Драконья радость, или Моя невеста ведьма

— Рута, осторожно! Стой! — Ладислав Лесницкий с ужасом смотрел, как на том месте, куда шагнула жена, внезапно открылся блуждающий ведьмин круг.

Он разверзся прямо под её ногами, посреди мощёной булыжником дороги, по которой они сотни раз ходили в соседний городок. Ладислав попытался ухватить жену за руку, но не успел. Пальцы скользнули по ткани платья и ухватили пустоту.

Решение пришло молниеносно: хранитель Дугарского леса прыгнул  следом за женой. Вместе навсегда: в горе и в радости, и в ведьмином круге, который ведёт в неизвестность.

***

— Бисмарк Лесницкий, за несанкционированное проникновение в закрытый мир, кражу молодильных помидоров, иглы из хвоста жар-дикобраза и элитного златогривого суслика вы приговариваетесь к суровому наказанию! — прогремело на всю площадь, до краёв заполненную низкорослыми коренастыми аборигенами.

— Я ничего не крал! — голос молодого мужчины утонул в гомоне и криках толпы.

— Но всё это было при тебе! — возмутился судья после того, как добился мало-мальской тишины.

— Ваш правитель дал мне поручение разыскать эти волшебные предметы, чтобы спасти наследника, — заявил Бисмарк. — Сами спросите у него.

— Мы свергли этого никчемного человечишку, — хищно усмехнулся местный главный шаман, пристукнул посохом и покосился куда-то в сторону.

Бисмарк проследил за его взглядом и увидел то, что не заметил ранее, удручённый своим незавидным положением. Поодаль стояла виселица, и она отнюдь не пустовала.

— Вот ведь гадство, пока был на задании, у них тут власть переменилась, — с досадой пробурчал он. — Пора задействовать план Б.

Молодой перспективный маг из семьи хранителей Дугарского леса, командир отряда особого магического назначения, специальный агент межмирового комитета по контролю за магическими аномалиями, Бисмарк Лесницкий, активировал одноразовый портал для возвращения в свой мир.

Вспыхнуло окно перехода, и он рыбкой нырнул в него.

— Стерномаст! — заорал шаман, выпуская из посоха чёрный луч.

Проклятие настигло Бисмарка, когда он уже был на той стороне. Луч ударил в спину, портал закрылся, а специальный агент бездыханным комком рухнул на землю.

***

— Марьяна Лесницкая, выпускница ведьмовского факультета магической академии  – диплом отлично с отличием! — торжественно провозгласил председатель экзаменационной комиссии, профессор Стоун, и я поднялась на сцену.

Я – лучшая выпускница этого года! Радость несколько омрачалась тем, что ни брат, ни родители не приехали на вручение диплома, хотя и обещали. Ладно, Бис, он вечно был на каких-то спецзаданиях, но родители твёрдо обещали быть.

Я уже взяла диплом из рук профессора и собралась спуститься в зал, когда к ректору Бежанскому подошёл его секретарь и что-то быстро зашептал, бросая странные взгляды в мою сторону. Ректор побледнел и с жалостью посмотрел на меня.

Да что происходит? Почему он так смотрит? Хочет аннулировать диплом? С какой стати? Все мои оценки честно заслужены отличной учёбой!

— Кхм, госпожа Лесницкая… Марьяна, пройдёмте в мой кабинет, — ректор приглашающе махнул рукой и первым двинулся в сторону выхода из зала.

На негнущихся ногах пошла следом, уже понимая, что меня ожидают плохие новости. Предчувствия не обманули. Едва за нами закрылась дверь ректорского кабинета, как профессор произнёс:

— Не буду ходить вокруг да около. Марьяна, ауры твоих родителей и брата исчезли из магического контура колдовского сообщества Лекмонарии.

Я рухнула на ловко подставленный стул и, не ощущая вкуса, залпом выпила воду из протянутого стакана. На последнем глотке меня неудержимо потянуло в сон.

— За-а-че-ем? — превозмогая невыносимую дремоту, спросила я, заканчивая фразу длинным зевком.

И на грани сна и яви еле разобрала:

— Поспи, девонька, с такими новостями нужно переспать!

— Отнесите её в лазарет, — это было последнее, что я услышала перед тем, как окончательно отрубиться.

***

Максимилиан Орманский, младший брат короля Дарангола, был очень занят. Занят одной белокурой красоткой, которая каким-то образом сумела пробраться в его холостяцкую спальню и теперь усиленно демонстрировала любовь и преданность правящему дому в лице Максимилиана… ну, если быть честными, не совсем в лице…

Позже, после завершения демонстрации, Макс лениво шлёпнул девицу чуть пониже спины и откинулся на подушки. Как бишь её зовут? Ай, неважно!

— Милая, ты была великолепна, —  снизошёл он до небрежной похвалы труженице сексуальной нивы, — как-нибудь повторим, а сейчас тебе пора.

Девица скорчила недовольную гримаску, но послушно подхватила платье и выскользнула прочь. Макс одним слитным движением вскочил с кровати и направился в душ.

Через пятнадцать минут он появился в дверях купальни с мокрыми волосами и полотенцем на бёдрах, сделал шаг в комнату, успел удивиться странному серебряному пятну, мерцающему у него под ногами, и исчез из комнаты.
Друзья, встречайте Марьяну Лесницкую, ведьму из масштабного литмоба #ведьмино_лето! Все книги литмоба располагаются здесь: (тыц на баннер!) (кстати, все баннеры кликабельны)

Три месяца спустя.

Марьяна Лесницкая. Лекмонария. Медана, столица Лекмонарии, — Дугарский лес.

— Марьяна, может, всё-таки передумаешь? — в очередной раз спросил ректор академии, профессор Грег Бежанский.

— Очень признательна, но нет, — в очередной раз отказалась я.

При других обстоятельствах я с радостью осталась бы в академии, где мне предлагали место в аспирантуре на ведьмовском факультете, но сейчас… Едва оправилась после известия о пропаже семьи, как в душе зародилось непреодолимое желание поскорее уехать в Дугарский лес. Нет, я не дура и прекрасно понимала: мои проблемы не решатся в один миг, если вернусь домой. Однако не могла сидеть в столице, сложа руки.

— Что ж, уважаю твоё решение, вот приказ о твоём назначении хранительницей Дугарского леса, — ректор протянул гербовую бумагу с золотым тиснением. — Но если ты передумаешь, двери академии открыты для тебя.

— Не передумаю, — твёрдо ответила я, забирая документ.

От Меданы до посёлка с вкусным названием Ягодный я ехала на стареньком магмобиле, арендованном в конторе по междугородним перевозкам. К допотопному средству передвижения прилагался такой же древний водитель. Всю дорогу они кряхтели на пару с машинкой, но исправно довезли меня до места назначения.

Дальше дороги, пригодной для магмобиля, не было, и путь от Ягодного до дома в Дугарском лесу я проделала на коне. Орлик принадлежал нашей семье, и на случай подобных оказий содержался на конюшне у ягоднинского старосты.

Дом встретил непривычной тишиной и пустотой. Ни аромата маминых фирменных пирожков, ни едких химических запахов из лаборатории, где папа и Бис проводили свои эксперименты. Наверное, именно здесь, в пустом безжизненном доме, лишённом родных запахов, я окончательно поверила в то, что мамы, папы и брата здесь нет.

Сморгнув непрошенные слёзы, шагнула в дом, бросила в коридоре сумку с вещами и прошла на кухню. Кругом чистота, значит, охранные и очистительные заклинания продолжали исправно работать. Заглянула в кладовую, где в стазисе хранились продукты, взяла сыр, мясо и овощи для салата.

После ужина вышла из дома и села в мамино любимое кресло-качалку. Сумерки уже опустились на сад, скрадывая очертания деревьев и кустов, в небе зажглись первые звёзды. Одуряюще пахли ночные цветы, в кронах яблонь попискивали птицы, укладываясь на ночлег. Я рассеянно раскачивалась в кресле, продумывая план дальнейших действий.

