Дракон, который (не) хочет жениться

«Дракон Веладриан Клэрвуд хочет жениться! Скоро отбор невест, не пропустите!»

Вывеска из светящихся в воздухе букв сверкает всеми красками радуги над дворцом, пляшет под неизвестную мелодию и взрывается блестками, чтобы через пару секунд все началось заново. Безвкусно, броско и гламурно ― в духе короля Гримвика.

Веладриан легко преодолевает пятьдесят ступенек ― годы вышколенной службы в Королевской Академии в качестве магистра Боевых искусств не прошли даром. К тому же он без пяти минут генерал. Только вчера виделся с королем, мило побеседовал и подписал все необходимые документы...

Документы ― о поступлении на службу в качестве генерала. Ни о какой женитьбе и речи ни шло. Что это еще за королевский произвол?!

Огромные кованые ворота с позолоченными шипами тут же открываются перед ним. Стражники в парадной форме и громила-зверопсовод с парой свирепых зверопсов вытягиваются по струнке. Все ― кроме животных с густой черной шерстью, которые обнюхивают воздух, скалят зубы, сверкают рубиновыми глазищами, готовые по первой же команде наброситься и разорвать.

Веладриан бежит через огромный холл, который обычно переполнен дамами в пышных платьях, лордами, лакеями и стражниками короля, а сейчас он кажется, пустым, безлюдным, оттого слишком огромным. Железные латы, которые он не снял после проведения боевых тренировок, гулко бряцают с жалобными короткими всхлипами в конце. Можно подумать, он пришел просить пощады. Вовсе нет. Произошла ошибка. Наверное, король слишком много размышлял о появлении нового генерала при дворе и машинально вписал его имя, когда подавал заявку придворному иллюзионисту.

Быстрее, быстрее… как будто скорость шагов может что-то изменить. Вообще-то может: чем быстрее исправят содержание вывески, тем меньше высокопоставленных лордов-драконов (и что самое главное, их дочерей-дракониц) увидят эту гнусную ложь.

Длинный коридор из белого мрамора, ведущий в аванзал. Двое стражников преграждают Веладриану путь, скрестив на дверях приемной короля длинные боевые топоры-полумесяцы.

Дальше нельзя.

― Лорд Веладриан Клэрвуд просит аудиенции у короля Гримвика! ― выпаливает он в решимости прорваться к нему во что бы то ни стало, даже если придется драться.

Вообще-то попасть к королю ― целая волокита, и не факт, что его величество соблаговолит снизойти к простому смертному. Но Веладриан на особом счету ― благодаря заслугам отца, ― поэтому один из стражников тут же вынимает зерцальный гласник и повторяет сказанное слово в слово. Тут же в ответ слышится раздраженно-капризный голос короля:

― Ну что еще? Ни минуты покоя!.. Ладно, впустите его.

Стражники отходят от дверей. Веладриан врывается в приемную: четкие и отлаженные действия стражников показались ему медленнее, чем шаги черепахи.

― Я плачу вам за то, что вы не можете найти одного-единственного человека по кличке Молот?! ― разоряется Гримвик, крича на слуг в масках, понуро стоящих у стены, и не замечая вошедшего гостя. ― Он водит вас за нос, как сопляков малолетних, и это лучшие мои шпионы?

― Простите, ваше величество! ― те опускают головы. ― Мы прочесали все королевство, каждую подворотню…

― Вы ничего не сделали! ― брызжет слюной король. ― Ничего! Какой-то идиот, замахнувшийся на трон, подговорил уважаемых лордов, чтобы сместить меня… и не рассказывайте, что в Круг Безликих входят только одни накидочники, ни за что не поверю! Там орудует очень сильный маг… или маги, которые закрыли вам глаза, а вы ― слабаки, не можете им противостоять!

― Но ваше ве…

― Молчать, зверопсята бесшерстные! Если через три дня… ладно, неделю Молот не будет доставлен в мое судилище, там же полетят ваши головы! Вон! Видеть вас не могу.

Веладриан незаметно вздыхает. Сколько раз он наблюдал подобные сцены, столько раз они заканчивались плачевно: который уже год ни один шпион Гримвика не смог выполнить приказ выследить так называемый Круг Безликих ― оппозицию короля. Все они сложили головы на плахе.

― Вот как можно управлять королевством, когда вокруг одни лоботрясы и мошенники, ― пыхтит король, вытирая взмокший лоб шелковым платком. ― Ну ты проходи, проходи, Вел. Какие у тебя новости?

 
Дорогие читатели! Эта история участвует в литмобе

Гримвик, отдышавшись, идет навстречу, волоча за собой тяжелую мантию, расшитую драгоценными камнями до такой степени, что ткань в нескольких местах прорвалась. Его щеки горят нездоровым румянцем, а губы выглядят так, будто он только что облизал чашу с ежевичным вареньем, из-за чего король похож больше на шута, чем на властителя королевства.

― Никаких, ваше величество. ― Веладриан немного сбит с толку. Вообще-то король ошарашил его новостями, а не наоборот!

― Я тебя сегодня и не ждал, думал, это первая претендентка на твою руку и сердце пожаловала, ― глуповато хихикает король. Маленькие блестящие глазки-буравчики хитро поглядывают: очевидно, Гримвик ждет реакции на свою шутку.

Веладриан мысленно закатывает глаза.

― Ваше величество, ― начинает он.

― Ну ты проходи, не стой столбом. ― Гримвик панибратски машет рукой и первым идет к столу переговоров, где умащивает свое жирное тельце на высокий стул, стоящий во главе.

Веладриан подходит ближе, но не садится.

― Ваше величество, ― снова начинает он. ― Произошло недоразумение…

― О, недоразумений в моем королевстве полным-полно, ― охотно перебивает тот. ― Эти шпионы недоделанные… чтоб их кудри распрямились! А как раз перед твоим приходом я вспоминал о восстании Аметистовых Резчиков… как бы чего не повторилось!

― Но ваше величество, ― Веладриан собирает все терпение в кулак, ― за последние пятьдесят лет не случилось ни одного крупного восстания. Поэтому...

― Ох, уж эти народные умельцы! ― вздыхает король. ― Как начнут идеи выдвигать ― спасу нет. Магия камней какая-то… если б камни и впрямь усиливали магию, я бы стал непобедимым! Да боюсь, Верховному Совету это не понравится…

Гримвик встряхивает мантией, звеня драгоценностями, за которыми и ткани не видно. Веладриан цепким взглядом выхватывает ультрамариновый лазурит с золотистыми вкраплениями рядом с ярко-зеленым малахитом, а в придачу ― огненный агат с тигровым рисунком и темный обсидиан. От такого смешения логики и хаоса, импульса энергии и ее мгновенной блокировки немудрено сойти с ума. Жаль, король слышать ничего не желает о магии, которую таят в себе его «цацки» ― и не переубедишь.

― Ваше величество… ― пытается он в который раз, но тщетно: король по-прежнему его не слушает.

― Только ты один меня понимаешь, ― грустно вещает Гримвик, запуская толстые пальцы, украшенные разноцветными перстнями, в свои черные кудряшки, напоминающие шерсть барана, из-за чего нелепая тиара с огромным плохо ограненным янтарем, похожим на кусок стекла, сползает набок. ― Кому, как не тебе я могу доверить командование королевской армией?

― Ваше величество, я вам премного благодарен, ― вежливо склоняет голову Веладриан, хотя все, что ему хочется ― разнести в щепки дубовый дорогой стол переговоров, инкрустированные стулья и самого короля в придачу.

― Ты настолько мне дорог, что я бы поручил именно тебе обезвредить Круг Безликих, ― доверительно смотрит Гримвик, прикасаясь к его руке. Веладриан весь напрягается и застывает: одно неверное движение, которое король сочтет за плевок в душу ― и ты мертвец.

― Но ты мне больше нравишься на должности генерала, ― добавляет тот после небольшой паузы, и Веладриан облегченно выдыхает.

