Домоправительница горного дракона. Отбор на должность - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Инна Дворцова (самиздат)

― Ты же не можешь от неё так просто избавиться, Ливиус, ― услышала я голос Стена лучшего друга мужа.

О ком это они? Замедлив шаг, я прислушалась.

― Это будет проще, чем отобрать конфетку у ребёнка, ― рассмеялся муж, тем самым смехом, который я любила. ― Она до сих пор влюблена в меня как кошка и сделает всё, что я скажу.

Такое ощущение, что мне со всего размаха ударили в солнечное сплетение. Я застыла возле двери, хватая ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. О Боги! О чём они говорят? Точнее, о ком?

Мир раскололся на куски, рассыпавшись у моих ног. В груди что‑то треснуло и оборвалось. Боль, разъярённой гадюкой жалила и жалила душу. Стояла и лупала глазами как ненормальная. Всё вокруг стало мутным, расплывчатым, утратив привычные очертания. Сказанное мужем никак не могло уложиться в голове. Нет, это просто не может быть. Просто не может!

Как он мог? КАК? Клялся, что любит меня. Клялся, что я его единственная женщина и вот таинственная “она”.

Это должно быть какая-то ошибка. Точно! Я глотала ртом воздух, не слыша, о чём говорят в кабинете, как вдруг до моего сознания дошло, что вся моя жизнь ― сплошной обман. Загорчило во рту, а к глазам подступили слёзы.

― Особенно если нужно спасти любимого, ― раззадоривал мужа Стен. ― Ливиус твоя болезнь ничему хорошему не приведёт. Уже не привела.

Спасти любимого? Лив болен? Я рванула было к двери, но мужской смех пригвоздил меня к полу. Они даже смеются над любовью той женщины. Но как же так? Должно же оставаться хоть что-нибудь святое.

Как он мог изменить мне, мысль испуганной птицей билась о клетку разума, не находя выхода. Разве муж и жена не из одного теста сделаны?

― Оставь своё мнение при себе, ― оборвав смех, ответил муж. ― Я не болен. Просто мне не везёт в последнее время.

В его голове появились настоящие эмоции: ярость из-за неудач и страх.

― Не везёт? Теперь это так называется? ― Язвительно спрашивал Стен. ― Да ты проигрался в пух и прах. Ты нищий, Ливиус.

Подождите! Я прислонилась к стене, чтобы не упасть. Горькая правда обрушилась на меня, как топор палача. Лив игрок. Эта новость ещё больнее прошлой. Как же так? Как я могла не знать об этом?

― Не драматизируй, Стен. ― недовольно пробурчал Лив. ― Вечно испортишь настроение.

― Остановись, пока не поздно, ― предупредил Стен, но я лишь услышала громкое фырканье в ответ.

Лив, как всегда, самоуверенный, не понимал, в какую бездну падает. Жажда выигрыша затмила все чувства. Ему нужно помочь, остановить, пока не поздно.

― Вот ещё. В среду состоится большая игра. На кону огромные деньги, и я выиграю, ― возбуждённо сказал муж. ― Этот выигрыш решит все мои проблемы.

― Но где ты возьмёшь необходимую сумму для входа в игру? ― Заинтересовался Стен. Вот и мне интересно. Если он гол как сокол, то где он возьмёт деньги. ― Этот дом заложен, перезаложен, и продать его не выйдет.

От ощущения надвигающейся беды похолодели руки, а во рту пересохло. Вот куда уходили все наши деньги. Он придумывал сотню причин, чтобы оправдаться, а я, слепая от любви, верила ему и снова придумывала, как сэкономить, чтобы свести концы с концами. Стен даже не подозревает, насколько катастрофичны наши дела. У нас долгов столько, что запросто можно угодить в долговую тюрьму.

― Прокля́тые кредиторы, ― с настоящей болью воскликнул Лив, и я услышала, как разлетелся на куски брошенный об стену стакан. ― Настоящие гиены! Сбились в стаю, чтобы окончательно меня прикончить. Грозились, что завтра заберут дом.

Я ахнула, быстро закрыв рот рукой, чтобы меня не услышали. Но мой тихий стон утонул в яростном рыке Лива и звоне разбитого стекла.
Да, почему он вообще решил, что сможет выиграть, если до сих пор не везло? Откуда такая уверенность?

― О, Ливиус, дорогой друг, ― в лицемерных словах Стена не было жалости, лишь злорадство, ― что ты будешь делать, когда тебя выселят на улицу? У тебя же отец болен, и мать немолода. Куда ты их денешь?

Лив окружил себя лицемерными друзьями, продажными женщина и в ожидании лучшей жизни, проживал нынешнюю словно черновик.

― Не причитай, как старуха. Я всё продумал, ― в голосе мужа появились возбуждённые нотки, как всегда, когда дело касалось денег. Лив не любил работать и всё нашу совместную жизнь строил планы, как разбогатеет. ― Стариков своих сдам в богадельню в Косом переулке. Там не нужно платить за проживание, я узнавал.

― Но там же кромешный ад, ― ужаснулся даже циничный Стен.

― Переживут, ― бессовестно заявил мой муж, ― а не переживут так в том нет моей вины.

Ноги меня не держали, я медленно сползала по стене на пол, молясь лишь об одном, чтобы не упасть. Сердце колотилось где-то в горле, а в лёгких не хватало воздуха, чтобы сделать вдох. Что же он наделал? В погоне за лёгкими деньгами никого не щадит, даже родителей.

Как же я была слепа. Как не увидела, за какое чудовище вышла замуж. Безграничная любовь к мужу застилала глаза, заставляя видеть всё в розовом свете. Верить всему, что он говорил. Безгранично доверять и искать выходы из безденежья, чтобы Лив мог продолжать жить на широкую ногу, а мы не умерли от голода.

― А Тесса? Что ты будешь делать с ней? ― С жадным любопытством старой сплетницы спросил Стен. ― Думаешь, она смирится?

― Ей будет не до этого, ― довольно хохотнул муж. Я почувствовала, как у меня от предчувствия беды отнимается рука. Что он придумал для меня, раз уж собственных родителей не пощадил?

Сердце колотилось где-то в горле, мешая нормально соображать. Мне до сих пор не верилось, что муж способен на такое.

― Что ты придумал сделать с женой? ― Нетерпеливо поинтересовался Стен. Мне казалось, что он упивается бедственным положением друга, и чем ниже падает Лив, тем приятнее Стену.

― Сегодня вечером состоится аукцион для богатых, но не обременённых моралью мужчин, ― голос мужа вибрировал от возбуждённого напряжения. ― Я договорился, Тессу продадут кому-нибудь из них.

Я закрыла рот ладонями, чтобы не закричать. Свет померк перед глазами. Вместо коридора перед глазами чёрная пелена. Я ничего не видела, только слышала разговор двух негодяев.

― Это уже слишком даже для тебя, Лив, ― деланно возмутился Стен.

Услышала, как звякнула крышка графина и в стакан полилась жидкость, а из моих глаз покатились крупные слёзы. Как он мог? Как? Я всё делала для него. А он… Он…

Разум отказывался даже думать дальше. Нет, это не со мной происходит. Услышав неприятное лязганье, я с ужасом поняла, что это выбивают дробь мои зубы, а тело сотрясает крупная дрожь. Обхватив себя руками, чтобы немного успокоиться, я продолжала слушать. Не хотела, но ноги приросли к полу.

― Да, брось, ты. Всё равно я хотел от неё избавиться, а так должны дать хорошие деньги, ― небрежно бросил муж. Бравируя своей беспринципностью. ― Зачем она мне?

Мне показалось, что я ослышалась. Романтические ухаживания, предложение стоя на коленях и клятва “и даже смерть не разлучит нас” оказались пустым звуком. Миражом. Игрой воображения.

Меня замутило. Тошнота поднималась изнутри, чтобы застрять в горле, не давая ни вздохнуть, ни выдохнуть.

― Она твоя жена, ― подсказал Стен.

Ну, надо же, хоть кто-то помнит о брачных узах. Какая горькая ирония, что этим кто-то оказался не мой муж.

― Это потому что никак иначе я не мог затащить её в постель. Пришлось жениться. И зря, между прочим. Ничего особенного, ― словно оправдываясь, произнёс муж.

Зажав одной рукой рот от вновь подступившего приступа тошноты, другой я осторожно нащупала напольную вазу, которая недорого стоила, и Лив пока ещё её не продал. Наклонившись над ней, я попрощалась с завтраком.

