Дракон и хозяйка Цветочной башни

Айрис

Утреннее весеннее солнце постепенно набирало мощь, разгоняя хлад прятавшейся по теням ночи, когда я по тропинке из леса вышла к любимому местечку на берегу озера. Бережно опустив корзинку на старое поваленное дерево, я потянулась.

Славная сегодня выдалась прогулка. И главное, результативная!

Возле озера оказалось жарковато. Конечно, открытое пространство, да и глянец воды. Я сняла плащ и присела на иссохший ствол рядом со своей флористической добычей.  Заглянула в корзинку и, зажмурившись от удовольствия, вдохнула по-настоящему весенний аромат. На сплетённом из лозы округлом ложе находились выкопанные мною: ещё розовые благоухающие медуницы, подмигивающие жёлтыми глазками сиреневые цветки сон-травы и невероятно нежные дикие фиалки. Чистый восторг!

Подняв голову к небу, я поняла, что у меня ещё есть часик-полтора до того, как нужно вернуться к бабушке, потому поднялась и быстро скинула с себя платье. Я решила окунуться в озере.

У нас с ним любовь с первого взгляда. Удивительный водоём был тёплым в любое время года, а значит, я не рисковала простудиться. Оставшись в одной тонюсенькой бежевой сорочке я погрузилась в ласковую стихию. Затем перевернулась на спину, раскинула руки и ноги, будто звезда и, закрыв глаза, замерла.

Где-то вдали, в лесу, заливчатыми трелями встречали новый день птицы. На берегу нежный ветер осторожно перебирал травы. Облака медленно катились по ещё розово-голубым пробуждающимся небесам, а солнышко пускало блинчики бликов по водной глади. Как же хорошо…

И тут я услышала в отдалении хруст веток. Кто-то приближается по моей тропинке из леса! А я раздета! Одна надежда – на высокие прибрежные травы, что укроют меня от случайных путешественников, и я успею хотя бы закутаться в плащ.

Однако едва я успела выбраться из озера и подскочить к вещам, разложенным на поваленном древе, раздался грубый и мерзкий смех:

– Смотрите-ка, как нам повезло!

Я с ужасом обернулась, чтобы увидеть трёх отвратительных заросших и грязных мужланов, а ещё услышать их глумливый смех. На секунду страх парализовал меня под их похотливыми взглядами, что с наслаждением впились в моё тело, облепленное прозрачной от воды сорочкой. А затем я схватила корзинку и стрелой бросилась прочь.

Только бы успеть добраться до тракта! Только бы там кто-нибудь ехал! Только бы не упасть!

Я неслась по знакомой до боли тропинке, что осторожной змейкой поднималась вверх к городскому тракту. Мокрая сорочка облепляла ноги, мешая спасаться, потому я, схватив корзинку в правую руку, левой прямо на ходу сгребла подол и бежала дальше.

Бандиты, а в том, что эти гадкие маргинальные личности являлись именно ими, у меня не было ни малейших сомнений, сперва ошеломлённо замерли, но после с весёлым гиканьем пустились за мною вослед.

Впрочем, бегала я будь здоров! Отец был военным и всё отрочество гонял меня, объясняя, что у девушки в таких ситуациях нет иного способа спасения. Потому сейчас я слышала за спиной не только топот тяжёлых сапог, но и тяжёлые выдохи преследователей.

– Кто первым её догонит, первым и отымеет! – прохрипел один из злодеев.

И я, стерпев обжигающую боль в лёгких, попыталась ускориться. Ещё! Ещё чуть-чуть!

Предательский корень выскочил, будто из ниоткуда, подставляя подножку. Так как обе мои руки были заняты, я не смогла выровнять равновесие и неловко растянулась, лицом вниз. Но быстро перевернулась, рефлекторно прижимая корзинку к груди. А первый бандит уже стоял рядом. Рука его потянулась штанам, чтобы стянуть их. На лице сверкнул оскал вожделения. И тогда я, что было сил, пнула его между ног и соскочила. Мужчина взвыл, сгибаясь, но успел ухватить меня за волосы и потянул на себя. Я вскрикнула от боли, попыталась вырваться, однако в этот момент нас настигли два его приятеля. Раздался всё тот же глумливый смех, что и у озера.

Злодей, сжимавший мои волосы, грубо толкнул меня. Я упала на колени перед окружившими меня кольцом негодяями, что принялись быстро стаскивать свои портки. Сердце зашлось в бешеном галопе, из глаз брызнули слёзы и я завизжала.

Прозвучавший в отдалении стук конских копыт и грозное лошадиное ржание я услышала уже, будто сквозь шум шокированного водопада. Неужели у них есть ещё один? Главарь!
----------------------------------------------------------------------
Милые мои читательницы, приглашаю вас окунуться в мир весеннего волшебства и феерию цветочной магии! Добавляйте историю в библиотеку и , чтобы не пропустить обновления!
"Дракон и хозяйка Цветочной башни" пишется в рамках Цветочного литмоба. Ещё больше чудесных историй о любви и красивых растениях ищите по тегу .

Всех обнимаю и посылаю лучи добра!
А ещё напоминаю, что сегодня последний день, когда можно стать обладательницей чудесных историй по отличным скидкам, для этого нужно перейти по тегу  
Ваш Валя Ис

Рэй

Обоз с моими пожитками неспешно тащился по тракту. Его аккуратно волокла пара гнедых. Сам я ехал рядом, почти по центру дороги, на Угольке. Ещё молодой конь цвета воронова крыла изнемогал от желания припустить вперёд, потому приходилось его сдерживать и периодически успокаивать.

Вдруг уши Уголька повернулись вправо, а затем и голова. Я быстро посмотрел в ту же сторону, но ничего не увидел сквозь плотную стену деревьев.

– Что-то случилось? – тихо спросил коня.

Тот ответил тихим ржанием, которое можно было бы перевести на человеческий как: «Сюда кто-то бежит. Злые люди». Потому я остановил обоз и направил Уголька к кромке дороги.
 

Жеребец немного попетлял вдоль тракта и вскоре нашёл тропинку, притаившуюся меж высоких древ.

Мы только начали спуск, когда услышали мужской вскрик, а затем и женский визг.

– Чуть побыстрее, дружок, – попросил я.

А Угольку лишь того и надо было. Бесстрашный коник! Махом припустил по крутой тропинке вниз, и уже спустя пару мгновений нам предстала омерзительная картина: девушка в мокрой прозрачной сорочке с каштановой гривой волос, прижимающая корзинку к груди, стоит на коленях перед тремя громилами, обнажившими свои чресла.

Я быстро спешился и проговорил жеребцу:

– Выбирай любого.

Разумеется, насильники услышали наше приближение. Как и девушка, в необычных глазах которой плескался целый шторм ужаса.

– Своей добычей не делимся, – ощерился мне один из бандитов, – так что вали отсюда.

Я ничего не стал отвечать, резко шагнул к нему и со всей силы врезал в висок. Не до церемоний! Громила ухнул наземь, мгновенно лишившись сознания, а может и жизни – удар у меня был давно поставлен и бил я на поражение – такой швали не место в этом мире.

Двое других поспешно натягивали штаны, но одному из них не повезло одеться до конца – Уголёк встал на дыбы и с грозным ржанием лягнул его со всей силы в грудь. Послышался хруст костей и говорез без чувств рухнул наземь.

Третий, смекнув, что перевес сил изменился, ринулся в кусты и исчез в лесных дебрях.

Я наклонился к телам поверженных врагов и осмотрел их на наличие оружия – отсутствует. Повернулся к девушке и увидел занимательную картину.

Уголёк стоял возле пострадавшей, вытянув голову вверх и подняв верхнюю губу так, что открылись верхние же резцы и дёсны. Карие глаза и уши коня вращались по сторонам. При этом постепенно голова животного заняла почти горизонтальную позицию. Всё это длилось с минуту, не больше, и означало, что от незнакомки исходит непривычный и интересный запах. Хм, чем же она таким пахнет?

Встретившись со всё ещё испуганным взглядом девушки, я проговорил:

– Я вас не обижу, всё страшное позади. Они не успели вас… обидеть?

Она вздрогнула и поспешно замотала головой. А затем силы, по-видимому, окончательно покинули бедняжку – девушка села на тропинку и опустила вниз руки, судорожно сжимающие корзинку. И я непроизвольно посмотрел на открывшиеся бутоны её нежной груди, отчётливо проступающие сквозь мокрую и прозрачную сорочку. Э-м-м…

В себя меня привело тихое лошадиное ржание. Это веселился Уголёк, заметив мой зачарованный взгляд на незнакомку. Я строго зыркнул на коня. Затем опять на девушку, постаравшись сосредоточиться на её бледном лице:

– У вас осталась хоть какая-то одежда?

– Там, у берега озера, – она опять вздрогнула, а я кивнул жеребцу, и он направился к водоёму.

– Меня зовут Рэй, – я протянул ей ладонь: – Давайте помогу подняться.

– А м-ме-ня, м-меня… Айрис, – слегка заикаясь, ответила девушка.

Потом посмотрела на корзинку, после – на свои ноги и беспомощно прошептала:

– Не могу встать, ноги, будто отнялись.

– Это пройдёт, – пообещал я.

Наклонился к ней и подхватил на руки:

– Я отнесу вас к своему обозу, Айрис, там вы быстрее придёте в себя.

