Древний мир для Лии

Впервые решила попробовать свои силы в писательстве. Посмотрим, что из этого получится. Буду рада любой конструктивной критике, комментариям, звёздочкам и подписке на автора. В книге возможны ошибки опечатки, если это у вас вызывает негативные эмоции, то можете отказаться от чтения книги.

- Лия Олеговна, не волнуйтесь. В нашей клинике уже не раз проводили аналогичные операции. Технология отработана до автоматизма, — уверял меня лечащий врач.

- Отдаюсь в руки профессионалам, — попробовала пошутить, хотя у само́й настроения для этого не было.

На каталку уложили прямо в палате, предварительно переодев в полу прозрачный балахон с завязками на спине и из такой же ткани высокие бахилы. Накрыли сверху простынкой и повезли длинными, извилистыми коридорами. Глаза после укола начали закрываться, а потом появилось ощущение полёта. Понимала, что видеть я ничего не могла, но летела будто внутри радуги. Наверное, давали о себе знать обезболивающие. «Ничего себе, какие яркие картинки под наркотой бывают...», — пролетела мысль. Цвета различала чётко и про себя ещё удивилась вывертам мозга.

Детей и внуков просила не приезжать ко мне в день операции. Со всеми виделись вчера. Мелькнула тогда мысль, что видимся в последний раз, но омрачать встречу не хотелось, поэтому отогнала всё дурное. Хотелось ли жить? Конечно, но уже накапливалась усталость от всех процедур, химии, уколов, бесконечных анализов. Возраст тоже давал своё. Седьмой десяток подходит к концу.

Как меня уложили на операционный стол и подключали всё необходимое оборудование, уже не осознавала. Операция, со слов врача, рядовая и волноваться не стоило.

Вы когда-нибудь задумывались о том, что могли бы сделать в жизни, но по каким-то причинам этого не сделали. Вот и я особо об этом раньше не задумывалась. Однако жизнь порой преподносит такие сюрпризы, что заставляет переосмыслить своё прошлое и пересмотреть планы...

Очнулась резко, как от толчка, и в первые мгновения не могла осознать, что происходит. Ощущалась только безотчётная тревога, сжимающая сердце, будто в кулак. Комфорта не доставил ледяной холодок, пробежавший по всему телу. С трудом повернулась набок. Кожа покрылась мурашками, и волоски встали дыбом. Распахнула глаза и автоматически открыла рот в изумлении.

У дальней стены потрескивал небольшой очаг, обложенный камнем. Языки пламени постоянно меняли форму и яркость, как будто дрова были не совсем сухие и разгорались по мере просыхания, окрашивая его всеми оттенками красного, жёлтого, золотого. На краю очага прогоревшие поленья давали зелёный и даже фиолетовый огонь. Не знаю, какой породой древесины топились, но дыма не видно, но и особого тепла не ощущалось. С краю стояла тренога с котелком. Единственный источник света — пламя лишь частично освещало помещение и не давало полного представления о моём месте нахождения.

Пол и часть стены до середины были земляными, дальше выложены тонкими жердями, как и потолок, и засыпаны землёй. С потолка местами торчали небольшие корешки, вероятно, крыша заросла травой и мелким кустарником. Над очагом было небольшое отверстие для дыма. У одной из стен стоял грубо сколоченный стол, заставленный какой-то посудой, пара колченогих табуретов и несколько чурбанов. Вдоль другой стены видна широкая лавка со свёрнутыми в рулон шкурами. Под ней стояли деревянные короба или сундучки. С моего места было непонятно. Справа от очага в метре висела на стене дерюжка. Слева угол отгораживала небольшая ширма. По всему потолку развешаны пучки трав, но сильного аромата их не ощущала. Хотя обычно в помещениях с травами он был стойким. Окон совсем не было. Помещение напоминало вытянутую землянку или нору общей площадью не более двадцати-двадцати пяти метров.

Попыталась встать с деревянного топчана, на котором пришла в себя, но не смогла, пока не вытащила из-под себя длинную рыжую косу. Поразилась яркости и блеску волос. У меня уже двадцать лет только короткие стрижки и всегда цвет только тёмно-русый, а последние года и седину даже не закрашивала. Никогда не любила эксперименты с цветом, а с длинными волосами ходила до сорока лет. По молодости были косы и хвосты, а в зрелом возрасте укладывала в различные пучки. Обрезала всю красоту, потому что уже явственно проступала седина и головные боли стали беспокоить от тяжести волос.

Приступила к осмотру, уже предполагая, что увижу что-то необычное. Последнее время уже тяжело было в руки брать спицы или крючок, поэтому ничего не вязала. Мои руки были слегка скрюченные и морщинистые, с немного увеличенными суставами. Эти же молодые с длинными пальчиками, ровные и красивые. Явно не мои.

Из-под серой хламиды до самых пят торчали голые аккуратненькие стопы. Быстро ощупав себя, пришла к выводу, что это щуплое тело точно не моё. Возраст и рост пока был неясен, но только намечавшаяся грудь, против моей прошлой твёрдой троечки, позволяла предположить подростковый возраст. Хотя недостаток питания, расовые и генетические особенности могли внести свои коррективы. Небольшой размер ножки предполагал рост ниже среднего или среднего.

- Господи, кто я теперь и как здесь очутилась? — хриплым голосом прошептала.

То, что я попала, да ещё и не в своё тело — осознала сразу. Но паники почему-то не случилось, и я этому была очень рада. Внучки любили слушать аудиокниги про попаданок, пока вместе пропалывали грядки на даче или рукодельничали. Позже и сама иногда слушала вместо радио, а если у чтеца голос приятный, то и засыпалось под эти истории быстро.

Пока понять, каким образом и почему я оказалась в теле девочки или девушки не могла. При попытке напрячься и ещё что-нибудь вспомнить, голову простреливала сильная боль до тёмных мушек в глазах. Решила оставить эти вопросы на потом, пока всё равно в голову ничего путного не лезло.

Вдруг дерюжка со стены откинулась и вошла чем-то озадаченная женщина, возраст которой выдавали испещряющие всё лицо глубокие морщины. Голова была покрыта платком, закрывая плечи и часть спины. Небольшого роста, слегка сутулая, будто несёт непомерную тяжесть, и она пригибает её к земле. На ней была почти такая же хламида, что и на мне. Единственное дополнение — это передник с парой больших карманов. На меня пока не смотрели, поэтому внимательно разглядывала незнакомку. Предположила, что это могла быть лекарка или знахарка. Отсутствие признаков цивилизации не предполагало другого, а уж знания, полученные из прослушанных книг, это давали понять. Женщина несколько минут что-то делала у стола, а затем, развернувшись, направилась ко мне. В руках у неё была глиняная кружка.

