Дисгардиум 12. Единство-1

Летом 2018 я поставил логическую точку в первой трилогии Level Up и перешел к продолжению истории Фила Панфилова, главного героя серии. По сюжету он попадает в XXI век, и, прежде чем приступить, мне нужно было продумать мир будущего.

Начав его придумывать, я остановился. Сочинить-то можно было что угодно, но хотелось понять, как человечество докатилось до такого, что к этому привело?

Я начал изучать статьи и книги футурологов, прогнозы по демографии, экономике, здоровью, технологиям, освоению космоса. «Ладно, — решил я. — Возьму-ка я год где-то посередине между 2018-м, откуда отбыл Фил, и 2110-м, в который он отправился, и опишу мир в это время».

Открыв текстовый редактор, я написал: «Недалекое будущее. В мире всем заправляют корпорации, социум собран в одно государство. 20 миллиардов людей и нехватка ресурсов вынуждают правительство внедрить ряд мер, направленных на сокращение численности населения за счет исключения “лишних ртов”…»

Чем больше я придумывал, тем больше меня увлекало это общество будущего. Тогда я придумал Алекса Шеппарда, школьника, который мечтает о звездах. Мне захотелось рассказать его историю, и, хотя я планировал отправить его на Марс, в итоге я послал парня зарабатывать на учебу в виртуальный фэнтезийный мир полного погружения, решив оставить космос и Солнечную систему Филу. Тем более мне, как фанату World of Warcraft с двенадцатилетним стажем, после реализма и бытовухи Level Up хотелось писать про магию, орков и эльфов.

Так началась история «Дисгардиума». Google тогда показывал ноль результатов по этому запросу, и неслучайно. Чтобы придумать название игре и миру, я долго сидел с генератором никнеймов. В общем, мир был назван, Спящие залегли в спячку, и появилась вселенная Дисгардиума. Первые шутники под первой книгой тут же напомнили про заклятие левитации «Вингардиум Левиоса», но менять название мира было уже поздно.

Изначально история Алекса Шеппарда умещалась на десяти страницах, из которых первые восемь подробно расписывали события песочницы, а в последних двух сжато перечислялись события следующих книг, которых всего я запланировал семь. Как видите, в семь не уложился, и в десять тоже, потому что пять лет назад рассчитать точно было нереально. Напомню, что на тот момент я был относительно начинающим автором. Скажем, 8-ю и 9-ю книги я запланировал одним абзацем: «Приключения Скифа в Преисподней, где он берет облик низшего демона и делает карьеру в легионе Белиала. В финале Скиф возвращается в большой Дис с “Углями Адского пламени”…»

Понятно, что в августе 2018 я понятия не имел, какие именно приключения будут у Скифа в Преисподней. Честно, я даже не знал, что он будет тифлингом, а имя Хаккар было придумано, когда я уже писал «Демонические игры». С появлением имени вспомнились веселые события в World of Warcraft с «Порченной кровью», и тогда я добавил в план эпизод с Узул-Урубом, как отсылку для фанатов творения Blizzard.

Так происходило со всей историей. Я знал, что одноклассница Алекса Тисса, в которую он влюблен, не станет его настоящей любовью, но даже не предполагал, что у них сложится с Ритой. Скорее на эту роль подходила Пайпер из «Т-Модуса», с которой он познакомился на Дистивале. Но Пайпер Дандера выполнила свою роль — свела Алекса с Полоцким (Хинтерлистом), а потом как-то незаметно исчезла. Но, кажется, снова появится.

Зато второстепенный персонаж Перевес (Ирита, Рита), ведомый беззаветной любовью к Алексу, влез в историю бесцеремонно. Пораженный настойчивостью девушки, я не стал возражать.

Та же фигня случилась с Трикси, Утесом, Деспотом, Большим По. Последнего многие из вас даже требовали вернуть в историю. Я так и сделал и не жалею — без него приключения в Стылом ущелье были бы не такими веселыми.

В любом случае, как бы я ни детализировал и ни расширял план серии, ключевые точки остались прежними. Песочница, получение статуса легата, Лахарийская пустыня, Священная война, битва за храм Тиамат, ордалия (единственный пункт плана, который стал короче, чем задумывался — под ордалию я планировал выделить отдельную книгу, но передумал, решив развить тему Демонических игр), Игры, Преисподняя, война с Чумным мором, Стылое ущелье, финал (не стану делать спойлеры).

Да, мы дошли до финишной прямой. В оригинале двенадцатая книга считается последней, но из-за огромного объема я разбил ее на части.

В общем, план пятилетней давности, по которому писалась серия, подходит к концу. Спасибо, что прошли этот путь вместе со мной и Скифом!

Приятного чтения!

После низвержения Чумного мора в «Сноусторме» экстренно собирается чрезвычайный совет директоров.

Арто Менфил недоволен Кираном Джексоном, дни которого в «Сноусторме» сочтены. Хлоя Клиффхангер использует свой шанс и проявляет инициативу, хочет встретиться с Алексом на гражданских тестах. Цель Хлои — убедить парня отдать Ядрышко Чумного мора, без которого нереализуем проект «Оптимизация». Всех собак решено повесить на Кирана, а Алексу будут обещаны высокий гражданский статус, связанные с ним привилегии и спокойная жизнь. Однако, если он откажется, Менфил готов на решительные меры, о которых он говорит Хлое на ухо.

Тем временем Алекс Шеппард летит на гражданские тесты во Всемирный центр оценки претендентов на гражданство или смену категории, так называемую Сковородку. Он просит Хайро связаться с его дядей Ником, чтобы тот помог им с покупкой космической яхты, на которую Алекс хочет перенести базу «Пробужденных».

Алекс попадает в один блок с Уэсли Чоу, бывшим врагом Скифа, известным как Большой По. Ханга Ли и Тобиаса Ассера распределяют в другой. Эдвард Родригез и Рита Вуд в больнице после нападения клона Тиссы, поэтому их тесты перенесены на осень.

По новым правилам претендентов на гражданство тестируют все время пребывания в Сковородке. Даже за спокойный сон и еду нужно бороться, отвечая на вопросы роботов-экзаменаторов. В первый раз Алекс проваливает мини-тест и теряет право на ужин, и Уэсли делится с ним своей порцией. Алекс подмечает, что Большой По нуждается в деньгах — толстяк не вылечил свой диабет и носит рваную одежду.

В первую же ночь в каморку Алекса является Хлоя Клиффхангер. Флиртуя с ним, она предлагает ему спокойную жизнь и гарантирует успешную сдачу теста. О судьбах неграждан он может не беспокоиться, им всем заменят капсулы. Подумав, Алекс требует, чтобы «Сноусторм» сначала выяснил судьбу пропавшей Мелиссы Шефер, чей клон атаковал его, Риту и Малика в Калийском дне.

Тисса появляется утром. Алекс задает ей вопросы, но девушка не помнит ничего после того, что случилось в резиденции Галлахеров. Тесты она сдает в другом блоке.

Следующей ночью Алекс узнает от Хлои, что Киран Джексон погиб, это дело рук Майка Хагена, последнего оставшегося в живых отца-основателя «Сноусторма». Она говорит, что боится Хагена, который расправится и с ней, если она не убедит Шеппарда отдать Ядрышко Чумного мора.

Алекс подписывает контракт со «Сноустормом», успешно сдает гражданские тесты и становится гражданином категории A. Но, предав свои прежние идеалы, он разочарован собой и жалеет о своем решении. В следующее мгновение Алекс понимает, что пережитое было предвидением, а он снова на развилке — сидит рядом с Хлоей, которая ждет, когда он подпишет контракт.

