Дождь

— Мы не можем обсуждать это! Особенно здесь!
— Лана, ситуация вышла из-под контроля. Соблюдать протокол сейчас нецелесообразно. Большинство агентов местного корпуса Фонда подверглись воздействию.
Официантка Оксана за барной стойкой поморщилась от досады.  Сколько бы она ни убавляла громкость фоновой музыки, разобрать о чём говорят двое за угловым столиком было невозможно. Их напряжённые голоса очень неудачно заглушал дождь, хлеставший по панорамному стеклу маленькой кофейни. Удалось услышать только имя пухленькой, но строгой барышни в очках. Её спутник, статный и широкоплечий мужчина так и остался в памяти Оксаны очередным красавчиком, которого ей не удалось подцепить. Зашли ещё трое посетителей, и ей пришлось оторвать свой внимательный взгляд от странной парочки.
— Ты прочитала мой отчёт? — спросил тот самый красавчик, когда внимание официантки переключилось с него на вновь вошедших.
— Да, — огрызнулась Лана, бросив на удаляющуюся от их столика Оксану неприязненный взгляд. — Тебе стоило бы попытаться одеться как все нормальные люди.
— Что-то не так с моим плащом и рубашкой?
— Воздействуешь на таких как она. Или это тоже ментальная аномалия?
— Сочту за комплимент, — ухмыльнулся Рен и сделал большой глоток кофе из своей кружки.
— Мне не нравится, — заявила Лана.
Рен поднял брови и уставился на неё неверящим взглядом.
— Отчёт, Рен, — хмыкнула Лана. — Составлен не по форме, опросы свидетелей вообще никуда не годятся.
— Всё потому, что свидетелей нет. И не нужно так на меня смотреть. С тех самых пор, как я взялся за это дело, я убеждён, что в нём нет ни одного свидетеля. Люди, подвергшиеся влиянию аномалии могут быть классифицированы только как жертвы.
— Но с ними со всеми ничего не произошло, кроме контакта.
— Уверен, это отмеченные жертвы. Аномалия не описана ни в одном из отчётов, мы не можем причислить её ни к одному известному классу. Это нечто новое.
— Ты подвергаешь сомнениям корректность работы Фонда? — Лана нахмурилась и отставила свою чашку нетронутой. В конце концов, не было никаких гарантий, что лупоглазая Оксана не наплевала в её латте.
— Я думаю, что вошедшие в контакт с этой аномалией агенты тоже подверглись влиянию.

