Драконов не обслуживаем

— Да чтоб тебя, — пробурчала я, закрывая за собой очередную дверь. — Кто, блин, придумал делать туалет в стиле «сто дверей в никуда»? Это что, квест такой, да? Найди выход и получи бесплатный десерт?

Я обернулась. Десятки одинаковых дверей, гладких, блестящих, с золотыми ручками. На каждой — номер, шрифт одинаковый, без намёка на логику.
— Лена, — процедила я в пространство, — вот почему я тебя слушаю? Мало того, что дорого, мало того, что шумно, так ещё и из туалета выйти нельзя!

Постояла, вздохнула и потянула ближайшую ручку. За дверью — стена. Отлично. Следующая — тоже. Ещё одна — тьма.
— Ну супер. Кафе «Лабиринт» — говорили они, «новое модное место», — пародировала я голос подружки. — Модное, ага. Психбольница для перфекционистов, не иначе.

На пятой попытке дверь всё-таки открылась.
— О! Аллилуйя, — облегчённо сказала я и шагнула вперёд.

Я ожидала увидеть коридор или зал с неоновыми вывесками и звоном бокалов. Но вместо этого передо мной оказался... магазин.
Странный. Узкий, пахнущий сухими травами и чем-то сладковатым, как ладан. Полки до потолка, всё заставлено стеклянными бутылочками, банками, подвешенными амулетами. За прилавком стояла девушка в длинном чёрном платье и перебирала какие-то перья.

— Простите, — начала я, немного растерянно. — А как отсюда попасть обратно в ресторан? 

Девушка посмотрела на меня с лёгким удивлением, как будто я спросила, где тут ближайший портал в преисподнюю.
— Выйдите через дверь, перейдите дорогу, и будет прямо напротив.

— А, отлично, спасибо, — улыбнулась я, хотя внутри уже начинала злиться. Ну конечно, ресторан, у которого туалет через улицу. Гениально. Правда, непонятно, как реализовано. Почему вошла я в туалет в ресторане, а вышла тут. Боже, оторви голову дизайнеру этого места и пришей архитектору. 

Я вышла.

И сразу застыла. Где я? Они же не могли и улицу переделать, пока я была в туалете? Я словно в другом городе. Что за бред?

Фасады — блестящие, гладкие, как будто из стекла, но не отражали ничего. Воздух чуть мерцал, небо — какое-то слишком голубое, будто с фильтром. На дороге — странные машины без колёс, скользящие почти бесшумно. Люди одеты красиво, но непривычно — как будто фэшн-показ, где все решили быть футуристами.

— Так, — сказала я себе, медленно оглядываясь. — Снимают кино. Точно. Рекламный ролик или сериал. Вот сейчас кто-нибудь крикнет «Стоп, снято», и я просто извинюсь, что влезла в кадр. 

Я огляделась — камеры не было. Только женщина в серебристом плаще с татуировкой на шее и мальчишка с белыми волосами, который что-то рассматривал в воздухе, будто там был экран.

— Простите! — крикнула я первой встречной. — Подскажите, ресторан «Лабиринт» где?

— Что? — она даже не остановилась, просто взглянула на меня поверх плеча. — Я не знаю такого места.

— Как не знаете? Он прямо... — я обернулась. Магазина за моей спиной не было.
На его месте — гладкая стена с какими-то светящимися линиями. Ни вывески, ни двери.

— Что за… — я тронула поверхность. Тёплая. 

Сердце ухнуло вниз.

— Ладно, Данка, спокойно, — пробормотала я. — Просто ты не выспалась. Или кофе был не кофе. Сейчас вернёшься, спросишь ещё раз.

Я снова подошла к женщине, которая теперь уже разговаривала с кем-то через браслет на руке.
— Простите, а вы уверены, что здесь нет ресторана «Лабиринт»? Ну, нового такого, модного, с дверьми, как из сказки?

Она моргнула.
— Лабиринт? У нас нет такого. И… — её взгляд стал настороженным. — Вы откуда?

Я открыла рот, потом закрыла.
— Из туалета, — честно ответила я.

Её брови поднялись.

— Я... я только что вышла из магазина с травами, — растерянно произнесла я, обращаясь к прохожей женщине с блестящими светлыми волосами. — Вот буквально... вот там. — Я обернулась и указала рукой. — Но его... его тут больше нет.

Женщина нахмурилась.
— Магазина? — переспросила она. — Здесь никогда не было лавки с травами.

— Но я же... — Я осеклась. В горле пересохло.
Я попыталась вспомнить хоть одну вывеску, хоть одно знакомое лицо, хоть запах кофе, но вместо этого чувствовала только странный сладковатый аромат в воздухе и лёгкое головокружение.

— Вам помочь? — раздался мужской голос за спиной.

Я обернулась — и буквально на секунду забыла, что хотела сказать.
Мужчина стоял в нескольких шагах. Высокий, плечистый, в чёрной рубашке с закатанными рукавами и с волосами чуть длиннее, чем положено офисным работникам. Серебристые пряди отливали в свете фонаря, а глаза — такие светло-серые, почти стальные — смотрели внимательно, но без давления.
На поясе у него поблёскивала металлическая цепь — не оружие, но явно не украшение.

— Вы в порядке? — уточнил он.

— Да, просто... я хочу вернуться в «Лабиринт», — выдохнула я. — Ресторан. Я из него вышла минуту назад.

Он чуть приподнял бровь.
— Единственный Лабиринт в городе — через мост, — сказал спокойно.

— Это ресторан?

— Нет. Это живая изгородь, но всем нравится.

Я моргнула.
— Изгородь? — переспросила я, уже чувствуя, что где-то между «туалетом» и «изгородью» я потеряла связь с реальностью. — В этом городе никогда не было живой изгороди.

— Вы понимаете, что вы в Левкусе? — спросил он после короткой паузы.

— Где? — выдохнула я. — Нет. Я... точно не из Левкуса. Я вообще не знаю, что это такое.

