сознания, и все же никак не могла оформиться. Тетушка не держала котов, но любила мышей. А значит, значит… Что же, черт побери, это значит?

Мышь невозмутимо отправила за щеку с непрерывно двигающимися усиками пару хлебных крупинок и величаво удалилась, скрывшись в глубине шкафчика.

В полном молчании мы наблюдали за кормлением мыши, но вот тишину нарушил удрученный баритон:

— Э-э… Лика… Может, плевать на тетрадь — и поедем к целителю?

— Все нормально! — воскликнула я с энтузиазмом, которого вовсе не ощущала. — Это часть плана!

Дален смотрел недоверчиво.

— Ладно, расскажи, где мы вчера искали? Укромные местечки выстукивали?

— Высвечивали, — поправил меня муженек.

И тут же продемонстрировал: провел ладонью по воздуху, и в тех местах, где от руки Далена исходило голубоватое марево, стены будто разъедали дыры: виднелись дранка, кирпичная кладка, скелетик мыши… Бррр!

— Тайники есть?

— Есть! — отрапортовал Дален. — Но пустые.

— Гадство!

— Полнейшее! — поддакнул муженек, изображая из себя вымуштрованного солдафона.

По-моему, он от души забавлялся. Поиски наследства тетушки с молодой женой на второй день брака боевому магу казались веселым приключением. Если бы женушке память не отшибло, было бы и вовсе хорошо. Однако и так сойдет! Сначала выискивание сокровищ, а там и брачная ночь не заставит себя ждать.

Но мне нужна была эта тетрадь!

— Я начну поиски с кухни, а ты иди в прихожую. Встретимся в гостиной.

— Есть! — Дален так заигрался, что отсалютовал мне кулаком, сначала прижатым, а потом отброшенным от груди в стремительном жесте. — Увидишь мышь — зови на помощь!

— Ой, иди уже!

Я покачала головой. Закон подлости в действии! В своем мире я обходила военных — красивых, здоровенных — десятой дорогой, ни за что не желая становиться офицерской женой, здесь же угораздило! Надеюсь, боевых магов не отправляют по распределению в глухомань? Не должны, ведь Дален обещал Гликерии кондитерскую.

— Тетрадка, — тихонечко позвала я тоненьким голоском и хрюкнула, подавившись смехом. — Лоша-адка…

Тетрадка призыв игнорировала. Надеюсь, что тетушка не сожгла ее в порыве безумия, показав смачный шиш всем родственничкам, надеющимся заполучить ее во владение.

Я представила Руфильду, которая с демоническим смехом отплясывает босыми пятками вокруг костерка, потрясая кулаками.

Оставалось два варианта: сдаться и уехать, надеясь, что моего мастерства и без всякой магии хватит на то, чтобы кондитерская процветала, или же снова исследовать дом от пола до потолка.

— Я пока не сдаюсь, — вслух пробурчала я, с опаской забираясь на табурет. — Знаешь, Руфильда, это очень эгоистично с твоей стороны — вот так запрятать рецепты! Они бы могли послужить на пользу людям.

Не знаю, зачем я беседовала с почившей магичкой. У нее на том свете дел и так наверняка по горло. Я попыталась представить седовласую старушку, мирно сидящую на пушистом облачке, но воображение упорно подбрасывало образ ведьмы с бородавкой на носу и спутанными лохмами. Зловеще хихикая, бабуся разжигала огонь под большим медным котлом, в котором сидели какие-то бедолаги, а потом солила варево, перчила и посыпала чесночком. Я помотала головой, избавляясь от наваждения.

— Даю честное слово, что не использовала бы твои рецепты во вред, — продолжила я разговор с невидимой собеседницей. — Я пока не знаю, что ты изобрела, но обещаю, что каждый ингредиент будет пущен на пользу. Вряд ли я, конечно, изменю мир, но улыбки тех, кто попробует мои тортики и пирожные, — уже небольшая победа над злом, не находишь?

Я замерла с банкой фасоли, которую как раз вынимала с верхней полки. А что если тетушка Руфильда как раз выступала на стороне зла? Вообще не понимаю, зачем я с ней болтаю. Наверное, стараюсь объяснить не столько колдунье, сколько своей взбунтовавшейся совести, что я не воришка, заявившийся в этот дом из другого мира, и намерения у меня самые добросердечные.

В шкафчике, как я и предполагала, тетрадка не обнаружилась. Не было ее ни на полках, ни в столе, ни в духовом шкафу, из глубины которого на меня осуждающе посмотрел паук и семеня ножками убрался поглубже в укрытие.

— С прихожей закончил! Перехожу в гостиную! — рявкнул Дален командирским голосом, так что я подскочила на месте.

— Скоро присоединюсь!