Где-то вдалеке сверкнула молния. Дверь кофейни хлопнула, и в помещение ввалился мужчина средних лет, явно не привыкший к новой осенней реальности. За пару секунд с него натекла изрядная лужа, а Оксана громко шептала на ухо коллеге Свете своё мнение по этому поводу. Мокрый посетитель смущённо спросил у бармена, куда можно зайти помыть руки и, последовав указанию, удалился в указанном направлении. Через минуту и без того тихую речь красавчика в плаще и рубашке окончательно заглушил звук работающего на износ электросушителя для рук.
— Дожди всё сильнее, — задумчиво отметила Лана, разглядывая смазанные струями воды на стекле огни города. Она достала из сумочки планшет и постучала по экрану аккуратными ноготками. — Есть что-то, что ты не указал в отчёте?
— Я, кажется, догадываюсь о причине непрекращающихся дождей, — Рен перегнулся через столик, и под ошарашенным взглядом Ланы разблокировал её планшет и безошибочно ввёл пароль.
— Ты...
— Очень внимательный, а не то, что ты хотела сказать, — прервал её Рен.
На экране высветилась форма отчёта, подписанная Лаврентием Орловым. Он быстро пролистал несколько страниц скучных форматированных формулировок и открыл вложение. Лана зашипела и быстрым движением уменьшила яркость экрана.
Это явно заинтересовало Оксану, она нарочито медленно собрала со стола использованную посуду, наклонившись как можно ниже. Эта поза имела два огромных преимущества — можно было и продемонстрировать свои формы Рену, и подглядеть в планшет его спутницы. Вот только экран та вовремя прикрыла рукой.
— Больше сюда не придём, — процедила Лана вслед официантке.
— Не ревнуй, начальник, — широко улыбнулся Рен.
— Вот ещё! — возмутилась Лана. — Так что именно я должна увидеть на этом фото?
— Огромный гриб, конечно.
— Огромный гриб? — Лана больше не смотрела на изображение, она разглядывала самого Рена с выражением неверия на лице.
— Вот здесь, смотри, — Рен приблизил изображение. — Я сделал этот снимок с незаселённой новостройки. Пришлось сначала обработать стекло «антидождём». Иначе его бы вообще не было видно. Вот здесь тонкие, как волоски, нити мицелия. Они слегка светятся в тёмное время суток. Вот сюда они уходят высоко в небо, за тучами удачно прячется гименофор. И вместе с каплями дождя он распространяет споры.
— Хочешь сказать, что любой промокший человек попадает под влияние аномалии?
— Я так долго ломал голову над этой загадкой! — воскликнул Рен. — Нет, люди подключаются к его сети, только если споры попадают в глаза. Поэтому я так уверен в тебе и в том, что ты не подверглась влиянию. Ты никогда не снимаешь очки и всегда очень тщательно закрываешь зонтом лицо.
— У меня чувствительные глаза...
— А я не люблю, когда лицо мокрое! Не понимаю ныряльщиков, как им не брезгливо, — поморщился Рен. — Видишь, наши с тобой фобии хоть где-то пригодились.
Подсохший посетитель вышел из уборной. Лана внимательно присмотрелась к нему. Мужчина уверенно занял самый близкий к ним столик.
— Я давно хотел сказать, что ты мне очень нравишься, — патетично произнёс Рен, тоже заметивший промокшего-подсохшего. Он плечами отгородился от его столика и незаметно открыл протокол допроса, прикреплённый к отчёту.
— Лаврентий, ты же понимаешь, что рабочие отношения вызывают много сложностей? — Лана накрыла его левую руку своей, позволяя ему правой незаметно листать документ.
— Но я готов к любым сложностям! Я без тебя не представляю своей жизни. Как, скажи мне, я должен проживать каждый свой день без твоей улыбки?
Где-то за стойкой раздался шум разбивающейся посуды. Похоже, бармен будет переделывать не меньше трёх заказов. Оксана досадливо топнула ногой, проклиная свою влюбчивость, и, заодно, криворукость.
«Все допрошенные жертвы описывают одну и ту же картину. Великий Грибар, так они называют аномалию, избрал их среди числа первых прозревших. Он приоткрыл им завесу тайны и показал мир, каким он является на самом деле. Великий Грибар собирается открыть эту тайну и всем остальным, стоит только им взглянуть на дождь и узреть истину. Все жертвы утверждают, что истина откроется во всей полноте лишь тридцать первого октября. Со слов свидетелей записал агент Лаврентий Орлов».
— Прошу тебя, Лана, скажи мне, сможешь ли ты когда-нибудь ответить мне взаимностью? — Рен быстрым движением отключил планшет, заметив ещё одного посетителя, вошедшего без зонта.
— Смогу, но не раньше, чем ты докажешь мне серьёзность своих намерений, — громко объявила Лана, добавив одними губами: — Кетер, чёрный.
— Я жду нашей следующей встречи, моя дорогая! И я докажу тебе, что мне стоит поверить, — Рен поднялся и положил на стол деньги за заказ. — Здесь хватит и за твой кофе с лесным орехом.
Лана поймала его взгляд и едва заметно сузила глаза, сверкнув очками: "Увидимся через час на Лесной в конспиративной квартире".

— Лин, ну ради меня! Прошу... — рыженькая бодрая девушка отчаянно цеплялась за руку своей собеседницы через довольно неустойчивый деревянный столик. Та задумчиво вертела в руках бокал.

— Эрин, я не хочу даже думать об этом, извини, — сказала она после долгой паузы. Её волосы, всегда собранные в тугой пучок, растрепались и слегка завились у висков. Лин раздражённо заправила их за уши.

Паб тем временем заполнялся самой разнообразной публикой. Несколько коллег из Фонда приветственно кивнули Эрин, не меньше трёх шумных компаний по очереди ввалились в дверь уже изрядно весёлые для не столь позднего времени суток. Подставка для зонтов обвалилась, не выдержав такого ажиотажа. Лужа, которая натекала с неё каждые двадцать минут, то и дело заставляла уборщицу, старую Брину, вздыхать и браться за швабру. Бармен всё прибавлял громкость фоновой музыки, чтобы шумные гости не мешали друг другу.

