Дикие нравы нового мира. Наследие

Сердце бешено колотится в груди, делаю сбивчивые глотки воздуха и тут же захлебываюсь водой. Она попадает в мои легкие, заставляя кашлять и терять самообладание. Хотя о чем это я? Бурная река, в которую я случайно или по глупости угодила, не прощает ошибок. Холод уже проник сквозь одежду, которая сковывает и так мои хаотичные движения, руки и ноги теряют чувствительность, но я все равно на инстинктах стараюсь и барахтаюсь, цепляюсь за случайные ветки и камни из последних сил, все потому, что я, как и любое живое существо, хочу жить.

Но для начала мне нужно выжить. Меня бросает из стороны в сторону, течение неумолимо тянет меня дальше. В этом хаосе водоворотов, словно мираж, мелькает походный рюкзак. Каким-то чудом, сквозь пелену отчаяния и, наверное, благодаря адреналину, взгляд жадно цепляется за него.

Но непослушные руки соскальзывают с камня, и меня вновь погружает под воду новая волна.

В какой-то момент усталость одолевает меня. Желание сдаться, отпустить себя на волю стихии становится почти невыносимым, но где-то в самой глубине сознания тонкий голосок шепчет: «Держись! Борись!»

«Нет! Я не могу просто так сдаться!» — выныриваю, жадно глотая воздух. Секунда, от силы две, прежде чем течение снова поглотит меня, но этого достаточно.

В голове вспыхивают обрывки воспоминаний: моя семья — родители и я. Сейчас они где-то на теплом побережье, наслаждаются долгожданным отдыхом. Конечно, звали и меня, но разве я не взрослая, самостоятельная женщина? Журналистка! Шеф, наконец-то поверивший в мой талант после серии успешных передач о путешествиях, отправил на Алтай снимать репортаж о его красотах и загадочных местах. И вот сегодня я любовалась величием Катуни, как вдруг неведомая сила толкнула меня в ледяную бездну. Или это всё — плод разыгравшегося воображения? Может, я просто поскользнулась на мокром камне?

Эх, а еще я уехала сюда, сбежав от болезненного расставания с парнем, с которым мы прожили три года. Я уже думала, что скоро стану замужней, да и возраст вполне подходящий — двадцать пять лет, но этот «недомужик» решил расстаться со мной по смске. Просто в один прекрасный день я вернулась в пустую съемную квартиру, а после получила сообщение от этого козла, что он влюбился, не хочет меня обнадеживать напрасно и весь такой благородный... бла-бла-бла, оставляет за мной СЪЕМНУЮ квартиру и даже оплатил ее на два месяца вперед. И это спасибо за три года нашей жизни.

После этого я ушла с головой в работу, которую действительно любила. И вот к чему моя любовь привела. Складывается впечатление, что любить мне противопоказано.

Внезапно чья-то грубая хватка вцепилась в мое плечо, выдергивая из реки, словно морковку. Благодарность, едва успевшая зародиться, мигом испарилась, когда меня швырнули на землю, будто ненужную тряпичную куклу. «Кто вообще так обращается с женщинами?» — этот вопрос застрял осколком в горле, пока я отчаянно откашливалась, выплевывая речную воду. Длинные розовые волосы прилипли к лицу, усугубляя и без того плачевное состояние. Их я тоже покрасила совсем недавно. Захотелось что-то в себе поменять, превратиться в другого человека, словно всё то плохое, что уже произошло, было и не со мной вовсе.

Когда, наконец, смогла вдохнуть полной грудью, рухнула на спину, пытаясь убедить себя, что жива. ЖИВА!

Наивная… Мои размышления прервало нечто, возникшее в пределах видимости — чудовище. Иначе это существо назвать было нельзя.

Огромный человек? Мужчина? Волк? Да кто его разберет… Оборотень! Словно сошедший со страниц жуткого фильма: черные лохматые уши торчали из густой шевелюры, тело частично покрыто черной шерстью, короткие бриджи обтягивали мускулистые ноги. Карие глаза, к счастью, не горели зловещим огнем, а за спиной повиливал волчий хвост, хлестая по мокрым ногам. Он тоже промок до нитки, спасая меня, как ни крути.

