Друг отца. Женаты по ошибке

– Дочь только тебе доверю. Моя умница, красавица выходит замуж за серьезного человека. Сам ее выдать не смогу. И без присмотра не оставишь…

– Почему?

– Не хочет она замуж. А ты человек верный, преданный, я в тебе уверен, Князев. Могу на тебя рассчитывать?

– Можешь. Спокойно лети в Европу.

– Этот брак очень важен для меня. Проследи, чтобы все хорошо прошло…

Вот гад!

Я подслушиваю под дверью кабинета.

Если тебе так важен этот брак, папа, сам бы и шел замуж!

– Я все сделаю, как надо.

Проклятие!

Я так надеялась, что отец свалит в Европу и я сумею сбежать. Он как предчувствовал. Решил надежного человека оставить, чтобы продавить до конца… Или до венца, как посмотреть.

– Леля Николаевна, – раздается голос охранника отца за спиной. – Не подслушивайте за отцом. Вернитесь в комнату.

Поджав губы, ухожу. Падаю в кровать лицом вниз, креплюсь, но в горле ком.

Не хочу я замуж за Рахимова!

Отец непреклонен.

Ему нужен наш брак не ради меня, конечно. Я для него, как породистая телка – хочет продать подороже. Потому что «папА» – с ударением на последний слог – как едко называла его бабушка по маме, видел меня раз десять за жизнь. По особым поводам.

Мой день рождения. Первый класс. Последний звонок. Поступление в университет. Вручение дипломов. День совершеннолетия…

Ошиблась.

Шесть.

Он давно мечтает выдать меня за сына крупного промышленника и олигарха Виталия Рахимова. Этот засранец положил на меня глаз еще год назад. Однажды зажал в углу и попытался облапать. «Мы обо всем договорились с твоим отцом», – добавил он.

Я оттолкнула его, влепила пощечину. Охрана стояла вокруг, как каменные идолы, делая вид, что ничего не замечают. Значит, отец сказал им не препятствовать «ухаживаниям» этого недоноска. Его люди на мою пощечину не отреагировали тоже.

После того случая я всерьез боялась, что однажды увижу Виталика на пороге спальни и в доме все будут делать вид, что ничего не происходит.

Потому что этот брак важнее, чем я. Папа ради нашего союза на все пойдет.

Сегодня отец улетает за границу – не может отложить.

Свадьба тоже вечером. Около десяти.

Чтобы все прошло на пять с плюсом, он оставляет своего «друга».

Не знаю, кто он и как зовут.

Припарковал тачку внизу – черный джип без опознавательных. Я смотрела из-за шторы, а он заметил. Мы встретились взглядами.

Ему лет тридцать пять.

Хорошая фигура и волосы кофейного цвета. Черный костюм с иголочки. Не ожидала, что так испугаюсь его – прямо под ложечкой засосало от взгляда.

– Ох ты дьявол...

Если отец оставляет его, значит, верит, как себе.

Мой отец за ручку с криминалом здоровался с молодости. Друзья у него такие же. Моя свадьба с потомком олигарха – просто подарок небес.

Он очень хочет породниться с этой семьей.

Стук в дверь.

– Леля?

Отец пришел.

– Дочка, открой, познакомься.

– Не хочу, – огрызаюсь я.

Он открывает сам. Отец и этот Князев на пороге.

– Ну, перестань. Невеста! – смеется он. – Это Максим, слушай его, как меня, поняла? Он за тобой присмотрит. Оставляю тебя под надежным присмотром.

Бросаю скользящий взгляд.

Он неожиданно симпатичный для людей своей профессии. И взгляд с хитринкой. Насмешливый.

– Привет, красавица, – снисходительно кидает он.

– Я не выйду замуж, – рычу я. – Ни сегодня, ни вообще никогда! Ты меня не заставишь, я на регистрации скажу «нет»! Ничего вы мне не сделаете!

– Знаю, дочь, – усмехается отец. – Поэтому на регистрации тебя не будет. Надевай платье, ваши паспорта свозит юрист на регистрацию, а вы дома отпразднуете и к мужу поедешь, поняла?

– В смысле – паспорта? – пугаюсь я. – Ты не имеешь права!

Бросаюсь к тайнику и открываю прямо при отце.

