До тошноты счастливая

Седьмой год обучения в Хогвартсе был прощанием. Прощанием с однокурсниками, преподавателями, спокойной учебной жизнью.

Еще весной, заканчивая предыдущий курс, Гермиона Грейнджер познала счастье первой любви. И этой любовью оказался Драко Малфой – заносчивый слизеринец, с которым они соперничали и враждовали на протяжении шести лет учёбы. Но вот они повзрослели, и их вражда незаметно для них самих переросла во взаимную симпатию, а затем и в любовь.

Всё лето они обменивались письмами и небольшими подарками. Драко несколько раз выбирался в магловский Лондон, а Гермиона побывала в Малфой-меноре. Они по-настоящему наслаждались этим временем.

Когда им обоим предложили стать старостами школы, никто не удивился. Двое лучших учеников. Кто как не они должны делить башню старост в этом учебном году?

Часто их можно было найти в библиотеке, составляющих графики дежурств, пишущих планы мероприятий или делающих домашку. Но в гостиной башни старост, приглашая друзей поболтать, поиграть в настолки, они становились ближе. Не выпячивая своё счастье напоказ. Ведь всё ещё ходили сплетни и слухи о несуразности их пары.

В тот день они собирались на хеллоуин. Блейз уже в костюме пришел в их башню, а Пэнси и Джинни помогали Гермионе собраться. Ну, как помогали… Больше сплетничали.

– О, что это у тебя? – вдруг обратила внимание Пэнси на непонятную штуку, лежащую на комоде у кровати.

– А, это полароид. Магловский аналог колдографа. Вот, смотри! – Гермиона выхватила из рук подруги аппарат и щелкнула, ослепив на мгновение вспышкой. – Сейчас тут проявится фотография. – Она протянула небольшой прямоугольник.

И правда. Через несколько секунд девушки увидели изображение Пэнс. Застывшее, словно испуганное.

– А почему оно не двигается? – девушка попыталась потрясти изображение.

– Пэнс! – расхохоталась Джинни. – Это же магловсий аппарат. У них неподвижные колдо.

– Фото. – Поправила Гермиона. – Но да. Для движущихся у них есть видео. Я потом покажу. Пора спускаться. Я слышала Блейза. Джин, Гарри тоже за тобой должен зайти?

– Нет. Мы договорились встретиться в Большом зале. – Рыжая тряхнула волосами и первая вышла из комнаты Гермионы.

В общей гостиной девушек ждали два разодетых вампира. Как банально, но Гермиона не могла оторвать взгляд от одного из них. Драко можно было хоть сейчас идти пробоваться на роль графа Дракулы. Точно победил бы. Девушка замерла. Она окинула взглядом его наряд и грустно улыбнулась. Для себя она выбрала наряд трупа невесты. Не совсем подходяще.

– А я говорил, что надо обсудить костюмы! – усмехнулся Драко уголком губ, показывая нарощенные клыки.

– Так же интереснее! – Ответила Гермиона, отмахнувшись от мыслей.

– А смотрите, что у меня есть! – воскликнула Пэнси. – Это поралд!

– Полароид, Пэнс! – расхохоталась Гермиона.

– Да, он самый! – Пэнси была в восторге. – Встаньте рядышком, я сделаю колдо!

Джинни тут же подскочила к Гермионе и подтащила туда же Блейза.

– Улыбайтесь! Оно не будет двигаться! – продолжала восклицать Пэнс, щелкнув кнопкой. – Драко! Почему ты отошел?

– Пэнс, что за детский сад? – он нахмурился. Есть же нормальные колдо. Тебе лишь бы побаловаться…

– И правда, Драко. – Гермиона подошла к парню. – Давай сделаем фото. Одно, на память.

– Мне не нужна память о тебе! – парень сжал ладонь девушки. – Зачем мне какое-то застывшее изображение, если у меня навсегда будешь ты?

– И всё же… – Он не понял её выражение глаз. Мимолётная тоска… Или что это было?

– Снимаю! – Воскликнула Джинни, забирая у Пэнси полароид. Гермиона только успела обернуться и натянуть улыбку. Драко остался серьёзным и недовольным. – Вот! – девушка протянула им карточку.

Гермиона схватила прямоугольник и как только изображение проявилось, написала на обратной стороне «1999 г. Хогвартс, 7 курс. Башня старост».

– Держи, это на память. – Она прикусила губу, улыбаясь.

– Детский сад, – повторил Драко, отходя от девушки, так и не забрав фото.

Гермиона не подала вида, что её это задело. Её «навсегда» было явно меньше, чем его, но она промолчала. В очередной раз. Девушка просто положила фотографию между страниц учебника по нумерологии, и улыбнулась друзьям.

– Чего грустим? Сегодня надо веселиться! – она подхватила подруг под руки. – Даже если кто-то вжился в роль злобного вампира!

Гермиона пропадала в библиотеке, когда её подругам срочно понадобилось что-то из её вещей. Драко лениво махнул рукой в сторону комнаты девушки, разрешая взять это что-то самостоятельно. Всегда любопытная Пэнси сунула нос в записи Гермионы, лежащие на столе, абсолютно уверенная, что это очередной конспект.