Взгляд у оборотня был вполне разумный и заинтересованный. Не знаю, сколько мы разглядывали друг друга, но как только этот… некто удостоил меня своим вниманием, а именно мои внушительные выпуклости, я заметила восхищение, скользившее по моему телу. Хмыкнув каким-то своим мыслям, на удивление сексуально, даже порочно улыбнулся, обнажая великолепные зубы, и двинулся на меня.

А я что?

Еще не оправившись от неудавшейся попытки утонуть, я не отвечала за свою адекватность. Поэтому, когда оборотень наклонился ко мне с неясными намерениями, я, собрав остатки сил, пнула его ногой в живот.

Тот явно не ожидал такой подлости: поскользнулся на мокрой глине и рухнул обратно в бурлящий поток.

Кажется, я только что самолично похоронила возможность сделать сенсационный репортаж.

«Галя! Какой к черту репортаж! Тебе спасаться надо, выбираться в цивилизацию, а ты всё о работе думаешь!» — корила я себя, ползая на четвереньках, пытаясь встать на ноги.

А еще во мне проснулась совесть. Может, оборотень, который меня спас, просто хотел помочь и узнать, как я себя чувствую? А я, не поняв его мотивов, как какая-то ненормальная набросилась на него. Это мое спасибо за спасение называется.

Блин. Ощутив себя отвратительно, я, чертыхаясь, подползла к краю обрыва, чтобы посмотреть на бурлящую реку. А вдруг моему спасителю удалось за что-то зацепиться? Все же он сильнее меня, да и внушительнее.

— Есть! — взгляд, метавшийся от камня к камню, зацепился за темное тело, лежащее вниз головой на одном из камней ниже по течению. И, видимо, небеса сегодня на моей стороне. Почти рядом валялся и мой рюкзак.

Дорогие читатели! Представляю вашему вниманию продолжение по миру диких мужчин. В этой истории мы встретимся с новой попаданкой Галиной, а также узнаем судьбу некоторых из детей главных героев первой книги. Добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять. Будет интересно!

Наша героиня-попаданка. Галина.

Незнакомец, который так напугал нашу Галю.

К телу мужчины пробираюсь медленно и аккуратно. Еще мне не хватало повторить мой заплыв. Нахожу мужчину в бессознательном состоянии, но хорошо хоть дышащим. А то, боюсь, я бы себя не простила за свой поступок.

Бросаюсь к нему и поворачиваю голову, чтобы он не захлебнулся. Волны то и дело заливают его водой с головой.

«Черт! Тяжелый!»

— Так, а как мне его оттащить от воды? — задумчиво произношу я и бросаю взгляд на свой рюкзак. — Точно!

Вытягиваю застрявший между камней рюкзак и дергаю молнией. Все вещи промокли, но вот документы и аптечка убраны надежно в пакет. Но мне сейчас нужно не это. Как у любого из нашей группы, у меня есть при себе веревка. Вот она-то мне сейчас и пригодится.

Чтобы вытащить оборотня, мне нужны ветки, которые я нахожу в лесу. Связываю их между собой в подобии носилок-волокуш. Ставлю рядом и переворачиваю мужчину, навалившись на него всем телом. От бессилия падаю на него сверху.

Дышу загнанно, руки и ноги все еще потряхивает от изнурительного плавания. Смотрю из любопытства, разглядываю грубые черты лица.

— Вот вроде человек, только какой-то более дикий, что ли, да и хвост этот и уши! Черти-что и с боку лапки. Ох, а лапки, то есть руки у тебя и правда устрашающие. — Шепчу себе под нос, разглядывая мужские руки с черными ногтями. Или правильно сказать когтями?

Оторвать взгляд от чужака заставил громкий, пронзительный звук — не то вой, не то рычание, заставивший кровь застыть в жилах.