Пусто.

– Паспорт твой мы давно нашли. Сбежать хотела. Маленькая еще, через пару лет благодарить меня будешь! Следи за ней, Максим, – строго бросает отец и хлопает дверью.

Мне двадцать два! Я только диплом месяц назад получила!

Черта с два Виталик даст мне работать, он патриархально воспитан, запрет дома, мой диплом выбросит и начнет давить насчет детей!

Отец мечтает о внуках: чем больше, тем надежнее.

– О боже, только не это! – заливаюсь я слезами.

Не верю, что этой ночью стану женой Виталика!

Вроде не из бедной семьи, мой отец не последний человек в городе, а защитить себя не могу. Как бедная девчонка, только их после бурной ночи вышвыривают, а меняя запрут в клетке. И ключ от нее будет у мужчины, которого я всей душой ненавижу!

Виталик – конченный мажор с гнилой душонкой, который мечтает править, властвовать и карать.

Будь он проклят.

Во дворе уже собираются гости.

Многих знаю только по заголовкам в светской хронике, но надо же, съезжаются на мою свадьбу, как к родной. Это гости отца и семьи Рахимовых, ко мне только подружка должна приехать.

Кошусь на белое платье на манекене.

Разодрать сейчас или дождаться торжественного выхода и сделать это на глазах у всех? Стилиста я выгнала, а букет выбросила.

Я не выйду за него замуж.

Отец не имеет право так поступать…

В дверь стучат.

– Ох, Лелька! Моя дорогая!

В комнату влетает моя университетская подруга Элиза.

Дочь богатых родителей и сонаследница многомиллионного состояния. Только в отличие от меня, родители ее любят. Мать с отцом познакомились в юности и до сих пор вместе. Как донесла разведка – он ей даже не изменяет.

Мой же отец сделал меня моей маме, и поскакал дальше, оставляя за собой детей и несчастных женщин. У меня четверо единокровных братьев и сестер.

Лиза выглядит, как богиня: бледно-розовое платье по фигуре, макияж на пять с плюсом. В волосах цветок орхидеи, в руках такой же букетик, похожий на облачко.

Мы крепко обнимаемся.

– Ничего не выйдет, – шепчу я. – Отец нашел паспорт!

– План рухнул?

Печально киваю.

– А что это за тип за дверью? Не видела его у вас.

– Отец приставил.

– И что теперь делать?

Пожимаю плечами.

Можно убежать, но паспорт уже на пути к регистрации. Я все равно стану женой. Меня будут искать – уже не отец, а муж. И избавиться от брачной ночи не сумею. Тип за дверью проследит.

Меня тошнит при одной мысли, что уже через несколько часов, Виталик войдет сюда на полных законных основаниях.

Ну нет, так просто я не сдамся!

Нас прерывает громоподобный стук в дверь. Так не гости стучат. Хозяева, как минимум.

Максим делает кому-то замечание.

– Виталик, – сжимаю губы в линию и оборачиваюсь, когда дверь практически вышибают.

Жених шатается на пороге изрядно пьяный.

Снизу доносится музыка. Гости пьют в три глотки, ржут и веселятся, празднуя мою свадьбу.

Виталик усмехается.

– Привет, дорогуша. Поцелуй жениха.

– Выйди! – кидается на мою защиту Лиза. – К девушкам в комнату так не входят!

Ее он игнорит.

Липко осматривает меня, особенно ему нравится, как я кусаю губы.

– Полегче, – предупреждает Максим. – Она тебе еще не жена.

– Пошел ты! – гаркает Рахимов. – Ты кто, охранник, вот и шуруй за дверь!

– Я не охранник, понял? – Максим хватает его за руку. – Я хороший друг ее отца и здесь, чтобы присмотреть за его дочерью. Так что я предупредил.

– Друг? – пьяно переспрашивает он, затихнув.

Охраннику он бы просто врезал. Виталик занимался самбо и привык отрабатывать удары на своей охране.

– Тогда извини. Надеюсь, ты тут до регистрации брака. А потом я покажу паспорт, что краля моя, и ты свалишь.

– Но не раньше.

Виталик показывает раскрытые ладони, бросает на меня жадный взгляд, и выходит.

