Драконий праздничек

 — Снеж, ты поправила сценарий? — Изабелла просовывает свой любопытный нос в зазор двери моего кабинета. Комнатушка мгновенно заполняется приторным запахом ее духов. Вишня и до тошноты сладкая ваниль.

— Давно уже скинула Васнецовой, — грубее, чем нужно сообщаю я немного охрипшим голосом.

Ничего себе! Два часа перед компом просидела, да еще и без единого глотка воды. Странно, что я вообще не басю, как медведь.

Чуть запрокидываю голову, вытягивая затекшие мышцы. Очень хочется снова остаться тишине, поэтому с рывком я поднимаюсь на ноги и подхожу к кулеру. Нарочно громко завариваю себе чай, шурша обертками от конфет, однако настырная коллега намеков не понимает.

— А мне чего не сказала?

— Тебе? С чего бы вдруг? — Ухмыляюсь, мельком взглянув на нее. — Вышел приказ, и ты теперь мой руководитель? Если нет, то из коридора дует, дверь закрой, пожалуйста, как будешь уходить.

Белла понимает, что перегнула и тут же тушуется, ретируясь к себе.

То, что я показала ей два предложения из своего супер-сценария, а она, озвучив их на планерке, приписала к своему авторству и собрала похвалу от руководства видимо вселило в нее ощущение незаменимого сотрудника. А я, по доброте душевной, не стала уличать ее в воровстве. Теперь обнаглевшая девица видимо решила пойти дальше? Да вигвам ей!

После отправки сценария подчищаю все файлы с рабочего ноутбука и копирую их себе на флешку, рукописные записки впихиваю в сумку, чтобы ни бумажечки не осталось на виду.

Где-то через полчаса раздается долгожданный звонок.

— Снежана, твой сценарий новогоднего шоу-корпоратива для «Ладон Индастри» просто волшебный! Но ставить и контролировать будешь лично, под свою ответственность, — щебечет сладкой патокой моя начальница, а я, довольно щурясь, конечно же, соглашаюсь. В предвкушении перебирая пальчики.

С заказчиком я лично не знакома, но его фотография лежит в потайном кармашке моей дамской сумки. Да, любуюсь. Что скрывать-то? Широкие чуть покатые плечи, а волосы какие! Черные, будто смоль и гладкие, до плеч доходят… глаза – словно хрусталь. И профиль у него, как у настоящего аристократа.

Собственно, из внешки Ладона Тараси, бизнесмена и магната, и родилась идея новогоднего шоу для его корпорации. Камзол, расшитый красной бархатной лентой, бутоньерка из еловых веточек для хозяина праздника, сияющие гирлянды и живые ели, винтажные украшения и приглашенные гости в красивых исторических нарядах.

Только с елкой и подарками мы остались верными себе.

Прикрываю глаза и представляю огромную коробку, перевязанную бантом. Вот мужчина неспеша подходит, дергает за ленточку… бумажные края расходятся в стороны, а там… По сценарию там должна быть красивая статуэтка Афродиты, а в моем воображении – я! В роскошном пышном платье алого цвета.

Да еще и со словами: — «Я самый лучший твой подарочек!».

Улыбаюсь, как дурочка, представляя изумленное лицо господина Тараси и восхищенное ликование толпы.

А потом… вместо удивления на лице Ладона появляется хищный оскал и, подмигнув мне, мужчина четко произносит:

— Разумеется самый лучший! Лично выбирал!

Что?!

Бр-р-р…

Вскидываюсь в своем кресле, просыпаясь ото сна. Вот это я выпила чайку, да прикорнула на пять минуточек! Такие сны и мыслишки в голову полезли, что мама не горюй!

Всё-всё, быстро домой! Нужно выспаться и завтра быть красивой (не самой-самой, но тоже ничего).

♥♥♥

Мы с музом очень ждем ваших сердечек и комментариев! ♥

❤❤❤

Акция 1+1 в честь дня рождения автора (→ )

С самого утра я никак не могу успокоиться и заглушить противоречивые ощущения, что засели внутри: ожидание гигантского счастья и последующего ему звездеца поистине космических размеров.