Да, как он посмел так говорить обо мне. В первую брачную ночь я была невинной девушкой. Да я никогда не видела даже мужчин без рубашки. Я очень боялась и смущалась. Мне некому было рассказать, что происходит между супругами. Мои родители умерли, и я осталась одна на всём белом свете.

Когда я выходила замуж, думала обрету семью, защиту, любовь и счастье. А в итоге? Моя жизнь оказалась разбитым корытом, которое никому не нужно. Лив использовал меня и выбросил. Как только он передаст меня в руки покупателя, в тот же миг забудет о моём существовании.

― Чего особенного ты ждал от невинной девушки, Лив? ― Цинично заметил Стен расхохотавшись. ― Умений как у девушек из борделя мадам Жози?

― Да, ты прав, нечто особенное в ней всё-таки было, ― произнёс с тяжёлым вздохом муж, и я затаила дыхание, чтобы узнать, что же особенного во мне. ― Это её приданое, но и оно не покрыло всех моих долгов.

Он говорил так, как будто это я виновата в его долгах. Как будто что даже моего скромного приданого не хватило на их покрытие моя вина. Как будто то, что я, поддавшись на его уговоры, продала свой дом…

А вот в этом моя вина. Вина в том, что поверила, полюбила, открыла своё сердце, не ожидая удара в спину.

Я медленно поднялась на ноги. Глаза по-прежнему ничего не видели, а рука висела плетью. Подслушанный разговор уничтожил меня. Муж растоптал мою любовь и доверие, оставив вместо сердца осколок льда.

― Ты циничный негодяй, ― произнёс Стен с ноткой восхищения и я была с ним согласна, только испытывала сейчас апатию.

Слишком много негативных эмоций. Мозг отказывался принимать всё, что я услышала, лихорадочно ища соломинку, чтобы зацепиться за неё и не сойти с ума.

― Именно, ― довольно произнёс муж. Он уже подсчитывал барыш, который ему принесёт продажа ненужной жены на аукционе. ― То, что Тесса оказалась сиротой, был лучший подарок на свадьбу. Теперь её точно никто не хватится.

Я осторожно попятилась, стараясь не шуметь. Хотела убежать, но должна была дослушать. Заставить себя дослушать, что ещё кроме этого, ждать от мужа.

― Я уже подал на развод, ― доверительно произнёс Лив.

― Это непросто сделать, ― напомнил ему Стен. ― Нужна веская причина.

― А то, что моя жёнушка сбежала с богатеньким любовником недостаточно веская причина? ― Рассмеялся муж. ― Судья зарыдает над моим бедственным положением.

У него сегодня было прекрасное настроение. Он не орал, не психовал, как в последнее время. Он радовался тому, что придумал хороший план избавиться от меня и заодно от своих родителей.

― Слушай, но ведь это не так, ― недоверчиво сказал Стен.

― Пока не так, а с сегодняшнего вечера будет именно так, ― беспечно ответил ему муж. ― Хотя, я думаю, что вряд ли кто-то будет её искать. Оттуда не возвращаются. Я купил ей билет в один конец.

― Ты страшный человек, Ливиус.

― Вот и помни об этом всегда, Стен и поменьше болтай о моих делах.

Услышав звон хрусталя, я осторожно отступила вглубь коридора. Два негодяя чокнулись за успех своих грязных дел. Когда я оказалась у лестницы, дверь кабинета распахнулась, и громкий рык сотряс дом:

― Тесса! Где тебя носит?

Я сжалась в конце коридора, боясь, что меня обнаружат. Но Ливиус довольно посвистывая, направился к дверям, провожая Стена.

Зачем я к нему приходила? Была же веская причина, но память, как назло, отказывалась подсказывать её.

― Вот ты где? ― Ласково произнёс муж, подкравшись со спины. ― А я тебя везде ищу.

― За-зачем? ― Пролепетала я.

― Нас сегодня пригласили на приём. Беги к себе в комнату, оденься получше, прими ванну, сделай все эти ваши женские штучки, чтобы выглядела так же привлекательно, как в день нашей свадьбы.

Сердце пропустило удар. Сегодня вечером он избавится от меня навсегда, а я сгину где-то в борделях столицы.

Мои любимые читатели!

Рада приветствовать вас в новой истории. Вас ждёт героиня, которая после предательства мужа не сдалась, а боролось за достойное существование. Дракон, уставший от внимания женщин. И, конечно же, интереснейший отбор на должность домоправительницы, который некоторые кандидатки перепутали с отбор невест.
Быт, немного юмора и любовь.

Надеюсь на вашу поддержку на старте в виде лайков, комментариев и добавления книги в библиотеку.

Ваша автор.

Книга пишется в литмобе

Отвернувшись от мужа, я поплелась к лестнице. Надо что-то делать, но мозг упорно отказывался давать дельные советы. Уныние овладело моим сознанием.

― Тесса, ты слышишь, что я тебе говорю, ― подошёл ко мне Лив. Схватив за плечо, развернул к себе.― Боже, что с тобой?

― Очень плохо себя чувствую, ― прохрипела я, раздирая сухое горло словами.

― Пойди, приляг, но начинай готовиться, на приём всё равно нужно ехать, ― “позаботился” обо мне муж. ― Пропустить его мы не можем. Этот приём слишком много даст мне.

Внутренний голос ехидно нашёптывал спросить его, сколько он собирался выручить за меня, но, приказав ему заткнуться, я поплелась вверх по лестнице.

Ноги напоминали пудовые гири, рука так и была без движения, благо тошнота пока не возвращалась.

Обед! Вот зачем я пришла к его кабинету. Должна была позвать обедать. Мысли о еде отозвались неприятным привкусом во рту.

Что делать? Признаю́сь, я не знала. Каким-то чудом доползла до своей комнаты и рухнула на кровать. Пришедшую помочь собираться служанку отослала. Сейчас мне никто не нужен. Тем более Лив дал время прийти в себя. Дивлюсь его великодушию.

Что делать? Эта мысль отбойным молотком била по затылку. Выхода из своей ситуации я не видела, но не идти же покорно на убой?

Выход есть всегда, так говорил мой папа. У меня он тоже есть, только надо найти.

Голова гудела как потревоженный улей, сотни мыслей наталкивались одна на другую, но пока не одной дельной. Нужно успокоиться и разложить ситуацию как пасьянс. Тьфу, какое идиотское сравнение. Карты я ненавижу чуть меньше, чем Лива.

Итак, что я имею? Мужа, проигравшего игрока. Старых свёкров, которые ничем не могут помочь. Им самим нужна помощь. Денег у меня нет. Дома тоже.

Почувствовав собственную никчёмность, я заплакала. Плечи сотрясались от рыданий, а я жалела себя и, как ни странно, стало легче. Со слезами уходила растерянность, уступая место мрачной решимости.

Как бы обо мне ни думал Лив, а называть его мужем у меня теперь язык не поворачивался, я не заслужила такой жестокой участи.

Надеяться на сострадание того, кто меня купит ― огромная глупость. Такие люди не знают сострадания. Не думаю, что на этот аукцион женщины попадают по доброй воле, а значит, и на жалость рассчитывать нечего.

Я не должна попасть туда, иначе выхода уже не будет. Правильно рассчитали эти негодяи, это билет в один конец. Не позволю ему продать меня как племенную кобылу. Пусть себя выставит на продажу, авось кого и заинтересует такой никчёмный мужчина.

Господи! Да, как я вообще могла полюбить его? Любовь зла и козлы этим пользуются, как любила повторять моя нянюшка. Она, кстати, не одобряла мой брак с Ливом и отказалась переезжать в его дом.

Точно, как же я сразу не догадалась! Нянюшка! Нужно бежать к ней.

Бежать! Ну, конечно же! Благодарю тебя, боже, за единственную дельную мысль. Я немного повеселела.

Сев на кровати, я внимательно осмотрела комнату. Брать с собой нужно только самое необходимое. Возвращаться сюда я не собиралась. Лив сам освободит меня, когда подаст на развод. Больше я ему не принадлежу.

Метнулась в ванную комнату и умыла лицо, стерев следы слёз. В на туалетном столике стояла шкатулка с украшениями, доставшимися мне от матери. Сорвав с думочки вышитую цветами наволочку, высыпала туда драгоценности. Это счастье, что Лив не добрался до них и не сдал в ломбард.