- Держи, нужно всё выпить. Варево горькое, но тебе нужно восстановить силы. Потом я тебя покормлю и поговорим, — сунув мне в руки кружку, женщина направилась к котелку на очаге.

В три глотка выпила настойку. Хотя и пыталась быстро всё проглотить, но опознала несколько травок: полынь горькую, ромашку лекарственную, землянику лесную. Самолечением старалась не заниматься и своих детей этому учила, но некоторые травы и сборы использовала. Заваривала только проверенные, так как знала, что в сочетании они дают другие эффекты. Одни дополняют свойства, другие ограничивают их и на выходе дают совершенно другой результат. Предположила, что мне дали общеукрепляющую настойку.

Пока размышляла о содержании выпитого, мне вручили тарелку с деревянной ложкой. Запах был такой, что можно было захлебнуться слюной и проглотить язык. В светлом бульоне плавали небольшие кусочки разваренного мяса, рубленная фиолетовая морковь, мелко порезанный корневой сельдерей и неопознанные корешки, сушенные зелень укропа с петрушкой и перья лука. Хотя и было очень вкусно, но осилить всю порцию не получилось. Даже без хлеба насыщение пришло быстро. Видимо, девочка, в чьё тело я попала, не привыкла так сытно питаться. Да это было ясно и по внешнему виду, лишнего жира не было совсем даже подкожного.

- Наелась? — женщина убрала посуду и, подвинув к лежанке табурет, присела. - Позже ещё поешь. Давай знакомиться, — тяжко вздохнула.

- Алтеей меня кличут, что значит обладающая целительной силой. Ты, наверное, уже и сама догадалась, что являешься пришлой в наш мир, носящий название Малих. Как и почему происходит перенос души, даже не спрашивай. За свою жизнь других пришлых я не встречала, ты первая. Знание о том, что ты появишься и тебе нужно помочь — пришло мне во сне. Духи часто со мной говорят. Всё, что от меня зависит, я сделаю.

- Значит, я погибла там на Земле, — в горле появился ком и с трудом выговорила, — Лия Олеговна Замятина, пенсионерка.

- Здесь звали тебя Адема, по местному, значит — красивая. Буду звать тебя Лия. Твоя предшественница провалилась под лёд, и спасти её не удалось. Потом пришла ты. На сегодня разговоров хватит, теперь давай готовиться ко сну. Завтра нужно много сил. - Знахарка поднялась с табуретки. - Если хочешь облегчиться и умыться, в закутке стоит ведро и кувшин с водой.

С трудом, но удалось встать. Потихонечку, передвигая босые ноги, добралась до ширмы. В углу стоял очередной табурет с тазом и глиняным широкогорлым кувшином в нём. Рядышком деревянное ведро-долблёнка с травою на дне. Возможно, трава помогала устранять запах. Решила об этом спросить позже. Закончив все свои дела, направилась к лежанке.

О своей дальнейшей жизни я подумаю завтра, так как всё равно очень мало вводных, а гадать и делать предположения с минимумом информации — дело неблагодарное. Хорошо, хоть язык понимаю и сама говорить могу. Тело хоть и не своё, но молодое и здоровое. Вытянувшись на шкуре и укрывшись ещё одной, мгновенно уплыла в царство Морфея. Рядом на соседней лавке уже похрапывала Алтея.

Утро настало быстро, но чувствовала себя бодрой и отдохнувшей. Вот что значит, молодое тело. В своей прошлой жизни считала, что если что-то болит, то значит ещё живая. Нынешнюю почему-то за сутки приняла, как второй шанс. Как не смешно это, казалось бы, при жизни почти в первобытном строе и полнейшем отсутствии цивилизации.

Из раннего утреннего разговора сегодня, уже можно делать некоторые выводы. Сразу же хотелось значительно улучшить качество жизни даже с минимальными возможностями в этом времени. Следует всё хорошенько обдумать и обговорить это со знахаркой.

Алтеи в землянке не было, ей пришлось отлучиться по делам. Выполнив все необходимые утренние процедуры, осталась её дожидаться. Даже сделала зарядку, ведь это тело нужно укреплять. Теперь оно моё, и возраст позволяет вылепить из него, что хочется. Хотя я и не была никогда пышечкой, но гибкость и пластичность тела тренировала всегда. Был период, когда от стресса набрала вес, но потом получилось вернуть форму. Выйти в неизвестность не рискнула. Всё же ей несказанно повезло, что рядом оказался человек, который понимает и может помочь в этом мире. Знахарка дала перебрать и почистить мне миску корешков для будущей похлёбки или каши, вот, заняв руки, вспоминала наш разговор, размышляла и прикидывала, что я могу предложить нового для племени.

Мир Малих находился на уровне развития, как на Земле во времена первобытно-общинного строя. Но были существенные отличия в развитии, причём в сторону прогресса. Природа была близка к земной, но было много растений и животных, которые в своё время вымерли на нашей планете. Вероятно, здесь не было глобальных природных катаклизмов, как у нас. А может, просто люди относятся бережнее.

Племена разбросаны друг от друга на большие расстояния, и размещались по миру неравномерно. Уже шло развитие ряда ремёсел, и некоторые продвинулись значительно в этом. В определённое время года представители каждого племени собирались в одном месте. По преданиям именно в этой долине между восьми озёр появились первые поселенцы Малиха. Откуда они появились никто точно не знал, но по одной из легенд, которую знала и Алтея, прибыли они с какой-то звезды. Название уже забылось со временем. Вот это я понимаю — прилетели со звезды, а не от обезьяны какой-то с помощью труда.

В течение одной декады племена обменивались товарами, формировались новые семейные пары и в последний день проводился общий обряд их освящения. Божества и духи здесь тоже почитались, но пока подробно не стали с Алтеей на этом заострять внимание. Она лишь сказала: «Позже всё узнаешь». Заранее оговаривалось место дальнейшего проживания молодожёнов, но обычно муж приводил жену в своё племя. Исключений было мало. Чем больше мужчин в племени, тем оно сильнее и богаче.

Хорошо выделанные шкуры пользовались больши́м спросом, хотя некоторые племена уже начали осваивать и ткачество. Трав и деревьев, дающих волокно, было много. Примитивные станки тоже уже использовали. Однако секрет производства пряжи из растений и ткани, держался в большом секрете. И в племени Алтеи его знали, поэтому в тёплое время года предпочитали одежду из тканей. Пусть она и была грубоватой и не отличалась яркостью, но была гораздо приятней к телу и могла содержаться в чистоте. Шкуры, как не старались выделать качественнее, в уходе были сложнее.

