Дикие нравы нового мира

Просыпаюсь от тупой боли в голове и онемения во всём теле. Пытаюсь пошевелиться, но у меня плохо получается. Тело затекло, и сейчас при каждом малейшем движении по коже бегут противные покалывающие мурашки. Вокруг меня темнота, и слышно только моё учащённое дыхание.

Ощущение, что меня окружает бесконечное число каких-то верёвок. Оно не даёт моему сердцу принять прежний ритм работы. Дотрагиваюсь до головы, и под пальцами чувствую липкую субстанцию — кровь. Где же это я? А где Оля? Пытаюсь вспомнить, как я смогла угодить в такую ситуацию.

За несколько дней до описываемых событий. Ульяна.

— Мам, — кричу я в сторону двери, — а где мой походный рюкзак? — Кажется, в последний раз я оставляла его на антресолях, — ворчу я и перебираю вещи, стоя на табуретке.

— Ульяна, вы всё-таки решили поехать на этот ваш поход? — журит меня на вид совсем ещё молодая женщина на восьмом месяце беременности.

— Мам, не «на поход», а «в поход». И да, мы с Олей решили съездить в туристический поход на гору Воттоваара. Тем более что компания собралась хорошая, и мест было всего шесть человек, если мы сейчас откажемся, ребята не смогут найти нам замену.

— И что вы забыли на этой вашей горе? Лучше бы вот в Краснодарский край съездили отдохнули, позагорали, а вас всё тянет по каким-то загадочным местам, — продолжала причитать мама.

— Мамуль, ну это же такой шанс побывать в таком месте, к тому же ты знаешь, мы с Олей мечтали посетить Карелию.

Мама покачала головой и махнула на меня рукой. Правильно, ведь знает, что меня не переубедишь, упрямая — вся в отца. Папы не стало пять лет назад — инсульт, моментальная смерть. Врачи тогда ещё сказали, что хорошо всё произошло именно так, а то мог бы остаться лежачим овощем. Но я бы с ними поспорила. Ну что уж говорить о том, кого не вернуть. Папу мы помним и любим, но жизнь продолжается, мама ещё молода. И когда через два года она повстречала Павла — доброго, ответственного, надёжного, — я не была против их свадьбы. Он очень полюбил мою маму и меня, принял как свою дочь. К тому же мы очень сдружились с его дочкой Олей, она моя ровесница, и у нас схожие мечты и планы. Мы даже поступили в один институт на ветеринара и сейчас успешно закончили третий курс. Оля же в десять лет осталась без матери и приняла мою маму как родную. Сейчас наши родители ждали общего ребёнка, который должен уже появиться через месяц. И хотя родители были у нас разные, с Олей мы были самыми настоящими сёстрами. Оля — хрупкая блондинка с голубыми глазами, добрая и мягкая по характеру; и я — рыжая, стройная, с большими зелёными глазами и веснушками, упрямая и стремительная.

Мы с Олей решили именно сейчас съездить в туристический поход, потому что потом, возможно, нам придётся помогать родителям, да и учёбу никто не отменял.

Деньги на поездку мы заработали сами, подрабатывали грумерами животных, да и так по мелочи коготки постричь или какой-нибудь животинке укол сделать или капельницу поставить, потому что хозяева сами не справляются.

Два года назад мы с Олей пристрастились к туристическим походам и скалолазанью, даже начали ходить на скалодромы. А что это не только полученное удовольствие, но и хорошая тренировка для тела. И сейчас я занималась тем, что искала свой рюкзак для походов.

— Привет, сестрёнка! Что ищешь? — спросила меня Оля, жуя яблоко.

— Рюкзак не могу свой найти, ты его не видела?

— Видела. В прошлый раз ты его бросила на балконе в шкаф.

— Бли-и-ин, совсем из головы вылетело! — хлопнув себя по лбу, спустилась с табуретки и пошла на балкон. — Ну конечно, вот он, родимый! — обрадовалась я находке. — Ты уже собрала вещи?

— Да, и даже еду нам с тобой собрала, — обрадовала меня сестра.

— Да ты ж моя лапа! — обняла я её. — Поможешь мне с моими вещами? — спросила я её, так как она прекрасно знала, что я могу что-нибудь да забыть.

— Пойдём, чудо моё рыжее, — посмеялась Оля и потянула меня за руку в нашу комнату.

***

До места добрались довольно-таки неплохо, ведь в хорошей компании любая поездка становится весёлой и интересной.

От ближайшей деревни, которая находилась в километрах тридцати от самой горы, нас везли на внедорожниках. На саму гору нас вёл проводник Михаил. Подъём был не из лёгких, по каменистым тропинкам вверх в тридцатиградусную жару с рюкзаком за спиной, но вся усталость уходит, когда находишься в таком поразительном месте. У меня было такое ощущение, что я вернулась домой после долгого отсутствия. Мы ходили по маршруту, и было чувство узнавания, словно я уже была здесь и видела все эти искорёженные деревья и причудливые камни.

Наша экскурсия была рассчитана на несколько дней. Первый день уже подходил к концу, мы разложили палатку, достали спальные мешки, мужчины разожгли костёр и приготовили незатейливый ужин. Мы немного посидели перед костром и поделились нашими впечатлениями, и вскоре пошли укладываться спать.

На следующий день, собрав все свои пожитки, мы пошли на озеро Глаз. Вода в этом озере сильно насыщена фосфором, учёные предполагают, что когда-то здесь приносили жертвоприношения животных и людей. Озеро окружено природным амфитеатром, напоминающим античные. Местные жители говорят, что время здесь идёт медленнее.

Дальше мы пошли по «лестнице в небо», чёткие выделяющиеся каменные ступени, ведущие к вершине, с которой открывается вид на главный котлован. Мы решили здесь задержаться с Олей и поснимать видео на память.

— Оля, давай встань так, как будто ты держишь солнце на своих ладонях, — говорила я, а сама отошла чуть назад и чуть было не упала, маленький камешек выскользнул из-под моей ноги, но я смогла удержаться на месте.

— Уля, — крикнула сестра, — будь аккуратней!

— Хорошо, я постараюсь. Давай руки выше подними, ещё немного... Какого? — только и смогла я сказать, потому что через экран смартфона я видела, как на нас надвигается прозрачная волна, и, не успев быстро сообразить, то ли это отблеск солнца, то ли мне уже всякое мерещится, как Оля поскальзывается на самом краю отвесной скалы и падает вниз. Я бросаю телефон и бегу к ней. Она успела ухватиться руками за край камня и сейчас повисла на нём, пытаясь подтянуться и залезть обратно.

— Оля, давай руку, я тебя вытащу, — сориентировалась я и схватила её за руку, таща на себя, но вторая неведомая волна, что прошла сквозь нас, утянула и меня вслед за падающей Олей.

Ульяна. Настоящее время.

Вспомнив, где мы находились с Олей до падения, ужаснулась: неужели мы попали в какой-то горный проём и угодили в ловушку? Да нет, там же была не такая и высота, чтобы было так темно. Ведь если бы мы упали на землю, то я смогла бы увидеть хотя бы звёзды, да и наша группа с Михаилом быстро бы подоспела к нам. Что-то не сходилось. Я явно ощущала себя в каком-то замкнутом пространстве. Подняла руки и начала ощупывать пространство. Ну точно, верёвки, сплетённые между собой в подобие сетки, причём довольно-таки крупной. А ещё я поняла, что нахожусь в подвешенном состоянии.