Открыв шкаф, выбрала два скромных платья немарких цветов, нижнее бельё и чулки. Уже слишком много, но и ходить голой я не могу.

Я металась по комнате, собирая вещи в саквояж. И только услышав шаги на лестнице, догадалась запереть дверь на замок и, как оказалось, очень вовремя.

― Тесса, ― позвал меня Лив, поворачивая ручку, ― открой!

― Уходи, Лив, дай мне немного прийти в себя.

― Почему ты закрылась? ― Подозрительно спросил он.

― Я плохо себя чувствую, а служанки то и дело шныряют, туда-сюда не давая отдохнуть, ― слабым голосом произнесла я. ― Ты же хочешь, чтобы я хорошо выглядела, так дай мне время поспать, сон ― лучший косметолог.

― Хорошо, ― после недолгого раздумья сказал он. ― Отдыхай, я прикажу, чтобы к тебе не заходили, пока сама не позовёшь.

― Спасибо, ― пролепетала я и через силу выдавила, ― дорогой.

Лив отошёл от двери, и его шаги замерли возле комнаты свёкров. Нужно дождаться, пока он уйдёт, и тогда выходить через выход для слуг.

Глянув ещё раз на свой гардероб и оценив, сколько места осталось в саквояже, я положила туда ещё нижнего белья. Вытащив ещё пять платьев, я одно за другим надела их на себя и стала похожа на толстушку.

Присев за туалетный столик я вульгарно накрасилась, чтобы окончательно остаться неузнанной. Лив спустился на первый этаж. Его шаги замерли в кабинете.

Надев на ноги крепкие сапожки, как раз для осени, а сверху на гору платьев пальто, голову обмотала тончайшим пуховым платком.

В зеркале на меня смотрела богато одетая, но при этом ярко накрашенная толстуха. Нет, я не так уж сильно и загримировалась, если приглядеться, то я вполне узнаваема. Но надеюсь, что никому в голову не придёт искать в ярко накрашенной женщине баронессу Тессу Неглински.

Подхватив саквояж, я тихонько вышла из комнаты. Осторожно ступая, я замерла возле комнаты свёкров. Оставить их в беде не позволяла совесть. Поставила саквояж, чтобы постучать.
***
Мои любимые читатели, хочу познакомить вас с ещё одной книгой моба "Первый брак комом":

Муж-дракон нашёл себе другую и выгнал меня, как надоевшую игрушку.
Гиблые земли стали моим домом – хижина с дырявой крышей, вой чудовищ по ночам и я, решившая не сдаваться.
Теперь у меня приют магических зверей. Кот-баюн лечит от тоски, феникс учит возрождаться, а чудовища – лучшие соседи, чем бывший муж.
И всё было спокойно... пока на пороге не появился проклятый драконий генерал, о котором тут бродят страшные легенды.
А я-то думала, с драконами покончено.

Я подняла руку, чтобы постучать, но тут же опустила. Что я им скажу? Что их сын негодяй? Пусть лучше сами узнаю́т и не от меня. Я уважаю родителей Лива, они частично заменили мне моих. Поддерживали, помогали как могли.

Нет, я лучше навещу их в богадельне в Косом переулке, так будет лучше для всех. Стать той, кто принесла им жуткую правду, не хочу.

Тяжело вздохнув и подавив шёпот совести, я снова подхватила саквояж и направилась к выходу для слуг. На мне удивлённо смотрели встречающиеся на пути служанки, но не заговаривали. Я не понимала, узнали они меня или так реагируют на вызывающий макияж.

Выйти из дома мне удалось без происшествий. Теперь нужно добраться до няни.

Последние дни ноября. Листья прихватил иней, падал первый снег. На удачу подумала я и похвалила себя, что надела тёплые вещи.

Щурясь от полуденного солнышка, я бодро зашагала подальше от дома. Пока шла, крутила в памяти адрес. Кажется, я забыла, где живёт няня.

А если она опять работает с проживанием?

От страха я даже остановилась. Каким лёгким казался побег, когда меня окружали родные стены. Даже в голову не приходило, что может что-то не получиться.

Но сейчас… Сейчас я стояла на тротуаре, подняв лицо к солнцу. И это не потому, что наслаждалась последними осенними лучами, а чтобы слёзы не размазали и без того неудачную маскировку. Мозг лихорадочно работал, ища выход.

― Родниковая улица, 5, ― вспомнила я адрес няни.

А если она там не живёт, что тогда? Я потопала к границе своего квартала. Извозчика буду ловить подальше от дома.

Желудок сводило от голода, и начинала кружиться голова. Нужно что-то купить поесть. Но вот незадача. Денег у меня не было. Пошарив в кармане пальто, я выудила два медяка. Не густо, но на безрыбье и рак рыба.

Всеми финансами у нас распоряжался Лив, а я лишь вела счета и домашнее хозяйство.

Внимательно смотрела по сторонам, чтобы не пропустить булочную. Это единственный доступный вариант перекусить, на такую нищенскую сумму. На два пирожка мне хватит, либо на один пирожок и извозчика.

― А что это за цыпа стоит и нас поджидает? ― Обступили меня двое богато одетых мужчин. ― Пойдём, милая, мы тебя не обидим.

От испуга вместо слов вырвалось мычание из нечленораздельных звуков.

― Немая, что ли? ― Презрительно спросил один из них.

― А может, ещё и больная, ― отшатнулся от меня второй. ― Пойдём. Ну её.

И они зашагали дальше по улице. Вопрос выбора отпал. Конечно, извозчик в первую очередь, а потом уже еда.

Чтобы не столкнуться с приставалами, я перешла на другую сторону улицы и, завернув за угол, увидела извозчика.

― Свободен?

― Занят, ― не оборачиваясь обронил он.

― Мне на Родниковую.

Родниковая приличная улица, где жили ремесленники. У няни муж занимался каким-то ремеслом, пока был жив.

― Что тебе делать на родниковой? Тебе на Весёлую нужно.

― Тебя забыла спросить, куда мне нужно, ― в моём голосе появился металл. ― На Родниковую, да побыстрее.

Извозчик послушался, а я облегчением провалилась вглубь экипажа.

― Номер дома какой? ― Спросил извозчик.

― Пять.

― Тогда приехали, ― он остановил у небольшого, но ухоженного домика. В палисаднике цвели поздние хризантемы. ― С вас два медяка.

Отдала последние деньги, и экипаж скрылся за поворотом. Я стояла и смотрела ему вслед. Опасаясь сделать шаг к маленькому чистенькому домику из белого кирпича, обвитому плющом. Пока я размышляла, дверь дома отворилась и передо мной предстала маленькая женщина в белом переднике с седыми волосами.

― Тесса, ― радостно воскликнула она, бросившись ко мне с объятиями. ― Как я рада тебя видеть. Но почему ты в таком виде?

Я тепло улыбнулась единственному человеку, который узнает меня в любом обличье.

― Я в отчаянии, Мэг, ― заплакала я, бросившись в объятия нянюшки.

― Проходи, моя девочка, ― завела она меня в дом, и я оказалась в небольшой комнате в высокими потолками, под которыми висели пучки трав, связки лука и чеснока.

В центре круглый стол с вышитой узорами скатертью, на нём фарфоровый чайник, рядом блюдце с одуряюще пахнущим смородиновым вареньем и вазочка с ароматным печеньем.

― Что случилось? ― Спросила меня нянюшка, доставая из встроенного шкафа-буфета с застеклёнными дверцами чайные чашки из тонкого фарфора, подаренного ей моей матушкой. ― Может, ты есть хочешь?

Мой желудок ответил за меня голодным урчанием. Нянюшка кинулась на кухню, причитая, что дитятко голодное.

― Мэгги, я схожу, умоюсь? ― Спросила я, снимая с себя одно за другим платья и аккуратно складывая на кресло-качалку у окна из тёмного дерева с потёртым кожаным покрытием.
На маленький табурет рядом я поставила саквояж, стараясь не задеть плетёную корзину с мотками шерстяных ниток. Достала из него специальный лосьон для смывания макияжа.

― Да, конечно, деточка, ― ответила мне из кухни няня. ― Вторая дверь по коридору.

Пока Мэгги хлопотала на кухне, я тщательно смыла чуждый мне макияж и облегчённо вздохнула. С естественным лицом я себе нравилась больше. Никогда не любила краситься, но Лив настаивал, и пришлось научиться.

― Тесса, к столу, ― позвала меня нянюшка, как в детстве.

