Дубай. Цена измены

Пролог

«Не поднимай глаз, пока он не разрешит. Не заговаривай первой. Не вздумай спорить, если хочешь жить» — полная инструкция получена. Меня ведут к тому, кто приказал меня похитить. Я, наконец-то, увижу его лицо. Человек, лишивший меня свободы прямо за этой дверью. И я буду смотреть, потому что не рабыня и не товар. Заговорю первой, потому что у меня много вопросов. И спорить, нам, наверняка, придётся, ведь в мои планы не входит оставаться здесь. Ещё бы понимать где я нахожусь...

Мы с мужем собирались в отпуск в Дубай. С фиктивным мужем в фиктивное свадебное путешествие. Ему зачем-то понадобилась жена. Отец посчитал этот брак выгодной сделкой. Спросили ли чего хочу я? Конечно же, нет. И вот я чёрт знает где! Ни мужа, ни отца и мне велено не отказывать господину, заказавшему русскую. Интересно, что заснула я в России, а где проснулась — неизвестно.

— Ты всё запомнила?

— Да-да, особенно про «хочешь жить» — Киваю я, предполагая, что это самое «жить» мне осталось недолго.

— Входи. — Массивная дверь отворилась. Несколько шагов и я внутри, а мой провожатый остался за дверью. Мужчина говорил на чистейшем русском, но он единственный. Остальные, как я поняла, не понимают нашу речь или не считают нужным показывать, что понимают.

Делаю несколько шагов вперёд и замираю. Всё здесь пышет богатством. Роскошь в мелочах. Напольные вазы, наверное, эпохи династии Цин, а в них диковинные цветы. Золотые занавески колышутся от дуновения ветерка. Окно открыто и потому в помещении слишком жарко, несмотря на работающий кондиционер.

Но вот мои глаза останавливаются на мужском силуэте. Я его знаю! От осознания делается не по себе. Мужчина закрывает окно и медленно поворачивается, впиваясь в меня глазами. Сердце рухнуло в пятки. Твою ж мать! Вот теперь мне хана! Влипла по самое не балуйся.

— Добро пожаловать в Дубай, Лика!
***

Одним прекрасным, ничем не примечательным утром, я проснулась от дребезжания мобильного по столику. Противный звук вырвал меня из объятий сна.

— И кому не спится с утра пораньше? — Простонала я жмурясь. В попытке дотянуться до раздражителя, случайно скинула его со столика. Чёрт. Окончательное пробуждение наступает внезапно, когда зрение передаёт мозгу сигнал о том, что я не в своей квартире. От резкого подъёма мир накреняется, а голова напоминает, что вчера я конкретно перебрала. И тут настаёт второй этап прозрения: я в мужской футболке. Трусы, слава богу, на мне. И они мои — уже что-то.

Выбираюсь из комнатки, оглядываясь по сторонам. Удивительно, что на двуспальной кровати я лежала в позе звезды. Где же тот, кому подфартило уволочь мою тушку с празднования дня рождения подруги? Лучше бы с ним не пересекаться, хотя и маловероятно. Пробираюсь в ванную так никого и не встретив, наспех умываюсь и обнаруживаю своё платьишко в мелкий горох. Поля зовёт его «а-ля село», а мне нравится. Пусть денег, благодаря папе у меня предостаточно, не мажорка я, вот совсем. За брендами не гоняюсь и на тусовках не зависаю. Ну почти.

Крышу мне сорвало относительно недавно и виной тому громкий развод. Муж-засранец тот ещё, все нервы мне вымотал. И как я с ним пять лет прожила? Да фиг его знает! Вышла я за него по собственной воле, как ни странно. Повелась на красивую лапшу, которую он от души вешал на мои нежные ушки. Ах да, и на его смазливую мордашку! Что ни говори, этого у него не отнять. Вот только для счастья семейного маловато будет. Наверное, вселенная что-то такое предчувствовала, потому и детей у нас не случилось. С одной стороны, радоваться бы, что такой ниточкой нас не связало, а с другой — тридцатник подкрался незаметно.

Эх, что-то не вовремя я вдарилась в воспоминания! Надо сматываться поскорее. Натянув ещё влажное и пахнущее свежестью платье, радуюсь, что кто-то оказался рыцарем и забросил его в стирку. Блондинистое гнездо приглаживаю пальцами и вылезаю из укрытия почти человеком. Итак, теперь осталось сумочку отыскать и уйти не прощаясь. На носочках крадусь в прихожую, замечая в приоткрытых дверях комнаты диван и мужскую руку, свисающую с подлокотника. Божечки-кошечки! Хозяин квартиры уступил мне шикарную двуспалку, а сам жмётся на диванчике? Положив руку на сердце восхитилась его благородством.

Окстись, Лика! Все мужчины — зло! Но любопытство так и подрывало хоть одним глазком взглянуть на того, кто притащил меня в эту миленькую квартирку с таким метражом, что потеряться можно и не найтись. Крадучись добираюсь до дверного проёма, протискиваюсь и оглядываю элитного спящего самца. Со спины довольно красивый экземпляр. Руку обвивает дракон до самого плеча. На шее надпись, прочитать которую не успеваю, потому как мужчина зашевелился. «Пора валить отсюда!» Утвердительно кивнув самой себе, как самому лучшему собеседнику, я схватила сумочку, обнаруженную на тумбочке, напялила туфли и умчалась.

— Вот и славненько! Никаких прощальных завтраков и пустых разговоров. — Выдохнула я вслух, нетерпеливо жмякая кнопку вызова лифта. Домик-то приличный, зацениваю, покидая незнакомое местечко. Консьерж-цербер с улыбкой Мона-Лизы, охрана внимательная и не пузатая, территория придомовая очень даже ничего. Фух! Выбралась.

Мобильник мой оказался живучим. Дофигиллион пропущенных от папы, парочка от Поли. Попадёт мне. Вроде, взрослая девочка, но отец по головке не погладит за игнор. Он вряд ли догадывается, что я как умертвие валялась до утра без шанса на воскрешение. По нему мой развод тоже ударил.

Есть такие людишки, которые всё портят даже под финал. Вадик — гад редкостный шантажировал отца, что сольёт мои интимные фотки в сеть. Чтобы его заткнуть, папа отвалил бывшему зятю немало. Я покрутила пальцем у виска, когда услышала выплаченную этому ничтожеству сумму. Ну слил бы и что? Да кому сдалась моя попа? Но отец посчитал иначе. Не для того он дочку растил, чтоб каждый на её орех любовался! Ну ладно, не только на орех. Вызвав такси, я набрала папе.

— Доброе утро, пап! — Только и успела сказать, прежде чем из динамика полилась гневная тирада. Создав расстояние между ухом и мобильником с сочащейся из него бранью около двадцати сантиметров, я ждала, когда отец выговорится. — Пап, ты закончил? Твоя дочь была на дне рождении и это НОРМАЛЬНО в тридцать лет не отчитываться о каждом шаге!

— Да я все морги обзвонил и больницы!

— Обычно начинают с больниц и заканчивают моргами. Эх, а я думала, ты меня хоть немножко любишь. — Причитаю я шутливо.

— С тобой совершенно невозможно разговаривать! — Слышу снова его вздох.

— Пап, давай потом поговорим? У меня башка, как после не слишком удачной казни трещит, а во рту вообще Сахара. — Жалобно скулю я.

— Вот и что с тобой делать, дочь?

— Холить и лелеять. Ты выяснил, что я жива, маньяком не придушена, так что, на сим попрощаемся. Я тебе сама позвоню. Завтра или на недельке...

