Дракон Востока

Я опустила руки в горячую воду. Боль от натертой веревками кожи тут же эхом пронзила все тело. Я потёрла стесанные запястья, медленно размяла затекшие мышцы ног. И с удовольствием окунулась в деревянную кадку с горячей водой с головой. Когда ещё выдастся такая возможность?

За последние пару месяцев жизнь моя изменилась очень круто. Теперь вместо атласа и мехов, моих запястий касались веревки и грубая шерсть. Вместо горячей ванны по вечерам — бочка с горячей водой раз в неделю. Знала бы, как на деле обращаются с рабами…

— Эй, ты там! — Дверь чуть не просела под натиском. — Не засиживайся!

Я без удовольствия вынырнула из собственных мыслей. Сдернула с края бочки кусок ткани и принялась растирать кожу до красного. Будто стараясь смыть не только грязь и пот, но и ссадины, синяки, а ещё боль.

Время на банные процедуры было окончено. Новый “хозяин” (от этого слова меня воротило, но что поделать, если он купил меня накануне за горсть монет) осмотрел меня с ног до головы. Я неуверенно прикрыла себя руками, хотя нагота уже давно перестала быть чем-то постыдным. Пару месяцев плена приучат к чему угодно. 

- Синяки, - заметил мужчина, касаясь палкой моих рук и живота. - Дралась? - Я кивнула. - Понятно, почему торговец хотел от тебя быстрее избавиться. Красивая, но дикая, да? 

Я вскинула подбородок, не удостаивая “хозяина” ответом. Уж сколько раз я благодарила Создателя за то, что против учителя танцев мне когда-то назначили учителя фехтования. И хотя только со временем я поняла, в чем бы истинная задумка моего дяди, сейчас это пришлось как никогда кстати. 

- Одевайте её. - Отдает приказ мужчина и исчезает за занавесью. 

Я приготовилась к тому, что меня снова облачат в самое простое платье и отправят к слугам или вроде того. Но вместо этого меня облачают в тончайшие шелка, слой за слоем. Будто я принцесса… Будто я снова стала принцессой, а не пленницей императора Востока. Конечно, удумай я так одеться при дворе, меня бы подняли на смех - никаких пышных юбок, корсета, дорогой вышивки. Но я уже почти привыкла к странным местным нарядам. 

Волосы расчесывают, заплетают в две косы и немного подкалывают вверх. Но волосы у меня длинные, все равно концы кос болтаются на талии. 

Я почти поверила в то, что со мной теперь будут обращаться по-человечески, хотя такая доброта несколько настораживала. Как в конце всех процедур мои запястья снова стянула веревка. Я поморщилась от боли. Ничего нового. 

Паланкин покачивался в такт ходьбе носильщиков. Я не решалась пошевелиться под строгим взором “хозяина”, хотя ужасно хотелось чуть раздвинуть ткань и взглянуть на столицу. Лишь из небольшого проема я видела, как мелькают дома, лавки и время от времени силуэт охранников, окружавших наш проезд. 

- Куда ты меня везешь? - Я кинула недовольный взгляд на мужчину напротив. 

- Увидишь. Веди себя смирно. 

Я вздохнула. Что мне еще оставалось? Вести себя смирно - первый урок, который я усвоила, когда руки мои сковали стальные кандалы. Иначе к истерзанной коже прибавятся ещё синяки и, возможно, переломанные ребра. 

В какой-то момент я поняла, что шум улицы стих, а мы начали подниматься в гору. Тут я не выдержала. Все же подцепила пальцами ткань, чтобы хотя бы одним глазком взглянуть наружу. 

Стража, ворота, мелькает зелень, изящные деревца вдали. Аккуратные дорожки, слуги и… золотые крыши. Знаменитый Золотой город! Мы едем к императору Восточной стороны. Я быстро задернула шторку и бросила взгляд на своего пленителя. 

Я лично императора никогда не видела. К нам в замок несколько раз приезжали восточные послы. Принимали их торжественно, сгоняя всех в тронный зал. Тогда на меня надевали придворное платье и заставляли стоять по стойке смирно среди остальных близких и дальних родственников царя. Помню, что в первый раз мне показался странным внешний вид людей с востока - раскосые глаза, волосы у них только темные, а кожа светлая. И мужчины, и женщины, все в платьях, словно попы. На нарядах послов были вышиты драконы. 