На столе меня уже ждали разогретое овощное рагу с кусочками курицы, мягкий хлеб, соленья. Незамысловатые блюда подарили мне столько удовольствия, казалось, что ничего вкуснее я никогда не ела.

― Рассказывай, что у тебя произошло, раз ты появилась у меня в таком виде? ― подперев рукой подбородок, нянюшка приготовилась слушать мой рассказ.
Съев ещё одну ложку вкуснейшего рагу из курицы, я поперхнулась, когда увидела мелькнувшую возле окна мужскую фигуру, а затем раздался требовательный стук в дверь. Сердце ухнуло вниз и замерло.
***
Мои любимые читатели! Хочу познакомить вас с ещё одной историей нашего бытового :

Муж выгнал меня за то, что я не родила наследника. Всё, что у меня осталось — заброшенная усадьба на отшибе и пару монет за пазухой.
Теперь я — Фаина, хозяйка заросших бурьяном полей и пыльного дома. Мой бывший муж с новой женой злорадно провожают меня, уверенные, что я окончательно сломаюсь.
Но я не доставлю им такой радости, сама починю крышу, оживлю сад и найду друзей (пусть пока это только умная белая козочка). А ещё у меня есть сосед — суровый и молчаливый помещик, который помогает чинить забор и смотрит на меня с тихим удивлением.
Если уж судьба дала мне второй шанс, я не упущу его. Даже если для этого придется засучить рукава и заново научиться верить людям.

― Ты сегодня какая-то странная, Тесса, ― покачала головой Мэг.

Она поднялась и направилась к шкафу, а развернулась, чтобы не упускать её из вида. Мне было очень страшно. Я слышала, как дрожали мои пальцы, в сердце билось, где горле, мешая вздохнуть. Еда стала поперёк горла.

Неужели это Лив? Но как он смог так быстро меня отыскать?

― К-кто это? ― Голос мой дрожал, и я ничего не могла поделать с этим. Для пущей убедительности я показала на дверь. Нянюшка смотрела на меня с жалостью, как когда-то в детстве, когда я разбивала коленки.

― Это сосед, ― пояснила она, ― покупает мне газеты и приносит.

Вздох облегчения вырвался из груди. Я глубоко вздохнула и закрыла глаза. Как же я устала. Столько потрясений в голове не укладывается.

Она достала из верхнего ящика шкафа мешочек с деньгами, вытащила медяк и направилась к двери.

Я слышала, как она разговаривает с мужчиной на посторонние темы, и выдохнула.
Глупо было бы считать, что Лив так быстро меня найдёт. Он не знает, где живёт нянюшка, потому что после того, как я вышла замуж, прекратила общение со всеми знакомыми и друзьями. Таким было условие Ливиуса, и я честно его выполнила.

― Рассказывай, отчего ты такая пуганая? ― Строго спросила нянюшка, вернувшись с газетой “Голос Корнуола”. Она положила её на край стола, а сама снова устроилась напротив, приготовившись слушать.

И я рассказала. Всё без утайки, начав с подслушанного разговора.

― Я всегда говорила, что этот твой Ливиус — парень с гнильцой, ― произнесла Мэгги.

― Откуда тебе было знать, ― устало произнесла я, отодвигая от себя пустую тарелку. ― Он, когда ухаживал за мной, был очень галантен. Столько ласковых слов говорил.

Тяжело вздохнула, вспоминая, каким он был. Как я верила его словам. Готова бы за ним в огонь и в воду.

― Язык-то у него без костей, вот и молол то, что ты хотела услышать, ― горько ответила няня. ― И много счастья он тебе принёс?

Я покачала головой. Спорить сил уже не осталось.

― Откуда я могла знать, что он станет таким? ― С болью произнесла я. ― Я же его любила больше, чем себя.

― Как это откуда? ― возмутилась она.― За него говорили поступки. А любить надо в первую очередь себя, а потом уже остальных, включая мужа.

Все мы сильны задним умом. Если бы знала, что всё так обернётся, то лучше бы осталась старой девой.

― Нянюшка, ну какие такие поступки? ― Устало спросила я. ― Обычный он был до этого момента.

― Разве не он настоял, чтобы ты продала дом родителей? ― Спросила она, сурово сдвинув брови. ― Тебе бы уже тогда насторожиться. Я ведь предупреждала тебя.

Я кивнула и развела руками. Ну, что поделать, моим глупостям нет конца. Я от любви потеряла голову и готова была ради Лива в огонь, и в воду. Чего там какой-то дом. Я готова была себя принести в жертву. На костёр взойти ради него. А он не оценил.

― И ты была права, ― сказала я то, что нянюшка хотела слышать. ― Теперь мне и возвратиться некуда. Можно я поживу у тебя немного?

― Конечно, моя лапочка, живи сколько хочешь,― всплеснула она руками. ― Хоть насовсем оставайся.

― Нет, нянюшка насовсем не могу, Лив будет искать меня.

― Вот же навязался упырь на твою голову, ― всплеснув руками, воскликнула нянюшка. ― Он уж от тебя не отстанет.

Она, возмущённо причитая, забрала у меня тарелки, составила на поднос остатки еды и направилась в кухню.

― Тебе надо спрятаться, ― прокричала она из кухни.

Как будто я и так не знаю. Но где? Где ждут нищую женщину, сбежавшую от мужа, у которой за плечами только хорошее воспитание и образование в пансионе благородных девиц.

Пока она громыхала посудой, посылая громы небесные на голову моего мужа, я взяла газету.

Надеялась найти что-нибудь об аукционе или богадельне в Косом переулке. Но на первых двух полосах были новости, на третий — светские сплетни, а вот на четвёртой печатали объявления.

Витиевато окрашенное объявление в центре страницы сразу привлекло моё внимание: “В замок господина Арона Волохович требуется домоправительница. Требования: женщина, не замужем, без детей, владеет навыками чтения и письма, знает счёт и этикет. Конкурсный отбор на должность начнётся третьего декабря. Претенденткам прибыть в Волоховицкий замок не позднее второго декабря.”

Руки задрожали, я аккуратно сложила газету и отложила в сторону. Это то, что мне нужно. Далеко от столицы и вряд ли меня там Лив будет искать.

Нянюшка принесла чашку горячего какао, пододвинула мне вазу с ароматным песочным печеньем.

― Завтра пойду в богадельню в Косом переулке, ― сообщила я нянюшке, ― узнаю́, как там свёкры.

― Лучше бы ты не ходила, а вдруг тебя там муженёк поджидает? ― Забеспокоилась нянюшка.

В который раз я судорожно вздохнула. Руки заледенели.

― И что тогда мне делать? ― Спросила я нянюшку, как в детстве. ― Я должна их повидать перед отъездом.

― Перед каким отъездом? ― Нахмурилась Мэгги. ― Куда это ты собралась?

Вместо ответа я положила перед ней газету с объявлением, свернув её так, что нужное сразу бросалось в глаза. Нянюшка пробежала глазами текст и посмотрела на меня.

― То, что нужно, ― с облегчением произнесла она. ― Даже если не выиграешь отбор, на какое-то время окажешься вдали от столицы. Чай идёт он не одну неделю.

― Правда? ― С удивлением спросила я. Почему-то я не допускала мысли, что могу не пройти отбор. В своём воображении я уже работала в замке и перевезла свёкров в деревеньку, рядом с замком, арендовав дом. ― А сколько примерно?

― Месяц, ― авторитетно заявила няня. ― Не меньше.

― Где же мне найти столько денег, чтобы добраться до замка и прожить этот месяц?
***
Мои прекрасные, продолжаю знакомить вас с книгами моба "Первый брак комом".
Сегодня приглашаю в историю

После развода муж сделал меня рабыней.
Я не могу сбежать, но у меня появился шанс выкупить свободу.
Я не упущу его, даже если мне придётся работать в доме генерала драконов.
На которого даже смотреть нельзя.
В книге вас ждут:
🐉 властный генерал драконов
👩 неунывающая попаданка
💍 жизнь после развода
⚡️ противостояние характеров
🏰 одно далеко не маленькое поместье
❤️ истинная любовь и ХЭ!

Я взяла в руки чашку с горячим какао и задумалась. Деньги, деньги, деньги, — отстукивая ритм, стучали в голове слова.

Чтобы добраться до Валахского княжества, нужно выезжать уже сегодня. Попросить деньги у нянюшки совести не хватало.