Не отказывая прямо, он отвечает ей, что поставит подпись только в присутствии Майка Хагена.

Алекс неплохо справляется с тестами, но во время финального собеседования с гражданской комиссией Хлоя его валит, и Алекс лишается гражданского статуса. Прощаясь, женщина ехидно подмечает, что его удивят новости, которые сегодня объявят.

Из этих самых новостей выясняется, что обнуленный персонаж Алекса должен пройти через зону изоляции — этакую песочницу для неграждан. Его прежний персонаж заморожен до тех пор пока Скиф не вернется в большой Дис. Чтобы выйти из песочницы, нужно провести в ней пять лет, либо стать мастером любого ремесла, либо взять 100-й уровень.

Вернувшись на базу в Калийском дне, «пробужденные» устраивают совещание на тему, как жить дальше. Эд и Рита все еще в больнице и пробудут там пару недель. Малика похоронили. Решено, что Томоши-Гирос займется расследованием пропажи гоблинши Кусаларикс; Ханг-Бомбовоз будет пытаться построить храм на месте силы в Подводном царстве или на Меазе, если ему удастся туда проникнуть; Тобиас-Утес должен вернуться в Бездну, чтобы передать бета-тестерам слова Скифа.

Тем временем, благодаря помощи дядя Ника, безопасники нашли яхту, а заодно привлекли старого сослуживца, пилота-ветерана по имени Леонид Фишелевич. Из-за его кандидатуры Сергей Юферов устраивает скандал, не желая с ним работать. Ссора странно действует на Тиссу — она плачет. Сергей, чтобы ее успокоить, дает ей выпить медицинского спирта. Тисса пьянеет и ведет себя неадекватно.

Алекс просит Тиссу встретиться с Лиамом, но девушка отказывается, оправдываясь тем, что это не в интересах… Договорить ей не дает Сергей, парализуя ее шокером. Позже выясняется, что девушка собиралась полоснуть Алекса бритвой по горлу.

Сцена ссоры Сергея и Леонида была частью плана безопасников. После допроса и обследования Йоши выдает вердикт: Тисса ненастоящая, это ее клон с загруженным в разум ментальным слепком оригинала. Алкоголь в крови нарушил программу клона, и тот себя выдал.

Хайро, Вилли, Сергей, Йоши и Леонид рассказывают Алексу о том, что они тоже «угрозы», только не для Диса, а для реального мира. Подробности разговора в ту же ночь стираются из памяти Алекса, чтобы перевербованная лже-Тисса выполнила обещание Скифа и встретилась с Лиамом, а Небесный арбитраж не узнал из разума Скифа, что девушка ненастоящая.

Скиф попадет в зону изоляции «Стылое ущелье», бывший инстанс во владениях «Детей Кратоса». Его пытают, чтобы выбить согласие на сотрудничество, после чего отпускают — подумать и принять решение. Чтобы лишить его последних надежд выбраться, ему обещают, что всегда будут понижать в уровнях.

Скиф берет ремесло лесоруба и сразу же влипает в конфликт с работягами из Камерунской клоаки: Майей, Венсаном, Кролом и Изи. За него вступается Большой По, его распределили в ту же зону изоляции, и он уже успел взять 3-й уровень.

Парни уходят в лес добывать ресурсы, когда к ним привязывается группа Вагончика — албанские оницо, привлеченные и прокачанные «Детьми Кратоса» для присмотра за рабочими. В разгар конфликта из-под земли выбирается высокоуровневый паук и атакует албанцев. Скиф, которому покровительствует Фортуна, в этот момент дорубает огромное дерево, которое прибивает паука.

Скиф получает сразу 15-й уровень и — автоматически — уникальный игровой класс горевестника, одновременно он разблокирует достижение «Читер-читер!». Награда за него — мифическая кирка «Первозданное кайло Хозяйки Медной горы», которое при разрушении предметов поглощает их свойства. Скиф усиливает ее за счет лута с группы Вагончика.

Жаждущие реванша албанцы возвращаются, но снова терпят поражение. Тогда они возвращаются с поддержкой — чернокнижником 511-го уровня Дефайлером из «Детей Кратоса». 15-й уровень Скифа — больше, чем позволено «Детьми», поэтому Дефайлер собирается загнать его на точку воскрешения и не выпускать, пока не опустит до 10-го. Желая сэкономить время, чернокнижник приказывает своему бесу Гнеме’Иицу убить Скифа, а сам улетает к кладбищу, чтобы перехватить воскресшего Скифа там.

Отдавая команду, Дефайлер чихнул, что исказило имя Скифа. Бес использует это как уловку, чтобы разорвать контракт с чернокнижником. Большой По подсказывает Скифу, что они могут помочь бесу вернуться в Преисподнюю, если тот поможет им выбраться в большой Дис.

Это вне сил Гнеме’Иица, но бес дарит Скифу демонический навык «Мимикрия», позволяющий принять вид неодушевленного предмета. Принеся в жертву Полидевка, Скиф отправляет беса в Преисподнюю.

После блужданий и приключений друзья прячутся в таверне. Скиф превращается в меч, а Полидевк проносит его в своем инвентаре.

Личная комната, снятая Большим По, становится общей и превращается в такую же, какая была у Скифа в большом Дисе в замке «Пробужденных». Благодаря этому Скиф находит в хранилище Радужный кристалл, полученный за изгнание «угрозы» Ангел, бывшего легата Чумного мора.

Выспавшись, Алекс встречается с друзьями и безопасниками и рассказывает то, что узнал от Джошуа Галлахера: купленная яхта взорвалась при взлете, лже-Тисса стала членом «Детей Кратоса», а Калийское дно под контролем наемников.

Утес рассказывает, что влюбился в Девятку и теперь все свое время проводит в Бездне. Из его же слов Скиф узнает, что гоблинша Кусаларикс, считавшаяся погибшей, жива. Попав в бета-мир, она взята под контроль Девяткой и сейчас спит Вечным сном.

Вернувшись в Стылое ущелье, Скиф активирует Радужный кристалл и попадает в Сокровищницу Первого императора. Разрушив Говорящую голову изгнанного демона, кирка получает умение разговаривать, и в контакт со Скифом вступает засевший в ней злой то ли дух, то ли бог Торфу. Торфу подсказывает Скифу, какие еще предметы взять в Сокровищнице.

Когда Скиф возвращается в личную комнату таверны в Стылом ущелье, к нему приходит Тисса. Девушка признается, что является клоном, но настаивает, что она все равно настоящая. По ее словам, Спящие сохранили личность Мелиссы и поместили в ее тело.

Тисса говорит, что встретилась с Лиамом, теперь Скиф ему ничего не должен. Она хочет помочь ему выбраться. С помощью Мимикрии Скиф превращается в стул, который Тисса поставит в хранилище здесь, а потом достанет оттуда, только уже в замке «Пробужденных».

Задумка не удается, стула в хранилище Скифа в большом Дисе нет, зато по поручению Бегемота Тисса возвращается с Ядрышком Чумного мора. Когда она отдает его Скифу, он убеждается, что девушка на его стороне, иначе она бы использовала Ядрышко сама или отдала «Сноусторму». Но остается вопрос: кто должен стать новым Ядром?

Тем временем Уэсли Чоу добирается на базу клана в Калийском дне по земле. Его встречают люди Ивана, лидера диких — неграждан, живущих в Зонах (т. е. в землях, признанных негодными для жизни). Прибыв в Калийское дно, Большой По заходит в Стылое ущелье уже оттуда. Он передает Скифу, что Бомбовоз начал строить четвертый храм Спящих в Подводном царстве.

