Дорогой предубеждений

Ариана

Он вернулся!

Словно на стену, натыкаюсь на его тяжелый взгляд.

Несмотря на то что я привыкла ходить с бесстрастной маской на лице, мне с трудом удается ее сохранить и не дрогнуть.

Рассматривает меня словно неведомую зверушку.

Узнал?!

Я сильно изменилась с нашей последней встречи.

Гнев кипятком жжет сердце, распирая меня изнутри, лишая возможности нормально дышать.

А мне казалось, что я все забыла. Если не простила, то просто пережила.

Но нет. Ничего подобного.

Даже через разделяющее нас пространство ощущаю его взгляд как прикосновение.

Стук сердца отдается в висках, а кровь по венам течет быстрее. Во рту пересохло, и ладони вспотели.

Раньше я на него так не реагировала. Это от ярости и шока?

Я лед. Я холодный океан. Я стужа.

Я больше не та наивная слабая дурочка.

Растянув губы в кривой улыбке, салютую ему бокалом и отпиваю. Нарочито медленно отворачиваюсь и скольжу дальше.

Он пройденный этап. Прошлое, которому не место в моей жизни.

Продолжая держать безразличие на лице, незаметно бросаю взгляд на часы. Еще полчасика, и можно будет сбежать с этой ставшей еще более невыносимой вечеринки. Никогда не любила такие рауты.

В детстве меня прихорашивали, словно живую куклу, и выставляли на всеобщее обозрение на таких вот мероприятиях. Где каждый гость норовил потрепать меня за щеку и просил станцевать или рассказать стишок, словно я обезьянка в цирке.

Господи, как же я это ненавидела.

Думала, вырасту – и ни ногой на такие тусовки. Наивная. Теперь мне приходится бывать на них еще чаще. И я все так же должна изображать из себя непонятно кого, чтобы впечатлить эту публику и обелить собственное имя.

Сборище богатых и избалованных лицемеров, которых ничего, кроме себя любимых, не интересует.

Кричащее розовое платье мачехи мелькает в толпе, заставляя меня вспомнить, зачем я здесь.

За этой наглой и непрошибаемой женщиной нужен глаз да глаз. Она снова взялась за свое, и до меня дошли слухи, что она про меня распускает.

Легко очернить того, кто не появляется в обществе. Пришлось, скрипя зубами, снова выползти из своего кабинета и стойко выдержать лицемерные соболезнования тех, кто не явился на похороны отца. Тогда их отсутствию я была только рада. Не нужно было изображать скорбь и беспокоиться о той дешевой сцене, что разыграла мачеха на скудную публику, в тот момент, когда гроб опускали в могилу.

Отец.

Когда-то я так хотела, чтобы он стал прежним. Мечтала, что он вспомнит, что у него есть дочь, которой нужна его поддержка и любовь.

После смерти мамы он ушел в работу с головой, и я месяцами его не видела, пока он не появился однажды под ручку с Джиной и не сообщил мне «радостную» весть, что у меня теперь есть новая мама.

Забыл спросить, нужна ли она мне.

А после отъезда папули на пороге вслед за матерью появилась и Сидни.

Похоже, в магазине была акция: купи мачеху и получи в подарок ее дочь.

Сидни липким взглядом осмотрела мою комнату в первый день знакомства и, излив свою зависть в истерике, что ее спальня меньше, уползла к себе.

Она никогда не пыталась скрыть своих чувств по отношению ко мне, в лицо выдавая мне, что считает меня избалованной и незаслуженно одаренной все тем, что должно принадлежать ее величеству.

Мачеха на все эти изливания дочери пожимала своим тощими плечиками и корчила непонятную рожицу. Тогда она еще пыталась играть роль хорошей.

Одна попытка рассказать все отцу обернулась для меня тем, что меня обвинили в предвзятости и избалованности.

Знакомые слова.

Разочарование, от которого я не смогла оправиться. Настолько, что даже во время похорон я и слезинки не выдавила по родному, но такому чужому человеку.

Я рыдала, когда умерла мама. Искала помощи и нашла ее у того, от кого меньше всего ожидала. Пока брат с отцом справлялись со своей болью по-своему, забыв обо мне, он был рядом.

А когда и он ушел… Об этом лучше не вспоминать.

Еще до похорон отца мне позвонил адвокат компании и рассказал, что Джина с дочкой надумали лишить меня наследства. Так что на концерт с вырыванием волос над могилой отца я смотрела с тихой ненавистью и желанием помочь ей в облысении.

Попытка подговорить совет и лишить меня поста генерального директора и вовсе подлила масла в огонь. Если до этого я хотела отдать Джине как вдове причитающееся по закону, то теперь я желала, чтобы она ушла ни с чем, точна так же, как и пришла.

Нанятый мной детектив нарыл немало интересных фактов о прошлом моей мачехи и сейчас пытался доказать, что она изменила отцу, пока была замужем за ним.

Взгляд вопреки моей воле все время норовит вернуться к Марку.

Устав сражаться с собой, решаюсь покинуть зал и перевести дыхание.

– Что ты там надумала? – врывается за мной в уборную Джина. – Думаешь, я не знаю, что твой адвокатишка копает под меня? Думаешь, все будет так легко? – брызжет она слюной, держась в стороне.

Через полгода после своего эпического появления в моей жизни она попыталась словесно, а потом и рукоприкладством приструнить меня. Но получив сдачи, больше ко мне не лезла. Ненавидела издалека и все свои гадости делала исподтишка. В основном ябедничая отцу.

Именно то, что он все время поддерживал ее и ни разу не спросил мою версию событий, привело к тому, что мы отдалились окончательно и я уехала учиться за границу. Стажировка и опыт, что я там получила, помогли мне вернуться назад и занять хорошую должность в компании отца, и при этом не зависеть от него.

Сполоснув руки, вытираю их салфеткой, игнорируя истеричную женщину. Если раньше мне казалось, что у нее характер такой, то теперь я знаю причину быстро меняющегося настроения и ее мнимой энергичности. От наркотиков такое бывает.

– Я законная жена твоего отца, и я хочу получить то, что мне причитается, – шипит она. – Дрянь, я вижу тебя насквозь.

Нет. Причитающегося ей мало, поэтому и бесится.

Мачеху я не боялась, так что и ее злость, и ее слова мне были безразличны.

– Не выставляй себя на посмешище, устроив очередную истерику, – отрезаю, окидывая ее холодным взглядом. – Я не в настроении.

– Мерзавка, – шипит она, но я уже покидаю комнату, не желая ее слушать. Слава богу, она меня не преследует.

Да уж, перевела дыхание.

С меня хватит!

Где там этот Кайл?

Свою роль я отыграла. Попрощаюсь – и на выход.

Черт.

Он стоит в компании с Харрисоном и, судя по разносящемуся по комнате хохоту, весело проводит время.

Вот с кем мне сейчас не хочется разговаривать, так это с Марком. Одного его вида мне хватило, чтобы понять, что я ничего не забыла и не простила.

Подхватив бокал шампанского, сворачиваю на террасу. Не вечно же они будут общаться.

Красивый ухоженный сад. Сладкий запах цветов и усыпанное миллиардами звезд небо. Но меня эта красота совершенно не трогает. Я сражаюсь с собственными воспоминаниями.

Волосы на затылке встают дыбом, и по спине табунами маршируют мурашки, оповещая о пристальном взгляде.

Даже не оборачиваясь, я знаю, кто это.

Похоже, разговора с ним мне сегодня не избежать. А так хотелось.

Последний раунд на сегодня.

Я справлюсь. Я сильная.

– С возвращением! – не оборачиваясь, снова приподнимаю бокал, к которому так и не притронулась. – Чем обязана?

Горькая усмешка расползается на моих губах.

Раньше я искала с ним встречи.

Раньше я ждала его затаив дыхание.

Раньше я бежала в его объятия.

Раньше…

Как же я ненавижу это слово. И его.

Ариана

Не отвечает. Специально выжидает.

Тихие шаги за спиной заставляют непроизвольно напрячься.

Дыши, дура, дыши.

Он такой же, как и все.

– Я узнал о смерти твоего отца, – выдает ровным голосом. – Мне жаль.

Гнев новой волной захлестывает изнутри.

– Жаль, что новость о смерти своего лучшего друга ты не услышал, – цежу я холодно.

Он весь подбирается, выдавая, что мои слова достигли цели.

– Я не мог приехать, – всего то.

Ему нечего больше сказать?

– Не стоило и в этот раз утруждаться, – отрезаю, отпивая напиток и морщась. Ненавижу шампанское, да еще и теплое. Но мне все труднее держать лицо и не срываться на крик.

Как он только смеет вести себя так, будто ничего не было?! Будто это не он выкинул меня из своей жизни, словно мусор!

Горечь разливается во рту от старой обиды.

– Надеюсь, ты не ждешь, что я поинтересуюсь, зачем ты вернулся? – усмехаюсь, чтобы скрыть свои настоящие эмоции.

– Не хочешь узнать? – выдает он ровно.

– Нет.

– А ты изменилась, – задумчиво. Можно подумать, он этого не ожидал.

– Учителя были хорошие, – усмехаюсь я.

– Я хочу помочь, – вдруг выдает Марк.

– Не припомню, чтобы просила о помощи, – едва сдерживаюсь.

«Тем более твоей», – заканчиваю мысленно.