Для начала нужно было съездить в филиал ковена ведьм, который находился в Ягодном, и официально зарегистрироваться в качестве хранительницы Дугарского леса. Заодно получить карту стационарных ведьминых кругов. В Лекмонарии их было четыре: на севере, западе, востоке и юге. Причём восточный, который находился ближе всего к лесу, был вроде как запечатан.

Неподалёку от кругов располагались дозорные заставы. Они следили за порядком и оказывали помощь нуждающимся. Южный круг вёл в курортный мир Тропиканию, туда ездили отдыхать лекмонарцы, а от них к нам поставлялись экзотические фрукты. В общем, нести службу рядом с этим ведьминым кругом было одно удовольствие. 

Северный круг открывался в мир ледяных демонов. Суровые и воинственные создания, похожие на полупрозрачные глыбы льда, редко совались к нам, но и в свой мир пускали чужаков крайне неохотно.

Много столетий назад с ними случались серьёзные стычки. К счастью, эти дни давно канули в лету, между нашими мирами установились ровные отношения. Ледяные демоны продавали Лекмонарии рыбу и концентрированный мороз, упакованный в хрустальные трёхлитровые колбы. Своей зимы у нас не было, и мороз использовали для искусственной зимы один месяц в году. На радость ребятишкам четыре недели шёл снег, возводились ледяные горки и лабиринты и заливались катки.

Западный ведьмин круг открывался в Террион, аккурат недалеко от страны с красивым названием Величавец. Ведьмы из нашего ковена регулярно ездили к ведьмам зачарованного леса на конференции по обмену опытом.

Восточный круг… Он соединял Лекмонарию с Даранголом, страной драконов. Много слухов о нём ходило, но официальная версия гласила, что драконы – наши смертельные враги, и всякий, кто попытается распечатать проход в Дарангол, будет жестоко наказан.

Помимо стационарных ведьминых кругов, существовали блуждающие, или стихийные, опасные и непредсказуемые, они могли открываться на считанные минуты, и всего лишь однажды. Попав в такой круг, можно было уже никогда не вернуться, а если он вёл в опасные места, то и сгинуть без следа.

Ночь окончательно вступила в свои права, взошла луна, яркими кляксами обозначились созвездия на безоблачном небосводе. Я зевнула и поднялась, чтобы идти в дом, когда звёзды перечеркнул стремительно летящий комок огня.

— Вроде рано для комет и звездопадов, — озадаченно пробормотала я, следя за ломаной траекторией полёта неопознанного объекта.

Огненный шар совершил головокружительный кульбит и камнем пошёл вниз, чтобы через миг рухнуть мне под ноги.
Кстати, вы ведь в курсе, что в нашем мобе есть две общие авторские книги? Это книга 
(кстати, 59 глава как раз про Марьяну)
и книга

Марьяна Лесницкая

—        А-а-а-а! — это я с радостно перекошенным лицом  поприветствовала прибывшего, аж сама чуть не оглохла.

—        Курлык-кур-кхы-кхы! Ты чего вопишь? — прокашлявшись, сипло поинтересовался пришелец.

Возмущённая беспардонностью гостя, я моментально прекратила орать и даже глаза открыла, а то ведь поначалу зажмурилась. Не подумайте, не от страха, а для профилактики, чтоб соринка не попала. Ведь он когда оземь ударился, пылюка так и взвилась в воздух.   

Ну, каков наглец! Ни тебе представиться по форме, ни извиниться за поздний визит и за то, что чуть не оставил заикой честную ведьму. Словом, открыла я глаза и обомлела.

Передо мной, уперев крылья в бока, стоял самый настоящий феникс. Справный такой, в меру упитанный, ярко-алый. Крупные перья мерцали, переливались, словно внутри них тлели угли. Стоял он, такой важный, и лапой притопывал, вроде как в нетерпении, или в негодовании, кто их поймёт, этих странных птиц!

— Чего уставилась? Обомлела от моей неземной красоты? Или немая от рождения? — высокомерно каркнул нахал.

— Ты вообще кто? — тоже подбоченилась я.

— Темнота! Феникса ни разу не видела? — птиц презрительно сплюнул огнём, подпалив траву.

— Я знаю, кто такие фениксы! Конкретно ты — кто такой и что делаешь на частной территории? — отчеканила я, призывая магию земли и засыпая мини-пожар.

— Хмм, я ведь забыл представиться, но это ты виновата! — ничуть не раскаиваясь, заявил этот несносный тип.

— Да ладно! И в чём моя вина? — поинтересовалась я, внутренне закипая.

— Ты так орала, что моя тонкая нервная система раскалилась от перенапряжения и дала сбой! Учти на будущее: для работы мне нужна комфортная обстановка, никакого шума и истерик! — птиц назидательно поднял крыло и растопырил маховые перья, задрав одно из них на манер указательного пальца.

— С этого места, пожалуйста, поподробнее, — если честно, я была в шаге от того, чтобы свернуть ему шею. — На какое будущее в МОЁМ доме ты рассчитываешь, и как смеешь ставить условия хозяйке?

Феникс посмотрел на меня с сожалением, как на дурочку или несмышлёного малыша:

— Хорррошо, начнём сначала. Видимо, я плохо объяснял, — насмешливо фыркнул он.

— Ты вообще ничего не объяснял, просто поставил меня перед фактом, — резонно возразила я.

— Кхе-кхе, думал, ты более понятливая, — продолжил хамить птиц, — но нет, так нет. Тебе оказана великая милость, и заключается она в том, что я решил поселиться в твоём доме. Не благодари! — он снисходительно махнул крылом.

А я… я реально онемела от его наглости и самоуверенности, и какое-то время не могла сказать ни слова.

Феникс принял моё молчание за всепоглощающий восторг и одобрительно кивнул:

— Теперь вижу, что ты прониклась, впала в экстаз и осознала, и в целом именно такой реакции я и ожидал.

Его тирада вывела меня из яростного оцепенения и я призвала ближайшую лиану. Она моментально спеленала его и подвесила вверх ногами перед моим лицом.

— Послушай ты, охамевшее пернатое! Я — местная ведьма-хранительница, а не какая-то сопливая девчонка, которую ты вздумал одарить сомнительным счастьем жить с тобой под одной крышей. Это — мой дом, и правила в нём устанавливаю я, и кто здесь живёт, тоже решаю я!

Феникс поёрзал и пыхнул пламенем, лиана инстинктивно отшатнулась от огня и выпустила птица из захвата. Тот снова упал на землю, но тут же резво вскочил, отряхнулся и примирительно сказал:

— Понял-понял, ты – грозная ведьма. Был неправ, погорячился, предлагаю забыть наши разногласия и прийти к взаимопониманию.

— Обязательно придём, — многообещающе хмыкнула я. — Сейчас ты извинишься за своё поведение и отправишься на все четыре стороны.

— Первое предложение вполне разумно, а второе мне совершенно не подходит, — заявил феникс.

— Ничем не могу помочь, — развела я руками.

— Очень даже можешь, — не согласился он. — Давай я быстренько извинюсь, и ты предложишь мне кров и стол.

— Каков наглец! — изумилась я. — А больше ты ничего не хочешь?

— Хочу! — обрадовался феникс. — А можно пожелать что-то ещё?

— Это был риторический вопрос! — от негодования я даже ногой топнула.

— Всё, не горячись, — затараторил птиц. — Я уяснил всю глубину своей неправоты, предлагаю понять и простить. И давай жить дружно… у тебя.

— Мдааа, прощение просить ты совсем не умеешь, — я укоризненно покачала головой. — Попробуй ещё раз.

— Ээээ…

— Марьяна, — подсказала я.