А потом началась война. И все, кто был с Востока сразу становился врагом. 

Говорили, что император Востока не победим, потому что он ведет свой род от самих легендарных драконов. Но это была, конечно, чушь. И мой дядя решил это проверить. 

Так как с оружием я управлялась куда лучше, чем в светских разговорах и дипломатии, я среди прочих отправилась на войну. Страшно сказать, но это были счастливейшие дни в моей жизни. Когда я была самой собой, когда дышала свободно, хоть воздух и был пронизан запахом смерти и гари. По началу меня определили в один из отрядов гвардии, но потом, когда судить меня начали не по моему родству, а по способностям, дядя приблизил меня к себе. Я была одна из “вестников смерти” - личной гвардии царя, которым давали выполнять самые невыполнимые миссии. Слава наша летела впереди нас. Говорили, что в царе поселился сам Великий Медведь, а мы - его верные псы, волки и лисы. 

Но это не помогло. Сначала армия, а потом и все мы пали перед могуществом Дракона Востока. Теперь моей родины не существовало. Тех, кого я, хоть и со скрипом, называла своей семьей - тоже. А я в веревках еду в логово к своему заклятому врагу. 

Мой “хозяин” провел ладонью по своей жидкой бородке, довольно глядя меня сквозь щелки глаз. Что же ты удумал, старый пенёк? 
______________________________
Дорогие читатли! Добро пожаловать на мою книгу, надеюсь, история вам понравится :)
"Дракон" выходит в рамках крутого флешмоба о драконах
не забудьте сходить и посмотреть другие книги ;)

Дворец внутри поражал воображение. Совсем не похоже на их холодный и строгий замок - весь в золоте, красной парче. Полно стражников, придворных. Сегодня какой-то праздник? 

Перед тем как завести меня внутрь, слуги накинули мне на голову плотную ткань, но не стали закрывать лицо. Пока мы шли какими-то пустынными коридорами, мне позволили немного поглазеть по сторонам. Мы остановились в одном из коридоров. Мой “хозяин”, прежде чем уйти, предупредил: 

— Лучше держи рот на замке и вести себя подобающе. 

— Может, ещё станцевать? — Поинтересовалась я. 

Ответом мне была пощёчина. Один из перстней на пальцах больно оцарапал щеку. Я тихо выругалась, сплевывая кровь прямо на красивый мрамор. Стражники наградили меня укоризненными взглядами. А я смотрела в спину  “хозяину”, который шел в другую сторону по коридору. Привел меня на заклание, а что я ещё должна делать? Благодарить его? Меня повели в другую сторону, в маленькую комнатку. У дверей охранники, рядом служанки. Веревок с меня так и не сняли. 

Я топталась на месте, гадая. Что за чушь, зачем меня вообще сюда привели? Увидев золотые павильоны дворца, я думала, что меня хотят перепродать в качестве служанки во дворец. Мало ли, может такие как я - рыжие и бледнокожие - в ходу. Но не похоже. Меня бы сразу повели к душеприказчику, или кто тут занимается прислугой во дворце.

Или… о, нет! Мой “хозяин” прознал, кто я на самом деле, и теперь хочет вручить императору, как трофей! По спине пробежала дрожь. Последнее, чего бы мне хотелось - оказаться в застенках дворца. На Востоке славились своими изощренными пытками… А главное - бессмысленными. Я была уверена, что не выдержу и половины из того, что рассказывали о пыточных делах мастеров Востока. Меня превратят в безвольную куклу, которая будет готова признаться в чем угодно, а потом всё равно казнят.  

Надо бежать. Срочно. Я украдкой покрутила головой, в поисках путей для отступления. Всего из комнатки две двери. У каждой по стражнику. Одного я еще успею отключить, но второго…

Пока я думала, одни из дверей распахнулась. Показался слуга, махнул рукой тем, кто стоял рядом со мной. Покрывало, что закрывало мне голову, задернули, и я перестала видеть вообще что либо, кроме своих ног. Кто-то, полагаю, что слуга, схватил меня за руку, и уверенно потащил вперед. 