Он смотрел на меня какое-то время — спокойно, внимательно, будто пытался решить, стоит ли говорить дальше. Потом сказал:
— Кажется, я знаю, что с вами случилось.

— Со мной? — переспросила я, чувствуя, как что-то внутри неприятно ёкнуло.

— У меня знакомый в другом городе рассказывал о похожем случае, — продолжил он, делая шаг ближе. — Если хотите, поехали со мной. Я объясню по дороге.

— Нет! — я резко отступила, прижимая сумку к груди. — Я не поеду с незнакомцем, особенно когда не понимаю, где нахожусь.

Он поднял ладони, будто успокаивая.
— Ладно. Просто… я слышал, что иногда людей перебрасывает из одного мира в другой. И, кажется, это именно ваш случай.

— Что? — я рассмеялась, нервно, почти истерично. — Мир? Серьёзно? Вы сейчас это вслух сказали? Это розыгрыш, да? Камера где-то там, за углом?

— Как называется ваше королевство? — спросил он, не моргнув.

— Моё что? Какое королевство? Я живу не в королевстве, — я закатила глаза. — Это же не сказка какая-то.

Он чуть улыбнулся, не издеваясь — скорее, с лёгким сочувствием.
— Тогда вы не из Лангории. Но сейчас мы в её западной части, в городе Левкус.

— В королевстве... — повторила я, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — Это уже перебор.

Он не отводил взгляда.
— Вы не верите. Но посмотрите вокруг. Вы же видите, что это не ваш город.

Я посмотрела. Дома странно изогнуты, вывески — неоновые, но с символами, которые я не могла прочесть. На небе — два… солнца.
— Окей, — прошептала я. — Если это съёмка фильма — сценаристу надо дать премию.

— Это не съёмка, — сказал он тихо.

— Отлично, — я выдохнула. — Тогда я официально сошла с ума.

Он чуть склонил голову набок, будто раздумывал, смеяться ли.
— Или вас просто перебросило,что более логично, — спокойно ответил он.

Я вздохнула, всматриваясь в его глаза. Серьезно? Это он считает более логичным?
— Нет. Я не какая-то там... попаданка из книги.

— У вас о таком книги есть? — с интересом спросил он.

— Это розыгрыш? — устало прошептала я. — Если да, то уже не смешно.

Он чуть улыбнулся уголком губ.
— Добро пожаловать в Лангорию, — сказал он. 

— Нет, — сказала я твёрдо. — Это просто... слишком нелепо.

— Понимаю, — спокойно ответил мужчина. — Но если хотите, мы можем уйти отсюда. В более тихое место, я объясню всё.

— Нет, спасибо, — я отступила. — Мне не нужны никакие «тихие места». Мне нужна полиция.

Я вытащила телефон из сумки, открыла экран — и сердце неприятно кольнуло:
«Нет сети».

— Отлично, — пробормотала я. — Просто прекрасно.
Пару раз нажала на иконку, перезапустила — ничего. Даже Wi-Fi не видит.

— Куда вы звоните? — спросил он спокойно.

— В полицию! — выпалила я. — Если вы действительно думаете, что я поверю во всё это, вы ошибаетесь.

Он кивнул.
— Хорошо. Давайте я вызову.

— Прекрасно. — Я сложила руки на груди. — Вызывайте.

Он достал из внутреннего кармана какой-то плоский блестящий прибор — похожий на телефон, но без логотипа, без кнопок. Провёл пальцем по воздуху — и через минуту у тротуара плавно остановилась чёрная машина без дверных ручек.

Двери открылись сами, и я увидела двоих. Мужчина и женщина. На них форма — вроде бы похожая на полицейскую, но слишком... аккуратная. Материал поблёскивает, воротники какие-то высокие, а значки выглядят как гравированные камни.

— Вызывали? — спросил мужчина из машины, бросив взгляд на моего «спасителя».

— Да. Девушка утверждает, что не понимает, где находится. Я думаю, её перебросило, как ту девушку из Оилна, — говорит мой собеседник.

— Что?! — я сделала шаг назад. — Вы серьёзно собираетесь рассказывать им этот бред?!

Я ждала, что сейчас кто-нибудь из них закатит глаза и вызовет ему психиатра, но вместо этого они переглянулись — как врачи, которым подтвердили диагноз.

Женщина вышла первой. Её движения были слишком плавными, голос мягким, почти убаюкивающим:
— Всё хорошо. Мы просто хотим убедиться, что вы в безопасности.

— Я не поеду с вами! — я шагнула назад. — Вы вообще кто такие? Покажите удостоверения!

Они обменялись взглядами, потом мужчина достал что-то вроде металлической карты и протянул мне.
На карточке был герб — корона, три символа, похожие на буквы, и блестящая надпись.
Я смогла разобрать только несколько слов: Королевская служба порядка... Лангория... город Левкус.
Остальное — смесь узоров и непонятных знаков.

— Это что, шутка? — прошипела я. — Какая ещё королевская служба? Это розыгрыш!

— Поверьте, — сказал мой первый знакомый, — никто вас не разыгрывает.

— Да ну? — я обвела их рукой. — Вы в зеркало-то на себя смотрели? Хоть один значок нормальный есть? Я не поеду никуда с неизвестными, вы ещё в свое «королевство» меня увезёте!

Мужчина, который их вызвал, вздохнул, провёл ладонью по затылку.
— Попробуйте просто представить, что вы — вот эта самая попаданка, — сказал он спокойно. — Хоть на минуту. Иначе вы действительно рискуете сойти с ума.

Я уставилась на него, чувствуя, как дрожит подбородок.
— Вы больной, — сказала я тихо. — Все вы…

Я зажмурилась, пытаясь хоть немного выровнять дыхание.
Внутри всё металось: злость, страх, непонимание, усталость. И где-то под рёбрами неприятное ощущение, что если открыть глаза — реальность уже не станет прежней.

— Это нормально бояться в такой ситуации, — раздался тихий голос.

Я открыла глаза. Это говорил тот «полицейский». Значит, я сказала это вслух.

— Я не боюсь, — соврала я.

