Доброе утро, миссис Клаус!

В преддверии Рождества на фабрике царил ажиотаж. Все эльфы трудились в поте лица. Кто-то изготавливал игрушки, сверяясь со схемами, кто-то упаковывал подарки для детей. Периодически эльфы поднимали взгляды на табло, отражающее рейтинг хороших детей этого года. У каждого эльфа был маленький планшет. Как только имя появлялось на табло, эльф забирал себе ребенка, и рейтинговая система определяла, какого подарка тот достоин. Именно этот подарок эльф начинал изготавливать. Все эти данные отображались не только на планшете, но и на общем табло. Вот только кроме эльфов за списком хороших детей задумчиво наблюдало еще одно сказочное существо, облокотившись на перила…

***

Маленький эльф быстро поднимался по лестнице на террасу второго этажа, с которой открывался отличный вид на фабрику. Узкий деревянный коридор с поручнями соединял несколько неосновных помещений. Доступ сюда имели лишь избранные существа.

— Мистер Клаус, мистер Клаус, сэр! — эльф заметно запыхался, и теперь пытался привести дыхание в норму.

Высокий крепкий мужчина в красном костюме чуть повернул голову, бросив взгляд на низкорослого человечка со свитком в руках.

— Что ты хотел, Санни? — спросил мужчина приятным баритоном и снова устремил взгляд на табло, опираясь на перила.

— Кхм, я хотел напомнить вам, сэр, — начал эльф, — что цикл уже прошел середину, и…

— Мы уже обсуждали это! — коротко и четко отрезал мужчина, перебив своего главного помощника.

Маленький эльф вздрогнул. Длинные уши его дернулись назад. Да, иногда он побаивался своего начальника, но, даже несмотря на внутренний страх, Санни понимал, как важно донести информацию. Поэтому, собравшись с силами, он продолжил:

— Отнюдь, сэр! В этом году все серьезнее! Наступает 51-й год вашего правления, и вам нужен наследник! Я подготовил список потенциальных женщин, для… — Санни развернул свой свиток, пробежался по нему глазами.

— Не нужно, — спокойно сказал Клаус. — Я сам найду себе супругу!

— Вы говорите это уже который год, но до сих пор не сделали наследника! Я подобрал женщин, которые…

— Я сказал, не нужно! — резкое движение, и свиток был выбит из рук эльфа, а тот едва успел увернуться, чтобы не попасть под удар.

Работать с Николасом XVIII-м было сложнее, чем с другими. Санни повидал за свои годы многих Клаусов, но этот… Он отличался строптивостью и самоуверенностью, несвойственной предыдущим.

«Как вобьет себе что-то в голову, так не переубедишь… — подумал Санни. — Просто феерическое баранье упрямство!» Да и как он мог переубедить его? Ведь он сам Санта Клаус! А Санни? Что Санни! Старый эльф, едва доходивший ему до середины бедра. Кто станет слушать маленького эльфа? Вот только и Санни был не так уж прост, как казался. Медленно выдохнув, Санни подошел ближе, поднял свиток с деревянного пола, отошел на всякий случай чуть в сторону и начал зачитывать:

— София Корхонен, сирота, ее исчезновения никто не заметит. Эмма Шмидт, вдова, потеряла ребенка, ее исчезновение не будут расследовать. Анна Смит, имеет серьезное заболевание на последней стадии, если ее не станет, это сочтут за…

— Санни, — спокойно, но серьезно произнес Клаус, — спасибо тебе за труды, но повторяю. В последний раз. Мне не нужна ни София, ни Эмма, ни Анна. Я сам найду себе миссис Клаус. Можешь быть свободен.

С этими словами Клаус отвернулся от Санни и устремил свой взор на табло, которое обновлялось каждую секунду. Наконец, в самом начале списка появилось новое имя, и губы Клауса растянулись в улыбке. «Хелен Смит…» — мысленно прочитал он. Санни заметил эту странную загадочную улыбку на губах своего начальника, и мысленно напрягся.