Мой взгляд блуждал по комнате, пока не становился на саквояже. Отставив кружку в сторону, я метнулась к нему и достала наволочку с драгоценностями матушки. Вернувшись к столу, я высыпала своё небольшое богатство.

― Даже не думай, заполошная, ― всплеснула руками нянюшка. ― Память о родителях и опять же драгоценности родовые, фамильные.

Я тяжело вздохнула. Права была няня, но ничего не поделаешь. Где честь родовая, а где жизнь. На чаше весов жизнь перетянет.

Стала перебирать драгоценности. Отложила брошь и кольцо.

― Вот эти сдам в ломбард, ― решительно заявила я, не обращая внимания на причитания няни. ― Бог даст, выкуплю!

смахнув остальные в ту же самую наволочку, я отнесла её обратно в саквояж.

― Сегодня нужно купить билет на дилижанс, а значит, сдать драгоценности. Ты знаешь приличный ломбард?

Няня кивнула, вытирая слёзы концом косынки.

― Одумайся, Тесса, ― рыдала она, словно я мать продаю, а не побрякушки.

― Собирайся, поможешь мне, ― распорядилась я. ― Чем быстрее я уеду из города, тем лучше. До начала аукциона два часа. За это время желательно уехать.

Я допила какао с печеньем и сыто зажмурилась. Жизнь уже не казалась такой беспросветной. Получу деньги и сбегу от Лива. Благо теперь есть куда бежать.

За отбор я не волновалась. Матушка учила меня вести хозяйство: учётные, домовые книги, припасы, надзор за слугами, все эти премудрости я усвоила. Кухарка, когда я прибегала к ней на кухню, научила меня готовить простые блюда. Нянюшка обучила другим премудростям, которые, может, и не помогут на отборе, но зато в дальнейшей жизни им не будет цены.

Сложила аккуратно платья, переложила вещи в саквояже так, чтобы поместилось всё. Нянюшка наскоро собрала мне в дорогу перекус.

― Ты сходи в богадельню, ― попросила я няню, ― и напиши мне, как они устроились. Если нужно, то я оставлю денег. Заплати там, чтобы относились к ним по-человечески. Если удастся, шепни, что я их скоро заберу.

О свёкрах я не забывала. Они относились ко мне как к родной дочери. Помогали, поддерживали, скрашивали мою жизнь. Не их вина, что Ливиус вырос таким мерзавцем.

― Не думаю, что хорошая мысль писать тебе, ― смущаясь, сказала няня. А я покраснела, забыв, что она не умеет писать.

― Да, ты права, ― согласилась я с ней.

Одевшись, мы вышли из дома. Солнце было ещё высоко, но до вечера оставалось всё меньше времени. Я торопливо пошла в ту сторону, куда указала няня. Старушка не поспевала за мной.

― Нянюшка, я поспешу, а ты лучше домой возвращайся, ― попросила я. ― Если до ночи не вернусь, значит уехала.

Но няня была не согласна с таким решением, она замахала на меня руками.

― Или тебя этот аспид нашёл и продал, ― опять зарыдала она. ― Ты как хочешь, то я с тобой. От неизвестности изведусь вся.

Обречённо кивнув, я взяла её под руку, и мы, как могли быстро, зашагали в сторону ломбарда.

Няня всю дорогу причитала, сожалея то обо мне и моей тяжкой долюшке, то о покойных родителях, то о фамильных драгоценностях, которые я собралась продать.

― Деточка, как же так, ― сокрушалась она, ― для того ли я тебя воспитывала, чтобы пошла в прислуги?

― Домоправительница, я так понимаю, это экономка, она самая главная, ― пояснила я ей. ― Может, просто в этом княжестве такое дурацкое название. Только сама посуди: домо-правительница. правит всем домом. Какая же это прислуга.

У Мэгги впервые появилась слабая улыбка.

― Пришли, ― сказала она и показала на вывеску. ― Я вместе с тобой пройду.

А я и не возражала. Вместе не так страшно.

― Здравствуй, Петраш, я к тебе свою ласточку привела, ― с порога заявила нянька. ― Нам нужно кое-чего продать.

Петраш молодой парень заинтересованно посмотрел на меня.

― Ты на неё не глазей, замужняя она, ― строго посмотрела на него нянька.

― Показывайте, что принесли, ― лениво облокотился на прилавок он. ― Что там книги? Дедушкина табакерка? Серебряная ложка любимой бабушки?

Я достала из кармана брошь и кольцо, развязала узелок на платке и показала ему. Увидев драгоценности, глаза у Петраша разогрелись. Он нацепил на глаза какое-то приспособление и стал дотошно изучать. Он вертел, крутил, смотрел на свет, разве что на зуб не пробовал.

― Серебрушка и то только потому, что смогу продать, ― заявил парень, а я ахнула.

― Бога-то побойся, ― разъярённой наседкой налетела на него няня, ― это вещицы стоят столько, сколько твоя лавка не стоит.

― Оригинал, может быть, и стоит, только не эти подделки, ― Петраш отодвинул от себя украшения.

Я растерянно переводила взгляд с него на няню, а потом на свой платок. Как так-то?

― Вот убивец, ― зло закричала нянька, грозя кому-то кулаком, ― и твои родовые драгоценности проиграл, шельма.

И только после её возгласа до моего затуманенного горем сознания стало доходить, что Лив обобрал меня до нитки. Он продал мои драгоценности, заметив их подделкой.

― Они хороши даже со стекляшками вместо камней, ― развёл руками Петраш, сжалившись над нашим разочарованным видом. ― Вот только продать я их смогу тоже как стекло, сами понимаете.

― Я не буду их продавать, ― решительно заявила я, решив оставить полный комплект как память о том, что никому в этом мире нельзя доверять.

― Что же делать? ― Запричитала няня.

Я решительно сняла платок и вытащила скромную заколку, которую на шестнадцатилетие подарил мне отец и с которой я никогда не расставалась. Она была моим талисманом.

Петраш опять надел на голову свой агрегат и углубился в изучение мелких камней, из которых состояли крылья бабочки. Мы с замиранием сердца следили за его руками, и когда он снял своё приспособление, я забыла, как дышать.

― Ну, не томи, ― не выдержала няня, а я лишь кивнула, соглашаясь с ней.

***
Ну, что готовы встречать ещё одну участницу нашего моба "Первый брак комом"?

Я унижена и растоптана в неудачном браке. Впереди - ничего, кроме унылого прозябания и страха перед инквизицией, ведь я обладаю запретной магией. Но в глубине отчаявшейся души всё ещё теплится надежда обрести своё призвание и своё счастье.
Внезапно моя тихая жизнь взрывается погонями, приключениями и даже шпионскими интригами. Сущий кошмар! Потому что я знаю: вершить историю - точно не моё. Говорят, у меня неплохо получается? Ну-ну...
Вот только как после всего пережитого поверить мужчине? Тем более - высокорожденному? Да что он во мне нашёл вообще?

Петраш, как будто специально тянул время, играя на наших нервах. Он убрал всё лишнее с прилавка, а потом вообще ушёл, оставив заколку. Я протянула к ней руку, но опомнившись, отдёрнула.

― Зря ты это всё затеяла, ― пробормотала нянюшка.

― У меня нет выхода, нужно скорее уехать, пока Лив не стал меня искать, ― наклонившись к её уху, прошептала я. ― Ты же сама всё понимаешь.

Няня кивнула, но на лице сохранилось то упрямое выражение, которое я помню с детства. Когда ей приходилось подчиняться приказу, но Мэгги считала, что хозяева не правы.

Она поджала губы и смотрела на меня, как будто я распродаю всё самое святое для неё. Мне тоже было сложно. Эта заколка, единственная ― надежда на возможность побега. Времени оставалось всё меньше, а Петраш не возвращался.

У меня мелькнула даже мысль, а не послал ли он за Ливом, а теперь тянет время. Но откуда ему знать о нём?

― Пришлось даже занять в соседней лавке, ― смущаясь, подошёл к прилавку Петраш, ― ваша заколка ― истинное произведение искусства. Я дам за неё тридцать золотых, но не золотом, а медяками и серебром.

Няня демонстративно фыркнула, показывая своё отношение к такому вопиющему непотребству. За фамильную драгоценность ― медяки. Большего оскорбления ей было не нанести.

А я же была рада. Что мне делать с золотом, когда за мелкие расходы приходится расплачиваться медяками.

― Спасибо вам, господин Петраш, ― радостно воскликнула я, приняв за благоприятный знак такую удачу. Теперь уж точно мне повезёт, не может не повезти.