– Ариана, – мое имя в его устах окунает меня в воспоминания о том, как он шептал его в мои волосы, заставляя меня плавиться в его руках.

Сволочь ты, Харрисон. Гадкий трусливый подонок.

– Что? – игнорирую бешено бьющееся сердце.

– Разве так встречают старых друзей?

Внутри разливается холод.

Повернувшись к нему, прислоняюсь бедром о гранитные перила и окидываю его медленным взглядом.

Красив. Как ни грустно признавать, он ничуть не подурнел.

Медленно подношу напиток к губам. Продолжая удерживать его взгляд поверх бокала, делаю глоток.

– Ты прав, – облизнув нижнюю губу, привлекаю его внимание к ней. – Но, когда мы с тобой были друзьями? – низким грудным голосом бросаю ему в лицо и допиваю ненавистный напиток. – Хорошего вечера, – оставив пустой бокал на перилах, разворачиваюсь к выходу.

Марк не станет меня удерживать. 

Сейчас он отступит. Разберет наш разговор по буковкам, найдет все скрытые смыслы и подтексты, которые могли проскользнуть.

И когда снова нападет, он будет готов сразить меня наповал.

– Только не говори мне, что ты уже уходишь! – возмущается Кайл, увидев меня. – Все интересное еще впереди.

– Да ей нужен памятник за то, что продержалась так долго, – вставляет Рианна, вставая рядом со мной.

– Ты моя жена и должна поддерживать меня, а не ее, – возмущается Кайл, оттаскивая девушку к себе под бок.

– Вот и не забывай о том, кто для тебя важней, – отрезает довольная женщина.

– Я бы с удовольствием понаблюдала за вашим флиртом еще, но меня от ваших разговоров уже тошнит, так что я пойду, пока окончательно не испортила вам вечер, – вставляю я свои пять копеек, зная, что если они ввяжутся в любовный спор, то мне придется проторчать здесь еще как минимум полчаса.

– Спасибо, что пришла, – целует Риа меня в обе щеки. – Надеюсь, пообедаем вместе.

– Обязательно, – киваю я ей. – А с тобой встретимся завтра на работе, – бросаю Кайлу, который корчит мне напоследок недовольную моську.

Я не собиралась пить, а потому приходится, скрипя зубами, вызвать такси. 

Дорогу до дома провожу словно во сне.

Воспоминания одно за другим стучатся в мою реальность. Отгоняю их, но некоторые все же просачиваются сквозь мою броню.

День, когда моя жизнь разрушилась, словно карточный домик... Самый радостный и самый ужасный момент в моей жизни.

Весть о том, что брат приезжает на выходные вместе с другом, начала летать в доме еще в понедельник, так что к субботе я успела примерить весь гардероб и даже прикупить парочку новых нарядов.

Впервые Арман с кем-то так сдружился, что пригласил его к нам.

Мы с братом, несмотря на разницу в возрасте в пять лет и вечные стычки, были очень дружными, и мне было интересно, с кем он мог найти общий язык.

Его друг оказался абсолютно не похожим на брата. Красивый, умный, вежливый. Брат был сухим и поджарым, Марк же, судя по его мускулатуре, явно был увлечен спортом и усиленно тренировался.

Он не был похож ни на кого из моих знакомых.

Тогда была только симпатия, мне было просто интересно. Марк же не обращал на меня никакого внимания. Еще бы, кому нужна девочка-подросток?

Пару раз мне казалось, что я чувствовала на себе его взгляд, но, когда я, набравшись смелости, косилась на него, он неизменно смотрел в другую сторону.

А на следующее утро в школу позвонили. Мама с Арманом попали в аварию.

Тяжесть того дня снова наваливается, как гранитная плита, норовя похоронить меня под собой.

Стоило только раз его увидеть, и все, что я прятала глубоко внутри, тут же полезло наружу.

Расплатившись, поднимаюсь к себе.

Звонок мобильного.

Незнакомый номер.

– Да, – подношу к уху, нажимая кнопку нужного этажа в лифте.

– Ари, умоляю, – сбрасываю.

Генри. Черт его дери. Только его сегодня мне не хватало для полного счастья.

И этот его номер отправляю в черный список.

Моя неудавшаяся попытка забыться и стать счастливой.

Наверное, мне просто это не суждено.

Не умею я выбирать мужчин.

Один сбежал.

Второй нашел вариант получше.

Если, конечно, Сидни можно так назвать.

Только вот теперь почему-то Генри решил, что любит меня и я просто обязана его выслушать и простить.

Неужели я выгляжу настолько наивной?

Судя по тому, как меня за глаза в офисе называют «Железной королевой», я далека от этого.

После смерти мамы дом отца перестал быть для меня родным гнездом, а после того, как там поселилась Джина, он и вовсе вызывал у меня отвращение. Поэтому, вернувшись на родину, я обосновалась в отдельной квартире. Не большая и не маленькая, достаточная для меня, она стала моей крепостью, моей тихой гаванью, где я могу не врать, кто я и что чувствую.

Раз в месяц ко мне наведывается Гетти и помогает по хозяйству. Правда, за два дня до ее визита одна местная клининговая компания убирается в квартире, чтобы не напрягать слишком сильно мою старую няню. Из-за чего она считает меня чистюлей.

«Я хочу тебе помочь».

Перед глазами встает лицо Марка.

Зачем он вернулся?

Почему именно сейчас?

Что он обо мне знает?

Ариана

Проходит неделя после нашей с Марком встречи.

Как бы я хотела сказать, что совсем о нем забыла, но…

Несмотря на то что я была занята работой, интуитивно продолжала ждать, что он снова появится на горизонте. Не зря же он вернулся.

Но он словно снова исчез. Ни звонка, ни СМС, ни попытки встретиться.

Он явно что-то задумал.

Разочарование оттого, что я не могу предугадать его действия, выливается в бессонницу и плохое настроение.

– Узнаю, кому обязан своими страданиями, – оторву ему голову, – бубнит Кайл, проскальзывая в мой кабинет. – Кто обидел мою королеву?

– Хватит паясничать, – отрезаю я. – Ты разве не должен быть на встрече?

– Бессердечная, я уже вернулся, – бросает он. Обиженная моська на лице здоровенного мужика вызывает у меня усмешку.

– Мне причитается премия за эту улыбку, – тут же радуется Кайл.

– Разве что малюсенькая, – соглашаюсь я. – Итак, подведем итоги твоей встречи с заказчиком.

– Побойся Бога, – ужасается Кайл. – Ты на часы смотрела? Нормальные люди в это время должны быть дома. А я, к твоему сведению, считаю себя одним из них.

– Тогда почему ты в офисе? – выгибаю бровь, продолжая делать поправки в документе.

– Моя женушка попросила вытащить ее единственную подругу из офиса, а ее я боюсь больше, чем тебя, так что поднялась и бегом на выход, – командует он басом, от которого я невольно подскакиваю на месте.

Я познакомилась с Рианной полгода назад в самолете. Поговорила с ней, думая, что больше никогда не увижу, но, к моему удивлению, мы снова столкнулись в кафе. Новый разговор вылился в следующую встречу, и уже через неделю я познакомила ее с Кайлом. Мой зам потерял дар речи, увидев девушку. А через два месяца Риа объявила мне хорошую новость, а еще через месяц мне пришлось изображать подружку невесты на их свадьбе.

Сама я не знала, как относиться к их дружбе и попыткам меня растормошить, но отталкивать мне их обоих не хотелось. Вот и терпела их поведение.

– Ну ладно. Я почти закончила, – бросаю ему, делая очередную поправку.

– Подъем, подъем, – требует Кайл, надвигаясь на меня. Тяжело вздохнув, делаю, как он велит. Все равно настоит на своем, и если я буду артачиться, то он просто вынесет меня на руках. Уж лучше на своих двоих, чем снова так позориться.

– Я отпустил Джека, так что я сам тебя отвезу, – выдает он, когда мы спускаемся на лифте.

– Интересно, куда? – понимаю, что у этой парочки снова на меня какие-то планы.

– Не помнишь? – спрашивает он, зная ответ.

Бросаю на него выжидающий взгляд.

– Ну ты же сама согласилась, когда она пригласила тебя на ужин, – канючит мой зам.

– Не было этого, – отрезаю я, покидая лифт.

«Привет. Я тебе не мешаю?» – голос Рии.

«Я немного занята, у тебя что-то срочное? – отвечаю, кажется, я. – Перепечатай последнюю часть договора. Тут полно ошибок. Вы куда вообще смотрите? Я должна вас всех уволить за некомпетентность», – кажется, это я секретарше своей выговариваю.

«Приедешь к нам на ужин сегодня? Я приготовлю твое любимое жаркое из индейки и сделаю твой любимый торт на десерт?» – тараторит Риа.

«Почему до сих пор на моем столе нет отчета технического отдела?» – продолжаю я возмущаться.

«Так ты согласна?» – не сдается моя неугомонная подруга.

«А, что? Да, да».

Кайл с триумфальной улыбкой выключает запись.

– Подловила, – закатываю я глаза.

– Как видишь, никто тебя за язык не тянул, а потому ты сегодня наш гость, – подхватив меня под ручку, тянет к своей машине.

– Я лишу тебя премии за это, – угрожаю я, садясь на переднее сиденье.