— Когда ты стала такой чёрствой? — Эрин пришлось повысить голос, чтобы перекричать общий гул.

— Год назад, — красивое лицо Лин исказилось, когда она выплюнула эти слова. — Я не понимаю, чего ты от меня хочешь. Он бы ни за что не попросил моей помощи, а предлагать её сама я не собираюсь.

— Но Дэнни...

— О'Брайан готов придумать что угодно ради своего мерзопакостного дружка. И то, что вы вместе, ничего для меня не меняет.

— Я думала, он для тебя что-то значит, — грустно развела руками Эрин. При этом она задела левой рукой бокал сидра, и он полетел на пол, разлетевшись на множество сверкающих осколков.

Не успевшая присесть Брина взялась за швабру и веник, бормоча самые непечатные выражения. Она тщательно соизмеряла громкость своего бормотания с общим шумом так, чтобы две девицы услышали её оскорбления, но не подумали, что старая Брина посылает их прямо в лицо.

— Ваш сидр, агент Моран, — Донни, полевой агент Фонда, а заодно местный бармен под прикрытием, моментально нарисовался возле столика. — И ваш виски, чистый, агент Келли. За мой счёт, конечно. Я помню про отчёт, помню. Завтра сдам.

Его голос трагически падал до шёпота на слове"агент" и фамилии, а последние две фразы он прошептал практически одними губами и испарился так же быстро, как появился перед ними. Лин скрипнула зубами. Слово "завтра" она слышала от парня каждый отчётный месяц. Однако его искромётный энтузиазм, привлекательная внешность и располагающая всех улыбка оказались незаменимым сочетанием для подобной работы. И поэтому Донни частенько сходили с рук и нарушения протокола, и задержка отчётов. Список его достижений перекрывал всё.

Дверь снова хлопнула, и в паб вбежал мужчина в очень мокром дождевике. Он стащил его и разместил на самой верхушке забитой вешалки к вящему недовольству Брины.

— Девочки, дело пахнет дерьмом, — заявил он, придвинув пустой стул к столику, одновременно поцеловав Эрин в губы. Лин отвернулась.

— А у тебя всё так пахнет, О'Брайан, — проворчала она, вызвав невольное восхищение Брины, проходящей мимо их столика со шваброй.

— Думаю, он умирает, — серьёзно сказал О'Брайан, а Эрин состроила важное "я же тебе говорила" лицо.

— И какое мне должно быть дело до придурка, который расторг со мной помолвку? И что вообще я могу сделать? — спросила Лин гораздо менее уверенно и добавила уже совершенно другим тоном: — Что с ним?

Пока О'Брайан заказывал кучу закусок, расспрашивал Донни о делах в пабе, Лин кусала губы, а Эрин довольно ухмылялась, наблюдая за ней.

— Маллет придурок, я согласен с тобой, Лин, — Дэнни запихал в рот сразу горсть луковых колечек, — я еле вытащил из него эту информацию. Пришлось его напоить до беспамятства. Но зато всё встало на свои места.

— И что именно встало на свои места? — Лин вертела бокал так быстро, что содержимое практически выплёскивалось на стол.

— Он нашёл кое-что. Документ. Очень странный документ.

— Когда расследовал заражение людей спорами Грибара год назад, помнишь? — влезла Эрин.

— Естественно.

— В документе был отчёт по всей форме о его собственной смерти, Лин. Там было подробно описано, что он погиб тридцать первого октября прошлого года в неравной борьбе с заражёнными. Но вот в чём дело — нашёл он этот файл на следующий день после описанной гибели.

Повисла неловкая пауза. Звуки кричащих поздравления с помолвкой через три столика от них доносились как сквозь толщу воды. Лин глупо хлопала ресницами, мозг отказывался соображать. Она со вздохом протёрла лицо.

— Это же была ошибка? Кто написал отчёт?

— Агент Коллинз.