— Конечно, — мягко ответил он. — Вам нечего бояться. Никто не причинит вам вреда.

А потом он сделал шаг ко мне — и от того, как спокойно он это сделал, мне вдруг захотелось бежать.

— Пожалуйста, — сказала женщина-полицейская мягко, чуть наклоняясь ко мне, будто разговаривала с ребёнком. — Мы не хотим вам навредить. Просто поедем, разберёмся спокойно, хорошо?

— Да я не... — я осеклась, сжимая ремешок сумки.
Двое мужчин и эта женщина смотрели на меня слишком внимательно, слишком спокойно. Не угрожающе — но от этого было только хуже.

— Девушка, — снова заговорил мужчина, тот, что меня «нашёл», — вы же не знаете, где вы сейчас. Может, действительно стоит поехать с ними, убедиться, что всё в порядке?

— А если это похищение? — выпалила я. — У вас хоть одна камера здесь есть? Снимите их!

Никто не достал телефона. Никто даже не оглянулся.

Я медленно вдохнула, потом выдохнула. В голове мелькнула мысль: если это шутка, то она слишком далеко зашла.
Окей.
Хорошо.
Если им нужна игра — я сыграю.

— Ладно, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Поедем. Но я требую адвоката. И кофе.

Мужчина, тот самый, чуть усмехнулся.
— С этим могут быть сложности, но кофе — попробуем.

Я подошла к машине. Сначала подумала, что у неё просто странный дизайн. Потом поняла — дверей у неё нет. С боков словно сама поверхность раздвигается, открывая проём.
Внутри — гладкие сиденья без обивки, панели без кнопок, и всё... дышит светом. Неоновая подсветка струится мягко, почти живо.

— Красиво, да? — заметил тот, кто сидел за рулём.

Я не ответила, просто села. Сиденье само подстроилось под меня.
— Удобно, — пробормотала я. — Вы хотя бы скажите, куда мы едем.

— В управление городской стражи, — ответила женщина.

— В полицию, — поправила я.

— У нас это называется городская стража, — спокойно согласилась она.

Машина двинулась. Мир за окнами слегка размазался, будто кто-то взял кисть и размыл реальность.
Город за стеклом казался невозможным: башни из стекла и металла переплетались с каменными зданиями, по небу скользили яркие полосы света — не дроны, не самолёты, просто... свет.

Я сжала пальцы на коленях, чувствуя, как ногти впиваются в кожу.
Спокойно. Играем. Всё это — просто дурной сон или шутка. Они сейчас довезут тебя до кафе, все рассмеются, и ты пойдёшь домой. Всё нормально.

Через какое-то время машина замедлилась. Дверь открылась сама, и передо мной предстал «участок».

Но полицейским участком это назвать было сложно.
Скорее — стеклянный павильон, внутри которого сверкали полупрозрачные панели, похожие на экраны, и в воздухе плавали светящиеся символы.
Люди в форме двигались спокойно, каждый — как будто по отточенному ритуалу. 

— Прошу, — женщина сделала приглашающий жест.

Я вышла, чувствуя, как под ногами чуть пружинит пол.
— Это и есть ваш... участок? — уточнила я.

— Управление городской стражи Левкуса, — подтвердил мужчина, который ехал рядом. — Не волнуйтесь, вам ничего не угрожает.

— Да уж, — хмыкнула я. — Обычно так и говорят перед тем, как угрожать.

Он взглянул на меня, уголки губ дрогнули.
— Шутите. Это хорошо. Вы быстро адаптируетесь. 

Я не ответила. Внутри росло неприятное чувство — как будто я переступила черту, за которой обратной дороги уже нет.

Я сидела за столом, на котором стояла кружка с парящим кофе. Пахло приятно, по-настоящему. Хоть что-то нормальное в этом безумии.
Комната была почти пустой — гладкие серые стены, ни окон, ни часов. Я сделала осторожный глоток.
Горячо. Настоящий кофе.
Дверь мягко открылась. Вошла женщина — лет сорока, в форме, но без излишнего блеска. Короткие тёмные волосы, уверенная походка, взгляд прямой, усталый.
— Добрый день, — сказала она спокойно, садясь напротив. — Я начальник отдела внешних пересечений, капитан Вера Лиар.

Я кивнула, не зная, как реагировать.

— Мы проверили ваши данные, — продолжила она. — Вас нет ни в нашей базе, ни в соседних королевствах.

— Простите, — я чуть наклонилась вперёд. — Как вы вообще проверяли?

— По слепку ауры, — без тени улыбки ответила женщина. — Его сняли с вас в патрульной машине.

— По... чему? — переспросила я, моргнув.

— По ауре. У каждого человека она своя. У вас — уникальная, незарегистрированная.

Я просто смотрела на неё, пытаясь осознать, что они используют для регистрации людей около эзотерическую хрень. Ну-ну.

 — Ну, по слепку ауры, так по слепку ауры, — выдохнула я, делая ещё глоток кофе. — И что это значит?

— Это значит, — сказала она, листая какие-то проекционные страницы, — что вы — уже пятый случай за последние два года. В трёх королевствах. Мы понимаем, кто вы. И что с вами делать.

Я подняла взгляд.
— Кто я, простите?

— Попавшая из другого мира, — спокойно ответила она, будто говорила о погоде. — Мы называем таких людей межмирными смещёнными.

— Межмирными… — я чуть не рассмеялась. — Отлично. Просто отлично.

— Не переживайте, — продолжала женщина. — Случаи редкие, но не беспрецедентные. По решению Совета Королевств таким девушкам выделяются подъемные деньги, жильё на год, а также оплачиваются расходы по адаптации.

— Вы шутите?

— Нет, — сухо ответила она. — Вам выдадут справку о мире, чтобы вы могли свободно передвигаться, и документ личности.

— Вернуться назад… я могу? — спросила я тихо.

Она посмотрела на меня с тем самым выражением, с каким врачи сообщают диагноз, от которого не излечиваются.
— Нет. Мы не знаем, как вы сюда попали. Обратный переход открыть невозможно.