– Непостоянство – твоя отличительная черта, – пожимает он плечами, заняв место водителя и срываясь с места.

– И только? – устало спрашиваю я, снимая туфли и располагаясь поудобнее. – Боюсь, я так устала, что из меня получится плохая собеседница.

– Тебе не нужно ничего говорить, только улыбаться, – усмехается Кайл. – Мы и этому будем рады, – играет он бровями.

– С этим у меня тоже проблемы, – прикрываю я глаза.

Почему я так нервничала все это время? Вернулся Марк или нет, в моей жизни ему нет места, так что все мои мысли и напряжение – пустая трата сил и нервов.

– Я была последнее время несносна, да? – почему-то спрашиваю я.

– Ты всегда несносна, – отрезает Кайл безжалостно.

– Я говорила, что ты сама тактичность? – усмехаюсь.

– Сотню раз, – кивает он.

– Так вот, это наглая ложь, – прикусываю щеку, чтобы не улыбнуться.

– Я правдив, – не соглашается он со смешком, явно не страдая моей проблемой.

За считаные минуты мы доезжаем до дома Спенсеров.

Этот огромный дом Кайл купил после встречи с Рианной, и они вдвоём создали себе в нем любовное гнездышко. Сколько споров и криков я наслушалась, пока они его облагораживали, и не сосчитать. Но каждый раз, когда мне казалось, что это конец, эта парочка умудрялась помириться.

Отгоняю привычную зависть. Они оба заслужили быть счастливыми.

Кайл пришел в компанию сразу после меня и был первым, кого я наняла. Без него я была как без рук и с лихвой это прочувствовала, когда он уехал в медовый месяц. Слава богу, всего на неделю, но мне и этого хватило, чтобы закрутиться в хаосе собственных дел.

– Я так боялась, что он не сможет тебя уговорить, – стоило только переступить порог, как на меня налетает Риа, сжимая в своих объятиях.

– И поэтому ты прислала ему запись нашего разговора? – шепчу я, бросая на нее укоризненный взгляд.

– Это просто напоминание о твоем обещании, – ничуть не стесняется подружка. – Я так редко тебя вижу, – ноет она.

– Ну вот она я, – развожу я руки. – Где там мой «Красный бархат»?

– Все что пожелаешь, – улыбается Риа. – Остальные уже собрались, так что все ждали только тебя.

При этих словах я замираю и разворачиваюсь к ней.

– Не будь букой, – тут же невинно хлопает она ресницами. – Все только свои. Маленькая дружеская компания.

Взяв меня за руку, тянет в столовую.

Переставляю потяжелевшие ноги, уже представляя себе, какой нелегкий вечер меня ожидает.

Вот же черт.

Я заблокирую ее номер, чтобы больше не попадаться на ее удочку.

Слава богу, Генри среди гостей нет.

Кайл дружил с моим экс-женихом, так что я боялась, что и его могли пригласить. Наверное, именно этот факт не позволял мне расслабиться в компании этой парочки, несмотря на все их старания дружить со мной.

– Мы с вами уже виделись, на вечере Кайла, но познакомиться не получилось, – протягивает мне руку молодой блондин со смеющимся глазами, – Никола.

Пожимаю его руку и быстро перевожу взгляд на его спутницу.

– Это моя жена Одри, – знакомит он нас, и я свободно выдыхаю. Слава богу, клеиться не будет.

– Стеф, – представляется девушка с длинными темными волосами.

– А я жених этого очаровательного создания, Дэн, – протягивает руку высокий брюнет.

– Ариана, – киваю я им.

– У вас очень красивое имя, – улыбается Стеф. Я привычно ищу подтекст в ее словах, но она смотрит искренне, что немного обескураживает.

Отвыкла я от счастливых и довольных своей жизнью людей.

– Спасибо. Единственное, что осталось мне от матери, – пожимаю я плечами.

Разговор переходит на другую тему, и я, отпивая лимонада, тихо сижу в сторонке, чувствуя себя не в своей тарелке среди этих людей.

– Ну вот и наш последний гость, – после звонка в дверь сообщает Кайл, убегая. А я бросаю выразительный взгляд на его жену, которая всячески меня игнорирует.

И что это все значит?

Все мои мысли улетают, и ком встает в горле, когда в комнату в сопровождении Кайла заходит Марк.

Какого черта?

Они знакомы?

Ариана

Пока я пыталась прийти в себя и сохранить лицо, Риа решает меня добить.

– Познакомьтесь, это мой неуловимый старший братец, – похлопав Марка по плечу, сообщает она.

Брат?

У него есть сестра?

Еще одно напоминание, что я о нем вообще ничего не знала?

Разве бывают такие вот совпадения?

Нет. Не верю.

Но я точно помню, что сама покупала билет на тот рейс. Никто в офисе не знал, когда я лечу.

В последнее время я стала слишком мнительной.

Ком в горле разрастается, мешая мне дышать.

– А это моя лучшая подруга, – сообщает Риа, подводя Марка ко мне. – Я тебе о ней говорила, она такой же трудоголик, как и ты.

Разве можно так играть?

Слишком невинно она выглядит, переводя заинтересованный взгляд между мной и своим братом.

– Мы с Арианой уже знакомы, – сообщает Марк, протягивая мне свою ладонь. Слава богу, он не стал играть роль незнакомца.

– Правда?! Я же говорила, что они заметят другу друга на вечере, – радостно восклицает Риа, обращаясь к своему улыбающемуся мужу и хлопая в ладоши, как ребенок. Ее искренность и наивность развеивают мои подозрения в том, что все наше знакомство и ее отношение ко мне были игрой.

– Приятно снова с тобой встретиться, – серьезно выдает Марк, поднося мою ладонь к губам. Не успеваю среагировать, как легкий поцелуй обжигает мне кожу.

Едва удерживаюсь, чтобы не выдернуть руку и не отойти подальше.

Наши с ним взгляды пересекаются, выбивая искры. Киваю вместо ответа, боясь выдать свои настоящие чувства.

Да и что тут сказать?

Я восторга от встречи с ним не испытываю от слова «совсем».

Как назло, за столом он оказывается сидящим рядом со мной.

Тут собрались одни парочки, и только мы с Марком одинокие. Нетрудно понять, к чему именно моя влюбленная подруга хочет нас с ее братцем подтолкнуть.

Если бы она только знала...

Будет слишком заметно, что я трусливо сбегаю, если у меня вдруг заболит голова?

– Хорошо выглядишь, – наклонившись ко мне, шепчет Марк.

Сжимаю ладони в кулаки.

Нельзя показывать, как меня волнует его присутствие, но и терпеть глупые формальности я не собираюсь.

– Спасибо, могу то же самое сказать о тебе, – выдаю я, вопреки своим мыслям. Кстати, о них. Куда они все разбежались?!

Пока я раздумываю о том, как незаметно передвинуть свой стул подальше от него, мою кожу ошпаривает его нежное прикосновение. Тело в ответ тут же покрывается мурашками. Реакция, которую невозможно скрыть.

Его усмешка подсказывает, что он сделал это намеренно.

– Тебе холодно? – вопрос, вопреки моим ожиданиям, звучит без издевки.

– Предложишь мне свой пиджак? – окидываю его быстрым взглядом, выгибая бровь. 

– Я могу согреть тебя и по-другому, – резко наклонившись ко мне, обдает он мою щеку дыханием.

Сердце подскакивает к горлу, мысли путаются.

Еще совсем недавно я бы стушевалась и залилась краской, но сейчас я без зазрения совести смеюсь ему в лицо.

Марк сверлит меня удивленным взглядом.

Да, умею я произвести впечатление. Особенно на тех, кто лезет в мое личное пространство.

– Прости, – совершенно неискренне извиняюсь я, – просто не ожидала от тебя такой банальности.

Легкий румянец окрашивает щеки моего оппонента, вызывая во мне странное удовлетворение. А мне нравится его смущение.

– Я рад слышать, что ты вообще от меня что-то ожидала, – отвечает Марк, к моей радости отодвигаясь от меня и откидываясь на спинку стула.

Игнорирую его слова. Беру вилку и, пододвинув к себе тарелку, заставляю себя приступить к ужину. Жаркое на вкус как кусок картона, но я усиленно делаю вид, что мне все нравится. Увлеченно слушаю разговор, проходящий за столом, хоть и не понимаю ни слова. Я даже умудряюсь что-то отвечать и посмеяться над шуткой, которую рассказывает Кайл.

С каждой секундой напряжение между мной и Марком становится все более ощутимым. От пристального взгляда, которым он меня все это время сверлит, мне становится не по себе.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – долетает до меня его шепот. – У тебя щеки покраснели.

Какого черта он снова так близко ко мне склонился?!

Подняв взгляд, попадаю в ловушку его глаз.

– Просто превосходно, – отвечаю сухо, поднимаясь.

Не могу больше притворяться.

Я не готова с ним сейчас состязаться. И мне плевать, что Марк кривит губы в усмешке, прекрасно понимая, что я сбегаю. Это всего лишь стратегическое отступление. Снова.

Освежившись в ванной и вызвав такси, нахожу Рианну на кухне.

– Ну как он тебе? – спрашивает она, оглядываясь на меня через плечо. – С тобой все хорошо?

– Я в порядке, устала просто, – пожимаю плечами, старательно делая вид, что я счастлива. – Спасибо за вечер, но уже поздно, а мне завтра рано вставать.