— Марьяна, прости меня за неподобающее поведение! Я больше не буду! И пойдём уже скорее в дом, очень кушать хочется, — заканючил феникс.

— Незнакомцев в дом не пускаю, — сурово отрезала я.

— Моё имя Марк. Всё, теперь я знакомец. Мы можем идти домой? — он скорчил умилительную рожицу и попытался изобразить улыбку.

Зубастую такую улыбку, бррр! Не знала, что у фениксов есть зубы!

— Почему ты так рвёшься жить у меня? Своего дома нет, что ли? — я предприняла последнюю попытку отделаться от квартиранта.

Марк внезапно поник и совершенно серьёзным тоном сказал:

— Нет у меня дома. Я вообще не помню, кто я и откуда.

Марьяна Лесницкая

Марк жрал. Простите, конечно, мой босяцкий жаргон, но у меня не нашлось более приличного определения для сего процесса. Но я забежала вперёд, потому как сначала я приготовила всё то, что он сейчас поглощал.

Первым делом, когда мы вошли в дом, феникс повёл клювом и безошибочно определил местонахождение кладовой. С радостным курлыканьем он ворвался внутрь и принялся метаться от полки к полке.

— Рай! Я попал в рай! — орал он, то обнимая окорок, то поглаживая бутыль с молоком.

— Что тебе приготовить… на ужин? — я немного сомневалась в том, как назвать приём пищи в столь позднее, прямо скажем, ночное время, но не нашла другого определения. — Яичница с беконом подойдёт?

— Сойдёт для начала, — бросил через плечо Марк, причём, в прямом смысле, не оглядываясь, швырнул мне тот самый окорок, с которым нежно обнимался минуту назад. — Яичница из шести яиц, и смотри, чтоб желточки не растеклись! Бекона не жалей, я заметил на кухне большую сковородку, думаю, она будет в самый раз. Выложи бекон в один слой, если весь не войдёт, пожарь вторую порцию, и чтоб до хрустящей корочки.

— В тебя точно влезет всё это? — скептично поинтересовалась я. — Такую порцию не всякий здоровый мужик осилит.

— Я магическое существо, мне нужно больше энергии, чем этим твоим мужикам, — выпятил килевидную грудёнку феникс. — Имей в виду, я не собираюсь с ними делиться.

— Нет тут никого, кроме нас с тобой, — успокоила Марка. — Я говорила гипотетически.

— Нет — и не надо, я сам справлюсь. Кстати, ты записала рецепт? — он пытливо уставился на меня.

— Что я, по-твоему, ни разу яичницу не готовила? — оскорбилась я.  

— Откуда мне знать? Мы знакомы всего ничего, — отмахнулся он крылом и скрылся по пояс в холодильном шкафу с овощами.

— Вот именно, знакомы чуть, а ты уже обнёс пол кладовой, — недовольно пробурчала я.

Марк предпочёл сделать вид, что не расслышал, а может, и правда не слышал, ибо в этот момент старательно гремел банками. Наконец он вылез из шкафа с довольной физиономией и с грудой пакетов.

— Пока я буду занят яичницей, пожарь картошечки с грибами, — распорядился он, суя мне в руки вышеозначенные продукты.

— Ты не лопнешь, деточка? — иронично поинтересовалась я, идя вслед за ним из кладовой.

— Так и скажи, что пожалела продуктов для бедного птенчика, — укоризненно заявил пернатый манипулятор.

— Много есть на ночь вредно для здоровья, — напомнила я.

— Так это на ночь! Хотя, похвально, что ты уже начала заботиться о моём здоровье, — одобрительно пробубнил он, по пути прихватывая бутыль с молоком и связку баранок.

— А сейчас что? — я невольно покосилась за окно, проверить, не настало ли утро, пока мы прореживали съестные припасы.

— Сейчас уже ночь, — глубокомысленно заявил Марк. — К твоему сведению, двоечница, «на ночь» означает ПЕРЕД ночью. Соответственно, когда ночь УЖЕ наступила, можно пренебречь этим советом.

Знаете, есть такие люди, и нелюди, которым проще уступить, чем объяснить, почему «нет». Марк определённо был из таких. Поэтому я не стала продолжать бессмысленный спор и принялась готовить заказанные блюда.

Да, возможно, не нужно было идти на поводу у первой встречной птицы, но мне почему-то казалось, что он не врёт, и действительно долгое время голодал. Моё сердце дрогнуло от жалости и от мысли, что может быть именно сейчас где-то так же сидят голодные родители и брат.

Я готовила еду для феникса, представляя, что делаю это для своих родных. И вот теперь Марк с бешеной скоростью поглощал плоды моих трудов, постанывая и причмокивая.

Идиллию прервал низкий гул, сопровождавший появление серебряного марева прямо посреди гостиной, где пировал феникс. Я испуганно глянула на открывающийся ведьмин круг (а это был именно он) и призвала воздушную стихию, скрутив толстый полупрозрачный кнут. Марк икнул и перестал жевать.

Через миг из круга вывалился незнакомый мужик, одетый лишь в полотенце. Или раздетый до полотенца? Из раздумий о точности формулировки меня вывел возмущённый возглас феникса:

— Говорила, что у тебя нет мужиков, а вот же он, явился-не запылился, поди, ещё будет претендовать на мою еду!

Он обличительно ткнул вилкой в сторону мужика, и я невольно отметила про себя, что тот явно не запылился, а вовсе наоборот, только что из душа. Волосы ещё мокрые, весь пол мне закапал!

— Это не мой, я его не знаю, — открестилась я от вновь прибывшего.

А сердце дрогнуло, мужчина был чудо как хорош со своей накачанной фигурой, твёрдым подбородком и лёгкой небритостью. Просто образец девчачьих грёз! Право, жаль, что мы действительно незнакомы.

— Где я? Как вы меня сюда перетащили? Признавайтесь немедленно! — подал голос пришелец.

Ну, как подал? Грозно рявкнул и не менее грозно глянул на нас и по сторонам.

— Не кричите слишком громко, от вибрации полотенце упадёт, — вежливо предостерегла я.

Незнакомец рефлекторно схватился за полотенце и потуже затянул концы.

— И будьте корректны в чужом доме, — намекнула я на его нетактичное поведение. — В конце-концов, это вы вломились ко мне в дом, а не наоборот.

Он пристально посмотрел сквозь меня, явно считывая ауру, и презрительно фыркнул:

— Ты — ведьма!

И почему мне показалось, что это звучало как обвинение? В Лекмонарии очень уважают ведьм, можно сказать, любят и почитают, тем удивительнее мне было осознавать, что мы кому-то можем не нравиться.

— Так вот, послушай меня, ведьма, — между тем продолжил мужчина. — Наверняка это твоих рук дело, и лучше бы тебе не усугублять своё незавидное положение! Немедленно верни меня обратно!

Фу, какой грубиян! Даром, что красавчик!

— С моим положением всё в порядке, и я не имею отношения к вашему появлению. Вероятно, вы попали в блуждающий ведьмин круг, — сохраняя остатки вежливости, пояснила я.

— Вот! Ведьмин круг! Я же говорю: вы, ведьмы, всегда виноваты! Кстати, куда он исчез? — рявкнул он.

— Мы не умеем открывать круги, это всего лишь название межмирового феномена, — сквозь зубы ответила я.

— Не верю ни единому слову! Ты будешь наказа… — незаконченная фраза повисла в воздухе, поскольку мужчина сгинул в том же серебряном пятне, из которого появился. Портал исчез, а феникс довольно прокомментировал:

— Значит, ужинать он не будет.

— Ты чего не защищал меня? — с упрёком спросила я.

— Ты и сама отлично справилась, — ухмыльнулся он, пододвигая к себе жареную картошку.

Максимилиан Орманский. Драйхар, столица Дарангола.

— Макс, надеюсь, ты не забыл, что сегодня заседание совета Дарангола? — при виде старшего брата принц досадливо скривился и искренне пожелал оказаться где-нибудь подальше от дворца.