Добравшись до квартиры, радуюсь, что в своё время отказалась вернуться в отцовский дом. После развода с Вадиком, я бы у папочки по струнке ходила, соблюдая комендантский час. Так-то он мужик хороший, но забывает, что я, блин, взрослая, причём давно. А Вадик... Ну кто не совершал ошибок по молодости, да неопытности? Но я, конечно, дура со стажем. И как пять лет продержалась? Всё ровненько у нас было, без скандалов. Привыкли друг к другу. А потом хоба! Получи и распишись...

Я по натуре человек спокойный, а Вадим умело играл роль семьянина до поры. Одним прекрасным утром пелена с моих глаз спала окончательно и бесповоротно. Как сейчас помню женские стоны, доносящиеся из нашей кухни.

Полтора года назад...

Дверь не заперта. Женский заливистый смех, а после резкий вскрик, переходящий в стоны. Я иду на этот звук, уже понимая, что это конец. Но если любишь правду, непременно посмотришь ей в глаза. Усадив на стол, за которым мы обычно ужинали вместе, Вадик жарит какую-то девицу. К горлу подкатило от омерзительности ситуации. А я ведь просто вернулась из Питера раньше на денёк. Думала, проведём его вместе.

— Кхе-кхе... — Слышно кашлянула я. — Не помешаю? — Не стала дожидаться финала. Пусть не удовлетворятся, я имею право на малюсенькое возмещение морального ущерба.

— Лика? Чёрт! — Моментально выходит из своей подружки мой муженёк. Наспех натягивает боксеры.

— Так Лика или чёрт? — Переспрашиваю горько усмехаясь. Самое странное, что мне противно, но почти не больно. Может, потом наступит осознание произошедшего?

— Ты не так всё поняла! Я объясню! — Муж ищет подходящий вариант, но, упс!

— Спасибо, не нуждаюсь. Существенных проблем со зрением у меня нет. Девушка, вы давайте уже начинайте крабом двигаться в сторону входной двери. — Обращаюсь к опешившей незнакомке.

— Ва-а-а-дь? А это кто? — Томно звучит её голосок.

— Хозяйка квартирная! — Истерически хохочу я. — Вот, выселять пришла за неуплату. И к тому же в договоре аренды строго прописано: «не трахать стол!»

В тот день я выставила мужа из квартиры, вызвала грузчиков, которые вынесли на помойку стол, а после и клининг, чтобы не оставить ни следа от страсти тех двоих. Квартиру я решила не продавать. Будто, если я сделаю это, покажу слабость. Взяв отпуск, я укатила на острова на десять дней. И казалось, избавилась от мусора в своей жизни, вот только ты его на выход, а он обратно. Вадик постоянно названивал и торчал под дверью. Через пару месяцев он понял, что пощады не будет и приступил к плану «Б».

Наше время...

Наша затяжная война закончилась совсем недавно. И вдохнув воздух свободы мне захотелось перемен. Я решила измениться. Сменив причёску, стиль одежды и духи, этим не ограничилась. С внешними переменами под ручку должны идти внутренние. Раньше я не то, чтобы домоседила, но особо не зажигала. Поля поначалу звала меня на всякие тусы, а потом перестала. Когда же подружка пригласила меня на день рождения я тут же сказала, что непременно буду. Поля любит пафосные местечки, потому я часто отнекивалась, искала повод как бы аккуратно съехать с темы. И пока состояла в отношениях с Вадиком, совесть меня не мучила.

Вчера я шагнула в тот мир, которого так сторонилась, а утром... Хм, вряд ли у нас с тем мужиком что-то было. Я бы почувствовала! Или нет? Точно, нет! Не могла ж я с первым встречным! Думаю, он приволок моё тело в своё элитное логово в надежде на продолжение, но я отрубилась. Надо лучше выбирать, дружочек! Анжелика Михайловна не пьёт больше двух бокалов, иначе её уносит в страну сновидений.

Заварив крепчайший кофеёк, я пыталась вспомнить как прошёл вечер. Но память стёрта, информация утеряна и... Поля звонит. А ей-то чего не спится?

— Да, новорожденная уже дофига часов как! — Приветствую, делая глоток горькой жидкости.

— Ты трубку брать научишься когда-нибудь? Могла хотя бы перезвонить! — Кажется, у них с моим папой идеальный тандем бы получился. Пилят одинаково. Отец мой как овдовел, так больше и не женился. Может, потому меня и пытается контролировать. Но получается через раз.

— Слушай, Горохова! У меня голова и так гудит. И вообще, чего в такую рань поднялась? Ещё пару эротических снов могла посмотреть. — Ворчу я в ответ.

— Да вот хотела узнать жива ли ты! Смылась из клуба посреди ночи с каким-то мужиком ни слова не сказав. Ты за него замуж не вышла, случайно? А то вдруг у тебя патология, чуть что, сразу в ЗАГС! — Верещит Полина.

— Слушай, не гунди. И откуда ты про мужика знаешь? Почему не остановила, раз видела? — А ещё, называется, подруга...

— По камерам увидела, когда охрану на уши подняла, что человек пропал! На меня смотрели как на последнюю идиотку. Я ведь заверила, что моя подруженька ни за что, не предупредив не свинтит. Наврала... Хотя нет, правду сказала, что муж твой бывший — подозрительная личность. И мне бухтя, показали, как ты повисла на каком-то блондине. А потом он тебя на руки как невесту подхватил и унёс.

— Вот скажи мне, Поля... — Начала я переходить в наступление. — Меня мужик увёз, а пропущенных с твоего номера всего два. Это ты моему папаше стуканула?

— Я! — Ничуть не тушуясь храбро созналась подруга. — Врать я, Царёва, не люблю. Михаил Сергеевич сам позвонил, когда до тебя не дозвонился. Я ему всё на чистоту и выложила.

— И про мужика?

— И про него. — И тут я нервно сглотнула. Отец меня прикопает. Сегодня он мне кровь вытрезвить дал, а завтра кирдык. Выпив кофе залпом, я мысленно просила политического убежища где угодно, лишь бы не встречаться с грозным взглядом отца, которому от меня одни проблемы.

— Ладно, Поля, если что, не поминай лихом. — Простилась я с подругой. Ещё только утро, а день уже не задался...

Пережив день похмелья, я, как и предполагала получила от отца приказ явиться. А так, как он человек занятой, то назначил мне встречу в компании. Я села в свою любимую машинку, пережившую со мной развод по-русски и поехала на ковёр к великому и ужасному. Папа умеет нагнать шороху, когда я косячу, а косячу в последнее время часто. Снеся один из столбиков припарковалась и пошла класть бестолковую голову на плаху.

— У себя? — Спрашиваю секретаршу. Новенькая? Хм... Ничего такая. Будь папочка лет на десять моложе мог бы и запасть, наверное. О чём это я? Ах да, мой отец после мамы так и не женился. Я, правда, не из тех дочерей, которые считают, что траур должен быть вечным. Но и лезть к человеку, пытаясь устроить его жизнь тоже не могу. Он старше, опытнее, мудрее в конце концов.

— Да-да. У него встреча. Я сейчас уточню. — Лаконично отвечает девушка.

— Агась. — Киваю. Она, уточнив моё имя и фамилию, быстренько складывает два и два, и вся вытягивается в струнку. Я избавилась от груза мужниной фамилии и снова стала Царёвой. Так что сомнений в том, что мы с её начальником родственники у секретарши не возникло.

— Проходите, вас ожидают. — Натянуто улыбнулась брюнетка.

— Иду. — Скорее сама себя подгоняла я. Глубокий вдох и вхожу в кабинет. Забавно... Отец не один. Он меня при этом мужике песочить будет? Блондинчик смотрит на меня уж очень пристально. И видок у него такой самоуверенный, что так и тянет чего-нибудь отчебучить.