– Можешь остаться у нас, – предлагает она тут же, с надеждой.

– Спасибо, но я лучше домой, – не соглашаюсь, отвечая на ее объятия.

– Тогда Кайл тебя отвезет, – тут же вставляет Риа. – Я буду переживать, что отпустила тебя в таком состоянии.

– Со мной все хорошо. Я уже большая девочка, – улыбаюсь я, – так что не нужно гонять мужа туда-сюда.

– Не обсуждается, – отрезает Риа. – Либо он, либо я, – упрямо вздергивает она подбородок. Когда она в таком настроении, спорить бесполезно, но и я не лыком шита.

– Я видела, как вы оба пили за ужином, так что да, ты права, не обсуждается, – парирую я, усмехаясь.

– Туше, – подмигивает Риа, отпивая из своего бокала.

Я уже мысленно дома и еще успею доработать договор, от которого меня отодрал Кайл.

– Я могу подбросить тебя, – раздается за моей спиной голос Марка.

– Нет, – возражение вырывается раньше, чем я успеваю подумать.

Бросив на меня удивленный взгляд, подруга тут же оттаскивает меня в сторону.

– Он тебя обидел? – сканирует она меня своим «я вижу больше, чем надо» взглядом.

– Нет, конечно, – пытаюсь я исправить свою оплошность, пока Риа переводит взгляд между Марком и мной. – Просто не хочу никого напрягать, – обреченно закачиваю я. Мои слова ее не убедили и завтра, это в лучшем случае, меня ждёт допрос с пристрастием.

– Мне по пути, – встревает Марк, явно не собираясь никуда исчезать.

Чтоб его!..

Обреченно вздохнув, прощаюсь с новыми знакомыми и, словно на казнь, следую за Харрисоном.

– Из-за тебя сестра теперь думает, что я какой-то монстр, посмевший обидеть ее подругу, – спокойным тоном обвиняет меня Марк, как только мы садимся в его машину.

– Тогда тебе следует быть милым и не злить меня, – бросаю я сухо, пристегиваясь, – ведь от твоего поведения зависит, что именно я скажу ей на завтрашнем допросе. Твоя сестра – милое создание, пока думает, что все знает.

– А сегодня она поняла, что это не так? – усмехается Марк. – Если честно, я был впечатлен тем, как ловко ты смогла выиграть пикировку с ней, уважительно тянет он, выезжая на дорогу. – На моей памяти это не удавалось никому.

Сжимаю зубы, чтобы ненароком не ляпнуть ничего лишнего.

Пустая болтовня напомнила мне дни, когда мы так же перебрасывались, казалось бы, ничего не значащими фразами.

Почему эта дурацкая дорога никак не закончится?

А кстати, куда он меня везет?

Я ведь не назвала ему своего адреса.

Ариана

Марк молча следит за дорогой, а я – за ним.

Не скажу, что от вставшей между нами тишины мне стало легче дышать, наоборот, все мои чувства обострились до предела.

Шуршание шин, урчание мотора, запах кожаного салона, смешанного с ароматом самого мужчины, – все заставляет меня затаить дыхание от напряжения. Капелька пота, щекоча, сползает по моей спине. Еще чуть-чуть, и меня точно хватит удар.

Я, кажется, слышу, как сильно бьется его сердце, или это мое?

Дыши.

Он такой же, как все.

Бросил, когда был нужен. Сколько раз я тогда ему звонила, писала, даже приехала к нему в офис. А он что? Даже не соизволил в лицо мне сказать, что просто…

Сглатываю. Главное – не думать сейчас об этом, не то сорвусь.

Не знаю, зачем он появился и что ему нужно, но он исчезнет, как только получит желаемое. Так же, как в прошлый раз.

– Куда мы едем? – откашлявшись, решаюсь я все-таки поинтересоваться.

– Ко мне, – выдает он спокойно, бросая на меня косой взгляд.

– Зачем? – выдерживаю ровный тон.

Я стужа. Я холод.

– Нам с тобой нужно поговорить, – голос Марка звучит тихо, отчего мне все больше хочется на него наорать.

Протянув руку, вбиваю на экране его навигатора свой домашний адрес.

– Нам нечего с тобой обсуждать, но, так уж и быть, я тебя послушаю. У тебя есть время до тех пор, пока мы не доедем до моего дома, – отрезаю я. – В противном случае я сойду прямо здесь.

Марк снова бросает на меня косой взгляд.

– Ты меня боишься? – спрашивает он так, что мне хочется возразить.

– С чего бы? – вскидываю в удивлении брови.

– С того, что ты так рьяно избегаешь оставаться со мной наедине.

– Тебе не кажется, что твои слова звучат глупо, учитывая, что мы едем одни в машине? – усмехаюсь я. – О чем ты хочешь поговорить?

– Вот так, значит? Будешь вести себя как капризный ребенок? – бьет он в самое сердце.

Сжимаю зубы.

Вот же негодяй.

– Тебе следует посмотреть в зеркало и подумать над собственным поведением, прежде чем обвинять меня в подобном, – цежу я сквозь зубы. – У меня был напряженный день, потом пришлось сидеть на вечере, чтобы не обидеть друзей, – перечисляю я, взяв себя в руки. – Уже поздно, а у меня еще полно работы. И утром мне рано вставать, – заканчиваю я.

Какого черта я тут перед ним оправдываюсь. Смог все-таки, сволочь, пробить мою стену.

– Извини, – вот уж чего я от него не ожидала.

– Просто отвези меня домой и давай расстанемся уже. Навсегда.

Марк выруливает на стоянку перед незнакомым мне зданием.

– Ты по мне действительно ни капельки не скучала? – спрашивает он, развернувшись ко мне.

– А должна была? – вскидываю я брови.

– Я по тебе безумно тосковал, – выдает он, проникновенно заглядывая в мои глаза. Лжец.

– Я была занята, – холодно цежу в ответ.

Сейчас побегу признаваться, что ночами из-за тебя плохо спала.

– Позволь мне угостить тебя чашкой кофе, – предлагает Марк, покидая салон машины.

Вот же проныра. Показывает мне, что ответ «нет» он не примет.

Ну что ж, хочешь поиграть – давай. Посмотрим, кто из нас двоих сдастся первым.

Игнорирую его протянутую руку и выхожу.

Встав рядом с ним, молча ожидаю его дальнейших действий.

– Я живу на последнем этаже, – говорит Марк, указывая на здание, притаившееся в свете фонарей.

Ничего другого я от него и не ждала.

– Не удивлена, – киваю, следуя за ним.

Он был прав. Я безумно боюсь оставаться с ним наедине, но лучше язык себе откушу, чем признаюсь в этом. Его квартира похожа на него. Такая же пустая и неуютная. Минимум мебели и декора.

– Нравится? – он заставляет меня оглянуться.

– А должно? – вскидываю брови. – Я не покупать ее пришла. Говори, что хотел.

– Вначале я налью тебе кофе, – непроницаемо гнет он свое. – А может, чаю? Или чего покрепче? – предлагает он. – Я еще не совсем обжился, конечно, но выпить у меня найдется.

Так вот, значит, почему это место выглядит таким необжитым.

– Я бы хотела просто услышать…

– Ари, просто расслабься и позволь тебя угостить, – перебивает он меня.

Ага. Я уже расслаблялась рядом с тобой, потом же себя по кусочкам собирала.

– Просто воду, – бросаю, проходя и садясь в кресло, хотя диван был ближе. Марк, судя по тому, как скривились его губы, понял, что я не хочу, чтобы он сел рядом.

Панорама ночного города прекрасна, но все мои мысли о том, кто гремит посудой на кухне. Марк никогда не мог быть тихим.

– Держи, – ставит он передо мной на столик стакан и садится напротив. Медленно отпивает из своего, разглядывая меня поверх кромки.

– У меня нет времени и сил на твои игры, Марк, – откидываюсь на спинку, только чтобы быть еще чуть дальше от него. – Что такое важное ты хотел обсудить?

Марк молча поднимается и приносит мне папку с документами. Скрыв свое удивление, забираю ее и, открыв, натыкаюсь на сводки продаж акций моей компании. Чем больше рассматриваю, тем больше теряю самообладание. Все последние события моей жизни начинают приобретать смысл. И саботаж в компании, и распускаемые Джиной слухи, и даже то, что у фирмы из ниоткуда вдруг появились долги. Ловко манипулирующая диверсия, чтобы снизить цены на акции и скупить их.

Неужели Марк сговорился с Джиной, чтобы оставить меня ни с чем? Зачем? За что?

Сжимаю кулаки.

– Прежде чем ты надумаешь лишнего… это не я, – пробивается в мое онемевшее сознание голос Марка. – Точнее, я тоже. К тому моменту, когда мои аналитики донесли о происходящем, было уже поздно. Я успел перехватить только малую часть акций.

– То есть у тебя тоже есть мои акции? – ловлю я суть.

– Да, – кивает он.

– У кого остальные?

– У твоей мачехи, – не удивляет Марк.

– Она может брыкаться, сколько ей вздумается основной пакет останется у меня, – злюсь я.

– Если она сможет оспорить в суде право наследования, компания будет у нее в руках, – напоминает Марк.

Не могу усидеть на месте. Подхожу к окну, за которым под ногами шумит ночной город.

– Она не сможет выиграть, – успокаиваю я себя.