И тут ощутил её запах. Такой нежный цветочный вальс. Он опутывал меня, будто невесомая вуаль магии. Я посмотрел в необычные сине-фиолетовые глаза девушки и спросил:

– А что означает ваше имя?

Она подняла ко мне своё лицо:

– Цветок. Ирис.

– Очень вам подходит, – признал я.

Поднимаясь к своему обозу, я размышлял, что, похоже, меня крупно надурили, пообещав, что места здесь тихие. В Империи хитрой живицы после беспощадной магической войны Трёх королевств до сих пор было неспокойно. Ещё бы! Лучшие маги пали в жестокой бойне, которой, кажется, конца и края не было.

Разумеется, после того, как драконы тройки одинаково великих государств решили объединиться и пресечь войну, не могло всё вот так молниеносно закончиться в каждом уголке наших стран. Периодами встречались не только отбросы подобные тем, что напали на Айрис, но и огромные банды и даже мини армии. И всё же… Всё же в лесах империи было спокойнее, чем в Объединённом королевстве отзывающихся скал и Державе всех стихий. Или, может, это я попросту был излишне пристрастен к родному краю.

Так или нет, но война мне осточертела, а душа жаждала мира и покоя. Поэтому я и избрал себе новым местом жительства городок в глубинке, носящий незатейливое название Фон-Флорум. Кажется, это означало «источник цветов». Интересно, там у всех девушек растительные имена?

Поднявшись к тракту, я осторожно опустил Айрис возле обоза. Удерживая её за талию, уточнил:

– Стоять можете?

Она неуверенно кивнула и я, отпустив её, принялся освобождать в повозке место для случайной попутчицы.

К моменту, как я благополучно управился, перегрузив некоторые вещи, к нам вернулся Уголёк. На шее жеребца находилось платье девушки. Я подхватил одежду и шагнул к Айрис:

– Помочь вам?

Она неожиданно густо покраснела и захлопала густыми чёрными ресницами, не зная, что сказать. Скромница, значит. Тем лучше, что удалось уберечь её от этих подонков.

– Поднимите руки вверх, – скомандовал я.

– Не нужно, я сама! – она вдруг резко вырвала платье из моих рук.

Опустила свою корзинку в повозку и стала натягивать платье. Приходит в себя, это хорошо. Я отвернулся и с любопытством заглянул в корзинку. Что столь дорогое девушке там находится? С удивлением увидел маленькие кустики растений, подкопанные с корешками. И вот это она отбивала у бандитов? Видимо, совсем от страха разума лишилась!

– Они вообще-то живые! – неожиданно воскликнула Айрис, словно прочитав мои мысли, а скорее всего, просто увидела недоумение на лице.

– Живые, конечно, – кивнул я.

Мне ли не знать? Я отлично понимал, как язык животных, так и речь растений до того, как... Я скривился. Особенности, моей расы, так сказать. Посмотрел на Айрис – она завязывала шнуровку на корсаже спереди. Терпеливо дождавшись завершения сего процесса, я сразу же подхватил девушку и усадил в обоз. Я итак времени много потерял, а меня ведь ждут.

– Как будем ближе подъезжать к городу, объясните, куда вас подвезти, Айрис, – проговорил я.

– Хорошо, – она вовсе на меня не смотрела.

Всё внимание девицы было сосредоточено на драгоценной корзинке с корешками. Я покачал головой и, усевшись на Уголька, направил за собой обоз.

В итоге Айрис я высадил почти при въезде в город, не то возле парка, не то возле сквера какого-то. Она заявила, что отсюда до её дома рукой подать. У меня не было оснований ей не доверять. К тому же девица наверняка пеклась о своей репутации. Я болтать о том, что с ней чуть было не случилось, тоже не собирался, как и наведываться к родителям девушки с полным докладом. К чему такая «популярность» в первый же день в новом месте?

Спросив у Айрис, где находится улица Весеннего расвета, я получил в ответ немного удивлённый взгляд и детальные разъяснения. На этом наши пути с ней разошлись. И теперь я неторопливо пробирался по городским извивам, вымощенным серо-коричневыми булыжниками. Прохожие бросали на меня заинтересованные взгляды, но не более. Наверное, это характерно для небольших поселений.

Своё новое обиталище я увидел сразу, как Уголёк ступил на Весенний рассвет. Аккуратный бежевый двухэтажный дом с двухскатной тёмно-красной крышей и  табличкой «17». Ставни на больших окнах были заботливо распахнуты, и я предвкушающе представил, как скоро пройдусь по комнатам, наполненным солнечным светом, выбирая место под кабинет.

Когда я остановил обоз возле дома, спешился с Уголька и вытащил из кармана ключ, входная дверь неожиданно распахнулась:

– Здравствуй, муженёк! – пропел нежный голос.

Айрис

Я поспешно забежала в мой новый дом или, как его ещё здесь называли, Цветочную башню. Почему именно так? Потому что это и была башня. Округлая, в четыре этажа, из серо-коричневого камня. Моя любимая бабулечка, получив её в приданое от своих родителей, поселилась здесь с дедушкой и начала активно заниматься растениеводством.

Атмосфера городка Фон-Флорума этому только благоприятствовала, и вскоре стены башни увивали плетущиеся пышные лианы кобеи с россыпью роскошных цветков-граммофончиков сливочных, розовых и пурпурных оттенков. Вокруг дома-башни обстановка также значительно изменилась. Появились небольшой огородик, сад и множество клумб. Долгие годы гости с радостью наслаждались открывшейся им красотой. Пока бабушка не слегла.

Это произошло после того, как в войне Трёх королевств погибли мои родители. Меня из того кровавого месива вывез друг отца и его бывший сослуживец  – Инар Миррэн. Бабушка Флорентина, уже десять лет как вдовствующая, приняла меня с распростёртыми объятьями. Однако стоило узнать  о трагедии, ей резко стало плохо, и она потеряла сознание.

Подоспевший доктор абсолютно меня не утешил, лишь выписал настойку мелиссы и сказал, что Флорентина Роуз «утратила огонь души» и «на хорошее лучше не надеяться». Но я ему не поверила и ухаживала за последним моим родным и близким человеком.

Бабушка Флора не приносила мне особых неудобств или хлопот. Каждое утро я усаживала её в постели и обтирала влажными салфетками лицо, руки и ноги бабулечки. Кормила завтраками-обедами-ужинами. Рассказывала о своём житье-бытье. И всё же… глаза бабушки так и оставались печальными-печальными. Я смотрела в них и видела, как потоки слёз омывают её израненную душу, увы, не находя выхода наружу. Флорентина Роуз глубоко ушла в своё горе.

А вместе с ней и Цветочная башня. Бабушка ведь была магом земляной стихии. И к моему приезду вывела особый сорт любимой ею кобеи – по цвету точь-в-точь, как мои глаза – насыщенный сине-фиолетовый. Однако, все растения вокруг, словно бы ощутили недуг хозяйки и хирели прямо на глазах. Я металась, не зная, что предпринять, потому как волшебного дара у меня никогда не было. Собственно, я и к озеру сегодня направилась, чтобы пополнить наш сад новыми цветами взамен погибших.

Оказавшись в башне, я сразу же устремилась к бабушке, комната которой теперь находилась на первом этаже. Удостоверившись, что с ней всё в полном порядке, я поднялась на третий этаж, оставила там корзинку. Потом спустилась в свою спальню на втором этаже и быстро переоделась.

Разогрев обед, я уселась возле бабушки и пока её кормила, рассказала, что познакомилась с новым жителем города. Разумеется, все жуткие детали нашего знакомства я оставила при себе.

К моему удивлению, в пустых небесных глазах бабулечки неожиданно загорелся слабый огонёк. Неужели я, наконец-то, сумела её заинтересовать? К сожалению, это не заставило её произнести хотя бы словечко, хотя о и всё же я сочла это добрым знаком.

Поэтому, наскоро пообедав сама и перемыв посуду, направилась на заветный третий этаж. Чтобы увидеть чудо!
------------------------------------------------------------------------------
Милые мои читательницы, знакомлю вас с историей нашего сразу от двух чудесных писательниц "":
Он - дракон, переживший страшные вещи. Воин, не знающий ласки и любви. Его душа давно обратилась в бесчувственный камень. Но он все еще способен ответить добром на добро. Я спасла ему жизнь, а он вытащил меня из темницы и взял в жены. Опальный, опасный, он скрывает боль за маской жестокости. И лишь амулет с изображением Фиалки, дарованный мне Богиней, способен исцелить его сердце.

Бабушка моя всегда была особой романтичной и с фантазией. От этого у каждого этажа башни имелось собственное название. Первый она нарекла «Счастливые часы». Не только за то, что здесь бабушка и дедушка проводили время вместе, деля трапезу в столовой, принимая друзей и близких в гостиной и беседуя меж собой возле зачарованного камина – дымоход такому сооружению не требовался, как и дрова. Достаточно было  погладить три раза по фризу и магическое пламя, дарящее тепло, уют и приятный хвойный аромат, тут же появлялось за каминной решёткой. Главная же причина названия нижнего уровня башни находилась на каминной же полке – изящные фарфоровые часы, что дедушка и бабушка получили в подарок на свою свадьбу.

 Говорят, их смастерила сама богиня Астра – покровительница цветов и влюблённых душ, и нарекла «Время Жизни». Белая фарфоровая сфера, соединённая с овальной подставкой на изящных ажурных ножках, была украшена искусно вылепленными разноцветными бутонами и шестью птичками. После чего богиня вдохнула в часы Жизнь.