«Не к добру это, — подумал маленький эльф. — Ой, не к добру…»

Учебный день подошел к концу. Преподаватель объявил студентам, что занятие закончено, и те могут быть свободны. Поднялся галдеж. Студенты принялись переговариваться, оборачиваясь друг к другу. Они явно не спешили расходиться по домам. Многие обсуждали, кто как планирует отмечать праздники. Лишь одна девушка молча и торопливо складывала свои учебные принадлежности в сумку. Она так торопилась, что маркеры и карандаши буквально валились у нее из рук.

— Эй, Хелен, — одногруппница обернулась, опираясь на спинку стула, — не хочешь встретиться с нами после праздника?

— А? — девушка подняла голову и сдула светлую прядь волос, упавшую на лицо. — О, прости, я не могу. Я отмечаю с семьей.

— Вот всегда ты так! — закатила глаза одногруппница. — Чуть что, а ты с семьей. Не боишься так и остаться…

— Спасибо за приглашение, — спешно ответила девушка, подхватив сумку, — но мне пора бежать. Увидимся после праздников!

Отбросив назад тяжелую пшеничную косу, она подхватила стоявшие на полу большие пакеты, прошла между рядами парт и покинула кабинет. Одногруппница посмотрела ей вслед, неодобрительно покачав головой. Она всегда считала Хелен Смит немного странной, но в глубине души все-таки жалела девушку.

Хелен всегда была добра и дружелюбна к одногруппникам, но ни с кем не сближалась, не дружила, и вечно куда-то спешила, как и в этот раз. Спускаясь по лестнице, она едва не налетела на молодого человека, но тот вовремя заметил ее и отошел с прохода, провожая девушку взглядом.

Набросив куртку, Хелен на ходу обматывала шею длинным голубым шарфом. Стоит заметить, что голубой цвет ей никогда особенно не нравился, но очень шел, по мнению матери. Поэтому шарфы, шапки и свитера мать вязала для нее исключительно в голубом цвете, «так подчеркивающим глаза». Хелен же не сопротивлялась, искренне радуясь подаркам мамы.

Рождественская пора всегда прекрасна и удивительна! В последние годы зимы выдались бесснежными, и только в этом году наконец пришел циклон. Дворники активно убирали снег, расчищая дорожки. Девушка шла по тротуарам, любуясь огоньками гирлянд на окнах и витринах магазинов. Проходя мимо витрины с игрушками, она на секунду остановилась, засмотревшись на кукол в красивых пышных платьях. Ей бы хотелось приобрести что-то подобное для своих сестер, вот только зарплаты санитарки хватало лишь на пропитание и оплату общежития. Правда ей удалось скопить кое что на материалы для самостоятельного изготовления подарков. «Надеюсь, у меня получилось не хуже», — подумала Хелен, продолжая свой путь.

Старое здание ничем не выделялось на фоне таких же малоэтажных домов старой застройки. Поздоровавшись с пожилой соседкой, девушка вошла в подъезд. Лифта здесь не было, поэтому на последний этаж приходилось подниматься пешком. Впрочем, подняться на третий этаж не составляло особого труда, особенно когда все детство прошло в этом доме.

Открыв ключом замок, девушка вошла в просторную комнату, служащую одновременно коридором и залом. И тут же была атакована. Две светловолосые девочки, девяти и семи лет, набросились на нее с радостными криками. «Сестра! Сестра! Сестра пришла!» — разносилось по комнате.

— Тише, тише, — улыбалась Хелен, наклоняясь, чтобы поставить пакеты на пол и разуться. Девочки тут же принялись обнимать ее за шею и талию, наперебой рассказывая, как прошел день в школе.

— Девочки! — позвал хрипловатый женский голос. — Не балуйтесь! Дайте сестре пройти в дом!

Послушавшись матери, девочки нехотя отпустили Хелен и отошли в сторону. Было видно, что им просто не терпится о чем-то рассказать. И, похоже, рассказывать было о чем. На подбородке старшей из сестер Хелен заметила свежий синяк, который сильно огорчил девушку. «Нужно будет поговорить с ней», — подумала Хелен, поднимая пакеты.