Я почувствовала, как будто подо мной провалилась земля.
— Добро пожаловать, — добавила она. — В Лангорию.

Я откинулась на спинку стула, сжимая кружку.
Добро пожаловать. Как будто я сюда собиралась.

— Сейчас за вами придёт ответственный страж. Он поможет с жильём и документами. Есть вопросы?

Я хмыкнула.
— Очень много.

— Я так и думала, — сказала она, поднимаясь. — Предлагаю встретиться через несколько дней, когда вы немного обживётесь. Тогда обсудим всё спокойно.

Она уже шла к двери, когда я тихо произнесла:
— А если я не хочу здесь оставаться?

Она не обернулась.
— Тогда вы сможете рассмотреть для жизни два других королевства, но по правилам перемещенных, подъемные вам выделяются только в месте появления. 

И вышла, оставив меня одну.

📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌📌

Солнечные мои, приветствую вас в новой истории! 🍨✨

Наша героиня не спасает мир и не ищет приключений — она попала в новый мир и решила открыть магазин сладостей и магического мороженого, мечтая о тихой, вкусной жизни.
Вот только покой ей и не снился.

Стоило распахнуть двери, как в её магазин начали захаживать драконы, уверенные, что она — их истинная. 🐉
Они спорят, ревнуют, мешают работать и не собираются уходить.
А ведь у неё — совсем другие планы.

Но чем больше она пытается держаться подальше, тем сильнее тянет... и не только их.

Нашей героине придется столкнуться с тайной собственного попаданства и еще кое чем!

💋 В этой истории будет всё: дерзость, страсть, опасность и немного сливочной магии.

Спасибо за ваши звёздочки ⭐ и комментарии 💌 — именно они вдохновляют и делают историю живой!

А вы как думаете — сможет ли она устоять перед своими “клиентами”? Или драконы всё-таки получат не только мороженое?.. ❤️‍🔥

Дверь открылась почти сразу, будто ждала этого момента. Вошла другая женщина в форме — моложе капитана, ниже ростом, с собранными в гладкий хвост тёмными волосами и внимательными глазами оттенка янтаря.

— Добрый день, — она кивнула коротко. — Лейтенант Ирма Сэйн, отдел адаптации межмирных. Меня приставили к вам на первые дни. Буду сопровождать и помогать с документами, бытом и базовыми правилами. Можно на «ты», если удобно.

— Лена, — выдохнула я. — Мне пока неудобно вообще всё.

— Это нормально, — спокойно ответила Ирма. — Возьмёшь кофе? Или воду?

— Кофе уже есть, спасибо.

Она скользнула взглядом по кружке и мягко продолжила:

— Тогда поехали. Тебе выделили муниципальное жильё на год — стандартный пакет для смещённых. Ближе к центру, чтобы легче было добираться до управления и служб.

— Муниципальное… — повторила я. — Звучит, как шкафчик в бассейне.

— Почти, — на секунду блеснули у неё глаза. — Но со шторками.

Я не улыбнулась, но благодарно отметила попытку.

Мы вышли в коридор. Пол уводил куда-то внутрь себя мягкой упругостью, а стены под пальцами были прохладными и гладкими, как матовое стекло. Ирма приложила ладонь к панели — в воздухе вспыхнул знак, дверь отъехала в сторону. Патрульная машина ждала у входа, всё так же без ручек и без звука.

— Пристегиваться не нужно, — сказала Ирма, садясь напротив. — Система удержания сама подберёт крепёж под твою… эм… анатомию.

— Система удержания, — повторила я сухо. — Прекрасно.

Машина мягко тронулась, и город снова потёк за стёклами, слишком гладкий, с тёплыми линиями света, которые не принадлежали ни фонарям, ни вывескам. На одном из перекрёстков по воздуху проплыл полупрозрачный прямоугольник — как вывеска, но без опоры, — и на нём появилось слово, которое я не смогла прочесть. Буквы были похожи на узоры.

— Это навигационные метки, — пояснила Ирма, заметив, куда я смотрю. — Обучаемые. Твой переводчик подтянет алфавит за пару дней.

— Мой кто?

— Персональный переводчик, — она кивнула на тонкий браслет, который незаметно оказался у меня на запястье. Я дёрнулась. — Не пугайся. Это базовый модуль. Устанавливают всем смещённым перед оформлением. Он адаптивный, съёмный, без отслеживания личных разговоров. Только безопасность и язык.

— Без отслеживания, — пробормотала я. — Конечно.

Ирма не спорила. Просто сидела ровно.

Через несколько минут машина мягко замедлилась у здания, которое я сперва приняла за витрину галереи: высокий полупрозрачный фасад, внутри — объёмные силуэты лестниц и тёплые пятна света. У входа — знак-нить, как отпечаток тонкой спирали.

— Здесь, — сказала Ирма. — Поднимемся наверх.

Внутри пахло чем-то чистым, будто прохладным ветром после дождя. Лифта не было — по крайней мере, привычного. Мы встали на круг, в пол под ногами втекла серебристая рябь, и через секунду мир мягко перешагнул один этаж. У меня заложило уши и я скривилась.

— Первый раз всегда так, — заметила Ирма. — Глубокий вдох — и отпустит.

На третьем подъёме круг-«лифт» выдохнул нас в коридор. Стены — светлые, с едва заметными линиями, будто кто-то писал по ним мелом и тут же стирал. На полу — мягкие полосы света к дверям. У нашей — номер и символ, похожий на букву с хвостом.

— Это твой знак, — сказала Ирма, ловко набирая на воздухе пару взмахов пальцами. Замок щёлкнул — не звуком, а лёгким теплом. — Он будет стоять на документах и метках до тех пор, пока ты не выберешь себе имя по местной записи. Потом обновим.

— У меня есть имя.

— Я знаю, — спокойно ответила она. — Здесь оно будет записываться иначе. Не переживай — звучание можно сохранить.

Дверь сдвинулась. Я шагнула внутрь.