– Твой детектив ничего на нее не нарыл и не нароет, – удивляет Марк своей осведомленностью.

– Почему ты в этом так уверен? – спрашиваю я, разворачиваясь к нему.

– Ты недооценила ее и позволила скупить акции, не повторяй эту ошибку еще раз, – словно наотмашь бьет Марк, поднимаясь и делая шаг ко мне. Комната вдруг сжимается до крошечных размеров, дышать становится тяжелее.

– Она не одна, – понимаю я. – Но кто?

– Этого я пока не выяснил, – встав рядом, он окидывает взглядом пейзаж за окном, – но скоро узнаю. Каким образом разделены акции?

– По десять процентов на каждого члена семьи, остальное у инвесторов.

– Доли родителей и брата перешли к тебе? – спрашивает Марк, продолжая смотреть в окно.

– Да, и бабушкины пять процентов тоже, – киваю я. – Как ты уже знаешь, эта женщина оспаривает долю отца.

– Если она ее получит, то ты потеряешь компанию, – сухо констатирует он факт.

– Этого не будет, – неуверенно.

– Она выставит тебя в суде неуравновешенной и неспособной отвечать за свои действия, – продолжает Марк, а у меня волосы на затылке встают дыбом. Не может быть.

– Откуда тебе это известно?

– Ее адвокат наведался в клинику, где ты лежала после смерти Армана, чтобы получить твою медицинскую карту, – добивает он меня.

– Но как ты?.. – отшатываюсь.

– Главное не это, – перебивает он меня. – Что тогда случилось такого, что отец запер тебя в таком месте?

Он знает.

От его слов воспоминания налетают словно смерч, заставляя желать свернуться от боли.

– Не стесняйся, можешь называть все своими именами, – выпаливаю я, едва дыша. – Мой родной отец запер меня в психушке, – цежу я сквозь зубы. – Он обвинял меня в смерти брата.

Из меня словно весь воздух выкачали.

Силы кончились.

Теперь и Марк знает правду.

Ариана

Доковыляв до кресла, опускаюсь в него. Не могу поднять взгляд на Марка. Боюсь увидеть ужас в его глазах, или презрение, или жалость.

Господи, как же мне хочется, чтобы всего этого не было и я оказалась у себя дома.

Знала ведь, что Марк перевернет мою жизнь с ног на голову. Правда, не думала, что именно таким образом.

Он всего лишь открыл мне глаза, указав, что я не настолько умна, как думала. Но я знаю Джину, сама бы она такое не провернула. Но кто ей помогает и зачем?

– С чего ему думать, что ты могла убить Армана? – подходя ближе, напоминает Марк о том, о чем я думать не хочу. – Это был несчастный случай. Он выпил и упал.

Интересно? Мне вот тоже.

Мой самый великий страх. Ужас, преследующий меня по ночам и заставляющий с криками просыпаться в холодном поту. 

– Там были только я и он, – шепчу я, едва шевеля онемевшими губами. Говорю то, что так долго впихивали в меня доктора. До сих пор не могу поверить, что это могла быть я. Никогда.

– И? Это разве что-то доказывает? – допытывается Марк, неосознанно наступая на мою больную мозоль.

Я тоже себе это говорила, и не раз, но сомнения, словно червь, грызущий меня изнутри, не дают покоя.

– Перед смертью Армана мы с ним много ссорились, – устало выдаю я. – Я часто ему угрожала.

Желание расплакаться становится все сильней.

– И что? – отрезает Марк.

– Я ничего не помню, – качаю я головой. – Ничего, что касается того вечера. Он вернулся домой, снова пьяный. Я разозлилась. Оттащила его в спальню, и все. Остальное в темноте.

– И ты сразу с чего-то решила, что убила собственного брата? – злится Марк. – Или это кто-то помог тебе так подумать? Кто был тогда рядом с тобой? Хотя можешь не говорить, все равно я все выясню. Я знаю, что ты не виновата.

Его слова бьют в самое сердце.

Никто мне не верил. Никто.

И вот, спустя столько времени, его слова жалят, выбивая из меня слезы. Часто моргаю, чтобы не пролить их и не показать свою слабость. Вопреки моей воле, его вера в меня согревает изнутри. Злюсь на себя.

– Какое тебе дело, виновата я или нет? – вскидываю голову, встречаясь с ним взглядом, – Что тебе с моего брата, краха моей компании и вообще моей жизни? Я сама решу свои проблемы, – заканчиваю я, прикрывая глаза, не в силах больше смотреть на него. Резко поднимаюсь.

– И как ты думаешь спасти свою компанию? – вопрос, на который я не нахожу ответа.

– Я не знаю, – признаюсь. – Пока не знаю. Мне нужно подумать.

– У тебя практически не осталось времени, – напирает Марк. – Сегодня-завтра они подчистят хвосты, и ты не сможешь доказать, что они незаконно скупали акции. На суде они тебя распнут. И ты это знаешь.

Он прав. Черт возьми, как ни горько это признавать, но все будет именно так, как он сказал. Мой нервный срыв после обвинений в смерти брата, брошенных мне отцом в лицо, сыграет им на руку.

Я в ловушке.

– Об этом знали только близкие и Джина с дочкой. В прессе об этом ничего не было. Может, удастся доказать нелегальность получения моей медицинской карты? Тогда, возможно, у меня будет маленький шанс.

– Они вызовут твоего врача, и он под присягой выложит все, что им нужно, и даже больше, если он получил от них хорошую плату, – рушит мои надежды Марк. — Все это вилами по воде.

– Я обсужу это с моим адвокатом, – не сдаюсь я. – И с дядей. Если это все, что ты хотел сказать…

– Я могу тебе помочь, – перебивает он, заглядывая мне в глаза. – Тебе не придется беспокоиться о суде, компания останется всецело твоей. Вдова твоего отца больше никогда не сможет претендовать ни на что, что принадлежит тебе.

– Слишком хорошо, чтобы быть правдой, – сомневаюсь я. – Как ты это сделаешь? И главное, что потребуешь взамен?

–Я стану твоим компаньоном и твоим законным мужем.

Кажется, я ослышалась.

Марк смотрит вполне серьезно. Кажется, даже немного нервничает.

Смех вырывается раньше, чем я сознаю, что делаю.

– Очень смешно, – утирая слезы, хлопаю ему. – Спасибо, ты поднял мне настроение.

– Я не шучу, – отрезает Марк, делая шаг ко мне. – Акции, что принадлежат мне, станут моим свадебным подарком тебе. Выиграют они суд или нет, ты все равно останешься владелицей компании. Но я клянусь, что суд будет в твою пользу, – садится он напротив. – Сама подумай.

Я и думаю. Хочу или нет, но в голове уже прокручиваются все сценарии событий, которые могут произойти, если я и вправду выйду за него замуж. Имея в тылу такого защитника, я была бы как у Христа за пазухой, но… вот так легко все отбросить, забыть и стать его женой?

Слишком хорошо, слишком просто.

Чему меня жизнь научила, так это тому, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

– Зачем тебе это? – впившись в него взглядом, спрашиваю я.

– Если я скажу, что хочу помочь тебе, не поверишь? – горько усмехается он.

– Не поверю, – отрицательно качаю я головой.

– А если скажу, что хочу получить твое прощение? – внимательно следя за мной, задает он глупый вопрос.

– Тебе не нужно мое прощение, – не соглашаюсь я.

– Думаешь, я настолько черствый? – как-то обиженно выдает Марк, подавшись вперед. – Я хочу, чтобы ты меня простила, – облокотившись на свои колени, настаивает он.

Больно.

Сколько раз я себе представляла эту сцену. Каждый день, на протяжении многих лет.

Господи, как же хочется врезать по его холеному лицу, да так, чтобы красный след от моей ладони еще долго с него не сходил. Сжимаю зубы.

– Мою выгоду ты мне расписал вполне живописно, – киваю я, игнорируя его слова. Поднимаюсь, не в силах усидеть. Марк следует за мной.

– Снова спрошу, – сглатываю. – От твоей честности будет зависеть мой ответ, – предупреждаю я. – Что ты получишь от нашей сделки?

– Тебя.

Сердце подпрыгивает к горлу, дыхание перехватывает, и в голове шумит от ярости.

С мстительным удовлетворением наблюдаю за тем, как на его щеке расползается след от пощечины. Он все-таки довел меня.

– Никогда, – отрезаю холодно.

В пылу гнева не успеваю среагировать на жесткие объятия Марка.

Задыхаюсь от его близости, от его такого знакомого запаха.

– Пусти, – требую, не делая попыток выбраться.

– Я не буду тебе врать, – шепчет он настойчиво. – Я хочу от тебя всего, но готов довольствоваться и тем, что ты мне дашь. Просто позволь быть рядом. Помочь. Если потом захочешь прогнать, так тому и быть.

Последние его слова привлекают мое внимание.

Использовать его? Отплатить той же монетой?

Не этого ли я когда-то хотела?

Марк немного отступает, и я, воспользовавшись возможностью, высвобождаюсь из его рук. Недовольство скользит в его взгляде, но мне все равно.

– Если я и соглашусь на этот брак, он будет только на бумаге, – цежу я сквозь зубы. – Никаких иллюзий по этому поводу.

– Согласен, – кивает Марк.

Почему у меня такое чувство, что только что он затянул на моей шее невидимую петлю?