– Надевай платье, – бросает напоследок. – Гости ждут невесту…

– Я не сделаю этого, – падаю на кровать без сил.

– Позвони отцу. Пусть отменит свадьбу.

– Он не отменит, Лиза.

– Что тогда делать? Мы планировали, что ты сбежишь, поживешь в столице, пока все не затихнет. Как они могли найти паспорт?!

Лиза в отчаянии.

Я молчу.

– Слушай, Лелька… А этот друг твоего отца за дверью может помочь? Он так на тебя смотрел…

– В смысле? – вскидываю я глаза, закусив губу.

– Ну, когда ты губу закусила… Вот как сейчас. Совсем не так, как полагается на дочь друга смотреть, если понимаешь, о чем я.

– В том смысле, что его это возбуждает? – прямо спрашиваю я, зная особенность подружки ходить вокруг да около, когда дело касается интимных тем.

Лиза заливается краской.

– Ага.

– Не поможет, Лиза. Иначе отец бы его не оставил.

Всю жизнь просидеть в комнате я тоже не смогу. Рано или поздно выйду замуж. Даже если жених будет веселиться внизу, а я запрусь здесь, нас все равно поженят.

Выхода нет!

– Будем ждать, – Лиза садится рядом, нервно стиснув букет. – Не унесет же он тебя, забросив на плечо.

– Именно так он и сделает.

Второе возвращение Виталика я игнорирую. Хотел поторопить, но снова наткнулся на моего телохранителя.

После короткой ругани за дверью затихают.

– Мне страшно, – шепчет Лиза.

– А уж мне-то как страшно, – цежу я.

Через час Виталик присылает подручного. Они препираются, затем Максим приоткрывает:

– Невеста хочет спуститься к гостям?

– Нет!

Дверь закрывается.

Интересно, где мой паспорт? По пути туда или уже обратно?

Самое худшее начинается ближе к полуночи. Гости набрались. Музыка орет. Раздаются тяжелые шаги, которые стихают перед дверью.

– Виталик вернулся, – шепчет Лиза.

В третий раз. Упорный.

Я холодею от страха, но уверенно смотрю на дверь. Она открывается, как от сквозняка. За ней Виталик что-то разъясняет Максиму.

– Красавица, – он поворачивается и ловит взгляд. На секунду кажется, что Максим высадит Виталику зубы, а меня закинет в свой джип и умчит в новую жизнь. Наивные девичьи мечты. – Мне пора. Поздравляю. Удачной тебе свадьбы.

И он уходит!

– Твою мать, – произносит Лиза, когда Виталик вразвалочку входит в мою спальню.

В пальцах сжимает паспорта. Его дуболомы и дружки остаются за дверью глазеть.

– Тебе пора, Лиза, – бросает он.

Она собирается с духом и встает.

– Я не позволю так поступать с моей подругой!

– Посмотри в свой телефон и сделай милость, оставь меня наедине. С моей! Женой!

Телефон начинает звонить, она вздрагивает и отвечает.

– Папа?

Мы с Виталиком стоим друг напротив друга. Смотрим в глаза.

Как я тебя ненавижу, Рахимов!

– Папа сказал, мне пора, – растерянно произносит Лиза, глаза виновато бегают. – Извини, Лель. Он сказал, чтобы я не лезла не в свое дело…

Она побеждено вздыхает и уходит, оставив букет на кровати. Дуболомы в коридоре почтительно расступаются, чтобы пропустить подружку невесты.

– Ну что ж, Леля… – с расстановкой произносит он. – Хватит ломаться. Мы обо всем договорились с твоим отцом. Идем вниз.

– Нет! – чеканю я.

– Ты моя жена, – он открывает мой паспорт и тычет в лицо. – Опомнись и взгляни сюда! Здесь написано, что я твой муж!

Концентрируюсь на надписи в штампе.

– Вообще-то, здесь другое имя вписано, – замечаю я. – Кажется, твои люди облажались по дороге в ЗАГС, Виталик… Муж у меня не ты.

Максим Князев.

А это кто вообще такой?..

– Что? – налитыми кровью глазами Виталик пялится в штамп. – Максим Князев. Это кто такой вообще?!

Буквально повторяет мои мысли.