— Привет, пап! — Вскидываю руку в приветственном жесте. — И вам здравствуйте.

— Проходи, Лика, присаживайся. — Указывает на одно из кресел отец. — Моя дочь — Анжелика. — Представляет меня незнакомцу. — А это, познакомься, Лика, мой теперь уже, надеюсь, деловой партнёр — Андрей Степанович Шевцов. — Понятно, к чему такая вежливость. Не вовремя я пришла. Видимо, этот партнёр отчалить не успел до моего появления. Мужчина кивает и слегка улыбается. И почему его улыбка, будто, имеет под собой подтекст?

— Очень рада. — Небрежно бросаю я, чтобы от меня отстали. — Пап, может я в другой раз заеду?

— Лика! — Возмущается отец не в полную меру.

— Что? У вас переговоры, я не хочу мешать. — Вот бы здорово было свалить под этим предлогом.

— Наши переговоры касаются и вас, Лика. — Делает акцент на моём имени Шевцов.

— Хм... Я далека от бизнеса, как от Китая. — Сладенько сообщаю вполне правдивые сведения. Ну не вышло из меня достойной наследницы империи, которую построил отец...

— И тем не менее. — Говорит уже папа. — Наши переговоры напрямую касаются тебя. — Смотрю на папу и жду продолжения, а пауза всё затягивается.

— Ну и? — Не выдерживаю подвисшей в воздухе интриги. Начинаю тарабанить пальцами по столу и тогда оживает новый знакомый.

— Анжелика. Мне нужна жена. — Говорит Шевцов. Меня будто под дых ударили. Какого чёрта? Я-то здесь каким боком?

— Ну что могу сказать, рада за вас. Уверена, полно кандидаток на эту роль. — Кладу руку на сердце. Напрягает меня отец, поджимающий губы. Блондин глядит так, что дыру на мне скоро протрёт. Зачем мне сообщать о том, что хочет жениться?

— Роль... Хм... В некоторой степени так и есть. Дело в том, что для заключения некоторых договоров с очень влиятельными людьми, полагается иметь соответствующий статус. Семейное положение: «холост» — их не устроит. Это большие деньги и очень выгодные контракты, Лика. — Тут я прерываю его монолог.

— Стоп! Это всё очень интересно, но я правда не понимаю зачем делиться с окружающими такими подробностями.

— Лика! — Шипит отец. — Где твоя тактичность?

— Была, сплыла. Ты же знаешь, пап. — Развела я руками. Да, воспитанная девочка погребена под развалами бракоразводного процесса.

— Я делаю вам предложение стать... Моей женой. — Произносит спокойно и уверенно Шевцов. У меня глюки? Наверное, я что-то не то съела. Но тут он достаёт бархатную коробочку, а в ней, можно не сомневаться, колечко. Я заливаюсь смехом и двое мужчин ждут, когда моя истерика сойдёт на ней.

— Если это всё, я, пожалуй, пойду. А вам Андрей Степанович, желаю удачи. — Поднимаюсь и выхожу, несмотря на окрики папы.

Выхожу из здания, а телефон мой разрывается от звонков отца. Ну, извини, папочка, не в настроении я с тобой беседы вести. Знает же, какую нервотрёпку я пережила и вот так подставляет. Думала, он как-то остановит этот поток бреда, вырывающийся из уст его «делового» партнёра. Запрыгиваю в свою машинку и уезжаю прочь. Надо будет Поле рассказать, вот умора!

Домой решила пока не ехать, а по городу поколесить. Не удивлюсь, если отец бросит все свои дела и заявится ко мне на квартиру. А я, скорее всего, не сдержусь и выскажу всё без цензуры о его странном молчании. Мог бы вступиться за дочь, так он сам меня, будто, сосватал. Из брака в брак меня засунуть хочет.

Телефон мой разрядился, и я не смогла дозвониться подружке. Ладно, похохочем в другой раз. Домой я вернулась поздним вечером, когда уже клонило ко сну. Достав ключ, вставила его в замочную скважину и обнаружила, что дверь не заперта. Это ещё что такое? Пячусь назад, потому как ключиков ни у кого, кроме меня не имеется. Я ж замки все сменила.

Мой дом — моя крепость. Меня обворовать решили? А мобильничек-то приказал долго жить. Соседи! Точно! Они-то мне и помогут. Хочу спуститься на этаж ниже, но только подойдя к ступенькам вижу мужчину. Его оскал мне совершенно не нравится. Кажется, меня тут ждали...

Незнакомец стремительно преодолевает разделяющее нас расстояние и заталкивает меня в квартиру. И вякнуть не успеваю. Его мощная ладонь закрывает мне рот. Брыкаюсь, но мне быстро дают понять, что нянчиться никто не будет. Внутри ещё один, он-то мне затрещину и влепил со всей дури. Щека горит и больно так, что жуть.

— Угомонись уже! — Шипит неприятный тип. — Или добавки хочешь? — Угрожает он. — Поговорим? — Моргнув в знак согласия, жду, когда мне изложат суть «визита». Деньги им нужны, зуб даю! И то, что оказались они здесь не случайно тоже ясен пень.

— Слушай сюда, цыпочка. — Вещает бандюган, досматриваю мою сумочку с пристрастием. — Сейчас прокатимся и ты обналичишь папочкину кредитку. Будешь хорошо себя вести, вернёшься домой целая, а нет... Ну сама поняла, ведь не совсем дурочка? — Противно ржут оба.

— И веди себя тихо, усекла? — Пихает меня второй. Как тут не усечь. Киваю. Навёл их на меня кто-то и этот «кто-то» получит бумерангом по тыкве, если конечно, меня не прикопают в тихом безлюдном местечке.

— Шагай, давай. — Шпиняют меня как дворняжку.

Ноги как ватные. Идём к лифту. Дверь квартиры остаётся не заперта. Про себя смеюсь, что теперь кому-то сильно не повезёт, если решит ограбить. Всё спёрто до него. Огромный палец тыркает кнопку вызова лифта в нетерпении. Наконец-то кабина поднимается с первого этажа. Створки разъезжаются, и я вижу Шевцова собственной персоной. А-фи-геть!

Бандиты в растерянности, а вот Андрей им форы не дал. Хук справа, хук слева, раскидал как котят, а потом добавки всыпал. Стою, ресницами хлопаю в недоумении и лёгком шоке. Мужчина набирает кому-то и уводит, остолбеневшую меня в квартиру.

— А они как же... — Пальцем показываю на дверь. — Полицию, может, вызвать?

— Лика. — Усаживает меня на диванчик. — Они тебе успели что-то сделать кроме... — Осекается, глядя на мою, вероятно припухшую щёку.

— Н-нет. — Мотаю головой. Дверь распахивается и перед нами двое из ларца, но разные с лица.

— Забираем голубчиков? — Спрашивает один громила.

— Да. И чтобы они сюда больше никогда. Ну ты понял. — Отрывисто и жёстко произносит Андрей.

— Убьёте? — Сиплю я. Пусть и бандюки, но нельзя же так.

— Я похож на криминального авторитета? — Глядит на меня блондин, увиливая от прямого ответа. А я на хвостик его татушки пялюсь, торчащий из-под воротника рубашки. — Сейчас ребята в аптеку сгоняют.

— Зачем?

— Завтра опухнет ещё сильнее. — Не прикасается, хоть рукой и потянулся к моему лицу.

И как часто бывает, осознание того, что могло произойти, накатывает позже. Начался, так называемый, отходняк. Тело потряхивало мелкой дрожью, а в голове туман. Андрей сделал мне сладкого чая и забрав, принесённый его человеком пакетик, достал тюбик.