На встречу вожак вёл своих лучших охотников и молодых людей, вступивших в брачный возраст. Для юноши это приблизительно 18–25 лет, когда рука уже крепко держит копьё или лук и охота чаще удачная. Для девушек это 14–16 лет, когда приходит первая кровь. И в расчёт не берётся, что в этом возрасте ещё организм у девушки не сформирован и большая вероятность не выносить ребёнка или погибнуть во время родов. Выживали сильнейшие.

Племя, в которое мне посчастливилось попасть, на сходку племён всегда собирается в последний зимний месяц, состоящий из трёх декад, когда уже нет сильных морозов и снежный покров потихонечку оседает. На обратном пути охотники успевают набить в удачный год много дичи. Сохранять мясо при помощи соли уже научились, хотя она и была очень дорогой. С собой это племя обычно несло ткани, излишки сушёных ягод и корений, травяные сборы и речные дары: жемчуг, ракушки, рыбу. Я ещё удивилась и спросила у Алтеи: «Зачем нести рыбу на встречу, которая проходит на берегу озёр?». Но оказалось, что не все обладают навыками рыбной ловли, особенно в зимний период, когда большинство рыбы уходит на глубину. Рыбу обычно били острогой на мелководье или делали специальные запруды и загоняли её туда, а затем руками вылавливали. Соли было мало, поэтому филе немного присаливали, резали на тонкие полоски и, нанизав на ветви, сушили.

Наше племя, как быстро я причислила себя к нему, на тёплый период переселяется в долину двух рек — своеобразное междуречье, которая находится в трёх декадах пути от этого места зимовья. Там ставят шалаши и ведут заготовку рыбы, жемчуга и ракушек, кореньев и съедобных трав. Уже сушенное все в корзинах несут сюда в поселение. В долине готовят и растения на пряжу, а зимой скручивают нити и плетут полотно на деревянных рамах.

Живут отдельными семьями. Заготовки каждая семья делает только для себя. Уже внутри племени потом в холода происходит обмен излишками и подготовка товаров к сходу племён. Племени нужны были орудия труда, инструменты, посуда из глины и металла, соль и некоторые крупы.

Развито собирательство с учётом бережного отношения к окружающему миру. Часть даров природы всегда оставалась, никогда не собирались все семена, плоды или коренья. Племена, которые начали вести оседлый образ жизни, стали самостоятельно выращивать овощи и даже фрукты. Излишки с успехом обменивали.

Металл некоторые племена тоже научились производить из руды и изготавливать: оружие — те же наконечники для копий и стрел, хотя в ходу были ещё и каменные с костяными; посуду различную, но не отличающую разнообразием — котлы, миски, грубые тазы и пр. Из глины делали посуду, но и она изяществом не отличалась. Обжиг уже был знаком. Нож, которым пользовалась Алтея, был очень неудобным, или просто я уже была настолько избалована в своей прошлой жизни разнообразием ножей и различных приспособлений как на кухне, так и в быту. Когда всё необходимое имеешь, то воспринимаешь это уже как должное.

Из всего вышеизложенного, стало понятно, что племена эволюционировали неравномерно. Важным ещё являлось — наличие развитой речи! Какие-то племена застряли ещё на уровне каменного века, какие-то уже шагнули далеко вперёд. Хорошо, что мне посчастливилось очнуться в более прогрессивном. Не представляю даже, что делала бы в противном случае, как бы справлялась с принятием окружающей действительности? Хотя... Человек является таким существом, которое способно приспосабливаться к различным условиям жизни.

В землянку вошла Алтея, в руках которой был кусок мяса. Знахарка была чем-то расстроена, и это сразу бросалось в глаза. Уголки губ на морщинистом лице сильно были опущены, и в бледно-серых глазах читалась печаль.

- Наш вожак на тебя глаз положил, хотя уже пятерых жён сгубил. - Алтея взяла нож и стала нарезать мясо небольшими кусочками, складывая в чистый котелок. Руки пожилой женщины работали скоро, аж залюбовалась и пока не улавливала суть разговора.

- Объясняла им, что нельзя девочек рано замуж отдавать. Организм не готов к материнству. Скудная пища и суровые условия жизни не дают нормально созреть девочкам, а рании и частые беременности приводят к смерти матери или ребёнка, а чаще обоих. Мужчины гибнут на охоте или от полученных травм. Смерти от простуды в холода научились избегать из-за того, что быстро начинали лечение. Не представляешь, Лия, сколько у меня на это ушло сил. - Залив мясо водой, Алтея поставила треногу на очаг и подвесила котелок.

- Как только придёшь в себя, он тут же постарается быстрее сделать тебя своей женою, и согласия твоего, как понимаешь, не требуется, — тяжело вздохнув, она присела на табурет.

- Хоть душа твоя и зрелая, но нынешнее тело и шестнадцати оборотов не прошло, — хлопнув себя по коленям, она встала и начала быстренько срывать веточки трав с различных пучков и закидывать их в глиняный горшок, примерно литра на два объёма.

Я пока не могла вникнуть в суть разговора, но поняла сразу, что замуж за вожака совсем не хочу. Только жить заново начинаю и буду строить её так, как сама вижу.

- Я вот что подумала, — на минуту знахарка остановилась, задумавшись, — уходить нам нужно из племени, пока не поздно. Духи подскажут место. Замену я себе здесь подготовила из местных женщин, справится. - Алтея налила к травам воды и поставила в угли на краю очага.

Открыла рот и выпучила глаза от такого поворота. Себе в голове уже успела нарисовать картинку жизни в этом племени, процветание и дальнейшем развитии и вот такой теперь пердимонокль. Однако жизнь меня приучила соображать, поэтому шестерёнки в мозгу заработали быстрее, и пришла к выводу, что Алтея совершено права. Зависеть от практически всего племени, подчиняться их правилам и традициям с менталитетом человека ХХI-го века очень трудно. Душа моя хоть и зрелая, старой я себя и при прошлой жизни не считала, но тело-то молодое. Тем более для всех мой возраст приблизительно лишь только достигает брачного. Да и гарантии нет, что выживу в замужестве. Никто не будет слушать малолетку, прогнут.

- Времени у нас совсем немного, через декаду племя выдвигается в долину и пробудет там до первых заморозков, — Алтея шустро сдвинула котелок с почти готовым мясом и спустила, почищенные мной корешки и горсть крупы, похожую на перловку. - Это примерно пять месяцев по три декады. За это время нужно уйти как можно дальше. Лучше, конечно, к горам потому, что времени на строительство землянки до холодов будет мало, а там можно перезимовать и в пещерах. Ещё моя наставница говорила, что там хорошо и сытно. Хотя сама я в тех местах не была, но несколько примет — она мне указала и дорогу найти туда мы сможем.