– Где мой паспорт?! – рявкает он, отшвырнув мой, и выскакивает в коридор. – Кто такой этот Князев?! Найти! Найти того, кто возил паспорта!

Он визжит, как резанный. Сбегает по лестнице, грохоча ботинками.

Я подбираю красную книжицу.

Неужели не показалось?!

– Максим Князев… – повторяю я. – Постойте…

Это ведь он!

Друг отца, который стерег меня!

Подлетаю к окну и лихорадочно обыскиваю двор взглядом. Ни о чем не подозревая, он направляется через задний ход к уже выгнанной за ворота машине.

– Стой… – шепчу я.

Сую паспорт в карман и выскакиваю на балкон.

Через главный вход меня не выпустят, хотя за дверью уже никого. Но внизу гости и дружки.

Этаж второй.

По карнизу можно перейти на крышу конюшни. А оттуда спуститься во двор. Я это продумывала однажды, когда планировала побег в очередной раз.

Во дворе полно людей, но все заняты друг другом. Давно темно и Виталик наводит суматоху на первом этаже. Они сейчас поймут, что такой Князев и он получит свое.

По карнизу перехожу на красную черепицу конюшни. Секунд тридцать потратила. Пробегаю по крыше и спускаюсь в районе беседки. Отсюда до калитки рукой подать.

Кажется, он уже джип заводит!

Изнутри калитка отпирается кнопкой. Здесь камеры и меня быстро обнаружит, но это только повод действовать быстрее.

Распахиваю калитку.

Машина Князев ревет двигателем. Уже стоп-сигналы горят.

Вышла бы на секунду позже, он бы уехал.

Запрыгиваю в джип на ходу, и вцепляюсь в ремень безопасности. Даже если выталкивать будет – не выйду! Пристегиваюсь со скоростью ветра.

– Тебе чего, красавица? – Максим рассматривает мои растрепанные волосы и раскрасневшееся лицо.

Ну и вздымающуюся от тяжелого дыхания грудь тоже рассматривает.

– Заберите меня с собой! – выпаливаю я.

– Это с какой стати? Иди к мужу, ты замуж вышла.

– Вы и есть мой муж! – счастливо улыбаюсь я, показывая открытый паспорт. – Вы же Максим Князев? Через секунду здесь будут Рахимовы! В ваших интересах сваливать как можно быстрее!

Я думала, он разозлиться и начнет орать – объяснений с моим отцом предстоит много… Но в глубине глаз зажигаются огоньки. С легкой усмешкой он смотрит в зеркала: там в окружении гостей на крыльце появляется разъяренный Виталик.

Ну все, он разобрался, кто «увел» невесту!

– Признавайся, это ты подстроила?

– Клянусь, что нет! Не знаю, как это произошло!

Из внутреннего кармана пиджака Максим достает паспорт.

Открывает на нужной странице и хмыкает, рассматривая штамп. На странице целая шеренга браков и разводов. Наш последний.

– Реально, – усмехается он. – Мы женаты. Твою мать!

Он давит газ так резко, что меня подбрасывает. Вжимаюсь в кресло, пока джип рвет прочь от дома. В ночь.

– Они перекроют дорогу, – сдавленно бормочу я.

– Им еще понять надо, что происходит, – отвечает Максим, но взгляд, брошенный в зеркала, тревожный.

Мы разгоняемся.

За городом так хорошо: я приспускаю окно и в салон врывается запах мокрой хвои, треск сверчков и шум мотора. Он ревет мощно – на разрыв.

От адреналина ощущаю в животе щекотку.

У меня только паспорт при себе! Ни денег, ни вещей. Планов тоже никаких. За мной погоня и я сбежала с человеком, которого несколько часов знаю.

Но я счастлива, черт возьми!

Брачная ночь отменяется. Лишь бы Максим оказался прав, и нас не успели перехватить.

На КПП коттеджного поселка тихо. Максим прикладывает пропуск к автоматическому шлагбауму. Я тревожно смотрю в зеркало и выдыхаю, когда джип прорывается на дорогу.

По обе стороны от нас густой сосновый лес, а впереди – свобода…

– Слава богу, – закрываю глаза.

– Рано радуешься, – у него насмешливый голос. – За нами пошлют людей.

Максим сосредоточен на дороге.