— Прикрой глаза. — Просит Шевцов, я послушно закрываю. Чувствую, как наносит какую-то мазюку на пострадавшую щёку. Прикосновения его лёгкие, едва ощутимые. — Всё. Можешь, открывать. — И тут мы встречаемся взглядами. Туман в башке, начинает рассеиваться.

— Скажите, а вы чего здесь забыли? Зачем приехали? — Возникает мысль, что вполне в его интересах оказаться моим спасителем. А я такая, раз, и из благодарности соглашусь стать его фиктивной жёнушкой? Хмурюсь, предполагая дешёвую постановочную игру. — Найдите себе невесту с такой же скудной фантазией. — Цежу сквозь зубы. — На выход! — Встаю в позу чайника.

— Лика, ты серьёзно? — Хмыкает мужчина.

— Вполне.

— Вообще-то, я приехал убедить тебя стать моей женой. — Кривовато улыбается Шевцов. — И я не использую такие грязные трюки ни в бизнесе, не в личной жизни.

— Я не понимаю. — Сказала уже ему в спину. Собирался ли блондин уйти или просто взял паузу в разговоре? — Вы...

— Хватит «выкать»! Я ж не дед Пихтет. — Разворачивается и прислоняется плечом к косяку.

— Ты весь из себя важный и состоятельный. Внешними данными не обделён. Нафига тебе я? Любой предложи, согласится! А я уже сходила замуж, прогулялась и мне хватило за глаза.

— Мне не нужна любая, Лика. — Раздражённо бросает Андрей. — Ты нужна. Понимаешь?

— Нет. — И что за прихоть такая?

— Твой отец очень хочет партнёрство со мной. Слияние капиталов вполне выгодно для него, а мне ни к чему. Но я иду на этот шаг. — Начинает он изъясняться теми фразами, что я ненавижу с тех пор, как вступила в брачный возраст. Скучные разговоры надоели мне и дома. Отец не прекращал работать ни на минуту. Цифры, отчёты... Моё детство было счастливым, благодаря маме. Она не пропадала в мире чисел, слияний, поглощений и так далее.

— Так не иди.

— Тогда компания твоего отца разорится. Всё же, считаешь, надо отказаться? — Изгибает он одну бровь.

— Хочешь сказать... — Шевелила я извилинами.

— Да, вы почти банкроты. В одном шаге от. — Безмятежность на его лице контрастировала с полученными новостями.

— Не может быть! — Не верю я. — На понт берёшь, да? Отец жизнь положил на алтарь компании.

— Все ошибаются, Лика, и он ошибся. Так что, подумай. Ты же умная.

— В чём твоя выгода? — Чего-то он не договаривает...

— Я получу жену. — Отвечает без промедления.

— И?

— И всё.

— То есть ты меня покупаешь. — «А папа продаёт» — мысленно добавляю я. Забавно! И как ему удалось сбагрить такой перестарок. Молодых девиц полно, а мне тридцаточка стукнула.

— Я делаю тебе предложение. — Также спокойно говорит мужчина.

Через десять минут мы едем в дом моего отца. Шевцов оказался редкостным занудой и отказался оставлять меня в квартире, которая подверглась нападению. А мне было чихать. Слишком шокирована его «предложением». Это самый настоящий ультиматум! Всё или ничего. И как папа умудрился так оплошать? Он не признается даже под пытками.

В салоне божественно пахнет кофе. Этот аромат успокаивает, обволакивает и расслабляет. Растекаюсь, вовсе не беспокоясь как выгляжу со стороны. С бывшим мужем постоянно держала спину прямо, стараясь не то, чтобы держаться в тонусе, но не расслабляться. Да только без толку. В итоге, он променял меня на другую. Их ахи-вздохи не снятся мне в кошмарах и на том «спасибо».

— Мм... — Простонала я, забыв, что щека-то битая, случайно потерев её ладонью.

— Очень больно? Завтра в клинику отвезу. — Мельком глянул на меня Андрей.

— Я девочка самостоятельная. — Отмахнулась от щедрого предложения. — И что там врачу показывать? Ну дали затрещину, так от этого не умирают.

— Лика... — Выдохнул моё имя Шевцов. — Заеду в девять.

— Я сказала «нет». — Напомнила, если с памятью у него беда. Вроде молод ещё для склероза. Бросаю недовольный взгляд и снова цепляюсь за выглядывающий хвостик татушки. Далась она мне! — А мы с тобой нигде раньше не встречались? — Закидываю удочку на всякий случай. Редко впадаю в беспамятство. Странная ночь — исключение. «Больше не пью!» — зарекаюсь мысленно.

— Ты бы помнила. — Бросает небрежно, но моя подозрительная натура ищет подтекст. Разглядываю его в наглую.

— Любуешься?

— Ага. Фотопортрет составляю. А то спросят меня дяденьки из полиции, не знаю ли я кровожадного блондина, так сразу и выложу как на духу. — Мой сарказм очнулся ото сна.

— И как, совесть потом не замучает, если будущего мужа за решётку до выяснения упекут?

— Я не сказала «да». — Пресекаю дальнейшие рассуждения на счёт его великодушного «предложения». Андрей не спорит, не пытается переубедить. Вот и хорошо. Не время для таких разговоров.

Машина подъезжает к отцовскому дому ближе к полуночи. Я успела даже вздремнуть. Мы собрали все возможные и невозможные пробки. Благо, водитель оказался молчаливым и не тревожил мой чуткий сон. Он, как я поняла, вообще не многословен. Его дипломатичность даже бесит. Это качество, видать, въедается в плоть и кровь всем, кто так или иначе занимается бизнесом посерьёзнее шаурмичной.

— О! А вот и папочка. Сейчас плешь проест нравоучениями. — Стону я вслух. Отец вышел, услышав, что машина подъехала. Конечно же, ведь просто так здесь никто не ездит. Территория охраняемая.

— Это нормально волноваться за дочь. Я бы тоже валерьянку пил на его месте. — Вступается в его защиту Шевцов.

— Но ты на своём. — Тянусь к ручке, но выходить не спешу, выигрывая мгновения, в которые меня не пилит отец.

— Поэтому вместо валерьянки у меня другие способы успокоения. — Чуть прищуривается и отводит взгляд мужчина.

— С упокоением не перепутай. — Издав нервный смешок, отстёгиваю ремень. Андрей выходит из машины и, видимо, пытается заработать себе джентльменские баллы в моих глазах. Открывает дверку с моей стороны, помогает выбраться.

— Ты идеальный паж! — Положа руку на сердце, подкалываю. Чувство самосохранения покинуло меня в тот миг, когда я прощалась с жизнью у лифта. Бандиты могли меня укокошить «за здрасьте».

— Увидимся завтра. И помни, часики тикают, а карета вот-вот превратится в тыкву. — Напоминает о нашем щекотливом положении мужчина. Так зубы у него всё же есть! А по мордашке и деланно расслабленному поведению так и не скажешь. Шифруется. С таким опасно садится за карточный стол. Мягко стелет, да жёстко... спать.

— Напоминалку поставлю, чтобы не забыть. — Бросаю в ответ. Он кивает отцу, мол, привёз, забирайте курицу свою безмозглую и чуть не ощипанную.

Самоуверенный блондин уезжает, а мне приходится смириться с тем, что ночевать я буду в доме отца. После того, как мамы не стало, он командовал мной как отставной генерал. И это при его-то занятости! Наверное, я и замуж свинтила, чтобы получить свободу. А получила потерянные впустую годы, измену и шантаж. Папа встречает заблудшую дочь сдержанно и как-то спокойно.

— Здравствуй, дочь.

— Виделись уже. — Не хочется мне сейчас выяснять отношения от слова «совсем».

— Голодная? — Открывает двери, пропуская меня вперёд.