― Ваше величество, ― не сосчитать, сколько раз он уже это сказал! ― мне кажется, с вывеской над дворцом… эм… небольшие проблемы.

― Что? Правда? Не может быть! ― Король подскакивает с таким испуганным лицом, что Веладриан мысленно ругает себя: почему он сразу не догадался сказать именно это?

― Там… отбор невест для некоего дракона.

― Все верно. ― Гримвик настороженно смотрит на него.

― Там указано мое имя. ― Веладриан очень постарался не произнести это возмущенно, сделав тон равнодушно-нейтральным.

― А… в чем тогда проблема? ― Король насуплено сдвигает брови. ― В конце должен быть фейерверк из блесток… разве Лайстеран не сделал, как я просил? Прикажу выпороть негодника!

― Блестки на месте, ― вздыхает Веладриан, проклиная исполнительность Лайстерана, придворного иллюзиониста. ― Но… почему вы ищете невесту… для меня?

Наконец-то он это сказал.

Король какое-то время недоуменно смотрит на него.

― Как это ― почему? Потому что скоро тебя представят перед всем двором и высокопоставленными лордами как моего генерала!

― Но женитьба-то здесь причем? ― невольно повышает голос Веладриан. ― Разве семейная жизнь не станет помехой для верной службы вашему величеству? К тому же в ближайшее время я не собирался…

― Дорогой мой, не суетись, ― обрывает король. ― Ты же сам подписал документы, где все сказано…

― Что сказано?

― Что ты обязуешься жениться как можно скорее! ― торжествующе провозглашает Гримвик. ― Генерал драконов не может быть холостым, это рождает сплетни и слухи, неподходящие для такого чина.

― Но… ― Веладриан только разводит руками, чувствуя, как его охватывает бессилие. ― Почему я узнаю об этом только сейчас?

― Не рассказывай мне сказки, ― отмахивается тот. ― Ты ж еще так молод, никак память отшибло?

Не дожидаясь ответа, Гримвик всползает со стула-трона и довольно быстро для пухлых коротеньких ножек подбегает к высокому инкрустированному изумрудом шкафу. Проводит над дверцей рукой ― королевская магическая печать срабатывает, и шкаф открывается.

― Вот! ― Король возвращается, протягивая несколько плотных бумаг, скрепленных его собственной печатью с изображением драконьего когтя. ― Прочти внимательно.

Веладриан дрожащими руками принимает документы и вчитывается в каждую букву. Вчера он подписал их, не глядя ― что может быть такого важного в бумагах? Формальность, не более. Но сейчас он готов биться головой об стену. Почему он не догадался прочесть то, что написано мелким шрифтом?!

«Дракон, ставший генералом, обязуется жениться до дня инициации, указанного его величеством королем Тираниусом Гримвиком».
_________________________________________________________________
Дорогие читатели! Если вам нравится история, буду очень рада, если вы поставите ей лайк и напишете коротенький комментарий в поддержку автору. Также добавьте книгу в библиотеку, чтобы не потерять. График выкладки прод - в карточке книги. Приятного чтения!❤️

Веладриан держится за разгоряченный лоб, глядя в предательский документ, особенно на размашистые загогулины внизу, которыми он сам себе подписал приговор.

Вчера после разговора с королем у него сложилось ощущение, будто тот что-то не договаривает: слишком уж он был благодушный, хоть на хлеб намазывай. Обычно так себя ведут, как будто дело уже решенное и остается только сделать вид, что никто не замечает подставы. Веладриан и впрямь не видел ничего подозрительного, только… чувствовал.

Сказать, что он в шоке ― не сказать ничего. Вот, пожалуйста, его имя и фамилия; витиеватые буквы напоминают петлю, которая вот-вот затянется и удушит его. Именно о такой жизни для него мечтал отец: стать одним из первых при дворе, прослыть примерным семьянином и забыть о глупостях, которые разрушат его репутацию и карьеру.

Под глупостями он имел в виду изучение магических свойств камней. По его мнению, это занятие было недостойно знатного драконьего семейства Клэрвуд.

― Нет, я не согласен.

Кто это сейчас произнес? Веладриан знает: спорить с Гримвиком ― себе дороже. Но только что кто-то возразил его голосом в приемной короля. И как теперь доказать, что это не он?

― Ой, Вел, да брось! ― У того, к счастью, сегодня прекрасное настроение, иначе бы не сносить ему головы. ― Время твоего холостячества закончилось. И что в этом плохого? Сколько тебе уже, тридцать?

― Тридцать пять, ― цедит сквозь зубы Веладриан.

― Прекрасный возраст, самое время для женитьбы! ― прищелкивает пальцами Гримвик.

«Если учитывать, что мы живем по сто пятьдесят и даже двести лет, это возраст младенца», ― вертится на языке, но он благоразумно молчит.

―А если я откажусь? ― снова пытается Веладриан, видя, что король сегодня более сговорчивый, чем когда-либо. Наверное, успел с утра-пораньше назначить казней штук пять…

― Ну нет, это невозможно. ― Тот складывает руки на груди и кивает на документ. ― Подписал ― выполняй.

― А если я откажусь становиться генералом? ― отчаявшись, произносит Веладриан.

― Ты что, хочешь нищим стать? ― насупившись, произносит Гримвик. ― Никем в моем королевстве? Заработок потеряешь и мое благоволение. Не дури, Вел, это глупо.

― Но я не хочу жениться! ― выпаливает он. ― Я еще к этому… не готов.

Пухлое лицо короля расплывается в хитрой улыбке.

― О-о, ты просто еще невест не видел ― я уже разослал приглашения самым красивым и знатным, а из них выберешь самый сок. ― Гримвик даже причмокивает. ― Видишь, как я о тебе забочусь? С тех пор, как не стало Кайраниана, ― он делает скорбное лицо, ― у меня нет никого ближе тебя.

Веладриан хорошо помнит день, когда племянник короля, и его лучший друг по совместительству, отправился на охоту и погиб по глупой случайности. Почему-то ему тогда показалось, что это не случайность, хотя… зачем королю избавляться от единственного наследника?

Хотя если учитывать, что старшего брата короля, Астеранруфа, отравили накануне его коронации доверять словам Гримвика нельзя: он слишком цепко держится за трон, чтобы уступить его хоть на миллиметр даже родственнику.

― С тех пор десять лет прошло, а как будто бы вчера. ― Король утирает скупую слезу. ― И отец твой… самые лучшие меня покидают. Ты же не хочешь меня расстроить?

― Нет, ваше величество, ― тихо говорит Веладриан. А что ему еще остается?

 

Пока Веладриан пытается достучаться до короля, приглашаю вас в новинку автора 

16+ Меня забросило в мир драконов на отбор невест.
Я, заслуженная пенсионерка, попала в тело безропотной драконицы?
Ничего, характер – дело исправимое.
Заносчивый наследник великого генерала заставляет меня танцевать, да ещё и критикует?
Научу его уму-разуму, да и его папашу заодно.
Папаша-генерал сопротивляется?
Мы ещё посмотрим, кто кого!

― Помнишь, какую фразу любил повторять Громхард? ― оживляется Гримвик.

― Плох тот дракон, который не хочет стать генералом, ― нехотя произносит Веладриан.

Фраза, которая впечаталась в его сознание с детства. Он знал: отец будет им доволен, только когда он займет генеральскую должность. И вот, это свершилось. Почти.

― Вот именно. Грядет отбор невест ― это же такое зрелище! ― Король хлопает в ладоши, но тут же дуется. ― А ты не рад. Ты что, хочешь меня удовольствия лишить?

― Не хочу, ваше величество.

― Тем лучше, ― удовлетворенно кивает Гримвик. ― Значит… я собственноручно выберу из приглашенных десять-пятнадцать отборнейших красавиц…

― Достаточно будет и пяти, ― вырывается у Веладриана.

А лучше ― одной. И никаких гламурных празднеств, от одной мысли о которых его уже тошнит.