— Первый заражённый? Тот, который в итоге попал в лечебницу и до сих пор не помнит самого себя? — Лин пришлось склониться над столом, чтобы детали дела не достигли чужих ушей. Донни забыл переключить трек, и после довольно тяжёлой серии включился лёгкий и тихий фолк.

Парочка, праздновавшая помолвку, и их друзья едва не уронили стойку снова, разбирая свои подсохшие зонты. Они по одному вышли на улицу, а агенты Фонда проводили их настороженными взглядами. Но вся компания не вызвала подозрений — все раскрыли зонты и опустили лица вниз. Дождь хлестал косыми струями в окна, а Лин с возрастающим ужасом на лице слушала историю Дэнни:

— Оказалось, этот малахольный решил, что ошибка была в дате, и что смерть ему ещё предстоит. В этом году. Тридцать первого. Через неделю, понимаешь? Поэтому он разорвал помолвку с тобой, боялся, что подвергнет тебя опасности. И если печальный итог неизбежен, он убеждён, что лучше тебе его заранее возненавидеть. Придурок именно поэтому вёл себя с тобой как полный идиот! А ещё он перестал общаться с коллегами, ушёл с головой в исследование аномалии, даже когда аномалия SCP-12690 была признана сезонной и не угрожающей населению. Идиот сам бежит навстречу своей смерти! — торжественно закончил Дэнни свой рассказ и принялся за рёбрышки. Лин осушила бокал. Она знала, теперь ничего толкового от О'Брайана не добьёшься, пока он не доест.

— Что я могу сделать? У вас есть какой-то план? — спросила она у Эрин после затянувшейся паузы, заполненной звоном стаканов, музыкой, вспыхивающим тут и там смехом. Только не за их столиком.

— Только у тебя есть контакт с Миланой Ланцовой и Лаврентием Орловым. Они ближе всех подобрались к Грибару после того, как в большинстве отделений Фонда активное исследование прикрыли.

Лин молча кивнула. Каким бы Эйдан Маллет ни был заносчивым и скрытным придурком, она сделает всё возможное, чтобы спасти его.

***

— Скажи нормально, куда мы идём? — Эрин в очередной раз остановилась попить воды. Оставив машину на парковке, они шли всё дальше вглубь парка, Лин, которая вела всех за собой, упрямо выбирала самые неприметные тропы и углублялась в чащу. Дождь то вспыхивал, то прекращался снова. Группа, естественно, была хорошо подготовлена — защитные водонепроницаемые очки, усиленные дождевики из высокотехнологичного волокна.

— Я уже говорила миллион раз, что координаты, которые дала Милана, расположены именно в Килларни.

— Темнеет.

— Без пятнадцати четыре, рановато, — отметил Дэнни.

Двое молчаливых парней из МОГ, увешанные оружием, не произнесли ни слова, но Лин слышала, как они перехватили поудобнее замаскированное под фотоаппаратуру в чехлах оружие. Взять их с собой оказалось непросто. Начальство ни в какую не хотело выделять им оперативную группу. Расследование не было санкционировано, но намёки на угрозу жизни Эйдана сделали своё дело. В конце концов, агент Маллет, глава местного отделения Фонда, приходилась Эйдану тёткой по отцу. В итоге оперативники Трой и Мортон получили инструкции выполнять приказы исследовательской группы в случае опасного контакта.

Лес густел, сумерки сгущались. Дождь снова усилился. Последнего посетителя группа встретила около часа назад. Эрин то и дело издавала судорожный вздох, она никогда не любила полевую работу, предпочитая лабораторию. Лин же только ускоряла шаг. Страх сковывал всё изнутри, а дорога до точки казалась бесконечной. Маллет не выходил на связь, а Дэнни последний раз видел его позавчера.

— Ещё посетитель, — Эрин указала на движение за тисами и крикнула погромче, сложив руки рупором: — Извините, парк закрывается, поспешите, пожалуйста, к выходу.

— Что за бред? Парк круглосуточный, — шикнула Лин.

— А как нам оцепить территорию и вывести отсюда людей без опергруппы и ограждений?

Лин хотела было ответить, но то, что Эрин приняла за посетителя, приблизилось... Трой и Мортон вскинули оружие в идеальном синхроне. Это был человек, мужчина, в парадном костюме, прозрачный, он слегка рябил в воздухе. Он равнодушно взглянул перед собой и поплыл дальше, насквозь проходя через деревья. Оперативники провожали его взведёнными пушками, однако не стреляли.

