Два альфы стаи. Ты наша истинная!

Тусклый свет неоновых ламп скользил по стенам клуба, размывая границы между людьми и тенями. Алла прижалась спиной к холодной стене, ощущая, как каждая клеточка её тела напряжена. В горле стоял комок, а пальцы нервно теребили подол нового черного платья, которое Катя буквально силой заставила надеть.

"Слишком тесное... Слишком откровенное..." — мысленно корила она себя, чувствуя, как ткань обтягивает округлые бедра и полную грудь. 

Катя, её подруга с университетских времен, крутилась на танцполе, как будто родилась здесь. Её стройная фигурка в серебристом мини платье привлекала восхищенные взгляды. Алла же ощущала себя нелепой пышкой, случайно затесавшейся в этот мир гламура и совершенства.

— Ну сколько можно киснуть?! — Катя внезапно материализовалась перед ней, брызги её шампанского упали на Аллу. — Сегодня твой день рождения, черт возьми!

Алла хотела возразить, что в двадцать пять лет нечего праздновать, особенно когда ты живешь в крошечной квартирке и работаешь в офисе скучным бухгалтером. Но подруга уже тащила её на танцпол.

Музыка обрушилась на неё мощной волной, заставляя внутренности содрогаться в такт басам. Алла неуверенно задвигала бедрами, чувствуя, как капли пота скатываются по спине. Вдруг кожа на затылке заныла — ощущение, будто кто-то сверлит взглядом.

Она обернулась.

У бара стояли двое.

Первый — высокий, на голову выше окружающих, с черными как смоль волосами, собранными в небрежный хвост. Его квадратная челюсть была покрыта тенью щетины, а пронзительные голубые глаза, холодные как лед, буквально прожигали её насквозь. Он стоял расслабленно, но в этой расслабленности чувствовалась скрытая мощь — как у крупного хищника, позволяющего себе отдых. 

Второй — рыжий, с медными прядями, выбивающимися из-под кожаной банданы. На его обнаженной до пояса груди играли мышцы, а в уголках губ застыла хищная ухмылка, от которой по спине Алле пробежала странная дрожь.

— О боже, — присвистнула Катя, следуя за её взглядом. — Ты только что привлекла внимание Марка и Кирилла.

— Кто? — переспросила Алла, чувствуя, как сердце начинает колотиться чаще. 

— Владельцы нового ночного клуба на набережной. Говорят, у них связи в криминальном мире, — шепотом сообщила Катя. — И они никогда не обращают внимание на... обычных девушек.

Последние слова задели Аллу за живое. Она хотела уже отвернуться, когда рыжий — Кирилл — сделал первый шаг в их сторону. Его движения были плавными и грациозными, как у крупной кошки.

— Ты пахнешь... невероятно, — произнес он, оказываясь так близко, что Алла почувствовала исходящее от него тепло и смесь дорогого парфюма с чем-то диким, древесным. 

Щеки вспыхнули румянцем.

— Я... не пользовалась духами сегодня, — глупо пробормотала она, чувствуя, как ладони становятся влажными.

— Именно поэтому, — внезапно раздался низкий голос с другой стороны.

Марк подошел незаметно, отрезав ей путь к отступлению. Его массивная фигура создавала ощущение полной изоляции от внешнего мира.

Алла попыталась сделать шаг назад, но уперлась спиной в колонну. Они окружили её, и вдруг весь шум клуба, музыка, голоса — все исчезло. Остались только они трое.

— Ты... — Марк медленно провел указательным пальцем по её обнаженному плечу, — особенная.

Ощущение от этого прикосновения было странным — будто по коже пропустили слабый разряд тока.

Катя куда-то исчезла. Алла почувствовала легкую панику, но Кирилл уже взял её за руку.

— Пойдем с нами, — это не было вопросом.

Она должна была отказаться. Должна была убежать.

Но вместо этого её губы сами собой разжались:

— Хорошо. 

Черный джип мчался по ночной трассе. Алла сидела между ними, её голова кружилась от алкоголя и невероятных событий вечера. 

— Куда мы едем? — спросила она, чувствуя, как рука Кирилла скользит по её колену.

— Домой, — ответил Марк, поворачивая руль.