Как такое могло произойти? Может, какой-нибудь охотник расставил свои ловушки, а мы случайно угодили туда? Да что за бред? Какой ещё, на фиг, охотник?

— Оля, — прохрипела я, прокашлявшись. — Оль, ты здесь?

Рядом со мной кто-то завозился, и раздались мурчаще-тарахтящие звуки. Я медленно развернулась в ту сторону, откуда они доносились, и попыталась дотянуться рукой. Неужели здесь кто-то оставил котика? Или это у меня уже начались звуковые галлюцинации от удара головой? Медленно протянув руку, дотронулась точно до такой же крупной сети. Схватилась рукой за верёвку и попыталась просунуть руку внутрь.

Нет, ну не дура ли, а? Сама ещё не знаю, где нахожусь, а свои руки сую неизвестно куда. Но об этом я поняла уже после, а пока мою руку кто-то схватил и прижался мягкой щекой. Снова раздалась тарахтелка.

— А-а-а, — взвизгнула я и попыталась отнять свою руку, но не тут-то было. Кто-то мурчащий начал вылизывать её своим большим и шершавым языком, и я бы вполне могла подумать, что это большая кошка, но я чётко ощущала, что мою руку держат именно чужие руки, просто мягкие и пушистые.

— Аккуратно, я попыталась ощупать существо, сидящее со мной рядом по соседству в точно такой же ловушке, что и я. Погладила сначала пальчиками его руку, затем прошлась по предплечью вверх, огладила грудь, отчего мурчания участились. Грудь была вполне себе мужская с приятным мягким пушком. Затем рукой дотянулась до шеи, ощупала лицо — существо обладало губами, правда, с острыми зубками и шершавым языком, что снова начал лизать мою руку, нос был похож на человеческий, только тоже покрыт шёрсткой, словно бархат, глаза были на том же месте, что и у людей; а вот уши оказались чуть выше и больше, с кисточками на конце.

— Кто же ты такой? — спросила я хриплым от неизвестности голосом.

От соседа донеслась какая-то тарабарщина с шипящими нотками. Я резко выдернула руку и прижала её к себе. Теперь уже рука моего соседа протянулась ко мне и начала изучающе оглаживать меня. Сначала он потрогал лицо, из-за чего удивился и что-то сказал на своём языке, затем потрогал мои длинные волосы, спустился рукой по шее к груди и с силой сжал её через тонкую ткань футболки.

— Эй, — прошипела я и шлёпнула по конечности рукой, но её хозяин грозно зарычал.

Я сглотнула вязкую слюну и позволила дальше изучать незнакомцу моё тело. Может, он поможет как-то выбраться отсюда. Соседа явно заинтриговала моя грудь, и он, протянув уже вторую свою руку, начал ощупывать и мять мои груди с интересом. Я ещё раз попыталась убрать его руки от себя, и он меня удивил. Видимо, из-за нашей разницы в росте его руки были длиннее моих, и он доставал намного дальше, чем я. Его рука поползла вниз по животу, оглаживая мои упругие бедра. Тут он снова остановился и начал наминать их. Да что за нездоровый интерес к моим прелестям? Был один плюс от его поглаживаний: он разминал моё тело, и оно начало быстрее приходить в норму.

— Так, ну всё, хватит меня щупать! — убрала его руки с себя, давая понять, что его время закончилось. Мужчина снова зарычал и что-то сказал на своём.

— Я тебя не понимаю, а ты, видимо, меня, и как нам быть? — вздохнула я и услышала с другой стороны от меня стон.

— Оля, это ты? — осторожно спросила я.

— Уля? — удивлённо переспросила сестра. — Уля, где мы? Почему так темно? Ауч, — прошипела она. Кажется, я сильно приложилась головой и повредила ногу, у меня порез.

— Не знаю, где мы, — грустно сказала я, — но мы тут не одни, попавшие в ловушку. И не хочу тебя пугать, но мы, кажется, с тобой серьёзно попали, потому что тот, кто сидит по соседству со мной, не совсем человек.

— Уля, что ты такое говоришь? Я не понимаю? Как же всё тело затекло-то?

— Да, это правда! Это какой-то гуманоид — кот, по крайней мере, так представил его мой мозг на ощупь.

— Что? Ты его трогала?

— Ну и не только я его, он тоже довольно-таки хорошо меня помял...

Прошло несколько минут.

— Ты что замолчала?

— Осмысливаю всё тобою сказанное, — буркнула Оля в ответ. — Погоди, у меня, кажется, телефон с собой есть в рюкзаке, сейчас посвечу, — раздалось копошение в вещах и бранная ругань сестры, что не удивило меня, ведь в такой ситуации невозможно не ругнуться.

Оля достала телефон и включила на нем фонарик. Обведя пещеру, а именно в ней мы и находились, посветила на меня.

— Уля, — с ужасом сказала она, — ты только не оборачивайся. — Затряслась сестра от страха.

Ну какой там не оборачивайся, когда тебе запретили? Естественно, я повернулась и увидела того, кому позволяла несколько минут назад трогать себя. Сил на крик уже не осталось, я лишь глотнула комок в горле и внимательно посмотрела на человека? Кота? Пришельца? Не знаю даже, как его назвать. Судя по заостренным ушкам, это было существо из рода рысей. Вот буду так к нему обращаться — Рысь. Существо зашипело от направленного на него света, и Оля сместила фонарик чуть в сторону, чтобы можно было рассмотреть его. Ну всё, как я себе и представляла: перед нами сидел мужчина, которого почти всего покрывала мягкая шёрстка, где-то более мелкая, где-то более пушистая, как на голове и на загривке. Помимо ушей у него был небольшой хвостик. Точно, Рысь!

— Уля-я-я, — простонала сестра, — кажется, мы с тобой точно попали.

Только это и успела сказать Оля, как в пещере стало намного светлей, словно кто-то одёрнул покрывало и впустил к нам дневной свет. В проёме показался здоровый мужчина, что мягкой походкой подошёл к нам.

Первый делом он оскалился и злобно дёрнул подвесную сеть с Рысем, тот в ответ зашипел на него и попытался достать и оцарапать вылезшими острыми когтями. Мужчина только громко рассмеялся и тоже что-то ответил на непонятном нам языке. Мы, затаив дыхание, наблюдали за ним, не смея даже пошелохнуться. Когда же мужчина двинулся дальше и подошёл к моей сети, его ухмылка спала, и глаза расширились от удивления. Он подошёл ближе ко мне и начал водить носом и принюхиваться. И лучше бы я не видела его, потому что этот мужчина был гораздо страшнее моего соседа. Грозный, с оскалом, ярко-голубыми глазами, с темно-серой шерстью на лице и ещё больше на груди и руках. У него тоже были уши и хвост, но совсем не такие, как у нашего соседа по несчастью. Скорее, они напоминали мне волчьи уши и хвост. Озарение, которое ко мне пришло, чуть вскружило мне голову.