Подумав про «подальше», невольно вспомнил странное перемещение к ведьме, и настроение окончательно испортилось.

— И тебе привет, Кир, — неохотно буркнул он.

— Ты обязан там быть как главный военачальник армии драконов и младший брат короля, — игнорируя его недовольство, продолжил Кирал Орманский, милостью богов король Дарангола.

— Ты же знаешь, как меня бесят эти бла-бла-шоу! Давай я лучше вернусь в казармы, тем более, у нас скоро полевые учения, — выступил с контрпредложением Максимилиан.  

— После заседания – хоть на луну, — снисходительно ответил король.

— Ловлю тебя на слове, — оживился Макс. — Так и быть, подремлю на вашем совете, но потом не вздумай меня задерживать.

— Между прочим, это и твой совет, и твоя страна! Будут обсуждаться серьёзные вопросы, — вспылил Кирал.

— Дай угадаю: какого цвета перчатки должны носить в этом сезоне придворные? Или в каком зале проводить бал дебютанток? Или от кого беременна дочка главного казначея? — презрительно выплюнул Макс.

— Очень жаль, что ты пытаешься представить совет королевства как сборище сплетников, — осуждающе покачал головой Кирал.

— Пытаюсь? Они и есть сборище сплетников и интриганов, — фыркнул Макс. — Развели полный бардак!

— Тебе неугоден любой, кто не ходит строем, — попенял брат. — А если и живёт не по приказу, то он и вовсе подозрительная личность.

— Так и есть, — развёл руками генерал драконов. — Давно предлагаю тебе построить твоих советников и отправить в армию, на месяцок-другой, глядишь, кто-нибудь из них возьмётся за ум.

— С тобой невозможно серьёзно разговаривать! — возмутился король, помолчал и доверительно сказал: — Сегодня мы будем обсуждать низкую рождаемость среди драконов и падение их магического потенциала.

— Выходит, это правда? Всегда считал подобное досужим вымыслом паникёров, — нахмурился Макс.

— Мы долго не решались обнародовать неутешительные выводы, чтобы зря не вводить население в депрессию, но сейчас гипотеза подтверждена неоспоримыми фактами, — по лицу короля скользнула болезненная гримаса. — Наши маги и учёные мужи готовы сделать доклад и огласить причины вырождения нации.

— Не замечал ничего такого, — растерянно произнёс Макс.

— Потому, что ты вращаешься среди аристократии, где вырождение пока наименее заметно из-за исходно высокого потенциала магических семей, — устало пояснил Кирал.

— А воины? Среди них есть и средний класс, и простые драконы, — недоверчиво качнул головой генерал.

— Все они тщательно отбирались перед поступлением в военные заведения, и одним из критериев отбора было наличие хорошего уровня магии, — король тяжело вздохнул и посмотрел на брата. — Пора идти, все уже собрались.

***

Совет произвёл на Максимилиана тягостное впечатление. Учёные, все как один, утверждали: беды драконьего народа связаны с тем, что много лет назад был запечатан проход в один из соседних миров. 

Много позже выяснилось, что оказались утерянными все карты и книги с упоминанием координат того мира. Исследователи предрекли: если в ближайшие годы не будет найдена нужная информация, перестанут рождаться драконы с магией, а ещё через десятки лет драконы и вовсе станут бесплодными.

После столь шокирующих утверждений в зале поднялся невообразимый шум, члены совета повскакивали с мест. Кто-то истерично требовал немедленно снарядить экспедиции и обшаривать всю страну, заглядывая чуть ли не под каждый камень. Кто-то орал, что учёные рехнулись, и такого просто не может быть.

Нашлись и такие, которые, ссылаясь на своё высокое привилегированное положение, потребовали свято соблюдать чистоту крови и предоставить их детям самых магически одарённых невест, чтобы аккумулировать магию исключительно в аристократических семьях.

Король молча выслушал все, даже самые дикие предложения, и властно произнёс:

— Довольно! Я услышал вас, а теперь послушайте меня. Ничего из того, что вы здесь услышали, до поры до времени не должно стать достоянием широкой общественности. Специалисты продолжат изучать проблему и искать пути её решения. Параллельно опытные следопыты будут искать запечатанный проход.

По залу вновь побежали шепотки, но быстро стихли под тяжёлым взглядом Кирала Орманского.

— Чтобы у вас не было искушения разгласить секретные сведения, я наложу королевскую печать молчания, — он поднял руки и начал нараспев читать слова заклинания.

Закончив, встряхнул кистями, и в воздух взвились мелкие золотые мотыльки. Покружив, они ринулись вниз, и вскоре у каждого из присутствующих над левой ключицей красовался золотой кругляш с крылышками.

Через несколько минут он стал невидимым.

— Надеюсь, никому не нужно напоминать, как работает печать молчания? — спросил король у угрюмо молчащих придворных. — Тогда все свободны.

Проводив взглядом непривычно задумчивых членов совета, Макс повернулся к брату:

— Я настаиваю на том, чтобы возглавить поисковую экспедицию! 

Марьяна Лесницкая

Глубоко за полночь феникс, наконец, угомонился, свив гнездо в углу дивана. Для этого он стребовал шерстяной плед, долго топтался, скручивая из него что-то наподобие кокона, затем втиснулся внутрь и сладко засопел.

Мой же сон был беспокойным. Я бежала по Дугарскому лесу, и с детства родные места казались зловещими и незнакомыми, лес неприветливо шумел, грозился ветвями деревьев и таращился невидимыми глазами.

В просветах деревьев попеременно мерещились то родители, которые куда-то звали, то брат, тянущий ко мне окровавленную руку и что-то шепчущий бледными потрескавшимися губами, то давешний мужик в полотенце. Он ничего не делал, но смотрел так осуждающе, словно я была виновна во всех бедах мира.

Я металась по кровати не в силах проснуться, звала родных и плакала, и когда вскрикивала особенно громко, казалось, что по голове успокаивающе гладят горячие крылья.

Под утро кошмары выпустили из липких объятий, и я провалилась в спасительный сон. Проснулась от аромата кофе и выпечки, улыбнулась и крикнула:

— Ма-ам, с добрым утром! У нас на завтрак блинчики? Я уже встаю!

Спросонья мысли путались, я вроде бы помнила, что родители куда-то уезжали, и вот, наверное, вернулись, пока я спала.

Влетела на кухню и резко затормозила на пороге. Захотелось одновременно плакать и смеяться. Первое потому, что мамы не было и в помине, и разом накатило прозрение: она и папа вообще неизвестно где. Второе…

У плиты в кружевном передничке стоял феникс, мурлыкал под нос незатейливую мелодию и ловко переворачивал лопаткой румяные блинчики. Он повернулся на звук моих шагов и подмигнул:

— Я, конечно, не мама, но на завтрак действительно блинчики.

— Ты… ты… умеешь готовить? — изумилась я.

— Если здесь нет никого, кроме меня, то вывод очевиден, — ехидно ответил Марк.

— И чего я вчера так убивалась, готовя тебе ужин? — пробурчала я. — Сам бы отлично справился.

 — Кормить гостя — святая обязанность хозяев, — фыркнул Марк.

— А ты клёво смотришься в передничке, — не удержалась я от подначки.

— Попробуй только кому-нибудь рассказать, укушу, — демонстративно оскалился птиц.

— Ни за что, а то переманят такого экзотичного повара, — рассмеялась я.

— Эй-эй, не думай, что я буду кашеварить на постоянной основе! — возмутился Марк.

— Почему бы и нет? Если ты собрался жить у меня, то должен приносить какую-то пользу, — я махнула рукой в сторону плиты: — Кстати, у тебя блин пригорел.

— Твою ж поварёшку! — расстроенно закудахтал феникс, бросаясь спасать выпечку.  