Я стерла испарину со лба тыльной стороной ладони и решила в последний раз оглядеть кухоньку.

Посреди деревянного порожка сидела мышь. Не знаю, старая ли знакомая или новенькая пришла выразить гостям свое почтение, однако и у этой мося была самоуверенная и бесстрашная. Я отпрыгнула, но всего на шажок: видимо, начинаю привыкать! Мышь будто ждала, пока я проморгаюсь и приду в себя.

На меня внезапно снизошло озарение, почему я, вроде бы разумная девушка, решила прикормить противного грызуна. Это все сказки, прочитанные в детстве! Настеньки, Аленушки и Василисы, попав в дом бабы Яги, скорее принимались пичкать мышей кашей. Будто им с рождения подносили эту истину на блюдечке: смотри, Настенька, попадешь в избушку на курьих ножках, первым делом отыщи мышь и накорми ее от пуза! Вот и у меня, как бы сказал Дален, рефлекс сработал!

— Что, опять пожрать пришла? — буркнула я, правда, беззлобно.

Мышь, если приглядеться, была симпатичной.

— Буду звать тебя Мусей. Ты не против?

Божечки, мне точно надо к целителю: беседую с призраками, даю имена мышам! И мыши будто даже кивают в ответ. Конечно, только в моем замутненном воображении.

Мышь неторопливо развернулась и вышла из кухни. Вышла, а через секунду вернулась и поглядела так, словно приглашала следовать за ней.

Я сделала шаг, подозрительно поглядывая на грызуна: они ведь такие юркие и осторожные. Сейчас испугается и сбежит! Однако Муся была не робкого десятка. Я шаг — она шаг. Останавливается и ждет.

— Дален! — позвала я в пространство.

Муженек нарисовался тут же. Судя по клочкам паутины, застрявшим в копне каштановых волос, Дален рьяно исследовал прихожую, не халтурил.

— Здесь мышь!

— Вижу.

— Она зовет меня за собой!

— Хм…

Клянусь, мышь совсем по-человечески закатила глаза и, будь у нее одна лапка свободна, точно приложила бы ее к мордочке в жесте «рукалицо».

Мы с Даленом переглянулись, а Муся потрусила дальше, через гостиную в сторону льняной занавески, отгораживающей часть комнаты.

— Что там? — спросила я почему-то шепотом.

— Кладовка. — Дален шептать не стал. — Соленья, варенья. Мы вчера там искали.

Он отодвинул тряпку, демонстрируя мне закуток, где на полках впритирку теснились керамические горшочки и деревянные кадушки; на полу стояли кадушки покрупнее. В нос ударил сладковато-кислый запах моченых яблок.

— Мышь требует добавки! — хохотнул муженек.

Муся меж тем добралась до бочонка, притулившегося в углу, и, приподнявшись на задних лапках, уперлась в железный обод передними.

— Она настойчиво рекомендует заглянуть в бочку, — прошипела я в сторону.

— Мы заглядывали. Там огурцы в рассоле. Вряд ли тетрадь вынесла бы соседство с огурцами. Если она там, боюсь, рецепты тетушки и сами превратилась в сомнительный ингредиент.

— И все-таки! — Я не хотела просто так сдаваться.

Да, знаю-знаю, глупо доверять мышам, но лучше я своими глазами удостоверюсь, что в бочке огурцы, а не тайник.

Я приподняла деревянную крышку — тяжелая, зараза! — и разочарованно уставилась на бурую жижу, на поверхности которой плавали укропные зонтики и смородиновые листья.

Махнула было рукой — вот и доверяй после этого мышам, — но в последний момент передумала уходить, наклонилась над непрозрачным рассолом.

— Дален, пошеруди-ка там внутри!

Секундная пауза. Я в недоумении оглянулась на муженька, мол, и чего стоим, кого ждем? Вот она — привычка единственной сестры у трех братьев. Так уж повелось в нашей семье: самая младшая, милая и любимая сестричка всегда получала то, о чем просила.

Но Дален-то не мой брат. Боевой маг как-никак. И сам небось привык раздавать приказы. Не макнет ли он меня физиономией в жижу?

Муженек кривенько усмехнулся: ну что возьмешь с молодой жены в медовый месяц — пусть покапризничает, и принялся закатывать рукав рубашки.

— Спасиб, — прощебетала я.

— Угу.

— У тебя руки длиннее!

— Угу.

Дален погрузил руку в бочку и завозил ею внутри с таким сосредоточенным выражением лица, будто ожидал, что какой-нибудь бешеный огурец откусит ему палец.

Брови муженька подскочили вверх так высоко, что еще немного — и забрались бы под линию роста волос.

— Что там? — в азарте прошептала я.