По дороге до исторического особняка, полностью сохранившего в себе обстановку девятнадцатого века, я трижды вызваниваю курьера, которому поручена архиважная задача – доставка скульптуры в целости и сохранности. Во время последнего звонка нервы у молодого человека сдают, и он рявкает, что если я не перестану его отвлекать от дороги, то он оставит Афродиту на трассе.

Надеюсь, это у него просто чувство юмора такое – специфическое. Иначе быть беде!

Вопреки положенному на таких мероприятиях дресс-коду: строгий костюм или скромное платье в серых тонах, чтобы заказчик и гости смогли распознать в нас исполнителей, ответственных за организацию мероприятия и могли обратиться с возникающими проблемами (лучше бы что их вовсе не было, но всё может быть), я надеваю то самое красное платье, в котором представляла себя вчера.

Сон в руку?

Разумеется нет!

Я ведь не нарочно, и уж тем более не для того, чтобы выпендриться в попытке затмить другие наряды. Всё до прозаичности просто: по вине закона подлости мой пиджак пал жертвой когтей соседского кота, за которым я присматриваю на время отсутствия хозяйки. Впрочем присматриваю – это громко сказано.

Негодник Васька слишком самостоятелен, чтобы быть чьим-то котом. Внаглую пользуется гостеприимством расхлябанной створки моего окна и запрыгивает в квартиру только когда не найдет чем перекусить на улице. Поест, устроит после себя кошачье побоище, и убегает обратно.

Просто удивительно, как этот нагломорд не заметил яркого платья с блестками по подолу. Вот где его когтям разгуляться-то! Так нет же… зверёныш решил испортить мой счастливый костюм. В нем я получила красный диплом, эту работу и премию!

По-прежнему надеюсь еще и на новогоднюю… так что придется постараться.  

Именно поэтому к роскошно украшенной резиденции я подъезжаю сильно заранее. Поздравляю таксиста с наступающим Новым годом, и опасливо озираюсь вокруг.

М-да…

Курьер-то оказался хозяином слова и частично выполнил свою угрозу. Частично — потому что не оставил одну из самых красивых Богинь на заснеженной трассе, а всего лишь притулил её сбоку от парадного входа.

И что мне теперь со всем этим делать?

«Для начала позвонить, и гаркнуть на всех виновных!» — тут же подсказывает разъяренный мозг.

— Я больше никогда не буду пользоваться услугами вашей компании, еще и жалобу на вас напишу! — не хочу ждать окончания праздников, а сиюминутно высказываю наглецу все свои претензии.

— Девушка! Это я передам своему руководству, что ваши заказы больше никогда и ни за что! Меня не пустили внутрь и пригрозили вызвать полицию. Я всё на телефон заснял, и фирма выставит вам неустойку. — Возмущенно парирует доставщик, даже через экран посылая мне флюиды злобы.

Следом в трубке раздается какое-то шипение и тишина.

Чёрт! Телефон на морозе разрядился…

Выходит, я и не узнаю сколько там нужно заплатить, а, главное, кому? За ложь...

Оборачиваюсь к наблюдающему за мной дворецкому. Стόит отметить идеальную игру актера: одежда тех времён, надменный взгляд и вышколенная осанка. Правда сейчас вся эта «мишура» совершенно меня не заботит.

Я более чем уверена в том, что он прекрасно слышал наш разговор, однако всё равно повторяю свой вопрос про статуэтку. Для галочки.

— Это правда, — гнусавым голосом скрипит мужчина. — Мы не пускаем внутрь людей с низким уровнем социального статуса.  

Задыхаюсь от возмущения.

— Но это курьер… он же доставлял реквизит! Как вы можете так беспечно относиться к своим обязанностям?! Я буду жаловаться в ваше агентство за вопиющий непрофессионализм.

Подхватив подол своего красного платья, злобной фурией я влетаю внутрь. Несказанно радуюсь своему счастью, когда удается выцепить свободного официанта и всего лишь за пятьсот рублей попросить его перетащить тяжелую статуэтку к ёлке.

— Илья, поставьте, пожалуйста, сюда. Спасибо вам огромное! — благодарно взираю на этого крепыша, который даже и не устал. — Теперь нужно аккуратно разместить Афродиту в коробке, заново повязать бант и наша задача выполнена.

— Хорошо, только давайте пошустрее… гости скоро начнут прибывать.

