Драконья кровь

Свои первые семь лет жизни я не помню. Смутно прорезаются сквозь толщу затуманенного сознания воспоминания о моем детстве. Обычно это всего лишь краткие вспышки или фрагменты, но не более. Иногда во снах ко мне приходит мама и поет колыбельную, а старший брат забирается тайком в мой шкаф, чтобы застать меня врасплох, когда я испугаюсь и звонко закричу. Старшая сестра приносит мне цветы, и мы плетем волшебные венки, а после запускаем их по реке: "Тот, кто поймает твой венок — станет женихом", — звонко смеется она. И мой венок уплывает на другой берег и его ловит сильная мужская рука, достает из воды, и все расплывается как в толще воды. Я не помню их. Все покрыто дымкой и бледной пеленой, залитой ярким полдневным солнцем, в котором черты лица близких мне людей расплываются, подсвеченные мягкими разноцветными бликами. Это всего лишь сны.
Меня вырастила крестная, тетя Аронда. Мы жили дружно на юге Темной Скигамской Империи, в княжестве Солярис, где жаркий климат хорошо сочетался с прохладными ветрами и стойкими тропическими дождями, а море ласково лизало мое тело, когда я, создавая себе очередную вылазку на пляж, в тайне покидала маленький городок на берегу Бескрайнего моря. Я любила плавать. Но это было как в другой жизни и будто не со мной. Жизнь текла размеренно, спокойно. Мы не бедствовали, но и не жили на широкую ногу. Моя нянюшка, что растила меня с самого детства, жила с нами и помогала теперь по дому и хозяйству. Казалось бы, спокойно, легко и непринужденно, что могло произойти? 
Но все началось с того, когда я узнала, что я – магиня. Косые взгляды и насмешки ребят в городке скрывали за собой страх перед неизвестным. Я старалась мало использовать магию, но первое время мне было тяжело ее контролировать: тут и там вздымались сполохи огня от неудачного движения, жеста или слова. Однажды, я все-таки спалила дом, отчего мы переехали на окраину городка западных земель. всего в нескольких часах езды от столицы, поближе к лесу, где никто не мешал мне учиться контролировать свою силу. В этом упорно помогала тетя, но в тяжёлые эмоциональные моменты огонь вырывался из-под контроля, сметая на своем пути почти все. Аронда, боялась, что меня сдадут в Стражу магии, и поэтому создала амулет, который я стала носить не снимая. С его помощью, магия стала контролироваться, протекая сквозь меня маленьким потоком, а потому сохранить ее в тайне было проще. 
Я росла, городские ребята все больше зацикливались на себе, пропуская меня мимо собственного интереса. Все было замечательно, до тех пор, пока тетю не вызвали в столицу, приказом зачисляя на должность ректора Магической Академии Скигама, сокращённо — МАС. Я осталась одна на попечении нянюшки Константин, которая со своим мужем Беркам воспитывала меня до моего совершеннолетия. Тетя поначалу часто приезжала, навещала, но такие визиты становились все реже и реже, пока вовсе не исчерпали себя. За два последних года Аронда практически не присылала вестей, а потому я сильно на нее обижалась, и не понимала. Я боялась, что я потеряю и ее, но мои переживания были совсем необоснованны, как говорила Константин, утешая меня.
И вот, в зимний холодный вечер, когда ледяная вьюга завывала за окном, поднимая вверх толпы колючих снежинок, а стекла в домике покрылись тонким узором мороза, создавая причудливые картины, я сидела укутавшись в плед около окна, обогреваемая жарким камином, который сама не так давно научилась разжигать с помощью магии. Это было более экономно: не нужны дрова, не тратиться магия, да и держится больше. Константин клопотала на кухне, там же ей помогал и Берк, отчего на весь дом пахло самым вкусным ужином. Рядом, у моих ног, примостился Лад, кот-фамильяр, подаренный Беркам на мое четырнадцатилетние, и сладко урчал. Потихоньку, от спокойствия, тепла и уюта стало клонить в сон, мягко окутывающий все вокруг. Но вся идиллия была резко прервана громким выбухом где-то рядом с нашим домом, отчего стекла задребезжали. Я подорвалась, Берк выскочил из кухни, а причитающая няня, вцепившись в кухонное полотенце, вышла вслед за мужем, встревоженно обводя взглядом гостиную. 