Цветы превратились в настоящие, источая дивные ароматы, а птицы – сверкающие всеми цветами радуги колибри – закружились рядом с распустившимися бутонами, в такт движению стрелок. Крылышки их трепетно жужжали, сами же птички издавали тончайшие переливчатые звуки. Родители рассказывали мне, когда бабушка узнала, что скоро у неё родится моя мама, колибри исполнили чарующую песенку и парили в хороводе вокруг часов.

К сожалению, ничто не может длиться вечно. Когда умер дедушка, одна из птиц опустилась на подставку и окаменела. А когда бабушка узнала трагическое известие о моих родителях, замерли, став изваяниями сразу три колибри, бутоны закрылись, превращаясь в глазированный фарфор, и даже чуть потемнели. Лишь одна птичка теперь лихорадочно парила возле часов, издавая, порой тревожные звуки. Я подкармливала её и поила, ухаживала за остальными элементами «Времени Жизни», но это пока что никак не помогало мне возродить часы богини.

Второй этаж башни носил название «Белые ночи» – там располагались спальни и гостевые комнаты. И у такого имени тоже был свой, особый, смысл. Но об этом, как-нибудь потом! Ибо я неслась на третий этаж «Таинственное очарование».

Весь его заполняли лишь две мастерские – бабушкина и деда. И чтобы рассказать вам полностью обо всех уровнях Цветочной башни, прибавлю – самый верхний – четвёртый этаж назвали «Солнечное настроение». Там не было перегородок. На полу находился огромный изумрудный ковёр с высоким ворсом, а на стенах, в промежутках между полукруглыми окнами, висели кашпо с цветами исключительно жёлтых оттенков – примулами, бегонией, адонисами, нарциссами, ирисами, анютиными глазками, бархатцами, ранункулюсами и эшшольциями. Штор в помещении не было, поэтому, едва пробуждался день, солнышко тут же полностью наполняло пространство, отражаясь в цветах и купаясь в мягком ворсе ковра. Стоять в центре такой комнаты было чистым наслаждением – казалось, само Солнце наполняет тебя силой и светом, чтобы Жить, Творить и Любить этот мир.

Итак, я быстрыми шагами поднялась на третий этаж  – нужно было срочно заняться цветами, что я выкопала поутру в лесу. Однако, оказавшись в мастерской бабушки, я замерла.

Из корзинки, стоящей на столе, исходило ровное сиреневато-розовое сияние. Любопытство победило, и я в два шага оказалась рядом. А дальше – произошло невероятное!

Накопанные мною растения вдруг сами собой поднялись в воздух и вылетели прочь, после чего плавно опустились на стол. В корзинке же появилось крохотное деревце. Оно начало расти и вскоре я распознала в нём глицинию. Как неожиданно! И такая миниатюрная!

Деревце же надёжно укоренилось в корзине,  высотой достигнув где-то полуметра. Затем на изящных веточках распустились пышные гроздья розовых цветов. И раз! Всё вокруг вспыхнуло золотистым, а передо мной появился необычный молодой человек.
-----------------------------------------------------
Сегодня, милые мои читательницы, я знакомлю вас с историей прекрасной "":
Принцесса Лавандина всего лишь влюбилась в сына премьер-министра и чуть не поплатилась за это жизнью. Теперь она виновата в том, что захватчикам удалось легко проникнуть в хорошо защищенную крепость. Ради мира она должна выйти замуж за врага, властного и загадочного короля Харна. И ей совсем не интересно, какую тайну скрывает ее жених, она мечтает просто держаться от него подальше… Но этим мечтам не суждено сбыться, ведь у врага на нее свои планы.

Кожу незнакомца покрывал удивительный чуть светящийся золотистый же загар. Чувственные губы были сомкнуты двумя персиковыми лепестками. Но, пожалуй, самыми удивительными оказались его глаза  – светло-светло-голубые в тёмно-синей ободке. Их взор смотрел на меня пронзительно прямо из-под чернющих ресниц и широких бровей. Волосы красавца, будто раскалённое добела золото, рассыпались по плечам чуть спутанными волнами. Одежда оказалась простой – бежевая рубаха до колен и свободные штаны, обувь – отсутствовала.

Какое-то время мы изучающе рассматривали друг друга. Я – удивлённо, незнакомец – с любопытством.

Вы скажете, я бестолковая глупыха! Но – нет! Я не чувствовала от него ни малейшей угрозы.

Наконец, молодой человек протянул ко мне руку и разжал ладонь. На ней лежал потрясающей красоты медальон – в округлом ажуре неизвестного мне металла – медно-лилового – мерцала полупрозрачная субстанция, в которой находился распустившийся бутон ириса. Живого!

– Это тебе, Айрис, – проговорил незнакомец приятным мягким голосом.

Поскольку я не притронулась к его подношению, пояснил:

– Я – цветочный дух-элементаль глицинии. Меня зовут Миндаль. За то, как ты всё это время пытаешься спасти свою дорогую бабушку и Цветочную башню, богиня Астра решила взять тебя под собственное крыло. Сегодня ты наполнила сущность Астры особой радостью – спасла выкопанные первоцветы. Брось ты их на берегу реки и цветы навсегда бы погибли. В благодарность за любовь к растениям, наша богиня отправила меня, чтобы я помог тебе и передал её дар – этот цветочный медальон. Астра создала его лично для тебя. В нём свет твоей душевной силы. Он будет оберегать тебя и помогать.

От потрясения я не знала, что и вымолвить. К глазам подступили слёзы. Я шагнула к Миндалю и порывисто его обняла. По щекам дорожками побежали слёзы. Оказывается, я уже забыла, как это приятно, когда о тебе так заботятся!

Цветочный дух сначала обескураженно замер, но затем обнял меня и погладил по спине:

– Ты больше не одна, Айрис.

Когда я выплакалась и смогла продолжить разговор, молодой человек усадил меня на стул, а сам опёрся о стол, где стояла корзинка с деревцем глицинии.

– С твоего позволения, я займу мастерскую твоего дедушки, – попросил Миндаль.

Я кивнула, а он подошёл, взял мою руку, опустил туда медальон и закрыл моими же пальчиками:

– Береги его! Это бесценный Дар.

Я кивнула, а цветочный дух подхватил свою корзинку с глицинией и отнёс в дедушкино помещение. Вернувшись, ловко рассадил все цветы, принесённые из леса, в один вазон. После чего посмотрел на меня и предложил:

– Думаю, чашка моего любимого мятного чая тебе сейчас придётся кстати, как ничто иное.

Я согласилась, и мы спустились на кухню, где босой Миндаль принялся ловко орудовать чайными принадлежностями.

Выбрал для меня красивую широкую фарфоровую чашку с нежно-розовыми бутонами пионов на белом фоне, а затем приготовил «Коричную мяту», как он её назвал.

Для этого опустил в заварочник пару ложек зелёного чая, три веточки свежайшей мяты, что буквально из ничто материализовались на его ладони, прибавил к этому палочку корицы и залил горячей водой. Дал воде впитать в себя ароматы ингредиентов от силы минуты три и налил мне чай.

– Чем дольше настаивается чай, тем ярче ощущается горчинка корицы, – объяснил он мне.

Я только кивнула и осторожно сделала первый благодатный глоток. Удивительно, однако «Коричная мята» цветочного духа совершенно не обжигала, напротив, успокаивающим бальзамом разлилась по рту, и я её с наслаждением проглотила.

– Вкусно, спасибо, Миндаль!  – поблагодарила я.

Напиток оказался чудодейственным – к концу чаепития я не только успокоилась, но и ощутила небывалый прилив энергии. Цветочный дух, сидящий рядом со мной за столом, это явно заметил и по-доброму улыбнулся.

И тут по счастливому этажу, словно пронёсся шорох трав – сработал дверной звонок.

– Ко мне никто не должен прийти, – прошептала я Миндалю. – Хотя, похоже, тебе лучше спрятаться.

Дух кивнул мне. А уже в следующую минуту, кто-то распахнул заднюю дверь, что вела прямо на кухню:

– Айрис, ты здесь? – раздался глубокий мужской голос.
----------------------------------------------------------------------------
Милые читательницы, как вам наш цветочный дух?) А медальон? Поделитесь со мной в комментариях :)
А пока я знакомлю вас с ещё одной новинкой цветочного литмоба от очаровательной :
Мне пришлось бежать с собственной свадьбы, чтобы получить шанс найти родителей. Я лишилась единственной возможности занять достойное положение в обществе и обрекла себя на заточение в Вечном замке.
Из-за моего следующего безумного поступка мир оказался на грани разрушения, меня отлучили от ковена, а за мою голову объявили баснословную награду.
А тут еще силы Тьмы вот-вот пойдут в наступление…

Рэй

– Здравствуй, муженёк! – пропел нежный голос.

Я рассматривал миленькое личико с большими почти чёрными глазами и такими… сладкими губами. Наверное. Она была диво, как хороша! И мне бы порадоваться столь тёплому приёму и обращению, вот только я не был женат. Никогда.

– Добрый день. Меня зовут Рэй Алейо. Кто вы и что делаете в моём доме? – спокойно спросил я привлекательную незнакомку.