Несмотря на тоску по родителям, пикировка с Марком волшебным образом улучшила настроение. Поедая очередной, к слову сказать, вкуснющий блин, я спросила:

— Ты сказал, что ничего про себя не помнишь? Вот прямо совсем-совсем ничего?

— Абсолютно, — феникс перестал жевать и уставился в окно. — Несколько дней назад я очнулся в глухой чащобе этого леса, без памяти и магически истощённый. Брёл и брёл, пока не поднакопил сил. Взлетел, увидел вдали твой дом, но на подлёте силы вновь покинули меня, и… ну, ты видела моё приземление. Кстати, что это за место?

— Конкретно это – Дугарский лес, он находится в Лекмонарии, так называется наш мир и страна. Столица – Медана. Население – люди и ведьмы, изредка встречаются другие расы, пришедшие из соседних миров или угодившие в спонтанные ведьмины круги, — я внимательно посмотрела на Марка. — Ничего не вспоминается? Не кажется знакомым? Возможно, ты тоже попал сюда через ведьмин круг? Правда, я ни разу не слышала, чтобы при переходе теряли память, но всё когда-то случается впервые.

— Ничего не могу сказать, — поёжился феникс. — Названия мне незнакомы, никаких ассоциаций. Я и про ведьмин круг услышал только от тебя. Хотя, учитывая амнезию, не исключено, что знал про них и раньше. 

— Судя по твоей речи, ты получил хорошее образование, не удивлюсь, что тебе было многое известно, — согласно кивнула в ответ.

После завтрака я засобиралась в Ягодный, посетить ковен ведьм.

— Куда намылилась? — заинтересовался феникс, вышедший вслед за мной на улицу.

— По делам, — лаконично сообщила, седлая Орлика.

— А мне что прикажешь делать? — подбоченился Марк.

— Крупу перебери, похлёбку свари, в доме подмети, — с серьёзной миной перечислила я.

— Да ты ведьма! — возмутился он.

— Такое себе открытие! Прямо скажем, это — всем известный факт, — рассмеялась я. — А если серьёзно, у нас дома отличная библиотека, советую почитать про наш мир, вдруг какая-то информация разбудит твою память?

— Отличная идея! — воодушевился Марк и уточнил: — Надолго уезжаешь?

— Вернусь после обеда, — пообещала я.

— Кстати, раз ты едешь в посёлок, не мешает пополнить съестные припасы. Купи побольше мяса и рыбы, мне нужна белковая пища,— деловито заявил птиц и с важным видом скрылся в доме.

Вот ведь… феникс! Не упустил возможности покомандовать и оставить за собой последнее слово!

Марьяна Лесницкая

Посёлок Ягодный встретил шумом и гамом ярмарочной площади. Ох, за переживаниями и суматохой отъезда домой я совсем запамятовала, что сегодня Яблочный День. Он всегда широко празднуется в Лекмонарии в середине последнего месяца лета.

Всю центральную площадь занимали прилавки. На них под цветными тентами лежали яблоки различных цветов и размеров, каждые со своим ароматом, а все вместе они создавали непередаваемый букет.

Тут же располагалась разнообразная выпечка, непременно с яблочной начинкой, некоторые булочки были в форме плодов, в чью честь назван праздник.

Я пробиралась через ярмарочную толчею, ведя Орлика в поводу. Он прядал ушами, всхрапывал, шумно втягивая аромат любимого лакомства. Не удержалась, купила кулёк некрупных, медово-жёлтых яблочек с полупрозрачной кожурой. Несколько штук тут же скормила довольному коню, сама тоже с удовольствием впилась в сочную рассыпчатую мякоть.

— Подходи! Налетай! Самые лучшие яблоки Лекмонарии! Поставки к королевскому двору! — неслось со всех сторон.

Я усмехнулась: ну и фантазёры! Король, поди, и в глаза не видел Ягоднинских яблок, но это не мешает нашим доморощенным коммерсантам выдавать желаемое за действительное.

Убрала пакет с остатками яблок в сумку и двинулась в сторону городской управы. Рядом с ней стоял ладный двухэтажный домик с резными ставнями и красной черепичной крышей – резиденция ковена ведьм Ягодного.  

Привязала Орлика к коновязи и вошла в прохладный после уличной жары холл. За конторкой сидела пожилая ведьма и вязала длинные полосатые чулки. Хихикнула про себя: эта часть ведьминского наряда, как и остроконечные шляпы, вышла из моды пару десятков лет назад. В академии мы так наряжались на тематические карнавалы, посвящённые большим ведовским праздникам, но в обычной жизни… нет.

Ведьма-администратор подняла на меня ясные голубые глаза, что странно смотрелись на морщинистом лице и понимающе улыбнулась:

— Никак дочка Лесницких к нам пожаловала? Заждались мы тебя, девонька.

— Я… — мне неожиданно стало неловко, словно не сдержала данное слово, но ведь я никому здесь не обещала приехать к определённому сроку.

Меня вообще не сразу отпустили из академии, после тяжёлого известия заставили проходить курс реабилитации, о чём я и попыталась сообщить ведьме.

Она лишь отмахнулась:

— Знаю твою историю, как и все в ковене. Родителей твоих уважали, надеюсь, и ты не подведёшь семью.

— Я не подведу! Я… — к горлу неожиданно подкатил тугой комок.

Тяжело сглотнула и робко спросила:

— Как я могу к вам обращаться?

— Вселена, деточка, — одними губами улыбнулась ведьма и махнула в сторону двери с витражным стеклом: — Иди, совет ждёт тебя.

— Именно меня? — не удержалась от вопроса. — Но откуда вы знали, что я приеду именно сегодня?

— Эх, молодо-зелено, — Вселена покачала головой. — В каждом уважающем себя совете есть ведьма-предсказательница. Наш совет – очень уважающий себя, поэтому у нас их целых две: я и моя дочь Свеллена.

На всякий случай изобразила на лице счастливое изумление и шмыгнула к указанной двери. Постучала, потянула за массивную ручку и шагнула внутрь.

Совет ковена ведьм посёлка Ягодный состоял из трёх представительниц. Они чинно сидели за внушительным дубовым столом и с интересом разглядывали меня. Склонила голову в приветствии и представилась:

— Потомственная ведьма Марьяна Лесницкая прибыла для прохождения службы в качестве хранительницы Дугарского леса.

— Здравствуй, Марьяна, — глубоким контральто ответила жгучая брюнетка, сидящая посередине. — Я — глава ковена, Марша Гроунд. Слева от меня – Свеллена Ретан, предсказательница и моя первая заместительница, справа — огненная ведьма Жозара Фаеро, вторая заместительница.

Рыжая Жозара и платиновая Свеллена поочерёдно кивнули в знак приветствия.

Мдаа, яркий совет, и я сейчас о том, что, благодаря цвету волос, это трио очень эффектно смотрелось вместе. Кстати, Марша не обозначила свою специализацию. Случайно или нет? Спросить? Или это неэтично?

Ведьмы расценили мою заминку как излишнюю застенчивость и снисходительно разулыбались.

— Не стой у дверей, проходи, присаживайся, — Марша величественным жестом указала на стул напротив стола.

После того, как я разместилась, она позвонила в колокольчик, и из незаметной дверцы в углу вышла роскошная крупная выхухоль с чайным подносом в лапах. Вау! Любопытно, чей она фамильяр? Наверное Маршина.

— Спасибо, Лидия, и не забудь про яблочный пирог, — напомнила Марша.

Выхухоль смешно встопорщила усы и сварливо пробурчала:

— Могла бы и не напоминать, он уже готов, но у меня всего две передние лапы.

Марша цыкнула:

— Повежливее, Лидия, у нас гости!

— Первые пять минут гости, а потом члены ковена, такие же, как остальные, — фыркнула выхухоль, искоса глянув на меня, и потопала обратно.