— Что ж это? — даже Лад, навострив уши, вглядывался в темноту ночи сквозь замёрзшее окно.
— Пойду посмотрю. — Берк снял со стены ружьё, накинул теплую шубу и выскочил в домашних валенках в ледяную вьгу. 
Внезапно я почувствовала тревогу, которая сильнее поднималась к горлу, словно тяжёлый ком. Я посмотрела на Лада.
— И ты чувствуешь, магичка. Не к добру это.
Тишину прервал последовавший выстрел, и что-то или кто-то взвыл нечеловеческим голосом.
— Берк! — крикнула я, но в ответ только взрывной звук раздался в ночи еще раз, разрывая ту зыбкую тишину, что охватывала наш дом. С внутренним напряжением я метнулась в коридор, стараясь не думать о том, что могло произойти с мужем Константин.
Лад стал более агрессивным, защищая свою территорию, его шерсть стояла дыбом, и он шипел, направляя свой взгляд в темноту. Я знала, что он чувствует угрозу сильнее, чем я. Тело резко онемело, когда я, попыталась открыть дверь, чтобы выйти на улицу, и чтобы... Чтобы что? Что, я, магичка, не умеющая управлять с магией, могу сделать? Моя помощь будет заключаться в том, что я не буду ничего делать. Но от этого на душе стало отвратительно. В миг по телу пробежались тысячи иголок, словно они, попавшие в горячую кровь, носились по венам. Такое я испытывала впервые, и не могла понять, на что реагирует мое тело.
— Это магия! — недовольно зашипел кот, поясняя мои ощущения, но яснее не стало.
Ещё один выстрел раздался снаружи, на этот раз громче и ближе. Я ощутила, как холодный пот пробежал по спине.
— Берк! — закричала я в надежде, что он ответит, и распахнула дверь, впуская в дом ледяной колючий холод.
Но вместо этого раздался шум борьбы, а затем ещё один крик, приносящий все мои страхи. Я почувствовала, как сердце ухнуло в пятки. Константин охнула, держа меня за плечи, и в ужасе вглядывалась в темноту.
— Амилла, отпусти дверь. Там неизвестно кто или что. Берк спасает нас, а ты нараспашку!
Чуть ли не силой оторвав от двери, она повела меня к креслу в гостиной. Передвигать одеревенелые ноги было трудно. Я вцепилась пальцами в руку нянюшки в страхе, что могу потерять еще одного члена моей семьи. Было страшно осознавать, что все меня покидают. Константин усадила меня в кресло, накрыв мои плечи пледом, и сама присела возле меня на мягкий ковер, поглаживая мои резко замершие руки.
Берк вернулся спустя некоторое время, держа на руках озябшую, раненную девушку.
— Оборотная. Подстрелил! Не заметил. Целился в орка, так ее, лань белую, задел.
Уложил ее на диван в гостиной, а Константин, подорвавшись с места, стала рассматривать раны юной гостьи. Я так и сидела, а все, что со мной происходило, происходило как в тумане. 
Девушка действительно была красива как белая лань: молодая, моего возраста, может, немного старше; серебряные волосы, переливающиеся от бликов огня; бледная, почти прозрачная кожа, пухлые розовые губы, да и лицо в форме сердца. Внутри прошла волна ревности. Мои рыжие кудри волнами струились по спине и не были так хороши, как у нее, а о блеклых фиалковых глазах, веснушчатой коже и бледных, потрескавшихся губах, искусанных мною до крови, — и говорить было нечего.