— Это... — тонким голосом спросила Эрин.

— Чёрт знает что... Призрак, — одновременно выдохнули Лин и Дэнни.

И только когда оперативники опустили оружие,они сообщили, что не имеют права открывать огонь по аномалиям, не проявляющим агрессию.

Чем дальше они продвигались, тем больше подобных аномалий мелькали за спиной, между деревьев, маячили впереди на тропе.

— Как конвой, — шептала Эрин испуганным голосом.

Через полчаса Лин заметила вдалеке свет явно искусственного происхождения. Она молча подала группе знак остановиться. Они тихо и быстро достали каждый собственное оружие, поправили очки и дождевики, прежде чем двинуться вперёд в состоянии полной боевой готовности.

Призрачные аномалии стягивались ближе, их становилось больше с каждым шагом, что делала группа. Эрин уже заметно дрожала. Среди призраков были и взрослые, и дети, и мужчины, и женщины. Лин заметила краем глаза, что и одежды их различались. Словно здесь собрались и их современники, и люди из прошлого. Если бы Лин не привыкла доверять только доказанным фактам, даже в связи с аномалиями, она бы погрузилась в мистические размышления о призрачных душах умерших в разных веках.

Все, кроме Эрин, выглядели максимально собранными. Опытные агенты, их самообладание подвергалось и не таким испытаниям. В полной боевой готовности они вышли из чащи на поляну и ступили в круг света, сопровождаемые практически армией безмолвных призраков.

— Проклятие! Вы что здесь забыли?!

Возле огромного фонаря, подключённого к генератору, стоял злющий как сам чёрт Маллет. Позади виднелась разложенная палатка, столы, походный стул и передвижная лаборатория. Призраков вокруг было нереальное количество, они занимали каждый сантиметр пространства, наслаивались друг на друга, но больше не двигались. Они стояли неподвижно, обратив свои прозрачные лица к центру поляны, словно безмолвная аудитория, ожидающая начала давно назначенного спектакля.

— Маллет, какой же ты идиот! — всхлипнула Лин и бросила оружие. Она думала, что бросится к нему, как следует врежет по недовольной физиономии. Но... тысячи прозрачных голов повернулись к ней с синхронностью заводных игрушек. В их бездушных взглядах не было ни гнева, ни удивления — лишь холодное, безмолвное порицание. Воздух затрепетал, и Лин невольно отшатнулась, ощущая, как по спине бегут ледяные мурашки.

Позже она сидела на поваленном бревне как можно дальше от шумной компании, жалея, что проявила эмоции. Сидела и слушала, как Эйдан рассказывал, что посвятил всё своё время поиску спящих грибниц, которые в конце октября прорастают в огромную ментальную аномалию Грибар. Как он обнаружил, что грибницы эти распространены по всему миру, и везде находят разные способы получать необходимое питание. В Москве Грибар питается токсичными отходами, в Ирландии прорастает в местах захоронений, особенно древних и наиболее плотных. Здесь он питается самой смертью, прорастая вглубь могильников. Он поднимает призраков, которые позже сливаются в один единый организм гриба. И он, гениальный, чтоб его, агент Маллет, придумал, как изничтожить эту заразу в момент слияния. До того, как Грибар прорастёт в практически неистребимую аномалию и начнёт подчинять людей.

Лин подумала, что они, конечно, помогут гаденышу. Подловят гриб в уязвимом состоянии, сожгут мицелий, обработают местность фунгицидами, запустят личинок грибожоров, чтобы защитить местность. Но потом она убьёт Маллета собственными руками.

— Нам что-нибудь перекусить дадут? — насторожился агент О'Брайан, заметив складываемые на стол большой переговорной огромные стопки документов. — Кажется, мы здесь надолго.

— Поверь, ты не захочешь есть, когда услышишь это, — мрачно сообщила агент Ланцова.

— Ты плохо его знаешь, Лана, — хмыкнула Эрин.

Несерьёзное поведение агентов заставило главу местного отделения Фонда постучать по столу ладонью, призывая к тишине.

— Как в школе, — пробормотал агент Орлов под нос, за что тут же получил аккуратным носком туфельки Ланы по ноге.