- Согласна, но как нам уйти незаметно, чтобы ни кинулись в погоню. Да ещё инструмент нам с оружием нужен и посуда на первое время, — подсела поближе к очагу и вытянула ноги к теплу. Хотя тело и привычное к местному быту, но земляной пол был холодный, я начала подстывать без движения.

- Чтобы нас ни хватились, нужно сделать так, чтобы мы остались здесь на зимней стоянке. В соседней землянке болеют брат с сестрой и их дядька. В наше племя их семья пришла в одно время вместе с твоей, но мужчины пострадали на зимней охоте. Тогда не вернулось шестеро и семеро пришло израненными. Нарвались случайно на стаю волков уже по пути домой. А женщины, ослабленные уже к нам, добрались, после трагедии не смогли оправиться от болезни и вскорости ушли вслед за мужьями. Даже мне ничего не удалось сделать. Вот и получается, что дети в этой семье остались сиротами и никому не нужны, а их дядька-калека, плохо ещё оправился после травмы. Ты— круглая сирота, без прав и защиты. У остальных то была близкая родня, их и разобрали свои, а чужаки... - Алтея тяжко вздохнула и, повернувшись к очагу, отставила котелок на край и накрыла его широкой миской, чтобы дошло варево.

- Тебе дам настойку, которая парализует на время тело. Вожак обязательно придёт проверить тебя и убедиться в моих словах. Ему скажу, что тебя нельзя перемещать и больные дети с дядькой дорогу не перенесут. Как уйдёт племя, я болезных за декаду поставлю на ноги, соберёмся и двинемся в дорогу. Они наверняка не захотят остаться здесь, так как и сами понимают, что никто их кормить не станет. Мне-то за лечебные травы да настойки платят едой и тканью, но этого не хватит, чтобы всем нам прожить зиму.

Решили заручиться согласием потенциальных попутчиков и начинать подготовку. Наперво — необходимо отбиться от «жениха».

Утром следующего дня Алтея покормила меня, оставшейся с вечера мясной кашей. Выполнив все утренние ритуалы, выпила настойку и улеглась, прикрывшись шкурой, на свою лежанку. Знахарка отправилась поговорить с вождём, поэтому стоило ожидать его в ближайшее время. Терпеливостью, со слов женщины, он не отличался.

Тяжесть, словно расплавленный свинец, заливала тело, конечности наливались непослушанием. Веки успели сомкнуться, пока и их не сковала дрема. Отрадно, что чувства пока ещё принадлежали мне. До слуха доносилось умиротворяющее потрескивание дров в очаге, а воздух наполнялся дразнящим ароматом мясного бульона, что Алтея с утра поставила томиться. Сытая и согретая мягкой шкурой, я медленно погружалась в объятия сна.

Резко проснулась от приближающихся голосов.

- Сам посмотри, Жигмид, девочка в себя ещё не приходила. Отпаиваю её травками, бульоном. Когда придёт в себя непонятно, если вообще... - Алтея замолчала, давая понять вождю, а это был именно он, что я вообще могу не выжить. Необходимо было посеять как можно больше сомнений в голове вожака.

Моего лица коснулась огромная мозолистая ладонь. Чувствительность не пропала, поэтому ощутила и размер, и шероховатость. Хорошо, что тело не слушалось, а то обязательно себя выдала. Учуяла и не совсем приятный запах немытого тела и грязной одежды. Значит, с гигиеной тоже не всё просто, хотя от знахарки и моего нового тела так не разило. Хоть рассмотреть мужчину не представлялось возможным, в голове уже сложился образ здоровенного заросшего мужчины с грубыми чертами лица и глубоко посаженными глазами. Впоследствии выяснилось, что он был недалёк от истины.

Вдруг за бок меня сильно ущипнули, теперь точно останется синяк в этом месте. Это что же получается, что меня так проверяли? Неужели слова Алтеи ставили под сомнения? На языке крутились только нецензурные выражения, и хорошо, что он меня тоже не слушался. Видимо, моё состояние позволило всё же вождю сделать правильные для нас выводы.

- Хорошо, ты, Алтея, останешься с больными. Но учти, что их никто кормить не будет, что сами заготовят, на то и будут жить, — подтвердил наши домыслы вождь. Говорил он резко и отрывисто, будто слова давались ему с трудом. - Никто делится с чужаками не будет. Бекка справиться?

- Да, вождь, я обучила её всему, что знаю сама, — уверенно ответила знахарка.

Вождь, развернувшись, вышел из землянки. Алтея с облегчением выдохнула, присела на край моей лежанки, подоткнув край шкуры.

- Всё получилось, мы справимся. Обратной дороги не будет. Да и мне уже здесь не больно рады, считают, что замена уже есть. Мясо стали ограничивать, как и всё остальное. Даже ткани на повязки не дали, хотя знаю, что ещё оставалось в общем схроне почти полные четыре корзины. Пока есть силы... — знахарка замолчала. Видно, всё равно одолевали её нерадостные мысли. Как иначе? Всю жизнь посвятить на благо племени, а потом на старости лет чувствовать свою ненужность. Ещё не понятно, как будет самостоятельно справляться эта Бекка, а уже показывают своё пренебрежение.

- Лия, к ночи паралич пройдёт, тогда покормлю тебя. Сейчас схожу напою отваром больных, да перевязку сделаю, а ты пока отдыхай.

Алтея погремела у стола посудой и вышла. Меня же стали одолевать думы, как нужно собраться в дорогу, чтобы облегчить путь. Ответить на большинство вопросов могла только знахарка, но опыт прежней жизни и любовь к туристическим походам могли помочь. С собой нужно будет взять максимально больше вещей. Прежде всего посуду, инструменты, одежду, шкуры для спальных мест.

Из еды то, что не сможем самостоятельно добыть, хотя весной можно тоже прокормиться и на подножном корме. Не зря же в своё время увлекалась «Кухней Робинзона». Моим детям было интересно попробовать разные супы и рагу из корешков, салаты из дикоросов, но не как основное питание. Муж же считал это баловством, и моё увлечение сошло на нет. Но знания-то остались!

Местные жители, подобно нам, питаются дарами земли – кореньями да клубнями. Если природа этого мира и впрямь похожа с нашей — голод не страшен. Искусно сплести ловушку или смастерить силок из веток и травы – дело привычное. В детстве я была правой рукой деда, а позже и мои дети с увлечением переняли его ремесло. Как жаль, что дедушка не дожил до их совершеннолетия…

Воспоминания, словно тихая река, унесли меня в объятия сна, где я окончательно простилась с прошлым...