— Смотри-ка: магичка. — хмыкнул кот.
— Перевертыш, — поправила Константин.
Лад сел у моих ног, его шерсть все еще стояла дыбом, но он чувствовал себя куда лучше. Где он был все это время?
«За Беркам ходил, когда ты дверь открыла.» — сухо пояснил он.
Константин хлопотала над ранами бедняжки. Незнакомке повезло, что ее лишь задели, а не убили. Так, легкие царапины. В какой-то момент мир начал возвращаться ко мне, и я услышала тихий голос девушки, которая пыталась возразить на все ухаживания со стороны Константин о раненном боку. Я почувствовала укол ревности, но тут же махнула головой, отгоняя неприятное чувство. Внезапно комната озарилась светом, таким ярким, что мне пришлось зажмуриться, а когда все исчезло, я увидела улыбающуюся девушку, стоящую на ногах и уверяющую, что она сама отлично справилась. В следующий миг она нашла меня взглядом и улыбнувшись, казалось, отчего стало еще ярче, подошла ко мне.
— Привет. Меня зовут Лиара Милисса Аронская. Сокращенно Лира. Я искала тебя по просьбе твоей тети. — Она полезла в карман длинного темного плаща с эмблемой академии, которую я заметила только сейчас, и протянула мне письмо. 
Я не могла поверить своим ушам. Мгновение назад на меня обрушилась непередаваемая тревога — страх за жизнь Берка, страх перед неизвестностью, перед магией, которую я все еще не могла контролировать и, тем самым, не была в силах помочь родному человеку. И вот теперь, предо мной стояла таинственная белая лань - перевертыш с серебряными волосами, и в ее руках находилось письмо от тети Аронды — женщины, которая была так дорога, но чье отсутствие охватывало душу холодным страхом, как ночная метель, делая родного человека чужим. 
— Ты… ты знаешь мою тетю? — едва вымолвила: слова тяжело давались внезапно пересохшему горлу. Я, все еще не веря, что девушка может быть реальной, моргнула несколько раз.
— Да, — улыбнулась незнакомка, — она отправила меня сюда. Честно, боялась, что опоздаю, но ваши приключения помогли мне немного быстрее добраться.
Лира, действительно, выглядела как лань, обладающая грацией и легкостью. Ее присутствие каким-то образом уменьшило напряжение в комнате. Даже Лад, который с недоверием относился ко всему, что не было знакомым, внезапно перестал шипеть и лишь наблюдал за внезапной ночной гостье, целиком и полностью заинтригованный происходящим.
— Что это?
В руках она держала письмо, аккуратно запечатанное сургучом с оттиском Академии, и протягивала его мне, позволяя самой узнать, о чем пишет тетя и почему послала эту девушку, а не обычного почтового голубя.
— Ну же, бери.
Я потянулась к письму, но не успела взять: няня вырвала его из рук внезапно охнувшей девушки. Мы все уставились на нянюшку, которая с серьезным, даже злобным видом, держала в руках письмо тети.
— Нет. Она исчезла, сама сказала держать все в тайне, а теперь посылает перевертыша, да еще и с письмом? Нет, Амилла, никакого письма.
Она развернулась в порыве выкинуть бумагу в камин, но как только конверт соприкоснулся с огнем, он тут же потушил магическое пламя, плавно опускаясь на почерневший от сажи камин, под удивленное оханье Константин. В комнате заметно потемнело из-за отсутствия пламени и почувствовался холодок, гуляющий на правах хозяина по дому. Письмо было заколдованным и защищенным от всякого уничтожения, поэтому я подошла, взяла его в руки и сдула сажу, которая вовсе не выпачкала белоснежную бумагу. На меня смотрела печать академии, которая забрала тетю, и я, словно маятник между мирами и сомнениями, собиралась открыть тайну. В комнате повисла напряженная тишина. Берк молчал, Лира уселась в кресло с интересом поглядывая на развернувшийся спектакль, Лад крутился у ног, причитая, чтобы я открыла уже наконец, и только Константин, скрестив руки на груди, недовольно смотрела на меня, всем видом выражая все, что она думает о данной ситуации.