— Мамочки, — это что ещё за чудовище? — прошептала Оля, а мужчина дёрнулся к её сети.

— Тихо, Оля, не шевелись. Эти существа очень похожи на оборотней. Помнишь, я давала тебе книжку почитать, ну там ещё про девушку-попаданку в другой мир, так вот, кажется, мы так же попали с тобой. И нужно пока вести себя тихо, а то эти хищники и глазом не моргнут — и нас не станет.

Ульяна.

Мужчина, что был похож на волка, приблизился к Оле и тоже начал принюхиваться. Затем он рукой с чёрными когтями потрогал белокурые волосы моей сестры. Запустив в них нос, глубоко вдохнул их запах. Он ещё какое-то время постоял, осматривая Олю, а потом одним резким движением разрезал сеть и поймал в воздухе летевшую на него девушку.

Мужчина перекинул Олю через плечо и понёс из пещеры. На все её попытки ударить его, он лишь хищно улыбался.

Я кричала и трясла свою сеть, но было всё бесполезно. Ручейки горьких слез текли по моим щекам. Куда он её понёс? А главное, зачем? Я боялась подумать о самом страшном, что может хотеть дикий мужчина от женщины...

— Так, стоп, — остановила я панику. — Сейчас нужно быть максимально собранной, — говорила я сама себе. — У Оли же был при себе рюкзак, значит, и мой должен был быть рядом. И как я сама не догадалась об этом.

Повертевшись, обнаружила за спиной искомый рюкзак и дрожащими руками начала шарить по карманам.

— Ну где же он, где? — шептала взволнованно я. — Вот он, — достав из внутреннего кармана небольшой перочинный нож, взялась с усердием разрезать верёвки.

Мой сосед, с удивлением наблюдавший за мной, тоже завозился в сетях.

Через несколько минут мне удалось прорезать небольшой проход для себя. Я вылезла из ловушки и вытянула оттуда свой походный рюкзак. Вещи в нём мне ещё пригодятся в новом и неизвестном мне мире.

Рысь издал звук, и я посмотрела на него. Он всем видом просил не бросать его здесь.

— Ах, чёрт с тобой, надеюсь, ты поможешь нам выбраться отсюда и спасти Олю, — говорила я, пока разрезала верёвки рыси.

В скором времени ловушка соседа была уничтожена, и он выбрался наружу. Да уж, что он выше меня, это я точно подметила. Макушкой своей головы я доставала ему лишь до плеча.

Рысь дёрнул меня на себя и, так же как и мужчина-волк, закинул на плечо. Прихватив мой рюкзак, кинулся бежать. Первое время я висела на плече и молчала, но когда прошло уже минут двадцать и нигде не было видно следов Оли, как, собственно, и её самой, а мои рёбра ныли от боли, я занервничала и начала дёргать мужчину за ухо, чтобы привлечь его внимание. На что он только дёрнул головой и предупреждающе зарычал.

— Ты куда меня понёс, морда ты мохнатая! — возмущалась я, дёргая за пояс его коротких штанов. — Поставь меня на землю, у меня голова сейчас отвалится от этой скачки, — мужчина лишь шлёпнул меня по бедру и грозно рыкнул.

Я попыталась облокотиться о спину Рыся, чтобы не болтаться болванчиком и оглядеться. Вокруг нас был непроходимый лес. Большие стволы деревьев то и дело мелькали у меня перед глазами. Ещё через минут тридцать мы сделали небольшой привал, где смогли немного отдышаться.

Мужчина свалил меня возле большого дерева и присел сам отдохнуть. Я сложила руки под грудью и грозно посмотрела на него. Жестами пыталась показать, что нам нужно вернуться обратно за моей сестрой. На что непонятливый оборотень мотал головой и показывал, что нам нужно идти вперёд. Я уж было рассердилась, забрала свой рюкзак и повернула в обратную сторону. Но мне преградили путь и, оскалив зубы, зашипели. Я снова глотнула вязкую слюну от остроты зубов моего провожатого.

— Что с ней там будет, я волнуюсь, — из-подо лба посмотрела с осторожностью на мужчину.

Он какое-то время смотрел на меня в ожидании. Я вздохнула и снова постаралась объяснить жестами, что волнуюсь о моей сестре. Посмотрев на мою пантомиму, он отмахнулся от меня, снова загрузив на плечо.

Через несколько часов такой ходьбы у меня уже заурчало в животе. Рысь снял меня с плеча, посадил возле дерева и куда-то отошёл. Не успела я заскучать, как он с белозубой улыбкой вернулся обратно, неся в руках самого настоящего кролика.

Мужчина кинул кролика к моим ногам и в ожидании посмотрел на меня.

— Ну не-е-ет, — протянула я и вскочила с места. — Я потрошить бедную животинку не буду. Сам поймал, сам и готовь, — ткнув пальцем в его грудь, сказала я.

Мужчина оскалился и попёр на меня, а я начала отступать назад, пока не упёрлась в ствол дерева. Он приблизился к моему лицу и тихонько зарычал, сверкая на меня своими глазами, а потом указал на кролика и на меня. Какой же он страшный, когда злится. Возьму-ка я лучше кролика, пока он не решил мной не перекусить.

Послушно села на корточки возле тушки кролика и погладила его серенький мех. Мужчина выдохнул и сел напротив меня, наблюдая за мной. А мне вдруг так стало жалко маленькое пушистое существо, что у меня полились слёзы, и я начала захлёбываться ими, причитая о нелепой смерти маленького существа.

Оборотень наклонил голову набок и с непониманием посмотрел на меня, а потом подошёл ко мне и лизнул меня в щеку, слизывая все мои слёзы. Видимо, у них это на уровне инстинктов, но я снова услышала кошачье тарахтение и начала потихоньку успокаиваться. Когда я перестала вздрагивать, Рысь посмотрел на меня и, вздохнув, забрал тушку кролика себе. Быстрым движением высунувшихся когтей он распотрошил тушку и снял шкуру. Уже очищенную тушку снова подал мне.

— Что? — возмутилась я. — Есть сырое я не буду, убери это от меня, — отодвинула я предлагаемую еду.

Рысь снова грозно зарычал и со злостью вгрызся зубами в мясо. Я открыла рот, наблюдая, с какой скоростью он поглощает пищу.

— Варвар, — кинула я ему и полезла в свой рюкзак. Где-то там у меня был протеиновый батончик. Сейчас для меня и половинки хватит. — О, нашла, — довольная, достала из рюкзака батончик, развернула его наполовину и только хотела укусить, как этот подлец выхватил его у меня из рук. — Эй, отдай, это моё, — обиженно сказала я и кинулась отбирать у него свою еду.

Рысь ухмыльнулся и понюхал обёртку с батончиком. Скривившись, отбросил её куда-то в кусты.

— Ты чего моей едой швыряешься? — разозлилась я и стукнула его по плечу. Мужчина, не ожидавший такого от меня, сначала отшатнулся назад, а потом, рыкнув, поднял меня на уровень своих глаз и зарычал.

— Достал рычать, я тоже так умею, — злобно сказала я и тоже зарычала в ответ, показывая в оскале свои зубы.