Тисса пытается вынести Скифа из Стылого ущелья в инвентаре, как это делал Большой По, но ей это не удается. Тогда она закупает в большом Дисе множество недорогих предметов, за счет которых Скиф усиливает мифическую кирку.

Друзья отправляются в шахты, чтобы прокачать персонажей до 100-го уровня. Это позволит им легально покинуть зону изоляции.

На магию света Тиссы в подземелье прибывают жрецы Нергала. Они благодарят жрицу за помощь в поимке мерзкого инициала Спящих. В этот момент Скиф узнает, что Полидевк, взявший 10-й уровень, может получить класс жреца Фортуны, что дает ему право использовать Ядрышко Чумного мора. Скиф отдает ему артефакт.

Вместе с прибывшим Ларионом, Первым инквизитором, распяв Скифа на кресте, жрецы Нергала начинают пытки, чтобы выбить координаты храмов Спящих. Из беседы Лариона со жрецами Скиф узнает, что Нергал готовится призвать из Бездны Девятку.

В это время Полидевк становится новым Ядром Чумного мора и призывает своих легатов — Магвая, Айлин, Критошибку, Ланейран, Ронана, Лиама, Бьянканову и Крея. Те, после угрозы лишиться всех уровней, неохотно соглашаются помочь спасти Скифа.

Вместе с Тиссой высокоуровневым легатам не составляет труда уничтожить жрецов Нергала.

План прокачать персонажей до 100-го уровня проваливается, когда Скиф и Полидевк узнают, что в этом подземелье нет мобов выше 50-го уровня.

Божок Торфу, застрявший в мифической кирке, рассказывает, что его бывшая супруга, богиня Кибела, пыталась набраться в Бездне сил, но сгинула там, а ее аватар стал пристанищем для Отродья Бездны. Теперь Стылое ущелье — мир, зависший в великом ничто, и, если уничтожить Отродье, Стылое ущелье вернется в Дисгардиум. Однако босс умеет усиливаться за счет поглощенных уровней своих жертв, поэтому второго шанса его убить не будет. После каждого вайпа Отродье будет становиться намного сильнее.

То, что Тисса помогает Скифу, видят работяги Майя, Венсан, Крол и Изи. Они угрожают рассказать об этом «детям Кратоса». Чтобы спастись, Тисса выходит в реал и покидает базу клана, а для того чтобы дать ей время на побег, Большой По приказывает Лиаму остаться с работягами и не дать им сбежать.

Скиф, Полидевк и остальные легаты Чумного мора спускаются и достигают пещеры с боссом подземелья — Отродьем Бездны.

В самом начале боя появляется рейд «Детей Кратоса». Незамеченный ими Скиф обращается в валун. Вивиан Галлахер, услышав нелицеприятные вещи от своей бывшей подчиненной Айлин, не сдержав гнева, убивает ее, потратив сверхмощный артефакт «Гнев Нергала».

Легаты в разгар боя прячутся в карманном измерении, чтобы заставить Полидевка вернуть им чумные способности. Отродье проглатывает бессмертное Ядро и убивает оставшиеся цели — рейд «Детей Кратоса».

Полидевк призывает своих легатов прямо в нутро чудовища и за счет Чумного усиления усиливается настолько, что почти убивает Отродье. Вывалившись из разорванного брюха, он просит Скифа помочь. Добив босса, оба получают достижение «Проглот» (1% любого входящего урона обращается в очки опыта).

Ядро призывает обнуленных легатов и назначает новым высшим легатом Ланейран, исходя из чувственных побуждений. Сразу после этого их выкидывает из игры, так как инстанс уходит на перегенерацию — Стылое ущелье становится частью большого Дисгардиума.

Чтобы помочь Скифу выбраться из плена, на помощь прибывают все союзники «Пробужденных» и атакуют земли «Детей Кратоса».

Галлахеры теряют десять замков и все остальные владения, включая содержимое хранилища их главного замка Парамаунт, на полтора триллиона золотых.

Джошуа Галлахер узнает, что сбежала не только Тисса, но и единственный человек, способный загружать в разум ментальные слепки. Это Юрий Серебрянский, ученик Йованы Савич — одной из пятерки основателей «Сноусторма». Без Серебрянского Галлахерам не удастся клонировать Алекса, как Тиссу.

Не выдержав груза потерь и поражений, Джошуа отдает команду нанести по Калийскому дну ядерный удар.

Алексу Шеппарду остается жить пятьдесят шесть минут.

Интра-гель капсулы схлынул, и я схватился за поручни. Четверть часа назад мы с Большим По прикончили Отродье Бездны и запустили таймер перегенерации Стылого ущелья, после чего новое Ядро Чумного мора назначило Ланейран высшим легатом.

Кислая физиономия Магвая и самодовольная — Большого По стали последним, что я увидел, перед тем как меня выкинуло в реал.

Шесть часов до перезапуска Стылого ущелья.

В другой жизни или в лучшем будущем после всего, что пережил, эти шесть часов я бы потратил на сон. Но, видимо, вселенная посмеялась надо мной, сделав инициалом Спящих. Что позволено Спящим, не позволено их инициалу, ведь если он уснет, им придется проснуться.

И тогда… Да эльф его знает, что тогда случится. Покойный Киран Джексон, бывший управляющий директор «Сноусторма», говорил, что после пробуждения Спящих Дисгардиум в текущей версии будет уничтожен, стерт, а вместо него мир запустится заново — девственно новый, безжизненный, и, возможно, его развитие и эволюция пойдут совсем по другому пути. Не будет ни Ушедших, ни Демонического пакта, ни конфликта Старых и Новых богов. Это потеряет смысл, ведь все, ради чего я отказался от спокойной жизни и своего счастливого будущего, окажется потеряно. Нет, пусть уж лучше сон Спящих продлится вечно.

В общем, пока боги спали, а таймер начал отсчитывать вторую минуту, я выскочил из капсулы и начал быстро одеваться, прикидывая, на кого могу рассчитывать, помимо Уэсли, который вышел в реал вместе со мной и сейчас направлялся сюда.

Тисса где-то на пути к Элизабет из «Белых амазонок», тетке Лиама, которая должна помочь ей встретиться с Хинтерлистом, а уже тот отправит ее к нам. Учитывая, что небо над Калийским дном контролируется наемниками «Детей Кратоса», это будет не так просто.

Эдвард и Рита до сих пор в больнице. Хайро вчера собирался перевезти их на базу, чтобы забрать с нами в космос, но флаер, где находились он и Вилли, сбили на взлете, а наша яхта взорвалась на космодроме.

Персонаж Тобиаса застрял в Бездне. Вытаскивать его оттуда смысла вроде нет — в Дисе он все равно не помощник, но нужно через него выяснить планы Нергала и Девятки. Первый инквизитор Ларион рассказывал, что в Даранте собираются все жрецы Лучезарного, чтобы совершить обряд призыва Девятки, и, если он еще не проведен, им нужно помешать. Иначе, если Девятка придет на помощь «Детям Кратоса», все остальное уже не будет иметь значения.

Малик… Малик мертв.

Остаются только Ханг и Томоши. Хотя еще надо позвать Дьюлу и Мэнни, им работа тоже найдется. И Большой По… Негусто. А ведь за оставшееся время нужно запланировать и сделать так много, что дорога каждая минута. Уверен, «Дети Кратоса», поняв, что зона изоляции вот-вот перестанет быть таковой, уже готовятся к теплому приему топовой «угрозы» и легатов Чумного мора.