— Нет. Можно, я спать пойду? — Спрашиваю, как в детстве разрешения.

— Иди. — На удивление соглашается. — Я рад, что всё обошлось. — Распростёр папа объятия. — Чуть не поседел повторно. — Эмоциональность ему чужда, и я шокируюсь такому откровению. Стоим в обнимку, и я вспоминаю каково это — чувствовать тепло и поддержку.

— Пап, всё так плохо, да?

— О чём ты? — Слегка отстраняется. Не признается ведь, что самую главную партию в жизни проиграл. И выход один — выдать меня за Шевцова, чтобы мы с голым задом по миру не пошли.

— Да так. Ладно, пойду я. — Не то, чтобы я приняла эту ситуацию, но, как говорится, с мыслью, если она тебе не очень нравится, надо переспать.

Поднимаюсь в свою комнату, в которой прошли мои детские годы. Всё в ней также. Фотографии в рамочках. На них папа, мама, я и пёс Барбос. Я выплакала целый литр слёз, когда Барбос нас оставил. Старенький был. А потом ещё десять литров слёз, когда мамы не стало. Жутко, но родное лицо стёрлось из памяти. Зато фотографии всё помнят и хранят, чтобы и мы не забывали. Теперь остались я и папа. Вот и ответ. Спасай то, что можешь спасти. Компания — вся его жизнь. Всплакнув, я провалилась в сон.

Ночь прошла ужасно. Я ворочалась, то и дело шлёпаясь на пострадавшую щёку. Шипела, пытаясь вновь улечься поудобнее и проваливалась в кошмары. А утром меня бесцеремонно разбудили.

— Лика. — Слышу мужской голос. — Лика, подъём!

— Уйди! — Отмахивалась я сонно. — Не смей мне сниться... Ты противный. — Бормочу. — Такой правильный, что аж тошно. Но загадочный. Татушка, наверное, зачётная. И пахнешь вкусно. — Откровенничаю я с видением, пока не догоняю — я не сплю! Подскакиваю и вижу Шевцова.

— Какого лысого хрена ты забыл в моей комнате?! — Возмущённо ору я. — Выйди. Сейчас же! — Натягиваю одеяло повыше, прикрываясь. — Ай... — Шиплю от боли.

— Вот потому что «ай», я и здесь. Кстати, я дал тебе поспать на час дольше. А теперь пора выдвигаться. Чисть свои пёрышки и поедем к доктору Ай не болиту. — Смешинки в его глазах до чёртиков раздражают. Запускаю подушкой в наглеца, но он успевает скрыться за дверью, при этом не утратив достоинства.

— Вот же надоедливый! И что ж так больно-то... Свинцовой ладонью, что ли огрели? — Чапаю в душ, ведь знаю, от меня не отстанут.

В гостиной появляюсь спустя полчаса. Умытая, причёсанная и недовольная. Глаза слипаются, желая добрать положенные часы сна, но им подобное не светит. Отец давно уехал на работу, и мы в доме одни. Шевцов стоит у окна, попивает кофе. Аромат напитка пробуждает желудок, который тут же предательски урчит.

— Я и тебе сделал. Как никак будущая жена. — Оборачивается блондин.

— На завтраки, Андрюша, не рассчитывай. — Договариваюсь на берегу. — Фиктивная жена очень отличается от настоящей. У меня стаж имеется, так что я немного в курсе.

— Да, что ты, Ликусь, какие завтраки? А вот от ужинов не откажусь. — Подхватывает он волну. Показываю фигу, чтобы губу не раскатывал.

— Но за кофе спасибо. Я сегодня немного не в форме. — Сознаюсь, что эта мелочь мне приятна.

— Не спалось?

— Ага. Снился тёмный лес и ты с лопатой. — Добавила голосу зловещих ноток.

— Да живы твои вурдалаки. Пока что.

В клинику он меня отвозит, которую выбрал сам. Там у него знакомый доктор имеется. Радоваться или наоборот? Разберут на органы и вякнуть не успею... «Зачем ему жена?» — снова и снова повторяет внутренний голос. — «Зачем ему я?» И пусть не заливает про контракты, которые без наличия супруги подписать не сможет. Слабо верится. Мог любую клушу за определённую плату в фиктивные жёны взять, она б прыгала от радости до потолка. А он со мной возится, видя, что не горю желанием менять семейное положение.

По пути разглядываю этого загадочного, внезапного женишка. Нет, всё же красив и недостатка во внимании не должен испытывать. Излишне спокоен? Так не всем страсти-мордасти подавай. Тут что-то другое... Его костяшки белеют, сжимая руль, под моим взглядом, который продолжил бродить изучая объект с кодовым названием «муж», пока что будущий и возможный.

— Хочешь что-то сказать? — Даёт понять, что хорош пялиться.

— Спросить.

— Спрашивай. — Дёргается его кадык. И весь он какой-то напряжённый.

— Сколько у меня времени для принятия решения? — На всякий случай хочу отсрочку взять.

— Нисколько. — Мажет он по мне взглядом. — Видимо на лице у меня такое недоумение отражается, что добавляет уже мягче. — До полуночи.

— Ясно. А потом тыква... — Тяжело выдыхаю я.

— Так не хочешь замуж? Или не хочешь за меня? — Паркует автомобиль и его глаза буквально впиваются в меня как детектор лжи.

— От брака хорошего не жди. На то и слово «брак». Кстати, чтоб ты знал, у моего бывшего муженька имеются интимные фотки твоей будущей жены. Сообщаю заранее, как на исповеди. — Кладу руку на сердце. — Папочка отвалил ему немало за то, чтобы моя репутация осталась чиста. Но фотки изъять не удалось. Так что, мой жадный бывший, может затребовать приличную сумму, когда у него эти денюжки кончатся. Всё ещё хочешь на мне жениться?

— Да и жду твоего ответа. — По тому как его глаза вспыхнули трудно сказать, что там творится в голове Шевцова. Толи не готов был к таким сюрпризам, толи что другое.

— Вечером. Пришлю смс-кой. — Бросаю и выхожу из машины, пока он не начал играть в джентльмена.

Клиника элитная, видно сразу. Я к такому привычна, хотя в последний раз и не вспомню, когда была на приёме у врача. Здоровье, слава богу, отменное. С порога нас начинают «облизывать», что невероятно бесит. По моей скривившейся физиономии Андрей считывает это и называет имя врача навязчивой девице, добавляя, что мы всё сами найдём и сопровождающие нам не нужны.

— Поезжай. Работа заждалась тебя. Я уж тут сама. — Пытаюсь избавиться от свиты в его лице.

— А как же и в болезни, и в здравии? — Чуть приподнимается уголок губ.

— Это всё с настоящими жёнами и после заключения брака, не до. — Закатываю глаза.

— Прибыли. — Открывает дверь кабинета. Доктор симпатичный сидит за столом.

— О! Андрюха! — Поднимается он и с улыбкой на лице пожимает руку Шевцову. — Это, я так понимаю, она? — Переводит взгляд на меня.

— Да-да. — Поспешно отвечает блондин.

— У меня имя, кстати, есть. Анжелика. — Напоминаю для забывчивых. Обращение «она» мне категорически не нравится.

— Геннадий. — Представляется доктор, который стопроцентно разбил не одно женское сердце. — Очень рад с вами познакомиться!

Если пациентки не покупаются на эту красивую мордашку и шикарное тело, спрятанное под медицинским халатом, то определённо их сражает чувство юмора очаровательного доктора. Расстёгнутый белый халат, показывает, что мужчина не брезгует спортзалом и любит этим прихвастнуть. Зачем говорить, когда дамы сами увидят?

— Простите, а вы всегда при свидетелях? — Облизнув пересохшие губы, уточняю.