Она прошла на кухню и поставила пакеты на стол. Младшие сестры, как два любознательных котенка, тут же полезли в сумки, чтобы посмотреть, что принесла старшая. Ничего особенно интересного там не было. В основном там лежали продукты к будущему праздничному столу. А еще три красивые коробки в упаковочной бумаге, вот они-то и заинтересовали детей.

— Не сейчас! — усмехнулась Хелен, отбирая коробочку у младшей, которая уже успела схватить подарок и потрясти.

Девочка обиженно надула губы. Все так же улыбаясь, Хелен погрозила сестренке пальцем, взяла оставшиеся подарки и прошла в комнату к елке, украшенной старыми игрушками. Кажется, они достались еще от прабабушки. Впрочем, сама искусственная елочка тоже досталась в наследство, о чем свидетельствовали проплешины на ветках и забившаяся в глубину пыль. Нижняя часть елки была более насыщена игрушками, чем верхняя. Скорее всего это могло сказать о том, что елку наряжали дети, которые даже с табуретки не могут дотянуться выше.

Уложив подарки под елку к нескольким другим коробкам, которые родственники уже упаковали и спрятали там же, Хелен подошла к матери. Та лежала в постели, рядом с ней расположилась корзина с мотками шерсти. За последнее время женщина сильно похудела и ослабла, но увлечениям своим не изменила. Стоило дочери подойти, мать тут же спрятала вязание под одеяло, но по цвету мотков Хелен уже поняла, для кого готовится подарок.

— Как ты, мама? — спросила Хелен, садясь на край кровати.

— Не переживай за меня, — улыбнулась женщина, отчего морщинки в уголках ее глаз обозначились ярче. — Я уже иду на поправку.

— Ты всегда так говоришь, — вздохнула Хелен. — Обманываешь меня, да?

Будто бы в подтверждении ее слов женщина закашлялась. Хелен без промедлений взяла стакан воды и передала матери. Та сделала несколько глотков и тут же попыталась перевести тему, чтобы не акцентировать на этом внимание.

— Ну, что мы все обо мне, да обо мне! — быстро сказала она, ставя стакан обратно на прикроватную тумбу. — Лучше расскажи, как у тебя дела?

— Да как… — Хелен отмахнулась, заправляя за ухо прядь золотистых волос, выбившихся из косы. — В больнице все по прежнему. Люди под рождество стараются выписаться и вернуться домой, так что работы у меня не много. В колледже тоже все стабильно, я уже готовлюсь к экзаменам и очень рассчитываю на повышенную стипендию!

Мать внимательно слушала старшую дочь, и снисходительная улыбка шире растягивала тонкие губы. Любая другая мать была бы рада такому серьезному отношению к жизни со стороны дочки, но во всем нужно было знать меру. Все-таки мать желала Хелен простого женского счастья. Ей казалось, что это куда важнее для юной леди, чем работа и образование.

— А с мальчикам как? — вкрадчиво спросила она.

— Что? — Хелен тут же оживилась, и ее щеки тронул румянец. — Мама, ну ты что, какие мальчики! Мне сейчас об учебе думать надо! Я еще планировала еще подработку взять…

— Всех денег не заработаешь, милая, — вздохнула женщина. — Замуж тебе надо.

— Нет уж, — покачала головой Хелен. — Вот кому надо, те пускай и выходят! А я… А мне не до того. Вот! Есть более важные вещи в жизни…

— И какие же? — улыбалась мать.

— Работа! Вот выучусь, потом в университет, на хирургическое! А там карьеру строить…

Матери было смешно слушать эти рассуждения, но она решила не давить. Все-таки стоило сделать скидку на возраст девушки. Хелен было всего 19 лет, и вся жизнь была еще впереди. Так что женщина не сильно переживала. Она считала свою миниатюрную дочь красивой девушкой, и даже если та не будет искать жениха, жених сам обратит на нее внимание. Ведь Хелен, сама того не замечая, всегда пользовалась некой популярностью у противоположного пола. Особенно мужчин привлекали ее длинные золотистые волосы, которые та все время скрывала в толстой косе ниже бедра. Единственное, мать считала, что Хелен зря отрастила челку, которая теперь бесконечно выбивалась из косы, мешая девушке.