– Я – Ли-ли-а-на, – нараспев представилась девушка мелодичным голосом, расправляя по груди тёмные локоны и игриво на меня посматривая. – Я – дочь главы попечительского совета Фон-Флорума.

– Вы, наверное, ожидали, что со мной приедет ваш супруг? – уточнил я.

– Что вы, – она мило покраснела, – я ещё не замужем. Просто хотелось представить, каково это – жить в таком роскошном доме и встречать красавца-мужа.

И так на меня посмотрела, что я понял, настоящее её имя не Лилиана, а Лиана – обовьёт и обведёт вокруг пальца так, что и не заметишь.

Поскольку мы так и не сдвинулись от порога (между прочим, моего дома!), я проговорил:

– Спасибо большое, что подготовили жилище к моему приезду, – учтиво поклонился. – Позволите сделать ответный жест вежливости и вызвать вам повозку до дома?

– Пока не стоит, – она коснулась моей ладони. – Сначала я покажу вам, как здесь всё устроено.

Вот чертовка! Не хватало мне ещё сходу вляпаться и запятнать её репутацию!

– Разве вы здесь с дуэньей? – приподнял я брови.

Она рассмеялась перезвоном нежных колокольчиков и провела изящными ладонями по платью в розово-белую полоску, словно бы расправляя невидимые складки:

– У нас на востоке нравы гораздо мягче, чем в остальных уголках империи, поэтому отец спокойно оставил меня в вашем доме.

Не очень-то мне это понравилось. Хотя, возможно, у папаши не было шансов, и он давно уже покорно пляшет под чью-то нежную дудочку.

– Возможно, – кивнул я. – И всё же мне бы не хотелось стать тем, кто позволит хотя бы уголку тени пасть на честь утончённой особы.

Тёмные глаза девушки радостно вспыхнули – решила, что я впечатлён её красотой. В другое время – запросто, но не сейчас, когда я решил начать новую жизнь. Произнёс:

– К сожалению, дорога была довольно тяжёлой, потому сейчас  я бы с радостью привёл себя в порядок и отдохнул.

Миленькое личико скуксилось, и я прибавил:

– Разумеется, я буду благодарен за экскурсию по дому, когда вы придёте ко мне в гости вместе с вашим отцом.

– Мы придём завтра же! – взмахнула она длинными ресницами. – А может даже и вечером…

Когда я распрощался с этой очаровательной липучкой, то облегчённо перевёл дух. Вот теперь действительно можно спокойно осмотреть моё новое жилище, и продумать, где я размещу тайник.
------------------------------------------------------------------
Пока Рэй Алейо размышляет, как надёжнее укрыть свои секреты, я знакомлю вас с историей "":
Я, Кэтрин Найт, ведьма-полукровка без дара. Целый год после смерти матери я терпела унижения и побои. И когда до моего освобождения оставался всего день, отчим решил выдать меня замуж за ростовщика.
Я думала, что хуже быть уже не может, но меня перекупил глава клана оборотней, которому нужна была жена-ведьма. Вот только я – лишь травница.
Но рядом с волком проснулся мой дар. И как мне теперь обуздать то, что я вынуждена скрывать: новую силу и чувства к своему пленителю?!

Айрис

Только этого мне не хватало! Инар Миррэн собственной персоной. Как я ему объясню присутствие на кухне постороннего мужчины, которого он не знает? Я сокрушённо коснулась лба ладонью.

Перед глазами мелькнула золотистая вспышка, и в то же мгновение Миндаль исчез, а на столе появилась веточка глицинии молочного оттенка, что красиво мерцала на свету, пуская золотистые блики.

– Благодаренье богам, ты здесь! – воскликнул вошедший на кухню Инар .

И в следующую секунду неожиданно меня обнял. Это что ещё такое?!

Я поспешно отстранилась и отошла в сторону.

На щеках мужественного блондина проступили пятна смятения:

– Извини, Айрис. Я очень испугался за тебя. Ты отлично знаешь, я дал твоему отцу слово, что в случае необходимости, положу жизнь за тебя.

«Не нужна мне чужая жизнь такой ценой!» – подумала я, а вслух спросила:

– Что случилось, Инар? – и посмотрела в строгие тёмно-серые глаза.

– Мои люди сегодня вышли на след очередной банды, что захотела обжиться в нашем лесу. Во время поиска остатков этой шайки, мы наткнулись на твой плащ, лежащий на бревне у озера. Ты бы ни за что не оставила просто так подарок своей матушки, – он опустил на стул найденный плащ. – Что случилось?

Я смотрела в суровое лицо Инара Миррэна, бывшего порубежника Империи хитрой живицы и подчинённого моего отца, ныне – главу городской стражи Фон-Флорума. На вид и не скажешь, что ему ещё нет и двадцати пяти. И дело здесь не в седых бликах, что теперь играли в пшеничных волосах Миррэна. Война забирает у нас не только близких, но и нашу собственную жизнь, даже если мы и остались среди выживших. Агонистическое везение – мы оба с Инаром стали его заложниками.

Именно Миррэн спас меня из кровавой мясорубки, в которой погибли родители, и доставил к бабушке. Каким-то чудом в тот кошмарный, наполненный болью и страхом день, лишь нам двоим удалось прорваться сквозь окружение.

Я до сих пор помню, как отец с Инаром переглянулись, понимая всю жуть сложившейся ситуации.

– Спаси, Айрис, – приказал отец и тут же ринулся отдавать другие указания воинам.

А Миррэн сжал губы, подхватил меня, усадив перед собой, и пришпорил коня. Мы успели проскочить в разрыве ещё не сомкнувшегося окончательно кольца врагов. Однако это вовсе не означало, что нас не заметили.

Погоня неслась следом. Воздух разрезали всполохи магических зарядов, что первое время не могли причинить нам зла – у Инара имелась парочка защитных артефактов. Но ничто не может длиться вечно, поэтому, когда мы наконец-то достигли леса, мужчина остановил коня, спрыгнул и велел мне:

– Спасайся, Айрис! Я задержу их, – и ударил жеребца по крупу, не дав мне ни шанса на возражение.

Я неслась сквозь лесные заросли, до крови закусив губу. Почему проклятая судьба не наградила меня хотя бы капелькой магии?! Я бы сейчас сумела помочь Инару!

Решение пришло на ум молниеносно и полностью захватило мою мечущуюся душу. Я пришпорила коня, направляя по родным местам. Неподалёку находилась сторожка, в которой любил останавливаться мой отец, когда отправлялся на охоту. И это означало, что там есть его многострел. Только бы успеть!

Когда я вернулась к кромке леса, магические щиты исчезли, как у Инара, так и у его противников. Их было пятеро против Миррэна, но он каким-то чудом умудрялся отражать вражьи удары. Лучший ученик моего отца.

Мне не пришлось целиться, я просто нажала на курок и магические заряды устремились во врагов. Инара ярко-синие искрящиеся и трещащие всполохи обогнули – многострел был зачарован лично папой и не мог причинить зла ни кому из нас – его близких.

Я помню удивление на лице Инара, когда он обернулся и увидел меня. И своё потрясение – лицо такого привлекательного молодого человека было в крови. А ещё его ранили в плечо, но он умолчал об этом. Быстро подбежал ко мне, не обращая внимания, как противники корчатся в мучительных судорогах.

И тут раздался взрыв. Мы с Миррэном дёрнулись и одновременно посмотрели на родной город, чтобы увидеть над ним огромное пылающее зарево.

Алаун Ангра со своими приспешниками – вот кто напал на дорогую нам обитель. Маг огня или, как его стали называть в войне Трёх государств, злой дух алого пламени. Где бы он не появлялся, везде всё выжигал до тла.

Я содрогнулась. Мои мама и папа! Зато Инар, будто пришёл в себя, быстро заскочил на коня. И мы пустились в полный опасностей и страхов путь. Пока не достигли, наконец-то, Фон-Флорума.

В этом мирном уголке на востоке империи, милом цветочном городе, мы так надеялись обрести покой.

В память о роковом дне схватки, на лице Инара навсегда остались тонкие полоски-шрамы с правой стороны лица – два на скуле, под глазом, и два на лбу, над бровью. Удивительно, но они совершенно не портили внешность мужчины, наоборот, придавали ему некую харизматичность и неповторимую привлекательность. А как ему шёл красный матовый кафтан с накладными латами и коричневыми кожаными перевязями под оружие! Кажется, добрая половина горожанок сохла по шикарному воителю.

Однако я не находилась в числе поклонниц Миррэна. Хватит с меня и отца-военного! Он погиб, а вместе с ним и мама. А ещё бабушка слегла! Ненавижу войну. И военных тоже! 

– Айрис? – переспросил меня Инар, возвращая в день текущий.

И мне пришлось рассказать ему всю правду о случившемся сегодня у озера.

– Я тысячу раз тебе говорил, чтобы ты не ходила в лес  одна! – заметался мужчина по кухне, гремя латами.

Я промолчала. Ну, не могла я взять его самого или кого-то из стражников, потому что походка и обувь у них были тяжёлыми – вытопчут, почём зря, все растения и даже не поймут этого!

– Айрис, я сегодня же приставлю к тебе кого-то из ребят, – отреагировал на моё вредное молчание, Инар.

– Нет, – я упёрла руки в бока. – Ты же знаешь моё мнение по этому поводу!

– Знаю, – кивнул Миррэн.