Рысь удивлённо приподнял бровь, а потом и вовсе залез мне в рот и потрогал мои зубы. Посмеявшись своим наблюдениям, откинул меня на землю, как забавную игрушку.

Я посмотрела на него обиженно и потерла пятую точку, так как больно приложилась ею. Мужчина, не обращая внимания на мои увечья, подхватив мой рюкзак, закинул меня снова на своё плечо.

— Эй, слышишь! Отпусти меня, я есть хочу и пить. Что ты за варвар такой. — била я его кулачками по спине, но на мои ослабленные трепыхания он не обращал никакого внимания. — Блин, да что за тугодум мне попался, я ещё и писать хочу... — завыла я и, протянув руку к хвосту, что всё время мельтешил перед глазами, с силой дёрнула его.

Оборотень подпрыгнул на месте, скинув меня в овраг, и снова опасным хищником пошёл на меня.

Я не знала, как мне быть, как мне ему показать, что я хочу справить нужду. Выставив руки перед собой, быстро стала спускать свои спортивные бриджи и присела на корточки, пока он не успел подойти ко мне.

Рысь остановился и с интересом посмотрел на меня, а потом и вовсе начал принюхиваться. «Какой позор, нет, моя психика так долго не выдержит». Закончив свои дела, я быстро натянула бельё с бриджами и встала, смотря на мужчину в ожидании.

На этот раз он пожалел меня и взял меня за руку, но вот шаг не сбавил. Мне пришлось бежать за ним, периодически спотыкаясь о корни деревьев. Когда я уже совсем выдохлась, рысь заметил это и решил всё же сделать привал и отдохнуть. Я с дрожащими ногами села на мягкую траву и, покопавшись в своём рюкзаке, достала бутылочку с питьевой водой. Только припала губами к живительной влаге и сделала пару жадных глотков, как у меня из рук оборотень вырывает мою бутылку и вновь обнюхивает её. Видимо, посчитав, что вода безопасна, мужчина без всяких угрызений совести допивает мою воду и довольно щурит глаза.

Мне стало так обидно за себя, что я дикой кошкой бросаюсь на него и со всей силой бью кулаком в нос, и, пока Рысь дезориентирован и потирает свой ушибленный нос, я хватаю свой рюкзак и бегу куда глаза глядят. Во мне словно открылось второе дыхание, сердце бьётся в бешеном ритме, позади доносится топот ног и грозное рычание, а я, не оборачиваясь, бегу прочь от этого дикаря. И как я могла только подумать, что он мне поможет. Это же самое настоящее животное, а не человек. Я бегу, виляя между деревьев, пока сильная рука не хватает меня за волосы и не откидывает на землю.

Снова больно прикладываюсь боком, но пытаюсь отползти подальше от чудовища. Мужчина явно сейчас был рассержен, его грудная клетка часто поднималась, а тихое рычание, что он издавал, не было похоже на приятную успокаивающую тарахтелку. Его уши были прижаты к голове, а оскал острых зубов совсем не сулил мне ничего хорошего.

«Вот и добегалась ты, Ульяна, по лесам. Ну что, посмотрела на природу?» — журила я себя мысленно. Оборотень подошёл ко мне ещё ближе, а я, нащупав рукой палку, схватила её и выставила перед ним в защитном жесте.

Он ухмыльнулся и быстрым движением вырвал у меня моё оружие из рук, оставляя на ладонях мелкие занозы, неприятно впившиеся и теперь приносящие боль. Оборотень, покрутив демонстративно палку в руке, сломал её о своё колено и выкинул в сторону ближайших кустов. Смотря мне прямо в глаза, он вдруг показал мне жест — двойной удар кулаком о ладонь.

Я сглотнула вязкую слюну. Нет, не может этого быть. Я ведь правильно понимаю, что он хочет от меня? Пока я упрямо смотрела на него, не веря своим глазам, он снова повторил этот жест и начал надвигаться на меня. Вот теперь мне совсем перестало казаться сказочным попаданием в чужой для меня и Оли мир от угрозы изнасилования этим животным, я затряслась от страха и нервно замотала головой в отказе.

Рысь снова рыкнул и начал хватать меня за бедра, переворачивая на живот и подтягивая меня к себе. Он навалился на меня всем телом и с лёгкостью спустил мои штаны вместе с бельём. Прижав одной рукой меня за шею к земле, он без подготовки вогнал свой член в моё совсем не возбуждённое лоно. Я зашипела от боли и беспомощности. Слёзы тонкими ручейками полились из моих глаз. Смысла сопротивляться не было. Это хищник. Он сильнее. Мне не спастись.

Мужчина резво двигал бёдрами, порыкивая и постанывая, а я замерла безвольной куклой в его руках. Мыслей в моей голове совсем не осталось. Я ждала, когда он закончит и оставит меня в покое. Заметив, что я не сопротивляюсь, он убрал свою руку с моей шеи и, стянув с меня футболку, провёл своим шершавым языком по спине, при этом продолжая вбиваться в меня резко и ритмично. Его большой и длинный член полностью заполнял моё лоно, а мои складочки плотно обхватывали мужской орган.

Оборотень продолжил вылизывать мне спину и загривок, покусывая мою шею. Его действия возбудили меня, и я немного расслабилась. Боль от быстрого проникновения уходила на задний план, а медленное возбуждение заполняло низ живота. Попыталась представить, что нахожусь на свидании со своим страстным любовником. Прикрыла для надёжности глаза, полностью отдавая себя своему воображению. От очередного укуса в плечо из меня вырвался тихий стон. Мужская рука с силой сжала мой подбородок и подтянула к себе. Я распахнула глаза и увидела взгляд, полный похоти и восхищения. Рысь начал вылизывать мою шею и щеку, слизывая ещё не высохшие солёные дорожки слёз.

Его свободная рука попыталась снять с меня бюстгальтер, но у него ничего не вышло, и он, выпустив когти, хотел уже срезать застёжку.

— Нет, — крикнула я с надеждой, понимая, что на мне единственный мой лиф. Протянула руки себе за спину, расстёгивая незатейливые крючки моего белья, освобождая грудь на свободу.

Оборотень довольно рыкнул и припал руками к моей груди. Он осторожно мял её и потягивал соски, продолжая таранить меня сзади. Я уже и по правде сильно возбудилась, издавая стоны всё громче. Не выдержав такого ритма, вскоре затряслась в оргазме, моё лоно ещё сильнее обхватило член оборотня. Он застонал и, после нескольких более глубоких ударов своих бёдер, бурно кончил в меня. Свалившись на бок в траву, утянул меня за собой. Я глубоко дышала от полученного удовольствия и не верила своим ощущениям, что самый мой сильный оргазм смог подарить мне этот дикарь с другой планеты.

Рысь перетянул меня на себя, стянув с меня остатки одежды. Он приятно поглаживал по моей спине, перебирая мои волосы. Я осмелела и посмотрела ему в глаза. Был только вечер, и мне хватало света рассмотреть моего неожиданного партнёра. Его глаза с узким, как у кошки, зрачком блестели от полученного удовольствия, а мягкая улыбка застыла на его губах. Я подняла руку и, изучающе, прошлась пальчиками по бархатистым скулам оборотня, по его губам и носу, очертила брови и зарылась рукой в его мягкую и пушистую шерсть на голове. В груди мужчины завибрировало, и раздалась успокаивающая тарахтелка.