И вообще, этот брак ― если он так необходим ― будет фиктивным. Не более.

― Ах, Вел, ― сладким голосом произносит король, пританцовывая на месте. ― Ты не представляешь, сколько девушек в королевстве мечтают связать с тобой судьбу!

«Они еще не знают, на что соглашаются», ― с горьким сарказмом думает Веладриан, а сам говорит:

― Благодарю, ваше величество, за хлопоты. Вы очень много делаете для меня.

― Отбору невест быть! ― провозглашает Гримвик и в восторге трясет кулачками перед собой ― ну сущий ребенок. ― Значит так: сегодня я принимаю претенденток, как и было запланировано, а уже завтра состоится бал-маскарад. Ты должен быть одет с иголочки ― я предоставлю тебе моих швей…

― Нет, нет, спасибо, ваше величество! ― спешит отказаться Веладриан, с ужасом представив свою парадную мантию, безвкусно расшитую драгоценностями. Да мало, что безвкусно ― неправильно расположенные рядом камни способны натворить в мозгу дракона настоящей беды. ― У меня есть подходящая одежда для бала, ― добавляет он.

Король, немного поломавшись, соглашается, сказав, что ему не нравится его аскетичные камзолы, в которых тот бывает на приемах. «Вынужденно бывает», ― добавляет про себя Веладриан, вспомнив скучные вечера в окружении таких же скучных лордов, которые лениво перебрасываются замечаниями о погоде, громко восхваляют короля, когда тот показывается перед ними. Чопорные дамы язвительно обсуждают друг друга, хвастаясь, детьми, мужьями и их богатством, а незамужние леди недвусмысленно намекают, что давно уже готовы к браку.

Веладриан идет по длинному коридору, отделанному белым мрамором. Тяжелые золотые канделябры у стен, медные и серебряные подсвечники на высоких подставках давят на него и выглядят так, словно грозят свалиться на голову и устроить ему пышное погребение в груде драгоценностей.

Все не дает покоя мысль: если король так сильно хочет переженить всех и вся, то почему сам не озадачится этим вопросом? С тех пор, как умерла королева, лет пятнадцать прошло, не меньше. Он меняет любовниц одна за другой, лицемерно возводя статус семьи в культ. Но то, что можно королю, нельзя подданным. Остается только выполнять его волю и поменьше перечить, чтобы не потерять как минимум работу.

Все же Веладриан надеется, что вместе с генеральским чином у него появится больше свободного времени для того, чтобы проводить его в своей лаборатории. Рано или поздно королевство узнает о нем, как о передовом маге-алхимике, который изучил свойства камней и способен передать знания тем, кто пожелает. Магия королевства Алмазного Когтя станет мощной и непобедимой. Жаль, король даже не представляет, какие несметные сокровища носит на себе ― и речь не только об их стоимости.

Но эта женитьба… Прах бы ее побрал.

Он едет домой в расстроенных чувствах, не видя и не слыша ничего. Но вскоре раздраженные, даже яростные крики вырывают его из тягостных дум. Он смотрит в окно кареты. Толпа накидочников… средь бела дня. Это что, то самое восстание, которого король с ужасом ожидает?

― Скор, притормози-ка, ― просит он кучера и выходит из кареты.

_____________________________________________________________________________________________

Дорогие читатели!
Приглашаю вас в свою новинку в жанре бытового фэнтези:
Аннотация:

Он сбежал от мира, чтобы умереть в одиночестве. Дракон, потерявший все и медленно превращающийся в чудовище. Она ненавидит его род и готова на все, чтобы защитить дочь. Женщина, чье сердце заковано в лед.
Казалось, у них нет ничего общего. Да только бабушка-травница думает иначе, как и метка истинности, которая появляется, когда ее не ждешь.

В книге есть:
🐉больной дракон и он же - просто классный мужик;
🐉строптивая героиня;
🐉бабуля. которую лучше послушаться;
🐉бойкая девчушка, которая знает, чего хочет;
🐉метка истинности;
🐉юмор... да-да, он тут есть;
🐉противостояние характеров (интересно, кто победит?🤔)
🐉мой любимый троп - от ненависти до любви.

Читать здесь:

В подвале заброшенного литейного цеха, что стоит на отшибе поселения накидочников, пахнет сыростью и металлом. В воздухе летает пыль. Горстка фигур, закутанных в темные плащи, толпятся вокруг груды старых ящиков, где лежит единственный источник света — фиолетовый магический кристалл, в котором потрескивают слабые разряды молний.

Туман рассеивается. В свете кристалла появляется еще одна высокая фигура в серой накидке и капюшоне ― как и у всех остальных.

Только на ее лице еще и маска, не позволяющая разглядеть лицо.

Наступает почти мертвая тишина, кажется, никто не дышит. Молот. Он здесь.

Каждый раз этот миг кажется священным.

Они различают друг друга по светящемуся цветному кольцу, что висит у каждого поверх накидки. Зеленые, красные, синие, желтые… у Молота он черный, но его и так узнают по росту и безупречной, почти королевской осанке.

Эти кольца ― не только знак отличия своих от чужих, но и магическая система оповещения. Каждый Безликий знает, где и во сколько следующая встреча ― стоит только сжать в руке кольцо, когда оно вибрирует, и считать послание.

Если присмотреться повнимательнее, то можно увидеть среди явно мужских крупных фигур одну невысокую и худенькую, с белым светящимся кольцом на груди. Она жмется к стене, словно хочет стать еще меньше. Ей чудом удалось найти Круг Безликих. Точнее ― ее саму обнаружили, когда она подслушивала тайную передачу информации двух лордов. То, что ее не убили на месте, а привели к Молоту на ковер ― не захотели рук марать ― еще одно чудо.

Все, что потребовалось ― рассказать Молоту правду о себе. Ее предупредили: солги она хоть на каплю ― мгновенная смерть. То самое черное кольцо у него на груди. Как оно действует ― никто не знал, но и испытывать на себе не собирался.

Когда ее оставили наедине с неуловимым монстром, она рассказала все без утайки, моля внутри себя об одном: чтобы ей с сыном удалось этой ночью сбежать из королевства. Она готова была преодолеть море вплавь, уйти в горы, в самую глубь рудников и пещер, не видеть солнца… только бы их навсегда оставили в покое.

Она вовсе не ожидала, что после недлинной, но содержательной исповеди, грозный Молот подойдет к ней, протянет руку, поможет подняться и скажет: «Дитя, теперь ты в наших рядах. Будь осторожна». И отпустит, дав внушительную сумму на пропитание.

И вот теперь она здесь, среди своих. О, она как никто другой хочет свергнуть короля. Никто здесь из присутствующих не знает, кто она такая и как Тираниус Гримвик разрушил ее жизнь до основания…

Молот подходит к кругу, который молчаливо перед ним расступается, освобождая почетное место, а после замыкается снова. Каждое движение предводителя ― четкое, выверенное, полное скрытой силы.

— Говорите. — Его голос ровный, металлический, лишенный всяких эмоций.

Один из замаскированных лордов с желтым кольцом и подпольной кличкой Ухо делает шаг вперед.

— Молот, с улиц доносится тревожный шепот. Поговаривают, что лорд Огнехвост и его приближенные замышляют нечто против магистра боевых искусств Королевской Академии. Против Веладриана Клэрвуда.

Фигурка у стены замирает, ловя каждое слово.

— Они не хотят видеть его генералом, — продолжает Ухо. — Вроде как его отец им слишком насолил. Их план примитивен и жесток: убрать его на предстоящем отборе невест. Яд в кубке. Они считают, что хаос после смерти Избранного королем для руководства армией ослабит хватку Тираниуса и откроет им дорогу к власти.

По кругу проходит ропот. Худенькая фигурка прижимает руки к груди и едва сдерживает всхлипы. Она как никто другой понимает: смерть почти генерала означает новые чистки, усиление стражи, всеобщую панику… Да их найдут во мгновение ока! «Ози! Нет… только не это… они не заберут тебя, малыш!» ― шепчет она, но тут же она закрывает ладонями рот, испуганно озираясь.