Тьма маленькой комнатки сменилась светом. По всей видимости, меня ввели в какой-то зал с большими окнами. Вокруг раздавались шепотки, короткие возгласы. Все мое внимание было сосредоточено на собственных ногах в мягких тапочках. Как бы не упасть. 

— Вы готовы отдать свой долг Хуай Ань? — Глубокий, красивый голос разнесся по зале. Я вздрогнула. Такой голос мог принадлежать только тому, кто привык командовать. Нет, повелевать. 

— Ваше Величество, у меня есть дар, который, уповаю, вы сочтете столь же великолепным… — Это, без сомнения, был голос моего “хозяина”. Только непривычно льстивый. 

Я усмехнулась. Ясно, мои догадки были верны. Меня как жертвенного барашка привели сюда в дар императору. По всей видимости, Хуай Ань пытается откупиться таким способом от повинности куда страшнее. Интересно, что он обещал императору - свои владения? Может быть, дочь?

Меня потянули дальше по залу, в котором теперь было удивительно тихо. Я всеми силами старалась не оступиться, будто от этого зависела моя жизнь. Почему-то ужасно не хотелось опозориться перед таким количеством людей. Хотя, куда уж унизительней, чем быть рабыней? Вдруг моя охрана остановилась, встала и я. 

— Это лучшая рабыня Севера, Ваше Величество, — раздался голос моего «хозяина» совсем рядом. Наглый лжец. За меня на базаре не просили больше связки монет. А вот если Хуай Ань прознал, кто я на самом деле… 

Я подняла голову. Сквозь ткань было видно, как ко мне приближается темный силуэт. Шагов по мраморному полу почти не слышно. 

Мгновение, и покрывало с меня слетело. 

Мужчина передо мной… Я, пожалуй, никогда таких не видела. Я привыкла, что мужчины моего дома были широкими и приземистыми. Правда больше похожие на медведей. В армии меня окружали сплошь вояки - могли похвастаться силой и ловкостью, но никак не красотой. А этот… Высокий, на голову выше меня, не меньше, лицо, будто выточенное из мрамора, изящная линия скул, брови вразлет. Каштановые волосы распущены и струятся вниз по богатому наряду, кажется, до самой поясницы. И глаза. Не темные, как у всех жителей Востока, а настоящий янтарь. Золотые. При том от мужчины веяло настоящей силой, а не напускным желанием казаться сильным. Это чувствовалось кожей. 

У меня дыхание перехватило. Я тут же плотнее сжала зубы. Знает он кто я, или нет? Жизнь или плаха? 

Мгновения длились вечно. 

— Какая наглая ложь, — разнесся голос императора по зале. И уже это звучало как приговор. Я почувствовала как ком подкатил к горлу. Вот, кажется и все. Янтарные глаза обвели меня снизу вверх и вернулись к Хуай Аню. 

— Я вижу её глаза, они горят смертью. За такую рабыню не дадут и сотни лянов. — Император цокает языком и кивает кому-то. — Отведите её к остальным. 

К кому остальным? Я быстро обернулась, но стражи уже потянули меня прочь из зала. До меня долетели сухие слова императора: 

— Я заберу её и твою голову в придачу за воровство и попытку обмана… 

Крик моего теперь уже бывшего «хозяина» я уже слышала сквозь закрытую дверь.
 

Извилистые коридоры, красное с золотом меняется более приглушенными цветами, и в глазах уже так не рябит. В конце концов, меня через внутренний сад проводят к другому крылу дворца сквозь ворота, в которых стоит ещё отряд серьезной охраны. По всей видимости, это какая-то закрытая часть дворца, не для всех. 

И куда же имелось в виду это “К остальным”? 

Мы прошли изящный сад с каменными дорожками и изогнутыми деревцами, будто их кто-то специально гнул. И вошли под сень галерии приземистого двухэтажного крыла. 

Я никогда не была в подобном месте, но сразу догадалась где мы. Мир, наполненный женскими голосами, пением диковинных птичек, подозрительными взглядами и фальшивыми улыбками. Тошнота подкатила к горлу. Гарем. Меня продали в императорский гарем. 