— Давайте уже к сути тогда, — попросил О'Брайан. — Нас вырвали с важнейшей миссии, ради этой консультации так чего тянуть?

— Ага, держать Лин подальше от горла Маллета, чтобы не перегрызла, — шепнула Лане Эрин. — С другой стороны, мы точно знаем, что Грибару не пережить эти несколько дней.

— Вас позвали сюда, господа, чтобы просить о вашей помощи в расследовании новой информации, касательно аномалии SCP-12690, именуемой Грибаром, — торжественно возвестил агент Шеффилд, пригладив несуществующие волосы на затылке. — Также здесь находится лучший британский отряд МОГ. Наша с вами задача внимательно изучить материалы этого непростого дела. И вам действительно не стоит есть, агент О'Брайан, лично я сожалею, что съел вчера обед, когда открываю эти отчёты.

Агент Шеффилд со вздохом нажал на пульт и на белой стене высветилось досье агента британского Фонда Джима Хэмилтона.

— Опытнейший полевой агент. Множество наград, самые сложные операции, несколько дел самого высокого уровня сложности, — Шеффилд листал слайды с фотографиями и заслугами Хэмилтона. По экрану сбоку бежали субтитры на русском, в котором Лана заметила несколько ошибок, но виду не подала. Они с Орловым прекрасно говорили на английском, но разочаровывать Шеффилда не хотелось.

— Я слышала, Хэмилтон в отставке, — сказала Эрин, рассматривая фото.

— Агент Хэмилтон пропал в прошлом году, исследуя SCP-12690, — вздохнул Шеффилд. — Информация была засекречена, но в свете новых обстоятельств мы вынуждены были понизить уровень доступа и пригласить для консультации вас.

Шеффилд принялся щёлкать пультом дальше. Фотографии Хэмилтона, местности, где он пропал — городка Ишер в Суррее. Дэнни устало привалился к плечу Эрин, а оперативники неловко ерзали на стульях позади.

— Хэмилтон выехал на место по заданию, связанному с пропажей детей. Его первый отчёт перед вами в жёлтой папке. Прошу, ознакомьтесь.

Отчёт не вызывал подозрений. Лана бы похвалила Рена, если бы хоть раз так обстоятельно отнёсся к делу. Всё по форме — прибыл, ищет следы аномалии, протоколы допросов местных. Данные пропавших — три мальчика и пять девочек, в возрасте от трёх до десяти лет. Вот только ни слова про гриб. Ни намёка.

— До недавнего времени кроме этого вполне обыкновенного отчёта никаких других сведений об агенте Хэмилтоне не было, — Шеффилд прошёл вдоль стола и разложил по красной папке перед каждым, — как и о Грибаре. Мы не сталкивались с этой аномалией. А спустя почти год после исчезновения Хэмилтона в доме на окраине Ишера нашли вот этот дневник. Открывайте.

25 октября

Продолжаю расследование исчезновения детей. Местные шепчутся о «Духе Хэллоуина», который крадёт их. Выяснил, что пропавшие дети были знакомы между собой. Три девочки и один мальчик трёх лет ходили в центр дошкольного развития. А остальные оказались одноклассниками. Списки детей и их контактов за последнее время прилагаю.

26 октября

Проводил слежку за миссис Уолтерс — учителем начальной школы. Ничего подозрительного не обнаружил. Дождь, однако, сильно затруднял слежку.

27 октября

Заметил тонкие блестящие нити. Их видно только во время дождя через окно. Нити идут от нескольких домов в округе. Списки прилагаю. Нити уходят высоко в небо, прячась за тучами. Ничего прекраснее я не видел.

28 октября

Начал допрашивать жителей домов по списку. Старый Дженнингс рассказал мне странное... Говорил, что Великий Уборщик послал за мной. Я посмеялся, но Дженнингс предложил посмотреть на дождь. Решил провести следственный эксперимент. Посмотрел. Но я не увидел ничего, кроме воды. Вот только...Теперь я чувствую что-то. Запах, как будто поздним летом иду по лесу. На губах странный привкус... Как шампиньоны? Но с кровью.