Я подумала, что там располагалась кухня, и оказалась права. Через приоткрытую дверь виднелся край плиты и мойка. Вскоре Лидия вернулась с обещанным пирогом, и мы принялись за чаепитие.

Скажу я вам, ничего так не сближает людей, как отменный пирог и вкуснейший чай! Постепенно в зале заседаний воцарилась тёплая, почти домашняя, атмосфера. За непринуждённой беседой я узнала много интересных фактов из жизни местного ковена и сама рассказала пару студенческих баек.

Оказалось, что местные ведьмы не настолько чопорны, как столичные. Напрягал лишь какой-то болезненный интерес ко мне со стороны Жозары. Я уж было подумала, что она после исчезновения родителей метила на их место, а тут явилась я, вчерашняя выпускница академии, и на правах члена семьи Лесницких заняла его.

Опасения развеяла Лидия. В очередной раз, проходя мимо, она наклонилась и, смешно пощекотав ухо усами, заговорщицки шепнула:

— Она давно сохнет по твоему брату, вот и изучает тебя, а заодно раздумывает, стоит ли спрашивать о нём, или ты тоже ничего не знаешь.

Отрицательно помотала головой:

— Я знаю не больше других, а может быть, даже меньше.

Выхухоль хмыкнула и шмыгнула на кухню, а я с новым интересом посмотрела на огненную ведьму. Любопытно, как Бис относился к ней? Их чувства были взаимными, или нет?

В конце посиделок Марша пригласила меня в свой кабинет, где я расписалась в куче ведомостей, получила карту стационарных ведьминых кругов, несколько брошюрок, инструкцию по технике безопасности при открытии спонтанного круга и массу советов.

Уже уходя, я решилась задать мучивший меня вопрос:

— Скажите, Марша, какая у вас специализация?

— Разумеется, стихийная ведьма-универсал, — с гордостью сказала она.

Я вышла на улицу, где в ожидании меня скучал Орлик, меланхолично ощипывая мягкими губами куст сирени. Ой-ёй-ёй! Надеюсь, нам не влетит за этот экспериментальный дизайн! Отвязала коня и поспешно ретировалась подальше от резиденции.

Наш путь снова пролегал через ярмарку, где по случаю приближающегося вечера раздвинули прилавки и организовали импровизированную сцену. Музыканты настраивали инструменты, рядом прогуливались парочки.

Эх, задержаться бы ненадолго, но потом ехать ночью домой такое себе удовольствие! Феникс! Как он там, весь день один? Не думала, что поездка в ковен настолько затянется.

Вспомнив про Марка, припомнила и его наказ о пополнении припасов и свернула в продуктовые ряды. Навьючив покупки на Орлика, вернулась к яблочным прилавкам, купила несколько праздничных пирогов и второй кулёк яблок. 

На подъезде к Дугарскому лесу Орлик захрапел и встал как вкопанный. Не успела я испугаться, как перед нами знакомо засеребрился спонтанный ведьмин круг. Приготовилась обороняться от неведомых чудовищ, но из него появился давешний незнакомец, только сегодня он был без полотенца.

Нет, не поймите неправильно, он был не голый, а наоборот, в рубахе, кожаных брюках, заправленных в высокие сапоги и в расстёгнутом камзоле.

— Снова ты? — изумлённо заорал он.

Я взвизгнула и запустила в него первым попавшимся под руку. Первым попавшимся оказался один из пирогов с яблочным повидлом и взбитыми сливками. Пирог красиво приземлился на голову красавчику, по лицу потекли сливочно-повидловые ручейки.

— Да тыыы! Ведьма! — мужчина шагнул ко мне, сжав кулаки.

Его устрашающий вид несколько портил пироговый дизайн, и я не сдержала истеричного смешка:

— Повторяетесь, уважаемый!

— Да я! Да ты! — он сделал ещё шаг, смахивая остатки пирога и… исчез в портале.

Максимилиан Орманский. За несколько часов до встречи с пирогом

— Лапушка, жди меня здесь, скоро буду, — Максимилиан шлёпнул очередную смазливую горничную пониже спины и вышел из своих покоев.

Не вовремя Кирал вызвал его к себе! Макс уже настроился на приватное свидание, о чём красноречиво свидетельствовали ставшие тесными штаны.

Королю не принято отказывать, даже если он твой брат, поэтому генерал драконов помянул всех демонов нижних миров Тар-Данарии, но ослушаться не посмел.

— Господин Максимилиан Орманский прибыл по вашему приказанию, — чопорно доложил личный секретарь Кирала, лишь только генерал перешагнул порог королевской приёмной.

Макс поморщился: сколько пафоса! Значит, он вызван не как частное лицо, а как государственный чин.

— Пусть войдёт, — махнул рукой Кирал, не поднимая глаз от бумаг.

— Добрый вечер, ваше величество, чем могу служить? — Максимилиан дурашливо поклонился, расстегнул камзол и без приглашения плюхнулся в широкое кресло.

Король неодобрительно цокнул языком:

— Солдафон!

— Он самый и есть, ваше благородие! — небрежно козырнул Макс. — Незачем было гонять меня из другого крыла дворца, чтобы сообщить очевидное.

Король недовольно поморщился:

— Хватит ёрничать. У меня серьёзный разговор. Кажется, ты хотел возглавить поисковую экспедицию?

— Хотел, — кивнул Макс и не удержался от язвительного замечания: — Выступаем прямо сейчас, на ночь глядя?

— Разумеется, нет! Ознакомься с документами, которые удалось обнаружить в секретном сейфе отца, — король протянул Максу тощую папку.

— Негусто, — присвистнул он.

— Скажи спасибо, что хоть её нашли, однако не уверен, что там содержится достоверная информация. Я бегло просмотрел записи, их делал ещё наш дед, — король устало потёр глаза и откинулся на спинку кресла.

— Я могу забрать их с собой? — уточнил Макс, вспоминая, что в комнате его ждёт юная нимфа для постельных утех.

— Забирай, — махнул рукой король. — Несведущий человек ничего не поймёт. Кстати, если ты думаешь, что здесь указаны координаты и любезно начерчена карта с подробным маршрутом, то спешу разочаровать: документы содержат лишь обрывочные сведения, почерпнутые из старых легенд.

— Зачем же отец хранил их вместе с секретными документами? — удивился Макс.

— К сожалению, у него уже не спросить, — развёл руками Кирал. — Возможно, в память о деде?

— Если это всё, то я пошёл, — Макс слитным движением поднялся с кресла.

— Иди уже, казанова недоделанный, — хмыкнул брат.

— Чего это недоделанный? Спасибо родителям, у меня там всё очень даже хорошо и качественно сделано, — хохотнул Макс.

— Наверное, поэтому голова подкачала, думает только в двух направлениях: бабы и война, — осуждающе качнул головой Кирал.

— Зато всегда выбирает верную стратегию, — лукаво подмигнул младшенький.

— Когда-нибудь и на тебя найдётся управа в юбке, сломает твою хвалёную стратегию к Ехидниной матери, — припугнул король, не догадываясь, насколько пророческими были его слова.

— Типун тебе на язык, — в притворном страхе замахал руками Макс.

По дороге в свои покои Максимилиан рассеянно вертел в руках папку, прикидывая, в какой части Дарангола может прятаться проход в другой мир и что он из себя представляет. Так толком ничего не придумав, он толкнул дверь, вошёл в гостиную и небрежно бросил папку на стол.

— Лапушка, ты ещё здесь? — призывно мурлыкнул принц.

Он никогда не утруждал себя запоминанием имён своих одноразовых любовниц, посему охотно использовал в качестве позывных «лапушек», «кошечек», «заюшек» и прочую живность.

Такая привычка имела простое объяснение: во-первых, много чести для дурочек, во-вторых, никакого риска в самый ответственный момент облажаться, произнеся неверное имя.

— Хр-р-р-р! — донеслась из спальни заливистая рулада.