Открыв дверь спальни, я остановился на пороге. Мерцающий голографический экран, где отображалась картинка с камер наблюдения, был единственным источником света. В этой полутьме, сидя в инвалидном кресле, дремал Леонид Фишелевич — безногий ветеран-миротворец, привлеченный Хайро пилотировать нашу яхту, которая… В общем, нет у нас больше яхты.

Да уж… И этот тоже… не помощник — обеими руками он крепко сжимал фляжку, а очнулся, только когда я уже открывал наружную дверь.

— Эй, пацан! — сипло каркнул он мне в спину. — Стоять! Куда собрался?

— Доброй ночи, мистер Фишелевич, — сказал я, обернувшись. — Мне нужны все офицеры клана. Сейчас же. Срочно. Соберете?

— Сек, — буркнул он, потирая глаза и зевая, после чего свинтил крышечку с фляжки и сделал мощный глоток. Проглотил, зажмурился, потряс головой. Я едва сдержал раздражение из-за потери времени. — Вот теперь соберу.

Широко зевнув, Фишелевич попробовал вызвать Хайро и Вилли, но те не ответили. Тогда он связался с Иваном:

— Вань, пни своих диких, пусть прошвырнутся по этажам и подтянут к Алексу всех офицеров… Ага, всех. Что? Да не твоих офицеров, а клановых! Поименно…

Леонид задумался, и я пришел на помощь:

— Пусть приведут Ханга, Томоши, Тобиаса, Мануэля и Дьюлу. Если они в капсулах, врубайте экстренный выход, чем бы они ни занимались, у нас есть дела важнее. А, еще Уэсли! Он наверняка уже бродит по коридорам и ищет мою комнату.

— Уэсли? — поднял лохматую седую бровь Фишелевич. — А, понял, это тот прибывший вчера жирдяй. Еще кто нужен?

— Хайро, Вилли, Сергей, Йоши… — перечислил я имена безопасников. — Иван тоже пусть приходит. Это касается и его.

— Слышал, Вань? В общем, молодежь дисовскую и Хайро с его людьми… Ну и сам приходи. Добро. Паренек говорит, дело срочное, так что поживее там. — Он посмотрел на меня, качнул головой, указывая на диван. — Ща все будут. Ты сядь, посиди пока, а я нам кофейку сварганю.

— Сам сделаю, — сказал я. — Вы лучше будьте на связи с Иваном. Вам покрепче?

— Соображаешь, пацан. Сделай такой, чтобы от горечи глотку жгло!

Именно такой кофе я сделал нам обоим. Обжигаясь, я пил, не чувствуя вкуса, пока дикие одного за другим приводили моих друзей и соратников. Мы обменивались хмурыми приветствиями, но я пока ничего не рассказывал, дожидался, пока придут все.

Пришли все и даже больше — Томоши привел Энико, дочь нашего главного строителя. Последним явился Тобиас, подгоняемый Иваном. Ранее мне не доводилось общаться с лидером диких. Молча кивнув мне, увешанный оружием здоровяк со странно перекошенной челюстью и плохими зубами встал возле Хайро и шепнул что-то вроде: «На хрен я здесь вообще?» Моралес кивнул на меня и что-то ответил.

Глядя на их осунувшиеся от недосыпа лица, я подумал о том, как долго мы еще выдержим в таком темпе? Хайро и Вилли вчера чуть не погибли, когда их «Акулу» сбили, Йоши едва пережил нападение клона Тиссы, Сергей, только выдохнувший после восстановления обороноспособности базы, теперь ломал голову, как усовершенствовать фортификации в связи с новой угрозой.

Кого-то вытащили из капсулы, кого-то — из постели, кто-то бросил свои дела, но возмущался только Тобиас. Что именно ему обломали в Бездне, он не рассказывал, но кипятился так, что даже Томоши догадался. Уэсли, прислушиваясь к Тоби, задумчиво поскреб все пять подбородков.

В гостиной стало очень тесно, и тогда Фишелевич, прикрикивая, принялся превращать столпотворение в заседание. Безопасники расселись на диване и в креслах полукругом, Иван встал за спиной Хайро, Мэнни с Дьюлой сели прямо на пол у стены.

Энико занялась варкой кофе в промышленных масштабах. Ханг и Тоби перетащили от стола стулья и оседлали их, Томми, отчаянно зевая, встал рядом с ними. Большой По держался чуть в сторонке, я подозвал его — пусть вливается в коллектив. Сам я остался на ногах, чтобы видеть всех.

Хайро встретился со мной взглядом, кивнул. Встрепанный и помятый, он дымил сигарой и хлебал энергетик из жестяной банки. Из карманов его куртки торчали еще две.

Энико начала разносить кофе, а я, с трудом выталкивая слова сквозь пересохшую глотку, сказал:

— У нас мало времени. Часов пять. Но обо всем по порядку…

Я начал с того, как на пороге моей личной комнаты в таверне появилась Тисса. Друзья и безопасники, молодцы, удивление и недоверие сдержали, превратившись в одно большое ухо, и просто приняли тот факт, что клон теперь и есть сама Тисса, потому что в ней один в один личность настоящей Мелиссы Шефер, спасибо Спящим, и будет их сон вечен.

Потом я рассказал о том, как Тисса притащила мне от Бегемота Ядрышко Чумного мора и помогла нам с Большим По прокачаться, как меня захватили жрецы Нергала, По стал новым Ядром, а Магвай и компания легатов спасли меня. Прервавшись на глоток кофе, я поведал, как Тисса была вынуждена бежать с базы «Детей Кратоса».

Не забыл о Девятке, которая должна явиться в Дис на рассвете, и Тобиас подтвердил, что так и есть, только наше «на рассвете» для Бездны наступит лишь через полгода.

Под конец я резюмировал:

— Нам с Уэсли удалось закрыть зону изоляции, сейчас Стылое ущелье на перегенерации и через пять с половиной часов станет частью большого Дисгардиума.

— В сердце владений «Детей Кратоса», — добавил Большой По. — Стоит Скифу войти в Дис, как его тут же атакуют и, учитывая возможности Галлахеров и помощь Нергала, с большой вероятностью смогут ликвидировать.

— Такой расклад, — сказал я. — Вижу две основных задачи. Первая: привлечь союзников, чтобы они помогли нам с Уэсли вырваться оттуда…

— С союзниками беда, — перебил Ханг. — Общался с Ярым. По его словам, Хинтеру, Хорвацу и Полковнику, конечно, сильно не нравится, что без тебя дело Спящих может посыпаться, и они потеряют бонусы Единства. Но сделать они типа ничего не могут, им доступа в зону изоляции «Детей Кратоса» нет.

— Пока нет… — хмыкнул я. — А что Лига гоблинов? Ояма? Деспот? Помогут?

— Вчера только с ними говорил, когда мотался на Кхаринзу за Гиросом. Намекал, что нужно выручать тебя, и офигел от того, что услышал в ответ.

— Что?

— Не вариант, — Ханг хотел сплюнуть, но опомнился и не стал. — Для них ты, может, и не совсем в порядке, но вполне живой и наглядный торчишь возле кладбища Кхаринзы. С какой стати им лезть в драку с хреновыми «Детьми Кратоса»? Их типа весь Дис уважает.

Томоши счел нужным сообщить:

— Я научил кобольдов и троггов, Алекс-кун, теперь все они, проходя мимо вашего основного персонажа, кланяются.

— И отдают честь, ты там типа памятника торчишь или святыни какой, — невесело пошутил Ханг. — Короче, никто не поможет.

— Ну пусть Бегемот им скажет! — начал закипать я, потому что время утекало. — Пусть придумает, что душа инициала застряла в Стылом ущелье, потому и тело неподвижно и ни на что не реагирует!