Мало того, фамилия Клэрвуд ей знакома. Даже очень.

Она должна вмешаться… но кто ее здесь послушает?

— Какие идиоты! — шипит другая тень с зеленым светящимся кольцом на груди. — Их авантюризм сорвет все наши планы. Мы должны остановить их!

― Да, мы остановим, только дайте приказ!

― Мы готовы выступить уже сегодня на рассвете!

— Нет, — раздается спокойный голос Молота. Все тут же замолкают. — Нет. Вы не сделаете ни единого шага.

В наступившей тишине слышится лишь легкое потрескивание кристалла. Тоненькая фигурка с белым кольцом нервно заправляет выбившуюся светлую прядь волос обратно в капюшон.

— Но... Молот... они убьют невинного человека! — вырывается у нее.

Тот медленно поворачивается в ее сторону. Невидимый взгляд будто пронзает ее насквозь.

— Клэрвуд не умрет. Я разберусь с этим. Лично. — В его голосе звучит нечто такое, отчего по спине бегут мурашки. — Эти выскочки — щепки на волне. Их амбиции мне не интересны. Они угрожают не тому человеку и ответят за свою дерзость.

Его слова повисают в воздухе, тяжелые и неоспоримые. Словно даже воздух стал гуще. Больше никто не смеет возразить самому Молоту.

Только она его почему-то не боится. В ее мозгу, ослепленном внезапной надеждой, рождается безумный план.

Ее сердце бешено колотится. Она хватается за соломинку, которая сулит… о, сулит очень много, если только она справится.

Ей придется действовать смело. Местами ― наобум. Много рисковать. Но ради спасения Ози она сделает все, что угодно.


Дорогие читатели! Приглашаю вас в новинку автора

Академия Короля-Дракона — это не просто учебное заведение. Это сцена, где знатные семьи торгуют дочерями в надежде породниться с правящей династией.
Стефании Вайоленс и даром не нужны брачные игры, перед ней стоит задача иного порядка: восстановить свой род, не потерять всё то, что у неё ещё осталось. Юной девушке очень непросто выжить в политических интригах, а ведь нужно ещё учиться и найти убийцу родителей.
И как отвадить одного наглого и шумного дракона, способного поломать все её планы?!
Иди к своей эльфийке, дракон!

Веладриан идет в самую гущу толпы. Его открытая голова с черными вьющимися волосами до плеч, железные латы с гербом королевства, на котором изображен коготь дракона, резко контрастируют с людьми, одетыми в серые невзрачные накидки с капюшонами. Поэтому перед ним все расступаются, а некоторые поглядывают с опаской.

Он мог бы спокойно проехать мимо ― какое ему дело до накидочников и их собраний, ― но все эти бесконечные разговоры короля о Круге Безликих, да и подозрительные слухи, которые он невольно получал от слуг, не позволили ему остаться безучастным. Пусть он не слишком симпатизирует Гримвику, но его вышколили воспитанием при дворе, к тому же генерал обязан быть верным его величеству, даже если у того дурной вкус, никаких манер и неоправданная жестокость.

― Что здесь происходит? ― Его громкий уверенный голос помогает быстрее расчистить дорогу, и вот… он видит жертву.

Молодая женщина в накидке испуганно смотрит на него, прижимая к себе мальчика лет восьми. У нее светлые волосы, выглядывающие из-под капюшона, как и положено простолюдинам. Но ребенок ― на его голове курчавятся густые темные волосы. Дракон или… полукровка?

― Лорд Клэрвуд, ― выступает вперед староста поселения накидочников. ― Эта женщина не замужем. Раньше она жила здесь одна, а теперь появилась с ребенком. Она обязана отдать его в приют, а сама…

― Да это воровка, воровка, я ее узнала! ― истерично вдруг начинает кричать толстуха в переднике. ― Это она вчера украла мои леденцы!

― А у меня постоянно крадет книги! ― машет сухим кулачком высокий старик в очках. ― Точно, она! Юркая, быстрая, как лиса!

― Родила без мужа, потаскуха! ― летит с другой стороны. ― Тебе здесь не место!

― Нечего ей здесь делать, соблазнять наших мужей!

― Позовите стражу! Пусть отправят ее в темницу или увезут куда-подальше!

Веладриан на миг встречается с растерянным взглядом мальчика. Он никогда еще не видел полукровок, но они, выходит, очень похожи на маленьких драконят. Он только знал, что с ними делают ― сдают так называемый Грязный дом, где лишают зачатков магии, считая их опасными жителями королевства из-за смешанной крови. А потом после восемнадцати лет выпускают, как обычных накидочников. Да только говорят, что такие люди долго не живут. Чахнут и умирают раньше положенного срока. Все из-за магического ядра, которое невозможно искоренить полностью, только задавить, приглушить, и те крупицы магии, что остались, медленно пожирают их изнутри.

Таков приказ короля, прописанный в Кодексе, нарушение которого грозит темницей, а то и казнью.

Женщина вдруг отпускает ребенка и… бросается к его ногам.

― Лорд Клэрвуд… я вас искала, ― говорит она мелодичным певучим голосом, в котором проблескивает отчаяние. ― У меня важное послание для вас!

«Откуда она меня знает?» ― первое, о чем думает Веладриан. Ах, да, его же назвал по фамилии староста.

― Почему я должен верить тебе? ― скептически он смотрит на нее.

― Потому что… ― женщина оглядывается, как будто в поисках поддержки, но вряд ли она ее здесь найдет, ― …я бы ни за что не показалась на улицах… но не могу молчать, выслушайте меня, пожалуйста!

«Вряд ли она хочет рассказать что-то стоящее, она лишь хочет спасти свою шкуру», ― мелькает в его почти генеральском мозгу, но тут же тихий голос, звучащий, как голос матушки, мягко шепчет:

«Даже если она говорит неправду, ей нужна помощь. Эти люди ее заклюют ― ее и невинного ребенка. Ты уже вмешался, так защити ее!»

Усталость медленно накатывает на него. Сначала три тренировки, где он без устали боролся, показывая кадетам мощные магические приемы, после ― бессодержательный разговор с королем, а теперь еще от него требуют спасти эту несчастную. А что потом?

Вообще-то он обязан задержать ее и сдать стражникам. Этим он выполнит долг перед королем.

― Расходитесь! ― требует он тоном, не терпящим возражений. ― Я сам с ней разберусь.

Толпа вздрагивает. Люди нехотя идут прочь кто куда, бормоча себе под нос что-то недовольное. А чего они хотели ― хлеба и зрелищ? Чтобы ребенка отобрали у матери или, чего хуже ― убили?..

Женщина быстро подбирает юбки и вскакивает на ноги. Мальчик снова прижимается к ней. Веладриан ловит на себя два взгляда: благодарный и заинтересованный.

― Залезайте, ― бурчит он, открывая перед ними дверцу кареты. Женщина еще раз смотрит на него, а потом подталкивает сына вперед.

― Давай, Ози, ничего не бойся, дядя-дракон нам поможет.

Дядя-дракон? Веладриан только глаза закатывает. На самом деле он не знает, что теперь делать с этой упавшей ему на голову проблемой.



Кажется, у Веладриана назревают нешуточные проблемы! Скоро мы узнаем, как он будет из них выпутываться. А пока приглашаю заглянуть в новинку автора

Ашрейн
Брак — по приказу императора.
Имя, выбранное наугад из списка невест.
Я не видел её — и не собираюсь. Любовь делает дракона уязвимым, а я не имею права быть слабым.
Но одна встреча меняет всё.
Хрупкая, сильная, но такая запретная — незнакомка спасает меня своей кровью и оставляет след глубже любого ранения.
Теперь я готов нарушить приказ императора и пойти против навязанного мне брака.
Лира
Я стала невестой генерала драконов.
Его называют Повелителем Пепла — он жесток, безжалостен и оставляет после себя только выжженную землю.
А ещё он игнорирует меня, показывая полное презрение ко мне и моей семье.
Я заперта в его холодном поместье, и только мысли о случайном незнакомце согревают моё сердце.
💎 В тексте есть:
брак по приказу императора 🕊️
властный дракон 🐉
невеста, выбранная наугад 👰
тайные встречи и огонь между ними
магическая кровь, спасающая от яда

«Ничего не бойся».