Через полчаса они въехали на территорию огромного особняка, скрытого от посторонних глаз высоким забором.

Внутри было просторно и роскошно. Деревянные панели, камин, дорогая мебель.

— Нравится? — Кирилл снял кожаную куртку, обнажив татуировки на руках.

Алла кивнула, внезапно осознав, как глупо было соглашаться ехать с двумя незнакомцами бог знает куда.

Но было уже поздно.

Марк подошел сзади, его руки обхватили её талию.

— Расслабься, — он прошептал прямо в ухо, отчего по спине пробежали мурашки.

Марк рывком развернул её к себе, его пальцы впились в пышные бока, оставляя красные отметины на белой коже. Губы захватили её рот в жестком поцелуе, почти болезненном, лишающем дыхания. Алла попыталась отстраниться, но его ладонь уже сдавила её грудь, большой палец грубо тер сосок через тонкую ткань платья.

— Такая мягкая… — прошептал он, и в его голосе звучало что-то животное.

Кирилл подошел сзади. Его руки скользнули под платье, впились в полные бедра, заставив её ахнуть. 

— Разрежь, — бросил он Марку, и тот мгновенно достал нож.

Лезвие блеснуло в полумраке. Алла замерла, но не от страха — от возбуждения, которое пульсировало внизу живота. Холодный металл скользнул по ткани, и платье распалось, обнажая её пышное тело.

— Вот так лучше, — Кирилл прижался к её спине, его жесткий член упирался в ягодицы.

Марк отшвырнул нож и наклонился, захватывая её грудь ртом. Зубы сдавили сосок, заставив её вскрикнуть, но боль тут же сменилась волной удовольствия, когда язык начал яростно кружить вокруг нежной кожи.

— На колени, — приказал Кирилл, толкая её вниз.

Алла опустилась, чувствуя, как дрожат её ноги. Перед ней маячила ширинка Марка, уже расстегнутая, из которой торчал напряженный член. Он взял её за волосы, направляя к себе.

— Открой рот.

Она послушалась, и он тут же втолкнул себя внутрь, заходя глубоко, почти до горла. Алла закашлялась, слезы выступили на глазах, но он не останавливался, двигая бедрами, заставляя её принимать каждый сантиметр.

Кирилл тем временем раздвинул её ноги сзади, пальцы впились в сочные ягодицы.

— Какая же ты аппетитная, — проворчал он, и Алла почувствовала, как его язык скользнул между её складок.

Она застонала вокруг члена Марка, её тело разрывалось между двумя ощущениями: жестким ритмом в горле и влажными ласками сзади. Кирилл не церемонился — его язык кружил вокруг клитора, затем вгрызался в него зубами, заставляя её подпрыгивать от смеси боли и наслаждения.

— Хочешь больше? — прошептал Марк, вытаскивая себя из её рта. 

Она кивнула, не в силах говорить.

— Тогда проси.

— П-пожалуйста…

Они перевернули её, как тряпичную куклу, лицом вниз на широкий диван. Кирилл приподнял её бёдра, входя сзади одним резким толчком. Алла вскрикнула — он был огромен, и она чувствовала, как растягивается, принимая его.

— Боже… такая тугая… — застонал он, начиная двигаться. 

Марк встал перед ней, грубо зажав её подбородок. 

— Не закрывай глаза. Смотри.

Она смотрела, как его член снова приближается к её губам, и открыла рот, принимая его обратно.

Они взяли её в двойном проникновении, синхронно двигаясь, заставляя её тело содрогаться между ними. Кирилл бил глубоко и резко, его пальцы оставляли синяки на её бедрах. Марк толкался в рот, доводя до спазмов, но не останавливаясь.

Алла уже не понимала, где боль, а где удовольствие — всё смешалось в вихре ощущений. Её тело, такое стеснительное днём, теперь было их игрушкой, а они играли грубо, без сожалений.

Когда оргазм накрыл её, она закричала, её тело затряслось в конвульсиях. Кирилл выругался и вогнал себя в неё в последний раз, заполняя горячим семенем. 

Марк вытащил себя из её рта и размазал сперму по её щекам, губам, по пышной груди.

— Наша, — прошептал он.