Я взяла тяжёлый кожаный мешок из его рук, открыла и переложила на прилавок несколько медяков. Должно хватить на билет и на еду в пути. Остальное убрала в саквояж. Он стал ещё тяжелее, но своя ноша не тянет.

― У меня к вам огромная просьба, ― я замялась, не зная, как его попросить. ― Вы же можете не продавать её хотя бы месяц, я должна устроиться на новом месте и выкуплю её.

― Не беспокойтесь, по правилам ломбарда принявшую вещь нельзя продавать в течение месяца и лишь после того, как за ней не пришли хозяева ― выставляют на продажу.

Я облегчено вздохнула, появилась слабая надежда на то, что я смогу вернуть её.

Попрощавшись, мы с няней вышли из лавки.

― Теперь на станцию, ― и, подхватив няню под руку, я махнула рукой, увидев приближающегося извозчика.

В экипаже мы ехали молча, няня порывалась было высказать своё мнение о происходящем, но я приложила палец к губам, попросив её молчать. Её чуть было не разорвало от невозможности выплеснуть своё негодование.

Расплатившись с извозчиком, мы вошли в контору дилижансов.

― Один билет до Валахского замка, ― попросила я.

― До замка дилижанс не ходит, он останавливается на станции в ближайшем к замку городке, ― сказал служительница и, заглянув в расписание, уточнила: ― да, до Мховича.

― Сколько стоит билет? ― Уточнила я.

― Корн и два шилда.

Под осуждающим взглядом няни я открыла саквояж и достала деньги.

― Сколько туда добираться? ― Поинтересовалась я.

― Три дня, ― ответила девушка, выдавая мне билет. ― Дилижанс отходит через пять минут с маленькой платформы.

Подхватив свой саквояж, я умоляюще посмотрела на няню. Она поняла меня без слов и протянула свою сумочку. Я переложила в неё деньги, оставив поддельные драгоценности, а няне положила в кармане корн:

― Купи себе новую и… ― мой голос дрогнул. ― спасибо тебе за всё.

Мы снова расставались, и опять в этом был виноват Лив.

― Как всё уляжется, я вернусь, ― пообещала я, ― или заберу тебя к себе.

Она кивнула, утирая слёзы.

― Ну, всё, мне пора, ― обняла я её на прощание, ― не забудь про богадельню.

И не оборачиваясь вышла. Только в окне увидела отражение няни, когда она рисовала в воздухе обережный знак. Горько улыбнувшись, я поспешила к дилижансу. Надеюсь, что её любовь защитит меня в пути.

На дальней платформе стоял массивный, основательный экипаж, обтянутый прочным кожаным верхом, который уже успел покрыться дорожной пылью и мелкими царапинами от долгих странствий. Корпус был выкрашен в тёмно‑зелёный цвет, поблёкший от солнца и дождей, а по бокам поблёскивали медные накладки, слегка потускневшие от времени.

Четыре крепкие лошади, с латунными бляхами на сбруе нервно били копытами. Суровый возница, в широком плаще и высокой шляпе стоял рядом с лошадьми, прикладываясь к фляжке.

“Ещё не хватало пьющего кучера”, ― подумала я, но смело подошла к нему, протягивая билет.

Он, равнодушно скользнув по билету глазами, взял у меня саквояж и принялся закреплять его на крыше экипажа. А я влезла внутрь, дилижанс был рассчитан на шесть пассажиров. Свои места заняли трое. Я уселась на свободное место возле окна и стала рассматривать своих попутчиков: двух разряженных девиц и хмурого мужчину.

Девушки блондинки, удивительно похожие между собой одинаковыми причёсками и пальто одного и того фасона, но разных цветов. Одна была в розовом, а другая в голубом. На коленях у них лежали модные шляпки в тон пальто. Они окинули меня презрительными взглядами и продолжали шептаться.

Мужчина сидел напротив девушек. Весь в чёрном, он имел устрашающий вид. Я немного успокоилась, с таким пассажиром не страшно нападение грабителей. Он справится со всеми.

До отправления оставалась минута, когда на станции появились вооружённые мужчины.
***
Продолжим знакомство с книгами и авторами моба "Первый брак комом", которые стартовали и на Литгороде.

После десяти лет брака, оставившего лишь унижения и боль, муж решил не просто развестись, а лишить меня жизни!
Но я была быстрее. Развод инициировала я сама, согласившись на рабский контракт. И даже так мне нет спасения от бывшего.
Возможно, мой единственный шанс - доставшийся от мамы домик в старом городке, окружённом странными слухами. Только вот у моего дома оказался уже хозяин, с пронзительным серым взглядом и целым списком тайн...
💎развод без прощения с наказанием всех виновных
💎уютное бытовое фэнтези в декорациях необычного городка
💎настоящий мужчина вылечит раненное сердечко нашей героини
💎хеппи энд обязательно

Я вжалась в сиденье, пытаясь слиться в ним. Мужчина бросил на меня быстрый взгляд и, схватив за шею, засунул под сиденье. Сам сел на то место, где спряталась я, и закрыл меня полами своего длинного плаща.

Всё это он проделал молниеносно, я даже пикнуть не успела.

― Эй, ты, останавливай свою колымагу, ― закричал один из мужчин.

― А ты кто такой, чтобы я тебя слушал, ― огрызнулся возница. ― Мой хозяин или может жандарм?

― Что-то ты слишком разговорчивый, ― я услышала звуки пальбы, и экипаж замер под базарную ругань возницы.

Девицы завизжали, а я до крови прикусила костяшки пальцев. От страха мне стало жарко. Кровь прилила к голове, мешая нормально соображать. Перед глазами танцевали белые мушки.

Я услышала безумное ржание лошадей и ругань мужчин. Двери дилижанса распахнулись:

― Кто такие? ― Спросил грубый мужской голос.

― Полин Мерье, ― пропищала одна из девушек.

― Мари Сезер, ― со всхлипом ответила другая.

― Нет тут никого, Ливиус, ― сказал мужу бандит. Всё-таки он хватился меня и обратился к кому-то за помощью. ― Вспоминай, куда она могла пойти.

Дилижанс сорвался с места, и лошади понесли нас по улочкам родного городка. Я всё так же сидела под лавкой, ожидая разрешения показаться. После того как страшный мужчина спас меня, я была склонна доверять ему.

― Это всё из-за неё, ― взвизгнула одна из девиц.

― Нужно было выдать её, ― вторила ей другая.

― А ну-ка, цыц, ― сурово произнёс мужчина. ― чтобы я не слышал больше ничего о девушке. Вам ясно?

Молчание было красноречивее ответа. Конечно, они были не согласны с его решением.

― Не слышу ответа, ― нажал он на девиц.

― Ясно, ― вяло ответили они.

― Вот и славно, ― заключил мужчина.

Когда колёса дилижанса стали поднимать пыль грунтовой дороги, мне позволили вылезти.

Мне он не сказал ни слова, не спросил, правда ли это за мной. Казалось, что он и так это знал. До трактира, где нам предстояло менять лошадей, мы ехали молча.

На остановке возница сказал, что мы можем заказать еды в трактире. Остановка два часа, так как лошадей для смены нет, а значит, эти должны отдохнуть.

Сев за стол в углу, заказала себе похлёбку с кроликом, овощное рагу, хлеба и чая с пирогом с малиной. В дорогу попросила собрать пирожков с мясом и капустой, сладких с яблоками, отварных яиц и хлеба. Попить взяла квас.

Прислонившись к стене, я закрыла глаза. Чувство облегчения пришло только сейчас. Всё! Я сбежала от Лива! Мне это удалось!

Эйфория заполнила меня от головы до пят. Мне хотелось смеяться, плясать, обнять весь мир, кроме двух красоток-попутчиц.

Они сидели в центре зала и ждали свой заказ из жареной курицы с грибами, салата, пирожных и кофе. Девушки ни в чём себе не отказывали. Интересно, куда они едут?

― О чём задумалась? ― Присел напротив меня мой спаситель, поставив на стол кружку.

― Спасибо вам, ― от души поблагодарила я его. ― Вы спасли мне жизнь.

― Что от тебя хотели люди Жози? ― Спросил он.

― Я не знаю никакой Жози, ― но всё-таки повинуясь своему осознанному ощущению, что ему можно доверять, добавила: ― меня искал муж. Ливиус это как раз он и был.