Так говорила ему матушка перед смертью, когда он испуганный и растерянный сидел у ее кровати.

Веладриан должен был стать сильным. И научиться жить без нее.

Наверное, поэтому его так тронули незатейливые слова странной женщины, которая осмелилась выйти на центральную улицу поселения накидочников со своим незаконнорожденным ребенком.

― Итак, ― он сбрасывает наваждение, прислушиваясь к Скору, который пустил вихреконей вскачь и принялся насвистывать свою привычную мелодию-песенку, которая не менялась с годами, ― что ты хотела мне сказать?

Женщина посматривает на него сбоку, прижимая к себе сына, который настороженно смотрит на него и не спешит доверять незнакомому «дяде-дракону». Веладриан невольно отмечает необычный лисий разрез ее серых глаз, а аккуратный прямой нос, яркие небольшие пухлые губы, черные подвижные брови наряду с бледной кожей делают ее внешность почти аристократичной.

Но светлая прядь волос, свисающая на лицо, выдает ее с головой. Она ― обычный человек, накидочник, как зовут здесь всех, кто не дракон. Кто владеет примитивной бытовой магией, максимум ― целительской, не более того. Чистокровные драконы все, как на подбор, с черными или темно-каштановыми вьющимися густыми волосами ― первый и главный признак наличия мощного магического ядра.

― Чего молчим? ― Веладриан ловит себя на мысли, что разглядывает ее и тут же заставляет себя отвести глаза.

Женщина шумно набирает в грудь воздуха и выдает:

― Вас хотят убить, лорд Клэрвуд!

― Вот как, ― почти равнодушно произносит он. В королевстве Алмазного Когтя постоянно кто-то кого-то хочет убить, и он ― не исключение. Разве что к нему не суются ― боятся стальных мышц, сурового взгляда и безупречных навыков владения магическим оружием.

― И кто это сказал? Сама придумала, наверное?

― Услышала. ― Она стреляет в него глазами и тут же опускает их. Мальчик снова хватается за ее накидку, явно чувствуя себя неуютно. Веладриан хмыкает, чтобы скрыть растерянность, которая раз за разом накатывает при взгляде на этого ребенка.

― Где? От кого? ― продолжает он допрос.

Он что, будет каждое слово, как крючком вытаскивать? Делать ему больше нечего.

― На рынке, ― говорит она, потупившись.

― Значит, ты и правда воровка? ― хмыкает он.

― Моя мама не воровка! ― вскрикивает вдруг мальчик с горящими глазами и сжимает кулачки.

Веладриан переводит на него взгляд и… вздрагивает от странной пронзившей его мысли. Эти большие черные глаза с длинными ресницами с не по-детски серьезным взглядом, прямой нос, слегка приподнимающийся на кончике, родинка на правой щеке… Будто ребенок ему кого-то напоминает ― кого-то из прошлого.

Показалось, не более.

― Ози, не веди себя так, ― тихо одергивает его женщина и замолкает, не оправдываясь насчет воровки, потому что, скорее всего… это правда.

― Как бы там ни было, за ложную информацию ты можешь попасть в темницу, ― сухо говорит Веладриан, не желая разбираться и что-либо выяснять по поводу кражи леденцов и тому подобного ― для этого существуют стражи порядка в самом людском поселении. ― Откуда мне знать, что ты не врешь?

― Лорд Огнехвост и его приближенные… они готовят заговор и хотят отравить вас на… ― она морщит лоб, будто вспоминает детали, ― на отборе невест, кажется?

― И об этом ты услышала на рынке, ― в его голосе звучит неприкрытый сарказм. Да, лорд Огнехвост слишком лебезил перед ним в последнее время, что выглядело подозрительно. Но откуда накидочникам знать о планах лордов? Разве что их слуги разносят сплетни, но это может быть чревато для них же самих.

― Да, когда покупала… фрукты. ― Женщина снова заминается, и Веладриан теперь не сомневается: она явно ходила на рынок не за этим. Но насколько она сейчас говорит правду?

― Там, знаете, сколько всякого можно услышать! ― продолжает она, подняв голову, и ее мимика становится живой, по-детски непосредственной. ― Кто с кем подрался, чья жена кому изменила… ― перечисляет она.

― Достаточно, ― прерывает Веладриан. ― Меня не интересуют глупые сплетни простолюдинов.

Ози сердито смотрит на него ― наверное, не может простить, что он назвал его мать воровкой. Разу видно, что с характером, правда ― телосложение хрупкое. Но это можно поправить регулярным питанием и тренировками на свежем воздухе. «Из него выйдет прекрасный королевский кадет», ― невольно думает Веладриан.

Как когда-то о нем самом говорил его отец, показывая его и хвастаясь перед знатными лордами, как дорогой сбруей или породистым зверопсом.

― А куда мы едем? ― Ози немного отодвигается от матери и смотрит в окно.

― В усадьбу Клэрвудов, ― цедит Веладриан. О, он просто счастлив, что ему придется разбираться с делом, которое, скорее всего, не что иное, как болтовня рыночных кумушек.

― Но… зачем? ― вскидывает на него глаза женщина, имя которой он так до сих пор и не узнал.

― Предпочитаешь, чтобы я высадил тебя посреди дороги? ― Веладриан направляет на нее один из своих внушительных взглядов, которого боятся даже кадеты.

― Мы будем в вашей усадьбе в безопасности? ― тихо спрашивает она.

― Разумеется, ― бросает он.

Что ж, ему никто не помешает проверить, насколько правдивы ее слова о возможном убийстве. А тем временем он запрет женщину с ее отпрыском в одной из своих комнат ― он просто не знает, что с ней делать. А еще она может быть опасна для общества. Генерал Клэрвуд обязан во всем разобраться.

Веладриан Клэрвуд

Марисса и Ози

Еще такой Ози у меня есть, постарше выглядит, но это более подходящий вариант

Король Тираниус Гримвик

Тетушка Глен

Горничная Хелл

Служанка Лира

Привратник Ант (немного на эльфа похож, но в целом мне нравится)

Звропсовод Вар

Архивариус Руф

Когда карета подъезжает к воротам усадьбы Клэрвудов, навстречу им, кряхтя, выходит привратник Ант, кланяется и спешит открыть ворота как можно шире.

― Рад видеть вас, милорд! ― сипит он, не вынимая изо рта соломинку, которую вечно жует или иногда заменяет сухариком.

― Была почта, Ант? ― высовывается из окна кареты и привычно спрашивает Веладриан.

― Ни голубей, ни вихреконей ― целый день тишь да гладь! ― Сухопарый, жилистый привратник, похожий на старый, но прочный корень, щурится тот от лучей вечернего солнца, а глаза при этом так счастливо светятся, как будто он весь пронизан этим сиянием. Веладриан удовлетворенно смотрит на его седую не покрытую капюшоном голову. «Мой дом ― мои правила».

В этом доме нет накидочников, хотя другие лорды считают иначе. Просто здесь никто не использует это обидное прозвище. И никто не смущается своих прямых светлых или рыжих волос, как и слабой, почти незаметной магии. Веладриану так нравится и ему плевать, что об этом думает король ― с ним он не собирается обсуждать свои личные неписанные законы.

Почты не было ― тем лучше. Значит, на повестке дня у него только завтрашний отбор невест и никаких больше поручений, которые ему вдогонку мог придумать король. О, он бы многое отдал за то, чтобы вообще не появляться при дворе. Тихо жить в своей усадьбе, заниматься любимым делом, каждый день видеть простые лица, слушать, как неспешно журчит речь старика Анта, глядеть на его сгорбленную фигуру и неустанно повторять себе: «Я дома».