Вы когда-нибудь смотрели фильм на ускоренной перемотке и без звука? Конечно, если не знаешь сюжета, то и суть увиденного разобрать сложно. Я понимала. А ещё, что сплю и плачу. Передо мной пролетели все значимые моменты моей жизни.

Показали, как в детстве, когда уже осознавала себя, родители часто брали меня в летние геологические экспедиции. Видела, как отец учил меня плавать и разжигать костёр в любую погоду, разделывать дичь и рыбачить, а мама кашеварить на костре и правильно укладывать вещи в рюкзак. Дедушку, с которым плели мордушки и ставили петли на зайцев, стригли барашков. С бабулей пекли хлеб, пропалывали грядки, вязали салфетки и носки. Она же научила меня прясть шерсть и сучить пряжу. Вечерами мы пели старые душевные песни. Стало тепло и радостно от этих воспоминаний.

Увидела юность со всеми порывами и горячностью. Студенческую жизнь с поездками в строй отряд и на сельхоз практику, студенческие капустники, практику на предприятии, в которое приду рядовым инженером-строителем и уйду на пенсию уже заведующей отделом и ведущим специалистом. Свою первую влюблённость и знакомство на последнем курсе института с будущим мужем. Командировки в разные уголки нашей страны и миру, встречи с интересными людьми.

Потихонечку виде́ния начали замедляться. Предстала передо мной наша с мужем свадьба и рождение детей-погодок Серёжи и Виктории. Счастливая семейная жизнь и взросление детей. Трагическая гибель мужа в автомобильной катастрофе, смерть деда и бабушки. Горе и тоску прожила будто заново. Дети выросли и обзавелись своими семьями, появились внуки. Болезнь, которая проявилась резко и напугала диагнозом — онкология. Операция и похороны. Слёзы, добрые слова и прощание детей, родственников, бывших коллег, знакомых. На душе стало легко и свободно. Свет померк и тут же яркая вспышка. Осознание... Спасибо, МИР, за доброту и новые возможности!

Проснулась вся зарёванная, но с лёгкостью на душе. Жизнь моих близких продолжается. Они будут помнить меня. Мне дали второй шанс на жизнь. Все негативные мысли и тревоги ушли и пришло понимание, что я справлюсь со всеми трудностями несмотря ни на что. Не знаю, с какой целью я попала в этот мир, и кто именно меня перенёс сюда — духи, боги или другие высшие силы. Спасибо им за это! «Я обязательно постараюсь, и в этой жизни быть счастливой», — дала себе обещание. Утёрла рукавом слёзы и поняла, что ко мне вернулась подвижность.

Пришла Алтея с ведром воды и дровами. Взглянув на меня своим пронзительным взглядом, улыбнулась по-доброму.

- Попрощалась с прошлым? Не переживай, всё будет хорошо. Мир любит тебя и поможет. Мне духи об этом сказали, — знахарка продолжила хозяйничать у стола. - Вставай, приводи себя в порядок и будем ужинать.

Кряхтя, поднялась с лежанки, тело немного затекло, и направилась в угол за ширму. Сделав все необходимые дела, присела к столу на табуретку. Алтея уже разложила кашу по мискам и разливала взвар из сушёных ягод. Запах стоял одуряющий, и желудок сразу отозвался руладами. Мне ближе подвинули порцию, и мы молча приступили к трапезе. Каждая из нас была погружена в свои думы.

- Племя готовится к переселению. Нам тоже нужно собираться в путь. Часть инструментов я поменяю на сборы лечебные. С Беккой не все ладят и не хотят обращаться к ней за помощью. Кое-какую посуду и ткань тоже сменяю, — знахарка прибрала со стола и полезла в короба под лавкой. Доставала какие-то узлы и свёртки, аккуратно их складывая на край.

- Алтея, а можно мне отрез на брюки и рубаху. В штанах будет удобнее в дороге, - подошла к ней поближе. В руках иголку держать умела, когда-то неплохо шила для себя по мелочи, но думаю, что и с этим справлюсь.

Прикинула в уме приблизительно фасон, что смогу сшить. Больше, наверное, подойдёт туника. Будет прикрывать «тылы», да и теплее будет. Всё у меня получится, по-другому и быть не может. Как иначе?

Вот только могу ли я срывать Алтею с места, где она знает каждый уголок, каждый кустик и прожила столько лет? В племени она пользуется уважением. С другой стороны, она сама предложила уйти, забрать с собою детей и мужчину, наверное, для этого есть свои причины.

- Алтея, почему тебя в племени ничего не держит? Я понимаю, что духи наказали тебе помогать мне и на замену уже есть новая знахарка. Ведь... — договорить мне не дала.

- Нечему и некому меня здесь держать, а кто стал дорог — заберём с собою. Давай отвару попьём, — женщина отложила своё занятие и, разлив по кружкам напиток, присела рядышком. - Раз тебе интересно стало... Часть твоей жизни мне духи показали. Много там интересного и непонятного, но об этом позже. Чтобы поняла мои мотивы и поступки — слушай.

В это племя меня привёл муж, когда мне было столько оборотов, как и тебе. Жили мы спокойно, ровно. Много не требовала с него. Подарит шкуру, да я и рада была. В моём родном племени не было знахарки, а травы меня ещё с детства влекли, поэтому напросилась к местной женщине Велге на обучение. Почему она из местных никого не взяла — это уже позже я поняла. Склочные и жадные здесь женщины, всё им мало.

Муж мой — охотник хороший был. Как заведено? С каждой охоты часть добычи оставляешь себе, а две части отдаёшь на нужды племени. Дрейвн никогда лишнего не брал, поэтому могла платить за обучение знахарке мясом и шкурками, помогала по хозяйству. Мой мужчина поддерживал моё стремление к целительству. Вскоре понесла я, как раз к весне разродиться должна, а зимой мужа хищники задрали. Велга забрала меня к себе. Это жилище досталось мне от неё, - Алтея обвела рукой помещение.

- В тот год добычи мало было, голодным он выдался. Не смогла я доносить своё дитя до срока. Может, если бы питание хорошим было, то и силы не оставили. Выходила меня Велга. Пока жив был мой Дрейвн, никому в помощи не отказывал, а как ушёл, то и положиться не на кого стало. Сильно меня потрясла тогда гибель мужа и ребёночка. Замуж отказалась больше выходить, имела право такое. Хотя многие вдовцы хотели забрать к себе, но пригрозила, что силы мужской лишу, коли без моего желания будет. А желания больше у меня и не было, отболело и отрезало. Как понимаешь, Велга мне все свои знания передала, так и я тебе их передам. Что Бекку учила, то не пойдёт ей на пользу. Слишком высокомерная, не видит из-за этого сути. А сироты не выживут здесь, влияния моего не хватит уже чтобы прокормиться. - Алтея поднялась и стала готовиться ко сну.