В прыжке развязываю огромный бант, подцепив его пальчиками. Со стороны, конечно, выглядит комично, но что поделать…

От моего движения коробка должна была раскрыться на четыре стороны, вот только этого не случается. Панически смотрю на крепкий картон и понимаю, что и тут полная лажа!

— Вот беда! Как же мне подарок-то теперь дарить? — ною и, не сдержавшись, начинаю хлюпать носом.

На мою зарождающую истерику молодой человек цинично хмыкает. Словно позабыв, что он здесь не один, проверяет картон на прочность, методично простукивая по поверхности, и выдает успокаивающее:

— Снеж, это вообще не беда, и даже не проблема. Всего-то нужно снять крышку и разрезать склейку углов.

Такую почетную миссию я вверяю в мужские руки Ильи, а сама лезу на стремянку и стаскиваю тяжелый верх, на котором совсем недавно красовался алый бант.

И…

— Ты совсем что ли сдурела?! — от шока голос переходит на фальцет, и Изабелла, сидящая в коробке в одном пеньюаре, подпрыгивает на месте, едва ли не выбивая картонный лист. — Подставить меня решила, зараза?!

Прикрывая наготу, коллега блеет про происки конкурентов, собственные попытки пристроится в любовницы к Ладону Тараси, личный приказ начальницы…

И это настолько диаметрально противоположные версии, что она сама себе не верит, не говоря уже обо мне или Илье, который громко фыркает, догадываясь в каком виде она тут стоит.

— Лучше не ори, а помоги мне отсюда выбраться! — насупившись бурчит Белла.

— Оставить бы тебя тут, дура! Но проблемы мне не нужны…

Илья, как идеальный помощник, подсаживает меня к самому верху и помогает прыгнуть внутрь коробки. Благо здесь не более двух с половиной метра от пола…

Изабелла верещит, что боится высоты и самостоятельно залезть наверх не сможет. То ли злость, то ли поджимающее время, оставшееся до начала мероприятия делают свое дело, придавая мне физических сил.

И вот уже через пару мгновений коллега оказывается на свободе (разумеется, не без подмоги в виде товарищеского пинка и крепких рук официанта). Правда вместо того, чтобы протянуть мне руку помощи, эта зараза захлопывает крышку, оставляя наивную Снежану Зимову в кромешной темноте коробки.

Ну, точно в год крысы родилась! Не то, что я – в год благородного дракона…

Эх, нужно было просто вызывать охрану, чтобы эту полуобнаженную девицу выставили из резиденции с позором. Да, репутация нашей компании была бы слегка подпорчена, но всяко лучше, чем стоять в темнотище, ощущая себя куклой Барби в дешёвой подарочной коробке.

Плотный картон глушит посторонние звуки, правда перебранку Ильи и Изабеллы я слышу очень хорошо. Вот что-то громыхает, несколько раз падает и над моей бедовой головушкой брезжит тонкий лучик света, сменяясь на яркую люстру.

— Живая? — интересуется парень, выговаривая моей мерзкой коллеге пару ласковых. — Давай руку, Снеж.

Легко сказать…

Кажется, я оставила все свои силы, выталкивая стервозину Беллу наверх. Длинный подол платья мешается, путаясь под ногами, плотная ткань путами стягивает грудь, ну и злость, бурлящая внутри, мешает мне сфокусироваться и хорошенько оттолкнуться.

— Попробуй разбежаться, — советует парень и, чуть понижая голос, говорит: — Я могу спуститься к тебе, но подставлять спину этой полоумной будет идиотизмом.

Илью я прекрасно понимаю, но и разбежаться боюсь. Во-первых, внутри катастрофически мало места, а во-вторых, шансов проделать дыру в «подарочке» гораздо выше, чем успешно выполнить прыжок в высоту.

Не гимнастка я…

Организовать корпоратив или праздничек – это завсегда, пожалуйста. Оказаться в настолько идиотской ситуации – впервые.

— Да оставь ты эту дуру здесь, — едкий голос Изабеллы полосует по ушам. Стерва! — Лучше пойдем в зал, а она сама пусть разбирается. В конце концов, это даже не твоя работа.

— Не моя, да… — хмыкает парень, оглядывая мою фигурку странным взглядом, после чего исчезает из поля зрения.

От шока, и настолько вероломного предательства еще и с его стороны, я молча открываю и закрываю рот, чувствуя себе золотой рыбкой, на чужом праздничном столе.