«Плох тот дракон, который не хочет…»

«Да, да, отец, я помню!» ― раздраженно думает Веладриан. Тот и после смерти не оставляет его в покое.

Он кивает Анту и дает знак Скору, чтобы тот продолжал путь. Карета, дрогнув, медленно едет по мощеной дороге.

Веладриан только сейчас вспоминает, что он не один. С ним эта беглянка-воровка и ее прицеп. Так что полностью расслабиться в ближайшее время не получится.

Не успевают они выйти из кареты, как к нему на всех парах бежит Вар.  Свистки разных размеров и форм, мешочек с лакомствами для питомцев, заряженный магией кольт ― все это бряцает и позвякивает в такт его шагам. Его обычно суровое лицо с глубоким шрамом через бровь оживлено, как никогда. Рядом с ним на магических цепях бегут зверопсы.

― Хозяин, у нас приплод! ― сообщает он на ходу, даже забыв поздороваться и поклониться, как положено, а Веладриан вдыхает привычный запах дыма и мокрой собачьей шерсти. ― Зверопсята получились замечательными, как на подбор ― крепкие, сильные, а шерсть-то как блестит!

В его суровом взгляде проглядывает едва уловимая нежность, как бывает всегда, когда тот говорит о питомцах, за которыми приглядывает.

― Очень рад… ― начинает Веладриан и тут же замолкает, невольно обратив внимание, как дернулся Ози и как прижался к матери, пряча лицо, когда животные натянули цепи зверопсовода и предупреждающе зарычали, почуяв чужих.

Почему это должно его беспокоить? Этот сопляк и его мамаша… подумаешь, страшно кому-то стало. Зверопсы на крепких цепях, к тому же он и так уже сделал более чем ― не отдал этих несчастных под стражу, хотя должен был, как порядочный дракон. Да только понятие порядочности у него и короля немного разнится…

― Вар, уведи животных в вольер, ― строго приказывает он, видя, как огорченно вытянулось его обветренное лицо. ― Зверопсят я посмотрю чуть позже, ― смягчившись, добавляет он. ― У меня неотложные дела.

― Как скажете, милорд, ― кланяется тот. Мышцы на его руках вздуваются, когда тот уводит за собой рычащих, сверкающих рубиновыми глазами питомцев.

― За мной, ― приказывает Веладриан своим нежданным гостям. Он совсем не собирается утешать мальчишку и говорить, что зверопсы не опасны ― потому, что это неправда. И ему вовсе не нужно казаться благородным рыцарем в глазах женщины, которая ведет себя слишком легкомысленно. Разве нормальная мать потащит ребенка к людям, которые заранее к нему враждебно настроены?

Давя нарастающее раздражение, он на ходу стягивает латы и оставляет их прямо на полу в холле. Слышатся шаги. Перед ним появляется Руф. Как всегда весь подтянутый, аккуратный, с безупречной осанкой ― слуга, к которому просто невозможно придраться. Светлые волосы зачесаны набок, собраны в хвост и напомажены так, что, кажется, не шелохнутся даже при урагане. Лицо с четкими, почти геометрическими чертами. Нос с легкой горбинкой. Взгляд холодный, оценивающий, проницательный…

Веладриан по привычке немного сжимается внутри, ожидая услышать что-то вроде: «Не бегай, это дом, а не арена для зверопсов!» «Стой смирно, иначе все подумают, что у тебя чесотка!» «Не ковыряй в носу!» «Где твоя осанка? Никак крюк проглотил?»

Архивариус, заведующий всей документацией и безупречно выполняющий свою работу, почему-то взял на себя роль гувернера, хотя тетушка Глен заменила Веладриану мать, и ее вполне было достаточно. Веладриан, когда подрос и разобрался в сущности этого мерзавца, не скупился на ругательства в его сторону ― отец за это не наказывал, ведь со слугами можно по-всякому. Но Руф ни разу его не оскорбил в ответ. А жаль. Это стало бы веской причиной, чтобы выгнать его ― и дело с концом.

Насчет выгнать ― это несбыточные мечты. Клятвы нельзя нарушать, даже если даешь их умирающему человеку.

И даже если при этом тебе всего лишь семь.

Матушка, будучи при смерти, слезно просила и молила его оставить Руфа при себе, что бы ни случилось. Потому что, как она считала, тот будет служить верой и правдой их дому до конца.

Если нарушить клятву ― заболеешь. И это не просто суеверие, а чистая правда. Будешь хиреть и чахнуть, пока не умрешь, не дожив и до ста лет, не говоря уже о полных драконьих двухсот.

Это не прописано в Кодексе, но об этом знают все жители королевства Алмазного Когтя.

Веладриан совсем не хотел умереть раньше положенного, поэтому терпел неприятного слугу изо всех сил в надежде, что тот сам покинет усадьбу. Но тот, увы, никуда не торопился. Уже почти тридцать лет

― Добро пожаловать домой, милорд, ― ровно, без эмоций произносит Руф, сжимая длинными, почти аристократическими пальцами в белоснежной перчатке записную книжку в кожаном переплете. ― Вы привезли новых слуг?

Дорогие! Пока Веладриан думает, что ответить дотошному слуге, предлагаю заглянуть в новинку автора

Она должна убить его, чтобы спасти их сына.
Он должен жениться, чтобы спасти свой народ.
Пять лет назад они любили друг друга.
Сегодня — смотрят в глаза как враги, стоя по разные стороны клятв и крови.
Он верит, что она мертва.
Она знает, что приговор подписан — и ему, и ей.
Но как выполнить приказ, если сердце всё ещё помнит огонь,
а в мире, где клятвы важнее чувств, любовь может стоить жизни?

Руф оценивающим взглядом окидывает женщину, которая так и не сняла капюшон, пряча волосы, и останавливается на мальчишке. Он как будто все понимает и без слов.

Та заметно нервничает под его взглядом, приподнимает плечи, будто хочет казаться меньше, резко вынимает руку из кармана серого невзрачного платья, и на пол падает белое кольцо размером с ладонь, к которому привязана черная веревка.

― Ой, простите… ― Она тут же наклоняется, подбирает кольцо и прячет в кармане.

― Мама, что это? ― шепчет Ози.

― Не сейчас, малыш, ― тихо отвечает ему та, не спуская настороженного взгляда с Руфа.

Веладриан только зубы стискивает: это же фосфорит. Украла, негодница, и скорее всего, не на рынке, а лично у кого-то из господ: такие артефакты носят для связи с близкими или для оповещения об опасности. Ребенок, кажется, совсем не в курсе, чем промышляет его мать.

Ладно, он разберется с этим позже.

Руф снова переводит взгляд на ребенка. Его блеклые глаза на миг вспыхивают, а потом тут же гаснут. Он делает резкий шаг к нему, отчего мальчик вздрагивает и сильнее жмется к матери, а женщина настороженно смотрит на архивариуса, словно хочет предугадать его следующий шаг.

― Откуда это у вас? ― спрашивает архивариус подчеркнуто вежливо, наверняка о фосфорном кольце, но при этом не спускает глаз с ребенка.

У женщины на щеках проступают красные пятна. Она бросает умоляющий взгляд на Веладриана, отчего раздражение вспыхивает в нем с новой силой, но вовсе не к ней.

― Не твое дело, Руф! ― жестко произносит он. ― Иди, занимайся своей работой. Я сегодня лично проверю все записи о расходах и доходах за эту неделю и если найду хоть одну ошибку ― лишу месячного жалования!

На самом деле ему хочется его проклясть. Вот так сразу и на месте. И если б не та дурацкая клятва ― он бы так и сделал.