Небольшое пространство — скорее студия, чем квартира. Слева — ниша с низким диваном, который расправлялся в кровать одним движением руки. Прямо — окно во всю стену, за которым город дышал светом. Справа — компактная зона с гладкой поверхностью стола, над которым висел… дождь из маленьких прозрачных коробочек. Когда я приблизилась, одна плавно опустилась на уровень глаз и раскрылась — внутри лежала матовая ложка и тонкая кружка.

— Кухонный блок адаптивный, — сообщила Ирма всё тем же ровным голосом. — Распознал, что ты смотришь, предложил стандартный набор. Можно «учить» его своим привычкам.

Дальше — дверь со знаком волны. За ней — «гигиенический модуль»: крошечная, но продуманная кабина, в которой зеркальная поверхность меняла оттенок под углом, а вода появлялась, стоило поднять ладонь. Рядом — дверь с каплей и листом — узкий шкаф с мягкими развешенными полотнищами, похожими на бумагу. Я осторожно коснулась — ткань. На полке — аккуратно сложенные базовые вещи: мягкие брюки, рубашка, короткая куртка, бельё в запечатанном пакете без размеров — просто слово «адаптивное».

Возле окна — тонкая стойка с кругом-панелью. На ней вспыхнули значки, когда я приблизилась: карта города, «связь с куратором», «быстрые запросы». В углу — маленький контейнер со знаком чашки: я открыла — внутри аккуратно лежали капсулы, пахнущие кофе и чем-то пряным.

— Стартовый набор, — сказала Ирма, ставя на стол плоскую папку. Папка распустилась биолистом, и на «странице» вспыхнули строки. — Кредитный счёт на год — базовая ставка, покрывает питание, транспорт, связь, базовую медицину. Компенсации — по заявкам. Вот браслет-идентификатор, он же пропуск, он же ключ от двери. Код на случай потери — здесь. Документ личности временный — на биоподписи. И сим-метка — для связи со мной в любое время суток.

Она говорила спокойно, ровно, как объявляют остановки в метро. Я кивала в такт словам, но внутри всё саднило. Квартира была, правда, уютной, аккуратной, свет мягкий, воздух чистый. И от этого становилось только хуже. Казённая ухоженность. Как гостиница, в которой не собираешься жить.

— Здесь тихо, — добавила Ирма после паузы. — Соседи из адаптационного блока — такие же смещённые, ты их увидишь в ближайшие дни. На лестничной платформе — общая зона: небольшая читальня, стол с синтезатором еды, мед-стенд. Если что-то нужно — скажешь мне или отметишь в панели запросов. Реагируем быстро.

— А если я захочу… — я сглотнула. — Домой.

Ирма на секунду опустила глаза. Это была первая её пауза.

— Тогда ты скажешь мне тоже, — тихо сказала она. — И мы не поможем, потому что не умеем. Но мы будем рядом, чтобы ты не оставалась с этим одна.

Я отвернулась к окну. За стеклом два солнца уходили на разной высоте, окрашивая город в мёд и сталь. Внизу скользили бесшумные машины, по воздуху плавали полупрозрачные знаки, кто-то смеялся на соседнем балконе, и смех раскололся на кристаллики, как свет.

— Я знаю, что здесь всё… хорошо, — сказала я глухо. — Но мне некомфортно.

— Хорошо, что ты говоришь честно, — ответила Ирма. — Давай так: я сейчас покажу, как запирать дверь и вызывать меня. Потом уйду. Ночью тебя никто не побеспокоит — квартал закрыт для внешних. Завтра в девять я зайду снова — отвезу на первичную регистрацию и в офис адаптации, а потом — в Центр знаний для смещённых. Знаешь, смещенных межмирами всего пару человек, но у нас бывают смещения между королевствами и еще некоторые варианты. Поэтому, в целом, мы знаем, как поступать. Там выдают местные справочники, базовые курсы языка и права.

— Курсы… — я усмехнулась. — У вас даже на это есть курсы.

— У нас на всё есть курсы, — без тени шутки сказала Ирма. — Это Левкус.

Она подошла к дверному проёму, показала, как провести ладонью по знаку, чтобы «засовы» встали — не щелчком, а плотной волной тепла. Потом протянула мне тонкую пластину.

— Это «тихий час», — пояснила она. — Включишь — внешние уведомления не пройдут. Останется только экстренная связь. Если станет плохо — нажмёшь красную метку. Я приду.

— А вы всегда такие… спокойные?

— Нет, — впервые улыбнулась она. Улыбка была почти невесомой, как мягкий свет по краю стола. — Я просто много видела. И знаю, что в первые сутки лучше не давить на смещенного. Дай себе право не понимать. И — поешь. Даже если не хочется. Еда тут безопасная.

— Магическая?

— Синтезированная, но думаю в твоем понимании это одно и тоже, — поправила Ирма. — Но у соседей на платформе иногда бывает домашняя. Они любят «обмены вкуса». Завтра познакомлю. Среди них есть одна… — она запнулась, подбирая слово, — пекарь. Делает сладости, непривычно, но вкусно.

Грудь кольнуло, неожиданно сильно. Я кивнула, не доверяя голосу.

— Ладно, Лена, — сказала Ирма, отступая к двери. — Я оставлю тебе режим “тишина”. Если захочешь — открой окно на уровень «шум города»: лёгкий фон помогает многим заснуть. В девять — за тобой. Попробуй поспать. И… — она чуть наклонила голову, — не бойся. Здесь безопасно и мы все на твоей стороне.

Дверь за ней закрылась. 

Я медленно обошла комнату, коснулась ладонью стола — гладкого, неперепачканного ничем, — открыла панель и наугад выбрала «чай». Кружка сама скользнула под ладонь. Пар поднялся тонкой пряной лентой.

Я села на край дивана и уставилась в окно. Два солнца плавно сползали вниз, и город за стеклом становился похож на витрину с украшениями — всё сияет, но не твоё.

— Добро пожаловать, — сказала тихо чужим голосом, повторяя слова капитана. — В Лангорию.