— Хелен! — послышалось рядом.

Та обернулась и увидела сестер. Дети загадочно улыбались, держа в руках листочки, ручки и конверты. Заметив это, Хелен немного подняла брови.

— Вы что, еще не написали письма Санте? — спросила она.

— Нет, — ответила старшая сестра. — Не написали!

— Мы тебя ждали! — воскликнула младшая. — Пойдем скорее писать?

Хелен смутилась. Не то, чтобы она не верила в Санту… Точнее, может, конкретно в бородатого мужчину в красном костюме и не верила… Зато она верила в неких добрых зимних духов и в рождественское чудо. Разумеется, Хелен считала себя достаточно взрослым человеком, чтобы писать письма Санта Клаусу и просить у него подарки на Рождество, но ведь она сама прививала веру в чудо младшим сестрам, и теперь не могла не подыграть девочкам.

Расположившись на ковре около елки, Хелен взяла книжку, положила на нее листок бумаги, и принялась писать…

«Дорогой Санта Клаус!

Пишет тебе Хелен Смит. Мне 19 лет.»

Хелен и самой было смешно, до чего же нелепо выглядит ее письмо. Она бросила взгляд на сестер, которые старательно сочиняли свои письма. Младшая так старалась, что аж язычок высунула от напряжения! Вот уж у кого хватало фантазии на пожелания! Хелен только улыбнулась, решив все же пойти по стандартному шаблону.

«В этом году я была хорошей девочкой! Я сдала сессию на отлично и устроилась на работу в больницу. Я пробовала курить, но мне не понравилось. Обещаю в следующем году быть еще лучше и больше не делать глупостей!

В этом году я очень хочу, чтобы моя мама поправилась. Чтобы старшую сестренку перестали обижать в школе, и она нашла много хороших друзей. Я знаю, что ты не сможешь выполнить все мои просьбы, но… я надеюсь, что ты хотя бы исполнишь желания сестер из их писем. Очень надеюсь…

Всего тебе хорошего, Санта. Твоя Хелен.»

Закончив письмо, Хелен еще раз бросила взгляд на сестренок. Те упорно рисовали картинки для Санты. Старшая рисовала самого Санту, елку, подарки… Младшая почему-то рисовала котенка. Похоже, она все еще хочет получить в подарок маленького пушистого друга, вот только у матери была аллергия на животных, поэтому вряд ли желание маленькой девочки исполнится. Сама же Хелен, чтобы дождаться детей, решила тоже что-нибудь нарисовать. Она изобразила морозные узоры по краям письма, падающие снежинки и уходящие вдаль следы.

— А письмо точно дойдет до Санты? — спросила младшая сестра, протягивая Хелен запечатанный конверт.

— Точно, — улыбнулась та, принимая письмо. — Даже не сомневайся в этом!

До Рождества оставалось несколько дней. Договорившись с матерью о совместном походе в церковь и приготовлении праздничного стола, Хелен направилась в общежитие. Правда выйти с пустыми руками ей не удалось. Несмотря на все протесты, ей-таки вручили пакет с мандаринами под предлогом «соседок угостишь». Сильно противиться Хелен не стала, ведь она тоже любила мандарины. Так, сжимая в одной руке пакет, а в другой письма сестер, она шла по улице.

«Интересно, — думала Хелен, — куда же деваются письма, что дети отправляют Санте? Неужели сотрудники почты их попросту выбрасывают?» Хелен очень не хотелось, чтобы письма сестер пропали просто так. Она бы с радостью сохранила их, но… она обещала девочкам отправить письма, значит, должна положить их в ящик.

За те несколько часов, что Хелен провела в кругу семьи, тротуары запорошило снегом. На утро дворникам снова придется побегать с метлами и лопатами, чтобы очистить дорожки. Хелен направилась к почтовому ящику, и, когда она уже подошла почти вплотную, ноги ее разъехались. Под тонким слоем снега скрывалась ледяная корка.