Тот смотрит нечитаемым взглядом, в котором Веладриан видит лишь непомерную гордыню, и удаляется, подняв голову. Это холодная война. Когда старенький управляющий несколько лет назад умер, Веладриан не стал искать нового и передал Руфу в нагрузку все его обязанности. Просто ему хотелось, чтобы тот сам ушел. Чтобы не выдержал напряжения и отказался от престижной работы в драконьей усадьбе. Потому что работает сверхурочно. Потому что не справляется. Потому что хозяин его терпеть не может. Это ли не веские причины?!

Но Руф справлялся, все так же безупречно, вовремя подавая отчеты без единой помарки, за что Веладриан ненавидел его еще сильнее.

― Хелл! ― зовет он. Почти сразу из дверей кухни выходит горничная средних лет, жена Скора. Немного растрепанная, в рабочих перчатках и с тряпкой в руке, но неизменно радушная, она присаживается в простецком реверансе.

― Отведи их в нижнюю комнату для гостей и запри на ключ, ― приказывает он.

― Что? Зачем нас запирать? ― испуганно восклицает женщина.

― Выдай им еду, воду, все, что необходимо из одежды, ― продолжает Веладриан, не обращая на нее внимания. ― Они должны находиться под замком, пока я кое-что не разузнаю.

― Хорошо, милорд, ― немного растерянно произносит Хелл.

Что ж, с этим он справился. Пусть о незнакомке и ее отпрыске теперь заботятся слуги: ему не понравилось ощущение рядом с ними. Он вновь почувствовал себя чуть ли не подростком, мальчиком, который растерялся и не знает, каков его следующий шаг. Он не должен раскисать или возмущаться против нечеловеческих законов Кодекса. Подумаешь, одной накидочницей больше, одной меньше. «Репутация превыше всего», ― так сказал бы отец.

Но он должен проверить, вдруг Огнехвост и впрямь копает под него? Отец научил его простому заклинанию, помогающему выявлять яды в напитках и блюдах. Веладриан пользуется им регулярно даже дома: не всем своим слугам он доверяет безоговорочно. Но на приеме короля вся эта разноцветная мишура, танцы-пляски могут отвлечь его внимание, и он попросту забудет проверить бокал, когда захочет промочить горло. На это Огнехвост и рассчитывает.

Но как-то совсем не хочется умереть в расцвете лет, когда у него столько целей и планов!

Это значит, ему предстоит сейчас самое неприятное.

Веладриан входит в свой кабинет и скользит взглядом по камням, разложенным на столе. Один камень ― один слуга, который носит при себе аналог. Вздохнув и подавив очередную волну раздражения, он прикасается к обсидиану, а потом и вовсе сжимает в кулаке.

Этот камень способен успокоить мгновенно. Точно такой же постоянно лежит у него в кармане, как талисман. Веладриан сам не знает, почему связал именно его со своим архивариусом.

Не проходит и пары минут, как в дубовую дверь стучат. На пороге показывается Руф.

— Милорд, — произносит тот холодно. — Вы звали меня?

«Конечно, звал, балбес выщелоченный, это не камень из моей коллекции, а средство связи!» ― чуть не выпаливает Веладриан, но сдерживается. Все же он не дракон-подросток, хватит показывать перед этим высокомерным снобом свою слабость.

— Да, — отрезает он, окидывая архивариуса самым суровым взглядом, на какой только способен. — Мне нужна информация. Срочно.

Руф делает один бесшумный шаг в кабинет, оставаясь на почтительном расстоянии. Его руки сложены за спиной. О, да он воплощение терпения и достоинства.

— Я весь внимание, милорд.

Веладриан отворачивается, видя в полированной панели шкафа собственное отражение.

― Лорд Огнехвост. Есть слухи, ― запинается он, не желая раскрывать источник, ― что он что-то замышляет против меня, вплоть до убийства. Мне нужно знать, насколько это правдоподобно.

Он ждет сарказма, скептической паузы, намека на то, что архивариусу опять поручают сверхурочное задание, которое не совсем-то в его компетенции. Но Руф просто слегка наклоняет голову. Его взгляд становится острым и оценивающим, как у хищной птицы.

— Слухи редко рождаются на пустом месте, милорд. Особенно когда речь идет о назначении на пост генерала. Интерес лорда Огнехвоста в этом вопросе... очевиден. Я произведу необходимые расследования

Ответ настолько профессиональный, лишенный иронии или сомнений в разумности просьбы, на мгновение обезоруживает Веладриана. Он весь подобрался, подготовился к спору и что получил?

О, да он еще должен быть благодарен этому напыщенному щеглу. Как бы ни так! Этот человек каждый раз напоминает ему то, о чем бы он хотел забыть. Веладриан сомневается в каждом его шаге, хотя Руф не давал ему для этого ни единого повода…

А еще ему хочется его ударить. Просто так, без причины. Дать пощечину изо всей силы, наотмашь. Только чтобы вытянуть на поверхность его настоящую сущность, увидеть исказившееся от злобы лицо и… перестать каждый раз испытывать перед ним всепоглощающее чувство вины за неоправданную грубость и неуважение.

— Хорошо, — говорит он, и его собственный голос звучит хрипло. — Сделай это. И постарайся без лишнего шума.

— Разумеется, милорд. — Руф сканирует его с ног до головы своим всевидящим взглядом. — Конфиденциальность будет обеспечена. Я представлю вам досье к утру.

К утру? Он что, всю ночь будет собирать сведения? Интересно, где и как?!

Веладриан только открывает рот, чтобы обрушить на него шквал вопросов, но тот разворачивается и бесшумно уходит, оставив дверь приоткрытой, какой она и была до его прихода.

Он сжимает руки с такой силой, что обсидиан в его ладони хрустит, но не ломается, больно врезаясь в плоть. Почему, ну почему каждый раз, когда он просит Руфа о чем-то, тот выполняет так безупречно, что даже не верится, что это возможно? И почему сейчас он чувствует такое облегчение, что ему не нужно самому решать этот вопрос?

В сердцах он бросает камень на стол.

— Прах тебя побери, — сквозь зубы выдает он в тишину кабинета и медленно садится за стол. Ему самому непонятно, к кому обращено это проклятье — к Руфу, к лорду Огнехвосту, к сложившейся ситуации с накидочницей или к самому себе за эту двойственность.

Нервный громкий стук в дверь заставляет его вздрогнуть. Если это Руф вернулся… сейчас он услышит все, что накопилось внутри!

― Милорд! ― Хелл врывается без приглашения, вся всклокоченная, с ярко-пунцовыми щеками, задыхаясь от бега. ― Я заперла вашу гостью на ключ, как вы и сказали, но она… она сбежала!

Веладриан очень скоро отправится выяснять, как можно сбежать из комнаты с запертой дверью, а пока приглашаю вас в новинку

Проблема почти женатого дракона проста: король велел жениться, регалии украли, свидетеля надо прикрыть. Решение ещё проще — назвать меня невестой. Почти. Без платья, без поцелуев, без права на глупости. Я вижу подделку с первого взгляда, он — ложь с первого вздоха. Договоримся, найдём украденное, переживём Новогодие и разойдёмся. Наверное.

Веладриан встает так резко, что чуть не опрокидывает стол.

― Что? Как это могло случиться? ― резко произносит он. Нет, он не сомневается в Хелл ― та безупречно выполняет приказы, как и Руф. Единственное отличие ― она не вызывает этим раздражения.

― А ребенок… она забрала его с собой?

Почему-то это кажется ему важнее, чем сам факт побега этой накидочницы.

― Нет, ― тихо произносит Хелл. ― Мальчик в комнате… И он не знает, где его мать. Сказал, что она вышла куда-то на время, но… как, если дверь была заперта!

Веладриан срывается с места. Нет, он не побежит утешать этого малолетку, который наверняка сейчас в соплях и слезах ― это не его обязанности. И вообще ― эти накидочники нежданно-негаданно свалились ему на голову, а теперь вместо того, чтобы спуститься в лабораторию, продолжить изучение магических свойств аметиста и янтаря, он должен искать беглянку, чтобы вручить ей отпрыска и отослать на все четыре стороны.