— Да понятно, что как-то да выкрутимся, — махнул рукой Ханг. — Бегемот, глядишь, толкнет речь и отправит неписей тебе на помощь, когда узнает, что ты вернулся. А если никто не поможет, фигня. Стылое ущелье и замок «детей» прям у моря, так что на нас с Ортоконом можешь точно рассчитывать.

— И на Гироса, — добавил Томоши.

— Легаты твои ведь тоже на что-то сгодятся, да, По? — спросил Ханг. — А может, и ты сам?

— Куда я денусь? — пожал тот плечами. — Шеппард для меня теперь свой брат-оницо, а мы, оницо, всегда помогаем друг другу! Но времени у меня в обрез, мне где-то привязаться нужно, я ж Ядро, оно не может шататься по миру как заблагорассудится.

— Ядро, блин! — Утес дал себе по лбу. — Я в Бездне, Гирос по Астралу шныряет, Бом — по морю на личном зверобоге, гребаный По — вообще Ядро. Про Скифа молчу. Жесть, до чего мы дошли…

— Ну да, — протянул Уэсли, поцокав языком. — В прошлом году бегали по Тристаду, а сейчас…

— Вы большой человек, Уэсли-сан, — сказал Томоши, поклонившись. — Алекс-кун много о вас рассказывал.

— Очень большой, — гоготнул Ханг. — В капсулу не влезает!

— Вы вчера не познакомились, что ли? — спросил я у Большого По.

— Не-а, — ответил он. — Я вчера как прибыл и дождался настройки капсулы, сразу нырнул. Ты ж меня ждал, так что я спешил на крыльях дружбы.

— Вы настоящий друг для Алекса-кун, Уэсли-сан, — снова поклонился Томоши.

Иван, наверное, подумал, что попал в цирк, за которым изумленно наблюдали все безопасники. Хайро и Вилли едва сдерживались. Фишелевич, глядя на меня, постучал пальцем по запястью. Я кивнул в ответ, но промолчал, решив, что Уэсли нужно дать шанс почувствовать себя частью клана, что он здесь не чужой. Нам нужно союзное, а не враждебное Ядро Чумного мора.

— Спасибо за столь лестную оценку моих человеческих качеств, — ответил Уэсли и тоже поклонился. — Но прошу вас, Томоши, зовите меня Большим По. Верите или нет, но совсем недавно гонял я Скифа, Бомбовоза, Краулера, Тиссу, Инфекта, пусть земля ему будет пухом, и Утеса по всей песочнице!

— Вы были так могущественны уже в то время, Большой По-сан? — удивился японец.

— Да, — скромно ответил Уэсли, потупив взгляд.

Не выдержав, Ханг поднялся и дал ему подзатыльник:

— Это тебе сам знаешь за что, Большой По-сан! Хорош! По, что у тебя с легатами? Как бы нам самим в спину не ударили! От Магвая и его «элитников» всего можно ожидать!

— Они сейчас нулевки, — ответил тот. — Я обещал вернуть им уровни, но мертвяки они ненадежные, могут назло предать. Есть за что, я с ними не особо ласков был, так что, наверное, возвращение уровней придется отложить.

— Да уж, дилемма… — вздохнул Тобиас. — Может, мне поговорить с Девяткой? Авось поможет, тогда никакие другие союзники нам будут не нужны.

— Она поможет, держи карман шире! — ответил я. — Даже если сама захочет, Нергал не позволит. Мы же «мерзкие последователи Спящих», забыл?

Ломая голову, кого еще привлечь на помощь, я совсем забыл о безопасниках, пока Хайро не напомнил:

— Ты говорил, помочь вам в Дисе — первая задача. Какая вторая?

— Вторая — обезопасить нас здесь, в Калийском дне. Небо нам закрыли, взять штурмом здание тоже смогут. Если мой Скиф ускользнет от «детишек», со злости могут ударить в реале… — Я посмотрел на безопасников. — Ну что, поможет нам ваш Медведь?

Моралес переглянулся с Вилли Брисуэлой, потом посмотрел на Йошихиру, снова на меня и вздохнул:

— Забыл, что из твой памяти вычистили наш разговор. Поможет, но только один раз. И этот «раз» не включает помощь с противостоянием «Детям Кратоса».

— Скажите хоть, почему только один раз? И кто такой этот Медведь?

— Человек, — ответил Вилли. — Большего тебе знать не нужно. Пойми, что любое вмешательство Медведя кратно снизит наши общие шансы на успех. Объяснять при всех не буду, не готовы твои ребята к таким вещам, но лучше поверь — сейчас предпочтительнее замараться и попросить помощи у Картеля, чем сбрасывать последний козырь.

Вот уж не ожидал такое услышать. Думая, что мне показалось, я переспросил:

— Картель? Вы серьезно?

— Серьезнее некуда! — рявкнул Вилли, впервые подав голос. Он показал на потолок. — Алекс, над нами десяток-другой боевых флаеров, нашпигованных оружием. Это три-четыре взвода наемников, с которыми нам самим не справиться. Пока ты был в Дисе, мы смоделировали возможные варианты, дошли до того, что вооружим все Калийское дно и Гайанский отстойник, чтобы… Короче, ничего не сработает. Помощь Картеля — наш единственный шанс. А Медведь поможет с другим… — он зыркнул на парней, — …если дойдем до того этапа.

— Послушай взрослых, парень, — прокаркал Фишелевич. — Никому из нас не нравится идея быть обязанными Кальдеронам, но лучше расплатиться с ними виртуальными плюхами, чем… гордо умереть.

— Никак не уйти, что ли? — напряженным голосом спросил Большой По, только сейчас осознавший, куда влип. — Может, как я сюда доехал, так и свалим? Тихо, незаметно, по земле…

— Тебя, может, и выпустят, — пожал плечами Леонид. — Но Алекса — вряд ли. Там, в небе, дурачков нет. Вполне вероятно, что все выходы уже контролируются дронами.

От Сергея и Йоши посыпались решения, как нам можно сбежать, Вилли молча качал головой и говорил, что рано думать об этом, и мне пришлось повысить голос:

— Эй! — Гомон стих, взгляды обратились на меня. — Кто хочет уйти, пока может? Уэсли? Тобиас? Томоши? Энико? — Я называл имена, переводя взгляд с лица на лицо, но все лишь качали головами. — Значит, никто. Тогда и нечего обсуждать, как уходить. Мы никуда не будем сбегать! Вы не понимаете, что время истекает. Дело не во мне, а в новой жрице Нергала. Если мы не помешаем ей явиться в Дис, все, за что мы боролись, будет потеряно.

Энико начала разносить кофе по второму кругу, все замолчали. Уэсли снял себе чашку с подноса и тихо мне сказал:

— Жесть у вас тут какая-то! Я догадывался, что тут не сахар, когда ты мне в Стылом ущелье про это рассказывал, но… Слушай, а… Малика — тоже эти?

— И Малика, и Тиссу, и еще много хороших людей.

— Тогда, брат, у нас не две задачи, а три, — дрогнувшим голосом заявил Уэсли. — Если столкнемся с «детьми», нужно довести дело до конца и сравнять их замок с землей. Как вспомню, как та сука Рут меня истязала… Хорошо, я теперь Ядро, пусть только попадется в мои руки!

Я посмотрел на него исподлобья, задумался, озаренный идеей, потом положил ему руки на плечи:

— Какой же ты нехороший, Уэсли Чоу! Плохой, плохой!