29 октября

Их так много! Других посвящённых. Тех, кого я отметил в списке. Они все здесь. Нас собрали в старом амбаре. Кто собрал? Я не помню, как оказался там. Кажется, Уборщик должен явиться. Кажется, я должен сделать отчёт. Но кому я должен был его сдать?

Уборщик в тот вечер не пришёл. Он явил чудо, явил воду. Крыша амбара обрушилась и нас смыло великое знание. Мы стояли и смотрели прямо в небо, прямо ввысь, и истина сама проникала в нашу суть, проливалась в наши глаза дождём.

30

Пахнет... Влагой и мхом. Пахнет правдой. Я знаю, зачем я приехал сюда. Великий Уборщик открыл мне глаза, пролившись в них истиной. Сегодня вечером мы исполним своё истинное предназначение. Мы очистим эту планету от грязи, смрада и нечисти. Мы станем едины, мы позволим прорасти спорам правды в каждом из нас...

Очисти нас

Очисти наш мир

И будут лучшие из нас достойны твоей чистоты

31

Я соединился с ним, моя кровь истекает, а плоть отдана Великому Грибу. Отныне через меня проходит нить. И я молю Великого послать нам сегодня дождь, ибо только сегодня мы смоем всё. Кровью нашей. Плотью нашей. Прольёмся дождём очищающим.

— Это Грибар! — воскликнул Орлов, дочитав дневник первым. — Заражённые в Москве тоже говорили об истине, о правде. Дождь со спорами, попадающий в глаза, нити. Мы описывали явление ещё два года назад.

— И после помещения под наблюдение в полной сухости, получали лечение антигрибковыми препаратами. Через два или три курса, в зависимости от степени поражения, пострадавшие приходили в себя. Но культ... Это что-то совершенно новое! — Лана обняла себя за плечи, словно влага и холод пробрались и в тёплую современную переговорную.

— Что-то известно про людей из списка? — глухо спросила Эрин.

— Нет, они тоже числятся пропавшими. Их не искали, это были одинокие старики, два алкоголика и местная сумасшедшая, отказывающаяся лечиться. Мы предполагаем,  что Грибар использовал их вместо удобрения, — Шеффилд тяжело опустился на стул и выжидательно уставился на собравшихся.

— Я больше вообще никогда не буду есть грибы, — слабым голосом отозвался О'Брайан.

— Это не то умозаключение, которое я хотел бы услышать, агент О'Брайан.

— А что произошло с детьми? — вдруг вспомнила Лана.

— Детей нашли. Спустя пару дней они все вернулись домой, — Шеффилд странно улыбнулся. —  Дети вообще не имели контакта с Грибаром. Их похитила некая миссис Рук. Заметили, что дети были одноклассниками, а младшие ходили в одну группу? Так они учились вместе с её сыновьями. Миссис Рук в какой-то момент решила, что её сыночки могут заразиться гриппом. Она сажала в машину всех детей с признаками простудного заболевания и увозила в частную клинику обследовать и лечить. Миссис Рук теперь находится в лечебнице с целым списком серьёзных отклонений.

После этих слов в переговорной вспыхнули активные обсуждения. После слов о спасённых детях дышать стало словно немного легче. Сопоставлялись успешные случаи победы над Грибаром с его появлением в других местах планеты. Выдвигались самые разные предположения о конечной цели этой аномалии.

— Захватить мир, — уверял О'Брайан, за что получал полные недоумения взгляды.

— Возможно, он просто ищет способы получить питание? Экспериментирует? Древние захоронения, тела последователей?

— Насколько Грибар сам разумная сущность? Мы вообще очень мало знаем о нём.

— Но этот дневник впервые подтверждает исключительную смертельную опасность объекта SCP-12690 для человека, — сказал Рен.

Шеффилд кивнул. Обсуждения перешли в плоскость перспектив по борьбе с аномалией. Выжигание, иссушение, системные фунгициды, очевидно решали только локальную проблему, после чего Грибар появлялся в других местах, в разных странах. Было принято решение создать постоянную группу для работы только с этой аномалией. Шеффилд отправился заниматься администрированием этого вопроса, а в переговорную принесли ланч.

— Я воздержусь, — зеленоватый О'Брайан отодвинул от себя контейнер с мясом в грибном соусе. Остальные последовали его примеру.