У него немного острые черты лица, такими в кино изображают вампиров и аристократов. Приятная внешность. Когда он щурится, в уголках глаз собираются морщины.

– Оставьте меня на вокзале, – прошу я. – Спасибо, что помогли выбраться из поселка.

Он молчит.

Никакого тебе «пожалуйста». Не похож на рыцаря. Ну вот не похож и все!

– И куда ты потом?

– Подруга привезет деньги, уеду… – качаю головой. – В Питер, наверное.

– То есть, планов нет?

Мне мерещится осуждение.

– Вы, наверное, думаете, я взбалмошная богатая сучка, да? Вы не знаете, какой мой отец на самом деле! Вы правда друзья?

– До того, как я увез его дочь были, – замечает он. – Теперь не думаю.

– Он хотел, чтобы я вышла замуж за этого урода. А я его ненавижу, понимаете? И жить с ним не смогу. Так что, планов нет, но главное, я свободна. Спасибо вам еще раз. Оставьте меня на вокзале, я решу проблемы сама… Вам действительно лучше не пересекаться с моим отцом в ближайшее время. Да и с Рахимовыми тоже.

Пауза.

– Я не могу оставить тебя на вокзале. Ты моя жена, Леля, ведь так?

От оторопи открываю рот.

– Да, но…

– Ты же на это давила, когда просила увезти. Я сделал, как ты просила.

– И что же… – не понимаю, какой у него план.

И не факт, что он меня устроит!

– Поедешь со мной в столицу. Ко мне домой. Или теперь надо говорить – к нам домой?

Хищная улыбка с налетом снисхождения пугает.

– Это лучше, чем вокзал поверь. Тем более, знаешь, что случится через минуту, как я тебя высажу и ты позвонишь подруге?

– Что?

– Она сообщит твоему отцу и за тобой примчится охрана. Тебя разведут со мной и выдадут замуж на этот раз правильно.

– Неправда!

– Правда. Ты сама поймешь, когда подумаешь. Она ничего тебе не должна, а проблем может получить много.

Лиза не такая!

Хочу поспорить, злюсь, но быстро успокаиваюсь. Потому что Максим прав… Она ушла, когда ей сказали не вмешиваться. Против своего отца она не пойдет. А он считает, что мои проблемы – это мои проблемы, а не его дочки драгоценной.

Мне нужны деньги, чтобы снять квартиру, несколько месяцев на жизнь, на личные вещи и одежду… У меня ничего нет с собой. Даже диплома.

– Соглашайся.

– Ну что ж… Столица не хуже. Надеюсь, вы порядочный человек. Как вы думаете, кто подменил паспорта?

– Не знаю…

Максим неосознанно проводит ладонью по карману пиджака. Понимаю, о чем он. Его документы были в кармане, сумке или машине – но в безопасности. Кто их забрал, неизвестно. И еще непонятнее, для чего это сделали?

Самое логично: он же и подменил паспорт, только в чем выгода?

– Может, это были вы?

– Я? – смеется Максим. – Скорее ты.

– Я все время была в комнате, даже не знаю кто и когда возил документы в ЗАГС. У вас явно было больше возможностей.

– Мой паспорт лежал в машине, в бардачке. Машина на сигналке. Это очень хороший вопрос, Леля, кто это сделал и для чего. Разберусь, будь уверена. Поймаю и косу оторву.

– Думаете, это женщина?

– Кто еще. Ход чисто женский. Я в барышнях хорошо разбираюсь, поверь.

Лиза?

Она бы не смогла, хотя просто напрашивается в главные подозреваемые.

– Поспи, путь до столицы долгий. К утру будем там.

Князев

Добираются к четырем утра.

Гнал всю дорогу и вымотался, как никогда.

– Заходи, – он включает свет, запуская девчонку в святую святых – свой дом. – У меня скромно, ты к такому не привыкла… Но чем располагаю, то рад предложить. Прошу к очагу в моей хижине.

– Ого, – выдыхает она.

Слегка слукавил: просторная одинокая квартира как с картинки буклета. Но Леля к такому привыкла, разве нет? Элитная девочка.

– У вас отличный дом.

– Завтра покажу. Сегодня, извини, устал.

Девушка зевает без стеснения, с любопытством смотрит на него. И он тоже рассматривает: тонкие ключицы, красивый изгиб шеи, огромные глаза, высокие скулы, но больше всего – полные губы.