Тяжелый вздох, откидывая все сомнения и понимая: то, что находится в конверте, действительно важно, раз Аронда отправила перевертыша, а Константин знала, потому и злилась. Страх перед неизвестностью вновь окутал меня, но я осторожно разорвала печать и, развернув письмо, прочитала: «Дорогая Амилла, я знаю, что мое отсутствие могло причинить тебе беспокойство и боль. Однако, сейчас важнее всего то, что пришло время использовать свои способности и поступить в Академию, несмотря на не легкие обстоятельства. Лира — твоя проводница. Она поможет тебе научиться контролировать свои силы, в том числе и постигнуть тайны, которые я не успела тебе передать. Вам необходимо встретиться с магами старшего звена, они откроют портал, и вы сразу переместитесь в Скигам. Береги себя. С любовью, Аронда.»
— Нет! — Зло выпалила Константин. — Я растила тебя не для того, чтобы ты вновь... в общем, чтобы ты подвергала свою жизнь опасности! — осечка была такой заметной, что я с интересом посмотрела на нянюшку.
— Константин права, Амилла. Аронда долгие годы пыталась обучить и спрятать твой огонь, а теперь сама вызывает в академию...
— Там она научится управлять магией, — вмешалась Лира, — как я. До моего поступления в Академию, я перекидывалась раз двадцать и все они были безумно болючими. В те моменты мне хотелось умереть. Но под руководством магистров я поладила со своим зверем, и вот, я уже прекрасная белая лань, а не облезлый и вшивый детеныш.
Речь Лиры звучала убедительно, хотя и Константин и Берк были правы. Аронда действительно пыталась спрятать меня, а сейчас сама вызвала в академию.
— Она лично займется твоим хаосом. Давай, Амилла, решай. Я ухожу на рассвете с тобой или без тебя.
— Она никуда не пойдет! — Вновь рассердилась Константин.
— Это мне решать, нянюшка. Лира права: в Академии я смогу удержать свой огонь, обуздать его. И я обещаю, ничего не случится.
Лира тихо усмехнулась, будто мое обещание было фальшивкой, и в тот момент я и сама поняла, что вообще не вправе что-либо обещать.
— Пустозвон у тебя в голове вместо мозга! Так же, как и у Аронды!
— Раз она меня пригласила, значит, на то есть веские причины. —Стало обидно за ругательство нянюшки, но я сдержалась.
Константин взвыла, развернулась и ушла на кухню, громко хлопнув при этом дверью, отчего окна в домике вновь затрясло. Берк тяжело вздохнул и покачал головой, направляясь успокоить свою жену, а Лад, вскочив на подоконник, задумчиво молчал. Мне казалось, что в тот миг все знают обо мне больше, чем я сама. Это было впервые, когда мои глаза открылись, а туман прошлого зашевелился, — все пришло в движение, словно бесконечный механизм, заржавевший за долгие годы, с треском стал прокручивать колесики.
— А у тебя ничего так, забавно и уютно.
Лира рассматривала убранство дома, пока из кухни доносились громкие недовольные возгласы и тихое басистое противоречие. Незнакомке, казалось, было вообще все равно, что происходит у нас дома. 
— Так и есть, — обводя взглядом комнату, она остановилась на мне. — Я не за тем здесь, чтобы разбираться в твоих семейных конфликтах. Мне четко дали указания, и я их выполняю.
Я покрутила в руках письмо, задумчиво сложила его, и усевшись на диван, попросила:— Расскажешь мне об Академии?
— Конечно.— еще больше оживилась Лира, а мой сонный механизм, включающий в себя розовые очки, зашевелился быстрее.