— Что? — Удивляется доктор такой постановке вопроса.

— Пациенток осматриваете. — Намекаю, что дружба дружбой, но Андрей здесь лишний.

— Хм... Я думал вы не против, учитывая обстоятельства. — Замялся доктор.

— Какие?

— Ну вы же не чужие люди. — Пытается он оправдать свой непрофессиональный подход.

— О, ну тогда после того, как поженимся, непременно пригласим в спальню. Мы ведь, не чужие люди... — Наблюдаю, как Геннадий покрывается испариной. — Расслабьтесь, доктор, я пошутила. Но Андрей пусть выйдет. В конце концов я покажу вам свою голую... — Делаю многозначительную паузу. — Щёку во всей красе.

— У тебя очаровательная невеста! — Геннадий ожидает, что Шевцов поможет ему разрулить. Они ведь друзья и явно близкие, раз о женитьбе друга он знает.

— С места не сдвинусь. — Спокойно говорит Андрей. Вот же гад! — Не могу пропустить такое зрелище, она ведь покажет тебе голую... Щёку. — 1:1, Шевцов, но это пока.

Почти уверена, что доктор счастливо выдохнул, проводив нас до дверей после осмотра. Как и ожидалось, ничего серьёзного. От затрещин ещё никто не умирал. Наверное. Шевцов с нечитаемым лицом шагал рядом, а я пялилась на будущего муженька без зазрений совести. «Кто ты такой? Что тебе от меня надо?» — повторялась одна и та же мысль.

— Лика, будешь так смотреть, я тебя поцелую. — Развернулся он резко.

— С чего это? Мы с тобой не в отношениях и даже фиктивные не дадут такого права — целовать. — Возмутилась его наглости.

— Как-никак я мужчина, а ты меня провоцируешь? Нравится то, что видишь? — Внимательно так глядел, словно, не глаза у него, а сканеры.

— Терпеть не могу блондинов! — Выдала я порцию лжи.

— Ты сама-то в зеркало давно глядела? — Огорошил меня Шевцов.

— Ч-чего? — Это ему моя внешность не нравится? Ну и не надо, не женись! Но совесть точит из-за отца. Я не могу разрушить дело его жизни одним своим «нет».

— Ты блондинка, Лика. Подобное к подобному. — Доволен собой. Явно считал по моей физиономии полную растерянность.

— А как же про противоположности, которые притягиваются? — Шиплю в ответ.

— Тебе это не светит. Придётся притянуться ко мне. По крайней мере, на бумаге. — Напоминает о том, что и так не даёт покоя.

— Ты довольно самоуверен!

— А ты нет? Твой ответ я жду до полуночи. Напоминаю, на всякий случай, если с памятью беда. И смс-ка меня не устроит. — Сверкает глазами Андрей.

— Почтового голубя послать? — Выдаю очередную шпильку.

— Я заеду, и ты лично скажешь мне своё «да». — Произносит так, что я сглатываю. Вот же... Это ведь фиктивный брак? Точно?

Мужчина собирался отвезти меня домой, но я вышла в центре. Во-первых, не хочу просидеть весь день в доме отца, долбясь головой о стены, в ожидании своего падения. Фиктивная невеста... Шандец. До-жи-ла. Поэтому, несмотря на свой непрезентабельный внешний вид, я решила встретиться с Полей и поныть на жизнь свою жестянку.

— Горохова, выходи! — Крикнула я как в детстве. Из окошка высунулась знакомая мордашка, а спустя пять минут, она выбежала из подъезда.

— Ты чего? Стряслось что-то? Ой. — Увидела меня-красавицу. — Давай, ко мне поднимемся, чайку выпьем?

— А давай как бабки на лавке с семками посидим? — Сделала я уникальное предложение.

— Или с пивом как гопники какие, да? — Хитрющие глаза сузились.

— Ну-у-у... Интересно звучит, но всё же нет. Мне нужен свежий мозг.

— Ого! Так я дружу с зомби? Только мой не ешь по старой дружбе. А вот этой можешь! Она меня своей собакой каждый раз пугает. И зачем только рядом поселилась? Ещё и с бойцовской псиной! Думала, поговорю и она перестанет без намордника это чудовище выгуливать. Но, пёсик оказался милым, в отличие от хозяйки. Ей бы намордник и уколы от бешенства не помешали. — Проводили мы взглядами женщину бальзаковского возраста. — Так чего, ко мне или...

— К тебе. — Сдалась я.

Я изливала подружке душу. Она слушала и жевала, жевала и слушала. И было в этом какое-то умиротворение. Кто как не подруга может кивать в такт, принимать твои переживания как свои и давать жизнеспасительные советы. Мы пили чай, но он не казался мне сладким и булочки с корицей не сделали мой день слаще. Тревога не желала покидать сердце.

— Ты, кстати, тест сделала? — Как гром среди ясного неба раздались слова Поли.

— Ч-чего?

— Ну-у-у... Ты провела ночь с незнакомцем и знаешь, когда двое... Пестики там, тычинки. От этого случаются дети. — Горохова прямо в ударе!

— У нас не было ничего! Не могло! Я бы... — Сделала я паузу. — Помнила.

— Уверена? Готова поклясться самым дорогим? — Пугающе звучал её голос.

— П-прямо самым? — Призадумалась я. — Нет, Поля, свой детский дневник я тебе на прочтение не дам. Там же то, что может разрушить нашу дружбу!

— Ну ты и дубина, Царёва! Если её ничего не разрушило по сей день, то пиши пропало. Будем в одной очереди в поликлинике на старости лет сидеть...

Полина не внесла ясности в мою жизнь, усугубив раздрай. А что, если она права и я, хоть и надралась до умертвия, но переспала с тем татуированным? Могла? Могла... Я взрослая женщина и не должна прятаться под одеяло от трудностей. Потому, заехав в аптеку и купив гору тестов, спешила домой. Но не к отцу, а в свою квартиру. Лифт открылся на моём этаже, и я вспомнила как на меня напали. Жуть! Маленькой девочке, живущей во мне, захотелось спрятаться или сбежать. Но Анжелика Михайловна Царёва не привыкла сдаваться!

— Лика? — Мужской голос заставил вздрогнуть. — Ой, я не хотел вас напугать. — Извиняющийся тон дарил надежду, что меня не грохнут. Я взглянула на говорящего и узнала в нём одного из громил Шевцова.

— Вы что здесь делаете? — Не была я слишком приветливой.

— Так мне велено охранять. Замок сменили, вот ключ. — Протянул он мне ключик от моей квартиры. Класс! Наверняка, дубликат есть у Шевцова. — Но Андрей Степанович не говорил, что стоит вас сегодня ожидать.

— А я сама существую без указки Андрея Степановича! — Выпалила и случайно зацепила за перила пакет. Дёрнула и содержимое вывалилось на пол. Громила присел и начал помогать собирать. На мои отнекивания не реагировал. Нда... А я думала, что неудачи не ходят такой толпой.

— Это... Тесты? — Изумление на его лице вымораживало. Мог бы и промолчать. Я не просила помогать мне.

— Как вы догадались? Представляете, да! — Начала ковыряться ключом в замке, не попадая.

— Я открою. — Забрал у меня ключ и впустил внутрь. Я захлопнула дверь перед любопытным носом. Чудно! Он непременно обсудит с Шевцовым факт моей возможной беременности.

Пыхтя я вываливаю купленное добро на стол. Итак, начнём-с! Скрывшись в ванной комнате, я делала тест один за другим. Самое сложное — ожидание. Я ждала волшебной одной полоски. Это тот случай, когда меньше лучше. Будучи замужем, я бы радовалась положительному результату, прыгая до потолка. Залететь от незнакомца — так себе перспективка. Учитывая, что шантажом мужики не брезгуют, хотя бы бывшего моего взять. У него фотки моей обнажёнки имелись, а если бы ребёнок, то он вообще бы обобрал нас как липок.