И вдруг его серый взгляд замер на моей талии, а затем поднялся выше, к вздымающейся в возмущении пышной груди. Мужчина тряхнул головой, словно бы пытаясь прогнать наваждение. Мы встретились взглядами.

– Не уступишь, значит? – строго спросил он.

– Нет, – поджала я губы.

– Вся в отца, такая же упёртая, – рассердился воин. – Напомнить тебе, что твои родители…

– Прекрати, Инар, иначе мы сейчас поссоримся!

– Да я тебя и слушать не буду, просто приставлю стражника и всё.

Мне хотелось зарычать от досады, как всё сложилось, но вместо этого я выпалила:

– Не нужно! Скоро приедет мой кузен, он будет жить в башне и помогать мне.

А сама посмотрела на лежащую на столе веточку глицинии. Ну, здравствуй, братишка!

– Что ещё за кузен? – нахмурился собеседник. – Никогда о нём не слышал.

– По материнской линии. Зовут Миндаль. Не думал же ты, что родственники бросят нас одних с бабулечкой?

Инар нахмурился ещё сильнее – я попала в яблочко со своим предположением! Ссориться мне с ним не хотелось, мы вместе прошли через ад. Поэтому я примирительно предложила:

– Хочешь, чаем тебя напою? Ты, наверное, опять весь день на ногах.

– Обойдусь, – сухо ответил мужчина. – Лучше разузнаю, кто такой благодетель, что спас тебя, – и стремительно вышел.

– Вот, что прикажете с ним делать? – у самой себя спросила я.

И получила неожиданный ответ:

– Возможно, стоит спросить, что он на самом деле хочет сказать тебе, но боится, – и рядом со мной появился Миндаль.
-----------------------------------------------------------------------
Прекрасные мои читательницы, сегодня делюсь с вами историей обворожительной "":
Пообещав жениху дождаться его из путешествия, Кэтрин вынуждена отказывать всем поклонникам. Мачеху это злит. Она мечтает поскорее выдать замуж падчерицу, чтобы заняться поисками жениха для родной дочери. Дождётся ли Кэтрин жениха? Или судьба уготовила ей другого суженого?

Рэй

Второй день моего пребывания в Фон-Флоруме внезапно оказался выходным. Глава Попечительского совета накануне вечером заверил меня, что к моим новым обязанностям необходимо приступить лишь послезавтра, поэтому сейчас я занимался пешим изучением города.

Аккуратные светлые домики, в основном из двух или трёх этажей красивыми линиями выстроились по обеим сторонам местной речушки, носящей имя Талисе, что означало «прекрасная вода». И действительно, нежное, по-своему мелодичное, журчание скромной речки, наполненной хрустальной водой, с перекинутыми через неё многочисленными каменными арочными мостиками, словно бы задавало особую атмосферу в Фон-Флоруме. И гармонировало с черепичными крышами цвета топлёного шоколада, балконами, увитыми чудесными яркими цветами, украшающими почти каждый дом, многочисленными деревьями, кустарниками, что зелёными островками расцвечивали хмурость брусчатки.

Цветочный городок был окружён лесами, а на севере, прямо из города можно было увидеть вдали за лесами заснеженные пики гор.

Милое местечко полюбило и солнце. Пока я шёл по узеньким улочкам, лучи светила нежно касались моего лица. Воздух наполнял аромат цветов, доносящийся с балконов. В кустарниках и на деревьях возились птицы, о чём-то коротко переговариваясь меж собой, а может быть, радуясь набирающей силу весне.

Я с удивлением осознал, что мне здесь нравится. Мир и уют, будто бы проникали в меня, с каждым новым шагом и вдохом. Как непривычно после всего пережитого.

А затем я вышел к рынку. Лавки находились по периметру в домах и приветливо заглядывали в лица прохожим большими раскрытыми окнами. Пёстрые ряды палаток и навесов для прилавков, плотно занимали почти всё свободное пространство. Зазывалы манили к себе.

Что ж, самое время закупить первое необходимое для новой жизни. Сначала я терпеливо обошёл рынок, рассматривая местный ассортимент, что приятно меня поразил. А затем, определившись, что приобрету именно сегодня, отправился к палатке с выпечкой: пряниками, печеньем и прочим.

Принявшись высматривать лакомство для Уголька – солёные сухарики, я, наконец, увидел какие-то, протянул руку, чтобы взять кусочек на пробу, но вместо этого коснулся девичьей ладони, что тут же дёрнулась и выскользнула прочь из моего нечаянного объятия.

– Ой, здравствуйте, – услышал удивлённый голос и увидел Айрис.

На щеках девушки проступил лёгкий румянец, но я не понял от чего: моего случайного прикосновения, или от того, что мы опять встретились. А, может, всё сразу?

– Здравствуйте, Айрис, – склонил я в приветствии голову. – У вас всё в порядке?

– Да, спасибо вам большое! – она улыбнулась.

От этого её удивительные сине-фиолетовые глаза завораживающе замерцали.

Сама девушка нервно затеребила кончик волос, заплетённых в густую косу, перевязанную простой белой атласной лентой. Я невольно засмотрелся на неё. Да, она настоящая красавица! Юбка глубокого оттенка бордо с корсажем, украшенным приглушённо-золотистой тесьмой, подчёркивала тонкую талию и контрастировала с белоснежной блузкой с пышными рукавами. И вроде бы ничего вверху не облегало соблазнительные формы девушки, но перекинутая через грудь лямка сумки-ягдташ* коньячного оттенка, подчеркнула всё так, как и не снилось изощрённым чаровницам. Меня вдруг накрыло глубокой волной притяжения, ведь столь простая оправа наряда скрывала роскошную и манящую красавицу.

А следом за разгорающимся откровенно мужским интересом душу омыло осознание – такая прекрасная девушка не для меня. Судьба безжалостно забрала у меня возможность найти свою махуа. Но я должен проявить стойкость и держаться, не позволяя себе мечтать о несбыточном и коверкать из-за этого чужие жизни. Скучающие вдовушки и ночные бабочки – вот мой теперешний удел. Не более.

Айрис тоже с любопытством меня разглядывала, и я понял, что её внимание привлекла моя новая причёска – пока ходил по городу, набрёл на лавку цирюльника, где постригся и привёл себя в порядок.

– Что-то будете покупать? – вклинился лавочник.

– Хотелось бы свежих солёных сухариков, – повернул я к нему голову.

– Это для Уголька? – догадалась Айрис.

– Да, он любит похрустеть на досуге, – я улыбнулся, предвкушая радость четвероногого друга.

Девушка улыбнулась в ответ и вежливо спросила:

 – Вы благополучно вчера нашли свой дом?

– Разумеется, вы мне отлично всё объяснили.

Торговец запаковал лакомства для коня, и мы с Айрис, не сговариваясь, устремились в одну сторону.

– Как вам Фон-Флорум? – спросила красавица.

– Очень милый и приятный городок, – честно ответил я.

– Я тоже так думаю, – улыбнулась девушка. – А-а-ай!

Айрис вдруг отчаянно замахала руками, утратив равновесие, я рефлекторно подхватил её под локоть, а она врезалась в меня. Я ощутил, как меня коснулись мягкие окружности девичьей груди, и меня вновь накрыл её запах – уже знакомый чувственный цветочный вальс. Я непроизвольно вдохнул – аромат этой девушки просто отдельный вид наслаждения! Руки словно сами собой легли на тонкую талию.

– Простите меня! Я такая неловкая! – Айрис попыталась отстраниться, но так как я по-прежнему удерживал её, сделать этого не смогла.

Зато изящные ладошки девушки легли мне на грудь. Неистово захотелось накрыть её обольстительные губы своими, и целовать упоительно долго, чтобы услышать сладостный девичий стон. Чарующий, должно быть, звук!

Жёстко загасив пожар желания, я осторожно отпустил Айрис и чуть отшагнул в сторону.

– Надо же было так глупо зацепиться каблуком о мостовую, – девушка прижала ладони к запылавшим щекам.

–  Ничего страшного. Вы не повредили ногу?

– Всё в порядке! Спасибо, что поймали меня, – тут румянец её стал ещё ярче. – Я, пожалуй, пойду. Приятных вам покупок!

– Спасибо, Айрис, – поблагодарил я. – До встречи!

– Всего доброго, – она махнула рукой.

Я смотрел ей в след с удивлением. Нет, не из-за того, как она сбежала в смятении (так даже лучше!). И вовсе не потому, что милая девушка ходила по рынку с мужской охотничьей сумкой. Меня обескуражила высунувшаяся из её ягдташа мужская туфля.
--------------------------------------------------------------------

*Ягдта́ш (нем. Jagdtasche «охотничья сумка») – сумка из кожи, кожзаменителей или брезента для ношения добытой дичи и необходимых на охоте припасов и приспособлений. Ягдташ, как правило, состоит из кожаной или парусиновой сумки с одним или несколькими отделениями и сетки. Имеет пристёгивающийся клапан и ремень. К наружной стороне сумки крепятся ремешки (иногда оканчивающиеся колечками), чтобы приторочивать дичь. Ягдташи носятся на ремне через плечо.
----------------------------------------------------------------------------------
Милые читательницы, знакомлю вас с чудесной историей "":
Макьяра с рождения просватана Владетелю Северных Пределов, которого никто никогда не видел. В день ее рождения отец получил Пророчество, в котором говорилось о том, что этот союз спасет их мир от Ледяного Ужаса. Совершеннолетие все ближе, но Макьяра слишком любит жизнь, чтобы безропотно покориться глупому Пророчеству! А вдруг удастся обмануть Судьбу и сбежать? Но что тогда будет с их миром?