Я почувствовала, как плоть оборотня приподнялась и потёрлась о мои ягодицы. Отстранившись от мужчины, что моментально дёрнул на себя, успокаивающе его погладила по пушистой щеке. Рысь ослабил хватку и отпустил мои руки. Воспользовавшись моментом, оседлала его бёдра и, направив рукой член в моё лоно, осела на него. Оборотень в удивлении рыкнул и прижал мои бедра к себе плотнее, а я медленно начала раскачиваться на нём.

Рысь своими руками оглаживал моё тело, не переставая смотреть на меня с восхищением. Его жадный взгляд подкупал, и я ускорилась. Наклонившись к его соску, не отрывая взгляда от глаз мужчины, что внимательно следил за мной, лизнула сосок, а затем тихонько прикусила. Мужчина подо мной выгнулся и начал сам подмахивать бёдрами, подбрасывая меня в воздух. Вскоре от таких бурных скачек мы одновременно получили разрядку. Я, расслабленная, снова легла на грудь моего дикого любовника. Рысь крепко сжал меня в своих объятиях и хрипло прошептал: «Горн».

Я подняла на него глаза и ткнула в него пальцем, повторяя: «Горн».

Он кивнул головой, а затем ткнул в меня пальцем.

— Уля, — представилась я.

— Ула-а, — протянул он.

— Нет, неправильно, — рассмеялась я и ещё раз ткнула в себя пальцем, повторяя своё имя по буквам: «У-л-я».

— У-л-а, — снова неправильно повторил он.

Я махнула на него рукой, пусть будет так, возможно, ему сложно выговорить моё имя.

— Вот и познакомились, — посмеялась я и положила голову на его грудь. Горн снова тихонечко затарахтел, обнимая меня, а я прикрыла глаза и неожиданно для себя заснула.

Ульяна.

Просыпалась медленно, потягиваясь, лёжа на пушистой и мягкой постельке, на моё лицо падали солнечные лучики, и я поняла, что уже настало утро. Моя постель неожиданно завибрировала, а воспоминания ворвались в мою голову на волнах начинающейся истерики. Я испуганно открыла глаза и посмотрела на мужчину, чьи руки нежно поглаживали меня по голове. Он не ушел и не оставил меня лежать и мёрзнуть одну на траве, а всё это время сторожил мой сон.

— Горн? — спросила зачем-то его.

— Ула-а-а, — протянул довольно мужчина.

Я начала сползать с оборотня, и он меня спокойно отпустил, наблюдая за моими действиями. Ох, и о чём я только думала, когда сама полезла на него. И что, если такого мужчины у меня никогда не было, да и Горн не совсем мужчина, а наполовину зверь. Ох, я извращенка, если мне так понравилось? Я дёргано ходила по поляне, на которой мы расположились, и надевала на себя бельё, а затем и бриджи с футболкой. Когда он успел снять с меня кроссовки, я даже не заметила. Наверное, когда стаскивал штаны. Одевшись полностью, я посмотрела на всё ещё лежащего голого оборотня.

— И что теперь? — спросила я его, не надеясь, что он поймёт мои слова. Но Горн явно удивил меня, когда встал и подошёл ко мне. Он сел на колени, чтобы наши глаза были на одном уровне, и взял мою руку в свою. Докоснулся моей ладонью сначала до своего лба, затем до сердца и замурчал. Потом взял мою ладонь, прошёлся тёплым и шершавым языком и прислонился к ней своей щекой.

— Горн, я не понимаю тебя и что это значит, — посмотрела я в глаза рыси.

Он снова прислонил мою ладонь к своему лбу, а затем положил её на своё сердце, проделав это ещё один раз, он также прикоснулся своей ладошкой к моему лбу, затем положил на то место, где бьётся моё сердце.

Если я правильно его поняла, он хотел мне сказать этим, что разумом и сердцем он будет со мной. Я улыбнулась и кивнула ему головой, что поняла его. Горн выдохнул и прижался ко мне всем телом, обнимая.

— Ну вот, первый контакт налажен, — усмехнулась я и почесала у него за ушком. — Что будем делать дальше? Оля, — снова напомнила я про свою сестру, — она осталась там, — показала я в ту сторону, откуда мы пришли.

Горн покачал головой и сказал:

— Горн, Ула, — он махнул рукой прямо и стукнул себя в грудь кулаком.

Я кивнула ему, сейчас без толку с ним спорить. Мы ещё не настолько друг друга понимаем, да и не уверена, что у нас двоих получится спасти Олю из рук того монстра. «Сестрёнка, ты только держись, — молилась я в мыслях. Я что-нибудь придумаю и обязательно найду тебя. Ты только дождись меня».

Горн ещё раз погладил меня по щеке и показал мне жестом, чтобы я его ждала здесь, а сам быстро надел на себя штаны и ненадолго отлучился. Я села на поваленное дерево, которое лежало чуть в стороне, и любовалась красотой леса. Не успев заскучать, как Горн пришёл с небольшой птицей в руках.

Я насторожилась, неужели снова кинет мне её в ноги. Но нет, Горн заметил моё напряжение и, улыбнувшись, присел на то же дерево, что и я, начав быстро ощипывать её.

Почистив птицу, положил её на большой лист какого-то растения, а сам встал собирать маленькие ветки и сухую траву. Сложив хворост, поднял с земли какие-то камешки и начал ими щёлкать друг о друга. Появилась искра, которая подпалила сухую траву, а затем разожгла наш костёр. Я удивилась, как он так быстро всё сделал, да и всё же понял, что сырую пищу я не употребляю.

Горн умело насадил тушку на длинные прутики и, периодически покручивая, обжаривал наш завтрак. Через какое-то время до меня стал доносится аромат жаренного куриного шашлычка, от которого у меня свело желудок, и он издал громкое урчание. Я даже не стала извиняться. А что, это же Горн виноват, что я вчера не поела и осталась голодной. Так что сейчас сидела в ожидании вкусного, а главное, сытого завтрака и вытирала слюнки. Поджарив птицу, Горн аккуратно разобрал её по частям. Положив на ещё один большой лист кусочки курочки, передал мне в руки.

С таким наслаждением я не ела никогда. Мне казалось, что это самое вкусное блюдо из всех мной попробованных. Доев всё до последнего кусочка, я с удовольствием облизывала свои пальцы и подняла взгляд на мужчину, замерев с одним пальцем во рту, осмотрела мужчину.

Горн с жадностью следил за моими действиями расширенными зрачками. Его дыхание участилось, и явно вздыбленные штаны говорили о его возбуждении. Подойдя ко мне, он снова сделал жест — двойной удар кулаком о ладонь. Теперь я понимала, что он хочет от меня, и, кивнув, покорно повернулась к нему спиной и встала на четвереньки.