И самое противное, что я ему это позволила.

Ариана

Будто чувствуя, что я на грани и вот-вот отступлю, Марк больше не касается этой темы.

– Ты уверена, что хочешь вернуться сегодня домой? – спрашивает он, не приближаясь ко мне. Чувствую, как его взгляд скользит по моей коже, так, будто он меня касается.

– У меня есть варианты? – продолжаю стоять к нему спиной. Ночной город под ногами кажется таким чужим и безликим.

– Ты можешь остаться у меня, – от его слов я резко разворачиваюсь к нему. Он что, серьезно?

– Слишком широко шагаешь, – отрезаю я, проходя мимо него к выходу.

– Я просто предложил, – прилетает мне в спину. Марк не отстаёт от меня ни на шаг. Едва успеваю подойти к машине, как он уже открывает мне дверь. Все так же игнорируя его протянутую ладонь, опускаюсь в кресло и пристегиваюсь.

Пока он выруливает на дорогу, я воюю с собственными чувствами.

Задыхаюсь от его запаха, который лезет мне под кожу, застревает у меня в горле и слезит глаза. Он отрава, от которой, как я думала, я вылечилась.

Я много чего думала. Как оказалось, напрасно.

Почему?

Устала задавать себе этот вопрос.

Мучиться и переживать, что со мной что-то не так.

– О чем задумалась? – голос Марка наждаком проходится по нервам, напрягая.

– Ни о чем, – отворачиваюсь к окну.

– Так не бывает, – усмехается Марк.

– О чем ты задумался? – адресую ему этот же вопрос.

– О тебе, – тут же отвечает он.

Меня напрягает такой Марк.

Зачем эта якобы честность? Хочет меня смутить?

– И что же ты обо мне думаешь? – понижаю я голос, не выдавая своей заинтересованности.

– Много чего, – увиливает он. – В первую очередь хочу знать, что сейчас творится в твоей голове.

– Боишься, что не соглашусь? – не скрываю своей иронии.

– Боюсь, – напряжённо.

Прикрываю глаза. Раньше я ему верила, и сейчас отголоски того доверия бьют меня наотмашь.

– Не пригласишь? – спрашивает Марк, остановившись перед моим домом.

– Здесь у тебя нет вариантов, – киваю я и, не дожидаясь, когда он откроет мне дверь, выхожу.

Не оборачиваясь, скрываюсь в холле здания. Только в лифте выдыхаю свободно.

Квартира мне кажется пустой и холодной.

Чашка кофе, и я принимаюсь за работу.

Перечитывая в четвертый раз договор, понимаю, что все это бесполезно. Я не могу отбросить его слова в сторону и притвориться, что нашего разговора не было.

Марк заставил меня окунуться в прошлое. Вспомнить собственные сомнения.

Я бежала от себя самой все это время, боясь оглянуться. И сейчас я чувствую, что он станет проблемой. Большой. Нет. Огромной проблемой. Которая, как лавина, накроет меня с головой.

Рассвет окрасил небо над зданиями в розовый цвет, а я так и не сомкнула глаз этой ночью.

Прикончив очередную чашку кофе, я приняла решение, которое изменит мою жизнь, а может быть, и меня.

Поглядев на телефон, откладываю разговор с Марком.

Возможно, я смогу найти выход и все-таки передумать.

Новый день в офисе. Привычно, и все же по-другому.

– Доброе утро, – за мной в кабинет влетает радостный Кайл. – Ты как? – тормозит он, увидев мое лицо.

– А что, не видно? – приподнимаю брови, садясь за стол.

– Зная тебя, рассчитывать на то, что ты оттянулась в клубе, не приходится, – закатывает он глаза, падая напротив. – Работала до утра, – выносит он вердикт.

– Кто-то же должен, – бросаю я камешек в его огород.

– Жду не дождусь, когда и тебя найдет стрела Амура, – усмехается Кайл. Лицо Марка всплывает перед глазами. Неожиданно.

– И не мечтай об этом, – отрезаю я, злясь на себя за слабость. – Ты по делу или языком почесать?

– К сожалению, по делу, – грустно выдыхает Кайл, кладя передо мной папку.

Очередной саботаж налицо.

Черт, мои враги не спят. После разговора с Марком такие вот случайные, казалось бы, несчастные случаи уже видятся совсем под другим углом.

Все это направлено на то, чтобы подорвать мой авторитет и подготовить себе место как спасителя.

– Вызови аудитора, – ошарашиваю я Кайла. – Того, с кем мы до этого не работали. Самого лучшего.

– Ты уверена? – бросает он взгляд на документы, которые сам же принес. – Думаешь, все настолько серьезно?

– Серьезнее некуда, – киваю, откидываясь на спинку кресла. – Дай ему полный доступ. Пусть проверит все отделы компании и отчитается только передо мной. Думаю, на все про все пяти дней хватит.

– Не слишком мало?

– Слишком много, – не соглашаюсь я. – И не распространяйся об этом.

– Обижаешь, – усмехается он, отвечая на звонок мобильного.

Не успел Кайл покинуть мой кабинет, как мне позвонил дядя.

Когда на похоронах отца ко мне подошел представительный мужчина с едва тронувшей его виски сединой, я и предположить не могла, что мы с ним родственники.

Мама никогда не упоминала о своем брате. Отец тем более. Кажется, даже Арман о нем ничего не знал, иначе брат намекнул бы и мне.

Все оказалось до жути банально. Младший сын богатой семьи влюбился в бедную девушку, которую посчитали ему неровней. От него отказались, как от паршивой овцы. Любовь не сложилась, но он не смог вернуться, гордость не позволила. О чем Филип впоследствии пожалел, но сделанного не воротишь. Мы с ним понемногу знакомились и привыкали друг к другу.

– Доброе утро, – здороваюсь я. – Ты уже вернулся?

– Нетерпеливость у тебя явно от моей сестры, – бархатистый голос дяди, да и он сам напоминают мне отца, каким тот был до того, как погибла мама. – И тебе доброе утро. Еще вчера вечером прилетел. Не хотел отвлекать тебя от работы.

– Встретимся за обедом? – предлагаю я. – Если ты, конечно, не занят.

– Для тебя я всегда свободен, – усмехается он. – У тебя странный голос. Что-то случилось?

Вот как ему удается так быстро меня раскусить? Он уже не в первый раз умудряется легко определить мое настроение.

– Ничего такого. Обычный день на работе, – отмахиваюсь я.

– Смотри, если нужна помощь, мы ведь не чужие с тобой люди, – напоминает он. – Кто, если не я, будет с тобой рядом? Я обижусь, если ты будешь от меня что-то скрывать.

– Да ничего такого, – не вдаюсь я в подробности. – Ничего, с чем я не смогла бы справиться.

Что-то внутри меня против того, чтобы делиться с ним проблемами. И, наверное, это правильно. Все-таки мы еще не настолько близки.

«А с Марком, значит, настолько?»

Подавив внутренний голос, прощаюсь с дядей и окунаюсь в рабочую рутину.

Марк живет на границе моего сознания, словно туча на горизонте, о приближении которой я знаю, но ничего не могу с этим поделать.

Находясь на постоянном созвоне с Кайлом из-за последнего контракта, не глядя поднимаю трубку, когда телефон вибрирует на столе.

– Да, – произношу, перечитывая письмо от детектива.

– Это твой ответ? – голос Марка выбивает все мысли из головы.

И что мне ему ответить?

Ариана

– Я жду тебя внизу, – бросает Марк, отключаясь.

Меня коробит его уверенность в том, что я его не пошлю.

И ведь не пошлю же. Черт.

Резко поднявшись, наяриваю круги по кабинету.

Сколько ни думала, но найти решение, как спасти компанию без помощи Марка, так и не смогла.

Я упорно отгоняла от себя мысль, что просто хочу пойти по легкому пути.

Спускаюсь вниз.

Марк и вправду ждет, прислонившись к капоту своей машины. Завидев меня, открывает дверь нараспашку. Спасибо, хоть не улыбается.

Быстро сажусь и позволяю ему увезти себя черт знает куда.

У меня глазные мышцы сводит от усилий, которые я прикладываю, чтобы не смотреть на него.

Снова его квартира.

– Ты так ничего и не скажешь? – спрашивает Марк, как только я переступаю порог.

– Я думала, это ты собираешься мне что-то сказать, раз вытащил меня из офиса посреди рабочего дня, – парирую я, складывая руки на груди.

– Я хотел узнать, что ты решила, – интересуется он, игнорируя мою вспышку гнева.

– Ты знаешь, что у меня нет выбора и я соглашусь. Но этот брак будет только на бумаге, только для других мы будем настоящей парой. Можем жить у меня. К моему офису ближе, да и комнат у меня много, так что я смогу выделить тебе спальню. В жизнь друг друга лезть не будем. Живи как хочешь, главное, чтобы это не стало достоянием общественности. Составим брачный договор с передачей прав на акции. У меня будет еще несколько пунктов по мелочам. Конечно, ты тоже можешь добавить свои условия.

Не успеваю закончить, как Марк оказывается рядом со мной.

– Ты, кажется, много об этом думала, – шепчет он яростно мне в лицо.

– Ночь не спала, – признаюсь я, ничуть не пугаясь.

Его ладонь вдруг оказывается у меня на затылке, а дыхание касается моей кожи, вызывая толпы мурашек по моему телу.