Дален вместо ответа вытащил нечто темное, разбухшее, похожее на кляксу, истекающую чернилами. Эх, Руфильда, ты, похоже, действительно кукукнулась на старости лет, если не нашла иного тайника. С губ сорвался разочарованный вздох, но я тут же со свистом набрала воздух сквозь сжатые губы.

Потому что… Потому что на моих глазах творилось настоящее волшебство.

Жидкость стремительно стекала со страниц, а сами они высыхали, расправлялись, и не прошло десяти секунд, как комок слизи превратился в заветную тетрадь в черной обложке, слегка потрепанную, но вполне читабельную.

— Дален! Мы ее нашли!

Я так обрадовалась, что, не сдержав чувств, подпрыгнула и повисла у муженька на шее.

А тот и доволен! Одной рукой обнял меня, наклонился, отыскивая губы. Он был слишком высок, чтобы с первого раза накрыть лобзанием мои уста, чмокнул в районе уха.

Э, нет. Стоп. На этом, пожалуй, завершим бурные восторги. Я потихоньку отстранилась.

— Дален, я…

Тут тетрадь изловчилась, распахнула обложку, как рот, и тяпнула Далена за палец. Зубов у нее не было, но Дален от неожиданности выронил наше кусачее сокровище.

— Чего это она? — удивилась я.

Тетрадь, шлепнувшись на пол, поползла в мою сторону, как придавленный жучок, цепляясь за неровности досок.

— К тебе хочет, — хмыкнул муженек. — Нашла себе новую хозяйку.

— Она живая?

— Она магическая. Руфильда вложила в нее часть своей души. Отчасти тетрадь — это сама тетушка.

Я подхватила тетрадь на руки, как испуганного котенка, и она, пригревшись, затихла у моей груди.

— Все хорошо, маленькая. Я тебя не обижу!
______________________________________________________________________
Новинка от в жанрах приключенческого и юмористического фэнтези

Я потомственная ведьма Лиля Морозова. В день, когда я узнала об измене жениха, открывается портал в иной мир. Новая жизнь – то, что мне сейчас надо.
Шагнув в портал, я попала на отбор невест для императора Гиоргия, до которого мне дела нет. Мне бы было, где переночевать в неизвестном мире, да и распорядитель ужасно симпатичный. А может, ну его, этот отбор вместе с императором?

Я расположилась в кресле, в удобной вмятине, образовавшейся за годы его служения Руфильде. Кресло, видно, на радостях, что больше не одиноко, окатило меня фонтанчиком пыли, едва я приземлилась. Кое-как отряхнувшись, я раскрыла тетрадь и жадно уставилась на пожелтевшие от времени страницы. Что же там за рецепты такие, что у Руфильды старались их перекупить, а после, не договорившись с хозяйкой, украсть?

Дален попытался было примоститься на подлокотник, но тот отчаянно крякнул, взывая о милосердии. Старенькое кресло явно было не рассчитано на кого-либо с комплекцией боевого мага.

— Тащи с кухни табурет, — предложила я.

Однако, когда Дален в конце концов устроился рядом, взбунтовалась тетрадь. Она стыдливо трепетала листочками, будто девушка на первом свидании, пытаясь прикрыться от мужского любопытного взгляда.

— Она тебя стесняется, — сделала я вывод.

— Меня? Стесняется? Тетрадь? — раздельно переспросил Дален.

— Да, тебя стесняется тетрадь, что тут непонятного? — Лично меня в этом мире уже ничто не смогло бы удивить. — Я вслух почитаю.

— Угу.

Волнуясь — а ну как внутри обнаружится бред выжившей из ума старушки, которая ввела всех в заблуждение, — я перевернула несколько страниц, заполненных аккуратными, но расплывшимися от времени буквами.

— Вот, здесь разборчиво. «Коли желаете вызвать у человека желание говорить комплименты и дарить неожиданные подарки, добавьте в снадобье цветов анютиных глазок две чайные ложки да анисового иссопа, смягчающего досаду и смятение, одну ложку, а также не забыть приправить двумя щепотками магии».

Дален кивал с таким умным видом, словно ему было все понятно. Не, ну в целом часть, касающаяся растений, не вызывала затруднений. Наверняка у тетушки на кухне в ее многочисленных баночках-скляночках хранится годовой запас сушеных цветов анютиных глазок и иссопа... как там его… анисового. Но как быть с магией?

— Две щепотки магии, — задумчиво протянула я. — Дален, как добывать магию?

Муженек посмотрел на меня исподлобья. Я снова узнала растерянно-грустный вид, с каким Дален вглядывался в мое лицо, надеясь, что вот-вот очнется прежняя Лика.

— Да, я все еще ничего не помню, — напомнила я, чувствуя себя обманщицей и мошенницей. — Наверное, с боевой магией все сложнее?