— Вот те на, Дружок, надо делать ноги отсюда, пока сюда не пожаловала вся лесная братва. А я, знаешь ли, не в том состоянии, чтобы тебя защищать, да я даже за себя не поручусь.

Имя «Дружок» сорвалось с губ совершенно случайно. Так звали маленького черного лохматого песика нашей соседки. Конечно, этот представитель неведомой фауны и не мал, и дружелюбием не пышет, как соседский сабокевич, но что-то общее у них, безусловно, было. Да и не «эй ты» и не «чудовище» же мне его звать?

Зафиксировав тело все той же верёвкой, чтобы не растерять его по дороге, я двинулась в путь.

Природа словно взбесилась: дождь обрушился с небес как из ведра, одновременно усложняя и облегчая мой подъём к запримеченной пещере. Земля была скользкая, поэтому тащить волоком было легче, по этой же причине идти самой и карабкаться вверх было тяжело, мои ноги в кедах на это не рассчитывали, поэтому то и дело соскальзывали.

К моему удивлению, я дотащила спящего до той самой пещеры, что приметила еще внизу. Оказалось, она довольно глубока.

— Надеюсь, я не заняла чью-нибудь берлогу, — бормотала я, оглядываясь по сторонам в лучах фонарика, замечая следы кострища и брошенные в углу меховые шкуры.

Убедившись, что пещера пуста, я втащила оборотня внутрь и принялась разводить огонь. В какой-то момент, когда нервы сдали, а отсыревшие спички упрямо отказывались вспыхивать, я сломалась. Запоздалая истерика накрыла с головой. Наверное, со стороны могло показаться, что пора уже прикончить бедное животное, которое так надрывно и мучительно воет. Но это была лишь я.

«Так, стоп! Соберись! Иначе мигом сляжешь. А больная я — существо беспомощное и никчёмное».

Несколько глубоких вдохов и выдохов немного уняли дрожь. Перебирая коробок, я обнаружила её — единственную спичку, уцелевшую от влаги. Маленький огонёк, от которого сейчас зависело не только моё здоровье, но, возможно, и жизнь. Хищники в лесу никуда не делись. Хотя… У меня самой тут спит такой зверь, что ещё можно было поспорить, кому стоит бояться больше.

Успокоив дрожащие пальцы, я чиркнула спичкой и замерла. Маленькая искра, затем робкий огонёк. Медленно, боясь задуть, я поднесла его к сухой траве, собранной тут же для растопки.

— Ура! Получилось! — от избытка чувств я вскочила на ноги, и голова пошла кругом, заставив меня тут же сесть обратно. — Ладно, отдохну потом, — пробормотала я спустя пару минут, подгоняя себя. Стихия не унималась, а ночь темнела.

Собрав сухие ветки, валявшиеся неподалёку, я разожгла костёр, который вскоре горел уже уверенно и жарко.

Наконец-то можно выдохнуть и переодеться. Мокрая и грязная одежда неприятно липла к телу. В рюкзаке было не лучше – всё промокло насквозь. Правда, хоть чистое.

Жар костра приятно согревал. Я достала одежду и развесила её на выступах скал, надеясь, что к утру хоть что-то просохнет.

Несколько раз подходила к лежащему мужчине, но он всё так же спал. «Видать, знатно приложился головой», — подумала я и принялась готовить себе ложе из звериных шкур.

Отряхнув их от пыли и грязи, я разложила шкуры поближе к огню. Одну оставила, чтобы укрыться, а второй всё же прикрыла незнакомца.

Сняла с себя мокрую одежду, оставшись лишь в тонких кружевных трусиках, которые уже высохли на теле. Воспаления мне точно не хватало. Нырнула в пушистый мех и накрылась другой шкурой, от которой пахло животным. Не слишком приятно, но терпимо. Выбирать не приходилось.

Казалось, что заснуть не удастся. Желудок то и дело требовал еды, но усталость взяла своё. Как только я закрыла глаза, сон сморил меня.

Проснулась я резко и весьма неприятно. Меня кто-то дёрнул за ноги и перевернул на спину.