Парни наблюдали за нами, выпучив глаза. Уэсли отстранился и обратился к Хангу:

— Это у вас какой-то местный прикол? Шеппард же вроде как по девчонкам, не? Я, если что, в Калийском дне меньше суток, так что извините, если сделал что-то не так…

— Все так, Большой По, все так! — Я врезал ему по плечу кулаком и обратился ко всем: — Помните, сколько народу собралось бить плохую нежить на Холдест? Все же тогда явились — от дриад и кобольдов до самого императора Крагоша!

— Ну и? — спросил Уэсли, все еще не понимая, как себя вести.

Ханг и Тобиас, привыкшие к моим выходкам, промолчали. Томоши на всякий случай начал делать поклон, но передумал.

— Представляете, как снова все возбудятся, узнав, что в Дисе появилось новое плохое-плохое Ядро Чумного мора? И прячется в сердце владений «Детей Кратоса»!

И тут до них как дошло!

— Точняк! — взревел Ханг. — То, что вы с По окажетесь в большом Дисе, все меняет! Союзным кланам придется вмешаться и помочь, иначе они нарушат договор!

— И они подтянут не только свои дочерние кланы, но и наемников! — подняв палец, воскликнул Уэсли. — Подгонят же?

Оба тут же загомонили, развивая идею, к ним подключились безопасники, хорошо понимавшие политический расклад в Дисе, а дальше нашлось что сказать и Мэнни с Дьюлой, много общавшимся с кобольдами и троггами, и Тобиасу с Томоши, и даже Энико, подрабатывавшей в таверне у тети Стефани и знавшей, какие слухи ходят по Кхаринзе среди неписей. Молчал только Иван, но и он, играя желваками, чему-то кивал и улыбался, не разжимая губ.

Наметившийся план через полчаса созрел, подкрепленный новой угрозой. Прямиком из Бездны вот-вот явится верховная жрица Нергала — маньячка, наверняка не смирившаяся с моим побегом. Предотвратить ее выход в большой Дис важнее, чем нам с Полидевком вырваться из Стылого ущелья.

Собственно, со слета всех жрецов Нергала в Дарант и решили начать. Бомбовоз и Гирос должны, прихватив Деспота и Ояму (если согласятся помочь), заручиться поддержкой Бастиана Первого и разогнать жрецов. Такую пеструю компанию в столице Содружества вряд ли примут с распростертыми объятиями, так что аудиенцию должен организовать Хинтерлист.

Далее Бомбовоз, как самый авторитетный для неписей «пробужденный» после меня, Краулера и Ириты, созывает Верховный совет Лиги гоблинов, нашедший приют на Кхаринзе, и вбрасывает стопроцентно достоверную информацию о новом Ядре Чумного мора на территории «Детей Кратоса».

Верховный совет Лиги, испытывающий после появления в Кинеме Чумного мора не только панические атаки, но и невыносимую неприязнь к нежити, уведомит о новой опасности лидеров Империи, Содружества и нейтралов, после чего объявит по всем каналам, что «Дети Кратоса» укрывают новое Ядро. В Дисе это теперь приравнивается к хранению на своей территории ядерного, биологического и химического оружия вместе взятых. Учитывая, что, по слухам, в хранилищах «детей» ценностей на сотни миллиардов, навести порядок с радостью согласятся все приглашенные фракции.

При таком раскладе не останутся безучастными и жители Кхаринзы, портал которым прямо под стенами Парамаунта, главного замка «Детей Кратоса», откроет Бомбовоз. Гирос, таясь в Астрале, его прикроет. Против них с Ортоконом, Деспотом и Оямой у Галлахеров не останется шансов.

Основной проблемой виделись не защитники, а божественный силовой купол «Небесный зонт», накрывающий не только замок, но и прилегающие территории. Чтобы его пробить, нужны миллиарды единиц урона в секунду, иначе он будет регенерировать, едва получив повреждения. Именно поэтому нам нужны все союзники. Поговорить с Хинтерлистом и Хорвацем вызвался Ханг — наладил с ними отношения, когда я валялся в коме. Полковника я взял на себя, потому что собирался просить его о гораздо большем, чем помощь «Экскоммьюникадо» в Дисе.

После того как защита замка рухнет, в Стылое ущелье высадится десант строителей и рудокопов во главе с Дьюлой и Мэнни, которые захватят богатые рудники и возведут там форт «Пробужденных». Это не самая важная сторона плана была частью моего обещания Майе, Венсану, Изи и Кролу. Мы примем их в клан и будем принимать всех, кто захочет работать под нашим крылом, но тащить всех на Кхаринзу не станем. Пусть работают там, где привыкли.

Все, задействованные в Дисе, разбежались выполнять поручения. Главное лежало на плечах Ханга, и от его разговора с Хинтерлистом и Хорвацем зависело очень многое. Договорились, что если те ему не поверят или не захотят прислушиваться, подключусь я.

Тобиас вернулся в Бездну, чтобы держаться рядом с Девяткой и дать нам сигнал, когда он с ней окажется в Дисе. Уэсли пошел вздремнуть — после гражданских тестов он почти не спал.

Остались только я и безопасники, чтобы поговорить о второй задаче — как защититься от наемников «Детей Кратоса».

— Ну что, может, все-таки расскажете, что Йоши стер из моей памяти? — предложил я.

— Расскажем, — кивнул Хайро. — Но не сейчас. Ты и в прошлый раз не особо-то поверил, а сейчас, когда на тебе столько всего, у тебя вообще крыша съедет. Давай-ка лучше я договорюсь с людьми Полковника, чтобы он встретился с тобой в «привате». Со мной он и говорить не будет, а к тебе прислушается.

— У Картеля хватит сил помочь?

Безопасники посмотрели на меня как на дурачка — сочувственно и удивленно. Наконец Вилли ответил:

— Хватит.

— Тогда, когда будете просить Сесара о встрече, скажите, чтобы прихватил своего брата Исмаэля…

Несмотря на позднюю ночь, люди из «Экскоммьюникадо» прониклись важностью разговора и организовали встречу. «Приват», миниатюрный криптомир для шифрованных встреч и разговоров, создал Йошихиру Уэмацу, и он же выслал Кальдеронам криптоключ-приглашение.

Просторная светлая комната в японском стиле была куда уютнее той, в которой я впервые встречался с Сесаром. В тот раз он пришел с Кетцалем, моим союзником по Демоническим играм, сегодня — со старшим братом Исмаэлем, лидером Объединенного картеля. Оба, как я понял, не стали натягивать аватары и пришли в истинном обличье.

Помня уроки Кетцаля, я явился первым, а увидев проявившиеся фигуры братьев, поприветствовал:

— Здравствуйте, дон Сесар Кальдерон! Спасибо, что уделили время, дон Исмаэль Кальдерон!

Полковник молча кивнул, а его брат вообще не ответил, лишь показал на единственный стол в центре комнаты — такой низкий, что нам пришлось рассесться прямо на пол, покрытый циновками.

Минуты две Исмаэль молча сверлил меня взглядом, потом посмотрел на Сесара, прошамкал:

— Дерзкий чавал, ты говорил? Бери выше! Наглый юнец! Вижу, жизнь так и не научила его большему уважению к старшим! С чего он решил, что может вообще о чем-то просить меня? Ты его обнадежил, Сесар?

На Полковника было больно смотреть. И без того какой-то высушенный, он сжался еще больше и не проронил ни слова. Казалось, он даже дышать боится.

— Поди прочь, эрманито, — беззлобно сказал Исмаэль. — Я сам разберусь с наглецом.

— Алехандро… — Полковник кивнул мне и исчез.