Сильная перемена в действиях мужчины удивила меня. Он не стал сразу заходить в меня, а ласковыми и нежными поглаживаниями старался возбудить меня в ответ. Когда же я издала свой первый протяжный стон, мужчина медленными покачиваниями вошёл в меня. В этот раз Горн хорошо постарался с предварительной лаской, и моё сильное возбуждение дало результаты. Я стонала и подмахивала бёдрами в такт шлепков его бёдер. Горн прикусил мне основание шеи, от чего во мне прошла волна экстаза, и моё лоно сжало в себе плоть мужчины. Горн излился в меня следом и рухнул на мою спину, выставив руки по бокам от меня. Он тяжело дыша и отходя от полученного удовольствия, вылизывал мне загривок. Встав, протянул мне руку и привёл меня, а после себя в порядок.

Я улыбнулась мужчине и притянула его за мощную шею к себе. Горн не понял, что я от него хочу, но наклонился ко мне. Наши губы были близко друг к другу, я чувствовала на себе горячее дыхание мужчины. Медленно приблизилась и провела языком по скованным губам рыси, затем подхватила нижнюю губу и прикусила её. Раздался его стон, от чего он раскрыл свои сжатые губы, и я тут же воспользовалась моментом. Мой язык проник в его рот, очерчивая нёбо и поглаживая острые зубы оборотня. Горн замер, но вскоре понял, что я от него жду, и повторил мои действия. Наши языки неуверенно встречались и ласкали друг друга, рука Горна прижала меня к себе за талию. Он постанывал и порыкивал в ответ. Я первая отстранилась, переведя дыхание, и уткнулась лбом в его грудь. Мужчина успокаивающе погладил меня по спине, и мы пошли дальше.

Следующая наша остановка была уже, когда начало темнеть. Горн сделал припасы и повесил пару тушек пойманных им кроликов к себе на пояс. Я не понимала, почему так торопится мужчина и куда мы бежим. Но уже ближе к ночи я поняла, почему так спешил Горн. На нас надвигались чёрные громадные грозовые тучи. Мы быстро перекусив, снова пустились в бег. Только теперь Горн нёс меня на руках, закинув мой рюкзак себе за спину.

Когда же моего лица коснулись первые капли дождя, мы подходили к подножию высокой горы. Оборотень опустил меня на ноги, и первый полез вверх. Так как я умело лазила и по более скалистой местности, мне не составило труда следовать за мужчиной.

Дождь с каждой минутой всё усиливался, а порывы ветра снижали нашу скорость. Я старалась не отставать от мужчины, но мои ноги то и дело скользили по мокрым камням. Горн же, в отличие от меня, легко справлялся с этой напастью, просто выпустив свои когти. Заметив, что я сильно отстала, он вернулся за мной и, протянув мне руку, помог вскарабкаться на небольшой выступ. Как только я залезла на него, легла звёздочкой, тяжело переводя дыхание.

— Горн, нам ещё далеко?

Он, видимо, понял моё состояние и показал рукой на вход в пещеру, который находился в десяти метрах над нами. Я страдальчески выдохнула и кивнула мужчине. Отдохнув и переведя дух, мы снова полезли вверх к намеченной цели. Дождь усилился ещё сильнее. К тому же небо сотрясало от раскатов грома и молний, что яркими вспышками появлялись то совсем вдалеке, то так близко, что казалось, вот-вот заденут нас. Потихоньку мы всё же добрались до входа в пещеру.

На негнущихся ногах, облокотившись на мужчину, я вошла внутрь. Горн потянул меня за собой, уводя вглубь пещеры. Усадив меня на откуда-то взявшуюся меховую подстилку, отошёл. Но так как я слышала, как он чем-то шуршит, а потом и чиркает, я поняла, что он пытается развести огонь. Вспышка небольшого огонька озарила пещеру. Я огляделась и увидела довольно обжитую пещеру. Я сидела на меховых шкурах, что напоминали мягкое ложе, напротив меня было обустроенное кострище с подобием каменной печи, у стены стоял деревянный шкафчик с полочками, что заменял буфет. В нём стояла различная утварь и крупы. Было видно, что этой пещерой пользуются довольно часто, если не сказать, что постоянно.

Пока я рассматривала пещеру и переводила дыхание, Горн успел накипятить где-то взятую воду в котелке и освежевать тушки. Приготовив в другом котелке для нас мясное рагу с крупой, похожей на рис, оборотень подошёл ко мне и подал мне миску с едой и чашу с ароматным чаем. Я с удивлением смотрела на него. Да, жизнь, оказывается, налаживается. Какие-никакие, а бытовые вещи, так похожие на вещи из моего мира, грели мне душу. Вкусно и сытно поужинав, мы сняли с себя всю грязную и мокрую одежду и завалились спать на меховое ложе. В царство Морфея уплыла мгновенно, усталость дала о себе знать.

Утром просыпалась тяжело, все мышцы ныли, а в ладонях чувствовалась болезненность. Открыв глаза, убедилась, что Горн всё ещё спит со мной рядом, подмяв моё тельце под себя. Я и не возражала, так было гораздо теплее. За границей пещеры всё ещё был слышен гром и шум проливного дождя. Что же, пока никуда бежать не надо, можно немного отдохнуть и изучить жилище. Хотела аккуратно вылезти из-под оборотня, но он резко открыл свои жёлтые глаза и схватил меня за кисть. От тянущей и пульсирующей боли я зашипела. Горн внимательно осмотрел меня, и его взгляд упал на мои ладони. Я тоже посмотрела на них и ужаснулась. Все мои руки были усеяны мелкими занозами, которые от грязи успели воспалиться и сейчас нарывали. Ногти на руках тоже были поломаны и кое-где саднили.

Горн с беспокойством посмотрел на мои руки и начал вылизывать своим шершавым языком. Я снова зашипела и попыталась выдернуть руки из его плена, но у меня так и не вышло. Мужчина грозно рыкнул и продолжил свою экзекуцию. Так продолжалось довольно-таки долго, пока удовлетворённый оборотень не успокоился и не отпустил мои руки.

Я посмотрела на свои ладони и ахнула, на них не было ни единой занозы и гнойного воспаления.

— Спасибо, — прошептала я и обняла его.

Горн встал и, подхватив меня на руки, понёс куда-то вглубь пещеры, которая, оказывается, туннелями уходила чуть ниже уровня, где находились мы.

Спустившись со мной в полнейшей темноте, я увидела небольшую светящуюся купель с прозрачной водой. Как и почему она светилась, я не имела понятия. Возможно, поверхность камня так сверкала и отражалась в воде, а может быть, это сама вода светилась. Я могла лишь теряться в догадках. Горн опустился вместе со мной на руках в прохладную воду. Я съёжилась от холода и прижалась к телу горячего мужчины. Откуда-то он достал большой кусок мыла, похожий по аромату на наше хозяйственное мыло, и начал мне им намыливать волосы, а когда промыл их, усадил меня на бортик купели и, достав ещё из какой-то выемки мягкую щётку, начал натирать моё тело. Намылив меня полностью, опустил в воду и смыл с меня пену. Что удивительно, вода оставалась чистой, видимо, она естественно наполнялась и была проточной, поэтому и прохладная. Когда я была полностью вымыта, я взяла щётку с мылом из рук Горна и также натёрла его шею, руки, прошлась по мощной спине. Жестом показала сесть ему на бортик, он послушно выполнил и посмотрел на меня с каким-то трепетом и нежностью.