― Как интересно, ― сказал он, но в его голосе не чувствовалось заинтересованности.

Он не стал спрашивать, зачем меня искали и почему я сбежала от мужа, нарушив главный закон Корнуола: мужчина ― господин и повелитель для женщины.

― В тебе чувствуется стержень, ― похвалил он меня. ― Не то, что эти две курицы.

Презрительно кивнул он в сторону Мари и Полин.

― Меня зовут…

― На этом и остановимся, ― оборвал он меня. ― Мне не нужна лишняя информация. Да и тебе советую придумать себе имя.

― Вы думаете, меня будут искать? ― Со страхом спросила я, и радужное настроение испарилось.

― Всё зависит от того, насколько ты ценный товар для Жози, она просто так тратиться на ищеек не будет. Она должна знать, что её усилия окупятся с лихвой.

Служанка принесла поднос с едой, как оказалось, на двоих. Пока она умело расставляла на столе заказанное, я попыталась успокоиться.

“Тесса, не такой уж ты и ценный товар, ― убеждала я себя, ― не первой свежести, да ещё бывший в употреблении. Кому ты нужна? Денег за меня много не выручить”.

― Не стоит паниковать, ― успокаивал меня незнакомец. ― если ты едешь до конечной станции, то вряд ли тебя там станут искать.

― Почему?

― Страна горная, нравы дикие, да и драконы не любят чужаков на своих землях.

― Вы о Валахском княжестве говорите?

― О нём, ― кивнул он и отправил в рот полную ложку каши с мясом. ― Валахский князь ― горный дракон и на своих землях держит всех в ежовых рукавицах. У них не забалуешь.

― У них все замки в горах? ― Спросила я единственный доступный мне источник информации.

― На удивление нет, валахская знать предпочитает селиться в городах, ― ответил незнакомец, успевая при этом с аппетитом есть, а мне кусок в горло не лез. ― Правда есть один замок в горах, но там сначала хозяина долго не было, а потом, когда вернулся, заперся, как бирюк. Теперь вот объявил отбор на должность домоправительницы.

― И что хорошо платит?

― Добровольно от него ещё ни один слуга не ушёл. Строг, но справедлив, ― отпив из кружки кваса, но выжидающе посмотрел на меня, но я молчала. ― А ты, похоже, не отборе решила спрятаться. Умно. Там уж тебя точно никто не будет искать.

― А почему? Кажется, вполне очевидно искать меня на отборе, раз вы догадались, что я туда еду.

Мой спаситель загадочно усмехнулся и подмигнул.

― Не боись, там тебя точно не будут искать, потому что князь…
***
Хочу сегодня познакомить вас, мои любимые читатели с соавторской книгой нашего моба "Первый брак комом":

🧡Судьбоносная история🧡
Что сложнее — остановить окаменение дракона-правителя или поставить на место бывшего мужа, почуявшего свою выгоду? Смогу ли я найти противоядие за сутки, если единственный помощник — мой фамильяр, считает эту катастрофу логичным итогом моей карьеры? И главное, как объяснить разгневанной страже, что это был не покушение, а просто мой очередной жутко удачный день?
В книге вас ждут:
🧡 Нежная, но неунывающая героиня
🧡 Вредный, но любимый фамильяр
🧡 Властный градоправитель дракон
🧡 Бывший муж маг
🧡 Магия
🧡 Непременный ХЭ

Неужели князь имеет власть даже над самыми отдалёнными участками своего княжества. У нас в Корнуоле, земли на отшибе подчинялись правителю только номинально.

Так, что же, князь, я приготовилась слушать, но всё испортил возница, который приказал нам занимать свои места.

Я села рядом со своим спасителем, две девицы уселись напротив. Ещё два места заняли пожилые муж с женой. Судя по одежде из зажиточных крестьян.

Дилижанс ехал по проезжему тракту. Скорость была минимальна, потому что на встречу то и дело попадались крестьянские обозы.

― Завтра ярмарка в соседнем городке, ― пояснил новый пассажир, ― вот и приходится теперь ехать медленно.

― Надеюсь, что до ночи успеем доехать до трактира, ― осенила себя обережным знаком женщина.

― А вы откуда едете? ― Поинтересовался мой спаситель.

― От дочери, ― с гордостью начал рассказывать мужчина. ― Она у нас такая умница. Вышла удачно замуж, уехала вместе с мужем в город, родила двоих ребятишек. Вот пригласила нас погостить.

Видно было, что его распирало от желания рассказать о достижениях своей дочери, но вот мне это было неинтересно.

― А сами вы откуда? ― С несвойственным любопытством расспрашивает их мой спаситель.

― Мы-то? Из самого Мховича, ― ответила женщина. ― Гляжу, девушки на отбор к нашему хозяину едут.

Я поджала губы и отвернулась. Неужели у меня на лбу написано, кто я и куда направляюсь? Но всё-таки не выдержав, повернулась к ним, спросить:

― С чего вы сделали такой вывод?

― Так, наш князь давно объявил набор, ― фыркнула женщина, ― вот и тянутся в наши края незнакомые девицы.

― Так князь он что… Домоправительницу ищет Валахский князь? ― Одновременно заговорили девицы.

― Нет, конечно, наш князь женат, ― воскликнул мужчина, ― неженатый по закону не может управлять.

Девушки утратили интерес к разговору, и я так и не поняла, на отбор они едут или нет.

― Наш господин не очень-то рад отбору, ― зашептала мне на ушко женщина. ― Но пришлось его проводить, так как местные совсем не годятся на эту роль.

― А почему не рад? ― Спросила я, чтобы поддержать разговор и выведать что-нибудь полезное о том, куда я еду.

― Он горный дракон и ужасно нелюдим, в замке слуги как тени, стараются лишний раз не попадаться на глаза хозяина.

С каждым словом мне всё меньше хотелось ехать на это странный отбор. Вот только выбора у меня не было. Этот замок на краю света как нельзя лучше подходит для того, чтобы спрятаться от мужа.

Так, болтая о выгодной партии дочери, о ценах на урожай, о местных традициях мы доехали до деревни Яровицы. На этой станции сошли Полин и Мари. И если мы заночевали в трактире, то девушки пересели в другой дилижанс гораздо больше нашего.

Я с облегчением вздохнула. Они ничего не сделали, но презрительные взгляды, которые бросали на меня то одна, то другая порядком раздражали.

Утром оказалось, что исчез не попрощавшись, и мой опасный спаситель.

В дилижансе снова не было свободных мест. Пассажиры сменяли друг друга, и лишь я и супружеская пара доехали до конечного пункта.

― И всё-таки ты к нашему господину, ― почему-то довольно произнесла женщина. ― Мы так и не познакомились. Меня зовут Вея, а моего мужа Влас.

― Тесса, ― немного подумав, произнесла я своё имя. В конце концов, я забралась так далеко, что вряд ли Ливиус будет меня здесь искать. ― И да, я на отбор.

― Это замечательно, ― всплеснула, Вея руками. ― Нас будут встречать, и мы довезём тебя до замка.

― Спасибо, я сама доберусь, ― забрав вещи, я отошла в сторонку.

― Глупая, как же ты сама-то доберёшься, если замок высоко в горах и на ночь глядя туда никто из местных не поедет, ― подошёл ко мне Влас.

― Почему? ― Испуганно спросила я. ― Там так страшно?

― Нет, что ты, ― подключилась к разговору Вея, ― просто обратно нужно будет ехать уже в темноте, а горные дороги опасны.

Они тоже забрали свои вещи и стали возле меня, кого-то поджидая.

― А как же остальные участницы? Они как доберутся?

― Так, они должны были добраться до Яровиц и там сесть в дилижансы, которые за ними прислали из замка, ― пояснила мне Вея. ― А ты почему так не сделала?

Я испуганно ахнула. Вдруг отбор уже начался, а я пропустила все, и меня теперь не допустят.

― Но почему так? В объявлении ничего не было написано за Яровицы.

― Правильно, не было. Все участницы сначала списались с хозяином, а, потом уже пройдя предварительный отбор по письмам, решились ехать.

Муж с женой смотрели на меня с лукавыми улыбками, а я огорчилась настолько, что едва не расплакалась.

― Теперь что же меня не примут? ― Невидящим взглядом я смотрела на Вею. ― Как же так? Я столько ехала, столько пережила.

Женщина, успокаивая, обняла меня за плечи.