Горячая у Коли дочка.

Совсем молоденькая. Но сладкая, как переспелая малина и губы такого же цвета… Так и хочется сорвать ягодку.

Смотрит в глаза.

– Покажу тебе комнату, – Максим сворачивает влево, избегая смотреть еще и на грудь малышки. Щелкает выключателем. – Извини, влажной уборки не было. Подойдет?

– Я сама уберусь.

– Не знал, что принцессы убираются.

– Я не принцесса, Максим... Можно вас так называть?

– Конечно, – он слегка улыбается. – Разве мужа называют Максим Владимирович или господин Князев?

Она смущенно хихикает, потупив взгляд, и из-под образа дерзкой девчонки проступает… нежность. Та самая нежность розовых лепестков, которые можно смять в ладонях, но не делаешь этого. Слишком они прекрасны.

– Постельное сама найдешь. Разберемся с тобой утром, красавица.

Он проходит мимо, вдохнув хрустальный запах ее жасминовых духов. Этот аромат всю дорогу его одолевал. Теперь жасмин ассоциируется с Лелей.

На ходу сбрасывает пиджак, вынимает пушку и ловит ее любопытный взгляд. Поворачивается, бросив пиджак на сгиб локтя. Пушка в другой руке направлена стволом к полу.

Леля рассматривает его со спины.

На полных губах полуулыбка. Очень ей идет.

– Спокойной ночи, Максим, – девушка тихо закрывает дверь.

Жена!

Его жена.

– Спокойно, – под дверью Лели гаснет полоска света. – Ну, ты и вляпался…

Звонок поднимает его через два часа.

В шесть утра.

Отец Лели.

– Алло, – хрипло отвечает Максим, от усталости голос такой, словно бухал всю ночь.

– Где Леля, Максим? – голос сдержанный, но в нем прячется буря.

– Со мной. Слушай, сейчас шесть… Забыл про часовые пояса? Мы спим.

– Что?! Ты! Ты! – он запинается от гнева и плюется, как кипящий чайник. – Я доверил тебе дочь! Ты что творишь, Максим?! Ты понимаешь, что после этого мы…

– Ну? – спокойно спрашивает он, понимая, что хотел сказать, но не сказал Николай.

Что мы кровники.

Максима это слегка закусывает. «Мы спим» старый друг понял по-своему. Теперь за то, что трахнул мою дочь, получишь перо.

– С ней все нормально. Утихомирься, Коль.

– Это правда про штамп в паспорте?

– Выходит, да. Не знаю, как вышло – у твоих людей нужно спрашивать. Паспорт был в машине, там его и нашел потом. Только уже с регистрацией. Кто подменил – я клянусь, не знаю!

Долгая пауза.

– Ты врешь, – шипит он.

Максим вздыхает.

Ты вляпался, повторяет он про себя.

– Может твоя дочь подменила? Или ее подруга, или кто-то, ей сочувствующий. Ты тоже не прав, что гонишь девку под венец! Она не хочет.

– Это не твое дело! Я обратился к тебе, как к другу! Я тебе верил! – ор падает до шипения.

Максим снова вздыхает и опускает ноги с кровати, протирая глаза. Еще бы хоть часа три поспать…

– Она не хочет замуж, что еще обсуждать?

– Значит так. Позвони Рахимовым и скажи, где вы. Они ее заберут.

Максим вспоминает малиновые губы.

И вот эти губы будет в первый раз целовать тот глист, за которого она должна была выйти?

– Мне не нравится ее жених.

– Это не твое дело! Это моя дочь, мне решать, за кого она выйдет замуж!

Максим усмехается.

– Выходит, что нет. Это моя жена, Коль.

– Отдай ее Рахимовым, не подводи меня!

– Нет, – четко отвечает он.

Долгая пауза.

Еще длиннее предыдущей!

– Ты отдаешь отчет, что творишь?

Он уже успокоился – спрашивает спокойным тоном. Ты понимаешь, что будет, если пойдешь против Рахимовых и меня, и не вернешь то, что тебе не принадлежит? Она не твоя.

– Давай, сначала поговорю с ней.

– И?