Мы со старшим Кальдероном остались одни. Чему-то усмехнувшись, тот спросил:

— Ты пришел просить о чем-то старого Исмаэля? Ну так проси, не заставляй его сидеть в этом ненастоящем мире!

Понимая, как убегает отпущенное время, я быстро заговорил, рассказав о кознях «Детей Кратоса» и наемниках Галлахеров, упомянув атаку на базу и погибших друзей, пытки в Стылом ущелье и угрозы моим родителям на Луне.

Выслушав, Исмаэль сморщил и без того морщинистое лицо в кривой ухмылке:

— И с чего ты решил, что все это мне интересно? У тебя в голове ослиная моча? Или под пытками ты потерял разум и решил, что можешь быть полезен Картелю?

Чувствуя, как горят уши, я зашел с других доводов: о том, что нам всем, включая «Экскоммьюникадо», дают Спящие, как важно мне выжить и сохранить в Дисе свободу, потому что в течение нескольких следующих часов там появится Девятка, которая способна уничтожить все армии Диса щелчком пальцев, и какие несметные богатства могут быть в хранилищах «Детей Кратоса», и…

— Заткнись, — прошамкал он, поскреб подбородок и спросил: — Давай-ка подробнее о Девятке. Говоришь, она стала верховной жрицей Нергала, а до того подчинила себе всю Бездну?

— Ну, не она одна. Их там всего шестеро разумных осталось, а Бездна — это всего лишь бета…

— Заткнись, — снова сказал он. Подумав, опять задал вопрос: — Говоришь, девчонка провела там десять тысяч лет и по натуре садистка?

— Не думаю, что она получает удовольствие от истязаний. У нее нет сердца, души, чувств. Ей все равно. Ей скучно и просто хочется развлечься.

— Хорошо, я помогу тебе, — уже без раздумий сказал он. — С нашей базы в Медельине лететь в Кали около часа. Значит, максимум через два небо над вами станет чистым. Пока мы говорили, я сделал запрос. Среди наемников Галлахеров есть человек, который нам обязан. Он сделает так, чтобы эти аристо продолжали считать, будто у них в Калийском дне все под контролем.

И все? Так просто? Из-за Девятки? И ничего не попросит взамен?

Я ошеломленно смотрел на главу Объединенного картеля, одного упоминания имени которого достаточно, чтобы напугать каждого в любой точке Солнечной системы. Особенно сейчас, когда все лидеры Триады загадочно погибли и вторая по могуществу криминальная организация мира затаилась.

— Что я буду должен, дон Кальдерон? — посчитал я нужным спросить.

— Подумаю, — ответил он, пошамкал и добавил, улыбнувшись: — Я же говорил, Скиф, что мы еще встретимся.

Улыбочка у него была одновременно обаятельной и ужасающей, словно на мгновение из-под маски человека оскалилась истинная сущность. Будто древний демон проявился и снова спрятался.

— Мы уже встречались, дон Кальдерон? Но когда? Я не помню ничего такого…

— Встречались, — перебил он. — Видишь ли, при рождении меня звали не Исмаэль, такое имя мне дали коллеги по организации. Извратили настоящее на свой лад. На досуге поинтересуйся моим настоящим именем. — Он подмигнул и начал исчезать.

— Каким?

— Самаэль… — затихающим эхом по комнате разнесся утробный рык.

***

В капсулу я зашел чуть раньше, чем закончился таймер перегенерации Стылого ущелья, из-за чего завис в междумирье:

Внимание! Ваш персонаж Скиф, горевестник 474-го уровня, находится в подземелье «Стылое ущелье», которое стало частью Дисгардиума.

В связи с этим оно закрыто на перегенерацию: 02:24… 02:23… 02:22…

Почти на две с половиной минуты я получил возможность отрешиться от всего и попробовать успокоить разогнанное стимуляторами сердце — я зевал беспрестанно, и Йоши сжалился и вколол какой-то ударный коктейль. Мне было плевать, насколько легально содержимое инъекции. Главное, что я продолжу действовать, как только окажусь в Дисе. А пока позволю себе расслабиться и прокрутить в голове события последних часов.

Наш план сработал, хотя начало было не такое уж и вдохновляющее: Верховный совет Лиги гоблинов не поверил, что Чумной мор вернулся.

Престарелая госпожа Говарла, возглавившая Верховный совет после безвременной кончины прежнего лидера Вонпрутиха, огорошила Бомбовоза:

— Если бы новое Ядро действительно было в Дисгардиуме, наши сканеры струн мироздания обязательно бы о таком сообщили.

— Потому что оно еще не в Дисгардиуме, — сдерживая рвущееся наружу рычание, ответил ей Бомбовоз. — Но в течение нескольких часов зона, где прячется Ядро, станет частью мира. Вашего мира!

— Вот именно, — ткнув его в грудь крючковатым пальцем, ответила Говарла. — Нашего. А вы, как я понимаю, основываетесь на информации из вашего мира, господин неумирающий. Вот и не вмешивайте нас в ваши разборки.

Его преосвященство Стелтодак, умудрявшийся одновременно быть жрецом не только Спящих, но и гоблинских богов Невра и Маглубайта, добавил:

— Учитывая наши и без того напряженные отношения с ведущими кланами Дисгардиума, Лига не может себе позволить открытую войну с уважаемыми «Детьми Кратоса».

Бомбовоз, рассказывая мне это, жутко ругался и сетовал на то, что у зеленых коротышек никакого уважения ни к нему, ни к его клятвам, и с тоской вспоминал, насколько проще было договариваться с Кусаларикс.

— Пришлось звать на помощь Бегемота, — поведал он. — Спящий объяснил гоблинам, что новое Ядро не выдумки. Оно пока скрывается в междумирье, доступ куда есть только у «Детей Кратоса», а значит, именно они и ответственны за возвращение Чумного мора.

Такому авторитетному источнику Говарла со Стелтодаком возражать не стали, приняли информацию к сведению и объявили экстренный сбор лидеров Империи, Содружества и нейтралов. Встреча состоялась в Искгерселе — столице гномов, выбранной из-за равноудаленности от других столиц, а Бомбовоза гоблины взяли с собой.

Король Бастиан Первый помочь отказался, сказав, что не хочет ссориться с «Детьми Кратоса» из-за неподтвержденного обвинения. При всей его нелюбви к жрецам Нергала, к Спящим он традиционно относился еще хуже. К тому же его больше беспокоила нешуточная движуха в Даранте под стенами его дворца, связанная со сбором всех жрецов Лучезарного.

Зато остальные лидеры со всей серьезностью восприняли новости о новом Ядре. Как и на Холдесте, император Крагош лично возглавил свои легионы, изрядно поредевшие под Сферой бесконечности Ктулху, но пересобранные за счет новых рекрутов. Лига гоблинов выставила не только своих бойцов, но и гладиаторов — тех, что наскребли из низших дивизионов Арены.

Но больше всего меня удивила Лисента, Первая среди дриад. Используя свое влияние, она за считанные часы не только убедила лидеров титанов, лоферов, голиафов, кентавров, хоббитов, фей и прочих малых рас присоединиться к битве против нового Ядра, но и организовала сбор этой союзной армии нейтралов.

Слушая, я невольно поморщился. Кого они выставят? Бойцов двухсотого-трехсотого уровней? Их перемелют одним Армагеддоном. А чтобы предотвратить бессмысленные смерти, я велел Бомбовозу придержать неписей в тылу, ведь и без них найдется кому драться.