– Я озвучил тебе все, что хочу получить от этого брака, – шепчет он почти нежно. – Тебя.

– А я ответила, – выдавливаю я в ответ. – Никогда.

Едва последняя буква срывается с моего языка, как Марк касается моей щеки своим носом. Словно оголенный провод приложил. Дергаюсь, но куда там, держит крепко.

Заглядывает в глаза, прежде чем припасть губами к моей скуле.

Ноги тут же слабеют. Хватаюсь за его предплечья, чтобы просто не растечься перед ним лужицей.

Крепкая рука обвивает мою талию, прижимая меня к нему еще ближе. Запрокидываю голову, чтобы послать его, но захлебываюсь словами, когда вижу страсть в его глазах.

Именно так он смотрел на меня в прошлом.

Мое сердце привычно отзывается на него бешеным ритмом, превращая мою кровь в лаву.

Марк касается губами уголка моих, и я прикрываю глаза, вопреки своей воле желая большего.

«Он меня предал».

Поцелуй.

Я словно вернулась в прошлое. Тот же трепет первой любви. То же волнение. То же смущение. И та же жажда.

Резко отталкиваю его от себя.

Никогда.

Тяжело дыша, пялимся друг на друга.

– Я согласен на твои условия, – вдруг удивляет меня Марк.

– Вот и отлично, – взяв себя в руки, киваю я. – Я пришлю тебе договор. А теперь отвези меня обратно.

– Свадьба состоится завтра, – ошарашивает в ответ Марк.

– Нет. Никто не поверит в то, что этот брак реален, если он состоится на следующий день после нашего знакомства, – объясняю я.

– Мы были знакомы давно, а сейчас, спустя столько лет, наши чувства вспыхнули с новой силой, – выдает он свою версию. – Мы больше не хотим терять ни минуты.

Как мягко стелет. И не подкопаешься ведь.

– В конце этой недели, – предлагаю я. – Мы будем видеться, и слух о нас расползется, и не будет ничего в том, что мы решили пожениться.

– Завтра, – чеканит Марк. – И никакие играющие в пользу наших врагов слухи нам не нужны.

Это его «наших врагов» цепляется за ухо, вызывая тепло.

– Хорошо, – киваю я. – Как ты себе это представляешь? Нужно столько всего сделать, приготовить для свадьбы. Или ты предлагаешь просто расписаться?

– Об этом не беспокойся, – спокойно, я бы даже сказала – удовлетворенно. – Тебе нужно только выбрать свадебное платье, об остальном я позабочусь.

– Ты… Хотя чего я парюсь, – сержусь я сама на себя. – Твое решение – вот ты и мучься. А теперь отвези меня обратно, – бросаю взгляд на часы. – Из-за тебя я опаздываю на встречу с дядей.

– Каким еще дядей? – жестко.

Чего это он?

– С таким вот, родным братом моей матери, тебе-то что? – осознав, что отчитываюсь, взрываюсь я. Обогнув Харрисона, иду к выходу.

Решил, что имеет право меня допрашивать?!

Я слишком бурно реагирую, нужно успокоиться.

Но, господи, как тут успокоиться, когда он продолжает на меня подозрительно поглядывать.

– На дорогу смотри, – требую я, снова начиная злиться. – Я хочу доехать живой и невредимой.

– Кто он? Откуда появился? Я не помню, чтобы Арман рассказывал, что у твоей матери есть брат, – требует Марк. – И на ее похоронах я его не видел.

– Это не твое дело, – отрезаю я, игнорируя собственные мысли на этот счет. Несмотря на то что Филип объяснил свое отсутствие тем, что был далеко и поздно узнал, я все же не могла отмахнуться от странного чувства неправильности его слов. – Он мой единственный родственник, это все, что тебе следует знать.

Недовольно поджав губы, Харрисон, паркуется на парковке прямо перед зданием моего офиса. Снова не дожидаясь его знаков внимания, вылетаю из машины, так, словно за мной гонятся тысячи чертей. Хотя мне и одного Марка хватает с лихвой.

Умеет он вывести меня из себя. Всего несколькими словами умудряется просто взбесить. Вся моя хваленая выдержка и безупречная маска разлетаются на мелкие куски, словно стекло, брошенное с высоты.

Зайдя в ресторан на первом этаже, нахожу взглядом дядю. Выдохнув и взяв себя в руки, медленно шагаю к нему.

– Привет. Я смотрю, поездка пошла тебе на пользу, – улыбаюсь я. – Легкий загар тебе к лицу.

– Опаздываешь, – мягко журит он меня, улыбаясь. – Тебе бы тоже стоило отдохнуть.

— Вот и я говорю ей то же самое, – восклицание Харрисона за спиной заставляет обернуться. – Пришел познакомиться с единственным родственником моей невесты, – улыбаясь, протягивает он руку Филипу, который удивленно переводит взгляд от Марка ко мне.

Желание украсить щеку Харрисона еще одним отпечатком своей ладони становится почти непреодолимым.

Ариана

– Вы, кажется, не очень рады встрече со мной, – продолжает Марк, встав напротив моего родственника.

– Я просто впервые о вас слышу и немного удивлен, – парирует дядя и, бросив на меня недовольный взгляд, протягивает руку Харрисону.

– Я о вас тоже узнал только что, – выдает Марк, садясь и приглашающе махая Филипу на стул напротив. Что он себе позволяет? – Обсуждали, кто кого позовет на завтрашнюю свадьбу, и тут представьте мое удивление, – усмехается Марк, специально пытаясь его задеть, – когда я узнаю, что у ее матери есть брат. Очень интересный факт. Тем более что я вас на похоронах Патриции не заметил. Так же, как и на похоронах Армана и Грегора.

– Разговаривать с вами в таком ключе я не собираюсь, – отрезает холодно дядя в тот момент, когда я открываю рот, чтобы осадить Марка. Такого тона от него я не ожидала, да так и зависла с упавшей на пол челюстью. Вроде бы ничего такого он не сказал, но что-то темное сверкнуло в глазах Филипа, заставляя все волоски на моем теле подняться дыбом. На доли секунды сквозь черты его лица, так похожие на мамины, проступает нечто холодное и чужое. Несмотря на то что он быстро берет себя под контроль, я все продолжаю видеть в нем какое-то странное уродство.

– Тем более я не собираюсь перед вами оправдываться, – продолжает дядя. – Ариана, мы увидимся с тобой позже.

Филип уходит, а я все продолжаю сидеть и пялиться на то место, где он только что сидел.

Что это было? Мне показалось или в голосе дяди прозвучала угроза?

– Что ты знаешь об этом человеке? – холодно интересуется Харрисон.

– Зачем ты это сделал? – придя в себя цежу я. – Пришел за мной. Наговорил гадостей.

– Если ты ничего странного в его поведении не заметила, то ты не просто наивна, – отвечает он.

– Тебе лучше не продолжать, – перебиваю я его.

– Он мне не нравится, – отрезает Харрисон так, будто это оправдывает его действия.

– Ты взбеленился, как только услышал, что у моей матери есть брат. Или наличие у меня родственника не входило в твои планы?

Марк резко подается вперед, заставляя меня заткнуться.

– Запомни раз и навсегда, – цедит он сквозь зубы, – я на твоей стороне. Всегда.

Харрисон в бешенстве, но в нем нет ничего отталкивающего. Ничего, что хоть капельку напомнило бы мне то, что я увидела в Филипе.

Заметив мой изучающий взгляд, Марк подбирается и медленно откидывается на спинку стула. Он так же меня рассматривает.

— Это признак абьюзера – попытка отгородить вторую половину от родных и знакомых, – холодно цежу я. – Мне стоит начать переживать?

Если бы взглядом можно было убивать, я без сомнения уже валялась бы у его ног.

– Тебе стоит задуматься о том, что этот человек подозрительно вовремя появился в твоей жизни, – цедит Марк.

– Так же, как и ты, – бросаю я.

Марк отшатывается так, будто я его ударила.

Звонок Кайла снимает нарастающее напряжение.

Кивнув на прощание Харрисону и инструктируя Кайла, поднимаюсь в офис.

Рабочий день продолжается в обычном ритме. Но с каждым часом внутри меня все большее и больше натягивается невидимая пружина.

Почему-то мне кажется, что я вот-вот попаду в капкан, из которого нет спасения.

Звонок. Марк.

За последние сутки его стало слишком много в моей жизни. Так много, что я уже задыхаюсь. А ведь мы еще не женаты.

– Да, – все-таки решаюсь ответить.

– Я жду тебя внизу.

Да что он о себе возомнил? Я что, собака, которую он все время вызывает к своей ноге?

Проходит тридцать минут, а он так и не перезванивает.

Неужели уехал, так и не дождавшись?

Дверь в мой кабинет распахивается, являя мне Харрисона во всей красе.

– Ты еще здесь? – вырывается непроизвольно.

– Надеялась на обратное? – усмехается Марк. – Я бы еще поиграл в твою игру, но боюсь, что судья не будет ждать нас так долго.

– Какой судья?

– Тот, который нас с тобой сейчас поженит, – обескураживает он меня.

– Свадьба завтра, – повторяю я его слова.

– Пришлось ввести некоторые корректировки в наш план, в виду появления рядом с тобой неожиданных объектов, – он явно намекает на дядю. Да дался он ему. – Поэтому сегодня нас поженят, завтра утром мы уже будем внесены в систему как муж и жена, а вечером, как и запланировали, у нас небольшой банкет.