В тексте будут:
- пробуждение чувств
- Ледяной Ужас
- спасение мира
- снежные чудики
- приключения и магия
- все не то, чем кажется
- загадки и тайны

Айрис

Всю дорогу до дома я могла думать только о том, как опозорилась перед Рэем. До чего же неловко вышло! Повесилась на мужчину прямо посреди городского рынка! Хорошо хоть Инар этого не видел, и не будет выговаривать мне за нескромное поведение.

Помимо воли вспоминались и объятья сильных рук Рэя. Он так ловко меня подхватил! И тело у него такое крепкое – настоящий защитник! И этот лёгкий аромат простого мыла из цирюльни, смешанный с изящными мускусно-древесными нотками… я до сих пор его ощущала.

С новой короткой стрижкой мужчина выглядел цивилизованно, что ярко контрастировало со взором его тёмных глаз. Когда мы встретились взглядами, я будто погрузилась в дикую, пульсирующую страстью пучину, в глубине которой мерцали жёлто-зелёные огоньки  – они завораживали меня и не отпускали.

Сколько это длилось? Сладкую вечность или только жалкий миг? Я так и не поняла, окунаясь в собственный омут эмоций.

А когда я коснулась мужской груди своими ладонями и ощутила, с какой силой бьётся сердце Рэя, будто откликаясь моему, незнакомое ранее удовольствие шевельнулось в душе – этот шикарный мужчина тоже находит меня привлекательной!

Я вновь приложила ладони к раскалившимся щекам и вошла, наконец, в Цветочную башню.

За время моего отсутствия, Миндаль не сидел без дела и принялся разбирать завалы в дедушкиной мастерской. Дело в том, что после смерти последнего, бабуля не могла туда заходить, лишь иногда занося туда, какие-то его вещи. Ей было слишком больно и невыносимо, что мужа не стало. И результатом такого поведения стало загромождение и захламление мастерской.

– Вот, держи, – я вытащила из сумки пару обуви и поставила перед элементалем. – Ещё купила тебе немного одежды, её доставят позже.

– Спасибо, Айрис, – поблагодарил меня Миндаль, с интересом рассматривая мужские туфли.

– Объяснить, как ими пользоваться?

– Не стоит, – улыбнулся цветочный дух, легонько махнул лишь одними кистями рук, и обувь в тот же миг оказалась на его ногах.

Эх, вот бы мне так научиться!

А дальше мы с элементалем принялись трудиться вместе. Было так любопытно перебирать предметы, которых когда-то касался дедуля! Все эти его банки-склянки, книги, манускрипы и целые кипы исписанных листков.

Самым удивительным для меня казалось, что вопреки отказу бабушки посещать мастерскую деда, здесь по-прежнему буйно росли растения, порой, спускающиеся с потолка или обвивающие многочисленные полки. И это в тот момент, когда сама Цветочная башня, словно бы погибала, а вместе с ней и пространство вокруг. Какую же тайну оставил нам дедушка?

Я старательно раскладывала найденные записи по полкам овального рабочего стола, выполненного из благородной тёмной древесины и украшенного искусной резьбой, когда, наконец, заполнила первую секцию, прикрыла дверцы и открыла вторую. Там на полке лежал одинокий томик в тёмном переплёте.

Я с интересом извлекла книгу. Небольшая, но такая увесистая! На тёмной, чуть затёртой обложке, в окружении потускневшей золотой рамки находился скромный букетик из трёх крохотных розовых цветков. Неведомая сила, будто бы сплющила растение и вжала его в бумагу. Однако раскрывшиеся бутоны всё же несколько приподнимались над обложкой.

Проведя руками по цветочной вставке, я осторожно раскрыла томик. Страницы внутри были исписаны ровными рядами незнакомых мне символов. Увидев, среди листов что-то зажато, я распахнула книгу по неведомой закладке и увидела засушенные растения.
 

– Как ты думаешь, что это такое? – спросила я у Миндаля.

Цветочный дух подошёл ко мне. С затаённым трепетом коснулся страниц:

– Древний зачарованный травник.

И в подтверждение его слов луч клонящегося к закату солнца упал прямо на книгу. Символы на страницах тут же засверкали, переливаясь нежными оттенками.

– Твой дедушка владел рунической магией? – уточнил Миндаль.

– Верно, – кивнула я. – Думаешь, это тоже его записи?

– Нет, не его, перед нами довольно старинный вариант, – пояснил элементаль.

– И что же здесь написано? – я сгорала от любопытства.

– Понятия не имею, – обескуражил меня Миндаль.

– Как это?!

– Я цветочный дух, а не человеческий маг, – улыбнулся собеседник. – Вероятно, здесь есть некие пояснения по растениям и даже рецепты, – и показал мне на столбики с цифрами и всё теми же таинственными символами.

– Возможно, – согласилась я. Озвучила вслух свои рассуждения: – Если мы сумеем прочесть содержимое травника, это наверняка поспособствует улучшению обстановки Цветочной башни.

Миндаль кивнул. А я замерла в размышлениях. К кому же обратиться? Руническая магия не так уж часто и встречается. Впрочем, бывают ведь и просто толмачи. Одно ясно – бабушке про находку лучше не рассказывать. Ни к чему её волновать.

В хлопотах догорел уходящий день. Цветочный дух отправился ночевать в своё деревце глицинии, а я с наслаждением растянулась на своей постели на втором этаже. 

И уже почти на грани погружения в сон неожиданно сообразила, что не поблагодарила толком Рэя за то, что спас меня от насильников. Хорошо бы сделать ему какой-то милый памятный подарок.

С этой благодатной мыслью я и заснула, чтобы во сне увидеть сверкающий жёлто-зелёными огоньками тёмный завораживающий взор мужчины.
---------------------------------------------------------------------
Милые мои читательницы, хочу порадовать вас – визуалы героев и локаций полностью готовы, поэтому за сегодня-завтра заменю те, что уже выложены. Впереди нас ждёт ещё очень много красоты! Приятного чтения и просмотра!)
Также делюсь с вами ещё одной историей нашего цветочного литмоба от прекрасной "":
Верховная Горгулья требует, чтобы моя семья прислала дочь на смотрины ее сына. Отец запрещает выходить за него замуж. Сестра хочет нарушить все запреты, а кто-нибудь спросил, чего хочу я?!
Я помогу сестре, успокою отца. А сын Верховной Горгульи, герой войны и просто бабник пусть идет лесом. Все равно он не узнает, кто же я на самом деле.

Айрис

На следующее утро я познакомила бабулечку и цветочного духа. Рассказала ей о даре богини Астры и показала свой медальон. Чудесный подвес совершенно не впечатлил бабушку, зато отклик вызвал Миндаль.

Впервые с момента наступления недуга, Флорентина Роуз смотрела с интересом. Правда, лишь на красавчика-элементаля. Я не сразу, но сообразила, вероятно, бабушка видит его истинный магический облик. Любопытненько!

Миндаль ответил моей родственнице полной взаимностью. С улыбкой присел на её постель. После чего они продолжили молча играть в переглядки.

– Не буду вам мешать! – я оставила бабулю на попечение цветочного духа и отправилась реализовывать задуманное, что терзало меня с момента пробуждения.

Я нашла почти все ингредиенты, не хватало лишь одного, поэтому я принялась шарить по шкафам и полкам в мастерской дедушки. Как назло, искомая жестяная коробочка была на самом верху стеллажа. Не удивительно! Кто же знал, что после вчерашней уборки, она столь быстро понадобится?

Я дотолкала до полок дедушкино кресло, скинула туфли и, забравшись на мягкую поверхность, встала на цыпочки.

– Ты чего задумала? – в помещение пошёл Миндаль.

– Хочу сделать подарок человеку, что спас меня в лесу, – я сделала новую попытку дотянуться.

– Человеку, говоришь, – как-то слишком задумчиво протянул элементаль.

– Ага, – поняв, что всё равно не достаю, я встала одной ногой на спинку кресла, а второй принялась балансировать в воздухе для равновесия.

Металлическую коробочку наконец-то удалось ухватить, но в следующий миг я оступилась:

– Ой! – и прижав жестянку к груди начала падать, зажмурившись от испуга.

К моему удивлению, ничего страшного не происходило. Поэтому я сперва открыла правый глаз, а затем и левый.

Миндаль стоял рядом и весело мне улыбался. А я, оглядевшись, поняла, что отчего-то, словно бы зависла в воздухе. Тут цветочный дух, легонько взмахнул рукой, и нежный воздушный порыв подхватил меня и бережно опустил на пол.

– И зачем тебе это? – полюбопытствовал элементаль, когда я подошла к большому рабочему столу и опустила на стол кругляш коробки, покрытой изящной вязью выбитого на металле рисунка.

– Буду делать для Рэя свечу с сухоцветами.

– Этими? – для чего-то уточнил Миндаль, глядя из-за моего плеча на изящные спрессованные стебельки с распустившимися бутонами.

– Ну, да, – кивнула я, насыпая сливочного оттенка воск из холщового мешочка в стеклянную миску. – Очень красивое украшение для интерьера и полезное к тому же.

– О, думаю, Рэю Алейо, очень понравится, – сказал цветочный дух.