Нас со стражниками встретил старый евнух в синем наряде. Колючим взглядом окинул меня с ног до головы. 

- Почему в веревках? 

- Говорят, строптивая, - отозвался один из стражников. 

- Развязать, - распорядился евнух. - Госпожа Цинь! - Позвал куда-то в сторону. 

Пока с меня стягивали порядком осточертевшие веревки, к нам откуда-то из бокового коридора спешила женщина. В зеленых одеяниях, с высокой причёской, с мудрёными заколками. Ясно, местная матрона. Меня снова окинули цепким взглядом. Я будто снова оказалась на невольнечьем рынке. 

- Как зовут? 

Я замялась. Не представляться же настоящим именем. Надо было срочно что-то придумать. 

- Фелис Хаус*, - ляпнула я. В армии мне дали прозвище “Рысь”, ну а это чем не имя? 

- Пойдешь со мной. 

Во второй раз за день меня заставили обмыться, на этот раз просто опрокинув пару бочек с водой на голову, теперь под строгим взглядом госпожи Цинь. После этого она осмотрела меня со всех сторон, пощупала за бок с комментарием “Тощая”, бедра удостоились скромного “Сойдет”. Не без внимания остались зубы, волосы и ногти. В итоге матрона осталась мной недовольна. Слишком много шрамов, слишком много мышц: “как у мужчины”, не говоря уже о родинках и веснушках, что считалось немодным среди молодых девушек. Единственное, что меня спасало, по мнению госпожи Цинь - рыжие волосы и синие глаза. Это и правда было редкостью, даже в гареме, где, как с гордостью сообщила мне матрона, было около сотни девушек. 

Мимолетно удивившись немаленьким аппетитам местного императора, внутри я обрадовалась. Если в гареме сотни таких как я, то была вероятность, что император вообще не вспомнит о моем существовании! Главное - вести себя тихо и незаметно. А там, смотришь, про меня такую страшненькую и неказистую и вовсе забудут. И я смогу отсюда, наконец, сбежать.

Одежды, в которые меня так старательно обряжал Хуай Ань (при мысли о смерти моего бывшего “хозяина” меня посетило мстительно удовлетворение) с меня были сняты, а мне выдан комплект одежды из укороченного, до щиколоток платья и шароваров под низ, всё тошнотворно зелёного цвета. 

- Ты будешь в комнате с остальными девочками, которые еще не были удостоены Величайшего внимания, - рассказывала мне матрона Цинь, пока мы шли из мылен в жилую часть гарема. - Все приёмы пищи происходят в общей зале. Там же в первой половине дня проходят уроки. Его Величество повелел, чтобы каждая из наложниц имела достойное образование. Если боги благославят вас, то кто-то из вас может стать императрицей или женой императора. 

- Или? - Уточнила я, за что была награждена полного укоризны взгляда. 

- Да, девочка, “или”. Лишь первая жена императора носит титул императрицы. Все остальные могут стать лишь второй, третьей, четвертой и далее женой. 

- Сколько император может иметь жен? 

- Сколько пожелает. - Госпожа Цинь усмехнулась, глядя на меня снисходительно. - Знаю, что ты хочешь спросить. Пока император не женат. 

Вообще-то я не собиралась этого спрашивать, мне было неинтересно. Я не собиралась становиться ни первой, ни второй, ни тридцатой женой. Хотя было и странно, что при таком цветнике в гареме у императора до сих пор не было ни одной жены. 

- Во второй половине дня девушки занимаются рукоделием. - Я поморщилась. Никогда не любила рукоделие. Получалось у меня из рук вон плохо, гораздо лучше я обращалась с копьем или мечом. Быть может, поэтому из меня и не стали делать настоящую принцессу. - Иногда самых прилежных из наложниц берут прислуживать за столом высоким гостям, чтобы они развлекали их свежим чаем и приятным разговором. 

Хорошо, что матрона не увидела, как исказилось мое лицо. Я передумала, надо бежать отсюда как можно скорее. 

Меня поселили в комнату, где и без меня было восемнадцать девушек. Почти все местные, имена которых я, конечно, не смогла запомнить, даже если бы очень захотела. Одна южанка, которая совсем не понимала общий язык, и одна моя соотечественница. Тоже рыженькая, с кудрями до пояса, с карими глазами, ей едва минуло шестнадцать. 