Девушка взмахнула руками, но не упала, схватившись за ящик. Правда, для этого ей пришлось отпустить пакет, который раскрылся, выпуская мандарины наружу. Оранжевые шарики весело побежали по тротуару. Хелен тяжело вздохнула, принимая вертикальное положение. С тоской глядя на помявшиеся в кулаке письма, Хелен положила их на крышку ящика и принялась разглаживать. Бумага поддавалась с трудом. Кое-как придав письмам приличный вид, Хелен с трудом впихнула их в узкую щель ящика и обернулась, собираясь отправиться на поиски мандаринов, как вдруг поняла, что этого ей не потребуется.

Высокий темноволосый мужчина в коричневом пальто уже опустился на колено, собирая сбежавшие фрукты. Сердце Хелен замерло. Подобные картины она представляла лишь по рассказам знакомых. Ночь, снег, симпатичный мужчина… А он ведь и правда был симпатичным! А еще, почему-то казался девушке очень знакомым. Вот только она никак не могла вспомнить, где же они встречались…

Подняв все до одного мандарина, молодой человек выпрямился и улыбнулся девушке. У него была искренняя очаровательная улыбка и очень правильные черты лица.

— Это ваше, верно? — спросил он приятным баритоном, подходя ближе.

— Д-да, — голос Хелен дрогнул. — Спасибо большое…

Хелен растерянно осмотрелась в поиска упавшего пакета, но поняла, что тот порвался, и восстановлению не подлежал. Подняв обрывки с земли, Хелен выбросила их в мусорное ведро и протянула руки, чтобы забрать мандарины. «И что теперь с ними делать?» — думала Хелен. Не найдя лучшего решения, она принялась прятать фрукты по карманам, стараясь делать это быстрее, чтобы не задерживать своего внезапного помощника.

— Ваше лицо кажется мне знакомым, — заинтересованно произнес молодой человек с высоты своего роста, заставив Хелен вновь смутиться. — Я, вроде бы, видел вас в медицинском колледже.

— Да? — переспросила Хелен, наконец-то решившись поднять взгляд. — Наверное… Я там учусь.

— Верно, — усмехнулся молодой человек. — Это же вы едва не налетели на меня с утра?

Хелен тут же смутилась и тихо произнесла:

— Прошу прощения… Я… весьма неуклюжа, когда тороплюсь. Удивительно, что вы меня запомнили.

— Ничего страшного, — он снова улыбнулся. — Сложно не запомнить такую яркую девушку, как вы. Особенно ваши волосы…

Хелен покраснела еще сильнее, стараясь засунуть последние мандарины в карманы. Мандарины казались просто нескончаемыми! А руки молодого человека такими теплыми… В голове Хелен рождались разные глупые мысли. Особенно в тот момент, когда, принимая очередной мандарин, она случайно касалась его рук.

— Проводить вас до дома? — вдруг предложил он.

— Что? — Хелен подняла испуганные глаза, и тут же отрицательно покачала головой. — Нет, спасибо, я сама дойду.

— Вы уверены? — вкрадчиво переспросил он, протягивая оставшиеся три мандарина, которые просто некуда было класть.

Хелен не была уверена ни в чем, но, повинуясь каким-то внутренним мыслям, она сорвала с себя шапку и положила фрукты в нее. Молодой человек слегка удивился такому поступку и общей находчивости девушки. Ветер трепал выбившиеся из косы пряди.

— Простудитесь, — улыбнулся он.

— Да ничего, — ответила Хелен, спешно заправляя волосы за уши. — Не впервой.

— Тогда, увидимся в колледже? — предложил он. — Кстати, как вас зовут?

— Я Хелен. Хелен Смит.

— Приятно познакомиться, Хелен Смит. До завтра, — он помахал девушке рукой, затем опустил руки в карманы и направился по тротуару в противоположную от нее сторону.