С каждым его словом мое сердце начинает биться быстрее.

– Тебе не кажется, что ты слишком все преувеличиваешь? – выдавливаю я из себя.

– Давай по дороге поговорим, мы действительно опаздываем, – кивает он в сторону двери.

– И по чьей же вине нам приходится спешить? – издевательски тяну я, прежде чем выдохнуть и подняться.

Шагнув навстречу, он подхватывает меня под руку, будто боясь, что я от него сбегу. Едва сдерживаю усмешку.

– Скажи, сколько за последнее время у тебя на работе было проблем? Я уверен, что стоит тебе решить одну, как за ней появляются сразу две, – говорит он, пока мы ждем лифт, чтобы спуститься вниз. – Знаешь, как лишить руководителя его должности? Сделай его виноватым и покажи всем его несостоятельность. Человек, который не может ничего контролировать, не способен управлять.

Я и без него все это уже поняла. Только не знала, как решить эту проблему.

Еще не дойдя до машины, резко оборачиваюсь. Никого.

А я была уверена, что на меня смотрят.

– Что такое?

– Ничего. Показалось.

– Что ты почувствовала? – спрашивает Марк, сев рядом.

– Будто за нами следят, – признаюсь я. – Это просто бред.

– Доверяй своей интуиции, она не подведет, – советует Марк. – Я проверю.

Меньше чем через полчаса мы входим в фойе отеля, где нас встречают несколько людей из персонала. Ты можешь подняться в номер и переодеться, – предлагает Марк.

– Зачем? – не понимаю я.

– Это фактически и есть наша свадьба, и я бы хотел, чтобы она запомнилась нам, – отвечает Харрисон.

– Это не настоящая…

– Для всех она самая что ни на есть настоящая, – перебивает он меня, упрямо сверкая глазами.

Господи вся эта ложь похожа на трясину, в которую я добровольно решила шагнуть.

Элегантное белое платье из шелка ожидает меня в номере люкс.

Переодеваюсь, стараясь не думать о том, как в прошлом я мечтала выйти за Марка взаправду. Как давно это было.

Неужели я и в самом деле решусь на это?

Я стану женой Марка Харрисона?

Ариана

– Я не подготовила контракт, – выдаю я Марку, как только спускаюсь вниз.

Натягивая платье дрожащими руками, я все не могла найти причину отказаться от этого фарса.

То есть, когда я соглашалась на брак с ним, мне все казалось таким простым. Я думала, что смогу хладнокровно его использовать и потом выбросить, точно так же, как и он меня когда-то. Но осознание того, что именно я собралась сделать, накрыло меня лавиной паники. 

– Я же сказал, что ты во всем можешь положиться на меня, – притянув меня к себе и нежно заправляя локон мне за ухо, шепчет Марк. И смотрит так нежно, что на секунду я теряюсь. Уверена, со стороны кажется, что он успокаивает свою разволновавшуюся невесту. – Я все подготовил, и мы подпишем контракт прямо перед тем, как распишемся.

Дура. Вот кто я.

Распустилась. Дала волю эмоциям. А он, как всегда, в своем репертуаре.

Хочу отодвинуться от него, но крепкая рука, обившись вокруг моей талии, не дает мне это сделать.

– Ну и чего ты? – почувствовав мое настроение, спрашивает Марк, заглядывая в глаза.

Вот же актер. Можно подумать, он и вправду обо мне беспокоится.

– Откуда здесь взялись журналисты? – спрашиваю, растягивая губы в улыбке.

– Я пригласил, – подтверждает он мои подозрения.

– Смотрю, ты себя целый день не жалел, – ехидничаю. – Крутился, словно белка в колесе.

– Все для моей ненаглядной жены, – улыбается Харрисон.

Последнее слово режет слух.

Поддерживая под локоть, он ведет меня среди взявшейся из ниоткуда горстки гостей к столу.

Смирившись, падаю на стул, который он для меня придерживает. Отвечаю на какие-то вопросы, киваю, улыбаюсь, а в душе выть хочется.

«Верни маску на лицо – и вперед», – убеждаю я себя.

В конце концов мероприятие Харрисона заканчивается. Как он и обещал, мы подписываем два документа, один из которых он забирает собой.

Свободно выдыхаю, только сев в его машину, подальше от вездесущих глаз папарацци.

Вся в мыслях о том, что завтра утром весь город будет гудеть о том, что я вышла замуж, с удивлением вскидываю голову, когда Харрисон паркуется у моего дома.

– Уже доехали?

В этот раз Марк успевает меня опередить и открывает дверь. Он сам вытаскивает меня из машины и ставит на ноги. Но вместо того чтобы отпустить, берет за руку и ведет в здание.

Только в холле торможу, впиваясь в него недоуменным взглядом.

– Ты обещала мне комнату, – напоминает он как ни в чем не бывало, втаскивая меня в подъехавший лифт.

Мысли в голове разбегаются в разные стороны.

Что, прямо сейчас?! Вот так сразу?!

Вдох. Выдох.

Вдох. Выдох.

Он прекрасно понимает, как именно я в эту минуту себя чувствую, и моя непроницаемая мина ничуть его не обманула. Уверена, он мысленно насмехается сейчас надо мной.

Взяв себя в руки, прохожу вперед и открываю дверь. Я так и не успела переодеться, так что, щеголяя в этом белом платье перед ним, чувствую себя полуголой.

Взлетаю и от неожиданности хватаю что под руку попадается. А именно его шею. Харрисон как ни в чем не бывало переносит меня через порог.

Какого черта он это делает?

Стоит мне вспомнить, кто он, и взять себя в руки, как он выкидывает что-то абсурдное, заставляя меня сомневаться в собственной адекватности.

– Спасибо, но я могла и сама, – благодарю, делая вид, что меня его поступок не вывел из себя. Отхожу подальше. – Проходи, – киваю ему в сторону гостиной. – К сожалению, я о твоих планах ни сном ни духом, так что спальню тебе не подготовила, – сообщаю холодно. – Можешь лечь в гостевой, – предлагаю я. – В ванной есть все необходимое.

Молчание Марка нагнетает атмосферу в комнате до невиданных высот.

И он ведь специально это делает.

– Сегодня был тяжелый… – меня перебивает звонок в дверь.

В такое время я обычно никого не жду.

– Я заказал нам ужин, – бросает Марк, спеша мимо меня в прихожую. 

Что?

Через минуту в мою гостиную вваливается мини-команда официантов, которая под моим удивленным взглядом сервирует стол.

Самоуверенность Харрисона на высоте. Он ни минуты не сомневался, что все будет так, как он захочет.

С меня хватит.

Развернувшись, иду в спальню.

Ноги дрожат.

От ярости.

Умываюсь холодной водой.

Зачем он это делает?

Если он действительно думает, что сможет меня таким образом соблазнить, придется его удивить.

Стягиваю с себя атласную тряпку, смываю макияж и одеваюсь в домашние штаны и бесформенную, но очень удобную футболку. Собираю волосы на макушке в лохматый пучок.

Тапочки-панды завершают мой образ.

Мстительно, хоть и мысленно, усмехаюсь, увидев, как вытягивается лицо Харрисона.

Получи, фашист, гранату.

– Я умираю с голоду, – внаглую вру я, падая на стул и подвигая к себе тарелку. – Целый день ничего не ела, только чашку кофе успела перехватить, – бормочу я, игнорируя взгляд Марка и усиленно делая вид, что мне безумно нравится то, что я ем. Ни вкуса, ни запаха я при этом не чувствую. Но ярость отлично помогает справиться с тошнотой. – А ты чего стоишь? Не голоден?

Марк молча опускается напротив меня. Он уже взял себя в руки и уже по-другому меня рассматривает.

– В этом ты похожа на себя прежнюю, – выдает он задумчиво, а меня морозит от его слов.

Вот уж чего я делать не собираюсь, так это предаваться воспоминаниям вместе с Марком.

– Так, я наелась, – поднимаюсь. – Ты ужинай, у меня еще работы полно.

– Ари, сядь, – замираю от его команды.

Вдох. Выдох.

Медленно разворачиваюсь к нему.

– Еще раз повысишь на меня голос, останешься без него, – цежу я в ярости, впившись взглядом в лицо Харрисона. – И еще, я тебе не приятель, чтобы вызывать меня словами «Я жду тебя внизу».

– Положи нож, пожалуйста, – просит Марк, расплываясь в улыбке. – Прости. Больше не буду.

Опустив взгляд, замечаю, что и вправду до белых костяшек сжимаю острый столовый прибор.

– Всего сутки в моей жизни, а я уже… – затыкаю себя на полуслове.

– Прости, если это прозвучало грубо, просто я не хочу ужинать один.

– Если? – выгибаю бровь.

– Прости. Посидишь со мной? – просит Марк, кажется вполне искренне.

Я помню его…

– Я не наступаю на одни и те же грабли дважды, – отрезаю я. – Так что нет. Спокойной ночи. Увидимся утром.

Закрывшись в спальне, сползаю на пол у самой двери.

А я ведь почти сдалась.

Этот раунд за мной, но что со мной будет завтра?

А послезавтра? Через неделю?

Смогу ли я выиграть войну с ним и не пострадать?