Секунды тянулись мучительно долго, но вот я гляжу на одну полосу с замиранием сердца. Отрицательные. Все! Фух! Можно выдохнуть. Выбираюсь из своего укрытия и готова сплясать. Не беременна! Не распутная пьянь, а благовоспитанная женщина! Танец мой прерывает стук в дверь. Вооружившись сковородой отрываю, размахивая ею перед собой.

— Снова вы! — Возмущаюсь на такую назойливость бугая.

— Мне велено передать, чтобы вы позвонили. — Протягивает мне телефон.

— Чудно! Но у меня и свой есть. — Злюсь! Как же я злюсь. Время моей свободы безжалостно отбирают.

— Но он недоступен. — Топчется громила. Нет, ну реально человек-гора! Такому квартиру покупать только с потолками трёхметровыми.

— Может, потому что я не хочу ни с кем разговаривать?! — Потираю переносицу, стараясь не сорваться на крик от собственного бессилия. Меня загоняют в угол — в брачный угол.

— Лучше позвоните, иначе он приедет, я его знаю. — Виновато глядит мужчина.

— А вы так и будете тут на лестничной клетке торчать? Как долго? — Беру из его рук мобильник. Свой я забыла зарядить.

— Пока вы здесь. — Неловко улыбается мужчина.

— Входите. И как к вам обращаться?

— Никита. Можно просто Ник. — Разувается как порядочный и мнётся в дверях.

— Кухня там. С чайником справитесь? Гостиная... Вы знаете где. — Вспоминаю, что он тут бывал уже. — Пойду позвоню надоедливому и невыносимому. — Скрываюсь от чужих глаз на балконе.

Минут пять пялюсь в экран и не решаюсь нажать «вызов». Как бы не наговорить того, о чём потом пожалею. Самое чудовищное, что этот брак тоже мне нужен. Цена моей свободы — компания отца. Слишком дорого придётся заплатить за отсутствие штампа в паспорте. Но мыслишки скребутся недобрые. Ещё не поженились, а уже такой контроль! Нет, над поставить женишка на место. Жмякаю «вызов», идут гудки и слышу ещё недавно незнакомый голос.

— Лика, ты включишь телефон сама или тебе требуется помощь? — Отчитывает как девочку, но эмоций в голосе нет. Спокоен как удав. Бесит!

— А если со шнурками не справлюсь тоже поможешь завязать? — Смеюсь над собственной несмешной шуткой.

— Хочешь, чтобы я приехал — только скажи. — Вот же ж холера блондинистая!

— Благодарю. Если что, я обращусь к специалисту узкого профиля. Я тут познакомилась с Ником. Дружелюбный парень и толковый. Думаю, со шнурками, где бы они не находились, он справится.

— Рад, что вы поладили. Мне его уволить? — Чувствую, что пахнет жаренным. Но парень-то не виноват, что я не желаю становиться невестой его босса!

— Ладно, не кипятись так. Всего лишь хотела проверить живой ли человек на проводе. В твоих жилах оказывается течёт кровь!

— Поздравляю с этим открытием. Ты решила? — Вот куда так спешит?

— Не-а. Вечер ещё не наступил. Я пока свободна как ласточка в полёте. — Вдыхаю свежий воздух и на миг забываю обо всём.

— Полетай, но недолго. — Возвращает в реальность.

— Так зачем ты звонил? — Не словесно же попрепираться.

— Ты беременна? — Дар речи у меня пропадает. Едва ли не давлюсь кислородом. Ник, зараза, уже доложил! Ну я тебе покажу, чаёк с плюшками!

Зашибись! Я вынуждена обсуждать свою небеременность с человеком, которого едва знаю! Лицо моё скорее всего похоже на перезрелый помидор. Горит, а вот от злости или смущения — не разобрала. С одной стороны, я разведена и право имею с кем хочу и когда хочу, а с другой — сочтёт меня пустившейся в разнос. Почему я вообще б этом думаю? Брак фиктивный! Надо почаще себе об этом напоминать. Откашливаюсь и возвращаюсь из астрала к нашим баранам.

— Нет, я не беременна, а ты не счастливый обладатель фиктивной жены с довеском. — Грублю намеренно. Лично я никогда не видела ничего плохого в том, что мужчины женятся на женщинах с детьми. Это они бросают, изменяют и даже алиментов фиг дождёшься. А ведь это и их дети. Но реальность такова, что женщинам дети нужнее.

— Чего психуешь? Я просто спросил, чтобы иметь ввиду. — Слышно, что и он не железный. — До вечера. И ещё.

— Да? — Какой-то нескончаемый у нас разговор.

— Нет, ничего. — Мы молчим, и я первой кладу трубку. Странный.

Возвращаюсь в квартиру, прикрывая за собой балконную дверь и готовлюсь наехать на Ника, но застаю мужчину на кухне с двумя чашками чая и приготовленными бутербродами. Это он нам на двоих покушать сварганил? От такой заботы, проглатываю язык и желание наехать глушиться чувством благодарности.

— Я тут похозяйничал немного. Раз к чайнику допуск получил, подумал, что и холодильник прилагается. — Неловко улыбается он.

— И правильно. — Усаживаюсь на один из стульев. Кухня у меня не маленькая, но этот крупногаборитный шкаф заставил усомниться в этом. — Да вас нужно срочно женить! Такой экземпляр пропадает! — Отвешиваю комплимент и Ник смущается. И откуда такой взялся?

— Да вот пока не встретил ту единственную. — Тихо говорит, но я разбираю.

— Всё ещё впереди, а может и не один раз. Мой бывший муж одним браком решил не ограничиваться. Он мне тоже втирал, что я единственная, одна на веки вечные. А вышло, видите, как. Не единственная и не навсегда.

— Мне жаль. — Будто бы даже искренне, произнёс громила.

— Проехали. Кушайте. — Пододвинула к нему тарелку. — За двоих мне есть не надо, так что, налетайте смело. — Всё же припоминаю, что он меня сдал Шевцову.

— Всё ещё впереди. — Отвечает мне моими же словами. Быстро учится!

Общество мужчины мне никак не мешает, вот только после одного звонка, и я даже догадываюсь чьего, Никита говорит, что ему нужно в машину и больше не возвращается. Неужели в Шевцове живёт ревнивый Отелло? Мне фиолетово, если он возлагает какие-то надежды на этот брак. Я спасаю дело жизни отца, но вовсе не собираюсь надолго задерживаться в статусе жены. Вот подпишут договор о партнёрстве и финита ля комедия. «Оревуар, мой друг, нам было вместе никак!» — скажу напоследок и буду такова.

Пялюсь в зеркало на себя-красавицу. Вроде ещё ничего, если щёку, раздутую не учитывать. Ну не запал же он на меня? Смешно! Мы и не виделись встречи в офисе.

— На тебе сошёлся клином белый свет... — Напеваю себе под нос. — Тьфу ты! Привязалось же!

Как бы не хотелось оттянуть неизбежное, вечер стремительно приближается. Пару раз звонит отец, недовольный тем, что я осталась у себя и не предупредила его, что в дом не вернусь. А я как медведь-шатун сейчас, которого раньше времени пробудили от спячки. Встречаться со мной опасно для жизни. Папа как-никак дорог мне, потому и держусь подальше. Ну и по другим причинам тоже.