Я прошлась намыленной щёткой по его ногам вверх до бёдер. Взяв мыло в руки, намылила их тщательно и прикоснулась к паху мужчины. Горн вздрогнул и внимательно посмотрел на меня, наблюдая за моими действиями. Я мыльными руками обхватила его слегка приподнятую плоть и прошлась вверх-вниз по стволу. Горн застонал и откинулся назад на локти, закинув голову. Продолжила поглаживать мыльной рукой член, обращая внимание на его толщину и длину. И такое в меня поместилось? Вот почему в первый наш раз было болезненное проникновение. Член Горна был красноватого цвета с крупной головкой и вздутыми венами. Он становился всё твёрже с каждым моим прикосновением и теперь покачивался перед моими глазами. Спускаясь к мошонке мужчины, аккуратно намылила яички. Набрав в руки воды, смыла мыльную пену с его паха и продолжила ласкать рукой его плоть. Головка, маячившая у меня перед глазами, так и манила попробовать её. Посмотрев на мужчину, который всё также полулежал на локтях, прикрыв глаза, прошлась языком по головке его члена. Горн дёрнулся и, схватив меня за плечо, с испугом посмотрел на меня. Я улыбнулась и погладила его по руке, чтобы он не волновался. Оборотень убрал свою руку с моего плеча, но продолжил наблюдать. Видимо, для него оральная ласка оказалась в новинку, и их местные женщины не балуют своих мужчин таким видом интима.

Смотря в глаза Горна, высунула язычок и несколько раз обвела им головку по кругу, затем обхватила её губами и пососала, до меня донёсся протяжный стон. Действуя смелее, углубила проникновение, помогая себе рукой, и, не успев толком насладиться мужчиной, как почувствовала, что его член увеличился и выстрельнул семенем прямо мне в рот. От неожиданности я закашлялась и проглотила семя.

Горн с тревогой посмотрел на меня, а я снова ему улыбнулась и похлопала по бедру. Мужчина резко нырнул в купель с головой. Я решила выбраться из купели, чтобы окончательно не продрогнуть. Но не успела сделать и шагу, как сильные руки подхватили меня. Горн донёс меня до мехового ложа и, развернув к себе спиной, собрался снова взять меня сзади. Я запротестовала, отбиваясь от него. Мужчина слегка разжал свою хватку, и я отползла от него. Он хмуро посмотрел на меня и сделал жест руками, после которого у нас был секс.

Я покачала головой, а он, зарычав, схватил меня за бёдра и притянул к себе, снова переворачивая на живот. Горн, нависая надо мной, устрашающе зарычал мне в ухо. Я замерла. Мужчина расслабился, поняв, что я не буду больше сопротивляться, а я воспользовалась моментом и перевернулась на спину, обхватывая его за спину ногами и придвигая к себе. Мне хотелось видеть его лицо, целовать его губы, а не просто сношаться, как животные.

— Ула так, — прошептала в его губы, притягивая за голову к себе.

Оборотень был слегка удивлён и озадачен. Я аккуратно приставила его член к моему лону и стиснула пятки на его спине, от чего он качнулся и с лёгкостью вошёл в меня. Ведь то, что было у нас в купели, сильно возбудило меня, и я без особых усилий приняла Горна в себя. Оборотень понял, что я от него хочу, и начал покачивать бёдрами, ускоряясь. Подтянувшись к нему, осторожно поцеловала его губы, которые были стиснуты. Провела языком между губ, и мужчина повторил мои действия, вспоминая, как это у нас было в первый наш раз. Поцелуй с каждой минутой становился всё глубже, наши языки сплетались. Горн проявлял инициативу и покусывал мои губы, оттягивая их. Затем и вовсе перешёл на мои скулы и по шее спустился к груди. Как только его горячий язык коснулся моего соска, меня выгнуло в пояснице, и я ещё сильнее прижалась к мужчине. Поняв, что мне нравятся его прикосновения к груди, он сжал с небольшой силой мою правую грудь, продолжая ритмично вбиваться в меня. Я стонала и кричала от грубоватых ласк Горна, и вскоре моё тело прострелил разряд экстаза — я затряслась в сильных руках оборотня, который последовал за мной. Обессиленно упав на меня, мужчина продолжил нежно целовать меня, поглаживая по голове и что-то шептать на своём языке.

Спустя какое-то время мы встали. Я спустилась в купальню обмыться, прихватив с собой небольшую свечу, а Горн пошёл готовить нам еду. Приведя себя в порядок и одевшись, я принялась более детально изучать то место, в которое меня привёл Горн. Первым делом залезла в шкафчик с посудой, изучая, что в нём есть. Нашла различную глиняную посуду, деревянные миски, котелки, а также какие-то крупы и даже специи, набор обычных восковых свечей и кружки в виде пиал. Затем забралась в короб, стоящий рядом. Там нашла различные тазы, лук и стрелы и различное холодное оружие. Мужчина не мешал мне осматривать его жилище, а лишь периодически подглядывал за мной. Прошла к другой стене и обнаружила ещё один короб, заглянула туда. В нём находился большой вязанный плед, различные кожаные укороченные бриджи, несколько безрукавок, обрез ткани, похожий на хлопок, и всё.

— Да-а-а, не густо, — протянула я. — А где мой рюкзак? — вспомнила я о важном и пошла его искать. Рюкзак нашла недалеко от входа в пещеру. Взглянув на улицу, вздохнула, дождь всё ещё не прекращался. Небо заволокло тёмно-серыми тучами, и не было видно ни малейшего просвета.

Взяв рюкзак, выпотрошила всё его содержимое на нашу импровизированную кровать

— Так, и что мы имеем? — оглядела я моё добро из цивилизованного мира.

Как же я была благодарна Оле, что она тогда, ещё находясь дома, помогла собрать мне вещи и под своим контролем настаивала взять мне многое из того, что я бы позабыла. В моём рюкзаке нашёлся небольшой фонарик с комплектом дополнительных батареек, пару зажигалок, упаковка спичек, рулон туалетной бумаги, пачка гигиенических салфеток, прокладки, пачка тампонов, небольшая аптечка с самыми необходимыми лекарствами и бинтами, включая сильные обезболивающие средства. Также там нашла спортивный топ с чашечками, что сейчас может заменить мне бюстгальтер, хлопковые трусики-неделька, зачем-то Оля заставила меня положить чёрные кружевные трусы, непонятно для кого, правда. Помню, она лишь лукаво мне тогда сказала: «Вдруг решу кого-то охмурить, а на мне будут трусы-неделька». На что я ей сказала, что она дурочка, но бельё всё же взяла. Также в рюкзаке были сменные футболки, спортивные штаны, тёплая вязаная кофта, а также спортивная курточка на молнии, кеды, небольшой набор провизии в виде протеиновых батончиков, несколько шоколадок, пачка печенья, пара консервных банок, упаковка сухого молока, походная ложка-вилка, также нашлись несколько видов полотенец: одно маленькое для рук, второе побольше, раздельный изумрудный купальник, средство от комаров, мой перочинный ножик, а самое главное — моя косметичка. В ней было всё, что необходимо нормальной девушке: увлажняющий крем для лица, крем для рук, щипчики для бровей, маленькие ножнички, зеркальце, пилочки для ногтей, бальзам для губ, одна помада нюдового цвета, вкусно пахнувшее мыло, маленький флакончик шампуня и бальзама для волос, бутылёк духов в пятнадцать миллилитров со сладким цветочным ароматом от «Нины Ричи» и набор ниток с иголками.