- Спасибо, что поделилась, — незаметно смахнула слёзы и пошла к своей лежанке.

Моя жалость женщине ни к чему. Не вернёт она ушедшие годы без душевного тепла. Теперь понятно, почему она привязалась к сиротам. Её в своё время спасло лишь неравнодушие одной-единственной женщины, которая не бросила на произвол судьбы беременную девочку.

Детей с больным мужчиной не брошу, приложу все силы, чтобы этого не случилось. С этой решимостью и уснула. Снилось что-то важное, ускользающее, но ускользнувшее от памяти – значит, ещё не время ему проявиться...

Утром мне выдали добротный отрез серой ткани, несколько кусков хорошей коричневой кожи и с десяток шкурок, похожих на кроличьи. Вручили загнутые иглы, вроде из рыбьих рёбер и пучок очень крепкой травы. Опознать её пока не получилось, а то, что назвала Алтея — это было мне не знакомо. Нашлись высушенные сухожилия и что-то похожее на шило — трубчатая кость с одной узкой зазубриной.

Алтея предложила мне из кусков кожи сшить себе обувь и дополнительно ещё и жилет из меховых шкурок. Жары ещё особой нет, а утром и вечером даже холодно.

Решила начать с обуви. По краю стопы угольком на коже обвела контур с хорошим запасом. На подошву решила использовать два слоя, верх из одного. Наиболее удобные по крою посчитала мокасины по типу индейских. У таких пришивается лишь вторая нижняя подошва и самый верх на подъёме стопы, а остальное кроится больши́м куском и высоту можно регулировать шнурком. Раскроить получилось быстро, а вот вырезать пришлось не слишком острым ножом. Так как шить пришлось у очага (альтернативного источника света не было) обложенного камнем, попробовала наточить нож на одном из них. Получилось отлично! Хорошо вспомнила, как бабушка точила нож об обратную сторону керамического блюдца или чашки. Дед, конечно, следил за заточкой, но иногда бабуле так было быстрее само́й сделать. У меня же дома уже были специальные девайсы для заточки не только ножей, но и ножниц.

Вырезав заготовки, приложила подошву и аккуратно проделала отверстия по контуру. Сейчас для сшивания обуви используют капроновую нить, а я, как в древности, буду шить сухожилиями. Использовала, как и дед, подшивая валенки, обувной шов с двойной нитью — это когда нить протаскивается через одно отверстие в направлении друг к другу. Таким образом, одна нить затягивает петлю другой. В моём случае — это сухожилия. Так шов получается крепче и выглядит опрятнее. Задники сшивала уже торцевым швом, как в заплатках. При таком шитье обувь не должна натирать и прослужит долго. Хорошо бы для подошвы использовать более толстую грубую кожу и каблучок сделать, но чего нет — того нет. Итак, получилось очень хорошо и удобно село на ногу с небольшой портянкой. Делала обувь немного свободнее, как говорят — «на вырост». За работой прошёл почти весь день.

Пришла Алтея с узлом за спиной. Рассмотрев и померив мою обувку, заказала себе такую же. Даже размер почти совпал. Ничего похожего местные умельцы, оказывается, не делали. Чаще вообще ходили босыми, а в холодное время продолговатый кусок кожи или меха по краю стягивали сухожилиями и привязывали к ноге. В такой сейчас и ходила Алтея.

Плетённую по типу лаптей или из шерсти наподобие валенок вообще не знали. Сразу прикинула, как я могу развернуться на обувном деле, но лучше кого-нибудь обучить этому мастерству и получать «дивиденды». Лапти плести я не умею и не знаю, как заготавливать лыко, а вот про войлочные тапочки знаю. Были как-то на экскурсии в мастерской, где производили войлочные изделия от тапочек до эксклюзивных головных уборов и украшений. А какие тёплые и красивые жилеты и кардиганы получались... Показали нам весь технологический процесс и даже дали самим попробовать. По образцу можно и войлочную обувь делать только с кожаной подошвой. Жаль, что сейчас в племени шерсти не было.

Поужинали и разобрали принесённый Алтеей узел. Удалось выменять два котелка разного объёма, несколько отрезов ткани неплохого по местным мерка качества, моток ниток, похожих на льняные, пару меховых шкур, топор без топорища и наконечники для стрел или копий, что-то вроде пилы. Были ещё желающие на сборы лечебных трав, поэтому наши запасы ещё пополнятся и другими нужными вещами. Как только всё унести на себе?

Сосед и дети дали своё согласие на переход в другое место, поэтому теперь нужно рассчитывать и на них. Женщина предупредила — держать всё в секрете.

Свою затею с обменом трав на вещи, Алтея соплеменникам объяснила необходимостью остаться здесь с больными, поэтому больших заготовок провианта и некоторых трав она сделать на зимней стоянке не сможет. Вещи всегда можно будет потом обменять на продукты и необходимые травки и ягоды, которых нет на этом месте. Племя приняло такое объяснение и вопросов больше не задавало, как и препятствий чинить не стало. Лишь Бекка ходила недовольная тем, что люди берут сборы у старой знахарки.

- Представляешь, Лия, ходила по пятам за мной и фыркала. А ведь я её обучала всем премудростям, — вздохнула тяжко и махнула рукой успокаиваясь. - Наказала ей готовить летние травы с запасом. Ведь именно на летней стоянке я делала основные заготовки от простуды, витаминные сборы и многое другое. Только после этого Бекка успокоилась и уже не смотрела волком на меня.

Рассказала Алтеи о своих задумках по поводу обуви. Она их одобрила. Обувь и одежда для обмена всегда спросом пользуется. Иглу не все в руках держать умеют, да и фантазии не хватает. Их бы к нашей учительницы труда. У Веры Дмитриевны была любимая крылатая фраза: «Не хочешь — заставим, не можешь — научим!» Может, только благодаря сшитым фартукам, юбкам, кофточкам и другим более мелким безделушкам, у меня позднее проснулась тяга к шитью. Машинку освоила у бабушки, которая радовала своих подруг подарками из прихваток, передников, чайных баб для заварников.

- Я видела, в какой красивой и яркой одежде ты раньше ходила. Какие, интересно, растения дают такое цветное волокно? Только меха мало совсем. Неужто там тепло так было, что шкуры не нужны или охотники совсем неудачливые были? — на вопрос знахарки я рассмеялась.