– Сейчас шесть, она спит. Утром поговорю с ней. Она не хочет замуж. Как бы еще похуже что не выкинула. Успокою ее для начала.

– Даю тебе время до десяти утра. Затем звони Рахимовым, иначе у тебя будут огромные проблемы.

– Я не люблю, когда мне угрожают.

– Это моя дочь, – безапелляционно говорит он. – Надеюсь, ты ее не тронул. И она все еще девочка.

– За кого ты меня принимаешь? Я девок не насилую.

– Тогда еще есть шанс замять дело. Скорее всего, Леля или ее подружка стоят за этим. Отдай ее Рахимовым и инцидент исчерпан.

Максим молча выключает телефон.

А невеста-то девственница…

Максим прислушивается: вроде в ванной шумит что-то. Он встает с кровати – разбудил, старый черт своим звонком – идет на шум.

Леля в душевой кабине.

Через матовое стекло видно силуэт. Она запрокидывает голову, чтобы намочить пышные волосы. Против воли он представляет, как она ловит капли воды полными губами и по венам кровь бежит бодрее.

Горячая дамочка…

В ней есть что-то колдовское. Даже от легкого силуэта на стекле не отвести глаз.

– И что с тобой делать утром?

Давно в его доме не было женщин… И запах свежесваренного кофе давно не будил.

Максим встает, в этот раз ощущая легкость в теле.

Смотрит на часы.

Десять утра.

– Опоздал, – усмехается он.

Максим принимает холодный душ и набрасывает черный халат на голое тело. Придирчиво осматривает щетину. Подправит после кофе… Или завтра. Сегодня выходной.

Идет в кухню.

Это надо же…

Леля варит кофе в его рубашке. Поворачивается: абсолютно уверенная в себе и красивая. Солнечный луч скользит по скулам, изгибу шеи и плечу, выглянувшему из наспех застегнутой рубашки.

– Я думал, ты мне приснилась, – хрипло говорит он.

Она дарит легкую улыбку.

Уголки полных губ слегка приподнимаются.

– Познакомимся, жена?

Она ловко снимает турку и разливает кофе в две белые чашки.

Посуду уже нашла. И шкаф с одеждой.

– Надела твою рубашку, после душа не во что было переодеться. И я там свое белье постирала, извини за неудобство… Но у меня совсем ничего нет.

Белье?

Она что, без трусов?

– Тебе с молоком или со сливками? Я и то, и другое нашла.

Уже хозяйничает.

– Черный.

– Даже без сахара?

– Без.

– Это твой, – одну протягивает одну из чашек.

С такой хитринкой смотрит, словно думает о чем-то смешном. Ситуация сама по себе пикантна: они женаты, черт возьми! На самом деле!

– Так, давай-ка поговорим, – он перехватывает чашку Лели и сажает на стул.

Забросив ногу на ногу, Леля поправляет полы рубашки, чтобы не открыли слишком много.

– Твой отец звонил ночью, – без улыбки сообщает он.

Она прикусывает нижнюю губу. Огонь, девка!

– Я должен отдать тебя Рахимовым. Сегодня. После десяти. Если не хочешь, чтобы это случилось, рассказывай, с кем имею дело.

– Ты правда можешь меня не отдать?

– Ты сомневаешься?

Она молчит.

– С моим отцом не спорят, – пожимает она плечами. – И с Рахимовыми тоже. Но я могу уйти и у тебя не будет проблем. Скажешь, что сбежала.

– И куда ты пойдешь? На улицу? Что будешь делать?

Она пожимает плечами.

– Дай мне денег, – прямо просит Леля. – Уеду в Питер, сниму квартиру, устроюсь на работу… Через год-другой, они успокоятся. Или Виталик женится, и я смогу жить спокойно.

– Плохой план, Леля. Тебя быстро найдут по диплому или паспорту. Снимать жилье и искать работу ты собралась под своим именем?

– Я могу купить новый паспорт.

– И диплом? Деньги закончатся, я уже представляю, как ты работаешь на кассе или уборщицей. Ты не справишься.

– Ну и что же делать тогда? Есть план получше?

– Есть, – он делает глоток кофе.

Это не специальная пауза: самому нужно утрясти мысли.

Кажется, он сошел с ума, но…

– Оставайся моей женой.