Хелен посмотрела ему вслед. Почему-то в голове прозвучали слова матери о том, что ей пора бы уже замуж. Но эти мысли Хелен тут же прогнала. «Глупости, — подумала она. — Все это глупости! Сначала нужно доучиться, поработать, а уже потом… Да, все верно!» С этими мыслями Хелен направилась в сторону своего дома, на ходу перекладывая мандарины из карманов в шапку. Девушка даже не подозревала, что все это время за ней тайно наблюдал высокий крепкий мужчина в красном костюме.

«Вот, значит, как… — подумал Клаус. — Похоже, дальше тянуть нельзя. Прости, девочка, не я должен это сделать. Сегодня!»

В общежитии медицинского колледжа студенты жили по три человека в комнате. Правда сегодня Хелен ночевала одна. Первая ее соседка уехала на праздники к родителям, а вторая дежурила в ночь. Вернувшись в свою комнату, Хелен заботливо разложила мандарины по тумбочкам девочек и ушла заниматься своими делами. День выдался длинным, поэтому девушка приняла душ, переоделась в ночную рубашку, расчесала волосы и легла спать пораньше.

Дождавшись нужного часа, когда свет в последнем окне погас, и город погрузился в глубокий сон, сани опустились рядом с окном в комнату общежития на пятом этаже. Магия помогла справиться с оконной рамой и открыть ее, впуская в комнату не только холод, но и его хозяина. Сквозь сон девушка зябко поежилась, кутаясь в одеяло, но равномерный стук шагов заставил Морфея выпустить ее из своих объятий. Хелен была уверена, что это всего лишь соседка вернулась с дежурства. Возможно, та сочла, что в комнате душно, и приоткрыла окно. Несмотря на свою уверенность, Хелен все-таки повернулась и приоткрыла глаза. Высокая крепкая фигура на фоне окна заставила ее окончательно забыть про сон.

Хелен резко села, зачем-то натягивая одеяло едва ли ни до носа. Мужчина в комнате не был ей знаком. Да и вообще, откуда бы в ее комнате взяться мужчине? Отец давно погиб при исполнении, а других родственников мужского пола у нее не было. В голове стихийно пробежали мысли, но их поток остановил низкий басистый голос.

— Не бойся меня, Хелен, — уверенно сказал мужчина. — Я не причиню тебе вреда.

Голос также не был ей знаком. Поэтому Хелен все же осмелилась протянуть руку и включить лампу на тумбочке у крвоати. Тусклая лампочка осветила комнату и фигуру гостя. Он действительно был очень высок, не менее двух метров, широкоплеч, и очень хорошо сложен. Определить возраст по лицу ей никак не удавалось. Вроде бы черты лица резкие и мужественные, без морщин. Однако недлинная борода его была совершенно белой, будто седой. Еще этот нелепый красный костюм…

— Кто вы? — шепотом спросила Хелен. — Откуда вы меня знаете?

— О, я все о тебе знаю, девочка, — мужчина подошел ближе и сел на край ее кровати, заставляя девушку отползти в дальний угол. — Видишь ли, я Санта Клаус.

По лицу девушки было понятно, что та не верит ни одному его слову. Тогда мужчина достал из внутреннего кармана своего одеяния конверт. Хелен сразу узнала этот конверт, поэтому совершенно не удивилась, когда незнакомец зачитал ей ее собственное письмо, которое она несколько часов назад опустила в почтовый ящик.

Почему-то это не показалось ей странным. Сначала девушка подумала, будто мужчина является сотрудником почты, но вскоре поняла, что почту забирают по утрам, а никак не в ночное время. Тогда к ней пришла другая, более пугающая мысль. Хелен подумала, что мужчина может быть маньяком, который выследил ее и вскрыл почтовый ящик. Но как он мог понять, какое именно письмо принадлежит Хелен? Да и с чего кому-то охотиться за ней…

— Я могу помочь твоим желаниям исполниться. Твоя мама поправится, у сестренок появятся друзья, а проблемы в школе исчезнут, — мужчина говорил медленно и внимательно наблюдал за реакциями Хелен, которая пыталась переварить информацию.