- Можно любое полотно или пряжу красить, не встречала растения с цветным волокном. Вот красители для этого можно получить из частей растений: ягод, коры, цветов, листьев. — не стала рассказывать о сложных химических красках. - Мех в последнее время стали меньше использовать, берегут. Есть специальные места, где разводят люди пушных зверей. Многим нравится многослойная одежда со специальными наполнителями. Как объяснить? Можно пух или шерсть прокладывать и прошивать. Получается лёгкая, красивая и тёплая одежда. Когда-то и у нас носили только меховые шубы и шапки, — постаралась более доступно всё объяснить женщине.

- Как только появится возможность, я тебе обязательно телогрейку сошью, — пообещала Алтее.

Она посмотрела на меня с лёгким недоверием, а потом на мокасины. Последние, наверно, лучше убедило женщину в моих способностях.

Поделившись своими впечатлениями о пройденном дне, легли отдыхать. Знахарка моментально уснула, слышалось лишь размеренное посапывание. У меня же в голове крутились различные варианты войлочных изделий и способы добычи шерсти для них. Так и ушла с этими мыслями в сновидения, где меня настигало стадо баранов с требованиями вернуть всю отобранную у них шерсть.

Приснится такое...

Дни полетели стремительно. Осталось совсем немного до переселения племени. Частенько долетали в землянку крики с улицы, было интересно посмотреть, что там происходит. Однако выходить и показываться на глаза опасалась. По легенде я так и лежала без чувств.

- Представляешь, Лия, вождь приказал могилу для тебя вырыть, видать, совсем надежду потерял тебя заполучить в жены, — Алтея ходила из одного края землянки в другой и возмущалась. - Нам, конечно, хорошо — в покое оставит. Вроде заботу проявил, но как-то на душе погано.

Я на это сообщение лишь усмехнулась.

- Не переживай так. Что ж поделаешь, если лишь таким образом решили о нас позаботиться. Мясо тебе выделили или на охоту не пошли? — попыталась отвлечь женщину.

- Выделили, но совсем немного. Я его Реиниру с детьми унесла, — чуть виновато глянула на меня, — Им нужнее, сил набираться надо.

- Вот и хорошо, не переживай так. У нас ещё крупы в достатке и мука в запасе, — успокоила Алтею. К очагу уже приноровилась и даже питалась сама готовить.

- Возможно и пригодиться яма, — женщина вскинула на меня недоумённый взгляд, — для заметания следов нашего отсутствия... Нужно, чтобы о нас совсем позабыли.

Знахарка набрала воздуха, видно было, хотелось высказать мне всё, что думает по этому поводу. Потом выдохнула, будто сдулась. И поделилась новостями.

Дети с мужчиной пока яко бы не сильно идут на поправку. На самом же деле Алтея поставила уже всех на ноги, и им не терпелось активно приступить к подготовке нашего путешествия. Знахарка наказала сильно не показывать свою активность, а озаботиться плетением коробов под вещи, чтобы можно было нести их за спиной или вдвоём на палке. Эту идею подкинула Алтеи сразу, как узнала, что мужчина хорошо плетёт корзины и короба. Ревизия их вещей показала, что придётся обновлять гардероб и им тоже.

- Представляешь, Лия, пока дети болели, а Реинир был в беспамятстве, вынесли практически бо́льшую часть одежды. Осталось лишь то, что на них было. И когда только успели крохоборы? Я сунулась к ним в короба проверить и выбрать в дорогу вещи, а там пусто. Травы для вида напихали, а сверху лохмотья положили. Оказывается, много вещей у них пропало, когда мать умерла.

Неприятные новости, конечно, но ничего уже не поделаешь.

- Не переживай. Была бы охота,— заладится всякая работа — так у нас говорят. Всё необходимое им справим.

За время вынуждено сидения в землянке, успела не только обувью для нас озаботиться, но и собрала почти полный гардероб из пары штанов, рубах-туник, по красивой жилетке из меховых шкурок. Красоту меха жалко было прятать внутрь, но выиграла практичность. Пошила нам с Алтеей ещё и нижнее бельё в виде топика и шортиков. Она, конечно, не видела такого, но признала потом удобство. Ведь так с бельём оказалось даже теплее, а ухаживать за одеждой удобнее, когда есть смена. Жаль, что здесь ещё не придумали резинку, но из льняной нити получилось навязать разных шнурков и не пришлось для одежды резать кожу.

Алтея наменяла ещё инструментов и посуды преимущественно металлической, дополнительно тканей и шкур, различных круп, соли и даже семян. Что из них выйдет, уже определим на новом месте. Хотя морковь и свёклу узнала сразу. Отдали и несколько мешочков сушёных съедобных корешков, похожих на корневой сельдерей и морковь. В хозяйстве всё пригодиться. Принесла нитки и грубую проволоку. Я слегка обалдела от наличия таковой. Кто-то из племени сменял её на сходе, но применения не нашёл. Попросила нарубить определённой длины, а потом уже сама на камнях и с помощью куска кожи обточила себе спицы и даже крючок.

Поклажи набиралось прилично, но что-то оставлять не хотелось совсем. На новом месте первое время нам нужно будет очень много. Тем более с нами будут дети, а их безопасность и быт нужно обеспечивать.

- Мерки с ребят снять нужно или что-нибудь из их вещей. По ним буду шить или вязать одежду, — озадачила я Алтею. - Как посмотрю на деток, так понятно будет.

- Подумаю, что можно сделать. - Знахарка ушла опять до вечера.

Оставшись одна, решила пересмотреть остатки кожи и ткани. Выходило, что ещё две пары взрослых или четыре пары детских мокасин пошить выйдет, но торопиться не стоит — дождусь мерок. Ткани тоже получилось с хорошим запасом. Отложила в сторону то, что нам может понадобиться, а остальное стала сортировать по принципу использования.

На вечер нужно было приготовить ужин. Наловчившись использовать местные продукты, сварила сытную кашу и даже напекла лепёшек из муки грубого помола на горячем камне. Такой способ мама показывала мне в походе. Никогда не знаешь, где могут пригодиться случайно полученные знания. Предаваться воспоминаниям не стала. За этой вознёй прошёл весь день.

Вечером пришла Алтея и предупредила, что утром пришлёт первую девочку. Одежды сменной у неё нет, поэтому мерки снимать буду с неё сама.

- Девочка тихая совсем, тебе мешать не будет, посидит в уголке.

- Всё будет хорошо, разберёмся. Я с детьми умею ладить, своих двоих вырастила и внуков мне часто доверяли.

Воспоминания уже не так остро рвали душу. Видно, совсем приняла новый мир...