- Мила, - она сразу подсела ко мне на матрац. Спали здесь все, по обыкновению, на полу. 

- Фелис, - я кивнула, постаравшись улыбнуться. Искренне надеясь, что она не знает меня в лицо. 

Оказалось, что Милу продали сюда родители. Она была третьей по счету дочкой, приданного на ее свадьбу уже не хватало. Спасаясь от войны вся семья бежала на Восток. Чтобы изыскать средства на первое время, родители продали дочку, как хорошую лошадку.

- Ты красивая, - вздохнула Мила, кладя свое хорошенькое личико на согнутые колени. - Уверена, император скоро вызовет тебя к себе. Я вот уже год жду. И еще два ждать. 

- Хочешь, я откажусь от своей очереди? - Я погладила ее по покатому плечу. 

- Нет, что ты! Это ведь такая честь! - Мила округлила свои и без того большие глаза. - Вдруг, ты родишь императору сына? 

Меня передернуло от одной мысли, но я постаралась как можно дружелюбнее улыбнуться Миле. Пусть уж лучше мечтает о своей очереди оказаться в постели императора, чем уподобляется моей печали о потерянной стране. 

Вдруг двери нашей комнаты распахнулись. На пороге появилась… Хм, у нас на севере такую бы назвали “куколкой”. Глаза огромные, зеленющие, что весенняя трава, пшеничного цвета волосы аккуратно уложены. Пухлые губки изогнуты в капризной линии. Зелёный ужасно шел этому стервозному лицу. Она резко отличалась от всех других наложниц. 

- Которая из вас новенькая? 

Я поморщилась. И дня не прошло, а со мной уже пришли выяснять отношения. Скосила глаза на Милу, которая инстинктивно сжалась рядом со мной. Всё ясно, местная “снежинка”. Держит в страхе остальных наложниц. Я уже такое проходила. Не в гареме, правда, а в гвардии. Только тогда мои противники имели в своём арсенале кое-что поубедительней, чем визгливый голос и внешние данные. 

Я молча встала. На деле блондинке не требовалось ответа. Уверена, что в гарем не каждый день приводят новеньких девушек. Она точно знала здесь всех в лицо. 

Уверенным шагом “снежинка” проследовала ко мне. Тут выяснилось сразу две вещи. Во-первых, что у наложницы была свита из двух местных девушек с внешностью поскромней. А во-вторых, блондинка была меня на целую голову ниже. Очаровательно. 

Кажется, девушка это тоже заметила, поэтому предусмотрительно не стала подходить слишком близко, чтобы наша разница в росте не была сильно заметна. 

- Ты! - Блондинка ткнула в меня указательным пальцем, на котором были традиционные для Востока украшения - кольца на пальцы, имитирующие когти. И как она с такими ходит? - Как зовут? 

- Фелис, - я решила пока посмотреть, что ещё принесёт мне этот день. 

- Меня зовут Марджери, - наложница вскинула подбородок. - Запомни это хорошенько. Для тебя я госпожа Марджери. Веди себя тихо, во всем меня слушайся, и тогда у тебя не будет проблем. 

Повисла тишина. Я с вежливым интересом смотрела, что ещё мне скажет “куколка”, Марджери ждала от меня чего-то. В конце концов, Марджери не выдержала, повернула голову к одной из “своих” девушек. Та шикнула на меня:

- Скажи: да, госпожа Марджери. 

- О, - коротко удивилась я, переводя взгляд с девушки на блондинку. - Да, госпожа Марджери. 

Наложница фыркнула. 

- Из какого только свинарника тебя взяли. Ни малейшего представления о вежливости. 

Но моего ответа ей не требовалась. Блондинка развернулась и последовала к выходу. За ней засеменили её фрейлины. Я, усмехнувшись, села обратно на свою кровать. 

- Лучше делай, как она говорит, - посоветовала Мила. 

- Почему же? Мы разве здесь все не равны? Вроде бы император не женат. 

- Она ровнее других, - вздохнула Мила немного мечтательно. - Марджери бывает в покоях Его Величества чаще всех. У неё даже своя комната. 