― Раз ты решилась ехать в последний момент, значит, боги привели тебя сюда, ― уверенно сказала она, ― господин не будет противиться воле богов.

Я шмыгнула носом, готовая расплакаться в любой момент. Я уже намечтала себе, нафантазировала, а тут такое разочарование.

Что-то мне подсказывает, что господин, наоборот, будет недоволен внезапным вторжением, если учитывать то, что я узнала о нём. Нелюдимый, отшельник, который животных любит больше, чем людей. Женщин вообще на дух не переносит. Отбор для него, как кость в горле.

― Так вы подвезёте меня до замка? ― передумав ждать утра, спросила я. ― А как поедете обратно?

― Мы не поедем, ― успокоила меня Вея, ― мы работаем в замке.

За ними хозяин прислал экипаж и петляя по горной дороге мы прибыли в замок.

― Я поселю тебя на этаже для претенденток, ― сказала Вея, когда мы шли по замку, а Влас тащил мой саквояж. Самой мне его нести не позволили. ― А завтра лорд Аарон решит что тебе делать: участвовать в отборе или отправляться назад.

***

Мои любимые читатели, книг нашего моба "Первый брак комом" на ЛитГороде становится больше. Свежайшая история

- Издеваешься? – рычит в лицо муж. – Леди Даниила носит моего сына – дракона!
Бывший муж-дракон меня отверг, выбрал любовницу.
Он аннулировал наш брак, сделав нашего первенца - бастардом.
Он отнял у меня всё - земли, титулы, магию, превратил в человека. Отправил за Стену в ледяную тайгу прозябать…
Но опальный генерал находит на мне метку истинной, заставляет выйти за него замуж.
Я становлюсь его женой. Веду огромное хозяйство, работаю от рассвета до заката. Готова на всё, лишь бы он не узнал, кто я на самом деле…
Но он узнал.
Это ужасно, потому что по вине моего рода дракон – генерал потерял всё!..

На удивление ночью я спасла спокойно. То ли горный воздух поспособствовал, то ли расслабилась, сбежав от Лива.

Комната мне досталась небольшая, зато со своей ванной и туалетом, да и больше сюда никого не подселить. Королевские условия.

Проснулась я не от гомона птиц или шума горной реки, протекающей вблизи замка, а от галдежа участниц.

Проспала!

Вея же вчера говорила, что подъём ранний, потом завтрак, если не успею, то останусь голодной. Правда, у меня припрятаны несколько пирожков, купленных в последней таверне. Но съесть их я смогу только вечером.

Наскоро заплела косу, надела самое простое платье, освежив его простеньким заклинанием бытовой магии, умылась и выскочила в коридор.

Не все девушки были одеты, а я, призна́юсь, не знала, что делать.

Удар гонга оповестил о начале отбора. Похвалив себя за быстроту, я стояла и ждала распорядителя.

Через несколько минут в коридоре появилась Вея.

― Ты уже готова, это хорошо, ― улыбнулась она. ― Лорд Аарон ждёт тебя.

Мы пошли с ней в северное крыло замка.

― Я вчера доложила господину о вашем прибытии, ― сказала она официально. ― Я распорядительница отбора, поэтому лучше сделать вид, что мы не знакомы.

― Как скажете, ― согласилась я. Мне сейчас нужно удержаться на отборе, а уж до того, с кем я знакома, нет дела.

Вея, постучала в массивную деревянную дверь с причудливой резьбой. Разрешение войти поступило немедленно, и мы оказались в кабинет лорда.

― Лорд Аарон, об этой девушке я вам докладывала вчера, ― Вея стояла, вытянувшись в струну. Я последовала её примеру. Самого лорда я пока не видела.

― Тесса Мóлина, ― донёсся откуда-то сверху приятный мужской голос.

Я сделала книксен и ждала продолжения.

― Почему вы приехали сразу, а не попросили моего письменного разрешения? ― продолжал он допрос, но не говорить же истинные причины, вынудившие меня, отправиться в столь далёкое путешествие.

― Так, отбор же не должность домоправительницы, а она должна уметь принимать самостоятельные решения, ― ответила я. ― Не дёргать же хозяина замка из-за каждого пустяка. Я решила, что раз отбор, открытый и никаких дополнительных условий, нет, то я могу приехать без согласования.

В ответ раздалось только хмыканье, и я так и не поняла, доволен ли он моим ответом.

― Вы можете принять участие в отборе, ― ответил лорд после длительного молчания, во время которого я вся извелась. ― Вея, проводи госпожу Тессу в столовую, а сама возвращайся.

Когда мы вышли, я облегчённо вздохнула. Можно сказать, что первый этап отбора я прошла.

― Тебе повезло, господин не встретился пока ни с одной кандидаткой, ― сказала мне Вея. ― Мне показалось, что ты ему понравилась.

Я лишь вежливо улыбнулась. Мне нет никакого дела, понравилась я ему или нет. Надеюсь, что он ценит кандидаток за их профессиональные качества, а не внешний вид. Иначе нам придётся распрощаться. Мне хватило одного замужества, становиться игрушкой в руках мужчины во второй раз я не собираюсь.

Мы вошли в столовую, больше напоминающую бальный зал. Высокий потолок со стеклянной крышей, как такое возможно в замке? Я залюбовалась ярким голубым небом.

― Девушки, ― Вея хлопнула в ладоши, чтобы привлечь к себе внимание, ― это наша последняя участница Тесса Мóлина.

― Её не было с нами, ― заявила одна из участниц. ― Это нечестно — принимать в последний момент всякую шваль с улицы.

От оскорбления кровь отхлынула от лица, я побледнела. Перевела взгляд с потолка на девиц, собравшихся в зале, я заметила их богатые наряды. Конечно, они считают меня нищенкой.

― Попридержите язык, ― оборвала её Вея, ― а не то ваш отбор закончится уже сегодня, так и не успев начаться.

Девушка вздёрнула носик и, хмыкнув, отвернулась.

― Неуважительное отношение к другим участницам отбора ― это самый быстрый путь домой, ― сурово нахмурив брови, сказала Вея. ― А теперь приступайте к трапезе.

Девушки рассаживались так, как будто для каждой стояла карточка. Присмотревшись, я увидела её: небольшую, украшенную вензелем с драконом, парящим над горами и подписанную изящным почерком.

Вряд ли для меня подготовили карточку, но наверняка Вея позаботилась о моём месте за столом. Я подождала, пока все рассядутся, и направилась к единственному месту без карточки.

За столом оставалось ещё несколько мест, где карточки стояли, а девушек не было. Очень странно.

― Лорд Аарон присоединится к нам? ― Спросила у служанки та самая не в меру дерзкая девица, оскорбившая меня.

― Нет, он не будет принимать пищу вместе с вами, да и вы едите в столовой только во время отбора, ― вежливо намекнула служанка, что мы все такая же прислуга, только выше рангом.

― Это ещё почему? ― взвилась девица.

Я не стала открывать ей глаза на неприглядную правду. Не знаю, на что она надеялась? Судя по её одежде, скорее ей прислуживали, чем она. Тогда непонятно, зачем она приехала. Внимательно вглядывалась я в лицо каждой девушки за столом, пытаясь понять конкурент она мне или нет.

К своему огромному удивления увидела знакомых девиц Полин Мерье и Мари Сезер. Я вежливо кивнула им, когда наши взгляды встретились. Они же отвернулись, не удостоив меня ответом. Поджав губы, чтобы скрыть улыбку от столь детского поведения, я принялась за завтрак.

Кухарка постаралась на славу: хрустящий свежий хлеб, сливочное масло, маринованные перепелиные яйца, яйца пашот, овощной салат, сыр, сырники, творог с сухофруктами, пирожки с мясом, пирожки с джемом, два вида пирожных безе и корзинка из песочного теста, апельсиновый и яблочный соки, кофе, чай.

Я постаралась запомнить, что обычно подают в этом доме на завтрак. Вдруг будет и такое задание. Когда я с наслаждением принялась за пирожок с джемом и кофе, вошла Вея, а за ней те девушки, которые опоздали к завтраку. Они весело рассаживались на свои места, не замечая недовольного взгляда распорядительницы.
― Уважаемые участницы, отбор начался, ― объявила Вея.

Итак, мои любимые читатели пришло время визуалов.

Напоминаю, что после завершения книги все визуалы будут удалены.

Кто не любит красивое, пролистываем, а кто любитель красоты, как и автор, добро пожаловать!

Тесса Неглински, в девичестве Мóлина