— Неважно, боевая магия или бытовая, — принялся объяснять Дален. — Любая сила исходит из солнечного сплетения. В академии нас первым делом учили чувствовать этот источник.

Дален положил ладонь на широкую грудь чуть ниже грудины.

— Здесь?

Я повторила его жест, но, видно, расположила руку ниже, чем нужно, потому что Дален качнул головой, аккуратно взял меня за запястье и разместил мою пятерню на своем торсе там, где следовало.

— Здесь.

Сквозь тонкую ткань рубашки я чувствовала жар его кожи, рельеф мышц. Какой же он все-таки… крепкий мужчина. В ладонь, прямо в пальцы, ударило сердце. Его поначалу размеренное биение наращивало обороты и за несколько секунд разогналось, как «Ламборгини» на старте.

Ой-ой, это я на него так влияю?

Я попыталась убрать ладонь, но замерла, подняла взгляд от широкой груди Далена и посмотрела в темно-серые глаза муженька. Наши губы оказались в опасной близости, разделенные лишь десятью сантиметрами воздуха.

По всем параметрам муженек был охрененно хорош собой. Брутальный мужчина, красавчик и, что удивительно, не аристократическая сволочь, а нормальный парень. Не его вина, что бруталы — совсем не мой типаж. Мне всегда нравились худощавые интеллектуалы.

— Лика… — тихо позвал он и взмолился с толикой отчаяния: — Дай хоть поцелую тебя!

Вот ведь засада! Засада засад! Я могла понять Далена: второй день наедине с молодой женой, а супружеский долг еще не исполнен. Причем если раньше можно было откреститься поисками тетради тетушки Руфильды, теперь и этой причины не осталось.

Я никогда не была ханжой, но всегда искренне считала, что в отношениях между мужчиной и женщиной не должно быть любого принуждения. Да, по закону Дален — мой муж и имеет право на брачную ночь, и мне он не противен, пожалуй, даже наоборот. Однако я почти не знала этого человека, а начинать семейную жизнь с того, что я отдамся без желания, точно не стоит. Ни к чему хорошему это не приведет.

«Лика, Лика, — укоризненно произнес внутренний голос. — А ничего, что ты начинаешь семейную жизнь с обмана? Ты выдаешь себя за Гликерию, а на самом-то деле ты вовсе не она. Хочешь, чтобы все было честно, — признайся!..»

Я распрямилась в кресле, полная решимости. Открыла рот.

— Дален… — хрипло начала я.

Поймала взгляд Далена, полный затаенной надежды, и… закрыла рот. Какая я, оказывается, малодушная. Прости, дружище, когда-нибудь я тебе все расскажу. Но не сегодня.

Он молчал и ждал продолжения. Я глубоко вдохнула и выпалила:

— Дален, извини, я бы хотела ответить тебе взаимностью… Но я совсем ничего о нас не помню. Не хочу торопиться!

Краешек его губ изогнулся в грустной усмешке. Дален отпустил мою ладонь, успевшую вспотеть.

— Конечно. Наверное, это и к лучшему. Наши отношения развивались так стремительно, что я толком и поухаживать за тобой не успел.

Мне почудилось, что раздался оглушительный грохот, — это ударилась об пол моя отвалившаяся челюсть. Фигурально выражаясь, конечно, но ощущения все равно сногсшибательные!

— Развивались стремительно… — повторила я. — Я тебя сейчас правильно поняла?

Судя по всему, второй раз лишаться девственности мне не придется, Дален успешно управился с этим ранее. Ну, спасибо, хоть женился, молодец. Удивительно, как я могла ошибиться! Лика, которую я увидела в зеркале, выглядела юной, невинной овечкой. Как обманчива бывает внешность.

 Дален широко улыбнулся и, не выдержав, подался вперед, чтобы коснуться моих губ едва ощутимым поцелуем.

— Моя жаркая девочка. Я с ума схожу рядом с тобой.

— Давно мы знакомы? — прищурилась я.

— Два месяца.

Ого! Вот это вы, ребята, быстрые!

Дален верно истолковал мой офигевший вид.

— Считаешь, я глуп, если до безумия люблю свою молодую жену? — мягко спросил он, легонько приподнимая мою голову за подбородок, чтобы я на него посмотрела.

Тебе как ответить? Правдиво? Извините, барон, вы — баран. Девчонка окрутила тебя, как школьника. Глазками похлопала, коленочки раздвинула, ты и готов.

Но кто я такая, чтобы с трезвой головой судить других за их искренние чувства? Ведь и Лика могла непритворно любить Далена. А как такого не полюбить?

В конце концов, это я вторглась незваной гостьей в другой мир, меня никто не приглашал.

— Расскажи, как мы познакомились, — прошептала я. — Хочу заново тебя узнать.