Ах, вот оно что. Стоило догадаться, что самомнение у блондинки возникло не на пустом месте. Но то что Мила её так боялась, мне не нравилось. 

- В таком случае, почему она до сих пор не понесла? 

Мила хотела мне что-то ответить, но не нашлась. Захлопала глазами, по всей видимости, впервые задумываясь об этом. 

Дни мои в гареме потекли своей чередой. И, признаться, здесь было куда лучше, чем в плену. Я вставала рано утром, чтобы позаниматься. Тело, привыкшее к тренировкам и боям плохо воспринимало застой. Поэтому утром я приседала, отжималась, одним словом - загоняла себя до пота под удивленные взгляды моих соседок. Но когда придет время бежать, я должна была быть готова. 

Еда была скудной. В основном - рис, овощи, бобы и немного мяса. Вечером давали немного фруктов. С утра до вечера здесь заваривали и пили чай. 

В первой половине дня и правда были уроки, что напоминало мне о не самых приятных днях в замке. Там меня посадили учиться с моими малолетними кузенами. Что уж говорить, несмотря на разницу в возрасте, у нас с ними были бесконечные соревнования по тому, кто лучше преуспеет в учебе. Победители были разными. 

Поэтому все, что рассказывали тут учителя, мне было известно. И чаще всего на уроках я дремала. Единственные уроки, которые оказались мне полезны - письмо. Я хорошо говорила на местном языке, но писала не очень хорошо. Так что занятия с глиняными табличками, а иногда с бумагой и тушью, пришлись как никогда кстати. 

В солнечные дни по паре часов в день мы гуляли по внутренней территории дворца. Как оказалось, те ворота, в которые меня провели в первый день, огораживали личную жизнь дворца от общественной. В закрытой части располагалось крыло самого императора - красивое и величественное здание по правую руку от нашего крыла. Балкон личных покоев императора выходил как раз на двор, где часто прогуливались наложницы, с фруктовыми деревьями. Но за наши прогулки я видела фигуру в темных одеждах всего пару раз. 

Здесь же было куча хозяйственных помещений, гарем и еще несколько отдельно стоящих зданий, предназначавшихся для семьи императора. Но так как оной он пока не обзавелся, то там время от времени гостили друзья и гости императора. Туда ходить нам было строго запрещено. 

За воротами располагалось все то, что касалось общественного. Тронный зал, зал для заседаний. Гостевые помещения, там же жили многочисленные придворные. Мы часто выходили на эти территории, прогуливаясь под бумажными зонтиками. Но вот за ворота кроме нас никто проникнуть не мог. 

Император про меня так ни разу и не вспомнил. Почти каждый день к нему отправляли то одну, то другую наложницу, в том числе мою “любимицу” Марджери. Но мое имя так ни разу и не прозвучало из уст матрон. 

Я совсем успокоилась. Кажется про меня и правда забыли. Гуляя по территории дворца с Милой под руку, я изучала почти все закоулки. Как и где меняется охрана. Больше всего меня интересовали крыши. Они тут были на удивление удобными, я пробовала. Зацепиться и подтянуться вверх - дело нескольких мгновений. Да и выглядит этот путь побега безопаснее всего. Все строения дворца хоть и были не одинаковой высоты, но стояли близко друг к другу. Так что мысленно я уже построила путь побега. 

Пока удача была на моей стороне, я решила не откладывать. В один из дней отложила в сторону пару паровых булочек с фасолью - хватит на первое время. Когда все заснули, прокралась в уборную и несколько укоротила свое платье до бедер, чтобы оно не сковывало движений. Вернулась к себе и принялась ждать. 

Глубокой ночью, за час до смены караула, я решилась. Стражи  уже были уставшими, внимание рассеяно, скорее всего дремали, ожидая сменщиков. Прихватив еду, я без труда прокралась мимо всех и выбралась из дворца. Оказавшись во внутреннем дворе, выдохнула. Что же, осталось малое - дойти до дальнего угла, зацепит за крышу и залезть наверх. А дальше вперед, вперед, на свободу. 

Я, аккуратно ступая, кралась по галерее, между колоннами, когда мне на плечо легла чья-то рука. Я чуть не вскрикнула, оборачиваясь. 

- Далеко собралась?