Мне послышалось или в его голосе прозвучали игривые нотки, будто происходящее забавляло элементаля?

Я повернулась к Миндалю, но он принялся мне помогать и разжёг огонь в небольшой плиточке, стоящей на двух серых речных камнях прямо на столе, после чего опустил на стремительно нагревающуюся поверхность приготовленную мной кастрюльку с водой.

Я погрузила туда свою миску, и как только воск расплавился, добавила в него несколько капель  эфирных масел – лемонграсса и виноградных косточек, тщательно их перемешивая. Яркий цитрусовый сладковатый запах тут же соединился с тонким и элегантным ореховым ароматом (именно такой эффект давали виноградные косточки). Чудесно!

Установив хлопковый фитиль, я вылила воск в небольшой цилиндрический стакан.

Здесь мне вновь помог цветочный дух – сделал несколько пассов руками и воск моментально застыл, отскочив от стенок стакана. Я достала будущую свечу, опустила её ещё в один стакан – размером покрупнее. В зазор между стеклом и восковой заготовкой аккуратно уложила высушенные с помощью пресса растения. Миндаль за это время растопил на плитке парафин, который я осторожно залила по краям стакана. Готово!

Прибрав на столе и переодевшись для визита в гости, я отчего-то занервничала. Нужно ли было вообще так заморачиваться? Да и как Рэй отреагирует на мой визит?

Миндаль, ощущая моё беспокойство, проводил меня до выхода из Цветочной башни:

– Главное, улыбайся, когда будешь вручать свой подарок, – напутствовал меня дух. В светло-голубом взоре сверкнули смешинки: – Все люди улыбаются на одном языке.
----------------------------------------------------------------------------------
Скоро состоится долгожданная встреча Айрис и Рэя, я же пока знакомлю вас с историей прекрасной "":
Я ненавидела Чёрного принца, превратившего меня из принцессы в отшельницу. Однако всё равно не смогла позволить ему погибнуть, когда он из ниоткуда свалился мне под ноги. Только вот ритуал пошёл не по плану, и теперь мы не только женаты, но ещё и навеки связаны: умрёт один – умрёт другой. Я могла бы закрыть на это глаза, но мой новоиспечённый супруг одержим местью и жаждет вернуть себе трон. Удастся ли мне растопить его ледяное сердце и уговорить остаться со мной? Иначе он погубит нас обоих.

Рэй

Я возвращался из гимназии, когда увидел, как возле двери моего дома стоит Айрис и неуверенно переминается с ноги на ногу. Дёрнув за шнурок колокольчика ещё раз, девушка вздохнула.

– Я здесь, – с улыбкой проговорил я.

Айрис обернулась, и мы встретились взглядами. Пурпурная полночь её глаз вспыхнула фейерверками радости, смущения и лёгкого замешательства. А я поймал себя на мысли, что в жизни не видел взора прекраснее. Не удивительно, что глава городской стражи лично печётся о благополучии этой девушки. Похоже, чудесный цветок Фон-Флорума пустил глубокие корни в сердце Инара Миррэна.

– Здравствуйте, Айрис, – поздоровался я.

– Здравствуйте, – улыбнулась красавица.

– Зайдёте в гости? – я распахнул дверь.

– Спасибо, не хотелось бы вас утомлять неожиданным визитом, – отказалась девушка. Прибавила: – Я пришла, чтобы поблагодарить вас за то, что спасли меня от тех…

К моему изумлению голос Айрис прервался вовсе не от страха, а от гнева.

– … негодяев, – подобрала она приличный аналог. Решительно выдохнула. Прибавила: – В знак моей признательности я бы хотела приподнести вам скромный подарок.

И с очаровательной улыбкой протянула мне небольшой хлопковый светлый мешочек:

– Я сама сделала её для вас. От всей души!

И в ожидании замерла, чтобы я рассмотрел подношение. Я развязал мешочек и оторопел.

Посмотрел на девушку, но она с искренней улыбкой ждала, поэтому я выдавил из себя:

– Спасибо большое, Айрис!

– Вам правда нравится? – на щеках её проступил лёгкий румянец, придавший красоте девушке ещё одну пленительную грань.

– Правда, – улыбнулся я.

– Приятного вам вечера, Рэй! Ещё раз спасибо!

– И вам приятного, Айрис, – поклонился я.

А затем проводил взглядом девушку, что принесла мне удивительный дар Махуа.

Домой я вошёл в смешанных чувствах. Запер дверь. Опустил мешочек на каминную полку. Я понимал, что Айрис абсолютно нечаянно пронзила меня стрелой боли прямо в сердце, но остановить поток возвращающихся воспоминаний уже не мог.

Я происходил из рода лесных драконов. До войны Трёх государств мы счастливо жили в Ясной долине и занимали особое положение в социуме Империи хитрой живицы. 

Лесные драконы считались оплотом мира на той территории, где обитали, с собственной иерархией и правилами.

Когда мне исполнилось четырнадцать, я прошёл обряд посвящения. Руки мои покрыл узор магических татуировок, изображающий буйство и силу растений.

Знаете чем отличается обычное тату от зачарованного? Игла проникает лишь под кожу. Магический же рисунок, словно впечатывался в саму душу, соединяя воедино мощь дракона, доброту человеческого сердца и Силу леса. Однако эта «прошивка» была пронзительно-раскалённой. Многие подростки лишались чувств к концу испытания. Но не я.

Вовсе не от того, что был самым смелым или терпеливым. Нет. Я просто не мог себе этого позволить. Я же сын главы рода. Ответственность, прежде всего.

– Теперь ты истинный Алейо, – с гордостью сказал мне тогда отец.

У меня хватило выдержки лишь на кивок.

Алейо у нашего народа – это вожак и главный защитник рода и леса, в котором обитает. А ещё у нас были дру, пирсы, айви и мтото.

Дру – драконы, что следят за сохранностью деревьев и других растений. Дру настоящие мастера в искусстве врачевания, к тому же умеют разговорить даже самую тоненькую качающуюся на ветру былинку и узнать у неё, например, все секреты стоящего рядом дерева или тех, кто находился рядом: зверей ли, людей.

Прозвание «пирс» происходило от слова камень. Пирсами становились самые храбрые, сильные и выносливые воины, охраняющие род и лес от чужаков и злых существ всех категорий.

Айви мы ласково нарекали наших лесных дракониц. Символом прекрасных дев, матерей и сестёр был виноград – знак верности. Преданные подруги и хранительницы домашнего очага, айви всегда служили украшением семей лесных драконов.

Мтото – прозвище малышни.  

И, наконец, Махуа. Опьяняющий цветок. Такой титул доставался избраннице, Истинной Алейо. Той, кого парой себе выбирал лесной дракон.

Как жаль, я никогда не испытаю того, что чувствует Алейо рядом со своей Махуа…

Поняв, что тревожные мысли опять начинают бередить старые раны, я отправился на конюшню, запряг Уголька, и мы отправились в путешествие по стремительно погружающему в вечерний сумрак Фон-Флоруму.

Уже за городской стеной я дал другу волю. Мы понеслись вместе навстречу свободе, которую дарил встречный ветер, растворяя во тьме наше прошлое и боль, что навсегда теперь будет со мной.

Прекрасная Айрис, зачем ты это сделала?
---------------------------------------------------------------------
Милые мои читательницы, сегодня расскажу вам об истории "":
На фоне событий 19 века... семейные тайны, интриги, театральные приключения, любовь... Удастся ли друзьям остаться верными своим убеждениям и дружбе? Каждого ждёт и встреча с любовью... Что же всё же важнее? Какой выбор лучше сделать? Пройти придётся через многое от Петербурга к Эстляндской губернии и... до каторги...

- девушка с прекрасным голосом
- крепостная или дворянка
- чувствительные герои
- романтика, любовь, мечты

Айрис

– Он устроился в гимназию учителем словесности, – вместо приветствия проговорил мне Инар.

Я как раз допивала липовый чай на кухне. Махнула мужчине рукой, чтобы присоединился ко мне за завтраком.

Миррэн опустился за стол, а я, наоборот, поднялась, взяла чашку и налила ему чай. Придвинула поближе тарелку с мясным пирогом, что испекла вчера после визита к Рэю.

Заметила, как Инар наблюдает за каждым моим движением. На какую реакцию от своих слов он рассчитывал?

Я опустилась на своё место, нарочито медленно отпила ароматный напиток. Посмотрела в сверкающие сталью глаза Инара:

– Ему можно доверять?

– Абсолютно, – кивнул собеседник.

Я спрятала удивление за новым глотком чая. Миррэн не любил чужаков, что стремились обрести покой в Фон-Флоруме. Неужели он проникся к Рэю из-за того, что тот спас меня?

Инар хотел сказать что-то ещё, но в этот момент на кухню вошёл Миндаль:

– Доброе утро!

Лицо Миррэна вмиг превратилось в каменную броню.

– Кто это? – кивнул он на элементаля.

– Мой кузен, Миндаль, я тебе рассказывала о его приезде, – а сама посмотрела на босые ноги цветочного духа – он так и не полюбил обувь. Прибавила: – Миндаль, это Инар Миррэн, сослуживец отца и мой спаситель.

– Откуда вы прибыли к нам, Миндаль? – спросил Инар, превращаясь в главу городской стражи, с прищуром рассматривая его босые ноги.