Переодеваюсь понаряднее, решая, что после встречи с Андреем надо куда-то отнести своё тело снять стресс. Пить не буду, а вот потанцевать вполне! Поля сегодня мне компанию не составит, но я и сама поплясать могу. И никто за километр не приблизится, ведь раскрасавица. Была б девчонкой, так заперлась бы дома и ждала, когда внешний вид перестанет притягивать сочувствующие взгляды. Плевать! Я не ищу знакомств, мне антистресс требуется.

Звонок в дверь прерывает мои размышления. Открывать не спешу. Вот чую, что не Никита это вернулся. Когда звонит телефон, отвечаю и мне приказывают открыть немедленно. Шевцов, блин! Тоже мне, командир подводной лодки!

— Давай договоримся на берегу, честь я тебе при каждой встрече отдавать не намерена! — Не сразу его впускаю, наблюдая целую гамму эмоций на мужском лице. — Входи и не чувствуй себя как дома. Не забывай, что в гостях.

— То есть, периодически отдавать, ты согласна? — Не смолчал блондин. — Чего так долго не открывала? — Спрашивает мужчина с порога.

— Любовник в шкаф не поместился. Пришлось скидывать из окна. — Разворачиваюсь, успев срисовать ошарашенное выражение лица надоедливого ухажёра.

— Его уже обвели мелком или не успели? — А вот это интересно! Может, не такой он и зануда, каким показался на первый взгляд...

— Не уточняла. Моё дело сбросить, а там уже следствие разберётся, чего это осадки в виде раздетых, но не разутых пошли. — Глянула на его ботинки, которые мужчина не торопился скинуть как его предшественник. Мой намёк был понят, но мужчина не спешил следовать за мной.

— Не хочешь прокатиться, посидеть где-нибудь? — Поступило предложение.

— Про честь я пошутила, чтоб ты знал, фиктивный женишок!

— Это я уже понял. — Изогнулись его губы в улыбке.

И о чём я думала, когда согласилась? Меня взяли на «слабо». Теперь я вынуждена отплясывать под внимательным взглядом блондина. Он дал мне понять, что думает обо мне. «За тобой нужен присмотр» — сказал он по пути в этот клуб. Услышала бы эти слова раньше, никуда бы не поехала. Я ему не собачка, за которой поручено приглядеть.

— Классно двигаешься, киса! — Раздалось прямо над ухом. Чьи-то руки легли на мою талию. Вывернуться не получается. — Да не дёргайся ты! Давай потанцуем. — Чуть ли не прикусывает мочку уха нахал.

— А ну отошёл от неё! — Шевцов сжимает кулаки. Ой-ё! Он точно, Отелло... — По-русски не понимаешь?

— Твоя, что ли? — Решает не нарываться танцор.

— Моя. — Цедит сквозь зубы Андрей.

Божечки-кошечки! Как прозвучало! Эх, любительницы романов уже бы умились и представили горячее продолжение, но Анжелика Михайловна Царёва закалена неудачным пятилетним браком. Я-то знаю, что «моя» ничего не значит. «Моей» можно стать на одну ночь, на год или пять, а после он точно также назовёт своей другую.

— Натанцевалась? Или хочешь ещё? — Сверкают льдистые глаза. В них и правда будто колотый арктический лёд.

— А что, если хочу? — Спрашиваю с вызовом.

— Тогда со мной потанцуешь. — Оказываюсь в его руках. Ничего особенного, но сердечко пускается в пляс. Нет-нет! Недопустимо! Я неприступная крепость! Танец. Это всего лишь танец, а брак фиктивный — как мантру мысленно повторяю я.

Решаю ограничиться одним танцем, чтобы странное ощущение дежавю исчезло. Будто уже было это, случалось. Кажется, у меня лёгкий сдвиг по фазе от нежелания вступать в фиктивные отношения с Шевцовым. Больно они попахивают настоящими, а я на такие подвиги не готова.

— Итак, Андрей Степанович Шевцов...

— Так официально?

— Да. У нас с тобой деловой разговор. — Напоминаю, когда мы приземляемся у барной стойки. Я заказываю апельсиновый фреш как порядочная и вижу лукавые огоньки в глазах блондина. — Я, так и быть, согласна стать твоей фиктивной женой. Никакой близости, никаких поцелуев. Мы чужие друг другу и между нами лишь соглашение. Тебе штамп в паспорте, который зачем-то понадобился, а мне штамп и твоё партнёрство с компанией отца. По рукам? — Протягиваю ладошку для рукопожатия.

— Нет, Лика.

— Что?

— У меня есть некоторые условия. Это непросто брак. У тебя будут обязанности. — Пригубил он безалкогольный «Мохито».

— Ха! Так всё-таки не такой ты и простак! Чего желаешь? Дополнительный пакет услуг? Массаж пяток по вечерам и сказочку на ночь? Учти, не минета не винегрета не будет.

— Только, если сама захочешь и сделаешь так, чтобы захотел я. — Не даёт он мне спуску. — Об условиях поговорим в другой раз. Сегодня я получил, что хотел. Поехали, я отвезу тебя домой.

— В мою квартиру. — Уточняю сразу.

— В твою квартиру. — Соглашается на удивление быстро.

Дом — милый дом! Наше прощание с Шевцовым было эпичным. Он проводил меня до дверей и стоял молча так долго, что я начала сомневаться не статуя ли он. Даже, когда дверь за мной затворилась, я знала, он там. И глазок мне в этом помог убедиться. Нда-а-а.... Странный тип. Как бы он не оказался опаснее моего бывшего. Тот гол как сокол, на шантаж отважился после пяти лет совместного проживания, а Андрей ультиматумом в ЗАГС тащит. И вроде весь из себя такой белый и пушистый, недорыцарь на белом коне, блин! Самое отвратительное, что тащит он добровольно, мол, твоё решение. Нет, если богатый мужик женится фиктивно, у него точно есть скелеты в шкафу!

Строчу Поле сообщение о том, что я сказала «да». Подруга уже дрыхнет без задних ног, а вот завтра меня ожидает допрос. Придётся выложить во всех подробностях нашу встречу или Горохова не отстанет. Во всём ей видится романтизм. Только Вадика моего она недолюбливала изначально и не ошиблась.

Уснуть долго не удаётся. Терзают меня мысли об условиях Шевцова. Что ему надо? Не может быть, чтоб всё так просто — закорючку поставила и всё. У отца бизнес, моя работа от него далека. Да и я дала понять, что бизнес-леди из меня никакая. Финансовая сторона Андрея не может интересовать. С этим у него всё в порядке, а у нас как выяснилось, нет. Тогда что же?

— Раз овечка, два овечка, три... Уж лучше считать козлов, их в нашей жизни немало. — Зеваю и приказываю глазам закрыться, а мозгу взять паузу. Одно счастье, на работу мне завтра не надо и можно спать хоть до обеда.

Телефон трезвонит так, что хочется кинуть его в стену. Сколько времени? Семь утра. Семь! Гляжу на экран — Поля. Ну кто бы сомневался!

— Горохова... — Мямлю в трубку. — Не спится тебе, зараза такая, да?

— Ну что? Как? Что он сказал? А ты что ответила? — Тараторит подруга, окончательно выдёргивая из страны сновидений. Стону жалобно, но она садюга не унимается. Кто рано сам не встаёт, того Горохова достаёт...

— Дело было так... — И во всех подробностях выкладываю. Подруга охает, да ахает. Особенно, ей понравилось, как Шевцов отшил внезапного ухажёра в клубе.

— А ты не думаешь, что... — Многозначительная пауза. — Шевцов вроде как ничего? И брак может стать настоящим.

— Поля, ну что за чушь? Я выхожу замуж по бумажке. У нас даже свадьбы не будет, вот те крест! Распишемся по-тихому и всё. Доволен Шевцов, счастливы его деловые партнёры, ну а я потерплю. Это сделка и у неё есть срок годности. Истечёт и досвидос!