Дерюжка со входа отодвинулась, и бочком, оглядываясь, вошла девочка. Небольшого роста, по виду не более семи лет. Вроде светловолосая, но точно цвет определить затруднительно, так как внешний вид был неопрятен. Длинная рубаха уже давно требовала стирки. Личико миленькое со вздёрнутым носиком, но весь вид портили разводы по краям. Видно, что перед приходом сюда ребёнок пытался тщательно умыться, но не совсем удачно.

- Здравия, Адема. Знахарка Алтея сказала называть тебя теперь Лия, потому что ты сильно болела и тебе пришлось взять новое имя. Чтобы выздороветь, — с детской непосредственностью заявило это мелкое чудо. - Меня Рабия все кличут, что значит весна, — девочка утёрла рукавом свой нос.

- И тебе здравия! Пойдём, Рабия, сначала хорошенько умоемся, а уж потом будем разговаривать. В чистом теле — чистый дух. Я грязнуль на дух не переношу, — обняв за плечи девочку, повела её за ширму.

Пришлось повозиться, чтобы привести в порядок не только лицо, волосы, руки и ноги. Можно сказать, что искупала её полностью, но по частям. Таз был небольшим, а лохани не было. Хорошо ещё, что у очага всегда теперь есть тёплая вода в большом казане, которым разжилась Алтея.

Рабия попыталась возмутиться, но как только я её просветила по поводу болезней от грязи, уже смиренно перенесла всю экзекуцию над собой. Уже чистого ребёнка, замотанного в кусок холстины, посадила на лавку. Простирала хорошенько её одежду и, отжав, развесила над очагом. К вечеру всё просохнет.

- У нас все моются только летом в реке, — плотнее закутавшись, девочка со всей важностью заявила мне. - А мы сегодня будем шить? А ты меня научишь? Моя мама тоже шила, но я тогда была маленькая и ещё ничего не умела, а потом её лихорадка съела, — опечалилась и тяжело вздохнула.

Детских воспоминаний о матери у Рабии почти не осталось. Она помнила лишь то, что с мамой было тепло и сытно, не то что теперь, когда они с братом и дядей остались одни.

- Обязательно Рабия, всему тебя научу. Ты ещё у меня станешь лучшей мастерицей, — попыталась подбодрить ребёнка. Потом подумала, а почему бы, действительно, не передать свои знания детям. Ведь большинство из них всё схватывает, как говорится, на лету. Мышление у ребёнка более гибкое и порой выдаёт такие решения, до которых взрослые даже не додумались бы.

- Сначала сошьём тебе маечку и короткие штанишки-шортики. Их носят под основной одеждой и чаще меняют. Называют исподнее или нательное бельё. Когда будешь ложиться спать, верхнюю рубаху снимешь и аккуратно положишь, а в майке и шортах можно спать, — попыталась объяснить ребёнку.

- Так, у нас в рубахах привычные спать, — недоумение так и сквозило в речах девочки.

- В рубахе целый день ходишь, можешь испачкаться. А так сняла её, постирала. Пока она сохнет, ты не голышом спишь. Чистое бельё – залог здоровья. Было бы у тебя исподнее, сейчас не завёрнутая сидела, а помогала мне.

Не знаю, насколько согласилась с моими аргументами девочка, но притихла и внимательно следила за моими действиями. Не знаю, с чего это Алтея взяла, что ребёнок тихонечко будет сидеть в уголке. Она показалась мне очень любознательной.

Сняв с Рабии мерки, первым делом сшила ей исподнее. Размер-то небольшой. Рука уже была набита трудиться с местным инструментом и работа спорилась. Обрядила в обновку. Эх... Жаль, что трикотажную ткань здесь ещё не изобрели.

- Лия, можно я помогать буду? Алтея говорит, что я старательная, — попросила Рабия.

- Садись тогда поближе ко мне, смотри и запоминай, как делать нужно, — подвинула к очагу ещё одну чурку и посадила девочку, укрыв своей меховой безрукавкой. После мытья не хватало простыть, тогда все мои рассказы про гигиену и здоровье пойдут прахом.

Зловоние от вождя ещё долго преследовало память. Мечталось о временах, когда общение с людьми будет в радость, а не в тягость, когда не придётся шарахаться от них, зажимая нос. Медицина здесь – жалкое подобие: травки, настойки да мази с притирками. С серьёзной болезнью – одна дорога, к знахарке, да и та не всесильна. Беречь здоровье теперь – главная забота, дороже злата и почестей.

Штанишки и тунику раскроила быстро. Рабия попросила иглу с ниткой и усердно помогала мне. Не всё сразу получалось, но девочка оказалась усидчивой и смышлёной — очень хорошие качества для будущей рукодельницы. Здесь же раскроила второй комплект и уже посадила её самостоятельно шить.

- Молодец, Рабия, с тебя получится настоящая мастерица, — похвалила ребёнка.

Ещё бабушка наказывала мне: «Лиечка, ты деток своих чаще хвали, тогда у них старание будет, и желание не пропадёт. Ежели не так, что сделают? Сначала похвали хорошенько, а уж потом замечание делай. И не забывай! Поступки детей — отражение родителей». А ведь так и было на самом деле. Благодаря такому совету я даже переходный возраст (пубертат) не заметила. Не было ни бунтов, ни агрессии.

- Рабия, а чему детей учат в племени? Есть человек, который отвечает за обучение?— этот вопрос давно волновал меня, но с Алтеей до него как-то не дошло ещё.

- Специального здесь нет человека. Это в старом племени дяди Реинира старейшие собирали всех детей и рассказывали интересные истории о мире. Здесь нет такого, — сначала задумалась, а потом с сожалением ответила.

- Девочки, которые уже соображают, ходят с женщинами собирать травы, корешки, ягоды, семена. Меня мама тоже брала, пока здоровая была, — от накативших воспоминаний у Рабии заблестели глазки.

- Не переживай, я всему тебя научу, — успокоила девочку.

- Мальчишки сначала учатся делать оружие, а как получиться толковое, мужчины берут на охоту. Так и учатся. Бывает, что в свободное время соревнуются между собой. Но нечасто. Нужно дрова заготовить, воду с ручья носить, — всё обстоятельно рассказывала Рабия, а сама уже с ловкостью управлялась с иглой и нитью.

Тем временем я ловко раскроила мокасины для девочки и погрузилась в шитье. Вечер подкрался незаметно, словно кот, и работа осталась незаконченной.

Появилась Алтея, и после скромного ужина мы решили оставить Рабию у нас на ночь. Знахарка известила об этом её близких, и вскоре мы расположились на отдых. Впереди ждало ещё множество дел, а в душе уже зрело предвкушение, смешанное с лёгкой тревогой. Что же принесёт с собой грядущий день?