– Из скромного прибрежного городка, что возле моря Радужных облаков, – улыбнулся обезоруживающе элементаль, – думаю, название его вам совершенно ничего не скажет.

Смело встретил взгляд Миррэна и прибавил:

– Привык, знаете ли, разгуливать каждый день по пляжу, а в обуви по песку особо не нагуляешься.

Суровый взор порубежника чуть смягчился, Миндаль, меж тем, продолжил:

– Спасибо большое от всей нашей семьи, что спасли мою дорогую кузину!

– Я выполнял свой долг, – не поддался его очарованию Инар. – А вы каким ремеслом владеете?

– Увлекаюсь растениеводством, – ответил элементаль. – Потому наше дружное семейство и решило, что именно я лучше всех помогу Айрис с проблемами Цветочной башни.

Миррэн недовольно поморщился:

– Если у вас есть пара тысяч лийнов, то помощь действительно возымеет эффект.

– Инар, прекрати! – осадила я друга.

– Пусть понимает истинное положение вещей, – отрезал порубежник. Зыркнул на «кузена»: – К сожалению, у Айрис кроме башни ничего нет. Но и тут множество проблем.

– Инар, ты теперь всем будешь это рассказывать? – я сердито взглянула на Миррэна.

Вот всё-таки зацепила его эффектная внешность Миндаля! Ревнует, похоже.

– Ну, он же член семьи, – мужчина откинулся на спинку стула и, буравя элементаля взглядом, принялся барабанить пальцами по столу.

– Спасибо за искреннюю заботу об Айрис, – широко улыбнулся Миндаль – в своём позитиве он был непробиваем.

Инар хмыкнул, поднялся:

– Я вечером загляну ещё раз, – посмотрел на цветочного духа: – Посмотреть, как идут дела. – И вышел.

Дела, ага!

– Кажется, он взял меня под колпак, – улыбнулся элементаль.

– Он со всеми незнакомцами так.

– С теми, что вьются вокруг тебя? – глаза Миндаля блеснули насмешкой.

– Далеко не со всеми, – ответила я невпопад, вспомнив слова Инара о Рэе.

Интересно, чем таким впечатлил Миррэна новый учитель словесности гимназии Фон-Флорума?

Рэй

Я спал. Но отчего-то во сне проносились каскады перемешанных между собой воспоминаний: совсем свежих и окровавленно-застарелых…

…Первым в мире грёз оказался бывший порубежник Империи хитрой живицы. Он вновь постучал в мою дверь на улице Весеннего рассвета, и я вовсе не удивился, увидев блюстителя правопорядка в латах. Работа у него такая.

– Инар Миррэн, глава стражи, – представился высокий широкоплечий блондин, сурово вглядываясь в моё лицо.

– Рэй Алейо, учитель словесности,– проговорил я.

Лицо пришедшего неожиданно вытянулось:

– Тот самый?

– В каком смысле? – изогнул я левую бровь.

– Каюсь, не сразу вспомнил, где вас видел, – признался Инар. – До Фон-Флорума я был порубежником и служил в одном из городов Ясной долины. Рад видеть перед собой настоящего воина и героя, что в одиночку спас нашу долину от Алауна Ан…

– Это уже в прошлом, – оборвал я его. Прибавил: – Я хочу вернуться к мирной жизни, поэтому и приехал сюда.

– Понимаю, – кивнул собеседник. – Редкая удача, что именно вы ехали по тракту, когда на Айрис напали. Спасибо большое за её спасение.

– Это мой долг, – сухо отрезал я.

– Само собой, – согласился глава стражи. – И потому я бы хотел задать несколько вопросов о нападавших. Нужно выловить всю банду, вы же понимаете?

Разумеется, я его понимал. И тут перед глазами поплыли ужасные сцены, что разыгрались в тот роковой день в Ясной долине.
---------------------------------------------------------------------
Замечательные мои читательницы, знакомлю вас с историей от :
Варвара мечтала о счастливой жизни: дом, муж, дети…разве так много для счастья нужно? Да вот не везло ей.
Получив таинственный медальон, Варвара приняла решение переехать в маленький городок, где ее жизнь начинает окончательно рушиться. Но чтобы что-то построить иногда нужно разрушить до основания.
Но как говорится, хэппи-энд гарантирован!

Рэй

Образы ночных кошмаров вставали передо мной весь следующий день, пока я занимался с ребятишками из гимназии основами словесности. С учениками мне повезло – мальчишки терпеливо внимали и пыхтели над своими тетрадками. Я рассеянно смотрел на их склонённые головы, всё сильнее погружаясь в водоворот тяжких размышлений, пока вдруг не увидел, как один малец вовсе не корпит над учёбой.

Парнишка осторожно раскрывал стручки засохшего гороха и укладывал будущие пульки на парте. Его сосед лишь кинул на него хмурый взгляд и продолжил заниматься. А будущий хулиган вытащил бузинную палочку, закинул пару горошин в рот. Что ж, сейчас узнаем, кто его мишень!

Увлечённый проказник не заметил, как я бесшумно отодвинул свой стул и приготовился. В ясных голубых глазах паренька полыхали азарт и предвкушение. Но едва он приложил трубочку ко рту и прицелился, я быстро подскочил к нему и поймал в ладонь самопальные пули горохомёта.

Мальчишка аж подскочил, задел рукавом тетрадь, на которой лежали горошины, а тетрадка в свою очередь ударила по чернильнице, опрокидывая последнюю. Я подхватил ученика, оттаскивая в сторону, чтобы хоть его одежду уберечь от чернил.

– А..?! – вытаращился он на меня.

Остальные смотрели на нас с не меньшим интересом. Да, парень-то популярен!

С трудом сдерживая улыбку, я строго проговорил:

– Напомни своё имя.

– Тогни, – он исподлобья на меня глядел. Какой дерзкий! Спросил: – Всё матери расскажете, как остальные?

– А причём здесь твоя матушка? – приподнял я брови. – Разве это она хотела обстрелять класс из горохомёта?  – я взмахнул рукой, обводя кабинет. – Или, может, именно твоя мама разлила чернила? – указал на парту.

– Нет, – малец посмотрел на меня уже с интересом.

– Вот и я про тоже. Будешь сам исправлять свои поступки.

– Как это?

– Для начала прибери своё рабочее место и ототри чернила. А поскольку это займёт время, чтобы выполнить задание, которое делают сейчас остальные, – я обвёл класс суровым взглядом и ребята сделали вид, что вернулись к работе, хотя, несомненно, вслушивался каждый, – тебе придётся остаться после уроков.

– Остаться? – лицо мальчишки вытянулось и он, запустив пятерню в свои тёмно-русые волосы, почесал затылок.

– Учись отвечать за свои поступки, – отрезал я. – За дело! – и махнул рукой на парту.

Оказалось, в уборке Тогни знает толк. Видимо, приходилось уже отгребать. С внутренним весельем я смотрел на его хлопоты, хмурую мордашку и слушал натужные вздохи. Да он и актёр отличный!

Когда уроки закончились и мы с ним остались одни, я велел ему сесть за парту перед собой. Спросил:

– Что тебе сделал Сош?

Лицо мальца вновь вытянулось от удивления:

– Откуда вы знаете?

– Но ведь это для него ты подготовил свой горохомёт.

– И не только!

– Разбирательства с недоброжелателями нужно устраивать в личном бою, а не вот так, подло, когда они на уроке.

– А они не подло?! Разбили глобус в кабинете географии, а досталось мне! – подскочил со своего места Тогни.

– И что? Это повод, чтобы уподобляться негодяям? – я оставался строг. – Забрался бы на любое дерево, что стоит на гимназической аллее и обстрелял их с такого отличного ракурса всласть. А ещё лучше объяснил бы на кулаках, кто из вас не прав. Трусы боятся чужой отваги.

По вспыхнувших глазам мальца я заметил, что идея с деревом ему очень понравилась. 

– Сколько человек против тебя?

– Да весь класс!

– Что? Ты всем успел насолить? – теперь удивился я.

– А нечего меня дразнить сироткой-кашевроткой! – весь его вид наполнился воинственностью.

– Ты сирота? Что случилось?

– Отец погиб на войне Трёх государств и мы теперь с мамой одни.

– Каша здесь причём?

– Попечительский совет даёт сиротам на завтрак в гимназии кашу. Вот они дразнятся!

Я нахмурился. И здесь последствия войны. Даже детям приходится худо.

– Понятно,– кивнул я. – А теперь садись и делай задание.

Голубые глаза посмотрели на меня изумлённо. Он что, рассчитывал, я смягчусь и освобожу его от уроков?

– Тебе нужна жалость или уважение? – прямо спросил я.

Малец оказался сообразительным, поэтому сел за парту и раскрыл чистую тетрадь.

Когда он уже заканчивал, в дверь кабинета раздался стук.
------------------------------------------------------------------------------
А я знакомлю вас с ещё одной историей нашего цветочного литмоба от :
Попала так попала. Ничего не предвещало беды. Тихая прогулка. Дорогой пансион. Терапия против выгорания: сон, вкусная еда, массажи и природа. Что могло пойти не так? А вот нечего было одной ходить в парк, забредать на поляну и находить там странный кулон. Но я же особенная, да? Нацепить находку на себя и пропасть… чтобы оказаться в мире, полном магии. Да ещё и оказаться той, кому принадлежит особенная способность. И эта способность необходима для спасения местного князя.