Я долго стояла у окна, пока чай окончательно остыл. В комнате было тихо, а окно открывать мне не хотелось. Просто смотрела на молчаливые пейзажи за окном.  Потом всё-таки заставила себя шевельнуться.

Душ оказался… странно умным. Стоило шагнуть в прозрачную капсулу, как тёплый поток сам подстроился под меня. Вода текла мягко, пахла чем-то свежим, как воздух после грозы, и не обжигала, даже когда я пробовала изменить температуру.
Вместо обычного крана — светящиеся символы, и если провести по ним пальцем, вода превращалась в пар или наоборот, охлаждалась, будто играла со мной.
Я смеялась от нервов, не понимая, куда я блин попала. Это магия или технологии? Этот мир казался совершенно непонятным. Одновременно слишком продвинутым и не продвинутым вообще. Я пыталась представить, что думала моя подружка, когда не нашла меня. Стала ли она паниковать или просто ушла? Может меня уже ищут под каждым кустом… А я вот она. В королевстве. Боже, это же моя детская мечта. Жить в королевстве, выйти замуж за принца. Вот только теперь это кажется кошмаром каким-то, да и принцев не видно. 

Выйдя из душа, я долго смотрела на одежду, аккуратно сложенную в шкафу.
Материал казался лёгким, почти невесомым. Стоило коснуться, он подстраивался под форму тела, будто жил своей жизнью.
Я выбрала мягкие брюки и простую светлую рубашку — ткань холодила кожу, но через минуту стала тёплой.
— Адаптивная, — вспомнила я слова Ирмы и чуть усмехнулась. — Ещё бы адаптировалась к моему настроению.

На столе мерцал слабый огонёк. Я коснулась её, и он мигнул, будто желая спокойной ночи.
— Спасибо, железка, — пробормотала я и выключила свет.

Кровать оказалась слишком мягкой. Я ворочалась, зарываясь в одеяло, чувствуя, как мысли соскальзывают, путаются и исчезают.
Последнее, что я успела подумать, прежде чем заснуть: а вдруг всё это действительно сон?

Проснулась я от резкого звука. Будто кто-то стучал. Нет — не просто стучал. Тарабанил. Настойчиво, быстро, требовательно.

Я приподнялась, прислушалась. Тишина. Показалось?

Повернулась на бок — и снова. Три удара, потом ещё два. Глухие, но отчётливые, будто кто-то колотил по стеклу.

Сердце ухнуло в пятки. Я села, глядя на окно.
За полупрозрачной шторкой — отблески света, и… движение.

— Это что за фигня, — прошептала я. 

Поднялась, стараясь не дышать громко, и медленно подошла. В голове мелькнула глупая мысль: может, это Ирма? Нет. Ирма бы не лезла через окно.

Я отдёрнула штору. Снаружи — тёмная фигура. Мужчина. Высокий. Стоял на внешнем выступе, будто на карнизе, и — да, стучал. В моё окно.
Наши взгляды встретились через стекло. Сердце сделало кульбит. Он приложил палец к губам — тише.

Серьезно? Вообще-то, это он тарабанит, как дурной и наверняка разбудил не только меня. 

Я не успела даже решить, что делать, как окно само мягко щёлкнуло и распахнулось внутрь.
Мужчина шагнул — нет, ввалился в комнату, приземлившись почти бесшумно, и сразу захлопнул створку за собой.

— Что за... — я отпрянула, хватаясь за край кровати. То, есть он все это время мог его просто открыть? Я совсем ничего не понимала от шока, накатывающей волны страха и абсурда происходящего.

Он поднял ладонь — короткий, властный жест.
— Тихо, — сказал он хрипло. — Прошу. Не кричи.

Голос низкий, глухой. Я видела теперь его лицо — кожа слегка подзагоревшая, будто он только вернулся с курорта, короткие тёмные волосы, на виске порез, кровь подсохла. Глаза — янтарные, чуть светятся в темноте.
Одет не как местные. Кожаная куртка, перетянутая ремнями, сапоги с засохшей грязью. От него пахло металлом, дымом и какой-то терпкой травой.

— Кто вы?! — выдохнула я, не находя ничего умнее в своей голове. 

Он бросил короткий взгляд на дверь, потом снова на меня.
— Позже. Сейчас — просто спрячь меня.

— Что? — я моргнула. — С чего бы я…

— Пожалуйста, — прервал он тихо, но так, что воздух будто сжался. — Если я останусь на улице — они найдут меня. А если найдут — будет хуже, чем ты можешь представить.

Я растерянно смотрела на него. Он был крупный, сильный, и от него исходила такая энергия, что тело само отреагировало — тревогой.
Он выглядел не как преступник, но очевидно, именно им он и был. Как минимум в данный момент. И прятаться ему явно было непривычно.

— Кто «они»? — спросила я.

Он подошёл ближе, осторожно, но шаги казались хищными.
— Потом. Обещаю, я все тебе объясню. Просто… не открывай никому.

— Так вы же сами вошли. Зачем вообще стучали… То есть, спасибо, что постучали, но… 

Он осмотрелся, будто оценивал квартиру.
— Здесь окно без датчиков. Удачное место.

— Что? — Я не знала, смеяться или бояться. — Без датчиков? Что вы вообще…

Он взглянул на меня снова.

 — Я не причиню тебе вреда, — сказал он медленно, будто клятву давал. — Но если откроешь дверь кому-то этой ночью, погибнем оба.

Я молча сглотнула.
Мир, где я не понимала ни правил, ни людей, вдруг стал ещё на шаг безумнее.
— А давайте-ка, вы сами уйдете? 

*****

Дорогие читатели, приглашаю Вас в свою новую пикантную МЖМ-новинку

❤️ АННОТАЦИЯ

Я просто хотела избежать нежеланного брака. План был прост, но судьба распорядилась иначе. Теперь у меня два мужа. И один из них давно желает засадить второго. 

Смогут ли враги найти общий язык или мне придется сделать невозможный выбор? И догонят ли меня тени прошлого?