Это было то, что уместилось в мой рюкзак, в Олином же рюкзаке были ещё наши документы и ещё много чего необходимого для похода.

Я так засмотрелась на свои вещи, что даже не заметила, как ко мне подошёл Горн, тоже заинтересованно рассматривая содержимое моего рюкзака.

Он принюхался к духам, которые я держала в руке, и смешно чихнул, а я весело рассмеялась и потрепала его по голове.

— Это Ула, — указала я пальцем на вещи, а потом на себя. — Горну нельзя, — снова показала жестами, чтобы он не избавился от последних моих вещей. Мужчина кивнул и потянул меня к кострищу. Посадив на низкий табурет, подал мне миску с кашей, похожей на овсянку.

— Спасибо, — кивнула я ему и принялась с аппетитом уплетать еду.

После плотного завтрака пошла к своему рюкзаку. Какие-то вещи разложила на полочки, какие-то убрала в короб с вещами. Взяв пилочку в руки, привела наконец-то в порядок свои ногти. Дальше, от нечего делать, легла обратно на ложе, рассматривая суетившегося мужчину. Вот сразу видно, что он жил без женщины. После завтрака сам собрал посуду и замочил её в металлическом тазике с водой, помыв и убрав всю посуду, навёл порядок на кострище и почистил маленькую печь, выгребая сажень. Затем подошёл к шкафчику, достал похожие зёрна на сухой горох и замочил его в миске.

Когда он закончил со всеми делами, прилёг ко мне, внимательно рассматривая меня. Он медленно водил по моему лицу пальцем, проводя по скулам, бровям, рассматривал мои веснушки и чему-то улыбался. Подняв мою ладонь, прислонил к ней свою и снова улыбнулся. Я поняла, о чём он думает, и тоже улыбнулась. Моя маленькая рука с маленькими и тоненькими пальчиками была в два раза меньше его и смотрелась совсем детской в его огромной грубоватой ладошке. Так, недолго полежав в тишине, мне вспомнилась какая-то незатейливая мелодия из рекламы, и я её начала тихонько напевать. Горн внимательно посмотрел на меня, а потом вскочил и пошёл что-то искать. С довольной улыбкой, держа в руках небольшой вытянутой формы барабан, вернулся обратно и сел.

— Ула, — посмотрев на меня, он ударил кистями рук по барабану.

Я снова начала петь, а Горн старался подыграть мне на барабане. У нас стало так хорошо получаться, что я вскочила и начала пританцовывать и кружить по комнате, смеясь. Так маленькими шажками мы изучали друг друга и пытались привыкнуть, ужиться вместе. Я стала помогать мужчине по хозяйству: Горн учил меня пользоваться печкой и готовить на ней, я показывала ему незатейливые танцы под стук его барабанов, а все наши ночи проходили в объятиях страсти и нежности, что мы дарили друг другу. Я показывала мужчине, что мне нравится и как, и он старался доставить мне удовольствие, которое с толикой возвращала ему.

Прошло уже четыре дня, а снаружи всё ещё лил дождь. Наша провизия начала заканчиваться, и Горн жестами показал мне, что завтра пойдёт на охоту. Я испугалась за мужчину и обняла его. Эта ночь прошла бурно, я уже сбилась со счёту, сколько раз Горн доставлял мне удовольствие, пока я не заснула от усталости под утро.

Проснулась от того, что мои голени приятно поглаживали. Руки прошлись вверх по бёдрам и чуть сильно сжали мои ягодицы. Я протяжно застонала и прогнулась в пояснице, немного оттопыривая попу. «Неужели Горн такой жадный до моего тела и совсем не устал», — подумала я. Грубые руки приподняли меня за бёдра и придвинули к себе. Раздался звук металлической пряжки. Меня это немного насторожило, но пока мой всё ещё сонный мозг пытался сообразить, что что-то здесь не так, меня грубо насадили на здоровенный член. От пронзившей меня боли я распахнула глаза и повернулась назад, возмущённо прокричав: — Горн!

Мужская рука сильно, до боли, схватила мои разметавшиеся волосы в кулак и совершено постороний оборотень чужим голосом прорычал мне на ухо: — Ашер-р-р.

— Что? — выкатила я глаза от сильного толчка.

Мужчина, что держал меня сейчас и с силой вбивался в моё бедное маленькое лоно, был совсем не похож на Горна. Он был гораздо крупнее него, его окрас да и бивший по его бокам длинный хвост был похож на тигра. Жёлтые глаза блестели в безумной жажде обладать мной, а когти болезненно впивались в мои бёдра.

Я попыталась ударить его ногой и закричать, но он только сильнее придавил мою голову в меховую постель, которая всё ещё пахла моим рысем, и продолжал сильными размашистыми ударами вколачиваться в меня. Из-за того, что я всё ещё пыталась сопротивляться, оборотень сильнее впился в мою кожу когтями. Почувствовав острую боль, ощутила, как по моему плечу и по бедру потекли тонкие струйки крови. Я снова с силой закричала, на что мужчина только посмеялся и продолжил терзать моё тело. Не знаю, сколько прошло времени, для меня это показалось вечностью, тигр содрогнулся и вжался в мои бедра сильнее, изливаясь в меня; а потом и вовсе рухнул рядом на постель, смачно шлёпнув меня по заднице.

Я лежала, словно кукла, рядом с диким беспощадным хищником, из моего лона стекала вязкая сперма. Мои мысли метались в панике. Где же Горн? Кто это чудовище? За что он так со мной поступил? Как мне от него спастись?

Вдруг я нащупала свою металлическую пилочку, случайно забытую вчера вечером. Нет, я не дам себя обидеть и отомщу гаду. Взяв пилку дрожащей рукой, я резко развернулась и всадила её в плечо тигра. Кое-как встав с ложа, на дрожащих ногах поковыляла к выходу, с надеждой, что докричусь до Горна и он придёт мне на помощь. Тигр, не ожидавший от меня такого, грозно зарычал, вытаскивая и ломая мою пилку, и грозной горой двинулся на меня, замахиваясь своей лапищей. От полученного удара я отлетела в сторону. Злой мужчина схватил меня за горло и, приподняв, прижал к стене, рыча мне в лицо.

Его захват был так силён, что я начала задыхаться. Мои тщетные попытки разжать его руки ничем не обернулись для меня. Краем глаза заметила у входа входящих ещё двоих оборотней, что пересмеивались и весело общались, похлопывая Горна по плечу, идущего за ними.

— Горн, — прохрипела я из последних сил, уже не надеясь, что меня услышат.

Но он услышал, как и другие два оборотня, что с ужасом смотрели на нас. Горн резко оскалился и кинулся на тигра, сбивая его с ног. Мужчины шипели, рычали друг на друга и кричали что-то на непонятном мне языке. А я ловила ртом воздух, пытаясь прийти в себя.