И почему он не сделал так сразу? Зачем приволок их к себе домой? Руф без чьей-либо помощи раздобудет достоверную информацию ― по крайней мере, это ему удавалось всегда.

Все же он идет первым делом в комнату для гостей. Там столпотворение: Хелл, тетушка Глен, Лира и Тая окружили мальчишку, который сидит на кровати, подняв плечики, прижимает к себе накидку его матери и испуганно смотрит на незнакомых ему людей.

Недолго думая, он выхватывает накидку из рук опешившего ребенка.

― Думаю, она не могла далеко сбежать, ― сухо произносит он. ― Тетушка Глен, отведи мальчишку на кухню, пусть он пока побудет с тобой.

Не хватало еще, чтобы ребенок затерялся где-то в недрах его большого дома. Вообще ему претит мысль, чтобы по дому разгуливали маленькие сопляки. Тетушка Глен ― самый надежный человек, причем владеющий неплохой магией, благодаря энергии камней, которой она не брезгует подпитываться. Кто-кто, но она не допустит, чтобы ребенок сбежал.

Веладриан возвращается в кабинет, держа накидку на вытянутой руке и не желая прикасаться к ней более, чем двумя пальцами. Из ящика стола он вынимает магнетит ― тяжелый, некрасивый образец породы, которая помогает находить пропажу в два счета, будь-то вещь или человек. Но только в том случае, если есть какая-то зацепка. Например, вот эта накидка.

Веладриан бросает вещь на спинку стула, а потом прижимает магнетит подолу. «Найди ее», ― мысленно приказывает он, концентрируясь на камне. Что ж, дальше все просто: магнетит светится, его лучи показывают направление, а еще ― следы сбежавшего. Они начинают золотиться на полу…

Так должно быть. Но на этот раз магнетит словно заснул ― ни тепла, ни малейшей вибрации, не говоря уже о свете. Веладриан снова прижимает его к накидке. Потом еще раз и еще. Без толку.

Остервенело сорвав накидку со спинки стула, он вылетает из кабинета. Он найдет беглянку, чего бы это ему не стоило. Эта хитрая лиса оставила ему ребенка. На что, интересно, она рассчитывала?!

Хм, дверь в библиотеку приоткрыта. Непорядок. Обычно Руф следит за тем, чтобы в доме все было безупречно, и это касается дверей тоже. Что ж, хороший повод сделать ему замечание, даже несмотря на то, что тот отправился добывать для него сведения по Огнехвосту и не может быть в двух местах одновременно.

На всякий случай заглянув в библиотеку, он застывает, чувствуя смесь раздражения и облегчения. Вот она. Сидит за столом, негодница, листает дорогущий фолиант. Примеряется, наверное, сколько за него получит, если удастся вынести.

В несколько шагов Веладриан преодолевает расстояние между ними.

― Да что ты за мать такая? ― напускается он на нее. Женщина, охнув от неожиданности, захлопывает фолиант и встает.

― Ози… что с Ози? ― вырывается у нее, глаза становятся огромными, наполненными ужасом, что на секунду Веладриан сомневается в своих суждениях.

― Ничего, ― сухо отвечает он. ― Он под присмотром тетушки Глен. Я не разрешал тебе выходить! ― снова повышает он голос, нависая над ней. ― В моем доме ты будешь исполнять мои правила!

― Я только хотела пройтись по замку, пока Ози заснул, ― виновато пожимает та плечами. ― Ведь я здесь впервые… должна знать, куда я попала и не опасно ли здесь…

― Пройтись по замку! ― передразнивает Веладриан. ― Это не замок, во-первых, а во-вторых ― как ты отперла закрытую дверь?

Он не сомневается в исполнительности горничной. Но… что это?

То, что скрывала накидка, теперь открыто на обозрение: шею беглянки украшает ожерелье из гладких полуматовых камней молочного оттенка.

Лунный камень! Веладриан мысленно давит стон. Ну конечно. Женщина украла столь дорогую вещь и теперь неуловима: минерал, обладающий мощными универсальными свойствами, не позволяет магнетиту отслеживать человека, который его носит. А еще ― усиливает магию. Явно, что она открыла дверь не отмычкой, а кое-чем посильнее ― и рук не замарала.

― Откуда у тебя это? ― Он протягивает руку к ожерелью и слегка оттягивает его.

Можно подумать, она ответит правду.

― Это… единственное, что осталось у меня от родителей. ― Женщина легким движением сбрасывает его руку и прикрывает ладонью ожерелье.

― И кто они? Накидочники? ― не успокаивается Веладриан. ― Королевство Алмазного Когтя уже много лет не торгует минералами, а если бы и так, у них бы не хватило средств купить ожерелье из столь дорого и редкого камня!

― Вы разбираетесь в камнях? ― Та широко открывает глаза. Веладриан невольно засматривается на переливающуюся серо-зеленую радужку, внутри которой словно скачут маленькие солнечные зайчики.

― Это неважно… ― смешивается он. ― Здесь я задаю вопросы! ― произносит он грозно, но та больше не пугается, даже поглядывает на него с интересом из-под длинной челки, свисающей набок.

― Меня зовут Марисса. ― Та смотрит на него со странной теплотой.

― Это тоже неважно! ― гаркает он. Уж он-то не собирается называть ей свое имя, пусть величает по чину, как положено.

― Вы позаботились о моем сыне и волновались о нем, когда я вышла на несколько минут. ― Она ребячливо пожимает плечами и так мило улыбается, что Веладриан невольно задерживает взгляд на ее подвижном красивом лице. ― Вы хороший человек, лорд Клэрвуд.

Веладриан громко фыркает. Вообще-то он волновался о собственном покое. А на сопляка ему плевать: он поручил его тетушке, чтобы тот не бегал по дому и не создавал проблем.

― Ты глубоко заблуждаешься, ― вкладывает он весь сарказм в свои слова.

― А эта книга. ― Марисса машет рукой в сторону фолианта, лежащего на столе. ― Это ведь полная история нашего королевства. Надо же… ― она даже задыхается от волнения. Придвигает книгу к себе и снова открывает. ― Почему же в более новых выпусках пишут другое, что Драксар Алмазный Коготь создал королевство не на основании работы магических камней, а своими руками и руками подчиненных. А ведь он был не воином, а великим камнерезом и алхимиком. Почему же правду так исказили?

Все это она выпаливает на едином духу. Большие глаза с лисьим разрезом горят таким интересом, что Веладриан снова ловит себя на том, что разглядывает ее.

― Откуда у тебя такие познания? ― сухо интересуется он.

Эта женщина явно непроста. Носит лунный камень, рассуждает об истории королевства так, словно знает ее наизусть. Еще и об Огнехвосте откуда-то узнала ― если это правда. Кто же она такая?

― Ну… я неплохо училась в приютской школе, ― смущается та, складывая руки перед собой.

Веладриан невольно морщится. В приютах королевства происходит всякий произвол. Может, у накидочников получше, но с полукровками в Грязном доме дела обстоят ужасные, если не сказать хуже.

Впрочем, это не его дело.

Теперь его разглядывает Марисса. Так серьезно и задумчиво, что ему становится не по себе.

― Тот высокий человек… мне он тоже не нравится, ― резко переводит она тему. ― Я чувствовала себя рядом с ним как-то странно… Как вы думаете, он не причинит мне или Ози вреда?

Пока Марисса осваивается в новом доме, предлагаю заглянуть в новиночку автора

Обычная девушка из XXI века после гибели обнаруживает себя в теле Адэлины, юной аристократки из Империи Драконов.
Но радость от новой жизни в волшебном мире омрачается необходимостью насильственного брака с холодным и могущественным кронпринцем Каем.
Вот только Принц совсем не хочет жениться, а героиня мечтает начать новую жизнь в новом теле как можно дальше от него....
Сопротивление узам – путь, усыпанный шипами. Каждый взгляд, каждое случайное прикосновение разжигают пожар в сердце. Ненависть превращается в страсть, а отказ – в непреодолимое желание....