Наши союзники «Модус», «Странники», «Экскоммьюникадо» и их дочерние кланы, включая «Т-Модус» и «Тайпан», громко объявили войну «Детям Кратоса», заявив об этом на пресс-конференции в реале и для газет Дисгардиума. Ошарашенный «Вестник Содружества» вышел с аршинным заголовком на первой странице «Гражданская война?!» и чуть ниже «Или передел сфер влияния?»

«Каждый свободный наемник на бирже — потенциальный противник», — заявил Хорвац и еще до объявления войны выкупил контракты всех тех, кто продавал свой меч или магию. А чтобы подрезать возможности «Детей Кратоса», союзники не ограничились неписями — Хинтерлист объявил набор игроков от 400-го уровня и пообещал не только оплатить их услуги, но и выдать долю в добыче.

Щедрость союзников объяснялась не только принесенными клятвами «ни словом, ни делом, ни бездействием не причинять вреда Скифу» и разграблением хранилища с несметными сокровищами, но и понятным нежеланием терять бонусы Единства.

Бомбовоз рассказал им о четвертом храме, строящемся в Подводном царстве, но в ответ получил немного не ту реакцию, которую ожидал:

— Четвертый храм… — пробормотал Хинтерлист. — Четвертый… Ну да, ну да, повышенный лимит на последователей… А где ты, говоришь, наги его строят?

— В Подводном царстве, — ухмыляясь, ответил Бом. — Недалеко от Меаза.

Увидев перспективу попасть в еще одну новую локацию, лидеры союзных кланов отнеслись к задаче вырвать меня из хищных лап «Детей Кратоса» с преувеличенным энтузиазмом, решив сровнять с землей не только Парамаунт, но и вообще все замки и владения Галлахеров. Впрочем, к этому решению их подвел Бомбовоз, преследуя нашу цель отомстить Галлахерам.

Хинтерлист, разумеется, приложил все усилия, чтобы король Бастиан Первый принял Бомбовоза. Так мой друг попал на встречу с Бастианом второй раз за день и рассказал его величеству, с какой целью собираются в Даранте жрецы Нергала.

Услышав, что новая верховная жрица Лучезарного — гостья из Бездны, Бастиан пришел в ярость и лично открыл портал для очень пестрой компании: демона Деспота, легендарного гранд-мастера безоружного боя Оямы и ниндзя Гироса. Чтобы король не сильно терзался сомнениями, Деспот стараниями суккубы Неги появился в Даранте в человеческом обличье и был представлен Бастиану как Патрик О’Грейди, заслуженный ветеран армии Содружества и почетный гражданин вольного города Тристада.

Король наспех огласил указ, запрещающий поклоняться Нергалу и вести любую религиозную деятельность на территории Содружества вне храмов.

Жрецов, уже начавших обряд, в главном храме Нергала окружили королевские гвардейцы. Их капитан огласил указ его величества, сообщив, что здание окружено, и предложил выходить по одному.

Первый инквизитор Ларион, покинувший храм последним, был очень недоволен и призвал Аспектов света, но просуществовали они недолго, потому что инквизитору сильно досталось от мясорубки комбайнера Деспота, астрального урона Гироса и незримых кулаков Оямы. Ларион спешно ретировался, приказав жрецам стоять насмерть во имя Нергала и не сходить с пути света, а с его исчезновением развоплотились и Аспекты. Храм разнесли в каменное крошево, а немногие выжившие жрецы разбежались — в общем, сошли с пути света.

Жители столицы разделились: кто-то праздновал и чествовал героев, избавивших Содружество от светоносных жрецов-кровопийц, а кто-то затаился и собирал вещи, не желая отказываться от Лучезарного. Как бы там ни было, по словам Бомбовоза, в Даранте теперь собираются поставить памятник ему, Гиросу, Патрику и Ояме. Вот О’Грейди удивится, когда посетит столицу Содружества…

Все это случилось нашей ночью, а сейчас, когда близился рассвет, и скоро Скиф и Ядро Чумного мора должны были явиться в Дисгардиум, союзные силы продавливали купол Парамаунта. В успехе осады я уже не сомневался: нам удалось больше, чем планировалось изначально — мы получили союзников оттуда, откуда не ждали.

Когда Бомбовоз вернулся на Кхаринзу после разгрома жрецов Нергала, перед ним неожиданно проявился Нге Н’куллин. Смотритель Ушедших сказал, что Монтозавр, когда я его отпустил, обещал мне защищать храм Спящих на Кхаринзе. Оказалось, что и на основного защитника храма, то есть меня, тоже распространялась его опека, и потому он поможет вызволить «душу Скифа» из заточения в междумирье.

Слушая Бома, я посмотрел на проснувшегося Большого По и подумал, что у него освободились две вакансии легатов. Два места, за которые можно что-то купить. Например…

Йоши организовал мне «приват» с Дестини Виндзор. Мы встретились с нею и лидером основного рейда «детей» Шиндлером, которого в реале звали Тимо Аверсоном.

Разговор сложился очень коротким — мы сразу нашли взаимопонимание, потому что к этому моменту Лига гоблинов уже сделала громкие заявления, и бойцы «детей» искали лазейки в контрактах, чтобы покинуть тонущий корабль. Обещание, что оба получат звания легатов Чумного мора, мотивировало Дестини и Шиндлера искать эти лазейки активнее, и, насколько я знаю, они их нашли.

В общем, все складывалось хорошо. «Детям Кратоса» конец, мы с Полидевком получим свободу, четвертый храм Спящих вот-вот будет готов, а Нергал обломался с призывом Девятки, растерял жрецов и сейчас наверняка затаился.

Единственное, что меня немного тревожило, — это слова Исмаэля Кальдерона, сказанные на прощание. Я не знаток религий, но сетью пользоваться умею. Оказалось, что Самаэль — падший ангел, это одно из первых имен Люцифера. В Преисподней я встречался с его игровым воплощением, Люцием, и он обещал, что мы еще пересечемся. Тогда я не придал его словам значения, но сейчас…

Кто он? Игрок, чье сознание проникло в непися? Игрок, управляющий одним из князей Преисподней? Или… непись, завладевший сознанием игрока? Все эти версии не стоили и ломаного гроша, потому что Исмаэль Кальдерон не игрок. Лидер Объединенного Картеля не принадлежит себе, у него нет и минуты, чтобы проводить ее в капсуле.

Единственная версия, которая объясняла бы, почему Исмаэль Кальдерон и Люций — один… одна сущность, была слишком пугающей. Вдаваться в нее не хотелось, да и не было времени поразмышлять. Пообещав себе, что обязательно обсужу ее с Бегемотом, я успокоился. Спящий должен знать о таких вещах.

В любом случае Исмаэль Кальдерон, кем бы он ни был, выполнил свое обещание и не только расчистил небо на Калийским дном, но и сделал так, что Джошуа Галлахер продолжал думать, что контролирует нашу базу.

Что именно произошло в небе, я не видел — Хайро запретил соваться на крышу, но в общих чертах мне рассказали: истребители Картеля подавили связь и контроль управления флаерами из ЭМИ-пушек, а следом влепили ракетами.

Их человек, лидер отряда наемников, нейтрализовал пилота, посадил флаер и с дистанции взорвал его вместе с заблокированным там десантом. Среди убитых были его товарищи, но, видимо, его долг Картелю был очень велик. Он же держал связь с человеком Галлахера.

Оставалось вывести из-под удара Эда, Риту и моих родителей на Луне. Хайро сказал, что «ими занимаются» и мне не нужно забивать себе голову.

И все равно, глядя, как таймер отсчитывает последние секунды, я чувствовал смутное беспокойство, словно все эти победы — мелочи, и надвигается что-то намного более страшное…