— Как же вы это сделаете? — спросила Хелен, так, на всякий случай. Ее желания были совершенно нематериальны, а, значит, выполнить их было бы достаточно сложно.

— Я же волшебник, — ответил мужчина. — Для меня нет ничего невозможного. Но взамен ты должна будешь сделать кое-что.

— Что же? — спросила Хелен. Вопрос был больше из общего интереса, что ей ответят. Как будто бы в этом ответе крылась разгадка личности незнакомца.

— Ты должна будешь отправиться со мной, в мой дом, — ответил он.

Хелен только усмехнулась. Ситуация казалась ей абсурдной до самой последней детали, но, раз уж она ввязалась в эту игру, то стоит доиграть до конца.

— И где же вы живете? — поинтересовалась она, подпирая подбородок рукой. Губы девушки растянулись в ехидной улыбке.

— В Лапландии, — без тени сомнений ответил мужчина.

— И как же мы туда доберемся? — продолжала допытываться она.

На этот вопрос мужчина не ответил, лишь встал и протянул ей ладонь:

— Позволь показать тебе?

Что-то внутри Хелен подсказывало, что ей не стоит идти с этим человеком, но интерес все-таки был выше чувства самосохранения. Тем более, что на первым этаже сидел ночной сторож, и он явно не позволит Хелей уйти в ночи с неизвестным мужчиной. «С другой стороны, как-то же он сюда проник», — запоздало подумала Хелен, вставая на холодный пол. Ноги ее обдало холодом и девушка поежилась, но едва она коснулась теплой руки мужчины, леденящий холод вокруг будто бы исчез.

Мужчина легко сжал ее руку и потянул за собой, к окну. И вот это Хелен уже не понравилось. «Не мог же он по стене ко мне забраться?» — с ужасом думала она. Но стоило ничего не понимающей девушке выглянуть в открытые створки, как она потеряла дар речи. Перед ней прямо в воздухе висели большие красные сани. А рядом с ними, так же в воздухе, зависли запряженные в упряжку олени. Один из них повернул голову, и Хелен заметила, что нос у того светится.

— Так что скажешь? — вкрадчивый голос над ухом заставил девушку коротко вздохнуть. Одна рука мужчины все еще сжимала ее пальцы, другая легла на талию. Он стоял за ее спиной, непозволительно близко, но почему-то Хелен не хотелось отстраняться и убегать.

— Что будет, если я откажусь? — все еще пребывая в состоянии шока проговорила она.

— Твое право, — неторопливо продолжал незнакомец, — но болезнь твоей матери страшна, не думаю, что она протянет хотя бы полгода. Да и тебе нет двадцати одного года, чтобы взять к себе сестер. Кто знает, что случится с ними за эти два года в детском доме…

При упоминании детского дома глаза Хелен округлились в ужасе. Она чуть повернулась, глядя на мужчину сзади и, неожиданно для себя, кое-что поняла. «Это же сон! — подумала девушка. — Просто сон! Санта Клаус прилетел на санях чтобы решить мои проблемы. Просто сон… А разве можно бояться во сне?»

Ведомая, не столько страхом, сколько интересом, Хелен кивнула, как бы давая свое согласие незнакомцу. И тот, удовлетворенный реакцией девушки, широко улыбнулся. В следующий же момент Хелен подняли на руки. Один прыжок, и они уже сидели в санях. Санта Клаус на деревянной лавочке, а Хелен — у него на коленях.

Смущенная своим положением девушка все-таки плавно сползла на сидение рядом, и была тут же укутана в тяжелую красную шубу. Впрочем, она не сопротивлялась. Мужчина взял поводья и слегка ударил ими. Олени встрепенулись и тронулись с места, постепенно набирая высоту.

Хелен наклонилась, чтобы посмотреть вниз, на стремительно удаляющиеся огни родного города, но тут же, испугавшись, придвинулась ближе к своему спутнику. Тяжелая мужская рука приобняла девушку, прижимая к себе. Довольная улыбка не сходила с его губ, но этого Хелен не видела, вглядываясь в надвигающиеся снежные облака.