– Что это, Джин? – голос сел.

Тетрадь и правда была с конспектами, но из них вылетело письмо из больницы св. Мунго. Непонятные слова, анализы, какие-то термины…

Джинни выхватила из рук Пэнси бумаги и начала быстро читать.

– Я не совсем понимаю… Наверное, это что-то из её практики. Гериона летом стажировалась там.

– Да нет же, вот, смотри. Пациент. Диагноз. Что это за диагноз? Ты слышала когда-нибудь?

– Первый раз вижу. Не прочитаешь с первого раза…

– Как думаешь… – Пэнси не успела закончить предложение, как дверь распахнулась и в комнату влетела Гермиона.

– Девочки, что?.. – она увидела бумагу с печатью больницы в руках подруг. – Я всё объясню…

– Да уж, надо бы… – Джин, увидев растерянную подругу, не растерялась в ответ. – Присядешь?

– Да, конечно… – Гермиона побледнела, на негнущихся ногах прошла к креслу и села.

Они молча смотрели друг на друга. Через долгие мгновения Гермиона собралась и кинула заглушающее и запирающее на дверь.

– Это началось летом…

Всё изменилось одной ночью. Гермиона устала после насыщенного дня, проведенного на пикнике, и легла спать. А проснулась от того, что её рвало кровью.

Мистер и миссис Грейнджер тут же повезли дочь в больницу. Неутешительный диагноз после многочисленных обследований. Осталось жить около полугода. В ушах звенело. Это не могло быть правдой. Только не сейчас. У неё же столько планов. Гермиона должна закончить школу, сдать экзамены. Она планировала пойти стажироваться в Мунго. Она уже там стажировалась по рекомендации от мадам Помпфри. Она не могла просто взять и умереть через полгода! Родители тоже не верили. Их маленькая дочь, волшебница, которой пророчили блестящее будущее. Она не могла просто взять и умереть.

Вернувшись домой Гермиона увидела несколько писем, которые написал ей Драко. Что-то о планах на следующие выходные, следом намеки о том, что она уже устала от внимания парня, раз не отвечает. И еще пара писем с вопросами, что случилось, тон которых становился всё беспокойнее.

Девушка читала письма, а из глаз лились слёзы. Она легла на кровать, прижимая к груди шершавый пергамент, и разрыдалась. Но делала она это не долго.

Нет, она не собиралась сдаваться. В конце концов, волшебница она или нет?! Гермиона успокоила родителей тем, что пойдет в Мунго. Там обязательно помогут. Ведь колдомедицина творила чудеса в самых сложных ситуациях. А Драко она написала, что их с родителями пригласили в гости во Францию, так что остаток лета она проведёт там. Девушка не хотела обманывать своего парня, но и вываливать на него проблемы считала лишним. Она со всем разберется. Обязательно.

Остаток лета Гермиона провела в больнице Святого Мунго. Она сдала множество анализов, согласилась на проведение экспериментов над своей кровью, начала изучать то, что планировала изучать после школы, чтобы помочь разгадать загадку болезни. Чтобы найти лекарство. Но всё было напрасно. Колдомедики после множества исследований и манипуляций разводили руками и соглашались с магловскими врачами. Рождество – вот её предел.

Гермиона замолчала. Молчали и подруги. Но не долго.

– И ты молчала??? – взорвалась Джинни. Ты ещё летом узнала, что… – Она проглотила слово, в которое не могла поверить. – И молчала?!

– А что я должна была сказать??? – в ответ на это Гермиона тоже всплеснула руками. На крик сил небыло. – Девочки, привет, я умираю?! Что бы что? Чтобы вы смотрели… Вот как сейчас? – не смотря на злость, что подруга скрыла такую важную вещь, в глазах подруг она видела искреннюю жалость. – Что бы Драко… – она всхлипнула. – Чтобы он смотрел на меня, как на умирающую, а не как на любимую? Чтобы последние месяцы моей жизни прошли так, как будто вы меня уже хороните?

– Он больше всех имеет право знать! – Закричала Пэнс. В глазах блестели слезы.

– Нет. – Твёрдо отрезала Гермиона. – Пусть я и буду эгоисткой, но его «Навсегда» - это единственное, что держит меня. Единственное, что даёт силы бороться. Пожалуйста… – Она с мольбой смотрела на подруг. – Не отнимайте это у меня. Я не опустила руки. Мы боремся. Я и Мунго. Мы ищем решение… Но если не выйдет… Дайте мне пожить до конца. Я хочу, чтобы меня запомнили счастливой, а не умирающей…

– Но он же может… – попыталась возразить Пэнс.

– Не может. – Пэнс, я думала об этом. – Он не может помочь ничем. Только зря будет расстраиваться.

Джинни и Пэнси переглянулись. Очень им это всё не нравилось, но всё же они кивнули.

– При одном условии. – Остановилась у выхода Джинни. – Ты будешь держать нас в курсе. И если понадобится помощь…

– Конечно. – Улыбнулась Гермиона. – Больше никаких секретов между нами.