— Внезапно, — насмешливо хмыкнул Макс.

Вот ещё одна причина не оставлять девиц на ночь даже после самого качественного секса: могут открыться подобные пикантные подробности, да и невозможно спать, если партнёрша храпит круче портового грузчика.

Он прошёл к бару, плеснул в пузатую рюмку коньяка и чокнулся с бутылкой:

— За то, чтобы наши идеальные запросы всегда находили воплощение в неидеальной действительности!

Бутылка сочно звякнула, словно подтверждая сказанное, в тишине звук был подобен удару колокола. Храп в спальне резко оборвался.

— Оп-па! Вечер снова становится томным, — довольно ухмыльнулся Макс и крикнул в сторону спальни: — Лапушка, я вернулся!

В гостиную выпорхнула давешняя девица, но уже без униформы, зато в полупрозрачном пеньюаре и ловко повисла на шее у мужчины.

Макс довольно рыкнул и впился в пухлые губы, охотно предоставленные в его полное распоряжение. Но едва он углубил поцелуй, как неведомая сила подхватила его, и через мгновение выбросила в незнакомом лесу. Его взгляд упёрся в лошадиную морду, а когда он поднял голову и разглядел всадника…

— Снова ты! — заорал он,  и получил пирогом по голове. Такого унижения он ещё не испытывал! Его, генерала драконов, ни разу не обстреливали съестными припасами. Липкая субстанция потекла по лицу, приводя в бешенство.

— Ведьма! — рыкнул Макс, намереваясь задать взбучку несносной девчонке, но почему-то картина наказания ведьмы вызвала прилив возбуждения. Он замешкался, стирая с лица сладкие потёки, злясь на неё и на себя, но не успел ничего предпринять, поскольку очутился в своей гостиной.

— Милый! — радостно взвизгнула отчего-то ставшая противной лапушка. — Ты так быстро перемещаешься, что я не успеваю за тобой! О, у нас будут ролевые игры?  

Она мазнула рукой по его щеке и томно облизала взбитые сливки.

— Не сегодня, лапушка, не сегодня, — сквозь зубы ответил Макс. — Ступай к себе.

Марьяна Лесницкая

— И что это сейчас было, Орлик? — я потрепала коня по гриве и скормила ему пару яблочек.

Он успокоился и довольно захрустел угощением. Тяжело вздохнула, оплакивая безвременно почивший пирог. Между прочим, он был самый вкусный, но вряд ли гад оценил это. Уж лучше бы я использовала в качестве метательного снаряда вон тот, попроще, его было бы не так жалко.

— Почему он снова появился? Преследует меня что ли? — вместо ответа на риторический вопрос Орлик всхрапнул и потянулся за очередным яблоком.

— Откуда он вообще взялся на мою голову? — продолжила я рассуждать вслух, мерно покачиваясь в седле.

Вскоре из-за поворота показался дом, и я невольно вскрикнула. От фундамента до флюгера на коньке крыши он был объят пламенем. Я пришпорила Орлика, лихорадочно соображая, как и чем буду тушить пламя, и есть ли в этом смысл? Возможно, я опоздала, и дом обрушится прямо сейчас?

На ходу спрыгнула с коня и призвала водную стихию. Из-под земли, вспучивая траву, потянулись грунтовые воды. Тонкими струйками, которые сливались в более широкие водные ленты. Мало! Мало и медленно! Поднажала, и в центре лужайки на волю вырвался столб воды из подземного озера.

Подхватила водную массу и опрокинула на дом. Послышался треск, как от короткого замыкания в проводах, яркая вспышка света резанула по глазам, и пламя исчезло, словно и не полыхал миг назад костёр до небес.

Фух! Успела! Смахнула пот со лба и устало прислонилась к стволу ближайшего деревца. Из дома раздался дикий вой, и на крыльцо выскочил феникс. Выглядел он как мокрая курица, словом, неважно он выглядел, непрезентабельно.

— Марк! Ты не ранен? Ты не мог выбраться из горящего дома? Что вообще произошло? — я кинулась к нему, на ходу причитая и пытаясь разобраться в ситуации.

— Что случилось? — истерично завопил птиц. — Ты случилась! Знаешь, Марьяна, я был лучшего мнения о твоих умственных способностях!

А вот сейчас было обидно! Моментально расхотелось жалеть страдальца. Открыла было рот, чтобы высказать всё, что думаю о невоспитанных существах, но Марк не дал мне ни шанса, продолжив орать, как корабельная сирена:

— КАК? Как может сгореть в огне ФЕНИКС??? Ехидна, вразуми же свою неразумную подопечную!

— Не поминай имя хранительницы всуе! — вклинилась я в возникшую паузу, пока он набирал воздух в легкие. — Объясни всё, и желательно без оскорблений.

— Ты точно училась в академии? — не унимался Марк.

— Тебе диплом показать? Или он сгорел на пожаре? — рявкнула я.

— Не было никакого пожара! Не было! — феникс устало плюхнулся филейной частью на крыльцо и закрыл морду крыльями.

— Это была галлюцинация? — недоверчиво спросила я. — Кстати, почему ты мокрый?

— Пойдём в дом, — он махнул крылом и первым поковылял внутрь.

— Рассказывай! — велела я после того, как бегло осмотрела дом и убедилась, что он действительно цел.

— Нечего особо рассказывать, — заюлил феникс.

— Нечего, говоришь? — я вскочила на ноги и заметалась по комнате. — Это твоё «нечего» светило на пол леса!

— Кхм… прости, немного не рассчитал силу, — смутился Марк.

— Что. Ты. Делал? — отчеканила я вопрос.

— Моя магия полностью восстановилась, — феникс помялся и совсем тихо произнёс: — Я хотел переродиться, надеялся, что память вернётся.

— Но что-то пошло не так? — скептично уточнила я.

— Не знаю, — его перья усиленно замерцали, и вроде как даже задымились.

— Эй-эй! Ты всерьёз решил устроить акт самосожжения в моём доме? — я многозначительно взяла в руки кувшин с водой.

— Не надо воды! — испуганно отпрянул Марк. — Она обжигает меня так же, как тебя обжёг бы огонь.

— Прости, не знала, — содрогнулась, представив, что он испытал, когда я заливала дом. — И всё-таки, что произошло?

— У меня не получилось сгореть, а то, что ты видела — это магия фениксов, а не настоящий огонь, — ответил он. — Твоя водная стихия затушила её.

— Из-за этого ты снова лишился магических сил? — встревоженно спросила я.

— Кхм…немного, — отвёл глаза Марк. — И откатом ударило.

— Прости, — я расстроенно теребила кисточки на поясе, не решаясь посмотреть в глаза фениксу.

— Ты ведь не специально, — примирительно сказал он. — Любой на твоём месте отреагировал бы подобным образом.

— Тогда – мир? — обрадовалась я.

— Мир, — кивнул феникс. — И вкусная выпечка!

— Ой, точно, пироги! — на ходу бросила я, выбегая на улицу, где остался навьюченный Орлик.

Марк поспешил следом и помог донести до кухни закупленный провиант.

— Мясо купила? — деловито спросил он, бесцеремонно копаясь в сумках.

— Какой ты кровожадный, — усмехнулась я и невинно заметила: — Я слышала, что птички обычно зёрнышки всякие клюют.

— Пусть клюют, — небрежно махнул крылом Марк, — только я не птичка.

— Клюв есть, крылья и хвост есть, по мне так типичная птичка, — хмыкнула я.

Феникс обиженно распушился и уже собрался ответить что-то резкое, по глазам видела, но тут…

— Где-то в лесу открывается ведьмин круг! — заорала я, почуяв эманации тёмной энергии. — Мне нужно туда!

— Я с тобой! — безапелляционно заявил Марк.

Как же хорошо, что я не расседлала Орлика! Конь скакал быстро, насколько позволяла узкая лесная дорога, феникс летел над нами, освещая её, что было очень кстати в ночном лесу.