📚 В ТЕКСТЕ ЕСТЬ

#многомужество

#стритрейсеры

#космические приключения

#от ненависти до любви

#смелая и смышленая героиня

#вынужденный брак

#сбежавшая жена

#противостояние характеров и неизбежная любовь

#очень горячо и откровенно

#много секса

#хэ

Приятного чтения, друзья!

— А давайте-ка, вы сами уйдёте? — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, хотя внутри всё уже сжималось.

Он приподнял бровь. Похоже, собирался что-то ответить, но не успел — в дверь резко постучали.
Глухо, настойчиво. Да, что за ночь!

Стук повторился и был намного настойчивее, чем то, как тарабанил в окно этот супер герой. Интересно, как он сюда взлетел вообще?

Я замерла.
Он — тоже.

Мы одновременно посмотрели в сторону двери, потом друг на друга. Взгляд мужчины стал острым, как лезвие.
— Не открывай, — прошептал он.

— Ага, щас, — ответила я так же шёпотом, но ноги уже сами понесли меня к двери.
Он сделал шаг за мной, но я резко обернулась и подняла ладонь.
— Стой. Не трогай меня.

— Я не… — начал он, стук повторился, я посмотрела на мужчину еще раз и… Боги, что я делаю?

— Лезь под кровать. Быстро! — прошипела я, ткнув рукой в сторону кровати.

На секунду он просто смотрел на меня, будто пытался понять, с кем имеет дело — с идиоткой или сумасшедшей. 

Я сделала шаг, чтобы подтолкнуть его и в тот же миг ощутила резкий жар под рёбрами слева, стоило мне его коснуться.
Будто кожу изнутри обожгло.
— Ах! — вырвалось у меня.

Я схватилась за бок, скривившись, чувствуя, как боль отдает в дыхание.
Он внимательно смотрел на меня. В его янтарных глазах мелькнуло что-то… странное. Тревога? 

 — Что с тобой? — шепнул он.

— Ничего, — выдохнула я сквозь зубы. — Просто… не время обсуждать. Быстро!

Потом коротко кивнул, без лишних слов, и опустился на колени, скользнул под кровать. Движения быстрые, кошачьи, уверенные.

Он задержался на секунду, словно хотел возразить, но я буквально подтолкнула его под кровать.
— Тихо! — процедила я. — Не двигайся.

Он исчез в темноте под кроватью.
Я, морщась от боли, схватила ближайшее одеяло и бросила его на пол, прикрывая следы грязи, оставленные его сапогами. Пыль поднялась лёгким облачком.
Стук повторился — громче.

Я сглотнула, проверила, не слишком ли дрожат руки, и, как могла, выпрямилась.
— Да-да! Иду! — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал бодро.

Щелчок панели — дверь мягко открылась.

На пороге стоял мужчина в форме.
Высокий, строгий, с прямыми плечами и каким-то усталым спокойствием в лице. Его форма поблёскивала, значок мерцал синим, но в целом он выглядел не угрожающе.

— Добрый вечер, — произнёс он ровным голосом. — Извините за беспокойство. Городская стража.

— Эм… здравствуйте, — я чуть дёрнула плечом, не зная, куда деть руки.

— Были зафиксированы попытки проникновения на этот этаж, — продолжил он. — Предположительно, очень опасный преступник. Мы проверяем каждое жильё.

— Вот как… — повторила я глухо.

— Да. — Он чуть кивнул. — Вы ничего не слышали?

Я почувствовала, как ладони становятся холодными.
— Я… слышала какой-то стук, — призналась. — Но ничего не видела.

Он нахмурился, сделал шаг вперёд и заглянул через моё плечо.
Мой мозг судорожно просчитывал всё: угол обзора, расстояние до кровати, тот дурацкий комок одеяла на полу.
Конечно, он его заметил.

— Простите, а почему у вас одеяло на полу? — спросил он с вежливым интересом, но взгляд стал внимательнее.

— Это… — я открыла рот и поняла, что придумала отмазку только наполовину. — Это для… гимнастики.

— Простите?

— Ну, у нас, — я быстро выпрямилась, пытаясь выглядеть уверенно, — в моём мире есть такая тренировка. На полу неудобно — холодно, вот и кладу одеяло.

Он пару секунд просто смотрел на меня. Я уже почти слышала, как сердце бьётся где-то в горле.

Потом уголки его губ чуть дрогнули.
— Гимнастика, — повторил он, как будто смаковал слово. — Интересно. У нас тоже есть что-то подобное.

— Вот, — я кивнула чересчур быстро. — Вижу, у нас много общего.

Он чуть улыбнулся.
— Простите за беспокойство. Просто мера предосторожности. Если услышите что-то ещё — сразу сообщите.

— Конечно, — выдохнула я.

— Спокойной ночи, — сказал он, шагнул назад, и дверь плавно закрылась сама.

Щелчок. Тишина.

Я стояла, прислонившись лбом к двери.
Сердце грохотало так, что казалось — услышат даже на соседнем этаже.

— Что я творю, — прошептала я в никуда. — Прячy преступников в муниципальном жилье. Умница, Лена. Просто аплодисменты.

Я обернулась — комната казалась слишком светлой, слишком тихой. Из-под кровати не доносилось ни звука.

Я выдохнула и медленно сползла вниз по двери, садясь на пол.
Зачем я это сделала?
Я обхватила колени руками, глядя в сторону кровати.
— Если ты окажешься маньяком, я тебя сдам, — пробормотала я вполголоса. “Если успею”, подумалось мне, но говорить я этого не стала. В ответ — тишина. Только слабое мерцание света на браслете.

— Эй… ты там? — позвала я, осторожно приближаясь к кровати. Голос прозвучал тише, чем я хотела, почти шёпотом.

Ответа не было.

Я остановилась, чуть нагнулась и приподняла край одеяла, пытаясь заглянуть под кровать.
Пусто.

Совсем пусто. Ни человека, ни сапог, ни даже тени.
Только гладкий, чуть мерцающий пол, на котором колыхались блики от ночного света за окном.