Правда ненадолго. Спустя минуту бранной ругани, женских визгов и оплеух, макушка Ильи вновь оказывается на самом верху коробки.

— Лови, — смеется парень, забрасывая к мои ногам ворох переодевки коллеги. И правда, зачем она ей, раз решила щеголять в пеньюаре?

— Илья, ты просто супер! — хохочу я, мгновенно расслабляясь.

Вот это красавчик! Я бы до такого никогда не додумалась. Это настолько идеальная месть, что достойна быть экранизированной и показана массам.

— Ах вы твари! — слышится грозное рычание козы.

Улыбающееся лицо официанта резко исчезает и следом грохочет падающая стремянка.

— Илья! — мне становится по-настоящему страшно за молодого человека. Эта ненормальная девица оказывается тем еще гнильем! Покалечит еще его, не дай бог.

Тщетно пытаюсь докричаться до него, посылая мужчине дополнительных сил в этой явно неравной борьбе.

Чёрт! Уж лучше бы сидела в темноте…

— Что здесь происходит?! — мужской баритон настолько хорошо поставлен, что слышен даже мне. Через плотные слои картона и копошение ребят, которое быстро прекращается.

Да и звенящая тишина, воцарившаяся после этого вопроса, немного пугает. Мозг тут же начинает генерировать слова в свое оправдание.

Церемониться, прикрывая голый зад козы Изабеллы, я точно не стану. Расскажу всё, как есть.

Правда это будет зависеть от вошедшего: если это кто-то из наших, то у меня появится дополнительный свидетель непотребств Беллы. Если кто-то из администрации резиденции – лишний штраф и, возможно, прекращение сотрудничества. А вот если это кто-то из «Ладон Индастри», то у нас (это я сейчас про фирму) будут о-очень большие проблемы.

А вот и они…

Кто-то снова приставляет к коробке стремянку и резво взбирается наверх.  

— Забавно, однако! — Хрустальные глаза взирают на меня с удивлением и легкой насмешкой.

Хочется прикрыть свое скромное декольте. Спрятаться за ворохом одежды Беллы, которую я спешно поднимаю с пола, и прижимаю к себе.

— Господин Тараси, приветствую вас! Поверьте, меньше всего мне бы хотелось, чтобы увидели эту пренеприятнейшую картину, — тушуюсь, так и не договорив.

А что тут скажешь-то? Опозорились по всем фронтам… И на глазах у самого ревизора.

— Картину я не вижу. Помню, что должна была быть Афродита, но вы тоже очень даже ничего! Даже лучше, чем оригинал.

Одним прыжком этот шикарный образчик мужской красоты оказывается внутри тесной коробки, рядом со мной.

Мечтала эффектно появиться из коробки? Молодец какая, Снежка! Сама себе насочиняла всякого из снов…

Дура набитая…

Как же хочется испариться отсюда, как та самая фея Золушки. Щелчком пальцев отравить себя домой, да под одеялко…

Пока я рефлексирую над бедственным положением вещей, мужчины не теряются, а быстро о чем-то переговариваются. Кажется, Ладон и Илья намереваются разорвать эту штуковину.

Эх, не стать реализованной главной изюминке грядущего корпоратива.

Мне – не видать заслуженной премии (лишь бы вообще не уволили), а Изабелле – не видать своих… штанов. Интересно, коллега всё еще здесь? Что-то не слышно.

— Вот, я подрезал края короба, — сообщает Илья, сбрасывая вниз складной нож для резки бумаги, который тут же оказывается в крупных ладонях Ладона.

— Благодарю вас, молодой человек! Дальше мы уже сами. — Его открытая улыбка ослепляет, выражение лица до невозможности довольное…

Будь я в его положении, возможно, также бы веселилась сейчас, но я – не он. Совсем не до веселья… тут как бы не разреветься, позорно повиснув на чужом мужском плече.

Позор-то какой…

Тараси забирает из моих ослабевших рук одежду Беллы и, не церемонясь, бросает ее в угол коробки. Взбирается на этот Эверест и очень аккуратно, а главное быстро, принимается разрезать картон. 

«Лучший мой подарочек, это ты… Снежана» — посмеиваясь, напевает мужчина.

Стоп, а откуда он знает мое имя?!