Мы успели почти вовремя. Блуждающий ведьмин круг открылся на небольшой прогалине между могучими дубами. Из него уже успели вылезти два крупных волосатых паука, которые, однако, не спешили разбегаться по лесу, а нависали над мелким предметом, лежащим на земле.

Издалека это смотрелось как серый комок. Вот один из пауков щёлкнул жвалами и потянулся к нему. Комок дёрнулся и слабо запищал.

— Там кто-то живой! — взвизгнула я и запустила в ближайшего паука огненным шаром.

Он вспыхнул, как сухой хворост, но не упал, а развернулся и с рычанием бросился ко мне. Я попятилась назад, тем временем взывая к силе земли, обращаясь к природе. Перед пауком вздыбилась земляная преграда, а лапы опутали корни деревьев.

Сверху спикировал феникс и принялся острым клювом долбить по паучьей голове. В пылу битвы я забыла про второго монстра, который оказался у нас в тылу.

Жалобно заржал Орлик, спасая от неизбежной гибели. Я обернулась и в последний момент успела поставить воздушный щит. Пока паук прогрызал его зазубренными жвалами, с которых капала вязкая жёлтая слизь, я успела оплести его корнями и присыпать землёй.

Мельком оглянулась проверить, как дела у Марка. Первый паук догорал, конвульсивно дёргая мощными обугленными лапами, а феникс уже спешил мне на помощь.

Попыталась призвать огонь, чтобы сжечь и эту тварь, но сил хватило лишь на тусклый огонёк величиной с грецкий орех.

— Поберегись! — заорал сверху Марк, выпуская из клюва струю огня.

Паук вспыхнул и моментально превратился в горстку пепла.

— Сразу так нельзя было? — прошептала я, обессиленно опускаясь на вытоптанную траву.

— Ждал, когда накопится магия, — проворчал он. — Вот, смог собрать для одного удара.

Мне стало стыдно, ведь это я была невольной причиной его магического бессилия, а он благородно приуменьшил ущерб от принудительного купания. И, ослабленный, полетел со мной, не бросил одну ночью в лесу.

— Прекрати заниматься самоедством, лучше давай посмотрим, кого мы так мужественно отбивали у пауков, — предложил Марк.

— Ты читаешь мысли? — не удержалась я от вопроса.

— Вот ещё! — фыркнул он. — Достаточно посмотреть на твою скорбную физиономию, чтобы всё понять.

От ведьминого круга вновь донёсся то ли писк, то ли стон, и мы, не сговариваясь, пошли на звук.
феникс Марк (визуал от KLU_ART)

Марьяна Лесницкая

За то время, пока мы дрались с пауками, спонтанный ведьмин круг схлопнулся, но серый комок лежал там же, где я его заметила. Феникс подлетел первым и удивлённо присвистнул.

— Кто там? — спросила я.

— Прикинь: не знаю, — Марк развёл крыльями и, не удержавшись в воздухе, шлёпнулся на землю.

— Как так — не знаешь? — я подошла и склонилась на пушистым комком дымчатого цвета. — Это же котёнок!

— Да ну? У тебя интересные представления о котятах, — хмыкнул феникс, крылом осторожно переворачивая зверька на другой бок.

— Ох, ну ничего себе! — я в изумлении уставилась на орлиную голову с подёрнутыми плёнкой глазами.

— Судя по монстрам, — Марк кивнул в сторону обгорелого остова паука, — этот ведьмин круг вёл в один из тёмных миров у корней древа Тар-Дан, значит, наш найдёныш тоже оттуда.

— Откуда бы он ни был, похоже, он здорово пострадал. Нужно срочно отнести его домой, и попробовать помочь, — я бережно подхватила безвольное тельце и подозвала Орлика.

— Уверена в своём решении? — Марк с сомнением посмотрел на зверька. — Создания нижних миров небезобидны, кто знает, на что он способен, и не навредит ли тебе, когда очнётся?

— Не думаю, что он опасен. Ты не допускаешь, что он сначала попал в нижний мир через такой же блуждающий круг, а там на него напали эти твари? — выдвинула я встречное предположение.

— Допускаю, но всегда лучше перестраховаться и подумать о худшем варианте, — нравоучительно заявил феникс.

— Подумаем об этом, когда он очнётся, — я крепче прижала к себе зверька, словно боялась, что Марк передумает и не позволит забрать его с собой.

Но он лишь махнул крылом и тяжело опустился на холку Орлика:

— Если не возражаешь, воспользуюсь твоим транспортом. Что-то я устал.

Я не возражала, феникс действительно выглядел неважно: съёжился, став значительно меньше в размерах, перья потускнели. Мелькнула тревожная мысль: как бы не пришлось откачивать двоих!

Однако, когда мы добрались до дома, Марк довольно бодро соскользнул с коня и поковылял внутрь. Расположив орло-котика на столе, провела первичную диагностику и принялась варить укрепляющее зелье и готовить универсальный антидот.

Кстати, последнее подсказал Марк, предположив, что малыш в коме после укуса паука. Следов я не нашла, но кое-где шёрстка была вымазана жёлтой слизью. В процессе осмотра выяснилось, что…

— Марк, это она!

— Кто? — не понял он.

— Это – кошечка, — я указала на безвольное тельце.

— Ещё одна девчонка на мою голову, — тихо проворчал он.

— Ты так говоришь, словно мы с ней нагло завалились в твой дом, — усмехнулась я, — а ведь это вы оба у меня в гостях.

— Неважно, чей это дом, главное, что мужчина здесь один, и это я, значит, и защищать вас мне, — убеждённо ответил Марк.

Я не стала спорить, действительно, сегодня я без него не справилась бы.

Пока готовились отвары, обтёрла кошечку влажным полотенцем, а после принялась по капле вливать в клюв снадобья.

Закончив с лечебными мероприятиями, уложила найдёныша в корзинку на мягкую подстилку. Её дыхание выровнялось, она уткнулась клювом в мягкую ткань и засопела.

Полюбовавшись на умилительную картину, поплелась в спальню, но на полпути меня остановил Марк, ухватил за руку и потащил на кухню.

— Выглядишь хреново, краше в гроб кладут. Тебе жизненно необходимо подкрепиться, чтобы восстановить силы, потраченные в лесу и при лечении кота-мутанта, — безапелляционно заявил он.

— Не хочу, — возразила я, но желудок протестующе заурчал, едва я учуяла ароматы еды. — А нет, хочу! — вынуждена была согласиться я и с организмом, и с фениксом.

Мы дружно накинулись на жаркое, которое успел сварганить Марк за то время, пока я врачевала мелкого и закусили пирогом с ярмарки. Потом я всё-таки доплелась до кровати и уснула как убитая.

Утренний осмотр показал, что пернатая кошечка ещё находится в лечебном сне. Влила новую порцию зелий ей в клюв и отправилась готовить завтрак.

— Мне рыбный омлет! — бодро гаркнул над ухом Марк, незаметно появившись на кухне.

— Что за странное блюдо? Никогда о таком не слышала, — с сомнением заметила я.

— Пища богов! И фениксов, — щёлкнул клювом птиц. — Рыбный фарш с молоком и яйцом и капелька муки. Всё взбить и пожарить тонкие лепёшки.

— Давай я просто приготовлю обычный омлет без всякой экзотики, а ты как-нибудь потом угостишь нас этим дивным блюдом? — осторожно предложила я.

— Скукота, но так и быть, жарь банальную яично-молочную болтушку, — царственно кивнул Марк и добавил: — Рыбку отдельно пожарь!

— Рыбку с утра? — удивлённо переспросила я.

— Завтрак должен быть основательным, — авторитетно заявил наш местечковый гурман и поборник обильного питания.

— Я тоже хочу рыбки! — пропищали за нашими спинами.   

 Грифпума Ягодка