— Что за… — я выдохнула, моргнув. — Может, мне всё это и правда привиделось?

Отступила на шаг, потом всё же подняла одеяло, которое бросила на пол.
И сразу увидела грязные следы от ботинок. Смазанные, неровные, но вполне себе настоящие.

— Не привиделось, значит, — пробормотала я. — Ну прекрасно. Теперь у меня не только галлюцинации, но и их доказательства этих самых галлюцинаций.

Сердце стучало быстро, но я всё равно пошла проверять.
Открыла шкаф — пусто. Заглянула в нишу у окна — никого. Даже под столом — пусто.

Я выпрямилась, потерла виски.
— Отлично, Лена. Теперь у тебя в квартире гуляет мужчина-призрак. Прекрасное начало новой жизни в Лангории.

И тут — звук. Тихий, но отчётливый. Щелчок двери в ванной.

Я вздрогнула и резко обернулась.

Из ванной вышел он, но уже без куртки и сапог. В одной тёмной рубашке, закатанные рукава, ворот расстёгнут. Влажные волосы прилипли к вискам. На коже — капли воды, блестящие в мягком свете панели.

Он выглядел так спокойно, будто просто зашёл ко мне в гости, а не вломился через окно ночью и не прятался под кроватью от городской стражи.

— Ты... — я запнулась. — Что ты вообще делаешь в моей ванной?

Он поднял на меня взгляд — ровный, внимательный, немного усталый.
— Смывал следы, — ответил просто. — И грязь. Не хотел, чтобы они что-то нашли.

— А предупредить нельзя было? — возмутилась я, хотя голос почему-то сорвался на хрип. — Я чуть с ума не сошла! Я решила, что ты мне привиделся!

Он пожал плечами.
— Предупредить — значит выдать себя. А я не знал, ты уже одна или еще нет.

— Ну спасибо, что хоть не решил проверять это в кровати, — огрызнулась я.

Он чуть прищурился.
— Ты смелая, — сказал он тихо, и почему-то это прозвучало не как комплимент, а как констатация.

Я скрестила руки на груди, пытаясь не смотреть, как рубашка чуть липнет к его телу.
— Я глупая. Прячy преступника и ещё разговариваю с ним, вместо того чтобы звать стражу. 

Он кивнул, будто соглашаясь.
— Возможно. Но если бы ты не спрятала меня, тебя бы сейчас уже допрашивали до утра и я сомневаюсь, что так легко бы отпустили после.

— О, чудесно, — усмехнулась я. — Так я должна сказать спасибо?

— Не обязательно, — тихо сказал он и шагнул ближе. Движение было мягким, но настойчивым. — Но не кричи. Мне нужно немного времени.

— На что, прости? — приподняла я бровь, чувствуя, как раздражение подступает к горлу.

Он посмотрел прямо в глаза — спокойно, уверенно, будто действительно имел право задавать тон в моей квартире.
— Чтобы понять, могу ли я тебе доверять.

— Серьёзно? — выдохнула я, хмыкнув. — А ничего, что всё вообще-то наоборот? Что я — в чужом мире, в муниципальном жилье, с мужчиной, который вломился через окно?! Может, это мне решать, можно ли тебе доверять, а не наоборот?

Он не ответил сразу. В его взгляде мелькнуло что-то — не злость, нет, скорее… интерес. А потом он сказал совсем тихо:
— Почему тебе стало больно, когда ты коснулась меня?

Я моргнула.
— Что?

— Под рёбрами. Слева. Ты схватилась за бок, когда я прятался. Почему?

Я машинально коснулась того места. 

 — Я… не знаю. — Сказала честно. — Я вообще забыла об этой боли, пока ты не напомнил.

Он выдохнул — медленно, будто решаясь на что-то. Потом, не отводя взгляда, поднял свою рубашку.

На его коже, чуть ниже ребер, тянулась свежая татуировка. Чёрная, резкая, но будто чуть светилась изнутри.
Символ. Закрученный, в форме спирали, переходящей в знак — такой же, как был у меня на двери.

Я уставилась.
— Эм… это что?

— Полагаю, твоё имя, — ответил он просто. — Если читать по-нашему, тут написано Лиена.

— Лена, — поправила я автоматически. — Не Лиена. Лена.

Он хмыкнул.
— Тут написано Лиена, — повторил спокойно, словно спорить смысла нет.

— Да хоть Пельменина, — выдохнула я. — Мне всё равно, что у тебя там за татуировка и кто такая эта твоя Лиена. Я — Лена.

Он чуть улыбнулся.
— Хорошо. Приятно познакомиться.

— Вот и прекрасно, — огрызнулась я. — А теперь, может, объяснишь, зачем вообще показывать мне своё пузо?

Пуза, к слову, у него не было вовсе. Был идеальный, нет, просто шикарный торс и таким прессом, что закачаешься.

Он опустил рубашку, движение было спокойным, уверенным, и только после этого произнёс, как будто обсуждал погоду:
— Я Каспиян. Твой муж, полагаю.

Мир на секунду замер, а может просто я замерла? Я моргнула. Потом ещё раз.

— Что? — выдавила я. — Что-что-что?!

Он кивнул, будто подтвердил что-то само собой разумеющееся.
— У нас в Лангории такие метки появляются только между связанными драконами. Почти уверен, что на тебе проявилось мое имя.

— Связь?! Какими еще, блин, драконами? — я чуть не рассмеялась, но смех вышел нервным. — Мы даже не знакомы! Я спрятала тебя под кроватью — всё, это теперь считается браком?!

— Если бы всё было так просто, — усмехнулся он. — Но, к сожалению, это именно то, что произошло.

Я отступила на шаг, пытаясь уложить всё это в голове.
— Нет, — выдохнула я. — Нет, спасибо. Я в отношениях не заинтересована. Был у меня один раз негативный опыт. Мне второй такой не нужен.

— Я не негативный опыт, Лена, — сказал он спокойно, глядя в мои глаза. — И я не «второй». Я твой единственный муж.